Жанр: Драма
Шантаж. Расплата. (Две судьбы 1-2)
...дут дела? Когда вернешься?
- Мои дела обстоят просто как в сказке! Я такого даже не ожидал!
- Ну говори скорее, Ванечка! - Вера сгорала от любопытства. - Не томи, а
то у меня молоко пропадет! Неужели нам
придется переезжать? А где жить будем?
- Не боись! От хороших вестей молоко не пропадает, - весело шутил муж. -
Нам, конечно, придется переехать. Но
вот куда - ни за что не догадаешься!
- Ну, Ванечка, милый, не мучай! - умоляла она. - Куда мы поедем?
Он еще немного помедлил и с гордостью сообщил:
- В столицу нашей родины - Москву. Буду работать в аппарате ЦК партии!
Переводят по личному указанию самого
Николая Егоровича! Выходит, не забыл он нас! Тут уж никто палку в колеса не
вставит. Ни Илья Федотович, ни кто другой.
Партийная дисциплина! Завтра вылетаю на собеседование. Но это так - простая
формальность.
- Вот что судьба с нами делает! Как же не верить после этого в чудеса? А
где же мы в Москве жить будем? Да еще
без прописки?
- Ну уж, ты слишком наивная, Веруся. Это же ЦК партии - верховная власть!
Все у нас будет: и прописка, и
квартира! Об этом даже не думай.
- А когда ждать тебя? Меня до этого не выпишут? - забеспокоилась Вера.
- Не волнуйся, пальцем не тронут! Илья Федотович уже знает. Он на меня не
в обиде. Если б перешел в обком -
другое дело. А с ЦК партии не поспоришь! Думаю, задержусь не более чем на пару
деньков.
Вера никак не могла прийти в себя от свалившегося на них огромного
счастья и сказала на прощание:
- Ну, Ванечка, желаю успеха! Жить в столице - это большая удача.
Возвращайся, милый, поскорее. Мы с доченькой
будем тебя очень ждать!
Она положила трубку, и радость на ее лице померкла - непроизвольно пришли
мысли о том, кому Светочка обязана
жизнью и кто бросил ее на произвол судьбы.
Из глаз Веры потекли слезы, обильно смачивая больничную подушку.
Последнее, что вспомнилось Вере Петровне, - это залитая ярким солнечным
светом палата районной больницы;
лежа в кровати, она кормила грудью маленькую дочь. Дверь открылась, и вошел
Иван: на плечи наброшен халат, в руках
живые цветы, на лице - сияющая широкая улыбка. За ним следовала медсестра.
- Ну где тут молодая мама и ее новорожденная? - радостным голосом
воскликнул он, положив цветы на тумбочку у
кровати. - Как же я рад вас видеть, мои дорогие, здоровенькими и красивыми! Я
только что приехал и сразу к вам!
- Ванечка, миленький! Наконец-то! - переполненная счастьем, улыбнулась
ему Вера, передавая ребенка медсестре. -
Ты только погляди, какая прелестная у нас с тобой дочурка! Самая красивая! Разве
не так? Хочешь подержать ее на руках?
Не бойся!
- А как же! Давно мечтал об этом, - живо откликнулся он, осторожно беря
на руки маленькое тельце и с интересом
разглядывая розовое сморщенное личико девочки. "Мордашка круглая, волосенки
белесые. И впрямь похожа на меня, -
мысленно отмечает, с удивлением испытывая сердечную теплоту и отцовскую нежность
к этому слабому беззащитному
созданию. - Вот чудеса-то!"
- Ну и как она тебе, Ванечка? Правда, лучше не бывает? - требует ответа
Вера. Для нее дочь - лучшее из всех
произведений на свете. - Теперь я не боюсь рожать. Подарю детишек сколько
захочешь, - весело пошутила, бросив на него
теплый взгляд. - Раз у меня так здорово получается!
- Ну пока нам с тобой хватит и одного! Ведь опять придется устраиваться
на новом месте, - с вымученной улыбкой
говорит Иван, осторожно передавая ребенка медсестре.. Сердце его гложет тоска от
сознания своей несостоятельности, но
по нему этого не видно. - Представляешь, Веруся, сколько впереди у нас хлопот?
