Жанр: Фантастика
Змеиные войны 1. Королева мрака
...оролевством он быстро возвысился и теперь уступает влиянием
только членам королевского дома. - Оуэн понизил голос почти до шепота. -
Поговаривают, что он был не только простолюдином, но еще и вором.
- Этого не может быть, - сказал Эрик. Оуэн пожал плечами:
- По-моему, ничего по-настоящему невозможного в жизни не существует.
- Может, во времена его юности такое и могло случиться, но с тех пор
прошло пятьдесят лет, - возразил Эрик.
- Все меняется, - согласился Оуэн. - Когда-то, сотни лет назад, здесь
была граница.
Эрик сдвинул брови, словно не понимая.
- Эрик, я вырос на Дальнем Береге, - пояснил Натан. - И думаю, наш друг
Грейлок имел в виду вот что: ты встретишь там людей иного типа, людей,
которых больше интересуют твои знания и умения, чем кто был твой отец. Там
жизнь слишком сложна, чтобы интересоваться титулом или происхождением; там
все зависят друг от друга. Когда тебя повсюду окружают гоблины и черные
эльфы, не говоря уже об обычных разбойниках, ты счастлив, если поблизости
есть кто-то, кто может помочь, на кого можно положиться, - а волноваться
из-за тех мелочей, которым придается столько значения в Королевстве, у тебя
просто нет времени.
Грейлок кивнул. Эрик ничего не ответил, но про себя подумал, что, в конце
концов, все может обернуться не так уж и плохо. Внезапно дверь распахнулась,
и в трактир вбежал Ру. Он огляделся и быстро направился к столику, за
которым сидели Эрик, Натан и Грейлок. Подойдя, он почтительно поклонился
мечмастеру и сказал:
- Мастер Грейлок, вас требуют в "Павлиний хвост", сэр.
Оуэн бросил на Эрика короткий взгляд, и лицо его стало обеспокоенным.
Учитывая ситуацию, хороших новостей ждать не приходилось. Грейлок встал
из-за стола, торопливо попрощался со всеми и вышел. Ру уселся на его место.
- Я смотрю, ты стал важной персоной, Ру? - поддел его Натан.
Ру скривился, как будто съел что-то кислое.
- Я слонялся у фонтана, вышел солдат и попросил нас найти мечмастера и
прислать его в "Павлиний хвост". Я сказал ребятам, что сбегаю сюда.
- Я надеялся, что ты придешь вечером, - улыбнулся Эрик.
- Я и пришел бы, но у фонтана была Гвен, и... Эрик покачал головой:
- Так ты все-таки вернул ее расположение?
- Стараюсь, - ответил Ру.
- Ру, а не пойти ли тебе ко мне в ученики? - спросил Натан.
Это была шутка, и все это понимали, но тем не менее Ру замахал руками:
- Что? Кругом грязь и сажа, руки в мозолях, а ноги в синяках от лошадиных
копыт? Нет уж, ни за какие коврижки! У меня другие планы.
Эрик рассмеялся, а Натан спросил:
- Правда? И что же это за планы?
Ру огляделся, словно боялся, что его подслушают.
- Есть способы заработать на жизнь без всяких гильдий и ученичества, друг
кузнец.
- По тебе, Ру, тюрьма плачет, - поморщился Натан. Ру вскинул руки в жесте
оскорбленной невинности.
- Нет-нет, клянусь, никакого мошенничества! Просто мой отец возит из
Крондора много всяких товаров, и я достаточно хорошо разбираюсь в ценах. Я
скопил немного денег и хочу вложить их в какой-нибудь груз.
- Грузоперевозки? - изумился Натан.
- Компании в Крондоре и Саладоре страхуют грузы, перевозимые по суше и
морем. Они выпускают акции и платят по ним девять процентов дохода.
- Это правда, - согласился Натан, - но это очень рискованно. Если груз
опоздает, ты лишишься прибыли, а если разбойники захватят караван или
корабль затонет, ты потеряешь все.
Ру пропустил это мимо ушей.
- Я собираюсь начать с малого и за несколько лет нажить состояние.
