Жанр: Фантастика
Острова междумирья
...ны одевались точно так же, как мужчины, и они были точно
такими же крупными и сильными. В отличие от мужчин, на их головах росли волосы,
покрывавшие у некоторых все темя, но обычно в виде пушистого гребня, идущего со
лба к затылку. Особый интерес у них вызывал Хирро, рыже-красные глаза которого
считались здесь красивыми.
О прибытии магов доложили архимагистру Джабраэле, которая согласилась принять их
в любое удобное для них время. Когда они поели и немного отдохнули с дороги, Кай
проводил их к основательнице культа Пааны.
Джабраэла встретила их в приемном зале - просторном помещении, украшенном алыми
занавесями и разрисованном сценами из жизни служителей культа. В дальнем конце
зала на возвышении стояло ее почетное кресло. Здесь было жарко, как в печке,
поэтому архимагистр была одета только в длинный складчатый оранжевый балахон без
рукавов, заколотый драгоценными пряжками на плечах и схваченный широким поясом
на узенькой талии. Она приветливо улыбнулась и встала с кресла навстречу
остолбеневшим от изумления гостям.
Им было от чего остолбенеть - она была немыслимо, невероятно красива. Хотя
Джабраэла была и оставалась демоницей - существом совершенно иной природы, чем
гуманоидная, в жилах которого текла не кровь, а жидкий огонь - и ее кожа была
прозрачно-оранжевой, а глаза напоминали бездонные золотые провалы, черты ее лица
и крупной, статной фигуры были человеческими, безупречно правильными, словно
выточенными гениальным скульптором, посвятившим свою жизнь воплощению женской
красоты в своих работах. Пышные мягкие волосы золотистым ореолом вились вокруг
ее головы, и вся она, казалось, излучала радостное золотисто-оранжевое сияние,
наполнявшее зал теплом и светом.
- Я счастлива приветствовать у себя в храме гуманов, издавна считающихся у нас в
народе олицетворением добра и милосердия. - Ее голос оказался звучным и мягким,
совершенно не похожим на речь остальных демонов, больше всего напоминавшую звук
перекатывающихся камней в тряской повозке.
Первым опомнился Хирро:
- Мы более чем счастливы познакомиться с вами, архимагистр. Признаюсь, я просто
потрясен вашей внешностью... я никак не ожидал, что среди демонов встречаются...
такие выдающиеся во всех отношениях женщины.
- Понимаю, - опечаленно кивнула Джабраэла. - Мое уродство с детства было моим
несчастьем. Если бы не оно, мне, возможно, удалось бы справиться с дурными
чертами своего характера, но мне просто не оставили выбора. Хоть мои уши и не
шевелятся, у меня хороший слух, и я всегда слышала, как знакомые моих родителей
шептались за моей спиной: "как она уродлива - это же настоящий гуманенок".
Поэтому я волей-неволей начала сочувствовать гуманам в нравоучительных сказках о
вреде милосердия.
- Я никак не могу себе представить, что у вас может быть дурной характер, -
решительно возразил Хирро.
- И тем не менее это так, - вздохнула Джабраэла. - Я с рождения была очень
жалостливой. Мать, как могла, старалась перевоспитать меня - заставляла меня
топить новорожденных щенков цербера, резать летучих мышей на ужин - в общем, все
то, чем у нас девочек награждают за примерное поведение, но я каждый раз только
плакала от этого и ничего не могла с собой поделать. В детстве у меня была
только одна подруга, которая терпела мои недостатки, но я однажды поступила с
ней очень дурно, и ее мать больше не позволила нам дружить.
- Что же вы такое с ней сделали?
- Я подарила ей свою любимую куклу. Воспитанная девочка должна сама отнять у
подруги игрушку, а та должна суметь не отдать ее. Когда мать моей подруги
увидела у нее мою куклу, она сначала даже похвалила ее за то, что та отняла
куклу и осталась с нерасцарапанным лицом, но подруга проболталась, что я
подарила ей эту куклу. Что тут началось! Ее мать пришла к моей и устроила ей
скандал - что я настоящий выродок и испорчу ее дочь, что меня нельзя пускать к
приличным детям и все такое... С тех пор я осталась одна и, конечно, мои
склонности усилились.
