Жанр: Фантастика
досье дрездена 1. Гроза из преисподней
...чало: бух, бух,
бух... - Ты этого не сделаешь, Мёрф. Я же тебя знаю. И ты, черт побери, тоже прекрасно
знаешь: если бы у меня было что-то, чем ты могла бы воспользоваться, я бы это тебе дал.
Если бы только разрешила мне участвовать в следствии, дала мне шанс...
- Нет, Гарри, - сухо перебила меня она. - Никаких шансов. Я и без тебя по самое
не хочу в трясине с аллигаторами, так что уж не усложняй все это еще хуже. Ты и так уже
пострадал, и не проси, чтобы я тебе к веревке еще и мыла прикупила. У меня нет ни
малейшего желания отскребать тебя от бетона. У того, кто убил Томми Томма, явно
испортится характер, когда его загонят в угол, и это не твоя работа делать это. Моя.
- Не кипятись, - посоветовал я ей. - В конце концов, это на тебя давит
начальство со сроками.
Лицо ее побледнело, глаза приобрели совсем уже неестественную по интенсивности
окраску.
- Ты просто дерьмо, Гарри!
Я открыл рот, чтобы ответить ей, я даже начал говорить что-то, но тут мой череп
показался мне слишком тяжелым для шеи, и все вокруг как-то закрутилось, а стул вроде
как встал на дыбы на задних ножках, мотая в воздухе передними. Мне показалось, что
гораздо безопаснее будет сползти на пол: змея вон ползает всю жизнь и не падает.
Половые плитки приятно холодили щеку и убаюкивали. Только в голове продолжало
стучать: бух, бух, бух - лишая меня удовольствия от того, что без этого было бы просто
приятной легкой дремой.
Глава 12
Я очнулся на полу кабинета Мёрфи. Судя по часам на стене, прошло около двадцати
минут. Голова моя лежала на чем-то мягком, а под ноги кто-то подложил несколько
телефонных книг. Мёрфи прижимала мне ко лбу и затылку мокрое полотенце.
Я чувствовал себя кошмарно. Все, что мне хотелось - это свернуться калачиком и,
всхлипывая от жалости к самому себе, уснуть. Впрочем, решив, что пасть так низко я не
имею права, я сделал попытку пошутить.
- Скажи, у тебя нет короткого белого платьица? Знаешь, Мёрф, я именно так
представлял себе идеал медсестры.
- Чего еще ждать от извращенца вроде тебя. Кто это двинул тебя по башке? -
грозно спросила она.
- Никто, - буркнул я. - Упал с лестницы у входа ко мне в квартиру.
- Не пудри мне мозги, Гарри, - сказала она абсолютно лишенным сочувствия
голосом. - Ты совал нос в это дело. Поэтому и получил по черепу. Разве не так?
Я сделал попытку возразить.
- Ох, да заткнись ты, - оборвала она меня со вздохом. - если бы у тебя не было
сотрясения, я привязала бы тебя за ноги к своей машине и проехалась бы на ней поперек
движения, - она помахала у меня перед носом двумя пальцами. - Сколько пальцев,
Гарри?
- Пятьдесят, - сказал я и поднял два. - Никакое это не сотрясение. Так,
небольшая шишка на голове. Я сейчас оклемаюсь, - я начал подниматься, чтобы сесть.
Мне нужно было ехать домой и поспать немного.
Мёрфи положила руку мне на шею и силой опустила меня обратно на подушку. То
есть, не на подушку, а, судя по всему, на ее же свернутый пиджак, поскольку на ней его
больше не было.
- Лежи и не дергайся, - рявкнула она. - На чем ты сюда приехал? Надеюсь, не на
своей ржавой развалине?
- Жучок как феникс, ждет очередного возрождения, - сказал я. - Я взял тачку
напрокат. Послушай, я сейчас оклемаюсь. Ты только выпусти меня отсюда, и я уеду домой
и лягу спать.
- Ты не в состоянии вести машину, - возразила Мёрфи. - Ты представляешь
опасность для движения. Мне пришлось бы арестовать саму себя, пусти я тебя за руль в
таком виде.
- Мёрф, - устало взмолился я. - Если ты прямо сейчас не заплатишь мне то, что я
уже заработал, у меня просто не хватит на такси.
