Жанр: Энциклопедия
Сто великих врачей
...рит, что это слово вводит людей
в заблуждение, обещая то, чего оно не в силах исполнить. По его мнению, наука о
психических расстройствах только тогда станет на твердую почву, когда будет
изучен во всех деталях тот орган, в котором сосредотачивается психическая жизнь.
Такова была основа медицинского воззрения шестидес ятых годов прошлого столетия.
Так учил Рокитанский, так говорил вел лкш врач Вирхов.
342
100 ВЕЛИКИХ ВРАЧЕЙ
Корифеи психиатрии Мейнерт, Крепелин и Крафт-Эбинг полагали, что психические
заболевания наследственные, больные просто наследовали такие расстройства от
своих родителей или прародителей, как наследуются цвет глаз или походка, поэтому
лечить их нельзя. Ведь то, что унаследовано, нельзя исправить. Надо ждать, чтобы
природа, отняв разум, смилостивилась и вернула его обратно, говорили они.
В частных беседах советник Мейнерт многократно констатировал, что неврозы чаще
всего имеют сексуальную этиологию. Об этом же говорил Шарко, свидетелем
эмоционального заявления которого случайно оказался Фрейд. Но когда Фрейд
написал книгу "О детской сексуальности", Мейнерт называл Фрейда то человеком "с
грязными мыслями", "подглядывающим в замочную скважину", то "сексуальным
маньяком", "торговцем похотью и порнографией", то "осквернителем духовных
качеств человека", "нескромным, бесстыдным, распутным, скотским", "позором для
его профессии" и в конечном счете "антихристом".
Побывав на стажировке у Шарко,в Сальпетриере, Фрейд привез в Вену убеждение, что
истерия - это не только прерогатива женского характера, она бывает и у мужчин.
Фрейд так был захвачен этой мыслью, что доложил об этом в университете на
заседании Венского медицинского общества врачей. У Мейнерта был трудный
характер, и он ревниво относился к своему положению, ведь большую часть того,
что знал Шарко об анатомии мозга, он вычитал в его, Мейнерта, работах. Зигмунд
Фрейд был одним из его лучших студентов и "вторых врачей", подающих большие
надежды. Мейнерта задело то, что человек, к которому он относился по-отечески,
восхвалял кого-то чужого. Профессор Мейнерт выступил с опровержением и высмеял
докладчика.
Теодор Мейнерт заболел. Поговаривали, что он лежит на смертном одре. Неожиданно
Фрейд получил от него записку, в которой была просьба посетить своего учителя.
- Уже пять или шесть лет вы осаждаете меня глупостями Шарко относительно мужской
истерии. Скажите на милость, а вы все еще верите в этот абсурд? Говорите только
правду, непорядочно врать умирающему.
- Со всей честностью и вопреки Вашим большим усилиям я не изменил своего мнения.
- Тогда я также буду откровенным. - Легкая улыбка пробежала по лицу Мейнерта. -
Дорогой коллега, такая вещь, как мужская истерия, существует. Знаете, почему я
это знаю?
- Нет, - скромно ответил Зигмунд.
- Потому что я сам представляю явный случай мужской истерии. Именно это
подтолкнуло меня нюхать хлороформ, когда я был молодым, и привязало к алкоголю,
когда я постарел. Как вы думаете, почему я так отчаянно боролся против вас эти
годы?
ЛОМБРОЗО
- ...Вы были... привержены анатомической основе...
- Чепуха! Вам не следовало бы обманываться. Я высмеивал ваши теории, чтобы не
быть разоблаченным.
- Зачем вы говорите мне это сейчас, господин советник?
- Потому что это уже не имеет значения. Моя жизнь кончилась. Я чувствую, что
могу еще чему-то научить вас. Противник, который борется против вас наиболее
яростно, больше всех убежден в вашей правоте. Я был не последним из числа тех,
кто пытался втянуть вас в борьбу, развенчать ваши убеждения. Вы один из моих
лучших студентов. Вы заслужили правду.
Из последних сил Мейнерт прошептал:
- До свидания, Вас ждет удивительная научная судьба, крепитесь. Профессор Теодор
Мейнерт умер 31 мая 1892 года, когда ему было
59 лет, став жертвой врожденной сердечной болезни.
