Жанр: Словарь
Философия: энциклопедический словарь
...кольку Ш. занимается анализом сознания в смысле анализа
непосредственно данного (а не теорией научного познания), действительность для
него существует лишь так, как она дана сознанию. Бытие есть сознание, объект
есть восприятие. Предстающая в сознании собственная личность - как сознание Я и
как сознание собственного тела - дана с особенной настойчивостью и постоянством.
Др. личности (сознания) могут быть лишь "обнаружены". При этом Ш. стремится
сочетать философию имманентности с наивным реализмом.
Erkenntnistheoretische Logik. Bonn, 1878; Grundzilge der Ethik und
Rechtsphilosophie. Breslay, 1882; GrundriB der Erkenntnistheorie und Logik.
Berlin, 1894; Die immanente Philosophic // Zeitschrift furimmanente Philosophic
1897. Bd HI.
ЩЕРБАТСКОЙ Федор Ипполитович (1866, Польша - 1942, Казахстан) - рус. буддолог,
историк инд. философии. В 1889 окончил историко-филологический факультет СанктПетербургского
ун-та; в 1904 там же защитил магистерскую диссертацию по трактату
Дхармакирти "Ньяя-бинду" ("Учебник логики"); с 1910 - чл.-корр.; с 1918 -
действительный член Российской академии наук; в 1928-1930 возглавлял Ин-т
буддийской культуры в Ленинграде; с 1930 заведовал Индо-тибетским кабинетом Инта
востоковедения. Основываясь на широком круге санскритских и тибетских
источников, Щ. фактически стал инициатором современного исследования буддийской
логики и теории познания, а также системного изучения всего наследия буддийского
идеализма виджнянавадинов, школы Дигнаги, в контексте ее диалога с
реалистическими системами инд. философии (ньяя-вайшешика и миманса). Основываясь
на "внутрииндийской компаративистике", Щ. ввел инд. философов в системный диалог
и с зап. мыслью. Задача перевода буддийских текстов - в их максимальной
европеизации, введении в понятийную сетку современной филос. мысли. Уже в
"Теории познания и логики по учению позднейших буддистов" (1906-1909) он
установил критерием результативности инд. даршан соответствие кантовско-му
критицизму. В своем итоговом труде "Буддийская логика" (1930-1932) Щ. выявил
основание системы Дигнаги в акцентировании генетических различий между "чистым
восприятием" и дискурсивным мышлением (важнейшая параллель с И. Кантом): два
источника знания соответствуют двум "реальностям". Щ. специально исследовал
типологические различия инд. и аристотелевской логики, впервые поставил вопрос о
проблеме универсалий и отрицательных суждений в инд. философии. Параллели
буддийским моделям он усматривал (помимо Канта) в монадологии Г.В.Лейбница,
диалектике Г.В.Ф. Гегеля, "философии потока" А. Бергсона, критике основных
филос. понятий у Ф.Г. Брэдли, в "десубстанционализме" Э. Маха и Б. Рассела.
Теория познания и логика по учению позднейших буддистов.Ч. 1-2: СПб., 1906-1909;
The Central Conception of Buddhism and the Meaning of the term "Dharma". London,
1923; The Conception of Buddhist Nirvana. Leningrad, 1927; Budhist Logic.
Leningrad, 1930-1932. Vol. 1-2; Papers of Th. Stcherbatsky. Transl. by H.C.
Gupta. Calcutta, 1969; Further Papers of Th. Stcherbatsky. Transl. by H.C.
Gupta. Calcutta, 1971.
Шохин В.К. Ф.И. Щербатской и его компаративистская философия. М., 1998.
В. Шохин
ЭВДЕМОНИЗМ (от греч. eudaimonia - счастье) - философско-этическая традиция и
жизненная установка, согласно которым единственным или высшим (более
предпочтительным, чем все остальные) человеческим благом является счастье;
особый, в основе своей телеологический, способ обоснования морали и тип
этической теории. Счастье "мы всегда избираем ради него самого и никогда ради
чего-то другого" (Аристотель). Ориентация на счастье означает признание того,
что конечной целевой причиной, а соответственно, и общей ценностной основой
(смыслом, нравственным пределом) деятельности является сам действующий субъект.
