Жанр: Фантастика
Вторжение в ад
... Ну, например, поиском разумного компромисса между необходимостью
выполнить приказ и спасти свою ненаглядную задницу.
Нас, как дерьмо из мусорного бака, вывалили в непроглядно-темную бездну.
Несколько адски долгих минут мы сияли словно солнце на радарах туземцев и,
поджав челюсти руками, чтобы зубы не так сильно стучали, ждали, когда нас
разнесут в пух и прах первой попавшейся задрипанной ракетой. Одноразовые челноки
- они и есть одноразовые. Сделанные из картона и пластика, они даже не
подразумевали защиты от радаров.
Но чертовым туземцам на нас было просто наплевать. Наш челнок крепко
плюхнулся в жирную грязь рисового поля. Которого, судя по имеющейся у меня
карте, здесь вообще быть не должно. Радуясь уже тому обстоятельству, что мы хотя
бы живы, и стоим на поверхности планеты, не обратил внимания на этот факт.
Скорее выбил ногой одноразовый люк и выпрыгнул наружу.
Ни единая живая душа меня там не встретила. И, надо сказать, это здорово
порадовало бы, если я способен был тогда об этом думать. Меня заботило совсем
другое - штаны отягощенные фекалиями. Хотелось немедленно переодеться, но было
стыдно показывать подчиненным результаты неодолимого приступа страха.
Оказалось, что зря беспокоился. Остальные вылезли следом и сгрудились у
растворяющейся в жидкой грязи туши челнока, переминаясь с ноги на ногу с
противным чавкающим звуком. И до тут же дошло, что есть, по меньшей мере, еще
трое собратьев по несчастью.
- Десять минут на переодевание, - негромко скомандовал я и подал пример.
Вместе с нестерпимо воняющими штанами с меня снялись последние шоры
романтики. Командос больше не казались мне такими уж супер героями, на которых
хотят походить дети. Вся романтика обернулась четырьмя замаранными штанами.
- Чего уставился? Голых мужиков не видел? - услышал я голос Михи. Словно
следопыт пробирающийся между кустов, бредущая среди клочковатых тучь Луна,
высветила стоящего на узенькой дамбе парнишку и нашего бесштанного русского по
колено в грязи.
- Мужиков видел, - рассудительно ответил совсем детским голоском местный. -
Но от них пахло гораздо лучше.
Выговорив это, туземец спокойно повернулся и засеменил в темноту.
- Он же разболтает о нас каждому встречному! - выдохнул я, вспомнив какого
черта мы вообще сюда заявились. Негр спокойно поднял пистолет с раструбом
глушителя и мозг парнишки брызнул в свете любопытной Луны.
- Он забрызгал кровью мне комбу, - пожаловался Миха, стаскивая труп с дамбы.
"Это война", - сказал я сам себе и отвернулся.
Все изменила всего одна циферка. Всего на одну цифру в координатах ошиблись
пилоты, а нам это добавило шестьсот километров пути. Благо, не пришлось все это
расстояние топать пешком. Мы расселись на ребристой спине киборга и, перебирая
сквозь зубы все знакомые ругательства, потряслись на север.
Если когда-нибудь поймаю конструктора оперативного киборга командос марки
1198, обязательно припомню ему все наши неудобства. Начиная с того, что едва мы
уселись, и Луи скомандовал "кентавру" трогаться, как эта придурошная машина
совершенно неожиданно, распрямил не передние, а задние ноги. Мы дружно нырнули
вперед носами. На этом наши неприятности не закончились. Из под универсальных
ступней металлического скакуна фонтанами била жирная грязь с рисовых делянок.
Даже когда рельеф стал меняться, душная долина осталась позади и появились
редкие холмы, бездушная машина все равно выбирала путь в местах по грязнее.
Винить этот безмозглый кусок железа в пренебрежительном отношении к нашему
удобству было трудно - "кентавр" руководствовался в него заложенной программой и
требованиями маскировки.
Я скомандовал привал, когда небо на востоке порозовело. Это была официальная
версия. На самом деле мой пах совершенно вышел из-под контроля. Я боялся
элементарно обмочить вторые и последние штаны.
