Жанр: Фантастика
Дампир
... потребовал справедливости. Хотя сам Лисил предпочитал обходить
проблемы, а не решать их, он ценил в других людях и отвагу, и преданность умершим -
тем, кто никогда уже не сможет постоять за себя сам.
И вот за эту отвагу Брендена объявили преступником и посадили в тюрьму. Это
было неправильно, несправедливо. Лисил прекрасно понимал, что его собственные
понятия о том, что есть "правильно", в лучшем случае сомнительны, но помочь Брендену
казалось ему сейчас в высшей степени правильным делом.
Дальше они шли молча, пока не достигли перекрестка, где Лисилу предстояло
свернуть, чтобы через центр города дойти до таверны. Оба остановились, чувствуя себя до
крайности неловко.
- Не суди Магьер, - уже мягче сказал Лисил. - Ты ведь ничего о ней не знаешь.
Приходи в "Морской лев", когда захочешь. Я скажу Магьер, что ты мой друг.
- А я твой друг? - осведомился Бренден, и трудно было сказать, чего в его голосе
больше - удивления или подозрительности.
- Почему бы и нет? До сих пор у меня было только два друга, и один из них - пес,
заметь, именно пес, а не волк. - Лисил придал лицу выражение чрезвычайной
серьезности. - Вот такой уж я странный парень.
Бренден слабо улыбнулся, но в улыбке его сквозила печаль.
- Может, и загляну как-нибудь, и уж на этот раз буду вести себя потише.
Они расстались. В пространстве между ними нечто ослепительно вспыхнуло и тут
же погасло. Несколько прохожих моргнули, завертели головами, но, так ничего и не
разглядев, двинулись дальше.
- Он был с кузнецом, - сказал Эдван, очутившись в потайной комнатке под
пакгаузом. - Я видел его.
Рашед шагнул к призраку, не понимая, почему тот так встревожен. Только что они с
Тишей выверяли накладные по ввозу товаров, и вдруг явился Эдван и с ходу забормотал
что-то о кузнеце и полуэльфе - напарнике охотницы.
- Не части, - приказал Рашед. - К чему ты все это говоришь?
- Ты сегодня же должен убить охотницу, - с нажимом проговорил Эдван.
- Нет. - Рашед отвернулся. После глупости, совершенной Крысенышем, новые
необдуманные действия могут привести только к тому, что их тайна будет раскрыта. -
Слишком быстро. Подождем, пока она потеряет бдительность.
- Ты неправ. Она побывала на том месте, где Крысеныш убил девушку. Я ее видел.
- Почему ты не сказал мне этого раньше? - гневно спросил Рашед.
- А сегодня полуэльф, ее напарник, уплатил залог за освобождение Брендена. И
они разговаривали.
Рашед покачал головой и вопросительно глянул на Тишу.
- Бренден, - проговорила она с кушетки, - это городской кузнец. Брат убитой
девушки.
- Что?! - Рашед обернулся к Эдвану с таким видом, точно призрак не просто
принес дурные вести, а был их причиной. И принялся расхаживать по комнате, невидяще
глядя перед собой. Ум его лихорадочно заработал.
- Она готовится к охоте, так? - негромко спросила Тиша. - С чего бы еще ей
искать следы на месте убийства, посылать полукровку подружиться с братом жертвы?
И действительно, молча согласился Рашед, к чему бы еще? Вступать в игру так
скоро после убийства куда как опасно, но треклятый Крысеныш не оставил им выбора.
Если охотница уже что-то пронюхала, если хотя бы слабый след приведет ее к пакгаузу,
тогда времени на подготовку у них и вовсе не останется. Крысеныш был так беспечен, что
не соизволил даже уничтожить следы. Невозможно угадать, что именно могла обнаружить
охотница на месте убийства девушки.
- Мы должны сделать первый ход, - сказал он вслух. - Тиша, ты останешься
здесь, но приготовишь все, чтобы при наихудшем исходе мы могли бежать. Крысеныш
пойдет со мной. - Он вскинул руку, не давая ей возразить. - Нет. Я сделаю все сам и без
лишнего шума. Тела не найдут - она просто исчезнет, вот и все. Но мне нужно, чтобы
кто-то присмотрел за псом и полукровкой.
