Жанр: Фантастика
Колесо Времени 09. Сердце зимы
...ру мгновений в другую сторону прогрохотала большая
водовозка с насосом. Ее тянула восьмерка лошадей, и окованные железом колеса
гремели по каменной мостовой. Еще где-то пожар. Чаще всего пожары случались по
ночам. Мимо Илэйн, взглянув на нее лишь мельком, проехал шагом патруль из
четырех гвардейцев. Ее они, как и солдаты у ворот, не узнали. Покачиваясь в
седле, Илэйн ехала, мечтая о кровати. И вдруг поняла с удивлением, что ее
снимают с седла. Илэйн открыла глаза, которые вроде бы не закрывала, и
обнаружила, что Бергитте на руках вносит ее во дворец..
-Опусти меня, - устало потребовала Илэйн. - Идти я могу.
- Ты едва стоишь, - прорычала Бергитте. - Лежи спокойно.
- С ней нельзя говорить! - громко сказала Авиенда.
- Ей действительно нужно поспать, мастер Норри, - твердо заявила Мерилилль. -
Дела потерпят до завтра.
- Прошу прощения, но до завтра дела не потерпят, - ответил Норри на удивление
настойчивым голосом. - Это срочно! И мне нужно поговорить с ней сейчас же!
Илэйн приподняла голову, с трудом удерживая ее прямо. Халвин Норри, как обычно,
прижимал к тощей груди свою кожаную папку, но сейчас этот сухонький человечек,
что о коронованных особах говорил столь же бесстрастным тоном, каким излагал
смету на ремонт крыши, чуть ли не подпрыгивал от нетерпения, стараясь прорваться
мимо Авиенды и Мерилилль. Те удерживали старшего писца, подхватив его под
локотки.
- Опусти меня, Бергитте, - вновь сказала Илэйн, и - второе чудо! - Бергитте,
чуть помедлив, подчинилась. Тем не менее она продолжала поддерживать Илэйн,
обняв ее рукой, за что та была ей благодарна. Девушка не чувствовала
уверенности, что сумеет долго устоять на ногах. - В чем дело, мастер Норри?
Отпусти же его, Авиенда. Мерилилль?
Едва женщины отпустили его, старший писец кинулся вперед.
- Вскоре после вашего отъезда, миледи, начали приходить известия. - заговорил он
совсем не бесстрастным тоном. На лбу его обозначились тревожные морщины. -
Четыре армии... Полагаю, следует сказать сразу - небольшие. О Свет, я помню еще,
когда пять тысяч человек были целой армией. - Он потер ладонью лысину, взъерошив
белые клочки волос за ушами, вставшие в результате дыбом. - К Кэймлину, с
востока, приближаются четыре небольших армии, - продолжал он более спокойным и
свойственным ему тоном. Но ненамного. - Боюсь, они будут здесь в течение недели.
Двадцать тысяч человек. Возможно, тридцать. Наверняка не скажу.
Мастер Норри чуть было не протянул Илэйн свою папку, словно предлагая посмотреть
бумаги. Он и в самом деле был взволнован.
- Кто? - спросила Илэйн. У Элении имелись на востоке поместья и вооруженные
отряды, так же, как и у Луана. Но ни та, ни другой не могли набрать двадцать
тысяч солдат. И снег с распутицей задержали бы их до весны. "Может" да "если бы"
мостов не строят. Илэйн как наяву услышала тоненький голос Лини.
- Не знаю, миледи, - ответил Норри, - пока не знаю. Илэйн решила, что и неважно.
Кто бы то ни был, они наступают.
- Я хочу, мастер Норри, чтобы с рассветом вы начали скупать всю провизию, какую
сможете отыскать за стенами. Свозите ее в город. Бергитте, пусть знаменщики,
которые объявляют о премии при вербовке, добавляют теперь, что у наемников есть
четыре дня, чтобы вступить в Гвардию, иначе они обязаны покинуть город. И.
