Жанр: Детектив
СЫНЫ Рагузы
...торое оказалось в это мгновение снаружи, было объявлено
Колесом Счастья.
Мистер Паутер открыл крышку колеса и стал вынимать из него билетики, а сидевшие по концам стола Приоры
записывали их номера.
Когда процедура закончилась, низкий голос запел гимн. К нему присоединились другие, и Приоры стали медленно
покидать часовню.
Мистер Паутер вздрогнул. Такого никогда раньше не было. Приоры всегда оставались на местах до оглашения имен
счастливцев.
Как бы угадывая его мысли, человек в пурпурном одеянии сказал:
- Мы решили, что не подобает оглашать имен. Это вызывает зависть. А зависть - одно из самых низких человеческих
чувств. Пойдем со мной в канцелярию, брат мой.
Канцелярия помещалась в узкой, плохо проветриваемой комнате. В ней было только одно окно, забранное решеткой. На
столе горела маленькая керосиновая лампа, и Паутеру показалось, что она была умышленно пригашена.
- Не угодно ли вам присесть, мистер Паутер? - с необычайной учтивостью спросил человек в маске.
Он повернулся к сейфу и вынул из него конверт с пятью заранее заготовленными чеками.
- Подпишите, - сказал он.
- Но, Великий Приор, - запротестовал Паутер, - я не имел возможности сравнить проставленные в чеках имена со
списками. Да и как вы можете знать, что выиграли именно эти лица?
- Не угодно ли вам подписать? - повторил Великий Приор.
- И не подумаю, - заявил Паутер, поднимаясь. - Что с вами, мистер Стоун?
Человек в маске торжественно поднял руку.
- У Великого Приора нет имени. Подпишите?!
- Не могу! - мистер Паутер отбросил перо и направился к выходу.
- Если вы дорожите жизнью, то вы подпишите! - грозно раздалось сзади.
Мистер Паутер обернулся и увидел направленное на него дуло револьвера.
Глава 35
- Что все это значит?
- Это значит, что вы подпишите чеки или не выйдете живым из Приората!
Мистер Паутер сбросил с себя серебристое одеяние.
- Я ничего не подпишу, - заявил он. - Вы не Лэйф Стоун!
И в тот же миг он бросился на своего врага, одной рукой сжал кисть, в которой был револьвер, а другой стал срывать
маску. Но тут неизвестный, изловчившись, нанес такой удар свободной рукой, что мистер Паутер без чувств свалился на
пол...
Очнулся он на каменной скамье в другой, еще меньшей комнате без окон. На руках у него оказались оковы. Ноги были
связаны.
- Очнитесь! - раздался властный голос.
Мистер Паутер вызывающе посмотрел на человека в красном одеянии и твердо сказал:
- Повторяю - вы не Лэйф Стоун!
- Перестаньте ломать комедию и подпишите чеки!..
Тот, кто называл себя Великим Приором, был не один. Через открытую дверь виднелась еще какая-то фигура.
- Нам, может быть, придется продержать вас здесь еще несколько дней, но клянусь, что с вами не случится ничего
плохого, если вы подпишите...
- Я сказал, что не подпишу! - сердито ответил старик. - И предупреждаю: если вы попытаетесь подделать мою подпись,
вас немедленно разоблачат, так как по соглашению между мной и Великим Приором каждый чек отмечается особым знаком,
который заявлен в банке!
Человек в пурпурном одеянии некоторое время стоял в нерешительности.
- Однако ваше упорство начинает мне надоедать, - заявил он вдруг. - Мне придется прибегнуть к другому способу
убеждения. Вы познакомитесь с небольшими раскаленными щипцами, и они быстро сделают вас покорным, дружище.
Последний раз советую добровольно подчиниться неизбежному.
- Нет!
- Отлично! Пеняйте тогда на себя...
Бетти в этот день встретилась с инспектором Баллотом у мистера Стоуна. Она рассказала сыщику о своих странных снах:
о часовне, о книге, положенной ей на колени, о похожих на монахов людей и о человеке в красном, который говорил с ней...
