Жанр: Фантастика
Хроники ехо 3. неуловимый хабба хэн
...ться к этой теме. Такое с тобой то и дело
случается. А вот представить тебя в секретном архиве библиотеки Иафаха, с
древним фолиантом в руках я не могу, при всем уважении как к тебе, так и к
самому архиву, который, несомненно, является самым полным собранием описаний
практических методик древних магов...
Я не нашел ничего лучшего, чем прервать его неспешную речь тихим, но страстным
воем: "Ыау-у-у!" Как ни удивительно, моя выходка возымела действие. Шурф
укоризненно покачал головой и приступил наконец к делу.
- Обмен Ульвиара, он же заклинание Фиттеха, он же Аромат Тени, подробно описан в
нескольких древних рукописях, которые в течение последних столетий вряд ли
обрели хоть одного внимательного читателя - кроме меня, разумеется. Я
неоднократно просил Короля даровать мне доступ к секретному архиву библиотеки
Семилистника и получил эту привилегию сразу после кончины... вернее, отъезда
покойного Магистра Нуфлина.
- Понятное дело, - ухмыльнулся я. - Старик тебя туда ни за что не пустил бы, а
нынешний временный совет Старших Магистров Гуригу слова поперек не скажет.
- Совершенно верно. В этом смысле наступившие перемены весьма благоприятны, по
крайней мере для меня. И, как ты понимаешь, каждую свободную от дел минуту я
теперь стараюсь проводить в этом архиве. У меня было не так много времени, но я
успел обнаружить в древних текстах немало интересного. А самая удивительная
тайна, которая целиком меня захватила, - это Обмен Ульвиара. Заклинание, которое
позволяет двум разным людям на время поменяться Тенями. Теперь, надеюсь, ты
понимаешь, почему меня так насторожило твое желание оказаться в моей шкуре. В
сущности, если верить текстам, сопровождающим описание заклинания, Обмен
Ульвиара, названный так по имени древнего завоевателя Хонхоны Ульвиара
Безликого, дает именно такой эффект. Или почти такой.
- Ничего себе дела! - я был потрясен. - Погоди, но я так и не понял, что это
значит - поменяться Тенями? Телами - это еще более-менее ясно, хоть и не
верится, что такое возможно...
- Ну почему же, это как раз довольно просто, - пожал плечами сэр Шурф. - Только
практической пользы от такого обмена никакой. Разве что удовольствие. Я когда-то
читал, что на Уандуке практика обмена телами была и остается обязательной частью
древнего искусства любви; теоретически я вполне могу представить, какие
преимущества она дает... Но об этом мы поговорим как-нибудь потом.
- Да уж, пожалуй, - растерянно согласился я. И язвительно добавил: - Детям о
таких ужасах лучше вообще ничего не знать.
- Рад, что в этом вопросе мы с тобой солидарны, - совершенно серьезно сказал мой
друг.
- Ладно тебе... Ты мне лучше про Тени объясни, как ими можно поменяться? И что с
нами от этого сделается? Когда начинаются все эти разговоры про загадочную Тень,
я, честно говоря, вообще не понимаю, о чем речь.
- Конечно ты не понимаешь. Но это совершенно не мешает биться твоему второму
сердцу, которое, насколько мне известно, сэр Джуффин когда-то отнял у твоей
собственной Тени.
Крыть было нечем.
- Скажу больше, я тоже не понимаю, что такое Тень, - неожиданно признался
Шурф. - И знаешь, чем больше я читаю об этом предмете, тем больше убеждаюсь, что
на самом деле вообще никто не понимает. Некоторые могущественные люди могут
взаимодействовать с Тенями - своими или чужими. И даже извлекают из этого
практическую пользу. Но понимания от этого не прибавляется. Ты ведь и сам имел
дело с Тенью Короля Мёнина - а толку-то? Этот опыт помог тебе понять, что она
такое?
- Ни фига не помог, - согласился я. - Единственное, что изменилось после нашей
встречи, - теперь я могу более-менее уверенно утверждать, что Тень Короля Мёнина
действительно существует.