мастер Норри, нужно народу объявить тоже Если кто захочет покинуть город до
начала осады, пусть уходит немедленно. Это уменьшит число ртов, которые нужно
кормить, и, возможно, приведет еще сколько-то человек в ряды Гвардии. -
Отстранив от себя Бергитте, Илэйн зашагала по коридору, направляясь к своим
покоям. Остальные вынуждены были пойти следом. - Мерилилль, извести Родню и
Ата'ан Миэйр. Возможно, они тоже захотят уйти, пока все не началось. Карты,
Бергитте. Пусть в мои покои принесут хорошие карты. И вот что еще, мастер
Норри...
Спать времени нет, и на усталость времени тоже нет. Ей нужно защищать город.
ГЛАВА 28
ИЗВЕСТИЕ В МЕШКЕ
Наутро после того, как Мэт пообещал по мере сил помочь Теслин - и Джолин, и этой
Эдесине, которую увидеть бы хоть сначала! - Тайлин заявила, что покидает город.
- Сюрот собирается показать мне, голубок, насколько большей частью Алтары я
отныне владею, - сказала Тайлин. Ее поясной нож торчал в резном прикроватном
столбике, и они еще лежали на смятых простынях развороченной постели. На нем был
только шелковый шарф, скрывавший на шее шрам от повешения, а она была нага, как
в час рождения. Более гладкой и нежной кожи Мэту не доводилось касаться. Тайлин
лениво водила длинным, накрашенным зеленым лаком, ногтем по другим шрамам на
теле Мэта. Как он ни старался этого избежать, несколько шрамов ему все же
досталось. На торгах за такую шкуру много не выручишь, это уж точно, но Тайлин
его шрамы нравились. - Вообще-то это не ее идея. Туон думает... мне поможет...
если я увижу все своими глазами, а не на карте. А что эта девочка предлагает,
Сюрот исполняет. Причем так резво, словно это надо было сделать еще вчера. Мы
отправимся на то'ракене, чтобы поскорее обозреть всю территорию Кажется, он в
день покрывает двести миль. Ох, ну зачем такой бледный вид, поросеночек! Я же не
заставляю тебя залезать на эту тварь.
Мэт облегченно вздохнул. В уныние его привела вовсе не перспектива полета.
Полетать он бы не отказался, и, наверное, ему понравилось бы. Но если его какоето
время не будет в Эбу Дар, одному Свету ведомо, не потеряют ли Теслин, Джолин
и эта Эдесина терпения, не выкинут ли какой дурацкий номер, и не отчебучит ли
чего Беслан. Беслан тревожил Мэта не меньше, чем женщины. Тайлин, взволнованная
предстоящим полетом на одной из шончанских бестий, еще больше походила сейчас на
орла.
- Меня не будет чуть больше недели, лапушка. Хм-м-м... - Зеленый ноготок
прошелся по рубцу длиной в фут, наискось пересекавшему ребра. - Не привязать ли
тебя к кровати, чтобы наверняка знать, что до моего возвращения с тобой ничего
не случится?
Мэту пришлось сделать над собой некоторое усилие, чтобы ответить на ее
насмешливую улыбку самой широкой своей ухмылкой. Он был уверен, что она шутит,
но не до конца. Сегодня Тайлин выбрала для него наряд ярко - красного цвета, от
которого глазам было больно; костюм был весь красный, не считая вышитых на
куртке и плаще цветочков, только шляпа и шарф черные. Цвет казался еще
насыщенней из-за белоснежных кружевных манжет и ворота. Тем не менее Мэт
поспешил одеться, горя желанием поскорее убраться из королевских апартаментов. С
Тайлин мужчине нельзя быть ни в чем уверенным; так оно благоразумнее. Она вполне
могла и не шутить, а говорить всерьез.
Судя по всему, нетерпения Сюрот Тайлин нисколько не преувеличивала. Не прошло и
двух часов, если верить украшенным самоцветами барабанным часам - подарку Сюрот,
- стоявшим в гостиной Тайлин, как Мэт уже сопровождал королеву на причал.
Вернее, Сюрот и Тайлин ехали во главе двух десятков Высокородных и их со'джин,
мужчин и женщин, которые склоняли наполовину обритые головы перед Высокородными
и с презрением задирали нос перед всеми прочими, а Мэт ехал позади на Типуне.
"Любимцу" королевы Алтары нельзя ехать вместе с Высокородными, в число коих ныне
входила, разумеется, и сама Тайлин. Он ведь не был наследственным слугой или
кем-нибудь в этом роде.