- Это как раз то, что мне и нужно знать, - обрадовался Баллот. - Не помните ли вы, что случилось потом с книгой?
- Нет.
- Узнали бы вы местность, если бы снова туда попали?
- Да, вероятно. Но разве это был не сон?
- Конечно, нет, - вмешался в разговор Билл. - Мисс Карен, инспектор Баллот просит вас сегодня ночью вместе с нами
съездить в Дартмур!..
- Зачем?
- Дорогая моя, - вмешался Стоун, - мне кажется, что вам следует согласиться. Я много наслышан о "Сынах Рагузы" и могу
решительно утверждать, что вашему отцу грозит опасность.
- Моему отцу? Но кто он?
- Человек в красном!
Бетти изумленно посмотрела на американца.
- В самом деле, мистер Стоун?
- Да. Это был ваш отец. Мистер Баллот произвел расследование и выяснил, что главное гнездо "Сынов Рагузы" находится
в Дартмуре.
- О! - воскликнула девушка. - Теперь и я припоминаю... Именно в Дартмуре я впервые увидела эти маски... Да, да! И
голос, который я слышала тогда, был голосом "брата Джона"!..
Бетти довольно бессвязно рассказала своим слушателям о происшествиях той странной ночи: дождь, буря, красный
фонарь на дороге и длительное отсутствие доктора...
- Да, - заметил Баллот. - Вы были недалеко от Приората. Именно после того как доктор побывал там, у него возникла
мысль нарядить вас в зеленое платье и затеять продажу этих злосчастных конторок. Помните то странное объявление, на
которое я обратил ваше внимание? Объявление, подписанное "Зеленым драконом"? Это объявление было дано доктором
Лэффином и предназначалось для какого-то тайного сообщника в Приорате, который и уговорил Великого Приора
отправиться в Лондон и пройти мимо окна на Дьюк-стрит! По всей видимости, доктор услышал от Лэйфа Стоуна что-то о
сне, в котором тот видел посланницу небес - рыжеволосую девушку в зеленом платье. Как только Стоун побывал в лавке - эта
часть вашей роли, мисс Карен, была окончена. Но в переданном послании, видимо, заключалась какая-то дальнейшая ссылка
на вас - поэтому доктор, похитив, отвез вас в Приорат. Попытайтесь точно вспомнить, что говорил "брат Джон"...
- Он спросил меня, не я ли сидела в окне лавки, и не состою ли я в родстве с доктором?
- Выходит, "брат Джон" что-то знал и прибыл в Лондон, чтобы помочь своему другу! А кто-то из агентов Лэффина увидел,
как он говорил с вами, и поэтому "брата Джона" убили...
Тут Баллот вынул из кармана лист синей бумаги, с удовольствием пробежал его глазами и заявил:
- Сегодня ночью я арестую доктора!
- По обвинению в убийстве "брата Джона"? - с удивлением спросил Билл.
- Нет, по обвинению в предумышленном отравлении старшего лорда Лоубриджа! Мы эксгумировали труп покойного и
нашли в нем столько яда, что его хватило бы на целый полк!
В пять часов вечера из Лондона выехало пять автомобилей, в которых находилось пятнадцать мужчин и одна женщина.
Все они направились к отелю "Два моста", в котором, как было известно Баллоту, всегда останавливался мистер Паутер.
- Я немного волнуюсь, - сказала Бетти, - И вы также, мистер Хольбрук, не правда ли?
- Нет, - коротко ответил Билл. - Мне просто надо кое о чем поразмыслить... Между прочим, когда вы уезжаете?
- В субботу, - ответила девушка. - Я очень рада этому путешествию. Ведь "Эскуриал" - самый большой из американских
пароходов, не так ли, мистер Хольбрук?
- Самый большой и самый комфортабельный...
Тут в разговор вмешался мистер Стоун.
- А почему бы и вам с нами не поехать, мистер Хольбрук? Мы все вместе отлично бы провели время в моем имении!
Билл отрицательно покачал головой.
- Что вы, мистер Стоун! Такие поездки по средствам только очень богатым людям...