- Совершенно верно, существует, как и всякая другая Тень. Но, по большому счету,
этого знания совершенно достаточно, поверь мне. Есть немало вещей, понять
которые невозможно, но при этом вполне можно иметь с ними дело - если умеючи.
- Вот с этого места подробнее, пожалуйста, - проворчал я. - Умеючи, говоришь?
Ладно, допустим. Но ты хоть смутное представление имеешь, как это делается и,
самое главное, зачем? Что для нас с тобой изменится после обмена Тенями?
- В найденных мною рукописях говорится, что Ульвиар Безликий поменялся Тенью со
своим знахарем Фиттехом; одни источники утверждают, будто знахарь был
первооткрывателем этой магической техники, другие - что он просто ассистировал
Королю. Но вопрос первенства вряд ли должен нас с тобой занимать. Важно другое.
Документы свидетельствуют, что после обмена Ульвиар оставался в здравом уме,
прекрасно помнил, кто он такой, чем занимался, скажем, вчера и какие игры любил
в детстве. Но при этом поведение Короля разительно изменилось. В частности, он
обрел целительский дар да еще и страстное желание помогать ближним - верный
признак знахарского Призвания. Знахарь же вел себя грубо и дерзко, можно
сказать, по-королевски - при этом он помнил свое имя и должность, прекрасно
сознавал, что не является Королем, но, по свидетельствам очевидцев, сей факт
вызывал у него лишь досаду и желание исправить положение. За несколько часов
Фиттех успел не только разругаться со своим присмиревшим повелителем, но и
начать переговоры с воинственными внучками Ульвиара, которых счел перспективными
союзницами. А это свидетельствует, что кроме тяжелого нрава и темперамента он
обрел организаторские и дипломатические способности своего Короля. Неизвестно, к
чему все это могло бы привести, но вскоре действие заклинания закончилось.
Ульвиар и Фиттех пришли, так сказать, в себя, помирились и, по свидетельству
автора рукописи прониклись безграничным уважением друг к Другу. Король по
достоинству оценил бескорыстную доброту знахаря, а тот, в свою очередь, был
восхищен выдержкой своего повелителя - все же обычно Ульвиар вел себя куда более
сдержанно и благородно, чем требовала его необузданная натура.
Объяснения Лонли-Локли окончательно сбили меня с толку.
- Так чем же они в итоге поменялись? - спросил я. - Характерами? Личностями?
Чем?!
- Тенями, сэр Макс. В рукописях сказано, что они поменялись Тенями. В то же
время, внимательно изучив отчеты свидетелей, я пришел к выводу, что результат
был очень похож именно на обмен личностями. Но вместо того чтобы гадать, как
называется то, чем обменялись эти достойные мужи древности, тебе сейчас следует
обдумать другой вопрос. Готов ли ты оказаться в моей шкуре? Надеюсь, ты
понимаешь, что получишь в свое распоряжение не только сэра Лонли-Локли, но и
Безумного Рыбника[21 - О Безумном Рыбнике подробно рассказано в повести
"Путешествие в Кеттари".]. Он по-прежнему здесь, - Шурф выразительно приложил
руку к груди. - Никуда не делся.
- Но вместе с ним и твой многолетний навык держать себя в узде? Как Король
получил мастерство знахаря, которому не обучался ни дня?
- Думаю, что так. Строго говоря, сэр Лонли-Локли, с которым ты хорошо знаком, -
и есть эта узда.
- Вот! Именно она мне и требуется. Я же видел тебя в Кеттари. Если ты с этим
справляешься, обуздать меня будет пара пустяков!
- Это тебе только кажется, - вздохнул он. - Но шанс действительно есть.
- Еще какой! Только... Слушай, а ты уверен, что у нас получится?
- Как можно быть уверенным, когда делаешь что-то впервые? Но, по моим сведениям,
Обмен Ульвиара практиковали многие известные Магистры древности - значит, метод
подходит кому угодно, а не только первооткрывателям, как это порой бывает. Я
внимательно изучил все рецепты, инструкции, рекомендации и свидетельства
очевидцев, которые нашел в архиве библиотеки Иафаха. Не думаю, что тут можно
ошибиться, все предельно ясно, разночтений нет.