Высокородным и их со'джин выделили превосходных верховых животных: стройных
кобыл с выгнутыми шеями и мягкой поступью, широкогрудых меринов со злыми глазами
и крепкими холками. Удача Мэта как будто не помогала на скачках, но он поставил
бы на своего Типуна против всех этих коней. Его гнедой мерин не обладал
выдающимися статями, но Мэт был уверен, что на коротком отрезке он обгонит
большинство этих красавцев, а на длинной дистанции и вовсе оставит позади всех.
Застоявшись в конюшне. Типун норовил пойти рысью или хотя бы погарцевать, и от
Мэта потребовалось все его умение - точнее, все умение, что пришло к нему с
чужими воспоминаниями, - чтобы подчинить коня. Тем не менее, не успел кортеж
преодолеть и половины пути до причалов, как нога у Мэта разболелась до самого
бедра. Если уж покидать Эбу Дар в ближайшем будущем, нужно уходить морем либо с
балаганом Люка. У Мэта сложился некий замысел, чтобы заставить того сняться еще
до весны. Возможно, способ и опасный, но иного выбора он не видел. Альтернатива
была еще опасней.
В хвосте кортежа ехал не один Мэт. Позади него по двое в ряд шагало больше
пятидесяти мужчин и женщин, поверх своих обычных прозрачных одежд облаченных, к
счастью, в толстые белые шерстяные одеяния. Некоторые вели в поводу лошадей с
навьюченными на них плетеными корзинами с различными деликатесами. Без прислуги
Высокородные жизни не мыслили; сейчас казалось, что они взяли с собой даже
слишком мало слуг. Д, аковале редко поднимали потупленные глаза, уткнувшись
взглядами в мостовую, а их лица оставались покорны и безвольны. Однажды Мэт стал
свидетелем того, как велели выпороть одного да'ковале, светловолосого мужчину
его возраста, так тот побежал за ремнем! Он не пытался ни оттянуть порку, ни
спрятаться, ни тем более избежать наказания. Нет, таких людей Мэт не понимал.
Впереди него ехали шесть сул'дам, из-под коротких юбок-штанов виднелись лодыжки.
У одной-двух лодыжки были красивые, но восседали эти женщины в седлах, словно
сами были Высокородными. На откинутых на спину капюшонах плащей красовались
вставки с молниями, холодные порывы ветра трепали полы плащей, а им будто и дела
не было. Будто холод их не беспокоил. Двое вели на серебристых поводках да мани,
те шагали рядом с лошадьми.
Мэт исподтишка разглядывал женщин. Повод низкорослой, со светло - голубыми
глазами дамани тянулся к руке пухленькой сул'дам с оливковой кожей. Ее он видел,
когда она выгуливала Теслин. Вторая дамани откликалась на имя Пура. На ее
гладком лице явственно лежала печать безвозрастности Айз Седай. По правде
говоря, Мэт не поверил Теслин, когда она сказала, что та стала настоящей дамани,
но седая сул'дам низко нагнулась в седле и что-то негромко сказала женщине,
прежде бывшей Римой Галфрей. И в ответ на слова сул'дам Пура засмеялась и
восторженно захлопала в ладоши.
Мэт содрогнулся. Проклятье, попытайся он снять у нее с шеи ай дам, она заорет во
все горло и станет звать на помощь. О Свет, о чем он думает! И без того плохо,
что ему навязали задачку таскать из огня каштаны за трех Айз Седай!.. Чтоб ему
сгореть, кажется, стоит только его делам пойти чуточку на лад, как тут же ктонибудь
садится ему на шею! Как будто мало того - ему еще взбрело в голову
думать, как спасти из Эбу Дар побольше Айз Седай!