Он подсел к Вере на кровать и, приободрившись, рассказал:
- Нам с тобой дали прекрасную трехкомнатную квартиру в большом очень
красивом доме на Кутузовском
проспекте. Эти дома называют "сталинскими". В них высокие потолки, большие кухни
и, вообще, отличная - планировка. Я
уже врезал свои замки и, пока мы еще здесь, там сделают косметический ремонт.
Так что посадочная площадка у нас
обеспечена.
- А что это за район? Магазины близко? И как долго тебе добираться до
работы? - с радостно блестящими глазами
интересуется Вера. - Москва ведь она очень большая, Ванечка!
- Считай, самый центр. Престижный район. Все есть что нужно для жизни. И
все под рукой, - с гордостью
объяснил Иван. - Мало кто из москвичей имеет такое хорошее жилье. А на работу
меня будет возить служебная машина,
хотя и недалеко. С личным шофером. Вот так-то. Знай наших!
- Да уж! Повезло несказанно! - восторгалась Вера. - Разве мы могли с
тобой мечтать о таком, Ванечка? Разве ты
предполагал, что тебя так возвысят?
- Почему это думаешь, что не предполагал? - бросив на нее укоризненный
взгляд, самодовольно произнес Иван. -
Ты меня недооцениваешь, Веруся! Да я еще, когда у нас на свадьбе побывал Николай
Егорович, уже почуял, что дело этим
не кончится. Так оно и вышло!
Он привлек ее к себе, крепко поцеловал и сказал вставая:
- Значит, сделаем так, Веруся! Сегодня еще побудешь здесь. Обследуешься,
соберешь все, что нужно в дорогу. А
завтра я вас заберу. Привезу домой, чтобы проверила, как я упаковал вещи, и - в
путь. Теперь отправлюсь в райком,
попрощаться и договориться о помощи.
Сбросив с плеч ненужный ему больше халат, Иван Григорьев вышел из палаты.
Со счастливыми слезами на глазах
Вера смотрела в след мужу. Она все еще не могла поверить в выпавшую на ее долю
неслыханную удачу, в то, как бережно и
с какой любовью принял на руки муж ее дочь.
"Надо сберечь наше семейное счастье - любой ценой!" - очнувшись от
волнующих воспоминаний, мысленно
решила Вера Петровна и, измученная свалившимися на нее переживаниями, наконец
заснула.
Глава 4
ВОСПОМИНАНИЯ ЛИДЫ
- Хоть мы с тобой не разговариваем, считаю долгом поинтересоваться:
здорова ли ты, Лида? - удивленно спросил
Розанов жену, лежавшую на диване-кровати. Он, как всегда, проверял за столом
школьные тетради. - Несколько минут уже
наблюдаю, как ты книгу читаешь - держишь вверх ногами. Так что, удобнее?
Потрясенная неожиданной встречей, Лидия лежала ничком, не в силах ее
пережить. Вот это да - бывшая подруга
поднялась на такую недосягаемую высоту! А ведь они могли поменяться местами! Вот
и миловалась бы Верка со своим
ненаглядным Степочкой в "хрущобе", а не с Иваном - в роскошных каменных палатах.
Боль и злоба переполняли ее
коварную, завистливую душу. Как же она так оплошала?.. Лидия Сергеевна отложила
в сторону книгу - какое уж тут чтение
- и, не отвечая мужу, перевернулась навзничь, заложив руки за голову.
Воспоминания властно захватили ее, и она не
противилась: надо разобраться - как же все произошло...
Как она торжествовала тогда, на том вечере в школе, когда познакомилась с
Розановым. И потом, когда сумела
оттолкнуть его от Веры. Но, собственно, из-за чего она все делала-то? Не очень
он ей был нужен - у нее тогда неплохо
ладилось с Павликом. Ну понравился ей Степан, но не больше! Что же, какие
события решили ее судьбу? Случайная встреча
с ним в московском театре - вот с чего все началось.
Послали ее в столицу, на Всесоюзные сборы пионервожатых. Жила в
"Комсомольской деревне", на окраине
Москвы, рядом со знаменитым дворцовым ансамблем Кусково. В тот день они с
подружкой Нюрой - их поселили в одной
комнате - вернулись к себе раньше обычного: куда бы пойти развлечься? Занятия
только начались, и девушки не успели еще
завести кавалеров.
