Жанр: Фантастика
Острова междумирья
...л ее условным сигналом, вызывал наружу из
укрытия. Летучая мышь осторожно выглянула из расщелины и увидела внизу человека
в крестьянской одежде. Она заметила на нем заклинание иллюзии, но не сумела
разглядеть, какая внешность скрывалась за личиной заклинания.
В одном Поки была уверена твердо - тот, кто вызывал ее, не был ее кровным отцом.
Человек несколько раз повторил вызов и пошел на другую сторону утеса. Острый
слух летучей мыши уловил, что там он делает то же самое.
Но она была слишком напугана, чтобы вылететь к нему на вызов. Этот человек мог
оказаться врагом, подслушавшим или выпытавшим условный сигнал, он мог отдать
приказ сычику о поимке ее напарницы, а теперь начать охоту и за ней. Опасность
была слишком велика, она была где-то рядом, и Поки тихо сидела в расщелине,
дожидаясь, когда же наконец кончится эта ужасная ночь.
Человек под башней перестал повторять сигнал вызова. Помолчав немного, он начал
подавать сигнал отзыва, который соглядатаи обычно получали от вестника. Поки
было известно, что Юки погиб в драке с чужими соглядатаями и что теперь она не
могла получить отзыв через него. Ей было понятно, что отзыв необходим, но этот
человек не был ее кровным отцом, и она опасалась доверять ему.
Чуть позже к звукам его сигнала примешался вой приближающихся зомби - трупогрызы
учуяли постороннего и потрусили к нему со всей скоростью, на какую были способны
их полуразложившиеся конечности. Вскоре они появились под утесом и накинулись на
бродившего там человека. Едва один из трупогрызов прикоснулся к чужаку, как
заклинание иллюзии слетело с него, и летучая мышь узнала слугу, живущего у ее
кровного отца.
Уверившись, что отзыв не был ложным, она выпорхнула из расщелины в ночную тьму и
помчалась в дом создавшего ее мага.
Этим утром Вольд проснулся очень рано - по его собственным меркам, конечно.
Накануне вечером он отправил шамана к башне Могрифа, и теперь беспокойство не
давало ему спать. Нет, Вольд доверял этому дикарю и хорошо подготовил его. Вольд
отправил его к башне поздно вечером, чтобы тот пришел на место ближе к утру, в
то самое время, когда даже некроманты ложатся спать. Он проинструктировал шамана
на случай, если соглядатаи не явятся на вызов. Но учесть все было невозможно.
Согласно безотказному закону подлости, именно в эту ночь могла случиться любая
неожиданность. Именно в эту ночь ученик Могрифа мог заняться каким-нибудь
длительным колдовством и заметить шамана. У башни могла оказаться стража
посильнее обычных зомби. Там могло быть поставлено сигнальное заклинание
широкого радиуса действия - но такое заклинание вряд ли было по силам и по
способностям ученику Могрифа. Вот если бы в башне был сам...
Кстати, сам вполне мог вернуться именно в эту ночь.
Ничего удивительного, что в эту ночь Вольд спал мало и плохо. Он проснулся,
когда обычные жители Асфасты только еще собирались начать свой завтрак. Утреннее
солнце еще не светило в окна, выходящие на южную сторону, зато оно вовсю играло
на верхушках раскидистых крон парковых деревьев. Мрачный и сонный, он
приподнялся в постели и потянул с ее спинки висевший там халат. Но уже мгновение
спустя с него слетел весь сон и вся мрачность - потому что летучая мышь,
спорхнувшая с гардины его спальни в это яркое утро, не могла быть обычной
летучей мышью.
Она закружила над головой Вольда, привлекая его внимание. Тот не спеша облачился
в свой сверхпестрый халат, сунул ноги в момусовые тапочки и только затем
протянул ей указательный палец для посадки. Тонкие коготки Поки ухватились за
его палец, она свесилась оттуда головой вниз и завернулась в кожистые крылья.
- Явилась, малышка. - Вольд приласкал ее взглядом. - Рассказывай, как дела.