Эбу Дар был громадным морским портом, возможно, с самой большой гаванью в
известном мире; причалы длинными серокаменными пальцами отходили от набережной,
тянувшейся вдоль берега через весь город. Шончанские корабли самых разных
размеров теснились почти у всех причалов, их команды, облепив мачты, реи и
ванты, криками приветствовали проезжавшую мимо Сюрот. Ее имя явственно слышалось
в многоголосом гаме. Люди на других кораблях тоже размахивали руками и кричали,
хотя многие явно не слишком понимали, кого приветствуют и что орут. Понимали
только, что от них ждут приветственных криков Ветер трепал флаги этих кораблей -
с Золотыми Пчелами Иллиана, Полумесяцами Тира, Золотым Ястребом Майена. Повидимому,
Ранд не запретил торговлю с захваченными Шончан портами, а может,
купцы действуют за его спиной. В голове у Мэта закружились цветные пятна, и он
помотал головой, отгоняя радужное наваждение. Большинство купцов готовы
торговать и с убийцей родной матери, лишь бы получить барыш.
Самый южный причал был освобожден от кораблей, там замер в ожидании строй
шончанских офицеров в лакированных шлемах с тонкими плюмажами. Они помогли Сюрот
и Тайлин спуститься в одну из больших восьмивесельных шлюпок. Но до того Тайлин
еще успела напоследок поцеловать Мэта - она так сильно притянула его за голову к
себе, что чуть не выдрала добрый клок волос, - и ущипнуть на прощание за
задницу, словно не видя, сколько вокруг народу! Сюрот нетерпеливо хмурилась,
пока Тайлин спускалась в лодку и усаживалась, и, по правде говоря, шончанка и
потом не перестала нервничать, раздраженно отдавая движениями пальцев приказы
Алвин, своей со'джин. Этой остролицей женщине постоянно приходилось перелезать
через сиденья, чтобы принести своей хозяйке то одно, то другое
От офицеров остальные Высокородные удостоились глубоких поклонов, но спускаться
по трапам им пришлось с помощью своих со'джин. Сул'дам помогли залезть в лодки
дамани, и никто не подумал помочь перегрузить корзины и забраться в лодки людям
в белом. Очень скоро шлюпки двинулись через гавань туда, где держали ракенов и
то ракенов, на юг от Рахада. Юркие лодки, похожие на водомерок, лавировали среди
стоявших на якорях кораблей шончанского флота и десятков захваченных кораблей
Морского Народа, там и тут видневшихся в гавани. Большая часть их была
переоснащена шончанскими ребристо-полосатыми парусами и выглядела теперь совсем
по-другому. Экипажи на них тоже были шончанские. Не считая Ищущих Ветер, о
которых Мэт старался не думать, и, пожалуй, нескольких человек, проданных с
торгов, уцелевшие Ата'ан Миэйр вместе с другими да 'ковале, расчищали в Рахаде
засорившиеся каналы. И с этим Мэт ничего не мог поделать. Он им ничем не обязан,
у него и так забот полон рот, со своими бы управиться... Он все равно сделать
ничего не может. Хоть тресни, ничего!
Ему хотелось уехать немедленно, чтобы не видеть кораблей Морского Народа. На
причалах на Мэта никто не обращал ни малейшего внимания. Офицеры, едва лодки
отвалили от пристани, сразу же удалились. Непонятно кто, но кто-то уже увел
вьючных лошадей. Матросы слезли с мачт и вант и вернулись к обычным делам, а
члены гильдии портовых грузчиков снова принялись катать низкие тяжелые тележки с
корзинами и ящиками, тюками и бочонками. Но если Мэт уедет слишком быстро,
Тайлин может решить, что он замыслил немедленно ускакать из города, и послать
кого-нибудь за ним, поэтому он подвел Типуна к краю причала и махал, как дурак
какой. И махать перестал, лишь когда лодка удалилась настолько, что без
смотровой трубы Тайлин его не увидела бы.
В ноге нещадно пульсировала боль, но Мэт проехал, не спеша, почти вдоль всей
набережной. Он старался больше не смотреть на гавань. Скромно одетые купцы
наблюдали за выгрузкой и погрузкой своих товаров, изредка кто-то втихомолку
подсовывал кошель мужчине или женщине в зеленом кожаном жилете, желая, чтобы с
его грузом обращались понежнее или поскорее закончили работу, хотя вряд ли было
можно двигаться быстрее. Южане, казалось, никогда не ходили, они бегали рысцой,
если только палящее солнце не стояло над самой головой и утки не падали,
испекшись на лету; а сейчас, под серым небом, при задувавшем с моря
пронизывающем ветре было холодно, где бы ни стояло солнце.