- Тогда возьми меня. Я с этим справлюсь лучше, чем Крысеныш.
- Я знаю, но... - Он подошел к кушетке. - Останься здесь, хорошо?
- Крайне благородный жест, - заметил из середины комнаты Эдван, - но я его
одобряю. И будь осторожен, Рашед, очень осторожен. Давно уже ты не сражался с врагом
более опасным, чем ошибка в конторской книге. Кто знает, чем дело может обернуться?
Рашед ничего не ответил, но пристальный взгляд Эдвана жег его, точно первый
отблеск убийственного рассвета. И чем же он мог заслужить такую ненависть призрака? В
конце концов, это Кориш казнил его по ложному обвинению.
- Да, будь осторожен, - согласилась Тиша, то ли не заметив, то ли пропустив
мимо ушей сарказм в голосе призрака.
Рашед молча кивнул и ушел за своим мечом.
ГЛАВА 9
Несколько посетителей, в основном молодые матросы, засиделись за болтовней и
выпивкой в "Морском льве" за полночь. Магьер едва сдержала облегченный вздох, когда
они наконец допили свое пиво и пожелали ей спокойной ночи. Таверна не закрывалась в
строго определенный час - Магьер предпочитала, чтобы посетители сами решали, когда
им расходиться домой. Сегодня, однако, им пришлось поработать дольше обычного, и до
рассвета остались уже считанные часы. Магьер устала, а Лисил в этот вечер был какой-то
странно притихший и отстраненный. Магьер случайно услышала, как рыбачки
сплетничали о том, что полуэльф выручил из кутузки кузнеца. Эта новость изумила
Магьер, и она устыдилась, что заподозрила Лисила в карточных долгах.
Бетра тяжело вздохнула:
- Я уж думала, эти парни никогда не угомонятся.
Лисил, попивая красное вино, сидел у стойки, неподалеку от входной двери.
- Может быть, нам стоит намекать людям, что не надо бы так долго засиживаться,
- вставил он.
- Ты-то давно мог бы пойти спать, - ровным голосом заметила Магьер. Последние
игроки в "фараон" разошлись еще пару часов назад, а молодые матросы вряд ли
собирались устроить дебош, и Магьер не понимала, отчего Лисил до самого закрытия так
и проторчал у стойки.
Полуэльф озадаченно моргнул, затем насупился с оскорбленным видом:
- Я всегда помогаю закрываться.
Что верно, то верно, он помогал, и на самом деле Магьер беспокоило вовсе не то, что
он так засиделся. Сколько она ни ломала голову, так и не смогла объяснить себе, с какой
стати ее напарник истратил свое месячное жалованье на то, чтобы уплатить залог за
буяна-кузнеца. Именно то, что Магьер не разгадала этой загадки, ее и бесило. Бесило до
такой степени, что она не пожелала доставить Лисилу удовольствие и спросить его об
этом напрямик.
Малец, довольный жизнью, безмятежно дрых, свернувшись калачиком, у очага. В
зале погасили половину ламп и свечи, и тем явственней стало видно, как красноватые
блики огня играют в светлых волосах и на гладкой коже Лисила. Магьер вдруг пришло в
голову, что она понятия не имеет, сколько на самом деле лет ее напарнику. Будучи
полукровкой, он скорее всего проживет на свете дольше, чем обычные люди. Впрочем,
Магьер понятия не имела, какова продолжительность жизни у чистокровных эльфов.
- Что ж, - сказала она вслух, - давайте-ка наведем порядок - и спать.
- А ты сразу ступай наверх, хозяйка, - невозмутимо, как всегда, предложил Калеб.
- Ты-то потрудилась больше всех нас. Мы уж тут сами все приберем и закроем.
Магьер глянула на Лисила. Тот кивнул и встал.
- И в самом деле, - сказал он, - ты иди, а я им тут помогу. Что-то я засиделся.
Судя по тому, что глаза у него покраснели, а язык заплетался, хотя и самую чуточку,
он уже успел осушить не один кубок вина. Впрочем, Магьер так устала, что у нее не было
сил спорить. Она молча направилась к лестнице. Малец проснулся и потянулся всем
телом, когда Лисил пошел гасить огонь в очаге. Калеб и Бетра ушли в кухню.