- И все-таки, почему бы вам не поехать, мистер Хольбрук? - к удивлению Стоуна спросила девушка. - Дядя назвал вас
одним из первых среди тех, кого он хотел пригласить.
- А кто еще едет с вами?
И не успел мистер Ламберг назвать имя лорда, как Билл насупился и мрачно произнес:
- Однако мы подъезжаем к "Двум мостам"...
Автомобиль остановился у отеля. Баллот отправился туда и вскоре вернулся с озабоченным лицом.
- Паутера нет еще! - сообщил он. - Мне сказали, что он всегда возвращается к половине десятого, а теперь уже половина
одиннадцатого...
- Пустяки! - сказал мистер Стоун. - Мало ли что могло его задержать... Что ж, подождем немного...
Так и не дождавшись Паутера, они решили ехать в Приорат.
Мистер Паутер взглянул на светящийся циферблат своих часов и с немалым трудом водворил их обратно в карман:
мешали наручники. Таких он никогда еще не видел, и решил, что они взяты из хранилища монастыря.
Ему вспомнился рассказ Приора: несколько лет назад в Приорате нашли подземный зал, в котором было множество
средневековых орудий пыток.
- Уж не оттуда ли и эти наручники?
Вернулся человек в красном, на этот раз с фонарем в руке. Он поставил его на землю рядом с небольшим металлическим
ящиком. Мистер Паутер убедился, что угроза не была шуткой, так как человек вынул из ящика спиртовую лампу и железные
щипцы, после чего зажег спичку...
Вспыхнуло голубоватое пламя. Укрепив щипцы на специальной подставке, человек в красном стал наблюдать, как они
постепенно раскаляются...
- Вам придется немного подождать, пока они достаточно нагреются, - сказал он.
- Что вы собираетесь делать? - спокойно спросил Паутер.
- Заставить вас исполнить мою волю.
- Я многое могу представить себе... Одно только никак не укладывается в голове - чтобы я мог стать соучастником такого
мошенника, как вы...
Человек в маске усмехнулся, вынул щипцы, поднес их к лицу мистера Паутера и снова вернул на прежнее место.
- Еще недостаточно горячи, - мягко проговорил он. - Паутер, вы безумец! Я готов предложить вам большие деньги, если
вы согласитесь оказать мне эту пустячную услугу. Что вам стоит подмахнуть чеки? Вы стали бы богатым человеком!
- Я и сейчас достаточно богат. Весьма признателен вам за заботу...
В течение пяти минут длилось мертвое молчание.
- Вот теперь хорошо! - сказал наконец человек в красном.
Он вынул щипцы и вновь поднес их с самому лицу мистера Паутера. Тот не дрогнул. Между тем, жар становился
нестерпимым.
- Что-то вы морщитесь, Паутер! - продолжал шутливо человек в красном. - А представьте себе, что я поднесу их к вашим
ресницам?
В этот момент раздался резкий стук в дверь.
Человек в красном стремительно обернулся.
- Кто там? - крикнул он.
Стук повторился.
- Кто там? - бешено заорал человек в красном.
- Именем короля, откройте! - повелительно произнес кто-то по ту сторону двери.
Мистер Паутер узнал голос инспектора Баллота.
В то же мгновение дверь затрещала под тяжелыми ударами. Человек в красном застыл на месте, как вкопанный.
- Откройте! - вновь раздалось за дверью.
Этот голос вывел лжеприора из оцепенения, и он погасил лампу. В темноте послышался звук ключа, поворачиваемого в
замке, потом быстрые шаги и оглушительный грохот захлопнувшейся двери...
В это мгновение дверь сорвалась с петель.
- Где он? - крикнул инспектор, убедившись, что мистер Паутер один в комнате.
Паутер молча показал на другую дверь...
- Где ключ к ней? - обратился Баллот к стоявшему за ним Блэквуду.
Тот стремглав кинулся с огромной связкой ключей к двери. За ней оказалась небольшая кладовка, из которой еще одна
дверь вела прямо к воротам Приората. Человека в красном нигде не было видно...
Убедившись, что тому удалось бежать, Баллот вернулся к своим спутникам.