ЛОМБРОЗО
(1835-1909)
4e3apeJloM6po3o(Lombroso), итальянский врач-психиатр и антрополог, родился 6
ноября 1835 года в Вероне. С малых лет познал Чезаре, что такое тяжелые
материальные лишения. Между тем его молодость протекала бурно: он успел посидеть
в крепости по подозрению в заговоре и принять участие в военных действиях (18591860).
Первые его труды по медицине появились, когда Ломброзо было 19 лет. Некоторые
работы, в особенности о кретинизме, обратили на Ломброзо внимание профессора
Рудольфа Вирхова. С 1855 года начинают появляться его журнальные статьи по
психиатрии.
В 26 лет Ломброзо занимает должность директора дома для умалишенных в Пейзаро; в
1862 году он получает звание профессора психиатрии и психологии и кафедру
психиатрии в Павианском университете. Ломброзо также преподавал в Паду-анском,
Туринском (1896) и других университетах.
Помимо психиатрии Ломброзо занимался и другими исследованиями, среди которых
антропология, гипноз, передача мыслей нарассто344
100 ВЕЛИКИХ ВРАЧЕЙ
янии и спиритизм В результате исследований в области антропологии и
криминалистики он признан основоположником антропологического уголовного права,
хотя и с примесью реакционности Но чем бы Ломброзо ни занимался, он везде
оставил заметный след, пусть и с налетом некоторой эксцентричности
Учение о прирожденном преступнике ведет свое начало с книги Ломброзо "Homo
delinquent" (1876) В основе его теоретических выводов лежит концепция, что в
современном ему обществе существуют люди с врожденными качествами к совершению
преступлений Обратившись к изучению личности преступника, Ломброзо исходил из
предположения о наличии у него специфических анатомо-физиологических признаков,
предопределяющих совершение преступления Особый тип "преступного человека"
совершает преступления, по теории Ломброзо, не из-за социально-психологических
причин, а в результате генетических предначертанных наклонностей Некоторым людям
как бы предопределено судьбой совершать тяжкие преступления
Профессор Ломброзо исследовал преступников с помощью прибора "краниографа",
предназначенного для измерения размеров частей лица и головы На основе
антропологического измерения осужденных Ломброзо пришел к выводу о существовании
"прирожденного преступника", обладающего особыми физическими чертами По данным
Ломброзо, для человека с преступными наклонностями характерны, например, взгляд
исподлобья, более резкое очертание лицевого угла, сплющенный нос, низкий лоб,
большие челюсти, высокие скулы, редкие волосы на бороде и пр Перечисленные
особенности он относил к атавистическим чертам личности На основании
антропологических обследований преступников им были разработаны специальные
таблицы признаков прирожденных преступников Чувствуется, что френология Галля
оказала влияние на формирование взглядов Ломброзо
Преступник, по мнению Ломброзо, - это дегенерат, отставший в своем развитии,
который не может затормаживать свое криминальное побуждение В этой связи в целях
предупреждения преступлений он рекомендовал выявлять людей с указанными им
анатомическими особенностями черепа, лица и превентивно казнить или пожизненно
заключать в тюрьму, ссылая навечно на необитаемые острова итд
Профессор Ломброзо не единственный, кто соблазнился идеей типизации людей Многие
исследователи, занимаясь типологией, грешили переносом центра тяжести с одних
факторов на другие, тогда как каждый фактор не менее важен, чем другой В основе
различного рода классификаций, предложенных в разное время врачами и психологами
(Гиппократ, Гальтон, Юнг, Шелдон, Кречмеритд ), лежит иллюзия, что,
руководствуясь несколькими параметрами факторами, можно определить
ЛОМБРОЗО
наклонности человека и на этой основе прогнозировать его поведение История
показала, что человек шире любой схемы и что, вталкивая его в очередную
типологию, мы заведомо обманываемся, что знаем его сущность, понимаем его
устремления и можем предвидеть его поведение
В целях предупреждения неоправданно широкого использования типологий и
абсолютизации, полученных с их помощью результатов, а также формулирования
малообоснованных прогнозов, необходимо определить сферу допустимого применения
результатов отдельных типологий Практика показала, что реальность всегда сложнее
умозрительных схем, даже кажущихся безупречно логичными Ломброзо не удалось
соблюсти правильные пропорции, излишне говорить, что такой параметр, как
мотивация, вообще им не учитывается Ответ на поставленный вопрос Ломброзо, как