- Но это вовсе не те склонности, которых следует стыдиться! - воскликнул
пиртянин.
- Да, теперь я понимаю, что демон не должен стыдиться даже самых порочных своих
склонностей, - подтвердила демоница. - Для чего-то же они существуют, верно? В
прошлом это доставило мне много страданий, но сейчас я ни о чем не жалею. Я даже
довольна тем, как сложилась моя судьба. Я много размышляла и наблюдала, и
постепенно убедилась, что демоны по своей природе вовсе не так злы, как они мнят
о себе. Тому есть сколько угодно свидетельств - вот на днях, например, мне
рассказали, что правитель гремских земель приказал отрубить голову прислужнику
за то, что поданные к столу пиявки оказались недостаточно протухшими, а за это
полагается смерть на дыбе, на которой умирают по полгода! Разве это не паана, не
милосердие? Многие демоны постоянно оправдывают себя ленью, небрежностью,
невниманием - чем угодно, только бы не признать в себе присутствие пааны. Только
мы в открытую следуем паане, потому что в том, чтобы открыто следовать путем
порока, есть определенная сила и соблюдение принципа мирового равновесия. Нас
немного, но мы выполняем посильную работу, чтобы остальные демоны помнили о
существовании пааны, как бы они ни старались отрицать ее.
- А можно нам узнать, архимагистр, какую вы выполняете работу? - спросил
Зербинас.
- Да, я с удовольствием расскажу о ней. В основном она заключается в том, что мы
тайно проникаем к осужденным на длительную казнь и, если они захотят, даруем им
легкую смерть.
- Но неужели их нельзя просто освободить?! - изумился маг.
- Из-за традиций нашего народа мы не можем в полной мере следовать той паане,
которую осуществляете вы, гуманы, - с сожалением сказала Джабраэла. - Я всегда
настаиваю, чтобы наш служитель спрашивал осужденного, каково его желание -
освободиться, принять легкую смерть или вытерпеть казнь до конца. Больше
половины из них предпочитают терпеть наказание, чтобы не испортить себе
посмертие, остальные соглашаются принять легкую смерть и только очень немногие -
освобождение, но в этом случае они или примыкают к нам, или уходят скитаться в
другие миры, потому что навеки останутся изгоями в собственном. Как бы нам ни
хотелось освободить их всех, я всегда требую соблюдения добровольности принятия
пааны, иначе она превращается в насилие, причем особо извращенное. Это очень
тонкий нюанс, трудный для понимания большинства последователей культа Пааны,
которые стремятся принести в наш мир как можно больше милосердия. Поэтому я не
устаю повторять, что пааны нельзя давать больше, что это может быть принято.
- Я не могу не выразить свое восхищение тем, как глубоко вы проникли в смысл
милосердия, - покачал головой Хирро. - Многим из нас, гуманов, не помешало бы
поучиться этому у вас.
- Благодарю вас, - расцвела демоница. - Мне необычайно лестно слышать это от
настоящего гумана.
Затем она с таким воодушевлением заговорила о доброте и милосердии гуманов, об
их бескорыстии и самотверженности, что Зербинас и Хирро почему-то вдруг
почувствовали себя пристыженными.
- Возможно, вы несколько преувеличиваете наши... м-мм... дурные качества, -
неуверенно протянул Зербинас.
- Нисколько, - заявила она. - Ваш друг гуман был уверен, что вы придете ему на
помощь - и вы действительно здесь. А ведь его дело чрезвычайно сложное и
опасное, и он занимается им совершенно бескорыстно. И при этом он вовсе не
выглядел добрым - как же иногда бывает обманчива внешность!
- Видите ли, - снова вставил Зербинас, - мы пока еще не знаем, в чем это дело
заключается...
