Жанр: Драма

сторінка №1

Общага на крови



Алексей Иванов
Общага-на-Крови

OCR Ustas Smartlib; Readcheck by Marina_Ch http://www.aldebaran.ru
"Иванов А. Общага-на-Крови: Роман.": Издательство "Азбука-классика"; С-Петербург; 2006
ISBN 5-352-01803-2

Аннотация

Роман "Общага-на-Крови" Алексея Иванова, создателя таких бестселлеров, как "Золото
бунта", "Сердце Пармы", "Географ глобус пропил", публикуется впервые. История одной
студенческой общаги, на много лет ставшей домом для персонажей этого миниатюрного
эпоса, - подлинная жемчужина современной молодежной прозы. Главный герой романа -
студент по прозвищу Отличник, его друзья и враги населяют микрокосм студенческой общаги.
Здесь, как в сердце мироздания, происходит все то, из чего состоит человеческая жизнь:
обитатели общаги пьют вино и пишут стихи, дерутся и играют на гитаре, враждуют с
комендантшей Ольгой Ботовой и ее полууголовным мужем Ренатом, ненавидят и любят друг
друга со всем максимализмом юности, так отчаянно, словно остальной Вселенной для них не
существует...
Страсть и предательство, слезы и кровь - все это крепко-накрепко связало героев А.
Иванова, и даже смерть не способна разорвать этот заколдованный круг... Блистательное
чувство юмора, тонкий психологизм, отточенный стиль - все это в очередной раз
убедительно подтверждает характеристику, данную в журнале "Афиша" критиком Львом
Данилкиным: "Иванов - золотовалютные резервы русской литературы".

Алексей Иванов
Общага-на-Крови

ПРОЛОГ


Они квасили всю ночь, день спали, а вечером сели опохмеляться. Естественно, пивом. Их
было человек десять - парни и девушки, все из общаги. Пиво принесли в автомобильной
канистре и наливали в чайник, а уж из чайника, по потребности, разливали в стаканы.
Пиво легко проваливалось из горла в желудок и дальше, в мочевой пузырь. Время от
времени кто-нибудь вставал и под развеселые комментарии остающихся отправлялся в туалет.
В своем блоке туалет почему-то постоянно был занят, и приходилось бегать через коридор в
блок напротив.
- Нет повести печальнее на свете, чем повесть о закрытом туалете, - сказал самый
остроумный после того, как в первый раз не попал в искомое место.
Когда он не смог пробиться туда же во второй раз, он уже не упражнялся в остроумии, а с
досадой выключил свет.
Когда он вышел в третий раз, то обнаружил, что свет по-прежнему не горит, а туалет
по-прежнему заперт изнутри.
- Эй, ты спишь, что ли? - постучав, осторожно спросил он.
Ему не ответили. Он еще постучал. Все равно не ответили.
- Я дверь вышибу, - предупредил он. В туалете хранили молчание.
Тогда он саданул в хлипкую дверь плечом и с первого же раза вывернул хлипкий
шпингалет. Дверь отскочила сантиметров на двадцать и уткнулась во что-то мягкое. В темноте
ничего не было видно. Взломщик, не отводя взгляда от темной полости, протянул руку,
нашарил выключатель и щелкнул.
Он увидел изгиб унитаза, блестящую алую лужу в его чаше и багровые разводья на полу.
На фаянсе безвольно лежала тонкая, очень бледная рука. На ее сгибе еще шевелилась живая
кровь.
Взломщик осторожно прикрыл дверь, зачем-то погасил свет и прошел в свою комнату.
- Так, - хрипло сказал он развеселой компании. - Все сматываемся. Мужики, прячьте
бутылки. Вовка, звони в "скорую". В сортире - самоубийца.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Так в их дверь не стучал никто, кроме Лели. Она словно заранее извинялась, и тихий стук
растворялся в воздухе. Но Отличник услышал его и окончательно проснулся.
Он лежал и глядел на комнату, полную прохладного запаха улицы. Ночью Ванька, как
всегда, расхлебянил окно, и темный ветер вымыл стены, вещи, тряпки, стер с их поверхности
обычный их вкус - хорошо настоянного сигаретного дыма, старого пепла, пыльной материи,
бумаги, кофе и чая. Теперь они были свежи и накрахмалены ночной зябкостью. В воздухе, где
таял стук Лели, не было никакого движения. Комната уже слилась с миром за стенами общаги и
была словно брусок уличной чистоты, задвинутый в затхлый массив здания, как ящик.
Солнечный свет, словно порезавшись, яростно пылал в гранях стаканов на столе, на грязном
лезвии ножа, на ручках ложек.
Леля снова робко постучалась. От этого звука воздух вздрогнул, в окне мелькнула птица, а
посреди комнаты из пустоты возникли светящиеся пылинки. За дверью послышался шорох,
вздох, шаги, и Отличник уже подумал, что Леля отказалась от своего намерения, как раздался
уверенный голос Нелли:
- Не открывают?
- Спят, - тихо, таинственно ответила Леля.