Киборг растянул тент под каким-то раскидистым деревом и разогрел нам
питательные брикеты Ненарда. Но прежде чем сожрать по куску полу картонной
питательной массы со стаканом эрзац кофе, мы дружно разбежались по кустикам.
Коричнево-зеленые, краснозадые обезьяны продолжали истошно вопить даже, когда
мы укрылись под своим тентом. В итоге, мы просто привыкли и перестали обращать
на макак внимание.
- Зря ты так... того парнишку, - вдруг заявил Луи, когда, насытившись, мы
улеглись подремать. Странно было, что этот, с головой ушедший в компьютерный
мир, человек вообще заговорил. Хотя, в общем-то, он ни к кому определенно и не
обращался. Но еще больше потрясло, что Чен вдруг заинтересовался каким-то
человеком.
- Я проявил инициативу! - усмехнулся в тридцать два белоснежных зуба
здоровенный угольно-черный негр. - Умею быстро устранять угрозу!
- Были другие варианты... - на грани слышимости проговорил Луи и скрылся в
распахнутой утробе кентавра.
- Ты хочешь сказать, что я тупой негр?! - повышая тон, воскликнул Ангудо и
приподнялся на локте, но ответа так и не дождался. Чен снова потерял интерес к
людям.
- Если бы ты не пристрелил щенка, - в неуклюжей попытке разрядить обстановку,
произнес я. - Быть может, не пришлось бы теперь думать где найти проводника...
- Тот задохлик в проводники не годился, - авторитетно возразил Миха, сдувая
капли пота с носа и русых усов. - Фу-у-у, какая духота...
- Хорошая погода! - снова повеселел Ангудо. - Совсем не жарко... Эти места
должны принадлежать черным... Когда-нибудь вся Земля будет принадлежать черным!
- Если тебя не беспокоит, что место уже занято, то позволь оставить себе
другим расам хотя бы космос, - хмыкнул Миха.
- Когда-нибудь... - снова завел свою песню негр, но я его перебил. Мне совсем
не нужна была ссора в нашем маленьком коллективе. Генная сыворотка капрала Леви
впрыскивала в рот нужные слова.
- Тем не менее, нам нужен проводник, а тот туземец наверняка хорошо знал
местность!
- Нет, командир, - реабилитировал Ангудо Миха Безденежных, чем немедленно
завоевал симпатии негра. - Нам нужно попасть в горы, а та грязная тварь - был
житель долин. Рисоеды не любят горы...
- Я знал, что делал! - привычно оскалился стрелок. - ...Возможно, мы позволим
остаться на Земле русским...
- Тогда твоего пра-пра-внука будут звать Ваней Сидоровым, - нейтрально
выговорил Луи Чен и, не дожидаясь ответа, снова нырнул в потроха киберга.
Дружбой народов в моей команде и не пахло. Тем более что и у меня язык чесался
высказать все, что думаю о расовом вопросе.
Мы не перестреляли друг друга только потому, что на узкой тропинке через
рощу, где располагалось наше убежище, появились чужие люди. Благо радары
"кентавра" об этом предупредили заранее. Мы врубили "хамелеоны" на всю катушку
и, подхватив оружие, рассредоточились вдоль тропы.
На шествие стоило посмотреть. Даже поганые мартышки, загадившие всю рощу,
неожиданно притихли и чинно расселись рядами вдоль нависающих над тропой ветвях.
По красно-бурой, вытоптанной до твердости асфальта, тропе торжественно
шествовало гуськом группа туземцев разряженных в ярко-желтые, канареечно
оранжевые и огненно-алые бесформенные хламиды. Их головы были до синевы выбриты,
а пальцы безостановочно перебирали камешки длиннющих четок.
- Командир, - раздался у меня в ухе, донесенный тактическим переговорником,
шепот негра. - Почему бы нам не выбрать какого-нибудь из этих петухов в
проводники?
- Тот, что идет последним, светлокожий, может оказаться горцем, - поддержал
идейного противника Миха.
- Эти канарейки здорово смахивают на сбежавших сумасшедших, - засомневался я.