- А на какие шиши ты будешь жить, пока твои деньги не начнут приносить
доход? - спросил Натан.
- Ну, я еще не совсем это обдумал, но...
- Ру, а сколько ты накопил? - перебил его Натан.
- Почти тридцать золотых соверенов, - ответил тот с гордостью.
Натан был поражен.
- Ничего себе! Я полагаю, мне не следует спрашивать, как тебе удалось
скопить такие деньги, а? - Он повернулся к Эрику:
- Советую тебе вернуться в кузницу и скрыться с глаз. Утром, когда придет
дилижанс, у вас будет достаточно времени попрощаться. Если ты понадобишься
мастеру Грейлоку, я скажу ему, где тебя найти.
Эрик согласно кивнул и встал. Ру тоже поднялся и вслед за приятелем вышел
из гостиной на кухню, где Фрейда хлопотала над очагом с таким видом, словно
это был обычный вечер в трактире, а не ее последняя ночь в родном доме.
Эрик и Ру вышли наружу. Проходя мимо лошадей, Эрик по привычке осмотрел
их ноги.
- Завтра Мило придется заказывать сено, - пробормотал он, медленно
проходя вдоль ограды. - К тому времени, когда солдаты уедут, на чердаке уже
будет пусто.
Ру повернулся лицом к Эрику и пошел спиной вперед, забавно подпрыгивая.
- Возьми меня с собой, Эрик.
- Чего это тебе в голову взбрело? - спросил Эрик.
- А что? Ты - мой единственный настоящий друг в этом городе. Работы у
меня тут тоже нет. Я не шутил, когда говорил о страховании грузов. В
Крондоре можно будет вложить деньги в прибыльное дело. Да и ты, когда туда
попадешь, убедишься, что можно найти занятие получше, чем учиться тому, что
ты и так уже умеешь.
Эрик рассмеялся и остановился, чтобы Ру перестал пятиться.
- А твой отец?
- Да ему на меня наплевать, - сказал Ру с горечью. - С тех пор как умерла
мама, у этого ублюдка не нашлось для меня ни одного доброго слова. -
Внезапно, как по волшебству, в руке Ру возник кинжал и так же быстро снова
исчез под просторной рубашкой. - Если что, я сумею за себя постоять. Ну,
давай я поеду с вами!
- Ладно, я поговорю с мамой. Только вряд ли она обрадуется, - сказал
Эрик.
- Ты ее уговоришь.
- Хорошо, допустим, уговорю. Тебе надо собрать шмотки и взять пару
медяков на дорогу.
- Все мое барахло уместилось в один узел. Я сбегаю домой и притащу его, -
сказал Ру и исчез в темноте. Глядя ему вслед, Эрик покачал головой и
внезапно почувствовал тяжесть на сердце. По любым меркам чердак над амбаром
нельзя было назвать уютной квартирой; крыша текла, постоянные сквозняки,
зимой холодно, а летом душно, но это был его дом. И он будет скучать по Мило
и Розалине.
Забираясь на чердак, Эрик продолжал думать о Розалине, симпатичной, но не
такой настойчивой и смелой, как Гвен и некоторые другие девушки. Его влекло
к ней, но это влечение частенько умерялось ощущением родства. Она была его
сестрой - пусть не по крови, зато по духу, - и хотя Эрик, как любой парень
его возраста, интересовался девушками, думая в этом смысле о Розалине, он
всегда как-то смущался. Но одно он знал наверняка: больше всего ему будет
недоставать именно ее.
Утомленный тяжелым и беспокойным днем, Эрик быстро задремал - но лишь для
того, чтобы тут же встрепенуться от внезапного страха. Он сел и оглядел
темный чердак. Ощущение, что к тебе подбирается невидимый враг. Бормотание
солдат в трактире, ржание лошадей в загоне... Эрик повернулся на другой бок
и подложил руку под голову, размышляя над тем, откуда взялось это внезапное
чувство опасности.
Он закрыл глаза и опять увидел лицо Розалины. Да, он будет скучать по
ней, по Мило и Натану. Вскоре он вновь задремал - и перед тем как глубокий
сон одолел Эрика, ему померещилось, что Розалина нежно произнесла его имя.