- Не раскатывай губу, Гарри, - осклабилась Мёрфи. - И не дергайся. Я сама
отвезу тебя домой.
- Мне не нужно... - начал было я, но она поднялась с колен и вышла из кабинета.
Бред какой-то, подумал я. Вот ведь упрямая какая. Я прекрасно доберусь без чьей-то
там помощи. Я сел и начал вставать на ноги.
Вернее, сделал попытку подняться. Не слишком успешную.
Когда Мёрфи вернулась, она обнаружила меня свернувшимся калачиком на боку, а в
кабинете изрядно воняло, поскольку меня вырвало. Впрочем, она промолчала. Она только
снова опустилась рядом со мной на колени, вытерла мне рот и положила на затылок еще
одно мокрое полотенце.
Я смутно помню, как она вела меня к своей машине. Я помню отдельные моменты
из поездки домой. Я помню, как отдавал ей ключи от "Студебеккера", бормоча что-то про
Майка и водителя тягача-эвакуатора.
Но больше всего мне запомнилась ее рука, сжимающая мою - похолодевшие от
волнения мягкие пальцы, маленькие по сравнению с моей неуклюжей клешней, но
сильные. Кажется, всю дорогу она поносила меня на чем свет стоит и угрожала самыми
немыслимыми полицейскими карами. Но я помню, как она сжимала мою руку; возможно,
чтобы удостовериться в том, что я еще жив. Или чтобы заверить меня, что она рядом, что
она не бросит меня в беде.
Вот вам причина, по которой у меня не хватает пороху отказать Мёрфи в помощи.
Она хороший парень. Из лучших.
Ко мне домой мы вернулись где-то ближе к полудню. Мёрфи помогла мне
спуститься по лестнице и отперла дверь моим ключом. Прибежал Мистер и
приветственно потерся об ее ноги. Может, небольшой рост положительно влияет на
устойчивость, но в отличие от меня, она не пошатнулась при этом. А может, это ее айкидо
помогает.
- Боже, Гарри, - пробормотала она. - Как у тебя тут темно, - она пощелкала
выключателем, но лампочки перегорели еще неделю назад, а у меня тогда не хватало
денег заменить их. Поэтому она усадила меня на диван и зажгла несколько свечей от
тлеющих в камине угольев. - Ладно. Я тебя укладываю спать.
- Идет. Если ты так настаиваешь.
Зазвонил телефон. Он стоял на расстоянии вытянутой руки, так что я снял трубку.
- Дрезден, - сказал я как мог разборчивее.
- Мистер Дрезден, это Линда. Линда Рэндалл. Вы меня помните?
Ха. Разве могут мужчины забыть ту сцену из кино, когда Мэрилин стоит над
вентиляционной решеткой? Мне сразу вспомнились глаза Линды Рэндалл и всякие не
подобающие настоящему джентльмену мысли.
- Нагишом? - поинтересовался я и лишь потом сообразил, что именно я ляпнул.
Опа.
Мёрфи подозрительно покосилась на меня, потом встала, вышла в спальню и
принялась перестилать мою кровать. Что ж, славно. Мой обморок подействовал на Мёрфи
куда лучше, чем любая ложь, которую я сумел бы из себя выдавить. Возможно,
полуобморочный Гарри - не обязательно плохой Гарри.
Линда рассмеялась в трубку этим своим способным свести с ума смехом.
- Я сижу в машине, детка. Может, позже. Послушайте, я тут нашла кое-что, что
могло бы помочь вам. Можете встретиться со мной сегодня вечером?
Я устало потер глаза. Сегодня суббота. Значит, вечер сегодня - субботний. Не
забыл ли я чего-то, намеченного на сегодняшний вечер?
К черту, подумал я. Вряд ли это настолько важно, если я ухитрился об этом забыть.
- Конечно, - заверил я. - С удовольствием.
- Вы такой джентльмен, - мурлыкнула она в трубку. - Я таких люблю. Иногда. Я
освобождаюсь в семь. Это нормально? Скажем, в восемь?
- У меня машина взорвалась, - сказал я, с трудом ворочая языком. - Давайте
встретимся в супермаркете на моей улице.
Она снова рассмеялась мне в ухо.
- Я вот что скажу. Дайте мне еще час или полтора заехать домой, принять горячую
ванну и вообще почистить перышки, и я прилечу к вам в объятья. Как, устраивает?