Джабраэла потрясенно уставилась на него, не в силах выговорить ни слова.
- Вы даже не знаете, что делает ваш друг, а все равно явились помогать ему?! -
воскликнула она, когда дар речи снова вернулся к ней. - Я буду рассказывать это
своим ученикам как пример глубочайшей извращенности гуманической натуры. Для
меня огромная честь хоть как-то способствовать этому невероятному делу, по
сравнению с которым все наши труды кажутся сущими пустяками. Говорите, что вам
нужно - мы с учениками сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам.
- Для начала нам хотелось бы узнать, в чем заключается это дело и почему
Гримальдус занимается им. Почему оно связано с вашим миром?
- С нашим миром оно никак не связано, - ответила демоница. - Ваш друг приехал к
нам за картой Танвалана, с которым оно действительно связано. У нас не любят
танваланцев - мы их не любим потому, что у них нет последователей Пааны, а
другие наши соотечественники потому, что они вообще никого не любят. Из-за этого
у нас почти ничего не известно о том катаклизме, когда двое могущественных
танваланских магов оторвали и подняли в междумирье целый материк после того, как
изгнали оттуда остальных. Гримальдус выспрашивал у меня подробности, но я не
смогла рассказать ему больше, чем это известно всем. И, конечно, я не знаю
причину, по которой материк вдруг изменил свой путь по междумирью и начал падать
на тот мир.
- Материк начал падать на какой-то мир?! - ошеломленно повторил за ней
Зербинас. - Но причем тут Гримальдус?
- Это родной мир его скакуна, лара Ги-и-рраля. Как я поняла, Ги-и-рраль попросил
вашего друга разобраться, нельзя ли спасти его мир. Вашему другу совершенно
незачем этим заниматься, потому что Ги-и-рраль будет вынужден оставаться с ним,
если этот мир погибнет. Это очевидно любому демону, поэтому весь наш храм
удивлялся его поступку. У нас распространено мнение, что гуманы придерживаются
пааны по слабости, но это был блестящий пример опровержения подобных вымыслов,
потому что Гримальдус взялся за очень трудное дело. Конечно, я снабдила его
картой Танвалана, но больше мы ему ничем не могли помочь. Для этого нужно
перемещаться по междумирью, а демоны не ладят с волшебными скакунами.
- Странно, а почему? - удивился Зербинас. - Есть же скакуны темного огня, и наши
темные маги прекрасно с ними ладят.
- Никакой гуман не станет демоном, как бы ни подделывался под него. Даже самые
злобные из ваших магов ласковы со своими скакунами, поэтому вы можете
договориться с ними и путешествовать на них по мирам, в отличие от нас. Но нам и
не нужны другие миры - это у вас, гуманов, слишком спокойная жизнь, из-за
которой вы ищете миры, где вы могли бы расселиться или испытать себя на
выживаемость. А нам просто невозможно найти более трудный для выживания мир, чем
наш собственный, и проблемы перенаселения у нас не существует.
- Наверное, поэтому демоны так сильны и живучи, - заметил Хирро. - Я не выжил бы
на дыбе и недели.
- Да, могущество демонов формировалось в течение тысячелетий, - подтвердила
Джабраэла. - Меня нередко упрекают, что распространение пааны снизит
выживаемость нашей расы, но я при этом всегда ссылаюсь на вашу расу, которая
процветает, хотя она значительно слабее. Конечно, я не имею в виду ваших магов,
которые не уступают по силе лучшим из наших. Взять хотя бы вашего друга
Гримальдуса - он так силен в магии, что совершенно забываешь об его телесной
слабости.
- Он должен был оставить мне здесь записку, - вспомнил Зербинас.
- Нет, он ничего не оставлял. Он поручил мне передать вам на словах, чтобы вы
отправлялись за ним на Танвалан, а там он найдет способ оставить вам сообщение.
Должна сказать, что я не разделяю его оптимизма - с танваланскими демонами
чрезвычайно трудно договориться, особенно гуману.
- Может, вы посоветуете, как нам лучше всего договориться с ними?