Счастье представляет собой общее обозначение субъективных оснований
деятельности, которые в содержательном плане столь же различны, сколь различны
сами субъекты. Этика учитывает эти различия, чаше всего стремится их преодолеть,
т.к. ее прежде всего интересует вопрос о том, может ли счастье быть объективным
принципом, способным придать нравственную соразмерность жизни как отдельных
индивидов в многообразии их желаний, интересов, потребностей, так и человеческих
сообществ. Э. дает на это положительный ответ и возвышает счастье до
нравственного принципа поведения; он исходит из того, что внутренняя
разорванность личности, как и коллизии между людьми, будут преодолены только в
том случае, если человек будет верен своей изначальной нацеленности на счастье -
правильно его понимать и сознательно к нему стремиться. Центральным для Э. при
этом является вопрос о соотношении счастья как индивидуального благополучия и
добродетели как нравственного образа мыслей и действий. Различные его решения в
философии и реальном опыте жизни пол. исследователь В. Татаркевич резюмировал в
следующих формулах: Д. (добродетель) и С. (счастье) идентичны; Д. есть причина
С; С. есть награда за Д.; Д. исключает или затрудняет С; Д. и С. независимы друг
от друга; Д. есть один из факторов С; С. является причиной или необходимым
условием Д.; С. является целью Д.; Д. имеет право на С. Особенность Э. как
способа обоснования морали состоит не только в том, что он ставит мораль в
прямую зависимость от счастья. По-особому понимается и сама мораль, ценность
которой видится прежде всего в приятных ощущениях, чувствах удовольствия,
душевного комфорта, сопутствующих добродетельному образу мыслей и действий.
Следует различать по крайней мере три разновидности Э., которые условно можно
назвать гедонистическим, моралистическим и синтетическим. Гедонистический
вариант Э. был всесторонне разработан Эпикуром, получил широкое распространение
в эпоху Просвещения (П. Гассенди, Ж.О. де Ламетри, Вольтер, П. Гольбах). В нем
счастье понимается как удовольствие, его отличие от гедонизма в собственном
смысле слова состоит в том, что удовольствие интерпретируется как особое
(устойчивое, длительное, интенсивное) состояние, а его достижение прямо ставится
в зависимость от добродетельной жизни: Эпикур называл удовольствие альфой и
омегой счастливой жизни, добавляя, что "нельзя жить приятно, не живя разумно,
правильно и справедливо". Аргумент, согласно которому счастливый самодостаточен
и ему нечего делить с другими, является основным в этике гедонистического
варианта Э. Даже тогда, когда Э. понимается как желание счастья другим, речь
идет не столько о моральной обязанности, сколько о том, что счастье окружающих
является условием собственного счастья. Моралистический вариант Э. восходит к
стоицизму и стоической традиции в этике. Исходя из понимания счастья как
самодостаточности, когда человек ни в чем не нуждается и ни от чего не зависит,
стоики приходили к выводу, что этим критериям удовлетворяет только добродетель.
Соответственно счастье - не следствие добродетели, оно совпадает с ней: Л.А.
Сенека считал, что добродетели достаточно для счастья; Б. Спиноза говорил, что
счастье - не награда за добродетель, а сама добродетель. Синтетический вариант
Э. связан с именем Аристотеля и перипатетической традицией в этике. В этом
случае счастье понимается как высшее благо, которое не отменяет и не снимает все
прочие блага, а напротив - суммирует, внутренне организует их; непосредственно
оно выступает как чувство удовлетворенности жизнью в целом, проистекающее из
совершенной деятельности. Оно решающим образом зависит от моральных качеств,
добродетельности человека, но предполагает также в качестве условия наличие
внешних благ.
Понятие Э. охватывает разнообразный круг этических теорий. Поэтому
представляется целесообразным разграничивать Э. в широком и узком смысле слова.
В узком или собственном смысле слова Э. - традиция Эпикура, которая противостоит
стоической традиции долга. В широком смысле, который придавал данному понятию И.
Кант, Э. являются все т.н. гетерономные моральные теории. Кант считал, что
только его этика свободна от учения о целях, а тем самым и от Э., однако и ему
не удалось удержаться на этой позиции (постулат существования Бога в его этике
был как раз предназначен для того, чтобы мораль и счастье можно было мыслить
соединенными). Э. - не только совокупность этических школ и моральных опытов, он
в известном смысле является также определенной исторической стадией и того и
другого. Он был характерен для античности, Средневековья, в значительной мере
для Нового времени. В настоящее время ситуация существенно изменилась. Этика и
моральная практика 20 в. в целом отказались от Э.: идеал ориентированного на
счастье самодовлеющего индивида и счастливого общества оказывается явно
несовместимым как с драматизмом существования современного человека в
отчужденном мире, так и с необычайно возросшей интенсивностью общественных
связей и взамозависимостью людей друг от друга, а гедонизм, осуществленный в
практике потребительского общества, потерял нравственную привлекательность.