- Ну, если ты так говоришь, - вздохнул я. - Ладно, давай, валяй. Читай свое
заклинание.
- Не спеши, - строго сказал сэр Шурф. - Во-первых, требуется большая
подготовительная работа. Хорошо, если к ночи управимся. А во-вторых, я не хочу,
чтобы ты принимал решение второпях. Тебя, как я понимаю, больше всего пугает сам
процесс обмена. Не ошибусь ли я, не случится ли что-то непредвиденное, не станем
ли мы оба пациентами Приюта Безумных, да?
Я смущенно кивнул. Конечно, он был прав.
- Так вот, это тебя заботить не должно. Обмен Ульвиара, при всей кажущейся
сложности, по сути своей очень простое действие. Грубый, эффектный и радостный
жест, как большинство древних практик. За всю историю не было ни единого случая,
чтобы с практикующими его колдунами что-то случилось. И, честно говоря, я не
думаю, что мы с тобой менее удачливы и выносливы, чем наши предшественники. Но
ты, конечно, сам должен решить, довериться мне или нет. Если нет - что ж,
забудем об этом разговоре до тех пор, пока сам не захочешь его возобновить. Но
если уж ты скажешь "да", будь добр, подчинись собственному решению, а не как
обычно...
- А обычно как? - спросил я. На всякий случай обиженным голосом. Ясно же, что он
не комплименты мне говорить собрался.
- Тот сэр Макс, с которым я знаком, легко согласится: "Да, конечно я тебе
доверяю", а четверть часа спустя благополучно об этом забудет и снова пустится в
расспросы: "А ты точно уверен, что все получится? А если не получится, что
тогда? А может, еще раз прочитаем, что написано в рукописях, а потом спросим у
Джуффина? А ты не хочешь сперва проверить свое заклинание на каких-нибудь
портовых нищих?"
Он так точно воспроизвел мою манеру говорить, что я не смог сдержать улыбку.
- Твоя правда, сэр Шурф. Именно эти вопросы я и собирался непрерывно тебе
задавать, слово в слово... Ладно, попробую не вести себя, как этот твой дурацкий
знакомый сэр Макс. Обещать ничего не могу, но постараюсь. Как же ты,
оказывается, хорошо меня знаешь!
- Да, неплохо. И кстати, важный момент... - Шурф даже перст указующий воздел к
потолку, чтобы привлечь мое внимание. - Имей в виду, если мы с тобой совершим
Обмен Ульвиара, я буду знать тебя еще лучше. А ты - меня. Строго говоря, у нас
вообще не останется тайн друг от друга. Мне-то все равно, а тебе это может не
понравиться.
Я призадумался было, но тут же решил махнуть на все рукой.
- Да ну, ерунда какая. Знай себе на здоровье. Подозреваю, тебя мои тайны не
шокируют. Заодно мне их перескажешь, объяснишь, как я на самом деле устроен. А
то у меня куча вопросов, особенно в последнее время...
- ...и ни малейшей готовности слушать ответы, - подхватил он.
Все-таки внешность очень много значит. Я всегда подозревал, что пробуждаю в этом
ужасном человеке дремучие отцовские инстинкты, но до сих пор он как-то держал
себя в руках - ну, почти всегда. А стоило мне превратиться в малолетнего
беспризорника, и Шурф как с цепи сорвался. Хотя теоретически должен бы понимать,
что моя внешность - лишь видимость, в обоих случаях. У меня было огромное
искушение - плюнуть на все дела и побежать показаться всем остальным коллегам,
поглядеть, как они себя поведут. Но я устоял.
Сэр Шурф поднялся со стула.
- Что ж, если ты решился на обмен, я пошел.
- Куда это? - удивился я.
- На Сумеречный рынок за покупками. У меня в хозяйстве нет необходимых
ингредиентов для изготовления Свечи Фиттеха.
- Возьми меня с собой, - попросил я. - А то останусь один, буду тут сидеть,
думать всякие глупости и бояться. Ты же меня знаешь.
- Знаю. Но ты всерьез собрался выходить из дому в таком виде?
Судя по выражению обычно невозмутимой физиономии Лонли-Локли, мне снова удалось
его удивить.
