Жанр: Драма
Киносценарии и повести (сборник)
...озразил Энергичный на усмешку приятеля. - У тебя зарплата какая?
- Мне хватает, - буркнул Печальный.
- Ну сколько, сколько?
- Сто двадцать.
- Чистыми?
- Грязными, но все равно хватает.
- А пятьсот хочешь? - с запальчивостью нувориша выдал Энергичный.
- Зачем это мне пятьсот? - искренне пожал плечами Печальный.
Энергичный даже ответить не попытался на идиотский вопрос, а перешел
прямо к делу:
- В общем, слушай: я регистрирую кооператив. Служба знакомств. Называться
будет: "Душевный покой". Ничего названьице?
- Ничего, - снисходительно улыбнулся Печальный.
- Гениальное! - возразил Энергичный. - У меня все просчитано: не
меньше четырех тысяч месячного дохода. А будет нас - трое. Я, так сказать,
председатель, ты - программист! не зря ж тебя в институте пять лет
учили. И еще у меня парень один знакомый есть, электронщик. Закупаем
итальянский компьютер!
- Почему итальянский? - ехидно поинтересовался Печальный.
- Ладно, согласен! - очень энергично согласился Энергичный. - Давай
японский!
- А где закупаем-то?
- Где-где! Найдем где! В Москве!
- А на какие шиши?
- Жаба даст!
- Джаба?? Даст??
- Даст-даст, - уверил друга Энергичный. - Тебе только надо жениться.
- Мне?!.
- Ну, конечно. И тогда Жаба даст нам денег! - Энергичный посмотрел на
недоуменное лицо Печального. - Ладно! черт с тобой! Все-таки мы друзья.
Открываю последний секрет. Он мне за это еще и "Жигули" пообещал.
- За что за это? За то, что денег даст?
- Не, точно - валенок! - хлопнул себя Энергичный по ляжкам и попробовал
втолковать. - За то, что ты женишься!
- Тебе "Жигули" за то, что я женюсь???
- Ага, девятку. Пять дверей. Кузов "хэтчбек".
- И на ком же я, интересно, должен жениться, чтобы он купил тебе девятку,
пять дверей, кузов "хэтчбек"?
- Совершенно безразлично! На ком хочешь! Главное - чтоб женился!
Печальный разразился неожиданно темпераментным хохотом:
- А если не женюсь?
Энергичный даже опешил:
- Как, то есть, не женишься? Неужто тебе для лучшего друга лишнего
штампика в паспорте жалко?.. Да и для себя!
- Ну, а если?! - хохотал не унимался Печальный.
- Н-ну! - обиженно потупился Энергичный. - Тогда ему покупаю машину.
- Девятку? - задыхался от хохотал Печальный так, что даже отмахивался
ладонями. - Пять дверей? Кузов "хэтчбек"? А где ты денег возьмешь?
- Супругу продам, - мрачно пошутил Энергичный.
- Кто ее! у тебя! возьмет?.. - отдыхивался от приступа смеха Печальный.
- Разве на вес! И сколько ж он дал тебе сроку меня женить?
- Три месяца, - буркнул Энергичный, обиженный и на хохот товарища, и
на шутку по поводу веса супруги. - А чего это я такого смешного сказал?
Четыре тысячи в месяц - это цветочки. А потом мы знаешь! Мы всю Среднюю
Азию охватим: и Узбекистан, и Туркмению! Даже можно будет международный
филиал открыть, валютный: Афганистан, Пакистан, Сирия! Знаешь сколько
пожилых богатых людей подыскивают невесту?! Тот же Жаба, к примеру! А
родители, которые чтобы калым получить!
- Постой-постой, - прервал Печальный полет фантазии товарища. - А при
чем тут Джаба, моя женитьба и твои воображаемые "Жигули"?
- Почему это сразу воображаемые!?
- Потому, - ядовито пояснил Печальный, - что ты на моей памяти уже в
девятый раз покупаешь "Жигули", а ездишь на велосипеде, который родители
подарили тебе еще в школе.
Энергичный выдержал паузу, достаточную, на его взгляд, чтобы выразить
свое отношение к бестактности друга, и произнес примирительно:
- Ладно, сам убедишься. - Выдержал еще одну паузу, примерно в треть
предыдущей, и добавил. - Но вообще-то ты прав: женитьба твоя, а "Жигули"
должны быть моими? Несправедливо! Хорошо, согласен: "Жигули" - пополам!