Эвдемонистические мотивы сохранились в рамках натуралистической этики (напр.,
фелицитология О. Нейрата), но они уже не являются основой построения теории
морали.
Спиноза Б. Этика // Избр. произв. М., 1957. Т. I; Кант И. Критика практического
разума // Соч.: Вбт. М, 1964. Т. 4(1); Татаркевич В. О счастье и совершенстве
человека. М., 1981; Аристотель. Никомахова этика // Соч.: В 4 т. М., 1983. Т. 4;
Эпикур. Письмо к Менекею // Диоген Лаэртский. О жизни, учениях и изречениях
знаменитых философов. Кн. X. М., 1986; Игнатенко А.А. В поисках счастья. М.,
1989.
А.А. Гусейнов
ЭВОЛЮЦИОННАЯ ЭПИСТЕМОЛОГИЯ - направление в современной эпистемологии, которое
своим возникновением обязано прежде всего дарвинизму и последующим успехам
эволюционной биологии, генетики человека и когнитивной науки. Главный тезис Э.
э. (или, как ее обычно называют в германоязычных странах, эволюционной теории
познания) сводится к допущению, что люди, как и др. живые существа, являются
продуктом живой природы, результатом эволюционных процессов, и в силу этого их
когнитивные и ментальные способности и даже познание и знание (включая его
наиболее утонченные аспекты) направляются в конечном итоге механизмами
органической эволюции. Э. э. исходит из предположения, что биологическая
эволюция человека не завершилась формированием Homo sapiens; она не только
создала когнитивную основу для возникновения человеческой культуры, но и
оказалась непременным условием ее удивительно быстрого прогресса за последние
десять тысяч лет.
Истоки основных идей Э. э. можно обнаружить в трудах классического дарвинизма и
прежде всего в поздних работах самого Ч. Дарвина "Происхождение человека" (1871)
и "Выражение эмоций у людей и животных" (1872 ), где возникновение когнитивных
способностей людей, их самосознания, языка, морали и т.д. связывалось с
механизмами естественного отбора, с процессами выживания и воспроизводства. Но
только после создания в 1920-1930-х гг. синтетической теории эволюции,
подтвердившей универсальное значение принципов естественного отбора, открылась
возможность применения хромосомной теории наследственности и популяционной
генетики к исследованию эпистемологических проблем. Начало этому процессу
положила опубликованная в 1941 статья известного австр. этолога К. Лоренца
"Кантовская концепция априори в свете современной биологии", где приводился ряд
убедительных аргументов в пользу существования у животных и человека врожденного
знания, материальным базисом которого выступает организация центральной нервной
системы. Это врожденное знание не есть нечто безотносительное к реальности, а
суть фенотипический признак, подверженный действию механизмов естественного
отбора.
Впервые термин "Э. э." появился лишь в 1974 в статье амер. психолога и философа
Д. Кэмпбелла, посвященной философии К. Поппера. Развивая эпистемологический
подход Лоренца, Кэмпбелл предложил рассматривать знание не как фенотипический
признак, а как формирующий этот признак процесс. Познание ведет к более
релевантному поведению и увеличивает приспособленность живого организма к
окружающей среде (в т.ч. и к социокультурной, если речь идет о человеке).
Несколько позднее этот новый эволюционный взгляд на познание удалось
интегрировать с теоретико-информационными моделями. Тем самым открылась
возможность связать биологическую эволюцию с эволюцией когнитивной системы живых
организмов, с эволюцией их способностей извлекать, обрабатывать и хранить
когнитивную информацию.
В 1980-х гг. в Э. э., по-видимому, окончательно сформировались две различные
исследовательские программы. Первая программа - изучение эволюции когнитивных
механизмов - исходит из предположения, что для эпистемологии исключительный
интерес представляет исследование когнитивной системы живых существ и в
особенности человеческих познавательных способностей, которые эволюционируют
путем естественного отбора. Эта программа (иногда ее называют биоэпистемологией)
распространяет биологическую теорию эволюции на физические субстраты когнитивной
активности и изучает познание как биологическую адаптацию, которая обеспечивает
увеличение репродуктивной приспособленности (Лоренц, Кэмпбелл, Р. Ридль, Г.