нам кажется, надо искать в различных плоскостях с одной стороны, нужно идти в
глубь человеческой личности, ее наследственности, с другой - требуется ее
всесторонний социально-психологической анализ
Проблема Ломброзо в том, что свои выводы он строил на ограниченном круге
факторов Бросается в глаза односторонность теории Ломброзо, тогда как проблема
преступлений многолинейна и требует многофакторного анализа В этой теме нельзя
слишком легко удовлетворяться готовыми, находящимися под рукой объяснениями
Короче говоря, достаточно беглого взгляда, чтобы выявить, что позиция Ломброзо
относится к чисто спекулятивной конструкции, лишенной эмпирических оснований
Изучение людей, совершивших преступления агрессивного характера, все чаще
приводит ученых к мысли, что в работе мозга таких людей - пусть не всегда, но
гораздо чаще, чем представлялось раньше, - происходят те же отклонения, что и у
психически больных Особенно характерно это для агрессоров-рецидивистов психиатры
часто обнаруживают у них явные признаки шизофрении, эпилепсии, маниакальнодепрессивных
состояний, причем такие диагнозы часто ставятся еще задолго до
того, как совершается преступление Видимо, поломки в работе серотониновых
антиагрессивных механизмов лишь потому позволяют человеку переступить порог
агрессивного поведения, что его мозг уже надломлен недугом
Такую точку зрения подтверждают и исследования физиологии преступников Как
пример можно привести интереснейшее наблюдение американского химика-аналитика У
Уолча, изучавшего методом масс-спектрометрии содержание микроэлементов в волосах
людей Анализы показали у большинства агрессоров, взрослых и подростков, в
отличие от обычных людей, в волосах повышено содержание свинца, железа, кадмия,
кальция и меди и понижено - цинка, лития и кобальта Из этого,
100 ВЕЛИКИХ ВРАЧЕЙ
однако, не следует, что любой преступник - душевнобольной, как, конечно, и то,
что любой душевнобольной - преступник У людей с нормальным мозгом отклонения
могут возникать не на физиолого-биохими-ческом уровне, а на уровне осознания
морально-этических ценностей Отсюда следует, что "незачем мерзости нормы
списывать за счет патологии".
В книге "Criminal Man" (1895 г) Ломброзо впервые изложил результаты
использования примитивных приборов при допросе преступников. В одном из
описанных им случаев следователь, беседуя с подозреваемым, с помощью
плетизмографа обнаружил физиологические изменения (ускорение пульса, увеличение
давления, увеличение частоты дыхания и потливости) Описанный случай интересен
тем, что является, по-видимому, первым зафиксированным в литературе примером
применения "детектора лжи"
Рассматривая уголовное право как отрасль физиологии и патологии, Ломброзо
переносит уголовное законодательство из области моральных наук в область
социологии, сближая его вместе с тем с науками естественными Он предлагал
заменить судей-криминалистов судьями новой формации, из среды представителей
естественно-научной области.
Еще при жизни Ломброзо его идеи встретили решительный протест со стороны
криминалистов и антропологов, доказывающих, что уголовное право - наука
социальная и что ни по предмету, ни по методу исследования она не может
опираться на антропологию. На Брюссельском международном уголовноантропологическом
конгрессе Ломброзо подвергся ожесточенной критике. Была
доказана несостоятельность понятия "преступный человек" как особого типа, равно
как и других положений, которые из своей теории выводил Ломброзо. Критика,
однако, не смущает Ломброзо Он продолжает работу и пишет новые книги. Так, после
сочинения о преступном человеке ("L'uomo dehguente", 1876 г.) он написал о
политическом преступлении и о революциях в отношении к праву, уголовной
антропологии и науки управления ("Iidehtto politico e le nvoluzioni", 1890 г), о
преступной женщине ("La donna dehguente", 1893 г).
Чезаре Ломброзо критиковал взгляды Ф Гальтона за то, что тот сближал
гениальность человека с психическим расстройством. Сам же он опередил Гальтона в
этом вопросе До Ломброзо и после него многие авторы писали о невротичности
гениальных людей, однако его теории суждено было обратить на себя большое
внимание В своей книге "Gemo e follia" (1864) ("Гениальность и помешательство"),
которая наделала много шума и еще при его жизни переиздавалась более 6 раз,
Ломброзо выдвинул тезис, что гениальность соответствует ненормальной
деятельности мозга, граничащей с эпилептоидным психозом Причины творческого
вдохновения, по Ломброзо, суть эквиваленты судорожных припадков.