Поки тоненько засвистела на кнузи, сообщая своему кровному отцу подробности этой
ночи. Настроение Вольда, едва успевшее прийти в норму, снова стало портиться.
Оно ухудшалось с каждым словом ночной летуньи - Паки унесена чужим соглядатаем,
глупый дикарь привлек внимание трупогрызов и подрался с ними. Чем кончилась эта
драка, Поки не видела - она поспешила улететь с опасного места.
Вольд полностью одобрил ее решение.
- Умничка, - похвалил он ее. - Сиди пока здесь, в спальне.
Летучая мышь вернулась на гардину, а Вольд пошел на кухню заваривать игу,
попутно обдумывая сообщение. Ему было глубоко плевать на шамана - невелика беда,
если того загрызут зомби или прикончит Гестарт. Юки, оказывается, погиб в
схватке с чужими соглядатаями, когда пытался убить их Паки, чтобы та не донесла
о нем своему кровному отцу. Значит, ученик Могрифа до сегодняшней ночи не
подозревал о слежке, но за ним следил кто-то еще.
Неужели этот кто-то тоже пронюхал о пещере сокровищ? Может, Къянта успела
проболтаться о ней другим магам?
Но было хуже всего, что этот кто-то завладел Паки. Вольд прекрасно знал, что
может сделать один маг с другим, имея в распряжении каплю его крови. Любому магу
известно множество заклинаний над кровью, вызывающих болезни, неудачи, утечку
силы - и это далеко еще не полный список. Налицо была опасность, до глубины души
возмущавшая Вольда тем, что она смела угрожать здоровью и жизни такой
замечательной во всех отношениях личности, как он.
Ига получилась вкусной, но Вольд выпил ее без малейшего аппетита. Собственное
отражение в зеркалах - хмурое и озабоченное - сегодня тоже не порадовало его. Он
полюбовался перстнями на своих руках - большинство из них были амулетами,
способными защитить от мелкого вреда, но они были слишком слабыми для защиты от
сильных заклинаний. Вольд пошел в кабинет, где стоял сейф с амулетами, и поменял
некоторые из перстней на другие, менее красивые, но более мощные, и это
несколько улучшило его настроение.
Все же защита была недостаточной от заклинаний на крови. Как известно, среди
асфрийских магов только Ринальф мог делать надежные защитные амулеты, и можно
было бы купить их или заказать у великого артифактора, если бы тот не был
чрезвычайно разборчив в заказчиках. Вольд сомневался, захочет ли Ринальф
работать для него, и затруднялся с выбором посредника для покупки. Кроме того,
на это требовалось время, а Паки уже была в чужих руках.
Вольд спустился на первый этаж особняка, где он поселил Къянту. Она не
торопилась сообщать ему, как найти пещеру сокровищ, и он был вынужден терпеть
присутствие этой девки в своем доме, но старался жить так, чтобы она не
попадалась ему на глаза. Сегодня, однако, он сам постучал к ней в дверь.
Къянта открыла ему не сразу, заспанная, в одном ночном пеньюаре. Она удивленно
уставилась на своего покровителя, даже не потому, что он явился к ней, а потому,
что знала, что он никогда не встает так рано.
- Кому ты проболталась о пещере? - сердито спросил он.
- Какой пещере? - не поняла она спросонья. - Ах, да... никому.
- Ты уверена?
- Думаешь, я вру? Но зачем мне болтать о ней?
- Может, ты пыталась договориться с кем-то из магов до меня? Мне необходимо
знать, кому еще известно про эту пещеру.
- Не знаю, - съежилась Къянта, испуганная его тоном. - Могриф знал, он нашел ее
- но ничего не сказал о ней даже Гестарту. Когда я уговаривала Гестарта
отправиться за сокровищами, я видела, что он не понимает, о чем я говорю. А кто
еще мог слышать о ней... я не знаю, на кого и подумать. Если только Раундала и те
двое иномирцев, которые были с ней, - вспомнила наконец она. - Они знали про эту
пещеру и брали там сокровища.