- Эрик!
Эрик проснулся оттого, что кто-то яростно тряс его за плечо. Вырванный из
тяжелого сна, эмоционально опустошенный, Эрик не сразу сообразил, где
находится.
- Эрик! - Голос Ру разорвал темноту, и Эрик разглядел над собой силуэт
своего друга. За спиной у него болтался дорожный мешок.
- В чем дело?
- Быстрее. Там, у фонтана. Розалина. Эрик скатился по лестнице. Ру
старался не отставать. Пробегая мимо трактира, Эрик услышал внутри голоса.
- Сколько времени?
- Недавно пробило девять. Около половины десятого. Эрик знал, что раз в
городе остановились солдаты, кое-кто из городских девушек непременно придет
к фонтану. Но Розалина определенно к ним не относилась...
- Так что случилось?
- Я не знаю, - выдохнул Ру на бегу. - Гвен тебе все расскажет.
У фонтана трое юных гвардейцев пытались поразить девушек байками о своих
подвигах. Но по выражению лица Гвен было ясно, что ей совершенно не до того.
Вид у нее был крайне встревоженный.
- Что стряслось? - спросил Эрик.
- Розалина приходила, искала тебя.
- Я был на чердаке, - сказал Эрик.
- Она говорила, что звала тебя, но никто не ответил, - объяснила Гвен.
Эрик проклял в душе свой глубокий сон.
- Где она сейчас?
- Говорят, что ее увел Стефан, - ответил Ру.
- Что?! - Услыхав имя сводного брата, Эрик повернулся и схватил Гвен за
руку. - Ну-ка, объясни!
Гвен отвела Эрика в сторону, чтобы не услышали солдаты.
- Она уже собралась возвращаться в трактир, как появились эти сыновья
барона. Стефан начал говорить ей всякие штучки, и что-то в его манерах ей не
понравилось. Она хотела уйти, но не знала, как отказать человеку его
положения, и, когда он предложил ее проводить и взял под руку, пошла с ним.
Только он не повел ее обратно в трактир; они пошли туда, к старому саду. -
Гвен показала рукой. - Эрик, он буквально тащил ее, а не провожал!
Эрик шагнул в указанном направлении, но Гвен его остановила:
- Эрик, когда в тот раз я пошла со Стефаном... Он привел меня в свою
комнату в "Павлиньем хвосте"... - Гвен перешла на шепот, ей было стыдно
рассказывать. - Он избил меня. Ему нравится бить женщину, прежде чем взять
ее, и, когда я кричала, он смеялся.
Ру стоял рядом. Эрик поглядел в сторону яблоневого сада, и при виде его
лица Ру стало не по себе. Эрик устремился в темноту, а Ру схватил Гвен за
руку:
- Беги в "Шилохвость" и найди Натана. Расскажи ему, что случилось, и
пусть он идет в сад! - Потом он подбежал к гвардейцам, которые с
любопытством смотрели вслед Эрику:
- Если хотите предотвратить убийство, быстро найдите Оуэна Грейлока и
скажите ему, чтобы скорее шел в старый сад!
Выпалив это, Ру сломя голову помчался догонять Эрика. Несмотря на худобу,
он бегал едва ли не лучше всех в городе, но Эрик уже был далеко - Ру успел
заметить лишь улицу, на которую он свернул.
Ру нырнул в темноту. Его шаги, гулко отдаваясь от мостовой, звучали
словно набат, призывающий к ярости и насилию. Ру чувствовал, как в нем
закипает кровь, но старался сдерживаться, зная, что предстоит драка, а в
драке нужна холодная голова. Только сдержаться было нелегко: Ру и раньше
недолюбливал Стефана, а теперь с каждым шагом, звучащим подобно пощечине,
неприязнь переходила в настоящую ненависть. В конце улицы он заметил
исчезающего в темноте Эрика и помчался за ним, но Эрик несся словно на
крыльях. Ру еще никогда не видел, чтобы Эрик бежал так быстро.