ЛОМБРОЗО
Действительно, в состоянии экстаза, обрисованного Достоевским в его "Идиоте",
которое овладевает иными эпилептиками перед припадком падучей болезни, возникает
восторженное состояние, под влиянием которого рождается нечто новое, творческое
Под влиянием такого экстаза, например, Паскаль написал род исповеди, или
завещания, которое зашил в подкладку своей одежды и всегда с тех пор носил при
себе. Удивленный чтением исповеди Паскаля, академик Кондорсе счел ее чем-то
вроде заклинания против дьявольского наваждения. В оправдание этой гипотезы,
усвоенной также врачом Лелю, написавшим в 1846 году целую книгу об отношении
здоровья этого великого человека к его гению, говорят некоторые факты, которые
здесь нет возможности привести. История знает множество талантливых людей,
которые страдали эпилепсией, среди них были Авиценна, Пифагор, Демокрит,
Александр Македонский, Плутарх, Юлий Цезарь, Петр I, Ван Гог, Достоевский,
Мольер, Наполеон I... Однако никем еще не доказано, что эпилепсия активирует
талант.
В поисках общего у помешанных и гениальных Ломброзо пытался доказать, что
безумство порой приводит к гениальным творениям "Между помешанным во время
припадка и гениальным человеком, обдумывающим и создающим свое произведение,
существует полнейшее сходство", - пишет Ломброзо. Далее он говорит, что тех и
других, вследствие гипертрофированной чувствительности, чрезвычайно трудно
убедить или разубедить в чем бы то ни было. Он говорит о способности гениев
интерпретировать в дурную сторону каждый поступок окружающих, видеть всюду
преследования и во всем находить повод к глубокой, бесконечной меланхолии. Эта
способность, считает Ломброзо, обусловлена большим умом, благодаря которому
талантливый человек изобретательнее находит истину и в то же время легко
придумывает ложные доводы в подтверждение основательности своего мучительного
заблуждения Все эти аналогии автор иллюстрирует на богатом материале В качестве
примеров, подтверждающих его теорию, Ломброзо приводит целый ряд ученых,
художников, писателей, поэтов и т.д
Профессор Ломброзо и примкнувший к нему доктор Пальяни из Болоньи заявили, что
признают факт передачи мысли на расстоянии. В последнем номере "Архива
психиатрии" за 1880 год они представили опыты с неким французом Пикманом,
который был выбран для экспериментов не случайно Дело в том, что он давал
публичные представления (идеомоторные акты, подобные тем, которые в то же самое
время демонстрировал русский г-н Онофров в Уэстминстерском Аквариуме) Ломброзо
утверждает, что в его опытах с Пикманом внушения не проходили обычным путем, то
есть по известным каналам чувств, а происходила подлинная передача мысли
100 ВЕЛИКИХ ВРАЧЕЙ
Занимался Ломброзо и исследованием способностей медиумов к ясновидению. Сначала
он не верил в их способности и даже слушать об этом ничего не хотел.
Относительно приписываемой медиумам способности к ясновидению он сообщает
следующее: "У Евзапии Паладино, например, зафиксировано два случая, которые с
большой натяжкой можно назвать предвидением. Первый случай относился к известной
краже у нее драгоценностей. Она утверждала, что будто бы об этой краже ее
предупредили два повторившихся подряд в одну ночь сновидения, которые произошли
за день до кражи. Однако из ее последующего рассказа стало известно, что все
произошло совершенно иначе, чем привиделось во сне. Вообще говоря, Евзапию не
всегда можно понять из-за свойственной ей сбивчивости. Чтобы навести справки о
злоумышленнике, ей пришлось обратиться к одной из своих соперниц, сомнамбуле,
госпоже Дичь-Пиано, которая указала на ее привратницу как на виновницу кражи.
Это указание оказалось верным, к такому же мнению пришла вскоре полиция".
Второй случай определеннее, но на научный эксперимент похож мало. Ломброзо
дважды знакомил Евзапию с личностями, выдававшими себя за ее поклонников, но
которые на самом деле таковыми не являлись. В результате, даже не взглянув на
них, она грубо от них отмахнулась.
Чезаре Ломброзо довел до общественности свое мнение о спиритизме: "Феномены
спиритизма происходят от самих медиумов, но никак не от потусторонних сил". К
медиумизму Ломброзо относился крайне враждебно до 1891 года, пока не принял
участие в экспериментах с медиумом Паладино. В результате экспериментов он
заявил о своем убеждении в реальности явлений спиритизма, но также, что он попрежнему
не признает спиритических теорий. После этого тема спиритизма, во
всяком случае в Италии, стала достаточно животрепещущей.