- Интересно, чем они ночью занимались? - И Нелли без стука решительно распахнула
дверь.
Тотчас, будто нажали кнопку, включился уличный шум - невнятные голоса, щебет
воробьев, шарканье шагов, подвывание и шелест далекого троллейбуса. Обе шторы на окне, от
солнечного света ветхие, кинулись вперед как по сигналу, развернулись и выпукло надулись
парусами. Ком холодного воздуха прокатился по комнате, забурлив в пепельнице тревожно
выскочившим пеплом. Створка окна, блеснув, как выстрел в висок, стремительно захлопнулась.
Шторы, словно расстрелянные, моментально обвисли. Пепел на столе из последних сил
прополз немного и застрял на полпути среди окурков, похожих на падшую мелкую скотину.
Нелли вошла в комнату и твердо остановилась посередине. Леля, сделав страшные глаза,
спряталась у нее за спиной. Отличник рассматривал их сквозь туман ресниц. Нелли была одета
для института, а Леля в халате, который ей был велик и вечно сваливался у нее то с одного
плеча, то с другого, как спящий кавалерист с лошади.
- Вы что, сдохли, что ли, уроды? - свирепо предположила Нелли. - Подъем!
С кровати Игоря донесся печальный стон.
- Доброе утро, красавицы, - сонно сказал Игорь.
- Опять всю ночь по бабам таскался? - напрямую спросила у него Нелли.
- Господь с тобой, радость моя, - сладко произнес Игорь, прикрывая глаза от солнца
ладонью. - Учебники, учебники...
- Знаем мы твои учебники, - грозно и туманно заявила Нелли. - Лучше бы не сочинял,
старый пес, а сигарет дал.
- А в буфете их приобрести невозможно?
- Ты такой жадный, Игорек!.. - с ужасом ахнула Леля.
- Вон лежат на стуле, - не меняя позы, указал Игорь.
Нелли взяла со стула открытую коробку, посмотрела и сказала:
- Подлец! Тут пусто!
- Как - пусто? - удивился Игорь. - На момент моего погружения в сон там
содержалось не менее пяти штук.
- Их, наверное, Ванечка выкурил, - предположила Леля.
- Я Ивана, видимо, вскоре ударю бутылкой по голове, - задумчиво произнес Игорь. -
Посмотри тогда, радость моя, в моей тумбочке, внизу.
- Больно мне охота в твоих грязных подштанниках рыться.
- В таком случае не смотри, - спокойно согласился Игорь.
Нелли присела и открыла дверцу его тумбочки. Фыркая и шипя, она побренчала
дезодорантами Игоря и сообщила:
- Подлец! Тут их тоже нет!
- Так, - глубокомысленно подвел итог Игорь. - Тогда, радость моя, посмотри в
кармане у Ивана. Больше сигаретам деться некуда.
Ванька спал одетым поверх одеяла лицом к стене. Нелли, скорчив гримасу отвращения,
подошла к нему и запустила руку в карман его джинсов.
- Не спутай карман с ширинкой, - предостерег Игорь.
- Всю жизнь не путала и вдруг спутаю... - проворчала Нелли.
- Только без рук, гады... - во сне пробормотал Ванька.
Когда Нелли, добыв сигареты, с презрением удалилась, Леля крадучись направилась к
Ваньке. Встав на цыпочки, она осторожно заглянула ему в лицо и ласково погладила по плечу.
- Ва-анечка, - тихо позвала она. - Ва-ня... Просыпайся.
- Хрен вам, - буркнул Ванька.
Леля печально вздохнула и посмотрела на Игоря.
- Игорек, а ты спишь? - шепотом спросила она.
- К сожалению, еще нет, - официально ответил Игорь.
- Пойдем к нам чай пить.
- Знаешь, радость моя, я бы лучше отдал предпочтение сну.
Леля опять вздохнула и отправилась к Отличнику. Она присела на край его койки,
положила руки ему на грудь и, наклонившись, потянулась к нему губами. Они мелко
поцеловались несколько раз. Отличнику было приятно чувствовать мягкие Лелины губы.
- Приходи, Отличничек, к нам чай пить, - прошептала Леля.
- А ты мне купишь коржик с зубчиками?
- А ты обещай, что придешь, тогда куплю.
- Обещаю.
- Дай честное-пречестное, самое верное слово.
- Лопни моя прорва, - смеясь, поклялся Отличник.

