Жанр: Энциклопедия
СТО ВЕЛИКИХ Россиян
...тоящие, нормальные интересы, то человек тотчас
же перестал бы делать пакости; тотчас же стал бы добрым, потому что именно
увидел бы в добре собственную свою выгоду, а известно, что ни один человек
не может действовать заведомо против собственной выгоды, следственно, так
сказать, по необходимости стал бы делать добро? О, младенец! О, чистое невинное
дитя!" И автор рисует собственное, изощренное видение природы человека. Человек,
поступки которого основаны на пошлой бухгалтерии выгод и
расчетов, по его мнению, не человек вовсе, а автомат, машина, "штифтик".
Потому как самое человечное в человеке - это его свободная воля. Вольное
и свободное "хотение" человека есть его "самая выгодная из выгод". Ради
права захотеть человек может захотеть и невыгодного. Весь смысл человеческого
существования, весь смысл человеческой истории состоит в самоутверждении
иррациональной воли. Мировой процесс никакой цели не имеет, никакого прогресса
не существует; человечество вовсе не стремится к благоденствию и устройству, оно
любит созидание и счастье, но нисколько не меньше
наслаждается разрушением и страданием. История человечества - бессмысленное
нагромождение бедствий и злодейства. Человек осужден вечно куданибудь идти, но
ему совсем не так уж хочется куда-то прийти. Поэтому на
основаниях чистого разума и голой выгоды справедливое общество никогда
не может быть построено. В этом психологическом и философском утверждении
Достоевского суть его повести. Трагедия "подпольного" человека в том,
что он, глубоко понимая суть жизни, не видит в ней никакого смысла. За
каждой строчкой его горькой исповеди виден сам автор. Но Достоевский,
дойдя в своих тягостных размышлениях до самых крайних пределов отрицания, сумел
возродиться вновь, обретя веру в Христа. В ней одной он и видел
спасение человеческой цивилизации, так как непоколебимо был уверен в том,
что зло в человеке может быть побеждено только чудом.
Живя в век утверждающегося безверия, когда атеизм и рациональное мышление
приобрели офомное влияние на мироощущение людей, Достоевский с
тревогой вглядывался в будущее Грядущая история виделась ему в свете
Апокалипсиса, и он предрекал неслыханные мировые катастрофы "Конец мира
идет, - писал он, - конец столетия обнаружится таким потрясением, какого
еще никогда не бывало". Главная опасность, о которой он настойчиво предуп
374
реждал современников, крылась в крахе гуманизма: без веры в Бога и бессмертие
души старый гуманизм перерождается в свою противоположность,
так что любовь к человечеству феноменальным образом обращается в ненависть и
всеобщую войну. Достоевский всеми фибрами души предчувствовал
эту дьявольскую метаморфозу и первым пророчески указал на то, что
человеколюбивые социалистические идеи таят в себе зерна тоталитаризма. Ведь
место Бога в душах людей не может оставаться пусто! Оно неминуемо будет
заполнено, но место богочеловека Христа в сердцах толпы займет демоническое
существо, "сильная личность" - человекобог, который стоит "вне морали", по ту
сторону "добра и зла", которому "все позволено" и который "может
приступить" все законы. Герой романа Достоевского "Бесы" Кириллов заявляет:
"Если Бога нет, то я — Бог". В том же романе социалист-теоретик Шигалев
докладывает на собрании кружка революционеров, что он "запутался в
собственных данных" и его заключение оказалось "в прямом противоречии с
первоначальной идеей". "Выходя из безграничной свободы, - говорит Шигалев, - я
заканчиваю безграничным деспотизмом". О самой этой теории
сообщает походя другой участник заседания: "Он (Шигалев) предлагает, в
виде конечного разрешения вопроса, - разделение человечества на две неравные
части. Одна десятая доля получает свободу личности и безграничное
право над остальными девятью десятыми. Те же должны потерять личность
и обратиться вроде как в стадо и при безграничном повиновении достигнуть
рядом перерождений первобытной невинности, вроде как бы первобытного
рая, хотя, впрочем, и будут работать". Далее следует ироническое замечание
о том, что "меры, предлагаемые автором для отнятия у девяти десятых человечества
воли и переделки его в стадо, посредством перевоспитания целых
поколений, - весьма замечательны, основаны на естественных данных и
очень логичны".