- Э... О'кей.
Она еще раз рассмеялась и, не попрощавшись, повесила трубку.
Мёрфи появилась тотчас же, как я положил на рычаг свою.
- Только посмей отрицать, Дрезден, что ты не назначил свидания.
- Ты просто ревнуешь.
- Ох, умоляю, - фыркнула Мерфи. - Для счастья мне нужен мужик покрепче
тебя, - она сунула руку мне подмышку, чтобы помочь встать. - Ты же сломаешься как
сухая былинка, Дрезден. Тебе лучше лечь, пока не вообразил о себе еще невесть чего.
Я положил руку ей на плечо и оттолкнул от себя. Сил во мне не оставалось никаких,
но она попятилась и нахмурилась.
- Что?
- Сейчас вспомню, - пробормотал я, протирая глаза. Что-то не давало мне покоя.
Что-то, о чем я забыл. Что-то, что обещал сделать в эту субботу. Я попытался отогнать от
себя мысли об уличных войнах наркоторговцев и о людях, сведенных с ума Внутренним
Зрением, которое им открыл "Третий Глаз".
Нужный контакт в мозгу щелкнул почти сразу же. Моника. Я обещал, что свяжусь с
ней. Я порылся в кармане ветровки, нашел свой блокнот и вынул его. Потом полистал, но
тут же махнул Мёрфи.
- Дай свечу. Мне нужно прочесть кое-что.
- Боже, Дрезден. Клянусь, ты по меньшей мере так же невозможен, как мой первый
муж. У него хватило упрямства угробить себя, - она вздохнула, но все же поднесла свечу
ближе. В первое мгновение свет больно резанул мне по глазам. Я нашел номер Моники и
позвонил.
- Алло, - отозвался в трубке детский голос.
- Привет, - сказал я. - Будьте добры, позовите Монику.
- А кто это?
Я вспомнил, что работаю на нее негласно.
- Это ее четвероюродный брат Гарри, из Вермонта.
- Ясно, - произнес детский голос. - Подождите. МАМ! ТВОЙ КУЗЕН ГАРРИ ИЗ
ВЕРМОНТА ЗВОНИТ ПО МЕЖДУГОРОДНОМУ! - провизжал он, не отодвигая трубки
от рта.
Детки. Их нельзя не любить. Я так просто обожаю. Капельку соли, выжать лимон -
пальчики оближешь.
Я подождал, пока грохот в моей черепной коробке не поутихнет до простого
огненного жжения - ребенок бросил трубку и убежал, топоча ногами по паркету.
Спустя несколько мгновений в трубке зашуршало, когда ее подняли, и несколько
нервный голос Моники произнес: "Э... Алло? "
- Это Гарри Дрезден, - сказал я. - Я звоню, чтобы рассказать вам, что мне
удалось узнать по ва...
- Простите, - перебила она меня. - Мне это, гм... не нужно.
Я зажмурился.
- Э... Моника Селлз? - я перечитал на всякий случай номер ее телефона.
- Да, да, - ответила она торопливо, даже нетерпеливо. - Нам не нужна ваша
помощь, спасибо.
- Я что, не вовремя позвонил?
- Нет. Нет, не в этом дело. Я просто хотела отменить свою просьбу. В смысле,
отказаться от ваших услуг. Не беспокойтесь обо мне, - было в ее голосе что-то странное,
словно она старательно пыталась изображать благополучную домохозяйку.
- Отменить? Вам больше не нужно, чтобы я искал вашего мужа? Но, мэм, деньги...
- в трубке, - в трубке что-то зажужжало и захрипело. Мне показалось, что за всеми
этими помехами все-таки слышался голос, а потом звук ушел совсем, оставив только
треск. Несколько секунд мне казалось, что связь оборвалась окончательно и
бесповоротно. Черт бы побрал эти ненадежные телефоны. Обычно они сбоят на моем
конце линии, а не у собеседника. Черт, черт, они даже отказать не могут как надо.
- Алло? Алло? - безнадежно бубнил я в трубку.
И голос Моники все-таки вернулся:
- Об этом не беспокойтесь. Спасибо вам за все ваши хлопоты. Всего хорошего и до
свидания, спасибо, - и она повесила трубку.
Я отодвинул трубку от уха и некоторое время тупо смотрел на нее.