- Брат Джеймс и Великий Приор исчезли. Но кем бы он ни был - это, несомненно, не Лэйф Стоун. Я полагаю, мистер
Паутер, что вам следовало бы временно взять на себя исполнение обязанностей Великого Приора.
К удивлению инспектора, Паутер кивнул в знак согласия.
- А вы не узнали по голосу, кто был этот человек? - поинтересовался Баллот.
- Нет, но я готов поклясться, что это был не мистер Стоун!
Инспектор осмотрел гараж, где стоял автомобиль Великого Приора. Как он и ожидал, гараж был пуст.
Освободив Паутера от наручников, они тронулись в путь.
Встреченный на шоссе полицейский патруль сообщил, что видел мчавшийся автомобиль с тремя пассажирами.
- Его номер? - спросил Баллот.
- Автомобиль шел без огней, так что номер нельзя было разглядеть. Он направился в сторону Тевистока...
- Немедленно предупредить Тевистокскую полицию! - приказал Баллот.
Его распоряжение однако не могло быть исполнено: провода в направлении Тевистока оказались перерезанными...
На самом деле автомобиль Лэффина, не доезжая Тевистока, по приказанию доктора свернул на Бафу. Капитан Харвей
Хель в знак одобрения молча кивнул.
А в восемь часов утра доктор Лэффин сел в Бафе на поезд и уже в одиннадцать был дома.
Наблюдавшие за домом сыщики немедленно сообщили об этом Баллоту. Но раньше инспектора там оказался Хольбрук.
- Доктор занят, - сказала служанка, которая еще помнила выговор, полученный после предыдущего визита молодого
человека.
- Я тоже занят, - резко ответил Билл и, оттолкнув служанку, решительно направился в кабинет Лэффина.
Там, как всегда, были спущены тяжелые шторы. На столе горела свечка. Лэффина не было видно.
В этот момент Хольбрук заметил старушку с кувшином молока в руках, которая прошла к черному ходу. Очевидно, это
была кухарка доктора. Зная, что дом находится под наблюдением, и что у Лэффина нет никакой возможности ускользнуть,
Билл поинтересовался у служанки:
- В котором часу вернулся доктор?
- Около десяти часов, сэр. Я сообщила ему, что была полиция.
- Вот как!
- Да, сэр. Полицейские так напугали меня!.. Я решила даже бросить службу и вернуться домой к матери.
- Но чего вам бояться? - пошутил Билл. - У вас ведь есть такая надежная охрана, как эта кухарка!
- Кухарка? - переспросила удивленная девушка. - Но у нас нет никакой кухарки! Все стряпаю я сама...
- А кто же тогда эта старушка, которая вышла сейчас с черного хода?
- У нас в доме нет никого, кроме доктора и меня. Правда, раз в неделю к нам приходит женщина для уборки, но сегодня не
ее день.
Билл все понял. Он выбежал на улицу и стал искать глазами старуху с кувшином, однако ее и след простыл...
В это время прибыл Баллот, и Билл рассказал ему о случившемся.
- Это был, разумеется, Лэффин! Мы дали ему уйти из западни!
Инспектор позвал сыщиков и дал им новые инструкции. Через некоторое время все постовые Лондона тщательно
присматривались ко всем проходившим мимо старухам...
К Биллу и Баллоту тем временем присоединился лорд Лоубридж, и они ему вкратце рассказали о своих подозрениях.
- Вздор! - уверенно произнес Клайв. - Мой дядя умер естественной смертью.
- А кем было выдано свидетельство? - ровным голосом спросил Баллот.
- Я как-то никогда не интересовался этим. Вероятно, его выдал Лэффин. И все-таки ваше обвинение кажется мне
сомнительным. Ради чего он стал бы действовать таким образом?
- Он надеялся сделать вас богатым человеком и рассчитывал на вашу благодарность. Во всяком случае, милорд, нет
никаких сомнений в том, что Лэффин наложил руку на большую часть вашего наследства...