Противостоять дегуманизации общества, по глубокому убеждению Достоевского,
возможно лишь одним способом - приняв благодатное учение Христа. Но западная
цивилизация, утратившая детскую веру в Бога, уже не способна к этому. (Вслед за
Герценом Достоевский развивал мысль о том, что
"весь западный мир идет в мещанство", что мещанство как раз и есть тот
идеал, "к которому стремится и подымается Европа со всех точек дна...")
Только русский народ, который "безмерно выше, благороднее, честнее и
наивнее" европейцев с их "дохлым католицизмом и глупо противоречащим
себе самому лютеранством" способен к чуду обновления. Отсюда шла вера
Достоевского в мессианское призвание России - "объединить все народы у
подножия Креста". "Всему миру готовится великое обновление через русскую мысль
(которая плотно связана с православием...), - писал он в письме к Майкову, - и
это совершится в какое-нибудь столетие - вот моя страстная вера". И в другом
месте: "Назначение русского человека есть, бесспорно, всеевропейское и
всемирное... Россия призвана изречь окончательное
слово великой всеобщей гармонии братского окончательного согласия всех
племен по Христову закону..."
В середине 60-х гг. жизнь Достоевского была полна драматических событий. В 1864
г. один за другим умерли близкие ему люди - сначала жена, а
ФЕДОР ДОСТОЕВСКИЙ 375
потом старший брат. Вслед за тем последовал крах его журнала - он прекратил
существование в июне 1865 г. Достоевский был окончательно разорен, и
ему грозила долговая тюрьма. Чтобы хоть как-то поправить свои дела, он
продал книгоиздателю Стелловскому права издания всех своих сочинений в
трех томах и обязался к 1 ноября 1866 г. написать новый роман. В договоре
было указано, что в случае, если рукопись не будет вручена к сроку, все
существующие и будущие романы Достоевского становятся на ближайшие девять
дет исключительной собственностью Стелловского. За этот кабальный договор
Достоевский должен был получить всего 3000 рублей, но не получил даже
их - Стелловский расплатился с ним скупленными по дешевке векселями
"Эпохи".
Достоевский решил уехать из Петербурга за границу, чтобы здесь, вдали от
дел, кредиторов и полиции, сосредоточиться на писании романа. Но страсть к
игре не давала ему покоя. За пять дней в Висбадене он проиграл на рулетке
все, что имел, вплоть до карманных часов. Некоторое время, не имея никаких
средств, он чуть ли не из милости жил в каком-то третьесортном отеле, хозяин
которого всеми способами выражал ему свое презрение. "Рано утром мне
объявили в отеле, - писал Достоевский в письме к Сусловой, - что мне не
приказано давать ни обеда, ни чая, ни кофею..." В этих условиях он начал
писать свой величайший роман "Преступление и наказание", первая часть
которого вышла в январской 1866 г. книжке "Русского вестника". Едва появившись в
печати, роман вызвал множество восторженных откликов - даже
недоброжелатели Достоевского признавали "Преступление и наказание" одним из
величайших творений русской литературы.
В октябре, когда до установленного Стелловским срока оставался всего
месяц, Достоевский был принужден прервать работу над "Преступлением и
наказанием" ради "Игрока". Чтобы ускорить написание книги, он попросил
найти ему стенографистку. Известный преподаватель стенографии Ольхин
прислал Достоевскому свою способнейшую ученицу, двадцатилетнюю Анну
Григорьевну Сниткину. Но даже с ее помощью Достоевский имел очень мало
надежды исполнить кабальный договор и в первое время сильно нервничал.
Однако по мере того, как работа продвигалась, он успокаивался. К тому же
роман выходил удачным, и Достоевский все более увлекался им. Работая по
нескольку часов в день со своей помощницей, он вскоре заметил ее миловидность и
своеобразную привлекательность. Их отношения становились все более близкими.
Таким образом, Достоевскому удалось успешно выпутаться из
этой, казалось бы, безвыходной ситуации - он не только закончил в срок
"Игрока" (роман был написан за 26 дней), но и нашел спутницу жизни, которая
оставалась его верным и любящим другом до самой его смерти. Сдав
Стелловскому "Игрока", Достоевский предложил Анне Григорьевне стенографировать
последнюю часть "Преступления и наказания". Вскоре он попросил
ее руки. Эта последняя страсть Достоевского нисколько не походила на его
предыдущие бурные и трагические романы. Он сам писал о своей второй
женитьбе очень просто и безыскусно: "При окончании романа я заметил, что
стенографистка моя меня искренне любит, хотя никогда не говорила мне об
этом ни слова, а мне она все больше и больше нравилась Так как со смерти
брата мне ужасно скучно и тяжело жить, то я предложил ей за меня выйти.