- Странно, - сказал я.
- Пошли же, Гарри, - вмешалась Мёрфи. Она вынула трубку у меня из рук и
решительно положила на рычаг.
- О чем вы, мамаша. Еще даже не стемнело, - шутил я скорее для себя самого,
чтобы думать о чем-нибудь еще, а не только о том, как будет раскалываться у меня голова,
когда Мёрфи поможет мне встать. Обе - и голова, и Мёрфи - ожиданий не обманули.
Мы дотащились до спальни, и, вытянувшись на прохладных простынях, я решил, что,
пожалуй, пущу корни и останусь так лежать навсегда.
Мёрфи смерила мне температуру, чуткими, сильными пальцами ощупала череп -
особенно осторожно шишку размером с гусиное яйцо на затылке. Потом посветила мне в
глаза ручкой-фонариком, что мне не понравилось. Потом принесла чашку воды, что мне
понравилось, и заставила выпить пару таблеток аспирина, или тайленола, или какой-то
другой такой же дряни.
Из других воспоминаний того утра у меня сохранилось только два. Первое: Мёрфи,
стягивающая с меня футболку, ботинки и носки, и наклоняющаяся, чтобы взъерошить мне
волосы и поцеловать в лоб. Потом она укрыла меня одеялом и вынесла свечу. Мистер
запрыгнул ко мне и улегся поперек ног, мурлыча как небольшой судовой дизель.
Второе, что мне запомнилось - это как снова зазвонил телефон. Мёрфи как раз
собралась уходить, позвякивая ключами от своей машины. Я услышал, как она вернулась и
сняла трубку.
- Квартира Гарри Дрездена, - сказала она.
Последовала пауза.
- Алло? - произнесла Мёрфи.
Через пару секунд Мёрфи небольшой тенью возникла в дверном проеме.
- Ошиблись номером. Отдохни, Гарри.
- Спасибо, Кэррин, - улыбнулся я. Вернее, попытался. Должно быть, не слишком
удачно, но она улыбнулась в ответ. Не сомневаюсь, у нее это вышло гораздо лучше.
А потом она ушла. В квартире сделалось темно и тихо. Только Мистер продолжал
убаюкивающе рокотать в темноте.
И все-таки, даже засыпая, я продолжал терзаться: что я упустил из памяти? И еще
одно, менее важное: кто позвонил мне, но не захотел разговаривать с Мёрфи? Может, это
Моника Селлз пыталась снова связаться со мной? С какой вообще стати она вдруг
просила меня остановить поиски и оставить деньги себе?
Это, и бейсбольные биты, и прочая ерунда теснились у меня в голове до тех пор,
пока я не уснул, убаюканный мурлыканьем Мистера.
Я проснулся, когда старый дом надо мной содрогнулся от удара грома.
Стояла кромешная тьма. Я не имел ни малейшего представления, который час. С
минуту я лежал в постели в замешательстве; голова слегка шла кругом. Ногам было тепло
в том месте, где только что лежал Мистер, но самого котяры нигде не было видно. Он у
меня панически боится грозы.
Дождь на улице лил как из ведра. Я слышал, как он барабанит по асфальту и по
стенам старого дома. Дом потрескивал и постанывал, сотрясаемый весенней грозой и
ветром. Деревянные балки слегка прогибались; опыт и возраст научили их, что лучше
слегка уступить, чем тупо сопротивляться, пока не сломаешься. Черт, пора бы и мне
научиться этому.
В желудке у меня завывало от голода. Я выбрался из постели, пошатнулся и пошарил
по сторонам в поисках халата. Его я в темноте не нашел, зато наткнулся на свою ветровку:
она висела на спинке стула, там, куда ее повесила, аккуратно сложив, Мёрфи. Поверх нее
лежала небольшая стопка купюр и салфетка с надписью: "Ты еще заплатишь за это.
Мёрфи". Я хмуро уставился на деньги и попытался не обращать внимания на прилив
благодарности, который я испытал при их виде. Потом накинул ветровку, запахнул ее на
голой груди и босиком пошлепал в гостиную.
