Жанр: Детектив
На краю пропасти
... но посмотрела в его смеющиеся глаза с какой-то
детской невинной добротой. Рейф всегда всех
дразнит, он ни к чему не относится серьезно. Но, несмотря на это - или, может
быть, из-за этого?- с ним можно спокойно
говорить обо всем. Разговаривать с ним - как будто гулять по пляжу, залитому
солнцем, где волны весело плещут, а вокруг нет
ни скал, ни зыбучих песков. Лайл спросила:
- Ты бы мог сказать, что у меня в жилах разбавленное молоко?
Он рассмеялся.
- Это Алисия так сказала?
Лайл кивнула.
- Она сказала, что у меня не кровь, а разбавленное водой молоко.
- Это на нее похоже! Надо было ответить, что это лучше, чем уксус.
- Но это правда так? Ты думаешь, я такая?
Он скорчил странную гримасу.
- Молоко с водой? Нет, я так не думаю. Скорее молоко и мед.
Лайл весело рассмеялась.
- О Рейф, это звучит так слезливо!
Рейф был доволен собой. По крайней мере, ему удалось ее рассмешить. К ней
вернулся румянец, и теперь она не сидела,
устремив взгляд на горизонт, ничего не замечая вокруг.
И вдруг Лайл снова помрачнела. Ее собственное слово заставило ее смех
оборваться. "Слезливо"... Только вчера Дейл о комто
сказал: "О, его постиг печальный конец!" Это значило, что этот кто-то
разбился в аварии. Точно так же, как чуть не
разбилась она сама, врезавшись в сарай Купера. Так странно думать, что сейчас,
вместо того чтобы сидеть здесь, на солнышке, с
Рейфом, она могла бы быть... Где? Она не знала. Об этом знает только Бог. А если
Он знает, все хорошо.
Рейф быстро спросил:
- О чем ты думаешь?
- Если бы я не выпрыгнула...
Он напряженно смотрел на нее.
- Что заставило тебя выпрыгнуть?
- Я подумала, что это единственный шанс...
Рейф кивнул.
- Так и было. Но ты это осмыслила или просто выпрыгнула в слепой панике, не
успев ни о чем подумать?
Глаза ее потемнели.
- Я подумала... У меня было много мыслей...
- Расскажи.
Голос его звучал так настойчиво и серьезно, что Лайл удивилась. Но ответила
- потому что это был Рейф и потому что ей
становилось легче, когда она говорила.
- Очень странно, как много мыслей проносится в голове, когда что-нибудь
случается. Я подумала, что Дейл рассердится,
ведь я не отдала машину в ремонт... А Алисии будет приятно, потому что она
ненавидит меня. А еще я обрадовалась, что
составила завещание и, значит, Дейл сможет сохранить Тэнфилд. А потом я увидела
эту беленую стену и подумала: "Еще
мгновение - и я умру, если не выпрыгну", поэтому я дождалась, когда машина
окажется у сырого места возле канавы,- я
подумала, что там будет мягче, а затем открыла дверцу и прыгнула.
Рейф опять состроил странную гримасу.
- Ты и вправду умница, дорогая! Как это у тебя получается? Ты была слишком
занята своими мыслями, чтобы испугаться,
правильно?
- О, я испугалась,- сказала Лайл как бы между прочим.- Я боялась порезать
лицо.
- Спасите мое личико! Что ж, оно и вправду стоит того. На щеке у тебя
только царапина, шрама от нее не останется. А когда
ты составила завещание?
Как это похоже на Рейфа - перескакивать на другую тему, совершенно не меняя
тона! Лайл ответила:
- Примерно две недели назад, когда мы с Дейлом ездили в город. Мне
следовало еще раньше это сделать. Но Рейф, ты же
знал, мы все об этом говорили!
Он кивнул.
- Да. Я забыл. У меня переутомление или старческий маразм. Вот почему
сегодня днем я вывихнул большой палец - это
один из симптомов. И заметь, как иногда неприятности оборачиваются благом! Если
бы я не вывихнул палец, неосторожно
прищемив его дверью, потому что о чем-то задумался, я бы сейчас сидел и рисовал
прекрасные, идеально точные и полностью
засекреченные чертежи самолетов, а не болтался бы по деревне в поисках человека,
который милостиво подвез бы меня до
дома, и не подоспел бы как раз вовремя, чтобы выудить тебя из канавы. Кстати,
надеюсь, твое платье не пострадало.