- Может, сходим на эстрадный концерт, посмеемся? - предложила Лида. -
Видела афишу - Шуров и Рыкунин.
- На них билетов не достанешь! - вздохнула Нюра. - Пойдем-ка в театр. По
будням если не в Большой - всюду
можно попасть.
Так они оказались в тот вечер в театре, на спектакле "Мадам Бовари": то,
что происходило на сцене, показалось им
хотя и далеким от их собственной жизни, но увлекательным. А актеры как играли -
все по-настоящему: и любовь, и
измены, и страдания... А уж наряды какие у Эммы - госпожи Бовари!
- Что ни говори, подруга, а в Москве в любом театре артисты талантливые!
- восторгалась Нюра. - Какая игра! Я
прослезилась даже несколько раз...
- Да уж! В столице есть куда пойти, это тебе не деревня, - согласилась
Лида. - Культурно люди живут! - Она и не
скрывала зависти к этим "людям".
В фойе, пробираясь между цепочкой зрителей, выстроившихся в очередь за
пальто, Лида нечаянно толкнула
высокого мужчину, разговаривавшего со своей спутницей, - тот от неожиданности
выронил номерок, который держал в
руке, и повернулся к ней.
- Нельзя ли поосторожнее?
- Вот так встреча! - изумленно воскликнула Лида, узнав Розанова и позабыв
извиниться.
- Лида?! - в свою очередь поразился Степан, поднимая номерок. - Какими
судьбами? Я имею в виду не театр, а
Москву. - И не ожидая ответа, торопливо добавил, слегка коснувшись ее руки: - А
знаешь, Лида, я хотел бы тебя кое о чем
спросить. Можешь задержаться на минутку?
- Я здесь с подругой... - Лида указала на Нюру, нетерпеливо ожидавшую
поодаль.
- И я не один. - Степан любезно обернулся к своей спутнице: - Ты извинишь
меня, если я отлучусь ненадолго?
Наша очередь еще нескоро.
Интересная, по-столичному шикарно одетая дама, на вид много старше
Степана, с деланным безразличием
кивнула. Лида передала свой номерок подруге; они отошли в сторонку, где можно
свободно поговорить.
- Ну как вы там живете? Что нового? - начал Степан. - Ты надолго
приехала?
- На сборы комсомольского актива меня послали. Пробуду еще месяца
полтора. - Лида пытливо глядела на него
своими цыганскими глазами. - А тебя какие наши новости интересуют?
- Понимаешь, Лида, я потерял связь с коллегами из вашей школы, а мне надо
знать... - Степан запнулся, стараясь
сообразить, как лучше спросить о Вере.
Лида нетерпеливо ерзала, переминаясь с ноги на ногу; нет, сейчас это ему
не удастся...
- Ты что, правда спешишь? Не хотелось бы комкать разговор этот. - Он так
и не изложил, что же его интересует.
- Я рада нашей встрече! Честно! И поговорить с тобой хочется... - Лида
откровенно заигрывала, поднимая и опуская
густые ресницы. - Но меня подруга ждет - нам еще в Новогиреево добираться. Да и
у тебя мадам скучает.
- Эта мадам - жена моего шефа. Он сейчас за границей, вот я и составил ей
компанию. Мои друзья. Она, между
прочим, доктор наук.
- Будет оправдываться! - рассмеялась Лида, лукаво прищурясь. - Знаем мы
эту дружбу! Мужа, значит, заменяешь?
- Ну вот что, Лидочка, - Степан взял ее руку в свои большие ладони и без
обиняков предложил: - Давай перенесем
наш разговор на более подходящее время. Идет? - Достал записную книжку, ручку. -
Какой у вас там номер и когда лучше
звонить?
Лида подняла на него глаза, как бы оценивая - заслуживает ли, -
улыбнулась кокетливо.
- Давай лучше свой, Может, и позвоню. Жди!
- Ну что, все забыть ее не можешь? - спросил Степана старый друг, Игорь
Иванов, - который жил с ним в одном
доме и заскочил починить телевизор как неплохой знаток радиотехники. - А я думал
- внезапная смерть матушки у тебя все
перешибла. Да и женским вниманием ты не обделен. - И с невольной завистью окинул
друга взглядом.