- Невероятно! - произнес Клайв. - Хотя, в одном отношении вы не ошибаетесь: я действительно считаю себя в долгу перед
стариком и не раз давал себе слово при первой же возможности вознаградить его за заботы обо мне... Но мой кузен... тоже,
вы говорите? Нет, все это кажется мне страничкой из уголовного романа...
- Он ввел вас в братство "Сыны Рагузы"? - спросил Баллот.
- Ему не удалось этого сделать, хоть он неоднократно пытался уговорить меня. Такие глупости меня не интересуют.
Билл брился у себя в комнате, когда к нему ворвался Баллот.
- Новости, интереснейшие новости, Хольбрук! - крикнул он. - Нам удалось выяснить, кто находился в автомобиле
Великого Приора! Проще всего установить личность шофера, благодаря его огромному росту. Это капитан Харвей Хель.
Второй - доктор Лэффин...
- А третий? - спросил Билл.
- Угадайте!
- Тоби Марш?
- Он самый! Я успел побывать у него, чтобы окончательно убедиться в его исчезновении и действительно квартира
оказалась пустой! Кроме того, его видели в Бафе беседующим с Лэффином.
- Тоби Марш? - в изумлении повторил Билл.
- Да! Я жестоко ошибся в нем, - с горечью заявил Баллот. - Эти газетные писаки ругали меня за то, что я ввел в дело
человека сомнительной репутации, и они оказались правы. Мне удалось установить, что тот единственный случай, когда
Марш попался, связан как раз с именем доктора. Дело было так: Лэффин, как всегда, испытывал большие денежные
затруднения и тогда он застраховал от кражи на большую сумму несколько своих старых книг и египетских папирусов
сомнительной ценности, договорившись с Маршем, чтобы тот их похитил... Так, по крайней мере, показал Марш на суде...
Доктор, разумеется, отрицал слова взломщика. Марша посадили, причем он, вроде бы, дал клятву жестоко отомстить
Лэффину... Ну, а потом они, видимо, вновь спелись...
Наступило длительное молчание. Вдруг Баллот спросил:
- Кстати, вы едете со Стоунами в Америку?
Билл отрицательно покачал головой.
- А я на вашем месте поехал бы, - заявил Баллот, - тем более, что я тоже еду...
- Да, но это вовсе не значит, что и я должен ехать за океан. К тому же, вы знаете, что Паутер сейчас занят реорганизацией
братства "Сыны Рагузы", и я хотел бы ему помочь.
- И тем не менее, вам следовало бы поехать.
Хольбрук все утро провел в редакции, занимаясь описанием облавы в Приорате. Около одиннадцати Билла вызвали в
приемную, где его ждала мисс Флоретт.
Она была крайне возбуждена, плакала, смеялась и бранилась отборнейшими словечками портовых грузчиков, совершенно
забыв о своих попытках казаться француженкой.
- Что, нашли этого старого черта? Нет!!! О, мистер Хольбрук! Войдите в мое положение! Ужас! Ужас!.. Он дал мне всего
пятьсот фунтов!.. Он обещал прислать чек на следующее утро, но я не получила больше ни пенса... Поставщики осаждают
меня! Надо заплатить около двух тысяч!.. И во всем виноват Ван Кампе!.. Это он уговорил меня согласиться на предложение
Лэффина... Что делать?.. Что делать?! Что делать!!!
- Прежде всего успокойтесь и постарайтесь толком объяснить, чего вы хотите, - перебил ее Билл.
- Ах, я и сама не знаю! - воскликнула танцовщица. - Я хотела, чтобы никто не узнал, что этот дом не мой. Вы, конечно,
знаете, зачем его снял Лэффин? Он хотел узнать что-то от сэра Ричарда Пакстона из государственного казначейства... Я
очень мало смыслю в этих делах... Так вот, доктор хотел знать что-то такое о послевоенных расчетах. Представьте, он
говорил, что мы должны большие деньги Америке!
- Невероятно!.. - притворно ужаснулся Билл.
- Да, да... И он говорил еще, что каждые полгода мы посылаем туда кругленькую сумму. И ему важно было узнать, как
именно будет сделан очередной платеж: золотом или кредитками... И мне стоило большого труда выяснить этот вопрос...