Я оглядел себя и понял, что он прав.
- Да, действительно. Вид еще тот. Жалко.
Друг мой неожиданно смягчился.
- С другой стороны, я намерен изменить облик, чтобы остаться неузнанным. Обычно
для этого бывает достаточно переодеться. Но твое присутствие могло бы стать
неплохим дополнением к маскировке, благо всем в городе прекрасно известно, что
детей у меня нет. Что ж, попробую подыскать для тебя что-нибудь более
пристойное, чем лохмотья Кобы.
- Спасибо, дяденька! - пискнул я ему вслед.
Шурф не поленился обернуться, укоризненно покачать головой и только после этого
вышел из кабинета.
В тот же момент в моем сознании раздался голос Кобы. Легок на помине.
"Сэр Макс, где тебя вурдалаки носят? - поинтересовался он. - Неужели до сих пор
трех корон не заработал?"
"Представь себе, нет, - покаялся я. - И короны не набралось. Но я не виноват.
Меня, можно сказать, усыновили, еще на рассвете. Причем не чужой человек, а
старый друг, которому я ни в чем не могу отказать. К тому же он, в отличие от
некоторых, дал мне выспаться. Словом, мое обучение накрылось медным тазом, ты уж
прости".
"Ничего страшного, - успокоил меня Коба. - Я свалял дурака, когда взялся тебя
учить. Мог бы сразу сообразить, что без толку. Ну хоть денег заработал...
Кстати, не забудь вернуть мою одежду и забрать свою долю выручки".
"Лохмотья верну, - пообещал я. - А деньги оставь себе. Мне они и правда не
нужны".
"Знаю, что не нужны. Но таков порядок, - сурово сказал Коба. - Если я оставлю
себе твою долю, удача от меня отвернется, поэтому будь добр, не отказывайся. Я
пришлю к тебе своего человека. Он отдаст деньги и заберет одежду".
"Только не сегодня, - взмолился я. - Мне не до того будет".
"Ничего, я подожду, - пообещал старшина нищих. И после короткой паузы спросил: -
Ты на меня больше не злишься?"
"А разве я злился?" - искренне удивился я.
И почти сразу вспомнил - да, действительно, не далее как минувшей ночью. А
кажется, вечность прошла и не я это вовсе был, а незнакомый, чужой человек.
"Сам видишь, я не только не злюсь, а даже не помню, с какой стати на тебя
взъелся".
"То есть я не сверну шею нынче же вечером? И с моста не упаду? И от неведомой
заразы не позеленею? Что ж, хорошо. Одно удовольствие иметь с тобой дело, сэр
Макс. Но опасное, как почти все удовольствия".
На том мы и распрощались, довольные друг другом, насколько это вообще возможно
между людьми, которых объединяет неудавшаяся затея.
Когда сэр Шурф вернулся в гостиную, я его едва узнал. И весьма вероятно, не
узнал бы вовсе, если бы не теоретическое понимание, что кроме него войти сюда
никто не может. И ведь, казалось бы, никаких разительных перемен и чудесных
превращений в духе сэра Кофы. Просто сменил человек белоснежное лоохи на темнокрасное
с капюшоном, натянул тонкие алые перчатки, чтобы скрыть от любопытных
взоров ногти, изрисованные защитными рунами, да усы с бородой не то наклеил, не
то просто отрастил в одночасье, как это у них, могущественных колдунов,
заведено. И еще слегка ссутулился, чего за ним отродясь не водилось. Вот,
собственно, и все. А какой эффект!
- С ума сойти, - сказал я. - Настоящий шимарский горец, только без парадной
прически. С другой стороны, кому какое дело, что там у тебя под капюшоном таится
- светлая голова или косы с перьями...
- Вот именно. - И он швырнул мне желтое лоохи, расшитое черными стрелами. -
Одевайся. Должно быть впору. Осталось у жены с тех времен, когда вдруг вошли в
моду короткие лоохи, едва до колена.
- А все остальное? - жалобно спросил я.
- Другой одежды на твой нынешний рост в доме нет. Придется тебе закутаться как
следует, чтобы только носки сапог и кончик носа было видно.