- С помощью пыток, конечно, - ответила демоница, не задумавшись ни на
мгновение. - Поймайте кого-нибудь из тамошних жителей и выпытайте у него все,
что вам нужно. Каленое железо бесполезно, к нему у нас привыкают с детства, но
вы можете дать ему понюхать вашу еду. Кормить не нужно - лишняя жестокость ни к
чему. Я дам вам Квендалькая в провожатые, чтобы он отвез вас к танваланскому
входу.
Джабраэла ненадолго ушла из зала и вернулась с бутылочкой трансформирующего
снадобья. Затем она с магами вышла в коридор к крутившемуся там Каю и передала
ему бутылочку вместе с поручением. Они сходили в комнату за вещами - и
бронированный конь с клыками хищника помчал их на Танвалан.
Этот мир был сходен с только что оставленным, но здесь было еще жарче. Пасмурная
квербрская погода сменилась безоблачным танваланским небом - слепящим и бордовооранжевым,
половину которого занимало багровое солнце, сочащееся темным огнем. В
воздухе пахло серой и гарью, каждый вдох давался с трудом.
- Долго мы здесь не протянем, - заметил Хирро, едва оглядевшись по сторонам.
Конечно, пиртянин был не из робких - это была просто информация, которую нужно
было учитывать в дальнейших действиях.
- Тогда начнем с поисков выхода. - Зербинас вызвал танваланскую карту магов,
расстелил ее на черной земле и уселся перед ней на корточках, чтобы отыскать
ближайший выход в пригодный для жизни мир.
Хирро пробормотал вполголоса заклинание адаптации воздуха и присоединился к
нему. Понадеявшись на Гримальдуса, который тоже отправлялся на Танвалан впервые,
они не вспомнили, что такие вещи нужно выяснять заранее. Пока оба мага глядели в
карту, Чанк взлетел с плеча Хирро и отправился осматривать окрестности.
Он вернулся как раз к тому времени, когда они закончили изучение карты и пришли
к безрадостному выводу, что все подходящие каналы находятся очень далеко отсюда.
Птерон плюхнулся на хозяйское плечо, тяжело дыша разинутым от жары клювом.
- Здесь неподалеку поселение демонов, - прощелкал он, отдышавшись. - Десяток
хижин, не больше.
Много это или мало - им еще предстояло проверить. Видимо, Гримальдус либо сумел
договориться с жителями этого поселка и оставил там весточку о себе, либо не
сумел - и тогда он либо растерзан демонами, либо удрал от них на ларе. Это
несложное умозаключение мгновенно пронеслось в голове Зербинаса, завершившись
сожалением о том, что он переоценил пресловутое хладнокровие и дотошную
осторожность своего давнего друга.
- Что будем делать? - вопросительно глянул на него Хирро.
Было ясно, что нужно что-то делать, и поскорее, но Зербинас мешкал с ответом.
- Нам нужно узнать, побывал ли Гримальдус в этом поселке и сумел ли договориться
с его жителями, - породил он наконец очевидную мысль. - Причем нам нужно сделать
это безопасным способом.
- Замечательно, - протянул пиртянин. - А ты можешь что-нибудь уточнить по поводу
безопасного способа?
Зербинас почувствовал себя двоечником, выкручивающимся перед строгим наставником
на уроке в академии.
- Ну-у... может, нам, действительно воспользоваться советом Джабраэлы и поймать
одного из этих демонов?
- То есть, ты считаешь это занятие безопасным и способствующим улучшению
отношений с местными жителями?
- Нет, я бы так не сказал, - с сомнением покачал головой Зербинас. - Нужно чтото
более подходящее.
Оба напряженно задумались, решая жизненно важную проблему установления контакта
с демонами. Вдруг Хирро обрадованно встрепенулся и хлопнул себя по лбу.
- Конечно же, иллюзия! - воскликнул он. - Заклинание иллюзии!
- Да, верно! - в восторге подхватил Зербинас. - Мы можем прикинуться демонами!