Она согласилась, и вот мы обвенчаны. Разница в летах ужасная (20 и 44), но
я все более и более убеждаюсь, что она будет счастлива. Сердце у нее есть и
любить она умеет".
Срезу после свадьбы Достоевские, укрываясь от кредиторов, уехали за границу, где
провели в постоянных скитаниях четыре года. За это время они
успели пожить в Дрездене, Бадене, Базеле, Женеве, Вене, Милане и Флоренции,
пережить рождение двух дочерей и смерть одной из них, а также жестокие лишения -
бывали недели, когда у них буквально не имелось копейки в
кармане. Причина финансовых неурядиц была старая - неукротимая страсть
к игре. Достоевский то и дело проигрывался в пух и прах, но не мог найти в
себе сил остановиться. Анна Григорьевна вспоминала об этой поре их жизни:
"Мне было до глубины души больно видеть, как страдал Федор Михайлович:
он возвращался с рулетки... бледный, изможденный, едва держась на ногах,
просил у меня денег (он все деньги отдавал мне), уходил и через полчаса
возвращался еще более расстроенный, за деньгами, и это до тех пор, пока не
проигрывал все, что у нас имеется. Когда идти на рулетку было не с чем и
неоткуда было достать денег, Федор Михаилович бывал иногда так удручен,
что начинал рыдать, становился передо мной на колени, умолял меня простить его
за то, что мучает меня своими поступками, приходил в крайнее
отчаяние... Должна отдать себе справедливость: я никогда не упрекала мужа за
проигрыш..."
В эти нелегкие годы Достоевский напряженно работал над новым романом "Идиот",
который с начала 1868 г. стал печататься в "Русском вестнике".
Объясняя замысел задуманного произведения, Достоевский писал Майкову:
"Давно уже мучила меня одна мысль, но я боялся из нее сделать роман, потому что
мысль слишком трудная, и я к ней не подготовлен, хотя мысль вполне
соблазнительная, и я люблю ее. Идея эта - изобразить вполне прекрасного
человека. Труднее этого, по-моему, быть ничего не может, в наше время
особенно..." Сюжет "Идиота", который стал любимейшим созданием Достоевского,
слагался медленно и мучительно. В конце концов ему удалось (во многом с оглядкой
на бессмертный образ Дон Кихота) воплотить свой идеал в
князе Мышкине. Далеко не все, впрочем, соглашались видеть в нем идеального
героя. Роман имел гораздо меньший успех у читателей, чем "Преступление
и наказание".
В 1870 г. Достоевский, находившийся в расцвете своих творческих сил,
задумал грандиозную эпопею "Житие великого грешника", в которой хотел
показать мучительные искания русского человека между двумя великими учениями:
социализмом и христианством Действие романа должно было начинаться в 30-х гг.
XIX века и далее разворачиваться на протяжении трех десятилетий. От самого
детства героя, с пансиона, Достоевский хотел провести его
через все круги современной цивилизации и подвергнуть искушению идеями
всех новейших политических и философских течений. Герой должен был во
многом повторить крестный путь самого Достоевского: испытать "соблазн"
атеизма и утрату веры, тяжелый духовный кризис, а потом мучительное возвращение
к Христу. Все это должно было происходить на широком фоне, так
как жизнь закидывает героя в самые отдаленные уголки России - он знако
ФЕДОР ДОСТОЕВСКИЙ 377
мится со многими людьми, попадает в монастыри, светские салоны и т.д. В
полном объеме этот замысел так никогда и не был осуществлен, однако именно из
него выросли три последние великие романа Достоевского: "Бесы",
"Подросток" и "Братья Карамазовы".
Поводом для написания "Бесов" послужило преступление, потрясшее в
свое время русское общество: в ноябре 1869 г. в Разумовском парке в Москве
был найден труп студента Иванова, застреленного из револьвера выстрелом в
упор в затылок. Как показало следствие, убитый принадлежал к подпольной
социалистической организации Комитет народной расправы, во главе которой стоял
близкий друг и последователь Бакунина Сергей Нечаев. Иванов был
постоянным оппонентом Нечаева и не скрывал своего намерения покинуть
кружок. Нечаев убедил товарищей "устранить" опасного товарища, который
мог выдать их правительству. В этом идейном преступлении Достоевский увидел
общественный факт огромного значения. Он отложил "Житие великого
грешника" и взялся за работу над "Бесами". Первые главы романа появились
в "Русском вестнике" в октябре 1871 г. Это произведение полушутя-полусерьезно он
сам называл романом-памфлетом. Достоевский сообщал Страхову:
"То, что пишу, - вещь тенденциозная. Хочется высказаться погорячее. Вот
завопят про меня нигилисты и западники, что ретроград. Да черт с ними, а я
до последнего слова выскажусь!.. Иногда, по-моему, надо понижать тон, брать
плеть в руки и не защищаться, а самим нападать, гораздо погрубее".