- Порвалось.
- Жаль. Оно было красивого медового цвета, в тон твоих нос А какое
завещание ты составила, моя сладкая? Как обычно, "все
моему мужу"?
- Конечно.
Брови его иронически поползли вверх.
- Почему "конечно"? У тебя разве нет родственников?
Лайл недовольно поморщилась. Именно сегодня ей не хотелось, чтобы ей
напоминали, насколько она одинока.
- У меня есть несколько кузенов в Штатах, но я никогда их не видела. Все
деньги отошли бы им по завещанию моего отца,
если бы я не сделала никаких распоряжений.
- И ты ничего не оставила Алисии? Я удивлен! Это был бы очень удачный жест,
что-нибудь вроде: "Мое третьесортное
жемчужное ожерелье - моей кузине по мужу Алисии Стейн". Как Шекспир, завещавший
жене свою второсортную кровать. У
меня такое чувство, что это распоряжение было бы высоко оценено. А как же насчет
меня? Я так рассчитывал получить чтонибудь
вроде содержания, чтобы не оказаться на паперти, если мой большой палец
так и останется вывихнутым! Ты мне
совсем ничего не оставила?
Лайл выпрямилась в своем кресле. Глядя вдаль, на море, она спросила:
- Тебе Дейл сказал?
- Нет,- ответил Рейф, вздрогнув. Он так сильно сжал руки, лежащие на
коленях, что побелели костяшки.
Лайл поднялась. Ее колени слегка дрожали.
- Я оставила тебе кое-что, но не хотела, чтобы ты знал.
Рейф замер. Он ответил, не поднимая глаз от земли:
- Я и не знал.
Глава 12
Примерно час спустя в доме прозвучали два телефонных звонка. На первый
ответил Рейф, проходивший через холл как раз в
тот момент, когда в столовой зазвонил телефон. В трубке раздался разъяренный
голос Алисии. Рейф небрежным кивком
отпустил молодого лакея, появившегося в дверях, и сказал:
- Алло?
- Это ты, Рейф? Эти дьяволы еще не починили мою машину!
- Дорогая, почему бы тебе не пойти и не выпить чашечку чая? Ты кричишь, как
сотня разъяренных фурий.
- И чувствую себя, как одна из них, спасибо!
- А как выглядит несчастная мастерская Лэнгема? Как бойня?
Алисия зло рассмеялась.
- Не думаю, что они решатся когда-нибудь с кем-нибудь проделать то же!
- Что, выживших нет? Кстати, по дороге домой Лайл попала в аварию.
- Что?
- У нее отказало управление на Крук-Хилл - на вираже. Автомобиль отправился
к праотцам, врезавшись в сарай Купера.
В трубке наступило мертвое молчание. Затем послышался резкий вдох.
- Лайл?
- Была на краю гибели. Но не умерла. Ей удалось выскочить.
- Она не поранилась?
- Во всяком случае, ничего не заметно. Маленькая царапина на щеке, коленки
слегка дрожат, хотя и целы. На этот раз Дейлу
не придется надевать черный галстук.
Рейф снова услышал резкий глубокий вдох. Он мог означать последнюю попытку
Алисии сдержать свои эмоции. Если это
было именно так, то попытка провалилась. Алисия произнесла, с яростью
отчеканивая каждое слово:
- Она ничего не способна сделать как следует, ведь так?
В трубке раздались гудки. Рейф тоже повесил трубку и вышел из комнаты.
Во второй раз трубку взяла Лайл. Она стояла в своей спальне в одной
комбинации персикового цвета, собираясь переодеться
к обеду, когда зазвонил телефон рядом с кроватью. В трубке раздался голос Дейла.
Лайл не ожидала его услышать. Он не
говорил, что позвонит, и она не была готова к разговору, потому что знала: он
рассердится из-за машины и из-за того, что Лайл
его не послушалась. Она опустилась на край кровати и произнесла еле слышно:
- Что случилось, Дейл?
После долгой паузы раздался его голос, неожиданно громкий:
- Я ничего не слышу. Кто это?
- Лайл.
- Кто? Я не слышу.
