Жанр: Детектив
Транспортный вариант
...росто Гектор Иванович. Машинопись преподает... Сейчас у него урок! -
парень хлопал глазами: для родителя Денисов был молод, а учащимся ГПТУ явно не значился.
Денисов решил, что допросить Тучного можно будет позже, из автомата на углу позвонил
в Склифосовского:
утренний обход врачей должен был закончиться.
- Белогорлова? - отозвался женский голос. - Это вы? Из железнодорожной милиции?
Больная в том же состоянии.
- Она уже четвертый день без сознания...
- Есть больные, которые по нескольку недель не могут прийти в себя! медсестра приняла
его слова за упрек.
- О чем это может свидетельствовать?
- Ни о чем! - медсестра была категорична: уклончивой дипломатии предпочитала
открытый текст. - Вчера больной скончался на семнадцатый день после травмы.
- Значит это, что Белогорлова тянет...
- Абсолютно ни о чем не говорит!
С "Автозаводской" Денисов поехал на улицу Анатолия Живова, в район
Красной Пресни, в клуб служебного собаководства.
Он уже бывал в нем.
В коридорах толпились любители собак. Каждый кабинет был узкоспециализированным:
"немецкие овчарки", "доберманы-пинчеры",
"эрдельтерьеры"...
В секции эрдельтерьеров на стенах висели фотографии чемпионов породы, как две капли
воды похожих друг на друга, так что только опытный глаз мог различить особенности:
растянутость корпуса, .удлиненность морды.
"На схеме Гилима пес был обозначен справа от хозяина... - в цепкости директорского
глаза инспектор был уверен. - Такое могло быть, если мужчина с собакой не ждал своей
очереди на стоянке, а провожал!.. - Провожать же, судя по той схеме, он мог только
садившуюся в такси Белогорлову.
- Прошу... - пожилая женщина с короткой седой челкой кивнула на стул,
приготовилась слушать.
- Денисов, инспектор уголовного розыска...
Они оказались по обе стороны старого канцелярского стола, заваленного бумагами.
- Меня интересует эрдельтерьер... Кличка неизвестна, фамилия владельца тоже, -
Денисов не удивился бы, если б кроткая седая женщина, выслушав безумный запрос, молча
указала ему рукой на дверь. - Собака и ее владелец живут где-то вблизи метро
"Варшавская"...
Женщина за столом молчала.
- Больше никаких сведений, - уточнил Денисов.
- Может, известны родители собаки? - сразу стало понятно, что она не очень четко
представляет свою задачу. - Московские эрдели принадлежат в основном к семействам
Багиры и Фанци. Если речь идет о потомстве Фанци, я направлю вас... - она назвала
фамилию.
- Ничего не знаю.
- Пес породистый?
- Я исхожу из этого, - Кобель?
- Судя по его росту, - Денисов показал рукой у стола.
- Пожалуй... - Подумав, она вынула из стола тетрадь: - Здесь данные на тридцать
пять московских собак, отобранных для воспроизведения потомства:
Дангай, Дар-Руслан-Жоли, Имфен-Моргенштерн... - Ей доставляло удовольствие
перечислять клички. - Гош-Стелла, - она посмотрела на Денисова. -
Замечательная собака, между прочим...
- Владелец - мужчина средних лет, - сказал Денисов.
Она улыбнулась:
- Возраст владельцев не учитывается. Кроме того, собак нередко записывают на
детей. - Она снова уткнулась в списки: - Хартверг,
Хартбилль...
"Мы не понимаем друг друга, - огорченно подумал Денисов. - Ей кажется, что я
пришел за щенком..."
- Возраст представляете? - иногда, по рассеянности, женщина делала шаги в нужном
Денисову направлении.
- Средней, может, старшей группы.
- Клуб разрешает потомство только для собак с отличным экстерьером чемпионам
породы, медалистам... - она улыбнулась терпеливой улыбкой взрослого, адресованной
младшему. - В естественных условиях к самке пробивается самый сильный партнер. Отсюда
прогресс рода! В условиях домашнего содержания собак вы вынуждены сами подбирать пары с
учетом генетических особенностей...
"Видимо, только эти знания я и увезу из клуба служебного собаководства", - подумал
Денисов.
- Но вы не волнуйтесь: постараемся найти вашу собаку!
Он не разделил ее оптимизма.
- Какое количество эрделей зарегистрировано в районе "Варшавской"? Я смогу узнать?
- Конечно. К метро сходятся четыре района, - она показала на папки в шкафу. -
Собака где-то здесь.
Денисов достал блокнот:
- Разрешите взять несколько адресов? Выборочно.
Из тех, что ближе к метро.