Отличник постучался и вошел в комнату номер двести двенадцать. Леля сидела у стола и,
обернув ладонь полотенцем, разливала по стаканам заварку из маленького пузатого чайника,
похожего на игрушечного слона. Нелли с ногами забралась на подоконник и курила - она
любила курить, сидя на подоконнике. В окне за ее плечом Отличник увидел угол стены общаги,
сложенный из желтого, как вечность, кирпича. Угол уходил по резкой вертикали вверх и вниз,
за урезы окна. На каждом кирпиче солнечный свет играл, как мелкая вода на голышах переката.
Вдалеке, за дорогой, за троллейбусной остановкой, за больничным парком, за мостом,
растворяясь в утренней майской лучезарности, плавали призрачные розовые многоэтажки
заречного района.
- Садись на Нелечкин стул, - пригласила Отличника Леля.
Золотой дым сигареты смешивался с майским золотом солнца, и Нелли выглядела как
светило во время затмения - темный силуэт, испускающий сияние.
- Какая ты красивая, Нелли, - усаживаясь, сказал Отличник.

- Кто тебе это сказал? - не сразу спросила Нелли.
- Никто. Я сам вижу.
- Ты не можешь этого понимать, потому что ты юн и, следовательно, глуп, -
безапелляционно заявила Нелли.
- Опять ты, Нелечка, обижаешь Отличника, - укорила ее Леля. - Я тебе, Отличничек,
купила коржиков, какие ты просил...
- Спасибо, Леля, - сказал Отличник, взял коржик и стал сгрызать с него зубчики.
- Я не обижаю его, - возразила Нелли, пуская дым. - Я приучаю его трезво глядеть на
мир и избавляться от инфантильных иллюзий.
- При чем тут инфантильные иллюзии? - улыбнулся Отличник.
- Ты в этом ничего не можешь понимать, потому что ты маленький мальчишка.
Сознайся, кто тебя подучил так сказать.
- Не слушай ее, Отличничек, - посоветовала Леля, расставляя стаканы двумя
пальцами. - Она бешеная.
- Сам я это понял и сказал просто так! - не унялся Отличник.
Нелли подумала и напрямик спросила:
- И чего тебе от меня надо?
- Ничего, - пожал плечами Отличник.
- Значит, ты в чем-то провинился, - убежденно изрекла Нелли.
Она спустила ноги, спрыгнула на пол и ловко швырнула окурок в форточку. Одернув
юбку, она деловито уселась Отличнику на колени и по-хозяйски обняла его за шею.
- Я тоже так хочу, - завистливо сказала Леля.
- Тебе нельзя, Лелька, потому что ты старая и толстая.
- Ты сама, Нелечка, старая и толстая, - обиженно сказала Леля и стала дуть в стакан. -
Даже старее и толще, чем я.
Нелли провела ладонью по лбу Отличника, взбив ему волосы, и задумчиво посмотрела
ему в глаза.
- Отличник, - велела она, - скажи честно: ты меня любишь?
- Конечно люблю, - серьезно ответил Отличник.
- А как я могу узнать, правда ли это?