Снова зарокотал гром. Я ощущаю грозу так, как мало кто из людей. Это буйство
чистой энергии, обнаженной, пульсирующей в облаках. Я ощущаю воду, потоком капель
низвергающуюся на землю и парящую в небе, ощущаю порывы ветра, швыряющего пласты
дождя о стены дома над моей головой. Я ощущаю огонь молнии, перепрыгивающей с тучи
на тучу, а потом, найдя извилистую тропку наименьшего сопротивления,
устремляющуюся к терпеливой, вечной земле, чтобы разрядить в нее свой смертоносный
заряд. Все четыре стихии в движении, во взаимодействии, обменивающиеся энергией во
всех ее формах. В грозе вообще уйма потенциальной энергии, соблазнительной для
чародея - особенно отчаянного или просто глупого. И правда, жаль, когда столько ее
пропадает там, где как бы резвятся или играют силы древней природы.
Мысль об этом заставила меня нахмуриться. До сих пор она как-то не приходила
мне в голову. Не было ли у нас грозы вечером в среду? Черт, а ведь была! Я вспомнил, как
проснулся задолго до рассвета, разбуженный ударом грома. Уж не воспользовался ли наш
убийца этой грозой в качестве топлива для своих заклятий? Вполне возможно. Мысль об
этом встревожила меня. Впрочем, магия такого рода часто оказывается слишком
непостоянной и уязвимой, чтобы использовать ее так целенаправленно.
Снова сверкнула молния, и я успел медленно досчитать до трех, прежде чем до меня
докатился раскат грома. Если убийца все-таки использовал грозу, логично было бы
предположить, что, если он или она нанесет новый удар, это случится сегодня. Я
вздрогнул.
Тут в животе у меня снова заурчало, и голову заняли куда более прозаичные мысли.
Голова, кстати, хоть и болела, но гораздо меньше, и совсем не кружилась. Зато живот не
успокаивался - подобно многим высоким и худым мужчинам, я ем без конца, и всего
мне мало. Не знаю, почему. Я прошлепал босыми ногами в кухонный угол и принялся
раздувать огонь в печке.
- Мистер? - позвал я. - Проголодался, дружище? Я поджарю нам пару котлет.
Ням-ням!
Снова ударила молния, на этот раз ближе, поскольку гром грянул почти без
промедления. Вспышка была такой яркой, что ослепила меня даже через утопленные в
приямки окна. Но и так я успел увидеть Мистера.
Кот забился на верх книжной полки в дальнем углу комнаты, как мог дальше от
входной двери. Своими светящимися во тьме глазищами он неотрывно следил за ней,
навострив уши, хотя поза его оставалась обычной, по-кошачьи ленивой. Должно быть,
сохрани он свой хвост, тот бы сейчас подергивался.
В дверь постучали.
Наверное, это гроза слегка расшатала мне нервы, но я весь напрягся в ожидании
любой возможной опасности. Гроза сбила и спутала все мои ощущения, как физические,
так и духовные, и все, что я смог определить - так это только то, что за дверью кто-то
стоит.
Я пошарил по карманам ветровки в поисках пистолета, и тут же вспомнил, что еще
вчера вечером вынул его в лаборатории и не брал с собой в полицию. Уж не спрашивайте,
почему, но копы вообще не любят, чтобы в их помещениях оружие носил кто-либо кроме
самих копов. Так или иначе, пистолета у меня под рукой не оказалось.
И тут я вспомнил, что сегодня должна была заглянуть Линда Рэндалл. Я обругал себя
за идиотскую пугливость, потом обругал себя за то, что столько времени дрых без задних
ног, и еще раз - за такие внешность и запах, будто не принимал душ дня два-три,
одновременно не бреясь и не причесываясь. Ну и ладно. Мне почему-то казалось, что
Линда Рэндалл мало обращает внимания на такую ерунду. Может, ей нравится запах
здорового мужского пота.
Я подошел к двери и отворил ее, приглаживая волосы рукой и пытаясь согнать с
лица дурацкую ухмылку.
За дверью стояла и ждала, спрятавшись от дождя под черным зонтиком, Сьюзен
Родригес. На ней была длинная шинель цвета хаки, из-под которой виднелись дорогое
черное платье и туфли на шпильках. На шее и в ушах поблескивали жемчуга. При виде
меня она зажмурилась.
- Гарри?
Я уставился на нее. Ох, блин. Я забыл про свидание со Сьюзен. Как только мог я
забыть про такое? Я имею в виду, пусть даже Белый Совет, полиция, вампиры,
сотрясения, наркотики, мафиозные боссы и ублюдки с бейсбольными битами, но
Сьюзен...