Но соглядатаев мог подослать только тот, кто живет поблизости, поэтому иномирцы
сразу отпадали. Несколько дольше Вольд размышлял о Раундале, но до него доходили
слухи, что колдунья куда-то исчезла из Асфасты после разгрома ее жилища.
- Если ты хочешь получить свою долю сокровищ, лучше сразу признайся, с кем ты
пыталась договориться, - потребовал он. - Этот маг может помешать мне.
- Ни с кем... правда, ни с кем. Кроме тебя, у меня нет знакомых магов, к кому я
могла бы прийти с таким делом.
Вольд понял, что она говорит правду. Никто из магов - ни светлых, ни темных - не
признавал своей ровней эту бывшую портовую девку.
- Мне стало известно, что за башней Могрифа следят, - сказал он. - Причем через
соглядатаев. Пока ты путалась с Гестартом, он не говорил тебе, что у них с
Могрифом есть враги?
- Он говорил, что они были и что его учитель давно расправился с ними. Он
говорил, что теперь никто не хочет искушать судьбу, становясь врагом Могрифа.
Это слишком опасно.
- У него могут быть тайные враги, недоброжелатели. Если за ним следят не из-за
сокровищ, все равно должна быть какая-то причина.
Къянта растерянно пожала плечами. Она не слышала от Гестарта ни слова, ни
намека.
- Тебе нужно побыстрее отправляться в пещеру за сокровищами, пока там не
растащили все до нас, - обеспокоенно сказала она.
- Ты еще не рассказала мне, как ее найти.
- Я все скажу в день твоего отъезда. Извини, но мне не хотелось бы оказаться на
улице.
- Да, теперь ты, с твоим лицом, там много не заработаешь, - брезгливо поморщился
Вольд. - Мужчины на тебя и посмотреть не захотят, не говоря уже об остальном.
В глазах Къянты вспыхнул злобный огонек.
- Оно еще покажется им красивым, когда у меня будут деньги. Не понимаю, сколько
можно тянуть с поездкой, когда там валяется такое богатство?!
- Я хочу вернуться оттуда. - Вольд смерил ее издевательским взглядом. - Тебя,
конечно, устроило бы, если бы я остался там, но меня это нисколько не
устраивает.
- Думаешь, мне нравится сидеть здесь, у тебя?! - огрызнулась Къянта. - Я хочу
собственный дом, где я буду сама себе хозяйкой!
Она уставилась на него с такой яростью, словно собиралась вцепиться ногтями ему
в лицо.
- Нам с тобой недолго осталось терпеть друг друга, - примирительно сказал
Вольд. - Еще несколько дней - и я отправлюсь в эту пещеру.
Дагон вернулся в особняк Ринальфа к завтраку. Обе колдуньи хлопотали в кухне,
Балтазар был там же и развлекал их рассказами.
- Ну как твоя охота? - прогудел он, увидев Дагона в дверях кухни.
Тот торжествующе извлек из сумы банку с мышью и поставил на стол. Все четверо
столпились у стола, разглядывая мышь, пока горелый запах от печурки не заставил
их отвлечься от этого интригующего занятия. Анор ойкнула и кинулась к печурке.
- Вот так всегда! - восклицала она, стаскивая с печурки кастрюли, обжигаясь и
дуя на пальцы. - Стряпня - это как заклинания, стоит отвернуться - и все идет
как попало.
- Ничего, пташечка, - утешил ее Балтазар. - Как говорят у нас в народе, кто ест
горелое, того никакая темная магия не берет!
- Значит, на сегодняшний день нам обеспечена защита от темной магии. Будем есть
горелую кашу с горелыми гренками. За тобой там никто не гнался, Дагон?
- Все было совершенно спокойно, от начала и до конца. Я дождался Поки с мышью, а
затем не спеша прогулялся вдоль берега до Асфасты. Рассвет над океаном был
просто великолепен.
- Здесь уже побывал Юки, - недоверчиво глянул на него Балтазар. - Он сообщил,
что ближе к утру под башней Могрифа появилась какая-то странная личность,
которая пыталась отозвать оставшихся соглядатаев, затем ее обнаружили зомби - и
началась большая драка, в которой принял участие даже Гестарт. Короче, там
веселенькая была ночка.