Доктор Чезаре Ломброзо скончался 19 октября 1909 года в Турине.
СКЛИФОСОВСКИЙ
(1836-1904)
Элегантный, выхоленный генерал в безупречно чистом кителе, кажущийся при первом
знакомстве несколько суровым и гордым, а на самом деле удивительно мягкий,
ласковый, доброжелательный, даже отчасти сентиментальный человек. Врач,
способный из чувства профессионального долга по нескольку суток беспрерывно
находиться за операционным столом. Таким был Николай Васильевич Склифосовский в
1880 году, когда Совет Московского университета единогласно избрал его на
кафедру факультетской хирургической клиники и вскоре назначил деканом.
СКЛИФОСОВСКИЙ
Николай Иванович Пирогов любил Склифосовского. Он рано угадал в нем талант и
рекомендовал на кафедру теоретической хирургии. И не ошибся. Из него получился
большой русский хирург. ...Ему было сорок с небольшим, а имя его ставили рядом с
именем Пирогова.
Николай Склифосовский родился 25 марта 1836 года на хуторе близ города
Дубоссары, Тираспольского уезда Херсонской губернии. Он был девятым ребенком в
многодетной (всего 12 детей) украинской семье небогатого дворянина Василия
Павловича Склифосовского, служившего письмоводителем Дубоссарской карантинной
конторы. Детей было много, кормить такую ораву отцу было крайне тяжело. Николая
рано отправили в Одесский дом для сирот. С малых лет он изведал горькое чувство
бесприютности и одиночества, спасение от которых очень скоро начал искать в
учении. Особенно заинтересовали его естественные науки, древние и иностранные
языки, литература и история. Учение стало не только спасением, но и целью -
преодолеть незавидное предназначение, тяжелые житейские обстоятельства, победить
неласковую судьбу.
Среднее образование он получил в Одесской гимназии. Окончил ее одним из лучших
учеников с серебряной медалью и отличным аттестатом, которые дали ему льготы при
поступлении в Московский университет. Совет университета принял постановление "О
помещении воспитанника одесского приказа общественного призрения Николая
Склифосовского на казенное содержание". Николай уехал в Москву, полный надежд и
стремлений. Почти все экзамены по теоретическим дисциплинам он выдержал на
"отлично", кроме физики и зоологии, которые сдал на "хорошо". Склифосовский стал
учеником выдающегося хирурга Ф.И. Иноземцева, вечного конкурента Пирогова,
отнявшего у великого хирурга надежду на кафедру хирургии Московского
университета. В материальном смысле Николай по-прежнему находился в тяжелом и
зависимом от одесского приказа положении. Все свои студенческие годы он жил на
скудную стипендию, которую одесский приказ частенько высылал ему с опозданием.
Даже в 1859 году, когда Склифосовский, блестяще окончив медицинский факультет
университета (в числе немногих студентов I курса он получил право держать
экзамен на степень док350
100 ВЕЛИКИХ ВРАЧЕЙ
тора медицины), собрался ехать в Одессу к месту работы, одесский приказ по
обыкновению задержал его последнюю стипендию. Пришлось ему просить денег на
проезд у руководства университета.
В 1859 году, в возрасте 23 лет, устроившись ординатором хирургического отделения
Одесской городской больницы, Склифосовский обретает наконец профессиональную
самостоятельность и материальную независимость. Он проработает в этой больнице
10 лет! Одесский период очень важен в биографии Склифосовского, именно в это 10летие
он набирается опыта для своей будущей деятельности. Ради этого он
откажется от предложенного ему вскоре места главного врача больницы: ему нужна
постоянная хирургическая практика, регалии менее важны. В одесский период он
начал свою известную серию овариотомий (рассечение яичника).
В 1863 году в Харьковском университете Николай Васильевич защитит докторскую
диссертацию на тему "О кровяной околоматочной опухоли" и в 1866 году отправится
на два года в заграничную командировку для усовершенствования. За эти два года
он успел поработать в Патолого-анатомическом институте у Вирхова и в клинике
хирурга Б.Р.К. Ланген-бека в Германии, у хирурга А. Нелатона( 1807-1873) и в
Анатомическом институте Кламарта во Франции, съездил в Англию, чтобы
ознакомиться там с лондонскими медицинскими школами, а потом поработать в
Шотландии у Д.Ю.Симпсона, состоявшего с 1839 года профессором акушерства при
Эдинбургском университете. Он успеет ознакомиться с военно-полевой хирургией - с
разрешения русского правительства Склифосовский участвовал в Австро-прусской
войне, активно работая на перевязочных пунктах и в лазаретах и даже сражаясь под
Садовой, за что был награжден железным крестом.