Еще совсем недавно она бы рассмеялась и ответила: "Глупый! Это я, Лайл!" Но
теперь слова не шли с языка. Ее горло
сдавил спазм, и губы, казалось, онемели. Она повторила:
- Лайл, это Лайл,- и собственный голос показался ей чужим.
В трубке раздалось дребезжание.
- Кто это? Что вы говорите о Лайл?
Она снова произнесла свое имя:
- Лайл,- и опять яростное дребезжание оглушило ее:
- Что с Лайл? Ради бога, что вы хотите мне сказать? Что-то случилось?
- Машина разбилась.
- Что?
- Машина.
- Что с Лайл?
К Лайл вернулся голос.
- Дейл, ты никак не можешь расслышать? Это я, Лайл. Я надеюсь, ты не
рассердишься из-за машины. Она разбилась
вдребезги.
Громкий, настойчивый голос смолк. Дейл сказал без всякого выражения:
- Машина. Ты не ранена?
- Нет, я выпрыгнула. Я спаслась просто чудом. Мне нужно было поехать к
Лэнгему, но ты же не рассердишься, правда?
Дейл помолчал и спросил снова:
- Ты правда не поранилась?
И в этот момент Лайл начала бить дрожь. Как ужасно было бы, если бы сейчас
Дейл не услышал ее голоса, уверяющего, что
она не ранена. Что, если бы в трубке раздался голос чужого человека или Рейфа,
сообщающий о ее смерти!
Лайл ответила, ощущая внезапный прилив теплых чувств:
- О нет, милый, я совсем не поранилась!- и услышала, как Дейл, странно
запинаясь, произнес ее имя. Казалось, будто ему не
хватает воздуха даже на такое короткое слово. Но через мгновение дыхание его
полностью восстановилось. Трубка затрещала
под напором его ярости:
- Я велел тебе поехать к Лэнгему! Это была моя последняя фраза! Ты не
можешь сделать ничего из того, что тебе говорят?
Лайл опять трясло как в лихорадке, но она не хотела, чтобы он это заметил.
Ей всегда было очень страшно, когда Дейл
злился, но теперь она уже начала понимать, что ему не следует этого показывать.
Она не смогла бы жить с Дейлом, если бы он
понял, как сильно может ее напугать Сейчас эта фраза вновь пришла ей в голову,
но оборвалась на половине. Она не смогла бы
жить с Дейлом...
Его голос опять ударил как хлыст:
- Ты там? Почему ты не отвечаешь?
- Дейл, ты кричишь.
- А чего ты хочешь? Ты же чуть не погибла, ведь так? Ты думала, я
обрадуюсь? Ты ослушалась моего приказа и чуть не
разбилась! Так чего же ты ожидала?
Озноб пробежал по ее спине.
- Я не знаю,- ответила она и повесила трубку.
Лайл сидела на кровати, опираясь на руку, и пыталась успокоиться. Ее
напугал не гнев Дейла. Он и раньше сердился, и она
боялась его, но не так. Этот страх пришел внезапно, и Лайл не понимала, откуда
он взялся. Она ведь знала, что Дейл
разозлится. Любой разозлится, если жена окажется на грани гибели из-за того, что
не послушалась А Дейл велел ей съездить в
мастерскую и проверить управление, прежде чем ехать домой. Лайл осознала, что
цепляется за эти слова: "Он же мне сказал, он
сказал! Я бы это сделала, если бы не Алисия". На мгновение наступило облегчение,
но тут же страх подступил еще ближе. Он
знал Алисию всю жизнь. Дейл знал, что она воспользуется любым удобным моментом,
чтобы устроить ссору. Он знал, что ее
машина у Лэнгема. "А знал ли он, что я не останусь, потому что испугаюсь ссоры?"
Лайл вновь почувствовала озноб и метнулась назад, к своей прежней
спасительной мысли: "Он велел мне проверить
машину".
Дейл вернулся домой на следующий день. К величайшему облегчению Лайл, его
гнев, похоже, прошел, несмотря на то что
ему не удалось выяснить ничего нового насчет возможной продажи земли
правительству. Он обнял жену со словами: "О
Лайл!" - и быстро, крепко поцеловал ее, прежде чем повернуться к Рейфу. Алисия
удостоилась лишь кивка.
- Что с машиной?- спросил Дейл.- Насколько сильны повреждения?
Рейф сделал легкомысленный жест.