К тому времени, как Мэт выехал на площадь Мол Хара, он насчитал больше двух
десятков сул'дам, патрулировавших с дамани причалы; они совали нос во все лодки,
направлявшиеся к стоящим на якоре нешончанским кораблям, поднимались на борт
каждого только что причалившего или готового отдать швартовы судна. Мэт был
уверен, что так будет и впредь. Уходить надо с Валаном Люка. Единственная
альтернатива, оставленная на самый крайний случай, была рискованной, невероятно
рискованной. Да и с Люка шансы весьма ненадежны, но иного реального выбора
просто нет.
Вернувшись в Таразинский дворец, Мэт, морщась, слез с Типуна и вытащил из-под
подпруги свой дорожный посох. Передав гнедого конюху, он заковылял внутрь, левая
нога еле держала вес его тела. Возможно, горячая ванна утишит боль. Может, тогда
у него получится собраться с мыслями. Люка надо застать врасплох, но, пока дело
дойдет до Люка, необходимо разрешить еще несколько маленьких головоломок.
- Ах, вот вы где! - сказал Ноэл, возникая перед Мэтом. Мэт нечасто встречал
старика с тех пор, как приютил его, поселив к своим людям. Теперь тот выглядел
отдохнувшим и посвежевшим в своей только что вычищенной серой куртке. Мэт
полагал, что старик каждый день пропадает в городе и во дворец возвращается
только к ночи. Поправив узкую кружевную оторочку на манжетах, Ноэл доверительно
улыбнулся, демонстрируя прорехи в зубах. - Вы что-то задумали, лорд Мэт, и я был
бы рад предложить вам свою службу.
- Я задумал разгрузить свои ноги, - как можно небрежнее сказал Мэт. С виду Ноэл
казался безобидным. Если верить Гарнану, Ноэл перед сном потчевал "красноруких"
байками, которые солдаты слушали, развесив уши, даже историйку о некоем месте с
названием Шибоуйя, где-то за Айильской Пустыней. Там, мол, у обладающих
способностью направлять Силу женщин - татуированные лица, к смерти приговаривают
за три сотни преступлений, а под горами живут великаны, люди выше огир, с лицами
на животе. Ноэл уверял, что сам там побывал. Вряд ли человек, утверждающий
подобное, может быть опасен. С другой стороны, однажды Мэт видел, как тот
управлялся с длинными кинжалами, которые носил под курткой, и тогда назвать
Ноэла безобидным ни у кого не повернулся бы язык. Ловкость обращения с оружием
говорила, что Ноэлу не привыкать его использовать. - Если задумаю еще что-то,
про тебя не забуду.
Ноэл, по-прежнему улыбаясь, постучал узловатым пальцем по своему длинному носу.
- Вы мне все еще не доверяете. Вполне понятно. Но если бы я желал вам зла, все,
что мне нужно было сделать, это отойти в сторонку в том переулке. У вас в глазах
такое выражение... Я видел, как замышляют свои планы и великие люди, и злодеи, с
душой чернее Бездны Рока. В облике человека, когда он обдумывает опасные планы,
но не хочет, чтобы о них знали другие, всегда появляется нечто такое...
- Да ничего такого, просто глаза уставшие, - засмеялся Мэт, опираясь на посох.
Великие люди замышляют планы? Старик, верно, их видел в той Шибоуйе, в компании
с великанами. - Я очень благодарен за переулок, ты же знаешь. Если могу еще чтото
для тебя сделать, скажи. Ну, а сейчас мне нужна горячая ванна.
- А этот голам кровь пьет? - спросил Ноэл, схватив Мэта за рукав, когда тот
зашагал было дальше.
О Свет, зря, очень зря брякнул он это слово там, где его услышал старик. Как
хотелось бы Мэту, чтобы Бергитте не рассказывала ему об этой твари.
- А почему ты спрашиваешь?
Голамы питаются кровью. Ничего другого они не едят.