В общем и в целом это была самая обыкновенная ночь после закрытия таверны - во
всяком случае с тех пор, как Магьер стала тут хозяйкой.
В ночи, во мраке проулка напротив "Морского льва", притаился бок о бок с
Рашедом Крысеныш. Он смотрел, как гаснет в окнах таверны свет. Рашед смерил его
суровым взглядом.
- Не кормиться и по возможности никого не убивать, - в третий раз повторил
Рашед. - Ты понял? Просто следи за общей залой и будь готов помочь мне, если
понадобится. Я заберусь в дом через окно второго этажа и, когда она заснет, сверну ей
шею. Если тебе все же придется кого-нибудь убить, - быть посему, однако постарайся не
поднимать шума. Тело мы бросим в море, и все сочтут, что она, как и другие, попросту
"исчезла".
Крысеныш с трудом мог сдержать негодование, а, кроме того, он не без основания
опасался, что ему снова придется иметь дело с охотницей или ее собакой. Сейчас он даже
не мог понять, почему не отказался наотрез участвовать в этом деле. Даже теперь,
затаившись, словно вор, в темноте, Рашед выглядел так же импозантно как всегда:
дорогая темно-синяя туника, сверкающий меч, который он сжимал под полой плаща с
капюшоном. Его прозрачные глаза слабо светились в темноте.
Крысеныш любил притворяться, что такое неказистое, вечно грязное обличье он сам
выбрал сознательно, ради удобств охоты. На самом же деле он прекрасно знал, что,
купайся он хоть трижды в день, надевай хоть самые дорогие наряды, никогда ему не
выглядеть таким аристократом, как Рашед. Наоборот, если бы Крысеныш вдруг решил
заделаться щеголем, рядом с Рашедом его потуги казались бы просто смешными. Потомуто
он и прятался под слоем грязи, чтобы хоть так оставаться самим собой. Никогда еще он
так остро не сознавал, насколько отличается от Рашеда, как сейчас, когда они были бок о
бок и только вдвоем.
- А как же насчет собаки и полуэльфа? - вслух спросил он. - Мы же понятия не
имеем, что они там, в доме, поделывают. Вдруг я войду и обнаружу, что, пока ты шаришь
наверху, вся эта троица устроила в кухне ночное чаепитие? Что мне тогда делать?
- Постарайся, чтобы тебя никто не увидел, - прошипел в ответ Рашед. - Это ведь
твой главный талант, верно? - никому не попадаться на глаза.
Он, конечно, был прав, но Крысеныш боялся охотницу. Он слишком хорошо помнил
боль от ее клинка, помнил, с каким ужасом ощущал, как вытекает из его ран жизненная
сила. Впрочем, Рашеду на его чувства наплевать. Рашеда волнует только одно - чтобы
Крысеныш сделал все так, как ему было сказано.
- Ну а если охотница убьет тебя? - прошептал Крысеныш. - Я гляжу, у тебя на
все вопросы есть ответы... А вот в этом случае как мне быть?
- Не валяй дурака. - Спутник одарил его ледяным взглядом. - Охотница
смертная и не может меня убить. А теперь пошли в дом. Времени у нас немного, а я не
хочу, чтобы восход солнца застиг меня на берегу моря.
Крысеныш подавил желание огрызнуться и, бесшумно ступая, двинулся к выходу из
проулка. Именно сейчас наилучшее время, чтобы нанести удар. Если все пойдет хорошо,
они застанут обитателей дома спящими, сделают свое дело, утопят мертвую охотницу в
заливе, вернутся домой, и проклятое солнце будет уже высоко, когда кто-нибудь
обнаружит неладное. В уме Рашеда Крысеныш никогда не сомневался, а вот его манеры...
Он со всеми обращается так, точно они его слуги. Со всеми, кроме Тиши.