- С кем пополам? - поинтересовался Печальный.
- Да с тобой же, Господи! - поразился Энергичный непонятливости друга.
- А мне как, правая половина или левая? Или ты собираешься пилить их
поперек?
- Опять издеваешься? - Энергичный так рассердился, что хлопнул об пол
тарелку, которую мыл. Печальный печально подобрал осколки:
- Последняя из маминого сервиза. Двенадцать штук было.
- Склеим, - успокоил Энергичный, обиду которого вмиг выдул ураган
очередных гениальных планов. - Давай так: эта машина будет моя, а тебе
купим с первых же кооперативных доходов!
- Эта, значит, твоя? - не без иронии уточнил Печальный.
- Хорошо, хорошо! ладно! уговорил. Пусть эта - твоя. А мне - с доходов.
Значит, заметано? Женишься?
- Если серьезно, Петрович, - вздохнул Печальный, прилаживая друг к
другу осколки тарелки, - то, разумеется, нет. Если серьезно.
- Как, то есть, нет? - снова опешил Энергичный. - Как - нет??!
По-че-му - нет??!
Печальный уселся на табурет, упер локти в колени, а подбородок в ладони,
тихо сказал:
- Я ведь уже пробовал два раза. Помнишь? Они, понимаешь! они все -
чужие.
- Эт' ты не волнуйся, - подбежал к другу, присел рядом на корточки
Энергичный. - Я тебе отличную подыщу. Доволен останешься.
- Не в этом дело, - слегка, сколько позволяла трагическая его поза,
помотал Печальный головою. - Те ведь тоже были девушки хорошие. Просто
они чужие. Понимаешь: чу-жи-е. У меня детство было, жизнь! Дом вот! Папины
игрушки! А девушки! жены! куда им такое по-настоящему понять?! Я,
когда первый раз женился, прихожу - а она ослика на антресоль запихивает.
Представляешь?! Ослика - на антресоль!
- Ослика - конечно!
- Я вообще не понимаю, что случилось! - почуя издевку в сочувствии
приятеля, вскочил с табурета Печальный. - Навалились со всех сторон!
Джаба из квартиры гонит, ты собираешься сделать, чтоб квартира стала для
меня чужой! Или постой! - уловил, наконец, связь между вчерашней пьянкой
и сегодняшним пари. - Это ведь тебя Джаба надоумил - меня женить!
- Вот и я говорю, что странно, - согласился Энергичный, хотя ничего
подобного и не говорил.
- Что странно? - поинтересовался Печальный.
- Что если ему нужна твоя квартира, зачем он со мной на твою женитьбу
пари заключал?
Пока приятели ломали голову над странной логикой предложений Мафиози,
тот, в ожидании, пока безмолвная парочка работяг перегрузит в багажник
его автомобиля все положенные коробки из подсобки продовольственного магазина,
снизошел до объяснения этой логики Шестерке, который тоже оказался
не способен проницать умом полет мысли патрона:
- Пока человек один, он может позволить себе эдакую! - скорчил Мафиози
рожу! - эдакую иллюзию независимости. Но как только у него появляется
кто-нибудь, за кого он отвечает, о ком должен заботиться! Я веревку из
него совью! Не то что квартиру! И про папу, и про маму забудет!
- Ну, вы, шеф, и умный!
Так и не уговорив Печального жениться, унылый Энергичный катил на велосипеде
домой и бормотал под нос то передразнивая товарища, то вступая
с ним в воображаемую полемику:
- Не позво-о-лю! уважать мой до-ом! уважать мою ли-и-чность! Да кто
на твою личность претендует?! Тут деньги, можно сказать, сами в руки
плывут! Личность! Как будто я ему гадость какую подсовываю, а не жену!
Лягушку как будто!
В калитке, картинно подбоченясь, поджидала Энергичного его не лягушка:
восточная женщина, крупная, толстая, перезрелая, но с явными следами
былой удивительной красоты.
- Где мясо?! - возгласила с заметным акцентом.
Энергичный спешился и проделал серию движений лицевыми мышцами.
- Мясо где, спрашиваю? - не удовлетворилась супруга мимическим объяснением.