- Зомби там были, - признал Дагон, - но никаких странных личностей и в помине не
было. Значит, хозяин этих соглядатаев едва не опередил нас? Как по-вашему, кто
он такой?
- Я все время думаю, где же я могла слышать про эту личность, - откликнулась от
печурки Анор. - Очень знакомое описание.
- Не мучайся, Анор, не ломай голову, - сказала ей Раундала. - Теперь, когда у
нас есть соглядатай, учитель сумеет определить хозяина по нему.
- Тогда я отнесу ему эту мышь. - Дагон забрал банку со стола и ушел в
лабораторию Ринальфа.
В это утро к завтраку вышел и сам Ринальф, хотя старый маг не имел обыкновения
есть так рано. Он вошел в гостиную в сопровождении маленького Фэра и принюхался
к запахам:
- Сегодня стряпал ты, Балтазар?
- Нет, это наши девочки отвлеклись на мышь. По мне, так получилось в самый раз.
- Ну, хоть кто-то сегодня будет доволен завтраком, - расцвела Анор. - Вы еще не
анализировали эту мышь, учитель?
- Нет, я начну в полдень, когда усилится влияние камня прозорливости.
Он сел вместе с остальными за стол, но не стал есть кашу, а ограничился
побуревшей снизу гренкой с сыром и чашкой густо заваренной иги. Какое-то время
за столом раздавалось только звякание столовых приборов о посуду.
Вдруг Анор опустила ложку и выпрямилась с таким видом, словно ее посетило
божественное откровение.
- Я вспомнила! - обвела она взглядом остальных. - Это же шаман! Шаман Вольда!
- Шаман? - переспросил ее Ринальф.
- Да, учитель, тот самый шаман, о котором не так давно говорила вся Асфаста, -
затараторила она. - Все сходится - лысый и татуированный. Мне рассказывали
романтическую историю о том, как Вольд спас его от верной смерти, не помню
подробности - вернее, там нечего помнить, их никто не знает. Все сочиняют
разное, но я чувствую, что правды в этой болтовне нет. Говорят, что этот шаман
сейчас живет у Вольда и преданно служит ему - вот это правда.
- Хорошо, что ты это вспомнила, - кивнул Ринальф. - Мне будет гораздо легче
выполнить проверку для Вольда, чем начать произвольный поиск. Я опасался, что
мне придется дожидаться благоприятной аспектации светил для установки зеркала
магов, потому что это - единственный надежный способ поиска, когда объект
неизвестен, но теперь, если ты не ошиблась, мы уже сегодня получим
подтверждение.
В полдень старый маг взял банку с мышью и вышел в сад, потому что колдовство
такого рода лучше удавалось под открытым небом. Там он поставил банку на камень
прозорливости и произнес над ней заклинание проверки соответствия.
- Да, - сказал он обступившим его магам. - Эту мышь создал Вольд, причем в
одиночку. Совпадение полное.
- Что же теперь с ней делать? - спросил Дагон.
- Пока не знаю, но в любом случае ее нельзя отпускать, чтобы она не сообщила
ему, кто ее поймал. Нам ни к чему выдавать себя, поэтому мы пока оставим ее
здесь.- Учитель, мы здесь рассуждаем, зачем Вольду понадобилось следить за башней
Могрифа, - сказал Балтазар, когда старый маг уселся между ними.
- Это как раз понятно. Могриф писал в своих записках, что Вольд готов отдать
даже свою роскошную шевелюру, лишь бы проникнуть в его секреты.
- Шевелюру, но не голову же, - возразил Балтазар. - Соглядатаев создают только
по важным причинам, когда риск их засылки оправдан.
- Может, Къянта украла у Могрифа сведения, которые заставили Вольда следить за
башней, - предположила Раундала.