- Я бы сказал, что она повреждена полностью. Вся ходовая часть разбита к
чертям. Лайл придется раскошелиться и купить
велосипед, если на новую машину не хватит.
Дейл искренне рассмеялся, не снимая руки с плеча Лайл.
- Ну, все не так уж плохо. Робсон, конечно, скряга, но он позволит ей
купить машину, если она как следует попросит. Но
послушай, что все-таки со старой? Где она? Странно, что управление в такой
степени отказало. Я хочу взглянуть.
Они стояли на террасе перед итальянским садом, залитым солнечными лучами.
Рейф ответил, глядя в сад:
- Вчера вечером Эванс перенес сюда останки. Я сказал ему не трогать усопшую
до твоего приезда.
Через некоторое время молодой человек забрел в гараж и застал Дейла и
Эванса погруженными в изучение искореженного
автомобиля. Увидев Рейфа, Дейл выпрямился и подошел к нему.
- С управлением случилась очень странная вещь. Очевидно, когда Лайл начала
поворачивать, сломалась ось, соединяющая
колеса, ровно на две половины. Конечно, как утверждает Эванс, это могло
произойти, когда машина врезалась в сарай, но, помоему,
такое объяснение звучит чертовски неубедительно.
Рейф поглядел на Эванса, но шофер не поднимал головы от обломков.
- Ну, я не знаю. Тебе придется объяснять это тем, что машина потеряла
управление. Если бы она не потеряла управление, то
не врезалась бы в стену.
Дейл взял кузена за плечо и отвел в сторону.
- Дело в том, что Лайл чертовски плохо водит. Она могла просто запаниковать
и отпустить руль. Я не хочу сказать, что в
управлении не было неполадок, я ведь сам это заметил по дороге в Ледлингтон.
Автомобиль плохо слушался руля. Это-то меня
и злит: я же сказал Лайл не ехать домой, пока машину не осмотрят. Я не знаю,
забыла она об этом или не захотела себя
утруждать, но я велел ей ехать к Лэнгему, чтобы там проверили управление. А она
этого не сделала.
Рейф рассмеялся.
- У нее вышла ссора с Алисией. Нет, не так. Лайл ни с кем не ссорится. С
ней поссорилась Алисия.
- Кто тебе сказал?
- Лайл. Поэтому она и не осталась у Лэнгема. Она не выносит ссор.
Дейл раздраженно нахмурился.
- Я об этом ничего не знаю. Я знаю только, что велел ей заехать в
мастерскую, прежде чем ехать домой.
- Прямо нравоучительный трактат, правда? "Непослушная новобрачная, или
Роковое происшествие".
Его добродушно-насмешливый голос внезапно помрачнел:
- Или почти ставшее роковым.
Лицо Дейла стало угрюмо и бледно. Он ответил:
- Я знаю. Не надо сыпать мне соль на рану. Послушай - Он снова сделал
несколько шагов в сторону от гаража.- Послушай,
Рейф, Эванс, похоже, пытается намекнуть, что в машине кто-то покопался.
Рейф секунду помолчал, оглядываясь по сторонам. Потом спросил:
- Что значит "пытается намекнуть"?
Дейл пожал плечами.
- Это чертовски неприятно, и я тоже не хочу в это верить. Если ты уволил
человека, нельзя сразу подозревать, что он
подстроил твоей жене аварию. Это звучит абсурдно, я так и сказал Эвансу.
- Имея в виду?
- Пелла, конечно. На него-то Эванс и намекал.
Рейф присвистнул.
- Пелл. Интересно...
- Зачем ему это? Допустим, он решил, будто это Лайл заставила уволить его
за то, что он нечестно поступил с Сисси Коул,
хотя вряд ли это так, потому что именно я приказал ему собирать вещи. Но даже
если предположить, что он обвинил во всем
Лайл, все-таки устраивать такой трюк слишком рискованно. К тому же, что он мог
от этого выиграть? Работу он все равно уже
потерял. А тут его еще могли бы заподозрить. Так какая же от этого польза?
Рейф окинул взглядом двор. Пестрая кошка, сидя на солнышке, вылизывала
вырывающегося котенка.
- Лайл не просила тебя выгнать Пелла?
У Дейла дернулось плечо.