- Поверить, - подумав, сказал Отличник.
- Нет... - недоверчиво сказала Нелли. - Таких уже не бывает.
- Он же есть, - улыбнувшись, возразила Леля.
- А кого ты больше любишь, меня или Лельку?
- Это глупый вопрос, Неля.
- Давай поженимся, а? - внезапно предложила Нелли.
- Мы и так всегда будем вместе, - уверенно возразил Отличник.
- Нет. Всего-то через год и я, и эта корова, и Симаков с Каминским получим дипломы и
разъедемся, а ты будешь учиться здесь еще три года.
- Но вы будете ездить в гости ко мне, а я - к вам.
- Чепуха. Мы все забудем друг друга. А так я буду тебя любить и дальше.
- А как же Игорь, Неломка? - ехидно спросила Леля.
- С ним я буду изменять Отличнику.
- Может, Нелечка, тогда лучше выйти замуж за Игоря и изменять ему с Отличником?
- Нет, - поразмыслив, не согласилась Нелли. - Отличник на такое не пойдет.
- Неля, ты бы сменила тему, - предложил Отличник.
Нелли закрыла ему рот ладонью.
- Отличник! - официально заявила она. - Заткнись и слушай. Я - женщина, которая
старше и умнее тебя во много раз. Я буду учить тебя жить, чтобы ты не погиб. А ты будешь
делать все, как я скажу.
- Нам, Нелечка, нельзя учить Отличника, - возразила Леля. - Мы развращенные, а он
чистый.
- Ну... Леля... - весь поджался и скривился Отличник.
Нелли захохотала, схватила Отличника за щеки и поцеловала.
- Скажи, Отличник, - весело предложила она, - ты что, и вправду веришь, что мы
хорошие?
- Дура ты, Караванова! - яростно стирая помаду, сказал красный Отличник. -
Убирайся давай с моих колен!..
- Ну чего в нас хорошего? - допытывалась Нелли.
- Отстань!
- Я знаю: ты понимаешь, что каждому из нас кажется, будто в нем есть что-то хорошее и
важное для всех. Но неужели ты веришь, что так на самом деле?
- Знаешь, как ты мне надоела? - с досадой сказал Отличник. - Шла бы поскорей на
свою консультацию, а то опять выгонят за опоздание.
- А может, и вправду есть?.. - робко предположила Леля.
- Просто он один в это верит, вот ты в него и влюбилась.
- Ну какая же ты противная, Нелечка!.. - сконфузилась Леля.
- Тс-с-с!.. Тихо! - вдруг шепотом закричал Отличник. - Тихо вы!.. Кажется, Ботва
пришла!
Все разом замолчали. В блоке кто-то стучал в чью-то дверь. Леля потихоньку приоткрыла
свою дверь и глянула в щелку.
- Ботова к вам... - оглянувшись, прошептала она Отличнику.

Ольга Васильевна Ботова была комендантом общежития. Кличка у нее была Ботва.
Маленькая, толстая, дряблая, с близко поставленными глазами, неизменно одетая в синий
тренировочный костюм, она и вправду чем-то напоминала ботву - завядшую, бесформенной
кучей выброшенную за ненужностью.