Не очень-то мне хотелось возиться с идиотом.
- Это монахи, - отсутствующим тоном сообщил Чен. - Тропа ведет к их
монастырю. Юг-юго-восток, три-пятьдесят семь.
- Безденежных! Монах может быть проводником?
- Если судить по тем, что живут у нас, в Сибири, в русских православных
монастырях - вполне... Только я не вполне уверен, что это монахи. У комми
религия под запретом.
- Бога очень сложно запретить, - философски возразил Луи, чем снова меня
удивил. Я и не подозревал, что Бог мог проникнуть и в виртуальный мир.
Туземцы не торопились. К моменту, когда я выслушал все мнения, принял решение
и отдал приказ, они едва прошли место, где скрывался Ангудо.
- Ангудо. Забирай последнего в этом стаде. Только без стрельбы!!
Бесформенной тенью, лишь слегка искривляя пейзаж "хамелеоном", негр скользнул
из под куста и огромными прыжками догнал кавалькаду. Спустя минуту Ангудо и его
трофей уже нырнули в гущу джунглей. Потом из зарослей показалась чернокожая рука
и остановила качающиеся ветки.
Монахи, или кем бы там они ни были, не моргнув глазом, продолжали свое
торжественное шествие. Исчезновение их приятеля осталось незамеченным.
- Он кусается, как бешенный, - радостно пожаловался негр.
- Усыпи его, только постарайся ничего не ломать.
Мы лежали без движения пока бритоголовые не спустились с холма и не зашлепали
босыми ногами по дорожке мимо рисовых делянок.
Тиаон Лиондисванон действительно оказался горцем, как и предполагал Миха. И
буддийским монахом, как говорил Луи. Правда, вот проводить нас по горным хребтам
он категорически отказался. Монах клялся, что он из горного народа мео, словно
это что-то нам могло сказать. Поэтому всем отговоркам, вроде тех, что будто бы
мео буддизм не признают и его, как отступника от веры предков немедленно убьют,
мы не верили. Ну, кто бы поверил этому щупленькому мужичку, что, в наше-то
время, кого-то еще могут убить только за веру в другого идола. Смех!
Мои подчиненные принялись было с полной искренностью обсуждать методы
принуждения, но на счастье для горца, наступил вечер и я приказал собираться в
дорогу. Я опасался, что остальные монахи, обнаружив пропажу, отправятся на
поиски брата и этим привлекут внимание властей. В мои планы не входило
развязывание широкомасштабных военных действий в глубоком тылу противника.
Не очень-то и хотелось снова трястись на угловатой спине металлического
"скакуна". Седалище все еще продолжало ныть после ночной скачки, и перспектива
провести на нем еще одну ночь не прельщала. Я чувствовал себя плохо еще и от не
проходящего ощущения грязи налипшей на руки. Казалось, что от меня разит потом
за километр. Тем не менее, топать пешком оставшиеся до цели мили и в голову не
приходило. Как философски заметил мой русский, лучше плохо ехать, чем хорошо
идти...
Человек стал человеком потому, что смог приобрести способность к
приспосабливаемости. Когда мы взгромоздились на робота, выяснилось, что уже не
так неудобно, как это казалось прошлой ночью. Луи что-то подрегулировал в утробе
"кентавра", и ход нашего "коня" стал более плавным. Я даже уснул, облокотившись
о спину сидящего впереди Чена. Он не возражал, а мне было наплевать.
И мне приснился мерзкий сон. Сказочные эльфы и прелестные феи разыграли
самую, что ни на есть гадкую сцену из жестокого порнофильма. Присутствовали и
однополая любовь и мазохизм, и садизм и прочие -измы. Фей трахали так, что их
стрекозиные крылышки трещали, а маленькие шлюхи еще при этом сладострастно
стонали и скалили мелкие ящерьи зубки. Эльфы в нелепых кожаных ошейниках, гномы
с кривыми ножками и членами до земли, дюймовочка делающая минет небольшому
дракону. Калейдоскоп извращений потряс даже привычную к оргиям душу. Я проснулся
с гадостным привкусом во рту.