- Ей и не нужно было просить. У него жена в Пэкхеме, и мне было все равно,
сколько подружек он завел в других местах,
пока он не начал заводить их в Тэнфилде. Мисс Коул пожаловалась мне насчет Сисси
- они как раз только что выяснили, что
Пелл женат,- и я пришел прямо сюда и выгнал его. Лайл здесь совершенно ни при
чем.
- Он мог подумать иначе.
- С чего бы?
Рейф все разглядывал пеструю кошку.
- Она говорила с Сисси до того, как к тебе пришла мисс Коул. Сисси
расплакалась и все ей рассказала. Она приносила какоето
шитье.
Дейл резко перебил кузена:
- Откуда ты знаешь?
- Видел, как она уходила. Пелл тоже это заметил. Сисси все еще плакала.
Возможно, он решил, будто Лайл убедила тебя его
уволить. Я этого не утверждаю, но это возможно.
Дейл сделал нетерпеливый жест.
- Пелл пробыл здесь достаточно долго, чтобы понять: здесь распоряжаюсь я. Я
не верю ни одному слову в этой истории, так
я и сказал Эвансу! Ты ведь знаешь таких парней! Эванс получил повышение, а Пелл
получил пинка, так что теперь можно на
него все сваливать. Все они одинаковые! Еще полгода во всех неприятностях будут
обвинять Пелла. Я сказал Эвансу, что
больше не хочу об этом слышать!
Пестрая кошка ухватила котенка за ухо. Она вылизывала ему мордочку, шлепая
его лапой, когда он начинал вырываться.
Рейф проговорил задумчиво:
- Пелл знает себе цену. Такие парни не прощают, если их выгонят. Людей
убивали и за меньшее. И ты не можешь
выдвинуть против него обвинение, никто не может, потому что любой из нас мог это
сделать. Ты не подумал об этом?
Рейф вдруг рассмеялся и продолжил, не дожидаясь ответа:
- Это мог сделать любой дурак. Как раз поэтому подозрение и падает на
Пелла. Человек, который потерял работу из-за Сисси
Коул, глупее любого из нас. Так что, если это может быть любой дурак, пусть это
будет Пелл!
Пронзительно взвизгнув, котенок вырвался на волю и пустился наутек, выгнув
спину и задрав хвост. Его мамаша
поднялась, потянулась, подошла к Рейфу и потерлась, мурлыча, о его ноги. Он
наклонился и почесал ее за ухом.
После ленча молодые люди пили кофе на боковой лужайке. Дейл засунул руку в
карман, вытащил маленькую коробочку и
положил ее на колени Лайл. Она подняла на него глаза, удивленная и слегка
встревоженная.
- Что это?
Дейл смотрел на нее улыбаясь. Он удобно развалился в кресле и находился в
состоянии полной гармонии с миром.
- Открой и посмотри. Я привез тебе подарок.
Щеки ее вспыхнули. Почему же он не отдал его ей, когда рядом никого не
было? Теперь придется открывать коробочку на
глазах у Алисии. Хотя сейчас Алисия не смотрела ни на Лайл, ни на кого-то еще.
Она сидела в плетеном кресле, положив ноги
на скамеечку, и следила, как дрожит и тает на фоне голубого неба дым от ее
сигареты. Стоял чудесный полдень, совершенно
безветренный и жаркий. С моря поднималась легкая дымка, словно напоминание обо
всех сигаретах, когда-либо выкуренных.
С одной стороны линию горизонта замыкал Тэйн-Хэд и торфяники позади него. С
другой - огромный кедр. В его тени
пряталась Лайл. Волосы ее от этого казались темнее, а зеленое платье словно
покрылось пятнами. Остальные же грелись в
солнечных лучах.
- Саламандры, вот кто мы,- сказал Рейф.
Он сидел на подушках скрестив ноги, спиной прислонясь к ножной скамеечке
Алисии.
- Чем больше мы жаримся на солнце, тем больше нам это нравится. Девиз -
"Будь готов!", потому что никогда ведь не
знаешь, что случится. Лично я ожидаю сияния святости и звуков арфы, а значит,
совесть моя чиста, как снег, по сравнению с
Дейлом и Алисией. "Я сильнее десятерых, потому что сердце мое чисто" - хорошая
цитата из позднего Теннисона.
Пальцы Лайл скользнули по узелку на коробочке. Та смешная маленькая женщина
в поезде тоже цитировала Теннисона.
Лучше бы Рейф этого не делал. Мисс Мод Силвер, частные расследования. Нечего
здесь расследовать.