Уверенным шагом она вошла в блок и забарабанила в дверь двести четырнадцатой
комнаты, где жили Отличник, Игорь и Ванька.
В блоке было четыре комнаты, объединенные узким П-образным коридорчиком. Здесь
находились умывалка и туалет. Стены были покрашены глухо-сизой, пластилиновой краской.
Они словно бы покрылись гусиной кожей от того, что краска была с мусором и плохо
размешана. Дурно оструганные косяки словно зудели махрами задравшейся, нерасчесанной
древесины. Пол покрывала желто-оранжевая банная плитка.
Постучав, Ботова сразу открыла дверь и вошла.
- ... и еще спите! - донесся до двести двенадцатой ее громкий голос. - Ну-ка давайте
вставайте! Все уже на занятиях!
- Доброе утро, Ольга Васильевна, - едва слышно Отличнику ответил Игорь. - У нас
ведь сессия, свободный день...
- Знаю я ваш свободный день!.. Почему у вас в комнате электрочайник? Запрещается
ведь держать электроприборы в комнате!
- Электрочайником, Ольга Васильевна, крайне затруднительно сжечь кирпичное здание.
- Ну, не знаю, не знаю, Игорек... Симаков, ну-ка подъем!
Ответа Ваньки слышно не было. Если даже он и проснулся, то все равно притворялся
спящим.
- Симаков! Из пушки не разбудить засранца... Ну ничего, он мне еще поклонится в
ножки. Бегаешь тут за ним, как не знаю за кем, по-хорошему относишься... "Не буду, Ольга
Васильевна, больше не повторится!" Вам веришь, а вы мне подлите!
- А что он опять натворил, Ольга Васильевна?
- Ну, что-что... До пяти утра спать не давал, орал матерные песни на черной лестнице, в
двери чужие, паразит, ломился, бутылки из окна кидал. Еще неизвестно, кто на вашем этаже
балконную дверь разбил - тоже он, наверное. Где он пил-то вчера? С тобой? Или с этими
вашими девками из двести двенадцатой?
- Нет, Ольга Васильевна. И мы, и девушки вчера рано спать легли. Да и Иван вроде бы
часа в два пришел.
- Уж ты бы мне не врал, Игорек, дружка своего не покрывал бы. Мне ведь про него уже
все рассказали. Ты так ему и передай, что завтра у нас студсовет и будем ставить вопрос о
выселении Симакова из общежития. Чтобы в семь часов вся комната ваша в читалке была. Я,
Игорек, тебя лично попрошу, чтобы ты привел Симакова. А сегодня пускай он под окном
стекло от бутылок подметает.
- Помилосердствуйте, Ольга Васильевна! - взмолился Игорь. - Вы же доброй души
человек! Не выгоняйте его, я лично за ним следить буду! А сессия скоро закончится, и он уедет
на практику!
- Добрая-то я добрая, Игорек, но на все добра не хватит. Сколько его терпеть можно? Раз
ему сказали, два, три - ничего не понимает! Ну и пусть катится, такие нам не нужны! Вы за
него уже сколько раз заступались? И до сих пор не поняли, какое это говно? Хватит, выгоним, и
без права поселения на будущий год. Пусть тогда где хочет, там и живет - на вокзале, на
помойке, меня это не касается. И все, больше не уговаривай меня.
Ботова подумала.
- Да, вот еще, - вспомнила она. - Ты, Игорек, сейчас, как встанешь, ничем не занят?
- Учиться буду.
- Ну... Тогда ты приди ко мне, поможешь мне замок на чердак навесить, а то плотника
сегодня нет и Ринат на работе. Там только петлю починить надо. Придешь?
- Конечно, обязательно приду. Только зря вы, Ольга Ва...
- Все-все, ничего не слышу! - перебила она. - Я уже ухожу!
Подслушивавшая Леля проворно закрыла дверь. По блоку прошлепали тапки Ботвы.
- Сука, - сказала Нелли.
- Ну как так можно?.. - страдальчески спросила Леля.
Нелли встала, взяла массажную щетку и, глядя в зеркало на стене, начала причесываться.
Потом бросила щетку на кровать и выдвинула ногой из-под шкафа босоножки.
- Ладно, - холодно сказала она. - Пойду я на консультацию, а то и вправду опоздаю.

- Разозлилась, - печально пояснила Леля, когда Нелли вышла. - Она думает, что Ботва
любит Игоря, и ей неприятно, что Игорь будет с ней общаться.
- Мне кажется, что комендантша и действительно того... - Отличник неуверенно
замолчал, ожидающе глядя на Лелю.
- Всем так кажется. - Леля отломила кусочек коржика. - Игорь говорит, что она еще с
первого курса его домогается. Вообще говорят, что она тут чуть ли не с половиной парней
перетрахалась.
- А Ванька что? - перевел разговор Отличник. - Выгонят его?
- Да вряд ли, конечно. - Леля достала ложку из стакана и начала обводить ею квадраты
на клеенке, покрывающей стол. - Игорь за него заступится, да и Ваня ведь дружит с Ринатом,
мужем Ботовой, и с Гапоновым... Если кого-то выселяют, то в конечном счете решает
студсовет, а не комендантша, а Гапонов - председатель студсовета. Да и кого выселяют на
сессии? Все равно все скоро разъедутся на практику.
- Почему же ты такая грустная стала, Леля?
- Просто не люблю всего этого... Ване придется с этими ублюдками связываться - с
Гапоновым, с Ринатом, Игорю - с Ботвой, Нелечка будет злиться... Да и вообще... Страшно,
когда тебя могут вот так раз - и выбросить на улицу, а жить негде и не на что...
Отличнику стало душно. Он поднялся из-за стола и повернулся к окну. Солнце ослепило
его. "Оттолкнуться коленями - и туда... - подумал он. - Чтобы не успеть поверить во все
это, чтобы еще счастливым..."
Сзади подошла Леля и погладила его по затылку.