"Кентавр" стоял. Спеленатый в кокон и подвешенный под брюхом машины монах
шептал какие-то молитвы. Ангудо и Миха спали. Причем негр отвесил огромную
нижнюю губу и яростно сопел приплюснутым носом. А Миха удобно примостил голову
на широком плече идейного противника и пускал ему на спину слюни. Чен, с помощью
имплантированных ему в основание шеи разъемов, подключился напрямую к мозгу
киборга, застыл в полной неподвижности и в реальном мире отсутствовал.
Робот, подогнув насекомьи ноги, стоял на самом краю обрыва. Вдоль края шла
хорошо наезженная дорога, в тот момент пустынная. На другом, низком берегу не
широкой бурной реки меланхолично трясли густыми головами залитые лунным светом
пальмы. А дальше, за джунглями, темнели устрашающие громады гор.
Я взглянул на хронометр. Наступало утро, скоро должно было взойти солнце.
Пора было искать убежище на день. Я похлопал по плечу Чена.
- Очнись, - тихонько, чтобы ненароком не разбудить пускающих счастливые слюни
командос, проговорил я. Луи моргнул. Раз, другой и, лениво потянувшись, вытащил
разъем.
- Ох, - жалобно выдохнул он.
- Давай перейдем реку, - все так же в полголоса скомандовал я. - Нужно искать
убежище. Наступает день.
Луи дернул головой, что выражало у него согласие. Остальное человечество
таким движением отгоняет надоедливых насекомых. Киборг плавно разогнул лапы. С
негромким гудением включился антиграв, и мы одним прыжком взвились в воздух.
После минутного полета конечности "кентавра" коснулись рыжего песка на другом
берегу речушки.
- До цели сто два километра, - бросил через плечо Чен и направил киборга
прямо в джунгли.
Лес знал о вторжении и противился ему. Настолько безумно, остервенело
перепутавшихся лиан, кустов и деревьев я даже представить себе не мог. Двигатели
робота выли. Шипели, взрезая сочную мякоть растений, плазменные резаки.
Пробудившиеся командос сопровождали ругательствами эту битву живого с неживым.
Лицо Чена морщилось от натуги и переживаний за робота.
После получасовой баталии Луи выключил привод и угрюмо буркнул:
- Мы не Боги!
Не очень то я понял, кого он имел в виду. Нас всех, все человечество или лишь
себя с "кентавром". Но согласился. За полчаса робот не пробился в джунгли и на
десяток метров.
- Все. Привал, - угрожающе заявил я и взглянул на подчиненных. - В 13.00
выходим. И если... это! Будет мне мешать, я выжгу все горы дотла!
Я себе верил. По внешнему виду остальных путешественников понял, что поверили
и они.
- И заставьте это... животное делать, что ему говорят, - махнул я рукой в
сторону подвешенного туземца. Ярость поутихла, но мне нравилось это чувство.
Чувство, словно я Царь Природы.
- Командир, - равнодушно, казалось вовсе не тронутый моими брызгами ядовитой
слюны, обратился Чен. - Энергозапас нашего друга, - он погладил танталовую броню
робота, - упал до минимума. На зарядку аккумуляторов уйдет не меньше пяти часов
при солнечном дне...
- Ну, так займись этим, - рявкнул я. Луи пожал плечами, буркнул что-то вроде:
"солнце еще не взошло" и скрылся за корпусом киборга.
Ярость больше не показывала носа, но гены привитые Леви требовали продолжения
представления. Однако генам пришлось уняться. Негр и русский добросовестно, с
помощью переносного переводчика, последний, сто первый раз, пытались уговорить
горца стать покладистей и он, здорово напуганный моими рыками, уже вроде бы
начал соглашаться. Луи умело и споро развешал по окрестным деревьям нити
солнечных батарей, а потом снова ушел в любимый виртуальный мир. Оказалось, что
только мне делать было абсолютно нечего.
Карту я знал почти наизусть. План операции конкретно на точке был разработан
без меня и головами по умнее, чем моя. Я мог спокойно лечь досыпать, но после
взбучки, которую устроил своим подчиненным, просто не мог себе этого позволить.