Так и не сказав ни слова, Крысеныш проворно прошмыгнул через проулок и
затаился под окном таверны. Рашед еще раньше хитроумной уловкой вынудил Магьер
сказать, что и сам он, и все его друзья - желанные гости в таверне. Хотя она имела в виду
совсем другое, приглашение прозвучало, и этого было довольно. Заглянув в щель между
ставнями, Крысеныш убедился, что в общей зале совершенно темно. Огонь в очаге был
погашен, лишь краснели остывающие угли.
Крысеныш вынул блестящий кинжал с тонким лезвием и просунул острие между
створками ставен. Подцепив изнутри засов ставни, он бесшумно откинул его. Надо же,
как легко все вышло. Он-то думал, что дом охотницы будет заперт понадежней. Взяв
кинжал в зубы, Крысеныш вскарабкался на подоконник. Если вдруг собака снова нападет
на него, этого боя он не проиграет. Перережет твари глотку, и дело с концом. Рашед велел
не поднимать шума, а вот обойтись без пролития крови... Пускай сам попробует
схватиться с этим треклятым псом! Собачьи клыки его быстро научат уму-разуму.
Крысеныш принюхался, пытаясь уловить запах живых, но очень скоро понял, что в
общей зале еще не выветрился запах матросского пота, пива и жареного мяса. Ни за
столиками, ни у очага никого не было видно. Рашед сейчас, наверное, уже прополз по
крыше и забрался в дом. Быть может, все и вправду пройдет так, как он задумал.
Крысеныш почти бесшумно спрыгнул на дощатый пол, присел и, выглядывая из-за
стола, внимательно оглядел залу. Краем глаза он уловил смазанное светлое пятно и
повернул голову, по-гусиному вытянув шею.
Серебристые волосы без труда можно разглядеть даже в темноте. У ближнего конца
стойки сидел полуэльф и, глядя на лестницу, потягивал вино из потертого оловянного
кубка. Вот он снова поднес кубок к губам, но замер и, помедлив, поставил кубок на
стойку. Затем уронил руку.
Повернув голову, он взглянул прямо туда, где в темноте притаился Крысеныш.
Тот похолодел. Ну конечно - полуэльф видит в темноте, пожалуй, не хуже, чем он
сам. Успеет ли он метнуть кинжал и прикончить полукровку прежде, чем тот поднимет
тревогу? В этот миг что-то с легким шорохом прорезало воздух, и Крысеныш отпрянул к
стене.
В столешницу, там, где только что была его голова, глубоко вонзился стилет.
Жуткое, пронзительное рычание разнеслось по зале. Из-под стола, ближнего к очагу,
вынырнул белый пес и уставился прямо на Крысеныша.
Рашед сунул меч в ножны и без малейших усилий взобрался по стене таверны,
цепляясь ногтями за щели и расселины между досками.
Все это предприятие готовилось в чересчур большой спешке, а потому не
отличалось ни обдуманностью, ни отточенностью действий. Будь у него время, он бы тричетыре
ночи подряд до того пробирался в таверну, изучая привычки обитателей дома: кто
где спит и когда отправляется в спальню, кто запирается на ночь, кого мучит бессонница и
где именно охотница держит свою саблю. Он узнал бы много полезного, прежде чем
взяться за дело. Теперь же он вынужден действовать наобум.
Он прополз вдоль края крыши, выискивая окно, в которое удобнее будет забраться.
Предпочтительнее, чтобы это не оказалось окно спальни охотницы, иначе она чего
доброго проснется и успеет броситься к двери. Свесившись с края крыши, Рашед заглянул
в окно, не задернутое занавесками. В просторной комнате без труда помещались
двуспальная кровать, несколько сундуков и кресло. Постель пуста. Значит, кто-то в доме
еще не спит, и Рашед понял, что ему надлежит поторопиться. Правда, он приказал
Крысенышу, чтобы тот обошелся без шума и кровопролития, но разве это будет первый
случай, когда Крысеныш нарушал приказы? С него станется в темноте наткнуться на когонибудь
внизу и разбудить весь дом. Затем Рашед увидел, что на матрасике у кровати спит
маленькая белокурая девочка. Судя по ровному и глубокому дыханию, она спит крепко и
шаги Рашеда ее не разбудят. Впрочем, девочке и так нечего было бы опасаться. Рашед
никогда не испытывал желания охотиться на детей.