- Отличничек, - прошептала она. - Ну что ты? Все будет хорошо. Ведь нас не
разлучит какая-то Ботва...
Она усадила Отличника на койку, сама села рядом и надолго замолчала.
- О чем ты думаешь? - наконец спросил Отличник.
- Я хочу понять, почему Ванька пьянствует, - медленно сказала Леля. - Мне кажется,
это ему и удовольствия-то большого не доставляет... Меня пугает, что он, когда пьяный, всех
будить бросается, кричит, в двери ломится, даже к чужим.
- Он нас с Игорем всегда поднимает, когда пьяный приходит, - подтвердил
Отличник. - Просит, чтобы мы дежурили, потому что боится во сне проблеваться и
задохнуться.
- Сколько я с ним ни пила, его никогда не тошнило, - заметила Леля. - И мне страшно,
Отличничек, когда он пьяный... Он сам не знает, куда злость свою девать, и бегает, всех будит,
буянит или еще дальше напивается. И страшно, и жалко его, ты не представляешь, как
жалко. - Леля глядела в глаза Отличнику. - Ведь он совсем не злой, просто ни капельки. Он
мягкий, добрый, веселый, умный. Умные ведь не бывают злыми - только жестокими.
- Почему же тогда он злой?
- Мне кажется, что это не злость, а отчаяние. Он от отчаяния кажется злым. И гудит от
отчаяния.
- А откуда у него это отчаяние? Леля пожала плечами.
- Мне кажется, что ему просто страшно быть наедине с собой. Мучает его что-то... -
Она отвела взгляд от Отличника. - Он вечно выделывается и выдает себя за другого. Раньше
он в приличной компании пил - с нами, с Игорем, со Стрельченками, с Мишей Беловым, с
Бумагиным, и все было нормально. А с третьего курса начал бухать с какими-то идиотами типа
Гапонова, Рината или Геперозова - вот тогда и пошел буянить. А почему? Что случилось?
- И ты считаешь, что это оттого, что он себя боится?
- Что-то и страшное, и жалкое у него на душе, и он боится думать об этом, изгоняет все
мысли. Но что с ним может быть? Это, понимаешь, не чего-то там плохое, ужасное, вроде как
он зарезал кого, а, наоборот, что-то хорошее, чистое, что у него отняли...
- Я знаю, что ты думаешь, - сказал Отличник. - Ты думаешь, что все Ванькины
вывихи из-за того, что он в кого-то неудачно влюбился и любит до сих пор.
- А разве не похоже? - тихо спросила Леля. - Ведь я ему нужна, только чтобы
потрахаться со мной...
- Нельзя так говорить, Лелечка. И думать так нельзя, - твердо возразил Отличник. -
Он любит тебя, но почему-то боится своей любви. Он не тебя мучает, а себя.
- И все же я не могу так жить... - совсем тихо сказала Леля.
Леля ссутулилась и поникла, сплела пальцы и стиснула руки между коленей. Отличник за
подбородок осторожно приподнял ее голову, чуть нагнулся и заглянул ей в лицо. Леля сидела
не открывая глаз, но ресницы тяжело набухли слезами.
- Ну что ты, Лелечка, - нежно сказал Отличник, утешая ее, как только что его утешала
она. - Конечно, Ванька - свинья... Но ты терзаешь себя, когда пытаешься его осуждать.
Брось. Прими его таким, какой он есть. Ведь твой главный дар - это сострадание... Ты это
умеешь... Не изменяй себе, и все придет. Если хочешь, я помогу тебе, как получится,
конечно...
Леля молча и вслепую подставила ему губы. Отличник поцеловал ее, и она стала вытирать
лицо ладонями.
- Может, так и надо... Во мне, Отличник, иногда вдруг столько гадких мыслей
появляется, что я сама себе удивляюсь... А ты говоришь, что я добрая.
- Это плохо, когда гадкие мысли, - согласился Отличник. - Но это не самое страшное.
- А что самое страшное?
- Когда не любишь, - убежденно сказал Отличник.
И тут дверь вдруг распахнулась и с порога раздалось:
- Та-ак, мои кости моют, сплетничают, на постели валяются!.. Лелька, я тебя сколько раз
предостерегала от случайных связей? Тем более с детьми.
Нелли закрыла дверь, скинула туфли и положила на стол сумку. Леля встала и подошла к
Нелли, которая в это время убирала в шкаф косынку. Леля обняла ее сзади за талию и потерлась
щекой о плечо.
- Ты все-таки не пошла на консультацию, Нелечка?
- Уйди, старая шлюха, - сварливо сказала Нелли.
- Ты меня еще любишь, Нелечка? - жалобно спросила Леля.
- Лелька, ты сама подумай, - отстраняясь и разворачиваясь лицом, нравоучительно
сказала Нелли. - Я люблю Отличника. Ты у меня его отбиваешь. Целуешься, валяешься с ним
в койке, ревешь - вижу по глазам. И как я могу любить тебя после этого? - Она сделала паузу
и сказала Отличнику: - Я сейчас буду переодеваться, но ты можешь не отворачиваться. С
детьми даже в женскую баню пускают.
Нелли начала расстегивать пуговицы блузки.
- Но ведь Отличник не твой лично, Нелечка, - заметила Леля. - Я ведь могу немножко
его полюбить, пока тебя нет.
- Как не мой? - удивилась Нелли. - А чей же? Кто его воспитал, родил, грудью
вскормил, в конце концов?
- Отличник общий, - упрямо возразила Леля.