- В душу она мне запала. Сам себя не понимаю - что в ней нашел? -
откровенно признался Степан. - Ведь знаю
женщин - стольких уже повидал... Что за колдовство? - Он встал из-за стола, где
занимался, выпрямился во весь рост,
расправил плечи, сделал несколько резких движений разминаясь. - Понимаешь, она
какая-то особенная. Необычайно...
естественная, что ли... искренняя. И красива необычно... До нее я таких не
встречал. - Степан помолчал, вспоминая, добавил
печально: - Расстались мы с ней паршиво. Приревновал ее к жениху, не стал даже
слушать. Да что я тебе говорю - ты все
знаешь. - Он горько усмехнулся. - Теперь уж не поправить! А смерть мамы только
добавила тоски. Сильнее чувствую
одиночество.
Игорь, продолжая возиться с телевизором, снизу вверх смотрел на друга.
- Это тебе-то жаловаться на одиночество? Да у тебя от женщин отбоя нет!
- Ты не веришь, а меня тошнит от этих нахалок! Наглые, беспардонные! -
брезгливо поморщился Степан. - Ну что
за секс без любви? И выкладываться неохота. Утолил желание - и все!
- Удивляюсь я тебе, Степа, - отозвался Игорь, не прекращая работы. - Мне
всегда казалось, ты мужик без
комплексов, но, вижу, у тебя пунктик. Ведь твоя пассия - простая деревенская
девчонка, а ты - интеллигентный человек!
- А мне порой кажется, что как раз на селе еще и остались чистые,
сердечные люди. Поиспортили горожан
прагматизм, суета.
- Ну что же, бывай на природе почаще, еще встретишь такую же! -
рассмеялся Игорь. - Главное - не унывай! -
Проверил результаты работы, собрал инструменты и весело взглянул на Степана. -
Вот и порядок: еще поработает ветеран. -
И заметив, что Степан в своей лучшей рубашке, свежевыбрит, причесан,
поинтересовался: - А ты что, ждешь кого-то?
- Одну знакомую. Между прочим, тоже деревенская. Очень интересная
брюнетка. Немного прямолинейна, но зато -
огонь!
- Ну тебе и карты в руки! - добродушно напутствовал его, уходя, Игорь. -
Желаю полной виктории!
Когда раздались два звонка, известившие, что к нему пришли, Розанов уже
покончил с работой. "Это наверное,
Лида!" - обрадовался он и пошел открывать по длинному, слабо освещенному
коридору, с грохотом задевая за предметы,
выставленные за ненадобностью соседями.
- Добро пожаловать! - приветствовал он Лиду. - Долго пришлось добираться?
- И распахнул дверь в свое скромное
обиталище.
Лида вошла: большая комната, с красивым эркером; заставлена разномастной
старинной мебелью; чисто, прибрано,
но женскому глазу сразу становилось ясно - здесь живет холостяк. С удовольствием
отметив это важное обстоятельство,
Лида пришла в хорошее настроение. Длинная дорога в забитом народом транспорте
порядком ее утомила, и она совсем
повеселела, что Степан ее встречает как гостью: ставит на стол бутылку вина,
фрукты, немудреную закуску.
- Извини, Лидочка, что так скромно принимаю. Давай отметим нашу встречу,
чем Бог послал, согласна? - дружески
предложил он с обаятельной простотой.
- Была бы согласна, если ты ради меня старался. - Лида ослепительно
улыбнулась и поправила прическу. - Да ведь
знаю, для чего пригласил. Не такая уж я дура! - Села за стол, аккуратно
расправила красивое платье и томно подняла на
Степана неотразимые глаза. - Ну что, сразу выкладывать все о Верке или сначала
отметим встречу? - произнесла беспечно,
со скрытой насмешкой.
- Обо всем успеем поговорить, Лидочка, - откровенно, по-мужски взглянул
на нее Розанов, поддавшись ее
очарованию. - Конечно, выпьем за нас, молодых и красивых! За нашу встречу! - И
посерьезнел: - Мне и так ясно, что
приятных новостей для меня нет.