Фоллмер и др.). Вторая программа - изучение эволюции научных теорий - пытается
создать общую теорию развития, которая охватывала бы биологическую эволюцию,
индивидуальное научение, культурные изменения и научный прогресс в качестве
специальных случаев. Эта программа широко использует метафоры, аналогии и модели
из эволюционной биологии и исследует знание как основной продукт эволюции
(Поппер, С. Тулмин, Д. Халл и др.). В последние десятилетия 20 в. Э. э. быстро
превращается в область междисциплинарных исследований, где все большее
применение находят не только эволюционная биология, но и теории генно-культурной
коэволюции, когнитивная наука, компьютерное моделирование и т.д.
Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1993, Лоренц К. Кантовская доктрина
априори в свете современной биологии // Человек. 1997. № 5; Фоллмер Г.
Эволюционная теория познания. М., 1998.
И.П Меркулов
ЭВОЛЮЦИЯ БИОЛОГИЧЕСКАЯ - изменение адаптивных признаков и форм приспособления
популяций организмов. Первая последовательная теория Э. б. была выдвинута в 1809
фр. натуралистом и философом Ж.Б. Ламарком. Для объяснения прогрессивного
развития в природе во времени эта теория допускала акты самозарождения
организмов, передачу по наследству приобретенных признаков, наличие у организмов
внутреннего "стремления" к совершенствованию и способности приспосабливаться к
окружающей среде. Хотя основные предположения Ламарка не подтвердились, он
оказался прав в том, что эволюция носит гл.обр. приспособительный характер. В
1858 на заседании Линнеевского общества в Лондоне Ч. Дарвин доложил о создании
теории эволюции путем естественного отбора. На этом же заседании было зачитано
сообщение англ. натуралиста А. Уоллеса, который независимо от Дарвина разработал
свою собственную концепцию естественного отбора. В полном виде теория Дарвина
была впервые опубликована 24 ноября 1859 в кн. "О происхождении видов".
Согласно дарвиновской теории, в основе Э. б. лежат случайные наследуемые
вариации, постоянно возникающие у отдельных особей к.-л. популяции. Источник
изменчивости организмов не был известен Дарвину, но он был убежден в
адекватности эмпирических данных, свидетельствующих о наличии в пределах видов
больших и малых различий. Следуя Т. Мальтусу, Дарвин полагал, что все организмы
потенциально способны к увеличению своей численности в геометрической профессии.
Однако реально численность особей каждого вида обычно остается постоянной из
поколения в поколение. Следовательно, потомков производится больше, чем может
выжить, и должна происходить "борьба за существование", т.е. дифференциальное
выживание и размножение организмов. Дарвин предположил, что в результате
действия механизмов отбора благоприятные вариации сохраняются, а неблагоприятные
- отсеиваются. Поэтому наивысшие шансы выжить и оставить более многочисленное и
жизнеспособное потомство будут у тех особей, которые обладают сочетаниями
признаков, наиболее адаптированных для существования в окружающей их среде. При
этом Дарвин допускал возможность максимизации приспособленности организмов и
рассматривал их изменчивость как явление преходящее.
Возникновение генетики было ответом на проблемы дарвиновской теории эволюции,
которая оставляла неопределенным ответ на вопрос об источнике изменчивости
организмов, однако первые генетики-менделисты не признавали теорию естественного
отбора, рассматривая генетические мутации как возможную движущую силу Э. б.
Положение дел в биологии стало существенно меняться лишь в 1920-х и особенно в
1930-1940-х гг., когда был осуществлен синтез теории Дарвина с хромосомной
теорией наследственности и популяционной генетикой. Новая "синтетическая" теория
эволюции отрицала возможность генетического наследования приобретенных
признаков, она подтвердила универсальное значение принципов естественного отбора
и давала ясное понимание того, что эволюционные изменения происходят на
популяционном уровне. Наблюдаемый в популяциях уровень генетической изменчивости
гораздо выше, чем это предсказывала классическая дарвиновская теория.