Когда Отличник вернулся в свою комнату, Игорь и Ванька уже проснулись. Игорь
заправил кровать, сидел на ней и курил, стряхивая пепел в пепельницу, стоящую перед ним на
стуле. Ванька тоже сидел на своей изрытой постели и бренчал на гитаре. У них обоих был такой
вид, словно только что они сказали друг другу что-то очень неприятное. Следуя их примеру,
Отличник тоже опустился на свою койку.

Ванька был босой, в мятых джинсах с расстегнутой ширинкой и в клетчатой рубашке,
раскрытой по всей длине. Он внимательно глядел на гриф, по которому робко переступали его
желтые прокуренные пальцы, и медленно, запинаясь, набирал на струнах мелодию романса
"Белая акация". Ванька был одного роста с Отличником, но старше всех: старше Игоря на два
года, Нелли и Лели на три, а Отличника - на целых шесть лет. Самым ярким впечатлением от
его внешности была всклокоченная темно-рыжая борода, из которой торчал длинный нос. В
противовес одетому Ваньке Игорь сидел на кровати в трусах и белых носках. Нo, в отличие от
Ваньки, который носил простонародные, раздольные сатиновые "семейники", Игорь признавал
лишь узкие плавки. Они очень шли к его поджарой, вытянутой фигуре с широкими плечами и
узкими бедрами, к смуглой коже, щедро поросшей черным волосом.
Увидев Отличника, Игорь посмотрел на Ваньку и сказал:
- Иван. Вот пришел Отличник. Есть предложение начать серьезный разговор.
Ванька страшно не любил таких серьезных разговоров, в основном потому, что обычно
его начинали воспитывать. Он уронил руку на струны, высыпав на пол оставшиеся ноты
романса, и, глядя на гриф, запел дурным голосом, варварски себе аккомпанируя:

- Поговорить серьезно надо,
Ведь мы живем одной семьею,
И я вас всех давно затрахал
Своим дурацким поведеньем...

Некоторое время Игорь молча смотрел на Ваньку. Игорь был склонен к подобным
эффектным театральным паузам. Ванька нервничал и злился.
- Ну, Иван, - начал Игорь, - будь так добр, расскажи, как ты провел миновавшую
ночь.
Ванька механически колупнул ногтем струну.
- Хрена ли докапываешься? - грубо спросил он. Ванькина грубость была первым шагом
назад.
Игорь, соответственно, сделал шаг вперед.
- Ну, поведай нам, с кем ты принимал алкоголь, в каких количествах? Поясни, зачем ты
производил на черной лестнице нечеловеческий ор, из окна - бросание бутылки, в коридоре -
выбивание дверей? Поясни нам, во имя чего все это?
- Во имя моей собственной охоты к этому, - пробурчал Ванька.
- Ну хорошо, Иван, - сдерживаясь, сказал Игорь. - Судя по всему, для тебя большую
ценность, нежели Леля, Нелли, Отличник, в конце концов, я, представ

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.