Действительно, нигде более сатира Достоевского не достигала такой бичующей силы,
как в "Бесах", представляющих на своих страницах целую галерею карикатурных
образов социалистов. Особенно безжалостно обошелся Достоевский с
Нечаевым: исторический деятель, поражавший многих трагизмом характера и
закалом воли, был выведен в романе под именем Верховенского крайне неприглядным
и ничтожным. Из зловещего демона Достоевский сделал хихикающего и суетливого
"мелкого беса".
Закончив писать "Бесов", Достоевский не вернулся более к "Житию великого
грешника". Приехав в 1871 г. в Россию, он сблизился с князем Мещерским, одним из
видных российских общественных деятелей консервативного
толка. Тот предложил Достоевскому редактировать свой еженедельник "Гражданин". В
этом журнале под рубрикой "Дневник писателя" Достоевский открыл свой
литературно-публицистический отдел, где регулярно помещал статьи и новеллы. В
ряду важнейших сотрудников "Гражданина" был Победоносцев, которого Достоевский
глубоко уважал. Но в целом политическая ориентация журнала его не устраивала, и
в марте 1874 г. Достоевский ушел из
"Гражданина". Несмотря на потерю 3000 рублей годового содержания его
материальное положение в это время стало медленно поправляться. Благодаря жене,
которая взяла на себя переиздание отдельных произведений Достоевского, а также
вела его финансовые дела, он сумел расплатиться со всеми
долгами и даже обрел в конце жизни некоторый материальный достаток. По
приезде в Петербург Достоевские сняли четырехкомнатную квартиру на Серпуховской
и сумели обставить ее приличной мебелью.
Опубликовав в 1875 г. в "Отечественных записках" роман "Подросток",
Достоевский на протяжении следующих двух лет был занят изданием своего
"Дневника писателя". Этот своеобразный журнал выходил ежемесячно в виде
небольших книжечек. Начиная выпускать "Дневник", Достоевский предполагал
откликаться на все злободневные события современности, писать "о слышанном и
прочитанном, все или кое-что, поразившее меня лично за месяц".
Жанр этих откликов был самым произвольным: здесь помещались художественные
произведения, литературная критика, живые реплики на текущие
события, отчеты о судебных процессах, публицистические и философские
статьи, личные воспоминания. Новое издание вскоре стало пользоваться огромной
популярностью - ежемесячно расходилось до 4 тысяч экземпляров, а
в 1877 г. тираж издания возрос до 7 тысяч Очевидно было, что на смену
поколению эпохи реформ ("шестидесятникам") пришло новое, которое совсем иначе
смотрело на жизнь и которому идеи Достоевского были близки и
понятны. Слов писателя ждали, к ним жадно прислушивались, в них находили ответы
на животрепещущие вопросы современности. Во многом благодаря
"Дневнику" Достоевский обрел под старость репутацию "учителя жизни".
Огромный отклик имел последний великий роман писателя "Братья Карамазовы",
вышедший в 1880 г. Но, наверно, самый грандиозный успех выпал на
долю Достоевского в июне 1880 г., когда, по случаю открытия памятника
Пушкину в Москве, он произнес на заседании Общества любителей российской
словесности свою знаменитую речь о Пушкине. Достоевский писал жене
об эффекте своего выступления: "Я не скажу тебе про рев, про вопль восторга.
Люди незнакомые между публикой плакали, рыдали, обнимали друг друга и
клялись друг другу быть лучшими, не ненавидеть впредь друг друга, а любить".
Публика неистовствовала полчаса. Раздавались крики: "вы наш святой,
вы наш пророк", "вы гений, вы больше, чем гений". Какой-то студент подбежал в
восторге к Достоевскому и упал без чувств у его ног В эту пору Достоевский
достиг небывалого признания и всенародной славы. Год окончания
"Братьев Карамазовых" и "Речи о Пушкине" возвел его в сан одного из величайших
русских художников-мыслителей. Однако напряженная, можно сказать, каторжная
работа все больше подтачивала силы Достоевского - катар
верхних дыхательных путей развился у него в эмфизему легких, которая и
свела его в могилу. 26 января 1881 г у писателя началось сильное горловое
кровотечение, и через два дня он скончался.