Во взоре у Лиды зажглись мстительные огоньки - стараясь говорить
спокойно, с иронией, поведала ему то, что его
интересовало:
- Так вот, Верка живет не горюет. Не успел ты за порог - она тут же
укатила в райцентр, к Ивану. Там и живут,
квартиру получили. - Бросила на Степана быстрый взгляд - как он это примет - и,
не выдержав, съязвила: - Верка своего
добилась - районной начальницей стала. Выпе-ендривается! А чем гордиться-то? У
них там грязь, все равно что у нас в
деревне! Говорят, уже с пузом ходит.
При последних словах Розанов физически ощутил острую боль в сердце. "Так
вот что... Вера ждет ребенка... Теперьто
точно все кончено!" Он, собственно, был готов к тому, что услышал: внешне
казался спокойным, лицо не выдавало, какая
буря бушует внутри. Он налил по полному стакану себе и Лиде, произнес с деланным
равнодушием:
- Ну и Бог им в помощь! Мне просто интересно было. Давай лучше думать о
себе!
. Выпили, и Лида бойко стала рассказывать о своих делах, то и дело
сверкая ослепительной, белозубой улыбкой.
Когда покончили со всем спиртным, что у него имелось, Степан изрядно
захмелел, откинулся на стуле. Мысли его
витали непонятно где, в голове полный сумбур. "Отключился парень", - поняла
разгорячившаяся Лида и уселась к нему на
колени, прижалась грудью, призывно зашептала:
- Ну будь мужиком! Посмотри на меня - разве не хороша?.. - Обняла его,
поцеловала со страстью, расстегнула
рубашку, запустила руку внутрь, ласково, нежно поглаживая его грудь. Степан
откликнулся на ее любовный призыв - кровь
заиграла; обхватил ее за талию одной рукой, а другой стал гладить полную,
стройную ногу, скользя по бедру все выше,
закипая неистовым желанием.
- Что, нравятся посадочные огни? - жарко прошептала она ему прямо в лицо.
- Аэродром не хочешь увидеть? - И
увлекла его к кровати.
Лихорадочно сбрасывая на ходу одежду, они упали на постель в тесном
объятии. Ничуть не стесняясь своей
искушенности, Лида уселась на него верхом, и они отдались во власть пьяного,
бурного секса.
- До чего же неохота в деревенскую грязь возвращаться после столичной
жизни! - заявила Лида подруге. - Какая
там тоска! Ни тряпок, ни продуктов... вообще ничего. Пообщаться культурно не с
кем!
Девушки хлопотали в уютной комнате женского общежития "Комсомольской
деревни", приводя в порядок и
укладывая свои пожитки: сборы кончены, послезавтра им домой.
- Разве Павлик тебя не ждет? - с любопытством отозвалась Нюра. - У вас
ведь с ним была любовь. Неужели совсем
забыла из-за Степана?
- Этот Павлик хорош на безрыбье, - призналась Лида с циничной усмешкой. -
А так - хамло порядочное, грубый
мужик, и все. К тому же ревнив не в меру. С тем не говори, этому не улыбнись...
Нудный... Надоел!
- Со Степаном как у тебя, ничего не вышло? - сочувственно
поинтересовалась подруга. - Вы ведь с ним часто
встречались.
- Так он со мной от скуки развлекается, больше по моей инициативе. Ты же
видела, какой красавчик? Избалован
бабами! - Лида не скрывала разочарования. - И не думает о серьезном, о женитьбе.
- А нравится он тебе? Что-то не замечала, чтобы ты по нем сохла, -
скептически констатировала Нюра.
- Да как может он не нравиться? Мне все встречные бабы завидуют, когда
видят нас вместе! При этом москвич,
комнату имеет, будущий кандидат наук! - со вздохом перечислила его достоинства
Лида. - Куда мне до него!
- Так я тебе и поверила, что ты стушевалась! Это с твоим-то нахальством?
- рассмеялась Нюра. - Если б влюбилась -
тебе бы все нипочем!
- Головы я с ним, правда, не теряю - слишком мало старается. Позволяет
только себя любить, - неохотно
поделилась она сокровенным. - Бабы его испортили. Но мужик хорош - лучше не
бывает.
- Тогда в чем же дело? Штурмуй! - посоветовала многоопытная Нюра. - Не
устоит!
- Думаешь, не пыталась? - расстроенно призналась Лида. - И так и эдак
уговаривала - ни в какую! Говорит - не могу
семью содержать. Сначала диссертацию защитить надо.