Билл насторожился. Загадка дома на Портландской площади начинала разъясняться.
- А в тот вечер сэр Ричард был еще любезнее, чем всегда... И он рассказал мне, что очередной платеж будет произведен
бумажками и что он будет отправлен двадцать девятого июля на пароходе... простите, забыла... на каком пароходе...
- Может быть, на "Эскуриале"? - спросил Билл.
- Совершенно верно! Какое странное название!.. Пятьдесят миллионов долларов! Какая глупость - посылать такую уйму
денег этим американцам!.. А у меня на лестнице стоят двадцать поставщиков, и я не знаю, как мне с ними расплатиться!
Ужасно, ужасно, мистер Хольбрук!
- Погодите! - перебил он ее. - Успели вы передать доктору Лэффину эти сведения?
- Конечно! Я позвонила ему немедленно, как только получила их!
Больше Биллу ничего не требовалось выяснять, и он постарался поскорее избавиться от Ла Флоретт, пообещав на
прощанье немедленно известить ее о поимке доктора и о состоянии его финансовых дел.
Хольбрук вышел из редакции через несколько минут после ухода Ла Флоретт и отправился домой пешком.
Вернувшись домой, Билл застал экономку за генеральной уборкой.
- Где мистер Баллот, спрашиваете вы? Разве вы не знаете, что он уехал?
- Уехал? Куда?
- Да в Америку! Не можете же вы этого не знать!
- Когда?
- Сегодня утром.
- Разве сегодня суббота?
- Разумеется, сэр. Мистер Баллот очень надеялся, что вы вернетесь до его отъезда. Он оставил вам записку на столе.
Билл бросился к себе в комнату. Записка была чрезвычайно краткой, но весьма выразительной:
"Если будет хоть какая-то возможность - постарайтесь попасть на "Эскуриал". Происходит нечто весьма странное".
Билл посмотрел на часы. Было одиннадцать. В субботу в этот час в редакции не могло быть никого, но он знал, где искать
редактора, и через несколько минут говорил с ним по телефону.
Редактор быстро принял решение.
- Поезжайте в американское консульство, объясните положение и убедите немедленно завизировать вам паспорт. А я
договорюсь, чтобы вам оставили место на "Эскуриале". В котором часу он покидает порт?
- В полдень, то есть, через час.
Подумав, редактор сказал:
- Я вызову автомобиль, который отвезет вас в Саутгемптон, и распоряжусь, чтобы там ждал гидроплан. На нем вы
доберетесь до Шербурга. Оттуда "Эскуриал" уйдет не раньше шести вечера. Есть ли у вас деньги?
- Нет, сэр.
- В таком случае вам будет передана необходимая сумма в американском консульстве.
В половине четвертого Хольбрук прибыл в Саутгемптон. Здесь он потратил некоторое время на поиски конторы
авиационной компании, так что гидроплан поднялся в воздух только в пять. Билл уже начинал опасаться, что "Эскуриал"
успеет выйти в море раньше, чем он прибудет в Шербург.
В половине седьмого впереди показались четыре гигантские трубы парохода. В тот же миг взвыла сирена. Это был сигнал
к отправлению. Гидроплан стал снижаться и опустился на воду в тот момент, когда на "Эскуриале" поднимались сходни.
Билла, видимо, ждали, так как на самолет немедленно был брошен конец. Хольбрук с отчаянием ухватился за канат, и
матросы благополучно втащили его на нижнюю палубу.
- Недурно!
Билл оглянулся. Ему протягивал руку улыбающийся Баллот.
Они вместе прошли в приготовленную для Хольбрука каюту, и молодой человек подробно рассказал Баллоту о посещении
Ла Флоретт.
- Не думаю, - заметил Баллот, - что они предпримут попытку захватить деньги до прибытия парохода в Нью-Йорк. Во
всяком случае, капитан и офицеры предупреждены о возможности нападения, а к кассе приставлены два вооруженных
матроса.
- А среди пассажиров нет подозрительных субъектов?
- Пока трудно сказать, - ответил Баллот. - Кстати, вы еще не осмотрели пароход! Великолепное судно!..