ЛЕВ ТОЛСТОЙ
Граф Лев Николаевич Толстой, происходивший из знатной, но разорившейся
аристократической семьи, родился в августе 1828 г в имении Ясная
Поляна Тульской губернии. Его отец, подполковник в отставке, был помещиком
средней руки и с трудом поправил свое состояние удачной женитьбой на
княжне Марии Волконской (Ясная Поляна принадлежала ей) Толстому было
два года, когда умерла его мать, и девять лет, когда скоропостижно скончался
его отец. Детство его прошло в Москве (куда семья переехала в 1837 г), а
отрочество (с 1841 г.) - в Казани, где жила опекунша малолетних Толстых, их
тетка Пелагея Ильинична Юшкова Толстой получил в детстве очень хорошее
домашнее образование. В 1844 г. он поступил в Казанский университет на
ЛЕВ ТОЛСТОЙ 379
л
, а ^иы
ну^И
" ^(ЯД
факультет восточных языков, но учился не очень прилежно. Провалив экзамены по
немецкому языку и истории, он в 1845 г. перевелся на юридический факультет. В
1847 г. он совсем бросил учебу и уехал в Ясную
Поляну (это имение с 300 крепостных досталось ему после раздела отцовского
наследства между братьями Толстыми).
Толстой поселился в деревне с намерением вести жизнь помещика, но
уже осенью 1848 г. уехал в Москву и с
головой ушел, как он сам писал потом, в "беспутную городскую жизнь
кутежей, пьянства, развратной, светской жизни". Весной 1849 г. он вернулся в
Ясную Поляну, однако много
времени проводил в Туле в кутежах с
цыганами и карточной игре. Это рассеянное времяпрепровождение, совершенно
расстроившее его имение,
продолжалось до начала 1851 г. Толстой, как это видно из его дневников,
сильно мучился своей бездеятельностью, постоянно старался начать новую
жизнь, но каждый раз возвращался к прежнему. Нужен был какой-то внешний стимул,
чтобы выйти из порочного круга бесцельного существования. И
когда старший брат Николай, переведенный служить на Кавказ, предложил
ему поехать с собой, Толстой немедленно согласился. Это решение оказалось
для него спасением. В начале 1852 г. он сдал экзамены на звание юнкера и
был зачислен на военную службу фейерверкером 4-го класса.
Часть Толстого стояла в богатой казацкой станице Старогладковской. Боевые
действия шли довольно вяло. Имея много досуга, Толстой обратился к
литературному труду, к которому давно уже имел склонность, и начал писать
повесть "Детство". Согласно его замыслу, повесть должна была стать первой
частью большого, широко задуманного произведения, имевшего целью показать
взросление и возмужание человека. Начав с ранних лет детства, Толстой
собирался провести своего героя через четыре эпохи его развития - "Детство,
"Отрочество, "Юность" и "Молодость" Несмотря на сложность и необычность замысла
Толстой сумел блестяще осуществить его. "Детство" было
напечатано в сентябрьской 1852 г. книжке "Современника" (анонимно с инициалами
Л.Н.) и имело огромный успех Первые русские писатели сразу отметили дарование
автора. "Этот талант надежный, - писал Некрасову Тургенев -
Пиши к нему и поощряй его писать. Скажи ему, если это может его интересовать, -
что я его приветствую, кланяюсь и рукоплещу ему" Во многих журналах появились
хвалебные отзывы. "Если это первое произведение г Л Н , -
гласила статья в "Отечественных записках", - то нельзя не поздравить русскую
литературу с появлением нового замечательного таланта".
Следующие произведения Толстого: "Набег", "Отрочество", "Записки маркера" также
были встречены публикой с восторгом. Успех воодушевил Толстого. Он хотел уже
подать в отставку, для того, чтобы всецело посвятить себя
писательскому труду, но в 1853 г. началась Крымская война, и мысль об отставке
пришлось пока отложить. В начале 1854 г. Толстого произвели в прапорщики и
отправили в Дунайскую армию. Прослужив некоторое время в
Бухаресте, он в ноябре перевелся в Севастополь, осажденный англо-французской
армией. Месяцы, проведенные в этом городе, имели в его жизни огромное значение.