Женщина улыбнулась:
- Возьмите Заратуштру. Чудесный пес. Экстерьер и прочее. Он от
Хартбилля и Бланки-Феи.
- Словно имена грандов, - заметил Денисов.
- Традиция... - Она продиктовала несколько адресов. - Отличные собаки.
Или вот! Лэстер-Вэлт, Чонгарский бульвар... Как я упустила из виду?
Владелец Мучник... - женщина снова забылась. - Поздравляю. Сейчас и езжайте, пока
он дома.
- Мучник не работает?
- На больничном. И позвоните мне. Это служебный телефон, а это домашний. Звонить
можно в любое время.
Как ехать на Чонгарский, знаете? Рядом с метро "Варшавская", против стоянки такси. В
двух шагах...
Визит Денисова пришелся Мучнику не по душе. Перед тем как отпереть дверь, он
несколько секунд разглядывал Денисова в глазок, потом нехотя откинул щеколду. Владелец
Лэ-стера-Вэлта оказался невысоким, кряжистым, с небольшим одутловатым лицом и
водянистыми глазами; на вид он был не старше сорока.
- Вы ко мне? - спросил Мучник.
- Да. Из милиции.
- Прошу.
Мучник провел Денисова в маленькую комнату с письменным столом, кушеткой и
креслом, служившую, очевидно, кабинетом. Против двери в кресле лежала собака, о которой с
восхищением говорила женщина-инструктор. При виде постороннего, заметил Денисов, чуткие
глаза чемпиона породы мгновенно дрогнули, но предупреждающее хозяйское "фу!" его
успокоило.
- Разрешите удостоверение, - Мучник показал Денисову на стул, сам устроился в
кресле рядом с собакой. - А то! Не мне вам говорить...
Денисов достал документ, Мучник внимательно изучил его, вернул инспектору:
- Слушаю.
- Как-то в феврале вы стояли с собакой на стоянке такси. Потом я объясню, почему
интересуюсь этим днем...
- Здесь, у метро? - быстро уточнил Мучник.
- Да. Кого-то провожали. В это время проходила мимо компания молодых подвыпивших
людей... - Денисов был готов к любой импровизации.
- Это было ночью? - спросил Мучник.
- Да, около часа.
- А в чем дело? - он определенно заволновался.
- Вы помните этот случай? - поинтересовался Денисов.
- Насчет компании? Нет.
- А то, что с собакой были на стоянке?
- Я часто кого-нибудь провожаю, заодно выгуливаю собаку. О каком конкретно дне идет
речь?
- О двадцатом февраля.
- Двадцатое февраля... - он забарабанил по ручке кресла. - Кажется, действительно
вы могли меня видеть.
- Память вас не подводит?
- Нет, - Мучник погладил собаку. - Примерно в это время я посадил в такси двух
своих знакомых. Они приезжали ко мне по делу.
- Мужчины?
- Женщины, - он снова забарабанил по креслу.
- В какую сторону им надо было ехать? В Измайлово никто не собирался?
- В Чертаново.
- Одна из женщин - библиотекарь?
- Нет, - он на минуту почувствовал облегчение, внезапно снова напрягся.
- От Росбакалеи.
- Обе были в шубах?
- Только одна.
"Произошла ошибка, - подумал Денисов. - Но по чьей вине? Гилима?
Мучника? Моей?"
- Вы можете сказать, что все-таки случилось? - Мучник нервничал. - Ко мне имеет
отношение?
- Я занимаюсь несчастным случаем, - сказал Денисов. - Когда вы находились на
стоянке, мимо проходила компания...
- Я это уже слышал. Мне ничего не известно.
- Много людей находилось кроме вас на стоянке?
- Кажется, нет. Не помню.
- Такси подъезжали часто?
- Редко. Пришлось долго ждать. Это помню. Все? - спросил он нетерпеливо.
- Мне придется взять телефон хотя бы одной из женщин, которых вы провожали, чтобы
проверить вашу память.
Настроение Мучника окончательно испортилось. Он сходил в другую комнату, вернулся с
телефонной книгой:
- Записывайте... Фамилию не знаю. Спросите Милу.
Денисов догадался, что с этой минуты, он, возможно, вступает на территорию соседней
организации, занимающейся борьбой с расхищениями на складах и базах, поспешил дать
задний ход.
- Жаль, что вы не обратили внимания тогда на ту компанию. С вашей помощью я
надеялся раскрыть преступление, - сказал Денисов, собираясь откланяться.
- И что? - Мучник проводил его до двери. - Не получилось? - на время он совсем
успокоился.
- К сожалению.
- Бывает, - в голосе слышалось скорее удовлетворение.