- Потерять двоих соглядатаев из тройки - это вам не шуточки, - заявила Анор. - Я
уверена, что теперь он обязательно предпримет что-нибудь, и считаю, что в
ближайшие дни нам нужно последить за ним. Он наверняка хоть чем-то, да выдаст
свои намерения.
- И так ясно, что теперь у него одна забота - разыскать Паки, потому что он
знает, что она не погибла, - сказал Дагон. - Но, я согласен с Анор, нужно
понаблюдать за ним хотя бы для того, чтобы своевременно узнать, напал ли он на
наш след.
- У нас всего одна тройка соглядатаев, - напомнил Ринальф. - Если мы отвлечем их
на Вольда, некому будет наблюдать за башней Могрифа.
- Они давно наблюдают за ней, но там не случилось ничего особенного, - сказал
Балтазар. - Не беда, если они ненадолго отвлекутся оттуда.
- Да, пожалуй, - согласился старый артифактор. - Там еще неизвестно, что
случится, а Вольда нам сейчас лучше не выпускать из вида. Да, нам нужно
последить за ним.
Он послал вызов Юки. Когда явился вестник, Ринальф поручил ему новое задание, и
в этот же день вся тройка соглядатаев перебралась в роскошный парк особняка
Вольда.
Вольд и прежде пользовался соглядатаями, но никогда еще не случалось, чтобы
работа тройки заканчивалась таким провалом. Теперь у него осталась одна Поки,
совершенно бесполезная везде, кроме его собственного парка. Самым правильным
было вернуть ее в портал, и Вольд решил немедленно сделать это.
Он разложил в парке костер и поставил туда котел с водой. Возврат соглядатаев
был куда проще их вызова - довести воду до кипения, затем три щепотки
ингредиентов и заклинание открытия портала. Поки, счастливая, висела на соседнем
дереве, дожидаясь единения со своим кровным отцом. Когда бездонное окошко
открылось в котле, она порхнула в руки Вольда, а затем блаженно растворилась в
серебристой глубине портала.
Пока он занимался этим делом, в особняк вернулся шаман. Как только Вольд
закончил колдовство, дикарь простерся перед ним ниц, посыпал свою лысину пылью с
парковой дорожки и поставил на нее ногу своего повелителя.
- Я не выполнил приказ, повелитель, - горестно сообщил он из-под ступни
Вольда. - Пусть дух-покровитель накажет меня.
Какое-то время Вольд созерцал валяющегося перед ним шамана, затем убрал ногу с
его лысой головы.
- Дух-покровитель прощает тебя, - изрек он свое решение. - Иди к Къянте, скажи,
чтобы она накормила тебя.
Шаман ушел, а Вольд навел порядок на месте колдовства, каждую минуту ожидая
неприятного ощущения магической травмы, сообщавшего о гибели Паки. Но мышь была
еще жива.
По иронии судьбы, его мог бы защитить тот самый амулет, из-за которого вышло это
несчастье. Тот самый, работы Ринальфа, о котором ему рассказала Къянта и ради
которого он устроил слежку за Гестартом. Вольд не поверил бы Къянте, что Гестарт
сумел достать себе такое, если бы та не показала ему украденный у своего бывшего
дружка усилитель магии, тоже работы Ринальфа. Сначала он решил не рисковать, но
затем подумал, что такой амулет может защитить его в пещере сокровищ, и решился
на вызов соглядатаев. Однако, за то недолгое время, пока они находились в башне,
Паки не сумела отыскать амулет ни на шее Гестарта, ни где-то еще, хотя, по
уверению Юки, она облазила там все закоулки.
Теперь с надеждой на амулет Ринальфа пришлось расстаться, вместо этого нужно
было срочно позаботиться о других защитных средствах.
Вольд вернулся в особняк, поставил котел в углу лаборатории, бесцельно переложил
с места на место записи и банки с ингредиентами на письменном и лабораторном
столах. Все его мысли были заняты тем, где взять амулет для предотвращения
неожиданной напасти. Затем он туго набил мешочек драгоценными камнями и
отправился в торговый квартал магов на случай, если подходящий амулет найдется в
какой-нибудь из лавок.