На окне не было запора, и в считанные секунды Рашед беззвучно проник в комнату.
Он осторожно обошел спящую девочку и, приоткрыв дверь спальни, выглянул в коридор.
Там никого не было. Рашед увидал еще две двери и лестницу, ведущую вниз, стало быть,
искать ему придется недолго. Он выбрался из комнаты и бесшумно прикрыл за собой
дверь.
Необычное, с подвывом, рычание донеслось снизу, из общей залы, и по спине
Рашеда пробежали мурашки. Рычание повторилось, и к нему прибавились удар и хруст
ломающегося дерева.
Дверь в конце коридора распахнулась. Рашед застыл на месте.
Распущенные волосы женщины в беспорядке разметались по плечам, однако она
еще не успела переодеться ко сну - на ней были облегающие штаны и кожаный жилет.
Из нижней залы теперь отчетливо доносился шум схватки: рычание, вскрики,
оглушительный грохот. Охотница широко раскрыла глаза.
- Ты... - начала она изумленно.
Не дав ей договорить, Рашед одним прыжком оказался возле нее и всей тяжестью
своего тела ударился о дверь, которую она пыталась закрыть. Не удержавшись на ногах,
они оба ввалились в комнату.
Лисил выхватил из рукава второй стилет, стыдясь того, что его сумели застать
врасплох. Пригнувшись, он перебежал между столами и, обогнув их, двинулся к
открытому окну. Паршивец сумел забраться в дом, а он, Лисил, ничегошеньки не заметил!
Может, он просто стал рассеянным, а выпивка тут вовсе и ни при чем?
Малец прыгнул, и в тот же миг незваный гость попытался отодвинуть стол, на
который должен был приземлиться пес. Стол закачался, и Малец ударился о него
передними лапами. Ножки стола, не выдержав такой тяжести, подломились, и пес с
грохотом и треском рухнул прямо на своего противника. Глухой удар, яростное рычание,
и дикий, исполненный боли визг.
- Малец, назад! Назад! - что есть силы крикнул Лисил, расшвыривая стулья,
чтобы добраться до места схватки.
Пес подчинился приказу, хотя и невольно: его отшвырнули так, что он кубарем
покатился по полу, налетел на стулья и, запутавшись в них, рухнул на спину.
- Ни с места! - велел псу Лисил и, двинувшись к окну, осторожно выглянул из-за
края перекошенного и разбитого стола.
Пришелец выпрямился одним лишь плавным, нечеловеческим движением. Лунный
свет из щели между ставнями упал на его лицо, высветил темные черточки на щеке -
следы когтей Мальца. Лисил разглядел наконец лицо незваного гостя и остолбенел...
Это был Крысеныш, тот самый грязный оборвыш, с которым они повстречались на
дороге в Миишку.
- Тебе что, в прошлый раз мало досталось? - осведомился Лисил.
Крысеныш провел ладонью по щеке, потрогал следы когтей, словно до сих пор не
мог поверить в их существование. Затем он отнял руку и уставился на свою
окровавленную ладонь.
- Ли... ицо... - потрясенно прошептал он. - Мое лицо...
В его голосе слышалась с боль.
Глаза его стали пустыми, безжизненными, как у мертвеца, и Лисил вспомнил, как
тогда, на дороге, этот оборванец показался ему не человеком, а сверхъестественной
тварью - тварью в человеческом облике, что было еще страшнее. Пес за его спиной
наконец выбрался из-под опрокинутых стульев и поднялся, готовясь к новому прыжку.
- Малец, стоять! - прикрикнул Лисил и, хотя старался не отрывать глаз от
Крысеныша, все же краем глаза невольно глянул на пса, чтобы убедиться, что тот
подчинился приказу.
Крысеныш прыгнул на Лисила, занося для удара окровавленный кинжал.
Полуэльф, отпрыгнув в сторону, увернулся от лезвия и попятился, прыжками и
обманными движениями точно подманивая к себе противника. Крысеныш явно не мог
сравниться с ним в умении драться на ножах, но Лисил слишком хорошо помнил
прошлую их встречу. Этот хилый человечек выдернул из своего живота арбалетный болт,
точно обыкновенную занозу. Близко подпустить к себе Крысеныша - нет, на такой риск
полуэльф идти не хотел. Он снова отпрыгнул, качнулся вбок и наткнулся спиной на край
стойки. Одним прыжком Лисил перемахнул через стойку и приземлился по другую ее
сторону.