"Казалось бы, какое мне дело - у соседа умерла корова, - вспомнил
Денисов анекдот. - А все-таки приятно!.."
Прощаясь, Мучник равнодушно пожелал успехов, инспектор ответствовал тем же.
Денисов спустился во двор. Пока он находился в квартире, на улице потеплело. Он
расстегнул куртку, сунул руки в карманы. Недалеко от дома, впереди, виднелся
телефон-автомат, инспектор направился к нему.
"Потерял я время зря, проверяя версию об эрдельтерьере? - подумал он. -
Или, наоборот, преуспел?"
Из-за угла неожиданно показался лохматый крупный пес с рыжими подпалинами и
черной курчавой спиной.
Позади, держа собаку на поводке, шел школьник. Он, видимо, только вернулся из школы
и как был в форме, не переодеваясь, выскочил на несколько минут, чтобы вывести собаку.
"Еще эрдель, - подумал Денисов, - в этом же районе!"
Он сделал шаг навстречу.
- Извините, - еще Кристинин советовал когда-то ему: "Если хочешь добиться успеха у
детей, будь с ними Отменно вежлив!" - Как поживает мужчина, который с ним обычно
выходил? Как его дела? Мы раньше вместе гуляли...
- Мужчина? - мальчик покачал головой. - Вы ошиблись. С Арчи-Данаеммогут гулять
только я и мама.
И иногда бабушка.
Извинившись снова, Денисов прямо направился к телефонной будке, позвонил к себе, на
вокзал. Номер оказался свободным.
- Дежурный по отделу... - последовала всегда строго определенная, свойственная
Антону пауза, после которой Сабодаш называл себя.
Денисов опередил его:
- Антон!
Дежурный обрадовался:
- Тебе звонили из Расторгуева. Из линейного пункта.
- Мне? - с Расторгуевом его вроде ничего сейчас не связывало.
- Да, - Антон кому-то ответил, снова заговорил в трубку: - Они изъяли у кого-то
перстень, похожий на тот, что был у Белогорловой. Я звонил ее сестре. Гладилина уже выехала
для опознания.
- В линпункт?
- Да.
- Я тоже еду, - Денисов сразу заспешил. - Позвони, чтобы без меня ничего не решали.
А что за человек, у которого изъяли перстень? Как он попал в милицию?
- Тот человек? - переспросил Антон. - А он там живет. Все просто: доставили пьяным
с привокзальной площади, стали оформлять... И вдруг перстень!
Маленький кирпичный домик, стоявший над платформой, Денисов хорошо знал: когда-то
ему приходилось здесь дежурить. С тех пор вокзал не перестраивали, только подкрашивали.
Таким видел его Денисов и в детстве маленький, белый, словно только что
отреставрированный. За время, что
Денисов здесь не был, появился разве лишь желтый ящик для карточек
"Спортлото", висевший снаружи у двери.
В линпункте Денисова уже ждали, здесь распоряжался начальник его размашистый, с
бугристым, всегда словно сонным лицом младший лейтенант.
- Можно предъявлять на опознание? - спросил он у Денисова, обмениваясь с ним
тяжелым долгим рукопожатием. - Понятые на месте.
- Приступайте, - Денисов кивнул.
Младший лейтенант достал из сейфа чистый бланк протокола и несколько
приготовленных заранее колец, положил на стол.
Понятые - уборщица станции и киоскер соседнего киоска - заволновались.
Денисов понял: их кольца находились в числе предъявленных, теперь они боялись, что
произойдет ошибка.
- Предупреждаю об ответственности... - младший лейтенант придвинул бланк
протокола Гладилиной, сидевшей у стола.
Она расписалась, бросила взгляд на выложенные в ряд и поименованные в протоколе
"изделия из желтого металла".
- Вот оно! - Гладилина сразу выбрала одно из колец, поднесла к свету.
На бриллиантовой крошке, вкрапленной в поверхность, вспыхнули яркие лучики.
Крохотные бриллианты располагались в виде эллипса.
- Это ее кольцо, Лени, - она обернулась к Денисову. - "Рыба". Я говорила о ней в ту
ночь. Помните?
- Хотите сказать что оно похоже на то, что носила ваша сестра, уточнил начальник
линпункта, принимаясь за протокол, - Не похоже, а именно ее!
- Как вы можете утверждать?
- Царапина! Видите? - Гладилина показала. - Сбоку.
Денисов пригляделся: нужно было быть весьма внимательным, чтобы обнаружить едва
заметный соскоб.
Понятые с облегчением вздохнули.
Младший лейтенант хмыкнул, но все же дописал протокол, дал всем подписать.