Ну, конечно... Возможно, в мире просто нет женщин, способных отвлечь меня от
всего такого. И все равно, даже мне это показалось возмутительным.
- Привет, Сьюзен, - глупо брякнул я и посмотрел вверх, ей за спину. Во сколько
там она обещалась показаться? В девять? А что говорила Линда? В восемь... нет, постойка.
Сначала она говорила про восемь часов, но потом передумала, и сказала, что будет
позже. В девять. Вот блин. Может выйти некрасиво.
Сьюзен, ясное дело, видела меня насквозь, оглянулась вслед за моим взглядом и
только потом снова посмотрела на меня.
- Ждете кого-нибудь, Гарри?
- Ну, не совсем чтобы, - пробормотал я. - Э... ладно. Возможно. Послушайте,
давайте зайдем в дом. Вы ведь совсем промокнете, - собственно, я немного покривил
душой. Не она, а я начинал намокать, стоя босиком в открытых дверях так, что ветер
сдувал всю воду с лестницы прямо на меня.
Сьюзен скривила ротик в легкой, но достаточно опасной, хищной улыбке, сложила
зонтик и мимо меня прошла в гостиную.
- Так здесь вы и живете?
- Не-а, - возразил я. - Это мой летний домик в Цюрихе, - я закрыл дверь, снял с
нее пальто и повесил его на высокую вешалку при входе.
Сьюзен повернулась ко мне спиной. Платье открывало ей спину до самой талии,
подхватываясь узкой полоской у шеи, зато рукава были длинными, в обтяжку. Мне так
нравилось. Даже очень. Проходя вглубь комнаты, к камину, она дала мне полюбоваться
своей спиной, потом медленно повернулась ко мне и улыбнулась, прислонясь бедром к
дивану. Свои черные волосы она подхватила сегодня на макушке, оставив открытой
длинную, изящную шею - этакое воплощение всего гладкого и восхитительного. Уголки
губ чуть улыбались.
- Что, внеурочная работа в полиции, Гарри? - томно произнесла она, не сводя с
меня своих лучистых глаз. - Эти убийства наверняка сенсационны. Заправила
преступного мира, убитый с помощью магии. Не хотите ли сделать заявление?
Я вздрогнул. Она все еще охотилась за заголовком для "Волхва".
- Конечно, - кивнул я. Глаза ее удивленно расширились. - Мне нужно принять
душ, - заявил я. - Я сейчас вернусь. Мистер, приглядишь за леди, ладно?
Сьюзен проследила за направлением моего взгляда и увидела Мистера, занимавшего
наблюдательный пост на книжной полке. Мистер со своей стороны навострил уши еще
сильнее, не отрывая взгляда от двери.
Снова загрохотал гром.
Я зажег ей несколько свечей, а еще одну захватил с собой в ванную. Думай, Гарри,
думай. Проснись и думай. Что делать?
Помыться, ответил я сам себе. От тебя разит как от свиньи. Хорошенько облейся
холодной водой и смой с себя все это дерьмо. С минуты на минуту здесь будет Линда
Рэндалл, и тебе нужно придумать, как не позволить Сьюзен сунуть свой хорошенький
носик во все эти убийства.
Наставив себя подобным образом, я несколько успокоился, быстренько разделся и
залез под душ. Обогревателем я не пользуюсь, так что вполне привык к холодной воде.
Кстати, с учетом того, каким успехом я, да и другие чародеи пользуемся у женщин,
возможно, это даже к лучшему.
Только я успел основательно намылиться, как молния ударила где-то уже совсем
близко, а дождь окончательно сорвался с цепи. Эпицентр грозы налетел на старый дом, и
налетел со всей силы. Я вполне мог обойтись без свечи, настолько наэлектризован был
воздух. Зато раскаты грома заглушили все остальные звуки. Все же краем глаза я уловил
какое-то движение за утопленным в приямок (и целомудренно прикрытым
полупрозрачной занавеской) окошком ванной. Кто-то направлялся к лестнице, ведущей в
мою квартиру.
Кажется, я говорил уже, как мне везет с женщинами, нет? Такие вот вечера и есть
тому причиной. Я ударился в панику. Я выскочил из-под душа, как был, с намыленной
головой обернул талию полотенцем и ринулся в гостиную.