Пробежав через выгон, Ру перескочил через изгородь и оказался на краю
старого сада, где теплыми ночами обожали встречаться влюбленные. Попав после
ярко освещенной площади и света уличных фонарей в плотную темноту между
деревьями, Ру вынужден был перейти на шаг. Он ощупью пробирался между
стволов и вдруг неожиданно наткнулся на Эрика. Молодой кузнец приложил палец
к губам, а потом прошептал, сдерживая дыхание:
- Кажется, здесь.
Ру прислушался и, уловив чуть в стороне слабый шорох, словно ткань
шелестела о ткань, молча кивнул.
Эрик двинулся туда, как охотник, подкрадывающийся к добыче. Во всем этом
было что-то очень дурное. Розалина никогда и ни с кем не пошла бы сюда; она
была еще слишком юна и, Эрик в этом не сомневался, у нее не было парня. В
отличие от других девушек Розалина была не просто скромна - она чувствовала
себя уверенно только с Эриком или Ру, а в обществе других ребят сразу
терялась и даже самые невинные комплименты вгоняли ее в краску. Когда
подруги принимались судачить о городских парнях, она смущалась и убегала.
Эрик сердцем чувствовал, что ей грозит опасность, и отсутствие громких
звуков еще больше его настораживало. Любую парочку в эту тихую ночь было бы
слышно за милю...
И внезапно раздался звук - звук, от которого волосы у обоих друзей
поднялись дыбом. Девичий крик, вслед за ним - звук удара, а потом опять
тишина. Эрик метнулся туда, откуда послышался крик. Ру, помедлив мгновение,
кинулся за ним.
Эрик несся стрелой, не думая ни о чем, а потом вдруг увидел Розалину, и
мир вокруг на мгновение замер. Она лежала на поваленном дереве, лицо ее было
в крови, блузка валялась в стороне, а юбка была разорвана. Эрика словно
обожгло изнутри, и в глазах потемнело от гнева.
Он скорее почувствовал, чем заметил какое-то движение в темноте, и
отпрыгнул вправо. Это спасло ему жизнь, но кончик меча все же его зацепил.
Левое плечо взорвалось обжигающей болью. Эрик вскрикнул и покачнулся: ноги
внезапно стали как ватные. В следующее мгновение из темноты вылетел Ру и,
словно таран, врезался головой Стефану в живот. Лезвие выскочило из плеча
Эрика, и боль стала почти нестерпимой. Перед глазами у него все поплыло,
желудок сжался, и лишь громадным усилием воли Эрику удалось не потерять
сознание. Он потряс головой, чтобы прояснить зрение, и услышал панический
вопль Ру: "На помощь!" Этот крик окончательно привел Эрика в чувство и в
тусклом свете средней луны, едва проникающем сквозь толстые ветви, он увидел
на земле Ру и Стефана. Внезапной атакой Ру удалось захватить баронета
врасплох, но он быстро утратил свое преимущество. Стефан был гораздо сильнее
и тяжелее; он прижал Ру к земле и пытался развернуть меч. Только благодаря
тому обстоятельству, что в рукопашной схватке длинный клинок - оружие
неудобное, Ру был еще жив. Будь Стефан вооружен кинжалом, Ру не прожил бы и
минуты.
При виде этой картины Эрик забыл про раненое плечо. Одним прыжком он
очутился у Стефана за спиной, обхватил его поперек туловища и со звериным
воплем резко рванул вверх. Воздух с шумом вырвался из легких Стефана. В
могучих объятиях Эрика он обмяк и выронил меч. Эрик застыл, одержимый духом
мщения, и руки его сжимались все крепче, словно хотели выдавить из Стефана
жизнь. Розалина лежала недвижно - немое свидетельство жестокости Стефана, -
и Эрик не мог отвести от нее глаз. То, что ее грудь обнажена, казалось Эрику
неслыханным оскорблением. В детстве они вместе купались, но с тех пор прошло
много лет, и сейчас видеть эту девичью грудь, не говоря уж о том, чтобы ее
коснуться, имел право только возлюбленный, муж или ребенок. Так думал Эрик,
и пламя гнева в его душе разгоралось все ослепительнее и жарче. Его Розалина
достойна лучшего, чем быть изнасилованной похотливым и жестоким дворянским
сынком!