- Мало что болтаешься неизвестно до скольки, еще и являешься с
пустыми руками.
Энергичный перешел в контрнаступление:
- А где я тебе денег на мясо возьму?
- Это ты мн задаешь вопрос? - изумилась супруга на всю улицу, так что
над соседним забором появилась любопытствующая женская голова. - Мн?!
Глава семьи! Мужчина! Заработать не можешь - в долг хотя бы взял!
- Не у кого, - виновато признал Энергичный поражение. - Я пробовал. У
меня и друзей-то богатых никого не осталось, - и попытался проскользнуть
в калитку.
Но супруга обороняла рубеж со стойкостью героини-панфиловки.
- Слушай, может, все-таки в дом войдем, - покосился Энергичный на
стороннюю наблюдательницу. - Чего театр-то на всю улицу устраивать?
Бесплатный!
- А ты билеты, билеты продай, - посоветовала супруга, намекая на профессию
благоверного, и стала на дороге к дому еще монументальнее, хотя
всего мгновение назад казалось, что еще монументальнее - невозможно. -
Без мяса, - резюмировала, - ты в этот дом не войдешь. Мне детей кормить
надо.
- Кормить-кормить! - пробурчал Энергичный, выслушав безапелляционный
звон засова, оседлал велосипед и покатил в сторону любопытной Соседки.
Возле нее притормозил, крикнул с восточным акцентом, передразнивая кого-то:
- Царица какая! (сариса какая!) - и, нажав на педали, себе под
нос: - Говна такая!..
Печальный глядел в окно, печально и одиноко. Там, внизу, во дворе,
играл в песочнице сам с собою столь же одинокий мальчик лет пяти. Печальный
спустился во двор.
- Здорво, - сказал малышу.
Тот с опаскою глянул на заросшего щетиною дядю.
- Играешь, значит? - присел на корточки в попытке установить контакт
Печальный.
Малыш огородил руками, защищая, песчаную крепость:
- Не трогай! Я маму позову!
- С чего ты взял, что я собираюсь трогать? - заоправдывался Печальный.
- Я тебе игрушку хотел подарить.
Малыш смерил Печального подозрительным взглядом:
- Игрушку?
- Ну да, - улыбнулся Печальный настолько подчеркнуто добродушно, что
и взрослому стало бы не по себе. - Игрушку.
Малыш испытующе поглядел на дураковатого дядю и сказал не без опаски:
- Давай.
- Она у меня дома. Вон там, - показал Печальный на окна квартиры. -
Поднимемся, и получишь.
- Ты мне ее лучше сюда принеси! - не согласился малыш.
- А у меня там много, - продолжал Печальный соблазнять кандидата в
друзья. - Я же не знаю, какая тебе больше понравится.
- А ты все принеси! - без труда нашел малыш соломоново решение.
- Все у меня в руках не уместятся!
Малыш прикинул эдакий объем богатства - устоять было трудно:
- Тогда ты посиди тут, посторожи, а я к тебе схожу и выберу.
- Ты ж не найдешь, где я живу, - притворно сокрушился Печальный. - И
дверь не откроешь.
Малыш просчитал что-то в уме и, наконец, решился:
- Ладно, так уж и быть. Пошли. Но если обманешь!
Печальный попытался взять малыша за руку, но тот вырвался:
- Не трогай!
Через ступеньку преодолев четыре лестничных полумарша, малыш опасливо,
но крайне независимо вошел в квартиру.
- Ну, где они, твои игрушки? - спросил с подозрением. - Показывай.
- Вот, - распахнул Печальный дверь в мастерскую отца. - Эту вот хочешь?
- и подал малышу летающую тарелочку явно собственного изготовления.
- Она ж самодельная, - разочарованно протянул малыш. - Даже не из магазина!
- но тарелочку все-таки взял. - А это чо такое? - осведомился
несколько брезгливо.
- Космический корабль, - гордо ответил Печальный.
- Ракета, что ли? - переспросил малыш. - Да они вовсе и не такие!
- Это не наша ракета, - пояснил Печальный. - Ихняя.
- Чья-чья?
- Ихняя, - повторил Печальный и ткнул пальцем в потолок.
- А кто они такие? - начал подпадать малыш под обаяние тайны.