Мгновение спустя их восторг поостыл, потому что тут же выяснилось, как мало они
знают о жизни и взаимоотношениях демонов. Нескольких слов было бы достаточно,
чтобы разоблачить их - при условии знания местного языка, а оба мага, увы, не
знали по-танвалански ни слова.
- Давай понаблюдаем за селением, - предложил Хирро. - Может, что придумаем в
процессе...
Они прикрылись заклинанием отвода глаз и пошли в указанную Чанком сторону. Там
оказалась неглубокая долина с черной дымящейся речкой на дне. На берегу речки
стояло с десяток грубо сложенных каменных строений, отдаленно напоминающих
сараи. Вокруг строений виднелись грядки с рыжей растительностью, между которыми
разгуливали трехголовые церберы. У домов бегали демонята, иногда неторопливо
проходили взрослые с хозяйственной кладью или предметами обихода в руках. Судя
по всему, это было захолустное крестьянское поселение, возможно даже,
принадлежащее членам одного рода.
- Я вспомнил! - шепнул Хирро Зербинасу после того, как они немного понаблюдали
за поселком. - Среди демонов много магов, поэтому старейшина поселка у них
обязательно является колдуном. Мне кажется, вон та хатка отличается от других.
Одно из жилищ, действительно, было сложено получше и стояло посреди поселка,
окруженное остальными хатками.
- Это нам может для чего-то понадобиться? - спросил Зербинас.
- Любой маг обязательно знает алайни. Это означет, что мы сможем поговорить с
ним на алайни.
- Если даже мы выдадим себя за демонов, ему может показаться странным, что мы не
знаем родного языка.
- А знаешь, - вдруг осенило пиртянина, - мы можем прикинуться не живыми
демонами, а их призраками! Тогда, полагаю, нам будут простительны некоторые
странности поведения.
- А у них есть понятия о призраках?
- Джабраэла сказала, что у них есть посмертие, следовательно, должны быть и
призраки. Или духи умерших, или что-то в этом роде. В крайности, это будет
первый случай появления привидений на Танвалане. Главное - держаться смелее,
словно все так и должно быть, тогда противоположная сторона растеряется.
Предложение Хирро выглядело не хуже всего остального, возможного в данных
обстоятельствах.
- А чьими призраками мы будем прикидываться? - спросил Зербинас.
- Кем-нибудь из великих предков этого колдуна. Наверняка в его роду есть предок,
которым он гордится.
- А как нам узнать, кем именно?
- Сам скажет. - Хирро все больше воодушевлялся своей идеей. - Я буду великим
предком, а ты - его верной подругой... тьфу, я хотел сказать - его распутной
подругой. Ты тоже постарайся не забывать, что у демонов хорошо, а что плохо.
- Я буду изображать демоницу?!
- Двух великих предков в его роду может и не оказаться, а женщина наверняка
была, поскольку было потомство. Давай еще понаблюдаем за ними, а затем сделаем
друг друга похожими на наиболее почтенных обитателей этого селения. Ты наложишь
иллюзию на меня, а я на тебя, чтобы было видно, что у нас получается.
Они разглядели местных демонов получше, затем зашли за ближайший холм и
принялись за работу. Хирро преобразил Зербинаса в пожилую демоницу, а тот
наложил на пиртянина облик, похожий на старого демона, выходившего ненадолго из
особенной хатки.
- Только не делай мне рога слишком большими - в этой деревушке, я вижу, не
разгуляешься, - предупредил его Хирро. - И постарайся, чтобы была некоторая
призрачность форм. Интересно, какой час у них здесь считается наиболее роковым?
- Не знаю. Полдень, наверное, подойдет - он как раз наступает. - Зербинас глянул
на широченное багровое светило, подползавшее к зениту.
- Очень хорошо. Да, нам самое время вспомнить разговорный стиль Крандебиута -
его наверняка копировали с демона. Пойдем, что ли?