Ру вскочил на ноги и выхватил из-под рубашки кинжал. В глазах у него
горел огонь смертельной ярости. Стефан сопротивлялся отчаянно, Эрик
чувствовал, что долго его не удержит. Ру шагнул вперед, и Эрик услыхал
далекий голос, приказывающий: "Убей его!", а когда Ру вонзил клинок, он
осознал, что голос, осудивший Стефана на смерть, принадлежал ему самому.
Стефан судорожно дернулся, застыл на мгновение, потом обмяк и больше не
шевелился - даже после того, как Ру рывком вытащил лезвие. Содрогнувшись от
внезапного отвращения, Эрик разжал руки, и труп Стефана мягко упал на землю.
Ру встал над ним с окровавленным кинжалом в руке и перекошенным от злости
лицом.
- Ру? - позвал Эрик.
Ру моргнул, посмотрел на кинжал, перевел взгляд на мертвеца, вытер лезвие
о камзол Стефана и спрятал кинжал. Ярость еще бушевала в нем, требуя выхода;
он злобно пнул тело Стефана - Эрик услышал хруст треснувших ребер, - а потом
с презрением плюнул в лицо мертвеца.
Гнев внезапно покинул Эрика.
- Ру? - снова позвал он, и его друг повернулся к нему. На лице Эрика было
написано замешательство; на лице Ру - замешательство пополам с гневом. Эрик
в третий раз окликнул его, и Ру наконец отозвался. Его голос был хриплым от
страха и возбуждения:
- Что?
- Что мы наделали?
Пустым взглядом Ру посмотрел на Эрика, потом - вниз, на Стефана, и
внезапно осознал, что случилось. Он закатил глаза и простонал:
- О боги, Эрик! Нас же повесят!
Эрик огляделся и, увидев Розалину, по-прежнему лежащую без движения,
вспомнил, что у него есть дела поважнее, чем забота о собственной судьбе. Он
подбежал к ней и опустился на колени. Розалина была жива, но дышала с
трудом. Эрик постарался положить ее поудобнее и в растерянности уставился на
нее, не зная, что делать дальше. Розалина слабо застонала.
Подошел Ру, держа в руках модный плащ - очевидно, Стефана, - и укрыл
Розалину.
- Она в опасности, - сказал Эрик.
- Так же как и мы, - ответил Ру. - Эрик, если мы будем торчать здесь, нас
схватят и вздернут.
Эрик наклонился к Розалине, собираясь взять ее на руки, но Ру дернул его
за рукав:
- Надо удирать!
- Что ты имеешь в виду? - спросил Эрик.
- Дурак, мы убили баронского сына.
- Но он надругался над Розалиной!
- Это не оправдание, Эрик! И потом, даже если ты присягнешь, что это
случилось только из-за Розалины, тебе ни один суд не поверит! Будь это любой
другой, кроме твоего проклятущего братца... - Он не закончил свою мысль.
- Мы не можем оставить ее здесь, - упрямо сказал Эрик. Из темноты
донеслись голоса.
- Ее все равно скоро найдут. Через несколько минут в этом саду будет
больше солдат, чем деревьев... - Словно в подтверждение его слов голоса
начали приближаться.
Ру вглядывался в темноту, готовый в любую минуту сорваться с места.
- Эрик, мы не имели права его убивать. Если нас посадят на скамью
подсудимых и приведут к присяге, мы не сможем честно сказать, что были
вынуждены его убить. - Ру взял Эрика за руку, словно собираясь тащить за
собой, если придется бежать. - Я хотел, чтобы он умер, Эрик. И ты тоже. Мы
убили его намеренно.
Эрик пытался сообразить. Он помнил, что во время схватки действительно
ощущал в душе нечто подобное жажде убийства, но сейчас все события ушли в
самые отдаленные уголки памяти и перепутались.
- У меня деньги с собой, - Ру кивнул на свой дорожный мешок. - Мы можем
запросто добраться до Крондора и заплатить за проезд на Закатные острова.
- Почему туда?
- Потому что если человек проживет на островах год и один день и не
совершит никакого преступления, ему прощается все, что он натворил до
приезда туда. Это старый закон, еще с тех времен, когда острова
только-только вошли в Королевство.