Там он, как и все посетители торгового квартала, в первую очередь остановился у
стены лавки Дорниша, увешанной листочками объявлений:
"Куплю карский корень холодной сушки. Обращаться в таверну магов".
"Срочно!!! Мастерская доспехов купит шкуры нафиальского броненосца".
"Появился в продаже экстракт охены. Обращаться в лавку Анкефа".
"Рохам, подонок, вернись, или я сама разыщу тебя. Вильма".
"Лавка любимцев Дорниша предлагает:
Щеночки цербера всех окрасов, двухголовые со скидкой.
Хануренок курчавый, возможен торг.
Вниманию светлых магов - птица-ангел из поющих рощ Пандиза.
Малианская антикрыса, трехцветная, говорит на алайни и кнузи, а также на пяти
местных наречиях.
Отдам молодого говорунчика бесплатно в хорошие руки".
Эта фраза вызвала ехидную ухмылку на лице Вольда, пробившуюся даже сквозь
отвратительное настроение, в котором он пребывал с самого утра. Маг
добросовестно дочитал всю стену до конца, пока не убедился, что здесь нет
никаких упоминаний об интересующих его амулетах. Остаток дня он ходил по лавкам,
но амулетов нужной силы не было и здесь. Собственно, так он и предполагал,
потому что надежную защиту от заклинаний на крови удавалось создавать только
единицам из светлых магов, занимающихся артифакцией, и подобные амулеты почти не
поступали в продажу. Попутно он расспросил там о Раундале и об ее знакомых
иномирцах, но лавочники в один голос утверждали, что колдунья давно не
появлялась в Асфасте, а тех двоих никто не мог даже узнать по описанию.
Вольд снова вспомнил о Ринальфе, но у него не было знакомых, через которых можно
было бы найти подход к великому артифактору. Сам он был не в ладах со светлыми
магами, потому что всей Асфасте было известно, что он применяет темную магию. Он
не понимал, почему все эти чудаки так носятся с качеством своей магии - он
всегда использовал то, что считал наиболее подходящим для своих целей, и не его
вина, что темная магия нередко бывала полезнее светлой. Кроме того, существовало
огромное количество нейтральных заклинаний, в равной мере используемых обеими
враждующими сторонами. Вольд был слишком практичным для того, чтобы заниматься
бесполезным выяснением отношений и спорами на тему, какая магия лучше.
Из торгового квартала магов Вольд пошел в ресторан - как бы он ни был озабочен
свалившейся на него неприятностью, есть было нужно. Сочное жаркое и бокал
дорогого вина несколько улучшили его настроение, и он наконец обратил внимание
на то, что Паки еще жива.
Даже если тот маг не спешил вредить, все равно ему было удобнее хранить у себя
каплю крови, чем живого соглядатая. Ясно, что он жил в окрестностях Асфасты, так
как большее расстояние было бы слишком велико для полетов вестника - значит,
Паки была принесена к нему еще утром. У него было достаточно времени, чтобы
убить мышь и поместить в пробирку оставшуюся от нее каплю крови.
Но Паки была жива - может, ей удалось вырваться и сбежать от сычика?
Вольд снова глотнул дорогого вина и поигрался с этой мыслью - а вдруг Паки
удалось сбежать? В таком случае мышь вернется на место слежки, поскольку она не
слышала сигнал отзыва. Ведь соглядатаи, в силу особенностей их сотворения,
весьма дисциплинированы в том, что касается их обязанностей. Если сычик успел
оттащить ее далеко оттуда, ей, с ее короткими мышиными лапками, может
понадобиться несколько дней для возвращения.
Чем больше он размышлял об этом, тем правдоподобнее казалась ему эта мысль. Сам
Вольд никогда не стал бы хранить чужого соглядатая живьем, потому что тот мог
сбежать. Куда надежнее было хранить каплю крови, для сбережения которой
существовали специальные заклинания и с которой можно было делать что вздумается
и когда вздумается. Допив вино, он назначил сам себе срок - если до завтрашнего
вечера Паки останется жива, значит, она сбежала. Значит, через несколько дней,
когда Гестарт подзабудет ночное посещение шамана и ослабит бдительность, можно
будет снова послать дикаря к башне, чтобы тот повторил отзыв для Паки.