Генетически уникальна каждая особь, уникальны каждый вид и каждая экосистема. В
основном изменчивость возникает не в результате случайных мутаций, а вследствие
рекомбинации уже накопленных мутаций. Были обнаружены также механизмы, которые
активно поддерживают генетическое разнообразие, несмотря на действия
естественного отбора. Все это указывало на наличие более тонких и многообразных
процессов Э. б., чем полагал Дарвин. В 1960- 1980-х гг. неодарвинистская теория
эволюции была постепенно дополнена моделями и данными хромосомной теории
наследственности, популяционной генетики, биологической концепции вида, генетики
поведения, социобиологии и многих др. биологических и палеонтологических
дисциплин. Она оказала и оказывает существенное влияние на нейробиологию,
культурную и лингвистическую антропологию, когнитивную науку и т.д., а также на
исходные предпосылки ряда филос. концепций, изучающих процессы изменения и
развития, - философию и методологию науки (К. Поппер), эволюционную
эпистемологию (К. Лоренц, Д. Кэмпбелл, Д. Халл), философию экономического
либерализма (Ф. Хайек) и др.
И.П. Меркулов
ЭВРИСТИКА (от греч. heurisko - отыскиваю, открываю) - совокупность приемов и
методов, облегчающих и упрощающих решение познавательных, конструктивных,
практических задач. Э. называют также специальную научную область, изучающую
специфику творческой деятельности. Эвристические методы противопоставляются
рутинному, формальному перебору вариантов по заданным правилам. В сущности, при
решении любой задачи человек всегда использует те или иные методы, сокращающие
путь к решению, облегчающие его нахождение. Напр., при доказательстве теорем
геометрии обычно используется в качестве эвристического средства чертеж; решая
математическую задачу, используются решения др. похожих задач; в качестве
эвристических средств используются общие утверждения и формулы, индуктивные
методы, аналогии, правдоподобные умозаключения, наглядные модели и образы,
мысленные эксперименты и т.п.
ЭЙДОС (от греч. eidos - образ, вид) - термин др.-греч. философии и феноменологии
Э. Гуссерля. Первоначально Э. - внешний вид, образ, позднее - вид как единица
классификации. У Демокрита - одно из обозначений атома. У Платона - синоним
термина "идея", умопостигаемая форма, существующая отдельно от единичных вещей в
качестве их определяющего начала. У Аристотеля - форма, неотделимая от
материальной основы, или вид, противопоставляемый роду. В платонизме
платоновские Э.-идеи становятся "мыслями бога", а аристотельские Э.-формы -
умопостигаемыми сущностями вещей.
Гуссерль, вернувшийся к старому термину "Э.", обозначил им сущность,
противоположную внешним ее проявлениям; эйдетика - учение о "чистых сущностях"
или "идеальных формах" явлений сознания, рассматриваемых вне связи с реальной
действительностью и эмпирической психологией.
ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ (от лат. exsistere - существовать, выступать, показываться,
становиться, обнаруживаться), или экзистенциальная философия,- не столько единое
филос. направление с общей системой категорий, исходных принципов и
методологических установок, сколько выражение (достаточно пестрое) "духа
времени" в определенной тональности. Основное место и время действия Э. - Европа
после Первой мировой войны. Э. - "философия кризиса" в той мере, в какой ее
вызвал именно кризис европейского человечества. Катастрофа мировой войны
обнажила недостаточность европейской веры в прогресс, в рациональность истории,
в незыблемость ценностей 19 в., основанных на позитивистской парадигме
европейского мышления. Человек обнаружил себя не столько как "человек разумный",
определяющими характеристиками которого были познание и освоение внешнего ему
мира (природы) и на этой основе преобразование самого себя как социальноприродного
существа, сколько как существо конечное и хрупкое, лишенное
оснований, не вписывающееся в рационально обусловленные нормы бытия. История из
чего-то прочного, имеющего внятное для ratio направление, превратилась в
рискованное дело, в нечто негарантированное, непредсказуемое. Сам термин "Э."
достаточно условен. Многие мыслители, традиционно к нему относимые, именовали
то, чем они занимались, иначе: Г. Марсель - христианским неосократизмом; М.
Хайдеггер - фундаментальной онтологией; К. Ясперс - философствованием на уровне
экзистенции. Пожалуй, только Ж.П. Сартр признавал этот термин вполне своим, хотя
и его концепция серьезно трансформировалась в ходе творческой эволюции. В любом,
однако, случае в учениях этих и др. близких к ним философов фигурируют
родственные темы, настроения, понятия. Одним из основных понятий такого рода и
стала экзистенция, которая мыслилась как некий мост к бытию, как специфически
человеческая форма самообнаружения и самопроявления подлинной реальности. Э.