Они выбрали миг, когда на улице селения не было никого из демонов, и спустились
со склона в долину. На них бросились церберы, но Хирро пробормотал отпугивающее
заклинание, и трехголовые псы с жутким воем разбежались в стороны. Оба мага в
демонском обличье беспрепятственно прошли по селению и остановились у главной
хатки. Там они ободряюще переглянулись, затем Хирро решительно потянул дверную
ручку и шагнул внутрь.
Обстановка жилища была скудной и неопрятной - несколько лежанок, покрытых
шкурами цербера, черный деревянный стол, отесанные камни вокруг которого служили
сиденьями. Старый колдун - рогатый и уродливый демон - возлежал на шкурах у
дальней стены, такая же старая и страшная демоница подавала ему напиток в
широкой чаше, напоминавшей тазик. На боковой лежанке, подобрав под себя ноги,
сидела другая демоница, молодая, и кормила грудью детеныша в возрасте
двухлетнего человеческого ребенка. Увидев вошедших, она прижала демоненка к себе
и настороженно уставилась на них.
Колдун, явно недовольный непрошеным вторжением, злобно нахмурился и сказал им
что-то резкое.
- Ах ты, старая облезлая шкура цербера, как ты встречаешь духов своих великих
предков?! - зарычал на него Хирро. - Разве ты не знаешь, что с духами умерших
говорят только на алайни?!
В хижине установилась остолбенелая тишина.
- Горе нам, до чего дошли наши потомки! - театрально взвыл пиртянин. - Почему ты
не падаешь ниц передо мной, ничтожный?! Почему ты не зовешь меня по имени и не
восхваляешь меня?! Или ты забыл, кто я такой?!
Старый демон отодвинул свою жену, все еще пытавшуюся всучить ему чашу.
- Неужели ты почтил меня своим появлением, великий Ствунтуб? - пробормотал он на
алайни. - Неужели я вижу перед собой тебя и твою обольстительную Долому,
красотой которой наслаждалось несколько поколений наших мужчин?
- Если ты узнал меня, почему я не вижу знаков почтения? - снова возгласил
Хирро. - Что я расскажу нашим родичам о тебе в посмертии, когда вернусь туда?
- Позволь мне припасть к твоим стопам, о великий Ствунтуб! - Старый демон на
четвереньках пополз ему навстречу. - Я готов помыть их своим языком, только не
обвиняй меня в недостатке почтения к твоей памяти!
- Стой!!! - рявкнул Хирро, потому что малейшее прикосновение постороннего
разрушило бы иллюзию. - Если ты прикоснешься ко мне, я мгновенно унесусь в
посмертие вместе с тобой!
Колдун замер на четвереньках посреди комнаты. Обе демоницы не понимали алайни,
но, увидев поведение своего повелителя, они в ужасе уставились на пришельцев.
Только маленький демоненок, еще слишком глупый, чтобы что-то понимать,
беззаботно продолжал сосать грудь своей мамаши.
- Мне плевать, когда ты подохнешь, - продолжил пиртянин, - но тогда я не выполню
задачу, ради которой явился сюда. Уж не воображаешь ли ты, крысиное дерьмо, что
я здесь для того, чтобы почтить тебя своим появлением?! Нет, я пришел сюда
потому, что к нам в посмертие донеслась весть о том, что земля моих потомков
осквернена презренным гуманом! Это так невероятно, что я сам решил побывать
здесь и проверить этот мерзопакостный слух. Неужели здесь побывал гуман, отвечай
немедленно!
- Мы ничем не виноваты, великий Ствунтуб! - донеслось с пола. - Мы не звали его
сюда, он сам пришел.
- Вы разговаривали с ним? - грозно спросил Хирро. - О чем?
- Нет, великий Ствунтуб, как такое можно! - начал оправдываться колдун. -
Никогда еще мы, коренные танваланцы, не водили знакомство с гуманами.
- Если ты лжешь, тебе лучше не появляться в посмертии, - пригрозил ему Хирро. -
Все твоя родня отвернется там от тебя, а я сам позабочусь, чтобы твое посмертие
было невыносимым.