В прошлый раз арбалет ему ничуть не помог, но сейчас выбора не оставалось, и он
схватил заряженный арбалет, который Магьер прятала под стойкой. В тот миг, когда он
прицелился, оборвыш уже летел к нему в прыжке - он перемахнул через стойку, даже не
задев ее ногой. Сжимая в одной руке стилет, Лисил выстрелил.
Болт ударил Крысеныша в лоб над правым глазом, и оборвыш, перекувырнувшись,
со всей силы грянулся о стойку. От удара он выпустил кинжал, и тот упал рядом с
Лисилом, а Крысеныш скатился на пол по другую сторону стойки и исчез из виду.
Лисил подался вперед, выглянул за стойку, но в темноте ничего нельзя было толком
разглядеть. Малец, припавший к полу посредине залы, пополз было вперед, но полуэльф
жестом остановил его. Он крался вдоль стойки, чтобы обогнуть ее и выбраться в залу,
когда Малец снова зарычал.
В воздухе стремительно взметнулась грязная рука и ухватилась за край стойки, да с
такой силой, что дерево затрещало. Лисил невольно отпрянул, прижался спиной к винным
бочонкам, стоявшим в ряд у стены.
Крысеныш подтянулся, встал на ноги и выдернул из головы арбалетный болт. Кровь
текла по его лицу, заливая правый глаз.
Лисил никогда не умел продумывать свои действия заранее, а потому сделал
единственное, что в этот миг пришло ему в голову.
- Да что ж ты никак не сдохнешь?! - завопил он и размахнулся арбалетом как
дубинкой.
Массивная арбалетная ложа обрушилась на голову Крысеныша. Тот зашатался,
отпустил стойку, отступил на пару неверных шагов к лестнице, но все же успел снова
ухватиться за стойку и удержался на ногах. Злобно глянув на Лисила, Крысеныш
медленно двинулся к полуэльфу.
- Вот за это ты мне заплатишь кровью! - прохрипел он.
И в этот миг занавески, скрывавшие вход в кухню, распахнулись.
В зале, у дальнего конца стойки и как раз за спиной Крысеныша, появилась Бетра,
неся обеими руками тяжеленную бадью, в которой при каждом движении что-то хлюпало.
Лисил закричал ей, чтоб убегала, но было поздно. Крысеныш рывком развернулся к новой
цели, но тут Малец вцепился зубами в его лодыжку, повис на нем всей тяжестью, не давая
ступить и шагу. Бетра же окатила извивающегося оборвыша содержимым бадьи. Лисил
даже не успел ругнуться при виде такого безрассудства, потому что в уши его точно
ввинтился страшный пронзительный крик. Кричал Крысеныш.
Он заметался, извиваясь всем телом, натыкаясь на стопку, опрокидывая стулья,
лихорадочно сдирал с себя одежду вместе с лоскутами кожи. Все его тело окутал, шипя,
серый дым, который источала стремительно черневшая плоть.
За воплями Крысеныша Лисил едва сумел различить лязганье стали о сталь. Не сразу
он сообразил, что этот звук доносится со второго этажа. Лишь на мгновение Лисил
отвлекся, повернул голову к лестнице... Но и этого мгновения оказалось достаточно.
Одним судорожным прыжком похожий на чудовищную горящую марионетку
Крысеныш оказался перед Бетрой и наотмашь хлестанул ее рукой с растопыренными
пальцами. Старушка отпрянула было, но кривые грязные когти чиркнули по ее горлу.
Зашатавшись, она ударилась головой о стену и тяжело сползла на пол. Она еще не
коснулась пола, а воющий оборвыш, содрав на бегу занавеску, исчез в кухне. Малец
бросился за ним.
Лисил метнулся к Бетре, краем уха услыхав, как хлопнула дверь черного хода.