- А ты вон ту кнопочку нажми, - посоветовал Печальный, - увидишь.
- Эту?
- Ага.
Едва малыш нажал на кнопку, в летающей тарелочке открылся лючок и оттуда
выскочил страшненький зеленый "пришелец" с рожками и завизжал,
заскрипел. Малыш отбросил игрушку, завопил противным голосом:
- Не надо мне ничего от тебя! Пусти!
- Подожди, подожди! - засуетился обескураженный Печальный. - Я тебе
ослика покажу.
- И ослика не надо, - набирал пронзительности ор малыша. - Пусти!
Знаю я твоих осликов! Пусти, я маме скажу!
- Да кто тебя тут держит! - обиделся, наконец, Печальный и распахнул
входную дверь. Малыш стремглав побежал вниз. Печальный проводил его
взглядом, поднял с пола космический корабль и грохнул оземь, - только
стальная спиралька, выскочив, жалобно задрожала. Подошел к отцовской игрушке
- святому семейству, попробовал завести, запустить. Игрушка задрожала,
заскрипела, фигурки дернулись раз-другой и застыли. Печальный надел
нарукавники, достал отвертку, принялся разбирать механизм, вытаскивать
какие-то заржавевшие пружинки, колесики, рычажки, а деревянная Мадонна
смотрела на него черными глазами, грустное выражение которых нисколько
не изменилось с той поры, когда возле нее стоял зачарованный
мальчишка, годы спустя выросший в Мафиози.
- Красивая, - почти беззвучно шевельнулись губы мальчишки. - Кто они?
- Маленький, - авторитетно, не в тон, ответил другой мальчик, тот, из
которого вырос Печальный, - маленький - это русский Бог. А это - его папа
и мама.
- Не совсем так, - поправил отец. - Мама - верно, а это просто ее
муж. У русского Бога отца не было.
- Так не бывает, чтобы не было отца! - уверенно возразил тот, из которого
вырос Энергичный.
- Его отец тоже был Бог, - попытался пояснить отец.
- А вот все и неправда! - продолжал возражать будущий Энергичный. -
Его дедушка, - кивнул на будущего Мафиози, - говорит, что нет бога, кроме
Аллаха, а Мухаммед - его пророк. А Джабу назвали Джабой не потому,
что он жаба, а в честь Главного Ангела Джабраила. Скажи, Джаба! - обратился
за подтверждением к тому, из которого вырастет Мафиози, но тот,
завороженный Мадонною, не отвечал. - Эй, Джаба, слышишь?! - Не получив
поддержки товарища, будущий Энергичный сослался на следующий авторитет.
- А учительница говорила, что никакого Бога нет вообще. Что это враки и
сказки!
- Есть много сказок на свете, - мягко сказал отец. - Про очень многих
богов. Сколько народов - столько и богов. И в каждом доброта. А значит и
правда. И смысл!
Энергичный, привалив велосипед к парадному театральному входу, проследовал
к кассам, постучал, на вопрос "кто?" отозвался "я", а на вопрос
"кто - я" - "Оболенский" и после открывального щелчка щеколды вошел.
- Вот, - выложил на стол билетную книжку. - Не желают!
- Значит, распространитель хорош!
- А вы сами подите-попробуйте распространить их на вашу муру!
- Тоже мне, критик выискался, - обиделась кассирша за театр. - Белинский!
Ты, между прочим, по закону непроданные билеты накануне сдавать
должен, а не за два часа до спектакля!
- А! - легкомысленно махнул рукою Энергичный. - Какая разница, когда
их не купят.
Зазвонил телефон.
- Слушаю, Семен Михайлович, - бережно уложила в трубку кассирша. -
Четыре билета продано. Придется, наверное, снова солдат пригонять.
- Во! - подхватил Энергичный. - А говорите - накануне.
- Вычтут с тебя как-нибудь за все билеты, - огрызнулась кассирша и
пояснила в трубку. - Да Оболенский, Семен Михайлович, билеты назад принес,
все до единого. И еще и иронизирует. Хорошо, Семен Михайлович, хорошо,
будет сделано!
Энергичный тем временем был уже в директорском предбаннике.
- Мне бы, Людочка, объявление напечатать, - промурлыкал, склонясь к
секретарше.