- Ох, нет! - застонал демон. - Гуман хотел заставить нас говорить с ним, но мы
старались убить его, и убили бы во славу своих предков - но он был страшным
магом, а эта проклятая крылатая тварь, на которой он приехал...
- Что она? - потребовал Хирро, потому что колдун замолчал.
- У нее острые копыта и ее не берет никакой огонь. В конце концов он улетел на
ней отсюда. Поверь мне, великий Ствунтуб, мы старались убить его, чтобы очистить
нашу землю, но он оказался живуч как демон...
- Как ты смеешь сравнивать его с демоном, презренная пиявка! Говори, в какую
сторону он полетел!
- Куда-то вниз по течению реки - там есть еще одно село. Пощади меня, о великий
Ствунтуб! Мы прогнали его отсюда, а там пусть духи их предков разбираются с этим
гуманом!
- Ладно. - Хирро сделал вид, что смягчился. - Чтобы я окончательно смилостивился
над тобой, расскажи что-нибудь, чтобы развлечь меня и мою обольстительную
Долому.
- Ты хочешь услышать о своих деяниях, великий Ствунтуб? О том, как ты съел ровно
тридцать девять жареных летучих мышей на пиру у правителя Горячих Котлов?
- Сорок четыре, - поправил колдуна Хирро. - Просто безобразие, до чего ж потомки
любят умалять подвиги своих великих предков. Нет, сегодня я хочу послушать чтонибудь
простенькое - о том, например, как двое наших магов оторвали материк и
отправили его в междумирье. Надеюсь, хоть здесь ты ничего не переврешь, или твое
посмертие окажется ужасным.
- Твоя воля для меня - закон. - Колдун по-прежнему оставался носом в пол,
поэтому его голос звучал приглушенно, но Хирро не поднимал его, опасаясь, что
тот заметит иллюзию. - Ты позволишь мне начать, великий Ствунтуб?
- Позволяю, - разрешил Хирро.
- Это случилось две больших эпохи назад. - Хотя демон начал без ссылки на
незапамятные времена, Зербинас и Хирро понятия не имели, как здесь считают
большие и, вероятно, малые эпохи. - В ту эпоху на Танвалане самым известным из
магов был великий Дормантуб, злобный и беспощадный - конечно, не такой великий,
как ты, о Ствунтуб, но по тем временам он был довольно-таки выдающимся. Корабль
торговца Залхайра попал тогда в бурю на Огненном море и был заброшен в
неизвестные воды, но спасся и благополучно приплыл обратно. Вернувшись, торговец
рассказал, что видел за морем землю, пригодную для поселения. Я верно говорю, о
великий Ствунтуб? Большинство рассказывает, что там нашли место посмертия наших
предков, но ты ведь сам оттуда и знаешь, как там все на самом деле.
- Продолжай, - сухо обронил Хирро.
- Простому демону туда было не добраться, но там захотели поселиться многие из
магов, у кого доставало могущества перенестись туда с помощью колдовства, в том
числе и Дормантуб. И, как у нас заведено, каждый из них заявил, что земля
принадлежит ему, потому что он первым ступил на нее, но земля была большая, и
доказать, кто туда ступил первым, было невозможно. Поэтому, как у нас заведено,
она должна была достаться сильнейшему - то есть, тому, кто останется в живых
после всеобщей драки. И эта драка состоялась - такая, что дым и огонь достигал
до небес.
- Только не преувеличивай, - предупредил пиртянин.
- До половины небес, - скромно поправился демон. - Среди участников драки был и
презренный Карвинак - отщепенец, опустившийся до снисходительности к слабым,
приверженец магии чистого огня.
- Ты хочешь сказать, что он следовал путем Пааны? - переспросил Хирро.
- Ты же не велел мне преувеличивать, о великий Ствунтуб! Да, многие говорят, что
он докатился до пааны, но на самом деле он был всего-навсего снисходительным.
Иначе как бы ему удалось договор
...Закладка в соц.сетях