- То-то и оно, что кончик носа, - проворчал я. - Тюрбан-то у тебя найдется?
Желательно черный, чтобы по цвету хоть как-то сочеталось с этим безобразием.
- А тюрбан тебе пока не положен. Дети головных уборов не носят, неужели не
обращал внимания? Поэтому как следует причешись. Очень удачно, что ты давно не
стригся, столичные подростки как раз предпочитают длинные волосы... И знаешь,
давай-ка я принесу тебе бритву. Демонстрировать твой колючий подбородок уличной
толпе и рыночным торговцам я бы не рекомендовал. Небритый ребенок - зрелище для
избранных.
- Вроде тебя? - ехидно спросил я.
- Совершенно верно. Моя подготовка позволяет мне хладнокровно созерцать все что
угодно. Даже твой нынешний облик.
Эк он все-таки разошелся.
- Ну что, меня уже можно выпускать на улицу? - спросил я четверть часа спустя.
- Можно, - ответил Лонли-Локли. - Вопрос - нужно ли? Ну да ладно, пошли.
В довершение всех бед он, разумеется, не пустил меня за рычаг амобилера.
Дескать, в Ехо не принято, чтобы дети городским транспортом управляли.
Это, честно говоря, нигде не принято, кто же спорит. Однако мне было обидно.
Кажется, я тоже вошел в роль трудного подростка, угнетаемого строгим отцом. Оно
и понятно, в такую роль войти - раз плюнуть.
Пришлось мне бездарно ютиться на заднем сиденье, пока наш амобилер медленно и
торжественно полз через весь город. Дорога до Сумеречного рынка отняла у нас
часа полтора, я вконец извелся. Лучше бы пешком пошли, честное слово.
Однако когда я смирился с мыслью, что поездка будет продолжаться вечно, мы всетаки
остановились на Рыночной площади.
- Держи, - сказал Лонли-Локли, протягивая мне большую корзину, сплетенную из
кожаных лоскутов.
- Что это? - опешил я. - Зачем?
- Когда дети сопровождают взрослых на рынок, они обычно несут покупки, -
объяснил мой друг. - Я просто стараюсь следовать сложившимся традициям. Ты же не
хочешь, чтобы на нас все глазели?
- Хорошо хоть, вы, взрослые, верхом на детях не ездите, - проворчал я, принимая
корзину. - И палками их публично не бьете. Какая нечеловеческая удача!
Лонли-Локли с видом мученика возвел глаза к бледному полуденному небу. Его,
впрочем, можно было понять. Я и сам-то от себя уже начал уставать, а стороннему
человеку, конечно, куда как труднее.
Сумеречный рынок, занимающий целый квартал в самом сердце Старого Города, - одно
из самых колоритных местечек в столице Соединенного Королевства. Это почти
бесконечные лабиринты крытых прилавков и тесных павильонов, днем и ночью
освещенные лишь тусклым оранжевым светом мелких грибов да голубым сиянием
газовых шаров - отсюда, говорят, и название. Пространство такое же пестрое и
шумное, как Речной Порт, но гораздо более компактное и чистое, насквозь
пропахшее заморскими пряностями, свежеструганным благовонным деревом, запретными
чудесами и чужими секретами. Здесь нет ни нищих, ни пьяных матросов, ни гнилых
досок, ни пыльных мешков. Только деловитые продавцы да товары, попавшие сюда из
корабельных трюмов, ремесленных мастерских и даже чужих сундуков: воры
предпочитают торговать краденым именно здесь, на Сумеречном рынке, больно уж он
велик, так что затеряться в толпе проще простого. Сюда несут свою добычу и
знатоки подземных лабиринтов, профессиональные мародеры с университетским
образованием, вдумчивые расхитители сокровищ из подвалов древних дворцов и
тайных складов бывших Орденских резиденций, где, говорят, хитроумных ловушек
больше, чем камней в стенах, зато до сих пор можно найти в высшей степени
полезные и опасные сувениры минувших эпох.