Алисия стряхнула пепел с сигареты и мягко сказала:
- Хочешь быть украшенным нимбом, как гипсовый святой, Рейф?
- Не гипсовый, дорогая, это материал слишком хрупкий и ненадежный. Чистое
золото - вот из чего я сделан.
Дейл следил за женой. У нее очень красивые руки - очень хорошенькие, белые
и изящные. Но не очень умелые в том, что
касается узелков. Но вот наконец шнурок развязан и жесткая обертка снята. Под
ней оказался слой тонкой бумаги, а потом -
коробочка для украшений, стянутая резинкой. Дейл ободряюще улыбнулся.
- Ну посмотри же, что там.
Лайл ощутила странное нежелание открывать коробку. Дейл так редко дарил ей
подарки. Он вполне разумно и справедливо
полагал, что, раз у нее больше денег, чем у него, она вполне может сама купить
себе все, что захочет. По правде говоря, в тот
день он впервые со дня свадьбы что-то ей подарил. Лайл чувствовала себя
польщенной и растроганной, но предпочла бы не
открывать коробочку при посторонних. Ее лицо вспыхнуло, когда она подняла крышку
и увидела, что лежит под ней. Это была
странная, гротескная фигурка из горного хрусталя. Лайл вглядывалась в нее,
пытаясь понять, что это. Какое-то существо с
лицом наполовину человеческим, наполовину - мордой животного сидит на корточках,
выглядывая из листьев. Когтистая лапа
сжимает круглый блестящий плод.
Лайл подалась вперед. В лучах солнца хрусталь становился прозрачным и
сверкающим, лишался своих контуров. Ловя и
отражая солнечный свет, превращался в бесплотный сияющий шар. Его блеск ослепил
Лайл, и она снова откинулась в тень.
Странное существо опять уставилось на нее из-за скрывающих его листьев.
- Тебе не нравится?- нетерпеливо спросил Дейл.
Лайл озадаченно взглянула на него.
- Что это?
- Китайская фигурка. Из хрусталя. Я думал, тебе понравится.- Голос его
помрачнел.- Жаль, что не понравилось.
Что-то внутри Лайл задрожало. Какая же она дура! Надо было сразу же его
поблагодарить. Если бы рядом никого не было,
она могла бы обнять его. Зачем ему понадобилось отдавать ей подарок при Рейфе и
Алисии? Она быстро сказала, вложив в
слова как можно больше тепла:
- Но мне нравится! Я всего лишь пыталась понять, что это. Это изумительно!
Алисия выпустила колечко, проследила, как оно растворилось в воздухе, и
расхохоталась.
- Дейл, милый! Чего же ты ожидал? Ты даешь ей коробочку из ювелирного
магазина, а когда она ее открывает, там вместо
бриллиантов оказывается кусок граненого хрусталя!- Она опять засмеялась.- Ну и
умник, правда, Лайл?
Лайл покраснела до кончиков волос, но прежде, чем она смогла ответить, в
перепалку вмешался Рейф:
- Ты довольно груба, тебе не кажется, Алисия? Конечно, большинство женщин
такие. Для настоящего художника - я имею в
виду Дейла и себя - китайская резная фигурка стоит пригоршни бриллиантов. Я уж
не говорю о том, что Лайл ни в коем случае
нельзя носить бриллианты, даже класть их рядом с собой. Только жемчуг, конечно.
Изумруды, сапфиры - да, я думаю, сапфиры
ей пойдут. Хризопраз и очень бледный топаз, оправленный в очень бледное золото.
Но бриллианты - никогда в жизни.
Алисия выпустила еще одно колечко.
- Если бы женщины носили только те драгоценности, которые им к лицу,
ювелиры умерли бы голодной смертью. На любом
большом празднике все старые ведьмы просто увешаны бриллиантами. Ты когда-нибудь
встречал женщину, которая не
надевала бы их при любой возможности?
Выпрямившись, она протянула руку.
- Ну-ка, посмотрим на этот суррогат!
Рейф взял у Лайл фигурку и передал кузине.
- Здорово,- сказал он, глядя на статуэтку, лежащую на смуглой ладони
Алисии.- Как будто кто-то смотрит на тебя из воды,
правда? Секунда - и ты уже не знаешь, действительно ли видел его. Где ты это
достал, Дейл?