Война, которую наблюдал здесь Толстой, не шла ни в какое
сравнение с тем, что ему приходилось видеть прежде: неприятель не переставая
бомбил город, на бастионах то и дело происходили ожесточенные стычки,
сотни людей гибли каждый день и многие из них на глазах Толстого. Ему
самому не раз приходилось рисковать жизнью и смотреть смерти в лицо. Более
месяца провел он со своей батареей на 4-м бастионе - самом опасном
месте Севастопольской обороны. Жадно наблюдая окружающую его жизнь,
Толстой находит время писать - из-под его пера один за другим выходят
новые шедевры. Работая над "Юностью", он одновременно предложил "Современнику"
цикл очерков, посвященных жизни осажденного города. Некрасов горячо откликнулся
на эту идею. В январе 1855 г. он писал Толстому:
"Письмо ваше с предложением военных статей получил и спешу вас уведомить, что не
только готов, но и рад дать вам полный простор в "Современнике" - вкусу и
таланту вашему верю больше, чем своему".
Итогом этого замысла стали знаменитые "Севастопольские рассказы" -
маленькая трилогия: "Севастополь в декабре", "Севастополь в мае" и "Севастополь
в августе 1855 г.". Уже первый очерк, содержащий безыскусное описа
ние осажденного города и мастерские зарисовки его защитников, произвел,
по словам Тургенева, "фурор всеобщий". Его читали даже при дворе, причем
Александр II распорядился перевести рассказ на французский язык, чтобы
напечатать в брюссельской газете "Le Nord". Второй рассказ был безжалостно
изрезан цензурой. Но те, кто читал "Севастополь в мае" без купюр (а это были
все столичные писатели), были до глубины души потрясены его реализмом.
Писемский в письме к Островскому признавался, что у него "волосы становятся
дыбом" от одного только воображения того, что делается в Севастополе.
Он добавлял далее, что рассказ написан "до такой степени безжалостно-честно, что
тяжело даже становится читать". И действительно, такого правдивого
описания войны не знала до тех пор не только русская, но, пожалуй, и мировая
литература. Удивительный литературный талант Толстого после этого был
признан всеми - читающая публика отвела ему одно из первых мест среди
современных писателей, и с этой высоты он не сходил уже до самой смерти.
После падения Севастополя осенью 1855 г. Толстой приехал в Петербург и
провел здесь очень бурную зиму, с головой окунувшись в светские удовольствия. Он
перезнакомился со всеми известными писателями, был принят во
многих светских гостиных, а по ночам кутил у цыган. За всем этим он не
оставлял напряженных литературных занятий: закончил "Севастополь в августе",
работал над "Юностью", "Двумя гусарами", "Утром помещика", "Метелью", делал
первые наброски к "Декабристам" (из этой повести в дальнейшем
ЛЕВ ТОЛСТОЙ 381
выросла его эпопея "Война и мир"). В ноябре 1856 г. Толстой в чине поручика
вышел в отставку. В начале следующего года он отправился в заграничное
путешествие, посетил Францию, Швейцарию и Германию. В целом заграничные
впечатления оставили его холодным. Европейская жизнь ему не понравилась, но и
возвращение в Россию не принесло радости. Едва приехав на родину, Толстой писал
Александрии Толстой: "В России скверно, скверно, скверно. В Петербурге, в Москве
все что-то кричат, негодуют, ожидают чего-то, а в
глуши тоже происходит патриархальное варварство, воровство и беззаконие.
Поверите ли, что Приехав в Россию, я долго боролся с чувством отвращения к
родине, и теперь только начинаю привыкать ко всем ужасам, которые составляют
вечную обстановку нашей жизни..."
В эти годы Толстой постоянно жил в разладе с самим собой: был вечно
недоволен и собой, и окружающими, безуспешно старался наладить отношения с
крестьянами, мучительно искал и не находил любви. Его произведения
этого периода: "Альберт", "Люцерн", "Три смерти", "Семейное счастье" читатели
приняли очень холодно. Толстой и сам был недоволен ими. Литература
не удовлетворяла его, и он искал другой области для самовыражения. Неожиданно
для себя он нашел ее в педагогике. В это время дело народного образования в
России было поставлено из рук вон плохо. Детей в деревнях учили
или дьячки при церквах, или полуграмотные отставные солдаты. Толстой загорелся
мыслью создать в Ясной Поляне свою собственную, основанную на
свободных началах школу. К
...Закладка в соц.сетях