"Эскуриал" действительно был лучшим кораблем из всех когда-либо пересекавших Атлантический океан. От
гимнастического зала на верхней палубе до мраморного бассейна на нижней - все было обставлено с потрясающей
роскошью. Десять лифтов. Главный зал, убранный коврами и обставленный чудесной мебелью, не имел себе равных.
На палубе в этот час было много пассажиров, так как к обеду еще не звонили. Билл все время оглядывался по сторонам в
надежде увидеть Бетти Стоун. Баллот, заметив его беспокойство, сжалился над ним и сказал:
- Мисс Стоун занята сейчас распаковкой чемоданов. Я только что видел ее служанку. А вот, кстати, и Лоубридж!
Действительно, неподалеку сидел Клайв с папиросой в зубах. Встретившись глазами с Хольбруком, он улыбнулся и
поднялся ему навстречу.
- Вот неожиданность, мистер Хольбрук! Когда изволили прибыть? Уж не тот ли вы смелый человек, которого мы
подобрали с гидроплана?
- Да, я как раз тот самый сумасшедший.
Клайв с легкой усмешкой осматривал костюм молодого человека. Билл, как всегда, был одет довольно странно...
Решить эту проблему помог Баллот, выделив Хольбруку из своего гардероба часть одежды, которой у него оказалось
гораздо больше, чем можно было предположить.
Пока Билл переодевался, слуга принес ему записку от мистера Стоуна с приглашением на обед. А когда молодой человек
вошел в роскошную столовую, его встретила улыбка самой прекрасной, как ему казалось, девушки в мире.
- Как хорошо, что вы все-таки едете с нами, мистер Хольбрук! - сказала она. - Но только, пожалуйста, не рассказывайте
мне ничего о докторе Лэффине и прочих ужасах! Поговорим лучше об этом чудесном корабле!
Билл рассмеялся.
Весь обед Бетти болтала о пассажирах парохода, среди которых было двадцать пять миллионеров, три известных писателя
и звезда Голливуда.
- Подумайте, мистер Хольбрук, - двадцать пять! Неужели это не производит на вас никакого впечатления?
- Увы! Миллионеры обычно довольно скучный народ, и я полагаю, что большинство из них тяготится своим положением.
Бетти окинула собеседника критическим взглядом.
- Вы сейчас лучше одеты, чем обычно...
- По очень простой причине, - с улыбкой ответил Билл. - На мне платье с чужого плеча. Я попал на пароход без всякого
багажа. И если бы не Баллот, мне пришлось бы туго.
- Я еще не видела инспектора на пароходе. Зачем он едет в Америку?
- А почему бы ему не ехать? Каждому ведь интересно побывать за океаном.
Они прошли на корму и несколько минут любовались закатом.
- С тех пор как я здесь, - заговорила девушка, - меня мучит смутное беспокойство... Не знаю почему, но мне все время
кажется, что доктор находится где-то здесь, на пароходе...
- На пароходе?
- Да... Вы мало знаете доктора Лэффина... А я уверена, что мое предчувствие не обманывает меня...
Билл рассмеялся:
- На этот счет можете не тревожиться. Баллот внимательно наблюдал за всеми пассажирами, прибывшими на пароход.
Среди них доктора не оказалось.
Бетти покачала головой.
- Повторяю, вы слишком мало его знаете...
В это время появился Клайв, и разговор стал общим.
Вскоре Билл оставил Бетти с лордом, чтобы переговорить с Баллотом. Он нашел его в каюте за изучением списка
пассажиров.
- Что скажете? - спросил инспектор.
- Мисс Карен полагает, что доктор на борту.
Баллот пожал плечами, тщательно протер свои очки, еще раз взглянул на список и решительно отложил его.
- Возможно, что она и права, - спокойно сказал он.
- Здесь? На пароходе? Но это было бы безумием с его стороны!
- Не знаю...
Вернувшись к мисс Стоун, Билл застал ее за кофе. Шел оживленный разговор, и Хольбрук не заметил, как прошло время.
Когда девушка поднялась, молодой человек с изумление
...Закладка в соц.сетях