Я не раз слышал, что на Сумеречном рынке можно купить все что угодно - хоть
тычинки серой орхидеи из Шиншийского Халифата, хоть скорлупу яиц арварохского
хуба, хоть заплату от мехового плаща основателя Ехо Халлы Махуна Мохнатого.
Нужно только прийти сюда в правильное время и обратиться с правильным вопросом к
правильному человеку. Не знаю, я-то сам всегда посещал Сумеречный рынок скорее
ради развлечения, чем в поисках редкостей. И покупки делал просто так, по
вдохновению, а не по заранее составленному списку.
Лонли-Локли, как нетрудно догадаться, действовал совсем иначе. Во-первых, у него
действительно был заготовлен длиннющий список. Во-вторых, он явно представлял,
где что искать и к кому следует обращаться с вопросами. Поэтому мы не праздно
слонялись по рынку, как я привык, а методично прочесывали его территорию, то и
дело останавливаясь у прилавков, заваленных какими-то загадочными порошками,
травами и плотно закупоренными керамическими сосудами. Некоторые товары Шурф
покупал не торгуясь; иногда, напротив, настойчиво сбивал цену, хотя речь шла о
каких-то несчастных горстях, - я бы на его месте, не задумываясь, полез в карман
за деньгами. Так то я, известный мот и транжира, непрактичная бестолочь.
Пару часов спустя я был близок к тому, чтобы начать ныть и канючить, как и
положено ребенку, измученному продолжительным шопингом. К счастью, сэр Шурф
вовремя догадался купить мне отличное пирожное - невесомый комок сладкой
ореховой пыли размером почти с мою голову. Это, как ни странно, на какое-то
время вполне примирило меня с реальностью, я даже корзинку эту грешную ему
простил. Ну, скажем так, почти.
Меж тем мы сделали несметное множество покупок. Корзина моя наполнилась
свертками, пакетами и склянками; самое поразительное, что все наши приобретения
я видел впервые в жизни. Более того, никогда прежде не слышал об их
существовании. Порошок Тротт, кора дерева кури, дымная глина из Лохри, сок
маракумбы, смола ферниха, кислая шиншийская смесь, сушеные моллюски кримпи и еще
добрая дюжина наименований, столь же загадочных, сколь и бессмысленных - с точки
зрения необразованного болвана вроде меня.
Наконец, когда я уже потерял надежду когда-нибудь выйти из душного полутемного
павильона на свежий воздух, Лонли-Локли внимательно проглядел список и объявил:
- Ну вот и все. Нам повезло. Я-то опасался, что некоторые ингредиенты придется
специально заказывать у знакомых поставщиков; ожидание могло бы затянуться до
глубокой ночи. Но сегодня на удивление удачный день.
- Придется поверить тебе на слово, - вздохнул я. - Давно уже забыл, что это
такое - удачный день. А оно вон как. Все моллюски кримпи наши, и ничего больше
не нужно для счастья!
- Моллюски - это как раз пустяки, - совершенно серьезно заверил меня Шурф. -
Ходовой товар. А вот по дешевке купить у незнакомого торговца стеклянный пепел
из Куними - огромная удача. Я на это, конечно, надеялся, но не слишком
рассчитывал.
- А теперь мы поедем домой? - жалобно спросил я. - У меня уже голова кругом
идет, и снова спать хочется. Душно здесь. И запахи эти...
- Думаю, дело не в духоте и не в ароматах. Скорее всего, через несколько часов к
тебе вернется прежний облик. Эти старинные уандукские зелья чем плохи - похмелье
от них хуже, чем от джубатыкской пьяни, почти от всех. Поехали, действительно,
пока ты на ногах держишься.
В амобилере я уже не сидел, а лежал. Думаю, Шурф был прав, все дело в этой
Кобиной микстуре. По крайней мере, во рту у меня снова появился привкус серы и
груш, а мышцы болели так, словно я дюжину дней не вылезал из тренажерного зала.
Хотя, казалось бы, с чего?
- Что, плохо дело? - сочувственно спросил Шурф. - Ничего, потерпи. Не слишком
высокая плата за неосмотрительность. И как у тебя ума хватило из чужих рук
неизвестное питье принимать? Ты же не мог знать, как оно на тебя подействует.