Полуэльф присел на корточки. Бетра лежала недвижно, в луже красно-черной крови,
которая вытекала из ее разодранного горла. Широко открытые глаза ее были пусты и
безжизненны, голова повернута под неестественным углом - видимо, удар сломал ей
шею. Тут Лисил уже ничем не мог помочь.
Он отшвырнул арбалет, стиснул в руке последний стилет и бросился к лестнице.
- Магьер! - взбегая наверх, что есть силы закричал он.
Магьер проползла на четвереньках по полу спальни и схватила с ночного столика
саблю.
- Убирайся! - крикнула она скорее машинально, не особо и рассчитывая, что
черноволосый аристократ подчинится.
Без единого слова он бросился на нее и взмахнул мечом. Магьер увернулась, и его
удар пришелся по столику. Столешница разлетелась на куски, и острие клинка вонзилось
в пол. Черноволосый выдернул его без малейших усилий.
Таких силачей Магьер еще не встречала. Тесная комнатушка оставляла ей мало
места для маневра, зато и ее противник тоже был ограничен в движениях. Крутнувшись на
одном колене, она вскочила на ноги. Противник боком, скользящими шагами подбирался
к ней. В тусклом свете лампы его глаза казались совсем прозрачными. Он в упор,
хладнокровно смотрел на нее. Страх в душе Магьер отступил, сменяясь гневом. Да кто он
такой, этот ублюдок, если решил, что может напасть на нее в ее собственном доме, мало
того - в ее собственной спальне?
- Трус! - выкрикнула Магьер. Гнев ее рос, угрожая затопить здравый смысл.
Выхватив саблю из ножен, она взмахнула ею над головой и, целясь в шею противника, со
всею силой своего гнева нанесла удар. Черноволосый мечом отразил ее клинок, но от
силы удара пошатнулся и отступил на шаг, теряя равновесие. Не отводя сабли, Магьер
другой рукой со всей силы ударила его кулаком в лицо.
Удар этот явно не столько причинил ему боль, сколько потряс его. Свободной рукой
он оттолкнул Магьер, вернее - отмахнулся от нее, как от надоедливой мухи, и она,
отлетев, упала на кровать.
- Охотница, - ровно, без выражения сказал он и своим длинным мечом нанес удар
сверху вниз.
Она перекатилась к изножью, и длинный меч с глухим чмоканьем врезался в перину.
Проклятие, в этой комнате слишком мало места! Долго ей не продержаться -
черноволосый прикончит ее безо всяких уловок, за счет одной лишь силы. Такая мысль
могла бы ужаснуть кого угодно, но у Магьер гнев полыхнул с такой силой, что она уже и
не пыталась разобраться, что с ней происходит.
Ярость разливалась в ней, дивным образом придавая силы, и теперь она двигалась
так стремительно, как никогда в жизни. Чутьем, а не разумом выискивая бреши в защите
противника, Магьер лихорадочно соображала, как бы зайти ему за спину или сбить его с
ног. Черноволосый, однако, упорно держался к ней лицом. Они перемещались по тесной
комнатке, то и дело бросаясь в атаку, - хотя и без толку. Магьер так и не нашла ни
единой бреши, ни единого промаха, когда она могла бы броситься к двери или, поднырнув
под мечом противника, оказаться у него за спиной.
В который раз переступив к изножью, она рывком бросила свое тело на кровать.
Противник без колебаний бросился за ней. В тот же миг Магьер присела на кровати и,
распрямившись как пружина, ударила саблей так стремительно, что он не успел
блокировать удар. Скользя сапогами по полу, он попытался отпрянуть, выгнулся,
уворачиваясь от ее клинка. Шею он все-таки уберег, однако острие сабли чиркнуло его по
груди.
- Как...
Он осекся, со всхлипом втянул воздух. Взгляд широко раскрытых глаз впился в
саблю Магьер. Кривясь от боли, он крепко стиснул зубы. Если рана и не отняла сил, то,
безусловно, отвлекла - рука, сжимавшая меч, расслабилась, острие клинка ткнулось в
остатки ночного столика.
Магьер не сказала в ответ ни единого слова - она просто позабыла, как это
делается. Ей больше не хотелось достать противника саблей. Она жаждала разодрать ему
горл
...Закладка в соц.сетях