Дейл наклонился, чтобы тоже посмотреть.
- В магазине подержанных вещей на Фулхэм-роуд. Там на прилавке было еще
много вещей, но в основном всякая рухлядь.
Я думал, Лайл понравится.
Он говорил о ней, будто ее здесь не было. Лайл почувствовала себя маленькой
и неопытной. Ей следовало заставить себя
сказать: "Я в восторге!", но она не могла. От взгляда коварной мордочки кожа ее
покрывалась мурашками.
Алисия поставила фигурку на ладонь и выпустила в нее дым.
- Неуловимый маленький дьявол, да? Напоминает улыбку Чеширского кота.
- Оставь себе, если хочешь,- сказал Дейл.- Лайл она не нравится.
Алисия мгновение пристально смотрела на него, потом рассмеялась и отвела
взгляд.
- Ты знаешь, мне хочется, чтобы мои подарки выбирали для меня, а не для
кого-то еще. А если ты собираешься мне чтонибудь
выбрать, то я не возражаю против бриллиантов. Эй, Лайл, лови!
Хрусталь сверкнул в воздухе. Рейф протянул руки, проворно схватил его и
положил обратно на колени Лайл. Однако не
успела она взять фигурку, Дейл поднялся и подошел к ней.
- Тебе она не нравится?
- Я, Дейл...
- Немного зловещая,- сказал Рейф.
Алисия засмеялась, Лайл, расстроенная и онемевшая, протянула руку к мужу.
- Дейл, ты все неправильно понял. Я... Так мило с твоей стороны купить ее
для меня. Пожалуйста...
В воздухе повисло тяжелое, неприятное молчание. Лицо Дейла потемнело. Так
бывало всегда, когда он сердился. Но прежде
чем кто-либо успел заговорить, к ним подошел слуга. Лайл посмотрела на него с
облегчением.
- В чем дело, Уильям?
- Простите, мадам, это мисс Коул. Она спрашивает, не уделите ли вы ей
минутку?
Дейл вернулся к своему креслу.
- Мисс Коул с почты?- спросил он.
- Да, сэр.
- Интересно, чего она хочет. Хорошо бы узнать, Лайл.
Лайл поднялась и пошла к дому. Она чувствовала себя такой пристыженной и
так радовалась возможности сбежать, как
будто ей было семь лет, а не двадцать два. Хрусталь она сжимала в руке. Легкий,
переливчатый смех Алисии преследовал ее,
пока она шла через лужайку.
Во всем большом доме Лайл действительно любила только одну комнату - свою
маленькую гостиную. Ее обшитые
панелями стены были когда-то выкрашены в белый цвет, а теперь же потемнели до
тона старой слоновой кости. Зелень
парчовых занавесок полиняла, старый китайский ковер тоже выцвел и приобрел цвет
серо-зеленой воды. Все в этой длинной,
узкой комнате было старым: потертое бюро красного дерева, диван с высокой
спинкой, книжный шкаф, маленькое пианино,
украшенное гофрированным серо-зеленым шелком, таким тонким, что он рвался от
прикосновения, и резными узорами в виде
скрипичного ключа справа и басового - слева. У инструмента был очень нежный,
негромкий звук, и Лайл, когда рядом никого
не было, нравилось прикасаться к пожелтевшим клавишам, заставляя их петь. Три
окна гостиной выходили на лужайку, на
море и на большой кедр.
Среднее окно было одновременно дверью. Через нее и вошла теперь в комнату
Лайл. Мисс Коул поднялась с краешка стула с
прямой спинкой и шагнула ей навстречу. Никто не принял бы ее за тетку Сисси
Коул. Сисси была высокой, слабой девицей с
соломенными волосами, мисс Коул - маленькой, полной и очень живой, с темными и
блестящими, как у птички, глазами,
щеками с ярким румянцем. При разговоре она для убедительности дергала головой,
как птица, клюющая червяка.
Мисс Коул сразу же торопливо заговорила, промокая носовым платком лицо и
шею:
- Здравствуйте, миссис Джернингхэм. Ужасно жарко сегодня, правда? И я очень
надеюсь, что вы простите меня, что
заставила вас прийти в дом из сада, где вы сидели в тени этого прекрасного
дерева, и такой чудесный бриз дует с моря! Оч
...Закладка в соц.сетях