- Мне-то что! - пожала плечами высокомерная Людочка. - Машинка не
моя.
- А копирочки можно пару листиков?
Секретарша резко открыла ящик стола. Энергичный склонился над машинкою.
- Сдается комната в центре, - диктовал сам себе, выискивая клавиши с
нужными буквами и, выискав, ударяя негнущимся указательным. - Условия
недорогие. Обращаться по адресу!
Из кабинета появился директор, явно ищущий, чем бы себя занять.
- А! - обрадовался, увидев Энергичного. - Я как раз намеревался вызвать
вас, чтобы сообщить, что вы уволены.
- Очень надо! - огрызнулся Энергичный, не отрываясь от кропотливого
своего занятия. - Да я в месяц буду получать больше, чем вы за год! Тоже
мне: театр!
- Вон! вон отсюда!! - взорвался директор.
- Допечатаю и уйду, - невозмутимо отреагировал Энергичный.
- Семен Михайлович, вам плохо? - подскочила к директору секретарша.
- Сперва спектакли научитесь ставить, - продолжал бурчать репрессированный,
извлекая из каретки готовые листки, - а увольнять - большого ума
не надо.
- Может, вы мне их и поставите?! - едко выкрикнул директор ему вслед
из заботливых объятий Людочки.
Энергичный даже не обернулся.
Прямо тут, у театра, достал из кармана пузырек с клеем и прилепил
первое объявление посередине афиши:
ДРАМАТИЧЕСКИЙ ТЕАТР
Премьера!!!
ЭПОХА ЗАСТОЯ
Комедия в двух действиях
Потом оседлал велосипед и помчался в подрагивающую маревом жары даль.
Жара мало-помалу раскаляла город, а в конторе, где служил Печальный,
последний кондиционер сгорел еще в позапрошлом году. Дипломированный
программист сидел в нарукавниках за столом в окружении доброго десятка
женщин (что, впрочем, ничуть не придавало ему сходства ни с султаном, ни
даже с евнухом) и рассеянно тыкал пальцем в кнопки дешевенького школьного
калькулятора.
- Юсуф, тебя, - протянула трубку самая монументальная из сослуживиц.
- Спасибо, - подошел к аппарату Печальный. - А, Джаба, привет. Ничего,
спасибо. Ну, ты, положим, тоже был хорош! - Печальный слушал голос
на том конце провода и мрачнел. - Что-то я не понял, - прервал, наконец,
монолог собеседника. - Ты что, запугать меня, что ли, решил? Так я, знаешь,
в этой жизни не боюсь уже больше ничего. Ни-че-го! - и бросил трубку
на рычаги.
Но не успел дойти до рабочего места, как снова кому-то потребовался.
- Ты, Юсуф, важный сделался - прямо министр, - прокомментировала монументальная.
- Спасибо, - не отреагировал Печальный на дамину шутку. - Слушаю.
Мрачную меланхолию с Печального сдули первые же услышанные им слова.
- Что?! - взвился он, как лопнувшая пружинка летающей тарелочки. -
Что-о?!! Какое еще объявление? Да как ты посмел?! Да кто тебе позволил?!
Швырнув ни в чем не повинную трубку на ни в чем не повинный аппарат,
на ходу сдирая нарукавники, Печальный залавировал между столов в направлении
выхода:
- Девочки, миленькие! вы скажите ему! шефу! скажите, значит, что мне
срочно. Я потом отработаю!
- А чего, тетка, - беседовал тем временем Энергичный у подъезда Печального
с давешней Соседкою. - Очень даже просто выдам тебя замуж.
- Да не возьмут меня такую, я уже старая! - кокетничала Соседка.
- Еще как возьмут! Ты меня плохо знаешь!..
Печальный несся, запыхавшийся, на Энергичного, кулаки наизготовку.
Энергичный подхватил с земли тяжелую брезентовую сумку, сделал резкий
вираж и побежал от товарища.
- Ты чего?! - кричал на бегу. - Чего тебе надо?!
- Сейчас узнаешь чего! - приговаривал, догоняя, Печальный.
- Живешь один! - пытался, не останавливаясь, объясниться Энергичный.
- В трех комнатах! А люди, можно сказать, на вокзалах ночуют!
- Сейчас я тебе покажу, как чужие квартиры сдавать! - не останавливался
и Печальный. - В больнице ночевать будешь!..