- Прошлой ночью нашли еще одного человека с вырванным горлом. И крови почти нет
ни на постели, ни в убитом. Разве я не говорил? Нашли его в гостинице у
Молдайнских Ворот. Если эта тварь и покидала город, то она вернулась. - Глядя за
спину Мэта, Ноэл отвесил кому-то низкий, изысканный поклон. - Если передумаете,
я всегда готов, - выпрямившись сказал он, понизив голос.
Старик поспешил прочь, а Мэт оглянулся через плечо. Под одним из золоченых
высоких светильников стояла Туон, наблюдая за ним сквозь свою вуаль. Во всяком
случае, глядя на него Как всегда, только Мэт ее увидел, Туон повернулась и
плавной походкой двинулась по коридору, тихо шурша плиссированными юбками.
Сегодня с ней никого не было.
Второй раз за день Мэт содрогнулся. Какая жалость, что девчонка не убралась
вместе с Сюрот и Тайлин. Конечно, когда дают каравай хлеба, не стоит жаловаться,
что крошек не хватает; только вот когда на человека столько всего разом
свалилось - и Айз Седай с Шончан, и выслеживающий его голам, и старик, повсюду
сующий нос, да еще и тощая пигалица вечно пялится, - поневоле от тени шарахаться
станешь, все что угодно, пугалом покажется. Пожалуй, не стоит терять время на
то, чтобы парить ногу.
Мэт почувствовал себя лучше, послав Лопина принести из чулана с игрушками
Беслана свою оставшуюся одежду. И отправив Нерима на поиски Джуилина. Нога попрежнему
горела, как в огне, и при каждом шаге ее пронзала боль, но если он не
хочет терять времени, можно чуток потерпеть и поторопиться. Ему хотелось
убраться из Эбу Дар до возвращения Тайлин, а значит, у него десять дней. Для
верности лучше считать, что даже меньше.
Когда ловец воров просунул голову в дверь спальни, Мэт разглядывал свое
отражение в высоком зеркале Тайлин. Красное одеяние было засунуто подальше в
гардероб со всеми прочими безвкусно-петушиными тряпками, что она ему дарила.
Может, какой из этих костюмов сгодится очередному "любимцу" Тайлин. Куртка,
которую сейчас надел Мэт, была самой скромной из тех, что у него были, из тонкой
синей шерсти без всякой вышивки. Такую куртку мужчина может носить с гордостью,
и никто не станет на него пялиться. Достойная куртка.
- Может, немножко кружев, - пробормотал Мэт, проведя пальцем по вороту рубашки.
- Совсем немного.
Если подумать, куртка была совсем уж скромной. До унылости.
- Я в кружевах не разбираюсь, - сказал Джуилин. - Ты за этим меня звал?
- Нет, конечно. Что ты ухмыляешься? - Джуилин не просто ухмылялся; рот у него
растянулся от уха от уха.
- Я просто счастлив. Сюрот нету, я и счастлив. Если ты хотел меня спросить не о
кружевах, тогда о чем?
Кровь и проклятый пепел! Должно быть, женщина, к которой он неравнодушен, - одна
из да'ковале Сюрот! Из тех, которых она оставила. Наверняка у него нет иной
причины радоваться отъезду Сюрот, а тем более быть на вершине счастья. И он
хочет увести ту, которая считается собственностью! Правда, это преступление,
возможно, не такое и страшное по сравнению с уводом парочки дамами.
Подхромав к Джуилину и положив руку ему на плечо, Мэт прошел с ним в гостиную.
- Мне нужно платье дамани для женщины вот такого роста, - Мэт поднял руку чуть
выше своего плеча, - и стройной. - Он улыбнулся Джуилину самым искренним
образом, но улыбка Джуилина заметно приугасла. - И еще мне нужно три платья
сул'дам и ай'дам. И меня осенило: кто может лучше знать, как украсть и не
попасться, если не ловец воров!
- Я ловец, воров, - зарычал тот, стряхивая с плеча руку Мэта, - а не вор!
Мэт стер с лица улыбку, посерьезнел.
- Джуилин, ты же знаешь: единственный способ вывести сестер из города - сделать
так, чтобы стражники решили, что те по-прежнему дамани. У Теслин и Эдесины уже
есть все, что нужно, но надо еще поменять обличье Джолин. Через десять дней,
Джуилин, вернется Сюрот. Если к тому времени мы не покинем город или если уйдем
позже, твоя милая, по всей вероятности, так и останется собственностью. - Мэта
не оставляло чувство, что если они не уйдут за эти десять дней, то уже никогда и
никуда не уйдут. О Свет, и трясись, запертый в этом городе, хоть до самой
смерти.