Почти живой, колеблющийся и неровный в густом воздухе Индокитая, раскаленной
сковородой, из-за горизонта выполз огромный диск солнца. Словно чудовищный
колпак, светило залило землю теплом и ошарашенные, черные, непричесанные головы
тонконогих пальм замерли в полном штиле. Всего один час абсолютного мира, когда
тигры не едят ланей, а пантеры не ловят обезьян. Когда макаки перестают
возиться, а птицы гадить им на тупые головы. В джунглях наступило спокойствие.
- Командир, - шепотом, неуютно поеживаясь, словно хищник в окружении пищи,
которую нельзя сожрать, доложил Безденежных. - Туземец согласился.
- Тем лучше для него, - громко сказал я и сразу наткнулся на испуганные глаза
горца. Словно я, громким возгласом, мог разбудить спящее в лесу чудовище...
- Мы, люди, здесь повелители, - не менее громогласно сказал я и сразу же
понял, что пробую лгать даже самому себе.
Ох, и глупо же выглядел Чен, замерев с выпученными глазами и с половинкой
только что разогретого брикета во рту. Только ни кто из нас не засмеялся. Потому
что, Луи сказал:
- Один человек. Идет вдоль реки. По нашему берегу. Прямо к нам.
Восток-северо-восток, ноль, двести девять.
- Без суеты! - предупредил я командос, и тут же возникла самая настоящая
суета. Ангудо и Миха кинулись натягивать на "кентавра" маскировочную ткань, но
тянули в разные стороны и у них ничего не получалось. Негр и русский материли
друг друга на родных языках и от этого злились. Дело пошло на лад только после
вмешательства Луи. Потом под аккомпанемент все уменьшающихся цифр, которые
докладывал Чен, мы метались в поисках брошенного как попало оружия и компонентов
наших "хамелеонов". А пока незнакомец преодолевал последние пятьдесят метров, я
лихорадочно расставлял подчиненных по позициям вдоль берега.
И вот мужчина, вторгнувшийся в наш тихий быт, показался в поле зрения. Он был
одет в дешевый хлопчатобумажный серо-зеленый костюм. Такой, в котором по Европе
ходят подсобные рабочие и заключенные. На голове человека восседала широкополая
шляпа, дающая густую тень, совершенно скрывающая лицо. Ноги незнакомца, в
отличие от монахов, небыли разуты. Их украшали здоровенные всепогодные армейские
ботинки.
Поминутно останавливаясь, оглядываясь и сверяясь с какой-то мятой бумажкой,
человек прошел мимо нас метров на сто. Там постоял несколько минут, неуверенно
топчась на одном месте, а потом выбрал валун и сел. Достал дешевые сигареты,
закурил и, пуская кольца сизого дыма, истязал наши мозги еще минут пять.
Наконец туземец выбросил окурок в реку, решительно повернулся и зашагал
обратно. Точно напротив проделанного "кентавром" прохода остановился, еще раз
сверился с бумажкой и тогда уже громко заявил:
- Я знаю, что вы здесь. Выходите, я свой.
Не знаю, как у других, а мои нервы загудели от напряжения, словно хорошо
натянутые струны. Палец свело на спусковом крючке, а зубы выбивали португальские
народные песни с кастаньетами. Если незнакомец вовремя не догадался продолжить
говорить, и говорить как раз то, что было нужно, мерцающая СВЧ-излучением пуля в
труху размолотила бы его череп и запекла мозги. Причем моя пуля вряд ли
оказалась бы первой. Ни одному спецназовцу не понравится, что какой-то облезлый
туземец запросто, по бумажке, с которой и в сортир не сходить, находит группу в
диких джунглях.
- Лейтенант Бертран Кастр и группа АКСАЙ-4А. Я знаю, что вы здесь... Я ждал
вас выше по течению реки, а утром спутник засек ваш маяк. Меня послали проводить
вас до Мэсалонга. Меня зовут Кхун Чиа...