- Но нас будут искать.
Розалина со слабым стоном пошевелилась. Ру наклонился к ней и спросил:
- Ты меня слышишь? - Девушка не отвечала. Ру выпрямился и сказал Эрику:
- Скорее всего подумают, что мы отправились в Кеш. В Долине Грез можно
скрыться и без труда пересечь границу.
Эта долина, ничейная полоса на границе между Великим Кешем и
Королевством, была прибежищем и местом встреч контрабандистов и разбойников
из обоих государств. Люди приходили и уходили, и никто не задавал лишних
вопросов.
Эрик попробовал пошевелить плечом, и от острой боли у него закружилась
голова.
- Все это как-то неправильно, - сказал он.. Ру покачал головой.
- Здесь нас точно повесят. Даже найди мы двадцать свидетелей, Манфред
сделает все, чтобы нас признали виновными. - Отдаленный крик прорезал ночь,
и Ру затравленно огляделся. - Кто-то идет. Надо удирать немедленно!
Эрик кивнул:
- Я должен зайти в трактир...
- Нет, - перебил Ру. - Они этого ожидают. Мы пойдем по старой западной
дороге. Будем идти всю ночь, а на рассвете укроемся в зарослях. По нашему
следу наверняка пустят собак, так что надо до рассвета убраться подальше, и
чем больше ручьев мы при этом пересечем, тем лучше.
- Но мама...
- Ей ничто не грозит, - вновь прервал его Ру. - Манфреду незачем ее
теребить. Опасность для них всегда представлял ты, а не мать. - С дальней
стороны сада донесся еще один крик, и Ру грязно выругался. - Они уже на той
стороне. Мы попались!
- Туда! - крикнул Эрик, указывая на старое дерево. В детстве они обожали
на нем играть, потому что у него была очень густая крона.
- Как твое плечо? - спросил Ру, подбегая к дереву.
- Горит, как в огне, но рукой двигать можно. Ру проворно вскарабкался на
дерево. Более легкий, чем Эрик, он залез почти на верхушку, оставив толстые
нижние ветви для друга. Эрик скрылся в листве как раз в тот момент, когда в
темноте замигали приближающиеся факелы и фонари. От испуга Ру потерял
равновесие, закачался, но ему удалось удержаться. Эрика мутило от боли,
страха и отвращения. Он до сих пор не мог поверить в смерть Стефана; он
видел на земле темное пятно его тела и все надеялся, что оно вот-вот
встанет, как будто случившееся было лишь пантомимой, разыгранной на
празднике.
На поляну выбежал солдат с фонарем и увидел Розалину.
- Мастер Грейлок! Сюда!
Сквозь листву Эрик различил людей, спешивших туда, где рядом друг с
другом лежали Розалина и Стефан. Голос Оуэна Грейлока сказал:
- Он мертв.
- А девушка? - спросил другой голос.
- Она в плохом состоянии, мечмастер. Ей нужен лекарь, - послышался третий
голос.
Внезапно Эрик услыхал бешеный вопль Манфреда: "Они убили моего брата!", и
вслед за почти неслышным ругательством и всхлипыванием раздалось: "Я убью
его своими руками".
Сквозь листву Эрик разглядел худощавую фигуру Грейлока и услышал, как
мечмастер барона сказал:
- Манфред, мы найдем тех, кто это сделал.
Эрик покачал головой. Трое гвардейцев, которые видели, как они с Ру
помчались вслед за Стефаном и Розалиной, конечно, расскажут об этом.
- Я так понимаю, была стычка между этим бастардом и вашим братом, но
почему они избили девушку? - сказал какой-то солдат, и Эрик понял, что им
уже все известно. Он почувствовал, что в нем вновь закипает гнев.
- Эрик и пальцем не тронул бы Розалину, - раздался знакомый голос. Натан!
- Ковальмастер, не хотите ли вы сказать, что это сделал мой брат?