- Но, вообще-то, Нюрочка, - сообщила она подруге потеплевшим голосом, в
котором звучали горделивые нотки, -
Степан уверяет, что лучше меня у него никого нет. И сама ему нравлюсь, и что все
делать умею, не то что городские
лентяйки!
Нюра любила подругу за энергию и веселый нрав; выдала беспроигрышный
рецепт:
- Раз так, у тебя один выход остается - ловить его "на брюхо"! Он же
интеллигент, хорошо воспитан мамочкой.
Если еще и совесть есть - гарантирую стопроцентный успех!
Совет, однако, Лиду не воодушевил.
- Думаешь, не пробовала? - Она понурила голову. - Даже не пыталась
предохраняться - ничего не вышло.
- Ну и простофиля! Считала я - ты хитрей! - рассмеялась ей в лицо
умудренная подруга. - Да ты просто объяви ему
об этом как можно правдоподобнее! Неужели не сможешь разыграть? При твоих-то
способностях!
- А как откроется? - с сомнением покачала головой Лида. - Что за жизнь у
нас тогда будет?
- Самая что ни на есть нормальная! - убежденно заявила Нюра. - Потому что
простит! Ты молодая, могла
ошибиться. В любом случае ты станешь москвичкой - и прощай, как говоришь,
деревенская грязь!
По азартно сверкнувшим цыганским глазам подруги она поняла, что убедила:
Лида задумалась, принимая
ответственное решение.
- До чего заездили тебя бабы, Степа! - полушутя заметил приятелю Иванов,
забежавший к нему по какой-то
надобности перед уходом на работу. - На тебе лица нет, и сам - кожа да кости.
Как тебе достает сил заниматься наукой? А эта
Лида действительно хороша. Не женщина - мечта! Мне бы такую! - вздохнул он
завистливо.
- Да, уж темпераментом ее Бог не обидел. Хорошо мне с ней, как ни с кем,
- признался Степан. - Конечно, кроме
той, о которой я тебе говорил. - Лицо его затуманилось. - Как бы тебе
объяснить?.. Тело радуется, а душа у меня тоскует...
- По-моему, это у тебя бзик какой-то. - Игорь явно не понимал друга. -
Чем же тебя околдовала та... ты говорил -
Вера?
- Да не могу я толком этого объяснить даже себе! - с досадой воскликнул
Степан. - Она никак не красивее Лиды,
хотя тоже... статная, соблазнительная... - Наверно, в том дело, что мне по душе
не яркие, самоуверенные, ловкие женщины,
а скромные, уступчивые, нерешительные... Такие, которым хочется помочь,
защитить. Мне показалось - Вера именно такая:
душевная, мягкая... Таких, как она, красивых и с милым моему сердцу характером,
я до нее не встречал. Ко мне лезли
совсем другие!
- Но ты сам же говорил, что все это оказалось лишь видимостью и ты в ней
разочаровался, - напомнил приятель. -
Может, таких и нет вовсе, они только прикидываются тихими?
- Тут ты, пожалуй, прав, - печально согласился Розанов. - Глупо, конечно,
гоняться за призрачной мечтой. Но ведь
сердцу не прикажешь! Лишь однажды оно у меня открылось для любви. Захотелось все
отдать, даже пожертвовать собой - и
это оказалось ошибкой! - Степан тряхнул головой, будто сбрасывая груз прошлых
ошибок. Голос его повеселел: - А с
Лидочкой у меня все намного проще. Баба она горячая, деловая, энергичная и, что
немаловажно, не белоручка. С такой по
жизни шагать легко! Если честно - жаль мне, очень жаль с ней расставаться!
- Ну что ж, куда-нибудь тебя кривая выведет. А мне пора бежать на работу,
- спохватился Игорь, с дружеской
теплотой пожал Степану руку и торопливо выскочил в коридор коммуналки.
Степан долго еще стоял в задумчивости, - противоречивые чувства тревожили
его душу. Инстинкт самосохранения
противится союзу с Лидой, но за время горячих встреч он к ней сильно привязался,
до боли в сердце не хочется и терять...