Имя его становилось известным в медицинском мире. В 1870 году по рекомендации
Пирогова Склифосовский получил приглашение занять кафедру хирургии в Киевском
университете. Но здесь он оставался недолго: вскоре он вновь отправился на театр
Франко-прусской войны, а по возвращении в 1871 году его призывают на кафедру
хирургической патологии в Медико-хирургическую академию в Петербург, где сначала
он преподает хирургическую патологию и заведует хирургическим отделением в
клиническом военном госпитале, ас 1878 года принимает в заведование
хирургическую клинику баронета Вилье. Опубликовав ряд работ ("Удаление зоба",
"Резекция 2-х челюстей", "Краткое руководство по хирургии", одно из первых в
России), он быстро стал популярным профессором-хирургом.
В доме у Склифосовских, в котором жена Софья Александровна умело и умно
поддерживала гостеприимные традиции лучших интеллигентских русских семейств,
бывали и композитор П.И. Чайковский,
СКЛИФОСОВСКИЙ
и художник В.В. Верещагин, и известный юрист А.Ф. Кони. Интересы Склифосовского
были достаточно обширны: он любил живопись, литературу, музыку. Его жена,
кстати, была лауреатом международного музыкального конкурса Венской
консерватории, а дочь Ольга Николаевна училась музыке у Николая Рубинштейна.
Дружил великий врач с СП. Боткиным, засиживался до глубокой ночи у профессора
химии и композитора А.П. Бородина, встречался с А.К. Толстым.
В 1876 году он вновь уезжает на войну, на сей раз в Черногорию, как консультант
по хирургии при Красном Кресте. Разгоревшаяся затем Русско-турецкая война в 1877
году призывает его в действующую армию Он перевязывает первых раненых при
переправе через Дунай, работает хирургом в русской армии под Плевной и на Шипке.
Одна из его поездок в Форт Святого Николая едва не стоила ему жизни. Ради работы
он мог забыть все, а если того требовали обстоятельства, он мог оперировать по
нескольку суток подряд, не отвлекаясь ни на сон, ни на еду. При контратаках
армии Сулеймана-паши Николай Васильевич оперировал по четверо суток подряд без
отдыха и сна под огнем противника! Отчеты свидетельствуют, что в тот период
через его лазареты прошло около 10 000 раненых. Врач и сестры, среди которых
находилась и жена Софья Александровна, поддерживали его силы тем, что изредка
между отдельными операциями вливали ему в рот несколько глотков вина.
В 1878 году Склифосовский перешел на кафедру академической хирургической
клиники, а в 1880 году избран на кафедру факультетской хирургии клиники
Московского университета. Профессор Склифосовский избирается деканом
медицинского факультета Московского университета, где он успешно работает в
1880- 1893 годах. В Москве он пробыл 14 лет, это был наиболее продуктивный
период его научно-педагогической деятельности.
Никогда ни при каких обстоятельствах Николай Васильевич не изменял своим
благородным джентльменским правилам общения, никто не видел его вспыльчивым,
вышедшим из себя. А вместе с тем он был и эмоциональным, и увлекающимся
человеком Первая операция, как обычно проводимая в те годы без хлороформного
наркоза, произвела на молодого студента Николая Склифосовского такое сильное
впечатление, что он упал в обморок.
В 1893-1900 годах он возвращается в Петербург и назначается директором
Клинического Елепинского института усовершенствования врачей и заведующим одним
из хирургических отделений этого института Здесь он оставался до 1902 года,
обучая практической хирургии врачей, стекавшихся сюда на курсы со всей России. В
1902 году по болезни он вышел в отставку и через некоторое время уехал в свое
имение, в Полтавскую губернию.
100 ВЕЛИКИХ ВРАЧЕЙ
Первая жена Склифосовского умерла в возрасте 24 лет от тифа. Умер-ли и трое его
детей. Имение "Отрада", где он поселился после первой женитьбы, было
переименовано в "Яковцы"... Оно стояло на высоком берегу Воркслы, до нее было
версты две. Каждый день в любую погоду Склифосовский ездил н
...Закладка в соц.сетях