- В радиусе полутора километров, кроме него человеческих существ нет. Средств
маскировки нет. У него оружия нет. Скрытых систем наблюдения нет, -
скороговоркой доложил Луи, но я и без этого уже принял решение. Те сведения, что
за полминуты неуемной болтовни выложил Кхун Чиа не знали даже ребята из моей
группы, не говоря уж о краснопузых.
- Еще минуту и ты стал бы мертвым Кхуном, - заявил я, поднимаясь из-за
какой-то поросшей мхом кочки. По виду туземца я понял, что он и не предполагал
мое оттуда появление. Горец не видел позиций командос! Он руководствовался
только сведениями со спутника. Сообразив это, я испытал немалое облегчение.
- Лейтенант!? - немедленно шагнул вперед проводник и почему-то сразу завел
разговор о совершенном, по моему мнению, пустяке. - Тиаон Лиондисванон еще жив?
- Ангудо. Обезьяна еще жива? - с хохотом вопросил я безжизненные на первый
взгляд джунгли справа от меня.
- Ага, командир, - донеслось оттуда.
- Слава Богам, - шумно выдохнул Кхун.
- Он что, император коммунистической республики Таиланд? - равнодушно
поинтересовался Миха, приподнявшись на локтях среди валунов на самом берегу, за
спиной туземца. Надо сказать, это произвело впечатление не только на проводника,
но и на меня. Момент, когда Безденежных успел перейти на новую позицию и там
замаскироваться, совершенно ускользнул от внимания.
- Он буддийский монах! - очень важно выдал Кхун. - В этой стране можно убить
императора, но монах - это святой человек. Вам не спрятаться от мести местных
аборигенов, если с ним что-то случится.
- Мы не собирались его убивать или причинять вред, - солгал я, здорово
напугавшись. Почему-то сразу поверил почти незнакомому человеку.
- В монастыре-то этого не знали, - туземец подошел ближе. - На наше счастье,
я уговорил настоятеля не поднимать тревоги, пока с вами не встречусь.
- Ты, что? Рассказал им о нас? - угрожающе выкрикнул негр из своего укрытия.
Он пока не торопился появляться.
- Они и без меня о вас прекрасно знали, - пожал плечами Кхун. - У этой земли
миллионы глаз и ушей.
- Ну да Бог с ними, - закрыл я тему. - У нас нет времени возвращать им эту...
человека.
- Дойдет сам, - отмахнулся горец. - Ему не посмеют причинить вреда... Ни кто,
кроме вас.
- Ангудо, отпусти своего подопечного, - мягко приказал я негру. Спустя
несколько минут Тиаон, покачиваясь, появился среди зарослей. Кхун удовлетворенно
кивнул, но я сразу понял, что он не особо-то верил нам. Даже увидев мео живым и
без видимых повреждений, он все еще ждал подвоха. А я от него.
В нашей компании царил мир и благодушие...
Мы все любили и уважали друг друга...
- Можешь идти, - просто сказал проводник ошалевшему монаху.
- Иди, иди, - тоном, не предвещающим ни чего хорошего, разрешил негр и
похлопал по кобуре крупнокалиберного пистолета.
- Или лучше беги, пока мы не передумали, - посоветовал я туземцу.
- Выше по течению есть брод, - любезно подсказал Кхун. - Ты его легко
найдешь.
Лиондисванон неуверенно шагнул в указанном проводником направлении,
обернулся, а потом видимо вспомнил мой совет и побежал.
- Надеюсь, он не станет рассказывать каждому встречному о небольшом
приключении, в котором побывал, - выразительно посмотрев на Кхуна Чиа, сказал я.
- Нет, он не станет болтать, - уверенно заявил тот. - Уже вечером он попадет
в поселок Чианграй, а там нечаянно съест ядовитую рыбу. К утру болтать будет уже
некому.
- Ты что, Бог? - хмыкнул Ангудо.
- Нет, конечно, - тоже усмехнулся горец.
- Кстати, тебе уже давно пора признаться, кто тебя послал, - ненавязчиво
напомнил я, подозрительно щурясь.