После супа Отдохновения и убившего тебя приворотного зелья мог бы быть
осторожнее!
- Не мог, - огрызнулся я. - Если бы мог, то и был бы, неужели непонятно?
- Да, действительно, - согласился мой друг. И, немного помолчав, добавил: - Если
станет совсем скверно, скажи. Отвезу тебя к Джуффину. Для борьбы с уандукскими
зельями моих знахарских познаний, боюсь, недостаточно.
- А если просто в меру паршиво?
- Тогда как-нибудь потерпишь. Случались с тобой вещи и похуже. Скажешь, нет?
Он был совершенно прав, как всегда.
Ехать к Джуффину, хвала Магистрам, все-таки не пришлось. Мышцы болели, голова
кружилась, перед глазами плясали цветные круги, а к горлу подступала тошнота -
но и только. Я даже из амобилера выйти смог. И по лестнице в кабинет Шурфа коекак
поднялся. Но уж там рухнул на одеяла и лежал не двигаясь, наслаждался полным
покоем. Даже от обеда отказался наотрез, лишь бы не нужно было шевелиться.
Хватит уж!
Пока я валялся, Лонли-Локли сортировал покупки, сверяясь с какими-то своими
записями. Кажется, остался доволен.
- Макс, а мы можем воспользоваться твоей кухней? - вдруг спросил он. - Я имею в
виду кухню Мохнатого Дома. Припоминаю, ты неоднократно высказывал намерение
избавиться от слуг, в том числе и от поваров. Теперь там пусто?
- К сожалению, это оказалось не так-то просто. Не забывай, в Мохнатом Доме живут
Хейлах и Хелви. Хоть и отставные, а все-таки царицы народа Хенха. Им-то слуги
нужны позарез. Леди Сотофа, насколько я знаю, уже научила девчонок таким
чудесам, что нам с тобой и во сне не снились, однако приготовить себе завтрак
эти красотки все еще не способны. Или просто не хотят...
- Это все чрезвычайно интересно, - вежливо сказал Шурф. - Но я хотел выяснить,
сможем ли мы воспользоваться твоей кухней. И все.
- Нет проблем. Пошлю зов девочкам, они выставят из Мохнатого Дома поваров и всех
прочих слуг. И сами отправятся гулять, если понадобится. Хоть до утра. Я редко
их о чем-то прошу, вернее, вовсе никогда. Но раз в жизни можно - учитывая
обстоятельства.
- Вечно ты перегибаешь палку, - вздохнул Лонли-Локли. - Не нужно юным леди
бродить по улицам до утра. Вполне достаточно, если на закате для нас освободят
кухню. Что будет происходить в других комнатах дома, не имеет значения - при
условии, что у твоих домочадцев хватит благоразумия не нарушать наше уединение.
- Ладно, - примирительно сказал я. - Сейчас договорюсь с Хейлах. Ее благоразумия
хватит на что угодно, не сомневаюсь. А потом усыпи меня, если тебе не трудно,
ладно? Утром у тебя превосходно получилось. Может, проснусь уже взрослым...
- Ну, это как раз вряд ли, - осадил меня сэр Шурф. - Взрослым ты проснешься
хорошо если лет через сто, да и то, по правде сказать, сомневаюсь. А вот твой
рост, похоже, скоро станет прежним. И переживать такие метаморфозы действительно
лучше во сне, тут ты абсолютно прав.
Проснулся я уже в сумерках. Некоторое время неподвижно лежал, пытаясь понять, на
каком я свете. Новости из недр организма мне скорее нравились, чем нет: я
чувствовал себя если не хорошо, то сносно. Мышцы все еще слегка ныли, но по
сравнению с давешними муками это была сущая ерунда. Зато выданные Кобой шелковые
штаны теперь едва закрывали колени: я, надо понимать, снова вырос, хвала
Магистрам! Я-то в глубине души опасался, что, несмотря на все Кобины обещания,
останусь маленьким навсегда. Вот был бы номер! Этакий Питер Пэн из Тайного
Сыска, все мятежные Магистры плачут от умиления и бегут в лавку за конфетами...
В связи с
...Закладка в соц.сетях