День спустя Паки еще оставалась жива, и Вольд почти уверил себя, что ей удалось
сбежать. Он успокоился и вспомнил о делах, оттесненных этой неприятностью.
Наиболее значительным делом, которое он собирался осуществить в ближайшее время,
было путешествие за сокровищами в пещеру, о которой рассказала Къянта. Разовый
амулет защиты от трансформации уже был изготовлен - неплохой и мощный - но
Вольду хотелось обезопасить себя также и амулетом Гестарта на случай, если
охранное заклинание пещеры основано на темной магии. Теперь на тот амулет можно
было не рассчитывать, а значит, откладывать поездку было незачем.
Къянта говорила, что в пещеру нужно добираться по междумирью, но для Вольда это
не было препятствием. У него был скакун, редкий и необычный, из тех, которые не
шли ни к светлым, ни к темным магам, и это давало Вольду еще один повод для
самолюбования. Его скакуном был гаргойл.
Вольд встретил его в заброшенном храме во время одной из поездок за сокровищами
и сумел приобрести его дружбу. Это было обезьяноподобное существо в полтора
человеческих роста, покрытое плотной черной кожей, с перепончатыми складными
крыльями, такими же черными и безволосыми, как туловище. Острые и резкие черты
черной физиономии гаргойла напоминали карикатуру на человеческие, а точнее -
крючконосый профиль волшебного существа в чем-то повторял породистый профиль
самого Вольда. Возможно, это неочевидное сходство и послужило основой их
взаимной симпатии.
Сейчас гаргойл жил в парке и выглядел там наиболее гротескным живым украшением,
когда усаживался на толстые ветви деревьев или крыши декоративных беседок. В
своем мире он питался крупными членистоногими, но здесь не отказывался от
реберной части туши, ежедневно приносимой мясником к воротам особняка. Насекомых
гаргойл ел на десерт, целыми днями выискивая их на деревьях и парковых клумбах.
Разыскав гаргойла в парке, Вольд предупредил его о предстоящей поездке и
распорядился, чтобы тот завтра утром был у парадного входа в особняк. Затем он
долго копался в амулетах, выбирая защитные средства от всех предвиденных и
непредвиденных магических ловушек, которые могут встретиться на его пути. Вольд
был опытным искателем сокровищ, он не раз имел дело с магическим огнем,
ядовитыми брызгами, потайными ямами с кучей лезвий на дне и тому подобными
штучками, но ему пока еще не встречались охранные заклинания по типу
трансформаций - и, хвала Древним Архимагам, он пока еще был цел.
Но какую же мощь нужно было вложить в защиту, чтобы там на протяжении веков
исправно срабатывало заклинание трансформации?! Большинство известных Вольду
ловушек были установлены обычными магами, и он давно наловчился распознавать,
обезвреживать и избегать их. А эта ловушка - уж не установлена ли она самими
Древними Архимагами? Тогда обойдутся они без хвалы, тогда, напротив, ну их к
демонам!
За день Вольд подготовил удовлетворивший его набор амулетов и собрал в поездку
вещи, среди которых почетное место занимал мешок для сокровищ. Весь оставшийся
вечер он посвятил посещению ресторана, зная по собственному опыту, что пути к
сокровищницам никогда не бывают уставлены ресторанами. Вернувшись оттуда, он
вызвал в гостиную Къянту и потребовал, чтобы та наконец сообщила ему, как найти
пещеру.
- Вот, - сказала она, подавая ему листок, где был нарисован полукруг с отходящим
от него конусом.
Вольд повертел листок в руках, прочитал короткие замечания к проведенным на
рисунке стрелкам. Здесь не было ничего похожего на обычные планы к
сокровищницам.
- Что это? - недоуменно глянул он на Къянту.
- Это листок из сейфа Могрифа, - пояснила та. - Когда я заметила, что мной
...Закладка в соц.сетях