- Кажется, оба будем!
Гонка и впрямь вымотала немолодых приятелей, они двигались друг за
другом тяжело дыша и едва переставляя ноги.
- Папа, мама, доброта! - дразнил, уковыливая, Энергичный. - Ослик! А
как до дела дошло, куда твоя доброта подевалась?! Ну? Куда?!
- Ладно! кочумай! - прохрипел вконец обессиленный Печальный и свалился
в детскую песочницу. - А то совсем задохнешься!
- Ты на себя посмотри! - присел рядом на деревянный бордюрчик Энергичный.
- Конечно, можешь и не сдавать, - добавил, несколько уняв грохот
сердца и переждав колотье в боку. - Если у тебя совести хватит.
- Ладно, - примирился, кажется, Печальный с предприимчивостью друга.
- Спасибо, хоть женить раздумал.
И оба расхохотались.
- А это еще зачем? - Печальный удивленно смотрел, как Энергичный опорожняет
у входа в квартиру брезентовую сумку: на пол брякнулись электродрель,
какие-то стамески, отвертки!
- Как, то есть, зачем? - энергично изумился Энергичный. - Глазок врезать
будем!
- Какой глазок?..
- Какой-какой! - передразнил Энергичный. - Обыкновенный! Знаешь,
сколько их на объявление налетит? Что ж, значит: первому попавшемуся и
сдавать комнату?
- Почему первому? Познакомимся с человеком, поговорим, чаю выпьем!
Соседка снова была тут как тут, внимательно слушала беседу.
- Знаю я тебя, - отрезал Энергичный. - Ты кого на порог пустишь, язык
уже не повернется отказать. А так - посмотрел в глазок, не понравился
человек - и не открываешь. Дома как будто нету.
- Что ты меня все врать втягиваешь?! - раздражился Печальный.
- Сразу уж врать! - не согласился Энергичный с формулировкой. - Тактика!
Учитываю твой характер.
Соседка, долго готовившаяся, решилась-таки потрясти Энергичного за
плечо:
- А когда мужа найдешь-то?
- Мужа? - не вдруг врубился тот. - Ах, мужа!
- Ну! - подтвердила Соседка. - Мужа.
- Это, тетка, - призадумался Энергичный, - это тебе придется маленько
подождать. Вот купим компьютер!
- Чего?
- Компьютер, - гордо повторил Энергичный. - Видела, в магазине касса
чеки выбивает?
- Ага, - кивнула собеседница.
- Во, приблизительно в этом роде.
- А когда купите? - не отставала Соседка.
- На будущей неделе наведайся, - посулил Энергичный. - А пока иди,
тетка, иди.
- Да я иду, - отступила Соседка на шаг и замерла снова.
- Ладно, - обернулся Энергичный к Печальному. - Отпирай. Дрель подключить
надо.
Печальный открыл дверь, и, когда Энергичный, разматывая провод,
скрылся за нею, обернулся к Соседке:
- Вы, пожалуйста, не верьте ему. Он все шутит.
- Я понимаю, - кивнула мать-одиночка. - Что ж я, совсем тупая по-вашему?..
Двери видеосалона украшало объявление:
На всех сеансах сегодня
демонстрируется
исключительно
"Love story"
- Смотрят? - осведомился Мафиози у человека за стойкой.
- Не очень, Джабраил Исмаилович, - ответил тот хоть вежливо, а и с
оттенком осуждения. - Может, все же "Тарзана" пустить?
- К-козлы! - плюнул Мафиози и, заглянув в полупустой зальчик, где с
экрана лилась известная душераздирающая мелодия, прошел в кабинет.
Там, сладострастно подставив себя прохладным потокам воздуха из кондиционера,
поджидал Шестерка. Мафиози выключил "Тарзана", которым пока
развлекался подручный, протянул пачку денег:
- Пересчитай!
- Неужели ж, шеф, я вам не верю?! - выпятил нижнюю губу Шестерка.
- Считай, говорю! - прикрикнул вполголоса Мафиози.
Шестерка перебрал между пальцами червонцы:
- Точно, две.
- Отдашь, - распорядился Мафиози, - и скажешь, чтобы ждала дальше.
Адрес не забыл?
- Как можно, шеф? - полуобиделся Шестерка.