- Хорошо, - сдался тот. - Мое имя Кхун Чиа. Меня послал резидент Бангкогского
отделения Бюро Стратегической разведки, чтобы я проводил группу АКСАЙ-4А в
Мэсалонг. И если вы, лейтенант Кастр, хотите придти туда вовремя, я советую
выступить прямо сейчас.
Возражений у меня не было. Мы быстро собрали амуницию, Луи закончил
подзарядку "кентавра", Миха весьма эффектно даже по мнению туземца скрыл следы
привала и мы вышли на неширокий речной пляж. Кхун шел впереди. Миха, которого я
попросил присматривать за туземцем и за тропами, что тот станет выбирать, шел
следом. Луи ехал на своем роботе, а мы с негром замыкали наш небольшой караван.
Метрах в трехстах ниже по течению сплошную стену непроходимых джунглей
взрезало высохшее глиняное русло ручья. Знай мы о нем раньше, уже давно
карабкались по горам и Кхун не нашел бы нас так легко.
Сначала импровизированная тропа, в изобилии усеянная следами диких животных и
домашних коз, лишь слегка поднималась. Потом откосы стали выше, и дорога пошла
гораздо круче вверх. Нам даже пришлось пропустить вперед киборга и идти сзади,
держась за укрепленный на спине "кентавра" канат. А так как роботу было
наплевать на комфорт, он шел довольно быстро, и приходилось резво переставлять
ноги, чтобы не продолжить путь на брюхе.
- Скоро мы поднимемся на хребет, - утешил Кхун, обливаясь ручьями пота под
жарким солнцем, как и все мы. - Тогда идти станет легче и не так жарко.
- Жаль, - бравурно заявил негр. - Отличная погодка...
На черной коже струи пота было видно хуже, но потемневшая от влаги футболка
под слабо мерцающим комбинезоном говорила сама за себя.
Скоро киборг и правда вытянул нас на вершину горы. Деревья там по ниже, да и
росли не так густо. Идти можно было и, не придерживаясь троп. Ко всему, стало
попрохладнее из-за поднявшегося ветерка. Лежащие у подножья душные влажные
джунгли и оплывающая маревом плодородная долина, сверху казались просто адом.
Как не странно, но наверху, и чем выше, тем больше, тропинки встречались
чаще. Порой мы проходили даже по краю небольших засаженных светло-зеленой
порослью, а кое-где и цветущих ярко-алыми цветами, делянок.
- Опийный мак, - сквозь зубы, словно говорил о личном враге, объяснил Кхун. -
Еще в прошлом году его было гораздо меньше...
- Спрос и предложение, - непонятно к чему сказал Луи.
- Я думал красные против наркомании, - удивился я.
- Мак сильнее идей, - пожал плечами Чиа. - Мак - это не только дурь, но и
лекарство... А, кроме того, комми переправляют опий и героин в Содружество. Они
считают наркотики оружием не слабее ядерного.
- Тогда почему мы проходим мимо и не выжигаем эту заразу? - равнодушно
поинтересовался Ангудо.
- Этих делянок здесь миллионы... - ответил, горестно вздыхая, Кхун и снова
пошагал вперед.
Тропа заторопилась вниз. Ноги дрожали, мелкие камешки так и норовили
выскользнуть. Приходилось тщательно выбирать место, куда поставить ступню при
каждом следующем шаге, а это здорово замедляло движение. Вверх мы карабкались
быстрее, но, тем не менее, к ночи прошли две трети пути, а к четырем часам утра
Кхун показал пальцем на слабо светящиеся огоньки Мэсалога.
Разглядывая ровные улочки аккуратного, почти европейского городка, я ловил
себя на мысли, что он кажется удивительно знакомым. Казалось, что попади я на
его главную площадь, обязательно бы знал, куда идти дальше. Вот только КУДА? Я
раньше читал, что такое бывает. У этого эффекта даже есть какое-то свое
название...
Я не стал забивать голову, вспоминая научные термины. Мне вполне было
достаточно простого объяснения, придуманного сходу - возможно я видел этот
городок в гипносне во время получения задания.
План был разработан до мелочей. План проникновения на охраняемую территорию.
Далее след
...Закладка в соц.сетях