возникает в 1920-е гг., хотя родственное ему мироощущение, как и
терминологическую близость, можно обнаружить в творчестве С. Кьеркегора,
которого обоснованно считают его предтечей. Однако идеи Къеркегора не получили
европейского отклика и оказались востребованы уже в следующем веке. Основные
публикации в рамках Э.: "Бытие и время" М. Хайдеггера (1927), "Метафизический
дневник" Г. Марселя (1927); трехтомник "Философия" К. Ясперса (1932); "Бытие и
ничто" Ж.П. Сартра (1943). После Второй мировой войны Э. (в особенности во фр.
его версии) приобретает мировой размах, завоевывая себе сторонников даже в
странах, где филос. традиции были иными (прежде всего англосаксонских), для
которых Э. - род литературы. К сер. 1960-х гг. он утрачивает влияние и
становится фактом истории зап. философии 20 в. Кроме упомянутых выше мыслителей,
к экзистенциально ориентированным философам обычно причисляют М. Мерло-Понти, А.
Камю, Де Бовуар (Франция); Н. Аббаньяно, Э. Пачи (Италия); Н.А. Бердяева, Л.
Шестова (Россия); X. Ортега-и-Гасета, М. де Унамуно (Испания); нем. теологов -
Р. Барта, П. Тиллиха, Р. Бультмана и др. К числу своих предшественников
экзистенциальные философы относили, помимо Кьеркегора, Ф.М. Достоевского, Ф.В.И.
Шеллинга, Б. Паскаля, Августина и даже Сократа.
В центре внимания Э. находится переживание человеком его существования.
Переживания эти различны, индивидуальны, что, в частности, предопределяет
"разнобой" представителей Э. Таковы страх, тревога, забота, вина, надежда и др.
Однако экзистенциалистам они интересны не сами по себе, не как грани
человеческой жизни, описание которых может дополнить портрет того или иного
лица, но в той мере, в какой в этих переживаниях дает о себе знать нечто иное,
чем является собственно человек. В переживании существования обнаруживается
бытие. Э. есть по преимуществу онтология, хотя бытие оказывается доступным для
сознания на антропологическом "материале". Термин экзистенция (лат. префикс ех
значит "от", "из") фиксирует некоторую переходность. Бытие выступает на
поверхность, становится видимым. Человек переходит к бытию, открывается ему,
переживает его присутствие. Большинство экзистенциальных философов в поиске
метода описания переживания экзистенции как обнаружения бытия обращались к
феноменологии Э. Гуссерля и к той ее интерпретации, которую дал Хайдеггер
(ученик Гуссерля). Прежде всего экзистенция и есть феномен в гуссерлевском
смысле, т.е. реальность, которая сама себя показывает. Экзистенция - это то, где
бытие показывает себя. Это - "светлое место бытия". Экзистенция - это
"интенциональное бытие", т.е. реальность в виду бытия, в отношении к нему.
Далее, гуссерлевский мир интенций сознания есть мир переживаний. Экзистенция как
феномен бытия переживается. Поскольку она переживается, она понимается. Она
понимается именно в переживании. В Э. понимание противопоставляется объяснению.
Экзистенция как присутствие бытия не может быть описана как внешний сознанию
объект, как природная вещь. С этим связана специфика понимания истины
экзистенциалистами. Истиной нельзя обладать, но в ней можно быть. Это не истина
о бытии, но истина бытия. Экзистенциальная истина выполняется. Ее нельзя
передать другому, как нельзя жить и умереть за другого. Такое понимание истины
не обязательно ведет к иррациональному. Скорее, в Э. идет речь об иной форме
рационализма. В экзистенции бытие непосредственно усматривается. Условием
совершения "события истины" следует считать отсутствие посредствующих звеньев.
Экзистенция в качестве феномена обнаруживает себя непосредственно. Переживание
очевидно для переживающего. Экзистенция - это понимающее существование. Человек
- тот, кто понимает бытие. Всякое же дискурсивное знание, т.е. знание,
предполагающее опосредование, признается не имеющим доступа к экзистенциальной
истине. В этом смысле Э. имеет явную ант
...Поділитися у соцмережах