- Тогда счастливо!
Шестерка скрылся. Смикшированный покрытыми звукоизоляцией стенами,
едва услышался звук резко взявшего с места автомобиля. Мафиози посидел
неподвижно, затем вставил кассету в зев видеомагнитофона, нажал клавишу.
Пошли начальные титры "Love story". Жужжание кондиционера раздражало, и
Мафиози выключил его.
Тут в дверь просунулась облитая потом лысая немолодая голова:
- Джабраил-джан, стекло сперли. А мне на свадьбу, к сестре. Ночью,
понимаете. Через перевал!
- Что я тебе, на автосервисе, что ли, работаю? - буркнул Мафиози,
раздраженный, что его оторвали. - И сколько раз вообще говорить, чтоб не
приставали, когда работаю?! Дай мне побыть наедине с кино!
- Ну Джабраил-джан, - голова просунулась глубже, втянув за собою
толстое тело в чапоне цвета темной морской волны, подвязанном алым шелковым
бильбаком, - ну пожалуйста! На свадьбу! К сестре! В Бухару!
- В Бухару, говоришь? - забарабанил пальцами Мафиози. - Тоже, значит,
в Бухару?
Толстяк, конечно, не понял, почему тоже, но согласиться поспешил:
- Тоже, Джабраил-джан, тоже!
- Ладно, - смилостивился Мафиози, - подумаем.
Толстяк выскочил из кабинета и тут же вернулся с телефонным аппаратом
в руке - шнур змеился куда-то за дверь:
- Прямо сейчас подумайте, а?!
- Ну-ка, ну-ка, левее! Левее стань! Ч-черт подери, ни ч-черта не вижу!
- уставясь в свежеврезанный глазок, дирижировал Энергичный Печальным.
Открыл дверь. - Заходи. Ничего, понимаешь, не поделаешь - придется
свет проводить. Я там у тебя в кладовке зеркальную лампу видел!
- Это от отца, - печально пояснил Печальный. - Он ведь и фотографией
тоже занимался. И как ему только хватало на все и сил, и времени!..
- Лампу, говорю, тащи! - прервал Энергичный сентиментальное философствование.
- Зарегистрируем кооператив - и у тебя на все времени хватит.
- И что, - задумался Печальный, - она все время гореть будет? Она ж
перекальная: надолго не хватит.
Энергичный задумался в свою очередь - секунды аж на три:
- Почему все время? Все время - невыгодно. Экономически. А приходит
кто - мы ее отсюда включаем и смотрим. Кстати, я тебе уже говорил, что
поживу у тебя недельку. С супругой, понимаешь, конфликт вышел. На почве
мяса.
- Как же это делать вид, будто нас дома нету, - продолжал размышлять
Печальный, - если лампа включается?
- Чего ты опять мудришь! - оборвал Энергичный. - Ты лампу тащи, а там
разберемся! Помнишь, как Ленин учил?
Молодая здоровая интернациональная семья из трех человек шла тем временем
в полном составе по своим делам, и Аллаху было угодно, чтобы путь
ее пролег мимо одного из объявлений Энергичного, а глава семьи обратил
внимание на шелестящую под чуть заметным ветерком бахрому растиражированного
адреса.
- Эй, ты чего там? - тут же прикрикнула половина: видать, в семье не
принято было, чтобы ее глава проявлял какую бы то ни было инициативу.
- Пошли, папа! - топнул ножкой ребенок.
- Смотри-ка! - сказал папа. - Комнату недорого сдают.
- Зачем это тебе, интересно, комната? - зловеще осведомилась жена.
- А сколько можно у твоей матери жить?! - с робкой, явно непривычной
агрессивностью отозвался глава.
- Значит, мама моя тебе плохая? - подбоченилась подруга жизни.
- Почему плохая? - балансировал глава между углублением конфликта и
его сглаживанием. - Но можно хоть капельку пожить самим?
- Ладно, - сочла половина диспут оконченным. - Не болтай глупостей.
Пошли, - и, взяв сына за руку, двинулась в прежнем направлении.
Но главу, кажется, уже заело, и он, как в воду холодную бросаясь, выпалил:
- Вт как?! Сама тогда и иди! Соскучишься - адрес на объявлении
...Закладка в соц.сетях