Джуилин, сунув руки в карманы своей темной тайренской куртки, исподлобья смотрел
на Мэта. Точнее, смотрел сквозь него, на что-то такое, что ловцу воров весьма не
нравилось. Наконец он поморщился и пробормотал:
- Это будет нелегко.
Последующие дни и в самом деле выдались нелегкими. Служанки хмыкали и
посмеивались над новой одеждой Мэта. Точнее, над его старой одеждой. Они
ухмылялись и заключали при нем пари, как быстро он снова переоденется, когда
вернется Тайлин, - большинство почему-то считало, что Мэт, едва заслышав о ее
приближении, бросится бежать по коридору, срывая с себя одежду, - однако он
старался пропускать мимо ушей все эти смешки и разговоры Кроме тех, что касались
возвращения Тайлин. Когда служанка заикнулась об этом впервые, Мэт чуть не
подскочил до потолка, решив, что Тайлин и впрямь почему-то уже вернулась.
Немалое число женщин и почти все мужчины считали, что смена одежды знаменует его
желание уйти. Сбежать, как они неодобрительно выражались и в чем всеми силами
стремились ему помешать. Мэт представлялся им чем - то вроде целительного
средства, мазью, способной успокоить разболевшиеся зубы Тайлин, и им вовсе не
хотелось, чтобы она, вернувшись, искусала их за то, что его не устерегли. Если
бы Мэт не поручил Лопину или Нериму постоянно караулить в покоях Тайлин его
одежду, та, скорее всего, бесследно исчезла бы, и только благодаря Ванину с
"краснорукими" не пропал Типун из конюшни.
Мэт всячески старался подкрепить подозрения насчет своего скорого побега. Если
он уйдет и в то же самое время обнаружится исчезновение двух дамани, эти события
наверняка свяжут воедино, но поскольку Тайлин при этом не было, а Мэт явно
намеревался сбежать до ее возвращения, ее обвинить будет не в чем. Каждый день,
даже под дождем, Мэт гонял Типуна кругами по конюшенному двору, с каждым днем -
все дольше, словно стараясь себя закалить. И через какое-то время понял, что и в
самом деле стал выносливей. Нога до бедра продолжала гореть огнем, но Мэт начал
подумывать, что сможет проехать миль десять, прежде чем вынужден будет спешиться
и отдохнуть. Ну, восемь миль - это уж точно.
Зачастую, когда небо было чистым, сул'дам выводили во время его верховых
тренировок дамани на прогулку Шончанки знали, что он - не собственность Тайлин,
но, с другой стороны, он слышал, как некоторые называли его ее игрушкой! Игрушка
Тайлин, вот чем они его считали! Для них он не представлял особой важности, и
знать его настоящее имя им было без надобности. Они понимали так - либо ты да
ковале, либо нет, а этакая половинчатость бесконечно их забавляла. Мэт катался
верхом под смех сул'дам и старательно убеждал себя, что это только хорошо. Чем
больше людей подтвердят, что он собирался сбежать до возвращения Тайлин, тем
лучше для нее. Только вот для него приятного было мало
То и дело Мэт замечал среди гулявших на привязи дамани Айз Седай, судя по лицам,
их было еще три, не считая Теслин, но никакого представления о том, кто из них
Эдесина, он не имел. Она могла оказаться и низенькой бледной женщиной,
напомнившей ему Морейн, и вот этой высокой, с серебристо-золотистыми волосами, и
вон той стройной черноволосой Шагая рядом с сул'дам, все они прогуливались как
будто сами по себе, если бы не блестящие ошейники и привязи, приковывавшие их к
запястьям сул'дам Всякий раз, как Мэт видел Теслин, она выглядела все мрачнее и
ходила, глядя прямо перед собой неподвижным взором. И всякий раз ее лицо
становилось еще решительнее. А также на нем появилось выражение, которое можно
было счесть предвестием
...Закладка в соц.сетях