В самом деле, не мог же я позволить, чтобы дверь Линде открыла Сьюзен. Вышла бы
кошачья потасовка, какой вам и не снилось, и, подозреваю, большая часть царапин и
укусов пришлась бы на мою долю.
Я выскочил из-за угла ванной и увидел, что Сьюзен уже протянула руку к дверной
ручке. Снова блеснула молния, и удар грома заглушил клацанье замка. Правда, я услышал
другой звук: злобный, рычащий, и увидел, как Мистер вскочил и выгнул спину дугой,
вздыбив шерсть и оскалившись. Взгляд его так и оставался прикован к двери.
Гром стих, и Сьюзен распахнула дверь. Я видел ее лицо в профиль. Она стояла,
уперев руку в бедро, и на губах ее играла опасная, ехидная улыбка.
Стоило двери отвориться, как я ощутил поток энергии, сопровождающий
обыкновенно существа из потустороннего мира, когда они являются к нам, смертным.
Должно быть, прежде я не обратил на него внимания из-за грозы. В дверях, освещенная
вспышками молний, стояла приземистая фигура не больше пяти футов росту. Странное
дело, как и Сьюзен она была одета в шинель, только не хаки, а коричневого цвета. Что-то
неправильное в ее внешности бросалось в глаза, что-то не от этого старого, доброго мира.
Ее, так сказать, голова повернулась в мою сторону, и два огня, иссиня-белых как
плясавшие в небе молнии, вспыхнули в глазницах кожистого лица. Чертами оно почти не
напоминало человеческое, смахивая скорее на большую бородавчатую жабу.
С расстояния двух футов Сьюзен гораздо лучше моего разглядела лицо и глаза
демона, так что я не удивился, когда она завизжала.
- Сьюзен! - заорал я, бросаясь к дивану. - В сторону, быстро! - я рыбкой
нырнул за спинку, крепко приложившись при этом ребрами об пол.
Демон разинул пасть, послышалось шипение, и в спинке дивана возникло отверстие
размером со здоровый кулак, а в воздухе повисло облачко зловонного дыма. Несколько
капель жидкости, извергнутой проклятой тварью, упало на пол, и в этих местах тут же
появились и стали расползаться на глазах отверстия. Я откатился подальше от дивана и
кислоты.
- Сьюзен! - крикнул я. - Спрячьтесь на кухне! Не оказывайтесь между нами с
ним!
- Что это? - взвизгнула она в ответ.
- Плохой парень, - я пригнулся и выглянул сквозь дымящееся отверстие в диване,
готовый в любое мгновение нырнуть в укрытие. Демон, не по-человечески приземистый и
коренастый, все еще стоял в дверях, вытянув перед собой длиннопалые лапищи. Казалось,
он упирается ими в какую-то невидимую перегородку.
- Почему оно не входит? - спросила Сьюзен из дальнего от меня, ближнего к
двери угла. Она вжималась спиной в стену, округлив перепуганные глаза. Боже мой,
подумал я, только бы ей хватило ума не высовываться оттуда.
- Неприкосновенность жилища, - объяснил я. - Это же не смертная тварь. Ему
еще нужно набраться энергии, чтобы прорваться сквозь окружающий дом барьер.
- Но войти-то оно может? - не унималась Сьюзен. Голос ее срывался от волнения
и страха, но она уже задавала вопросы, собирала информацию - в общем, держалась как
профессионал. А может, предположил я, рациональную часть ее рассудка просто
закоротило. Такое бывает с людьми, в первый раз столкнувшимися с демоном лицом к
лицу.
Я броском переметнулся к ней, схватил ее за руку и толкнул к люку, ведущему в мою
лабораторию.
- Спускайтесь туда! - крикнул я, рывком поднял крышку и пихнул вниз складную
стремянку.
- Там же темно! - запротестовала Сьюзен. - О Боже! - взгляд ее скользнул
ниже моей талии, и она зажмурилась. - Гарри! Почему вы раздеты?
Я тоже опустил взгляд. И вспыхнул. Должно быть, проклятое полотенце
соскользнуло с меня, пока я плясал под вражеским огнем. Зато от этого движения головой
мыльная пена полезла мне в глаза, которые то
...Закладка в соц.сетях