- Молодой сэр, я знаю только, что эта девушка - самая добрая душа из
всех, что боги послали в этот мир. Для Эрика она была сестрой, для Ру -
одним из немногих настоящих друзей. Ни тот ни другой не могли причинить ей
зло. - Натан помолчал и выразительно добавил:
- Зато они могли убить любого, кто это сделал.
Голос Манфреда задрожал от гнева.
- Ковальмастер, я не собираюсь прощать грязное убийство! Никто из членов
моей семьи не мог сделать того, о чем вы говорите. - Повелительным тоном он
обратился к Грейлоку:
- Мечмастер, пусть ваши люди оседлают лошадей и прочешут окрестности. А
когда двух этих подлых псов найдут, пусть их придержат до моего приезда. Я
хочу лично увидеть, как их вздернут.
Сквозь шум, поднятый после этих слов солдатами, прорвался голос Натана:
- Молодой господин, об этом не может быть и речи. Существует закон. И
поскольку вы являетесь членом семьи потерпевшего, ни вы, ни ваш отец не
имеете права вершить правосудие. Эрик и Ру должны предстать перед
королевским судом или судом магистрата. - Тут в голосе Натана прозвучала
угроза:
- Эрик - гильдейский ученик, и если вы, молодой сэр, действительно хотите
неприятностей, можете попробовать сунуть моего ученика в петлю без
соответствующего приговора.
- Вы собираетесь втянуть в это дело гильдию? - спросил Манфред.
- Безусловно, - ответил Натан, Эрик едва не расплакался. Натан хотя бы
понял, что здесь произошло. - Я бы посоветовал молодому господину вернуться
к отцу. Кто-то должен сообщить ему печальную весть, и это должен быть кто-то
из тех, кого он любит. - И, ставя точку, добавил:
- Это должны быть вы, молодой сэр.
Розалина пошевелилась и слабо вскрикнула. Натан обратился к Грейлоку:
- Мастер Грейлок, не прикажете ли вы кому-нибудь из ваших людей отнести
девушку в трактир?
Грейлок отдал соответствующее распоряжение и приказал остальным солдатам
отправляться на поиски.
Эрик и Ру сидели на дереве, пока солдаты не скрылись из виду, а когда все
стихло, осторожно спустились на землю и прислушались, готовые сорваться с
места при малейшем шуме. Наконец Ру сказал:
- Пока удача на нашей стороне.
- Почему?
- Они не подозревали, что мы над ними. Теперь они разбегутся по всему
саду, и у нас появится больше лазеек, через которые можно ускользнуть. Любой
местный крестьянин подумал бы о старой западной дороге, но Грейлок скорее
всего никогда не слышал о ней; он всегда ездил на запад по королевскому
тракту. Так что пока нас должны беспокоить те солдаты, которые впереди нас,
а не те, которые позади.
- Я думаю, а не лучше ли нам сдаться, - сказал Эрик.
- Натан и гильдия, быть может, защитят тебя, а за меня некому вступиться.
Если меня поймают, то вздернут в тот же день. И не воображай, что Манфред
станет излишне беспокоиться о законе, когда сообразит, что теперь ты
угрожаешь уже его правам, а не Стефана.
Эрик почувствовал слабость в желудке. Ру прошептал:
- Эрик, ты сделал его наследником, но я не думаю, что он разыскивает
тебя, чтобы поблагодарить. Если мы не попадем на Закатные острова, мы
покойники.
Эрик кивнул. У него все еще кружилась голова и болело плечо, но он
заставил себя встать на подгибающиеся ноги и молча побрел вслед за Ру в
темноту.
Глава 4
БЕГЛЕЦЫ
Эрик упал.
Ру вернулся и помог другу подняться. Вдалеке слышался лай собак и топот
копыт.
Всю ночь они бежали, останавливаясь отдохнуть не больше чем на несколько
минут, и постоянно меняли направление. Рана Эрика болела и продолжала, хотя
и слабо, кровоточить. К тому времени, когда они спустились с предгорий, он
уже совершенно выбился из сил.
Эти места к западу от Даркмура и к северу от королевского тракта до сих
пор были мало населены. Горы - не лучшее место для земледелия, и
многочисленные вырубки так и остались нераспаханными. Густ
...Закладка в соц.сетях