Он так и не смог разобраться в своих чувствах - даже после бурной ночи
прощания, проведенной с Лидой накануне
ее отъезда домой. Лежал обессиленный, боролся с подступающей дремотой, грустно
думал, что с ее отъездом вновь
навалятся на него хозяйственные и сексуальные проблемы, от которых встречи с
Лидой его избавили.
А неутомимая его партнерша, чувствуя себя бодрой, будто не истрачено
столько сил, нежно ласкалась к нему,
лихорадочно размышляя и готовясь к решающему разговору.
- Ну что ж, милый Степочка, пора мне собираться на вокзал. - Неподдельная
тоска прозвучала в ее голосе. Еще
вчера она покинула "Комсомольскую деревню" и приехала к нему с вещами. - Хоть ты
и клянешься мне в верности до
гроба, но чует мое сердце - через неделю найдешь другую. Вернее, она тебя найдет
и уведет от меня навсегда! Все вы,
мужики, одинаковые! - с укором подняла она на него дивные черные глаза,
затуманенные подступившими слезами. - Что
ученые, что неученые...
Не в силах преодолеть физической и духовной расслабленности, отогнать
мучительно подступающий сон, Степан
только и вымолвил:
- Ну что ты сырость разводишь? Сказал же - ты мне нужна, я к тебе привык.
И защиты ждать не буду. Диссертация
на мази... Мне хорошую работу предложили, и я не отказался. На хлеб с маслом нам
хватит. Вот только закончат расселять
нашу коммуналку, дадут отдельную квартиру, как обещали, и я тебя вызову! -
неопределенно пообещал он. - Будешь у меня
хозяйничать, пока тебе не надоест... - Видно, эта заманчивая перспектива его
ободрила - он продолжал более внятным,
окрепшим голосом: - В Новых Черемушках строят целый массив домов из готовых
панелей. Это очень быстро... К Новому
году обещают сдать.
- А к какому Новому году? Следующему? - недоверчиво охладила его пыл
Лида. - К тому времени ты меня уже
бросишь...
- Это ты меня, наверно, бросишь, - поддел ее Степан. - Что-то не такой
была сегодня твоя страсть. Или сказалось,
что ты в растрепанных чувствах? Боюсь, забудет меня моя ветреная цыганочка... -
Прижал ее к себе, поцеловал.
- Уж я-то не забуду, тебе бояться нечего. - Она решилась - пора начать
атаку.
- Это откуда же у тебя такая уверенность? - с добродушной усмешкой
посмотрел он на ее лицо: выражение какоето...
угрюмое, тревожное... - Да ты никак сердишься на меня?
- Как же мне не расстраиваться и как я могу забыть тебя, милый мой Степа,
когда он вот где! - хлопнула она себя
по животу. - Напоминальник твой! - Лида громко всхлипнула, и из глаз ее, к
вящему удивлению, потекли настоящие слезы.
Она так вошла в роль, что искренне жалела себя и свою покалеченную жизнь.
Степан был потрясен этим неожиданным осложнением. Ну никак не
предполагал, что деловая и практичная Лида
допустит роковую оплошность. Он отнюдь не обрадован перспективой сделаться вдруг
отцом - считает, что момент
неподходящий. Но природное благородство потомственного интеллигента взяло верх.
г - Лидочка, дорогая моя девочка! - Он ласково притянул ее к себе. -
Стоит ли так бояться и горевать? Не думал я,
что так скоро стану отцом, но, видно, судьбы не избежать... Родишь - будет одним
больше в роду Розановых! - заявил с
энтузиазмом, убеждая скорее самого себя. - Я буду очень рад! Хоть, конечно, не
ко времени это... Ребенок... это все сильно
осложнит... Но другого выхода нет! Поженимся - и конец всем проблемам!
Лида с радостными слезами осыпала его поцелуями - она торжествовала
победу...
- Поезжай домой, собирай чемоданы и жди моего сигнала. Как все устроится
- я дам знать. - Тон у него был
обреченный, но и решительный. - А может, и сам за тобой приеду... если позволят
обстоятельства. Не горюй, Лидок, -
прорвемся!
Степан заключает ее в объятия, и Лида с любовью и благодарностью ему
бурно отвечает. Их взаимная страсть
вспыхивает с новой силой. Они наслаждаются друг другом так ненасытно, словно
расстаются навсегда.
...Закладка в соц.сетях