Пока он возился с протоколом, прошло несколько поездов, каждый раз маленькое
кирпичное здание наполнялось гулкой дрожью. Потом он убрал кольцо и протокол в сейф:
- Пока останется здесь.
- Вы мне не отдадите? - спросила Гладилина.
- Надо послушать, что скажет человек, у которого мы его изъяли. Ваша сестра могла
кольцо продать, подарить...
- Она бы этого не сделала!
- Неизвестно, - младший лейтенант отвел ее довод. - И вообще: все ли мы знаем даже
о наших самых близких... - Денисову послышался намек на обстоятельства несчастного
случая с библиотекаршей. - Не беспокойтесь, кольцо будет в сохранности.
Денисов вышел проводить Гладилину на платформу.
- Мы сегодня звонили в реанимацию, - сказала она. - Предупредили: все медленно
идет к концу. А что говорят вам?
- Примерно то же. Кажется, что у них нет других слов. Что нового у вас?
Он не стал спрашивать ее о муже, о противоречиях в его объяснениях, но
Гладилина сама сказала:
- Мой сегодня заедет к вам. Хочет все объяснить.
А то не вяжутся у него концы с концами, - Вам он объяснил?
Она покачала головой:
- Зачем? У нас все на доверии. Он приедет и объяснит.
- У Леониды Сергеевны в библиотеке стояла хрустальная ваза, - сказал
Денисов, Она перебила его.
- Цела?
- Да.
- Видимо, это она маме купила. На семидесятилетие. Мы обсуждали, близкие, решили,
что купим от всех...
- Когда у нее день рождения?
- Скоро, в конце месяца.
На кривой, за поселком, послышался частый стук электрички, обычно он на несколько
минут предшествовал появлению поезда. На табло, под светофором, вспыхнула двойка -
электричке открыли второй путь.
- До свиданья, - Денисов повернул к линпункту.
Начальник линпункта уже ждал его у входа:
- Мужика этого я знаю, - Денисов понял, что он говорит о человеке, у которого изъяли
перстень. - Паленов.
Он здесь недалеко живет. Пить ему нельзя из-за контузии.
- Но пьет.
- Дочь выдал замуж, - младший лейтенант провел рукой по бледному, словно из плохо
пропеченного теста, лицу. Несмотря на свое скромное звание, он был уже в годах, более
десятка лет прослужил старшиной. -
Видно, и купил для нее.
- Где он пил? - спросил Денисов. - Известно?
- В новом пивном баре. Сейчас пройдем туда.
Через привокзальную площадь, мимо рынка они прошли в новый пивной зал.
Пива здесь не было. За высокими столиками несколько человек пили холодный лимонад.
В помещении стояла больничная тишина и так же по-больничному позвякивало стекло о
стекло, - Сейчас...
Младший лейтенант отошел от Денисова, шепотом, накоротке перекинулся с продавцом,
лениво перетиравшим тряпкой пыльные бутылки коньяка на витрине.
Потом он поманил Денисова к выходу; - С Паленовым были Роман Леонтьевич и еще
один.
Того продавец видел впервые: "Деловой, - говорит, - не чета этой пьяни".
- А Роман Леонтьевич... Это, видимо, завсегдатай?
- Этот где-нибудь поблизости... - сказал начальник линпункта. - Да вон он! Легок на
помине.
У забора мужчина невысокого роста, в коротком осеннем пальто, в кепке, закупоривал
бутылку. Было видно, что он успел основательно подкрепиться.
Сбоку на картонной коробке из-под "Рома Негро" лежала немудреная закуска.
- Роман Леонтьевич... - окликнул младший лейтенант.
Тот сунул бутылку во внутренний карман, обернулся.
- Что за мужчина заходил с тобой и с Паленовым в пивной зал? - спросил начальник
линпункта, - Так это утром!
- Утром. Кто он? Откуда?
- Да разве всех упомнишь...
- Какой из себя? Обрисуй. Может, я знаю.
- В резиновых сапогах. "Ни с чем пирожок". Я и не запомнил. Они вдвоем ушли, с
Паленовым. Теперь я здесь... - он показал на ящик из-под "Рома
Негро". - А Паленов в милиции побывал.
- Раньше вы видели того - в резиновых сапогах? - спросил Денисов.
- Вроде встречал, - он покачал головой.
- Никогда ничего не случалось, - посетовал начальник линпункта, - а тут...
Они прошли несколько домов, свернули на ближайшую улицу. Впереди, за пустырем,
показался фундамент давно оставленного дома. Свалка битого кирпича. Напротив синела
обнесенная новым штакетником аккуратная дачка с белыми наличниками окон и терраской.
- Сюда, - младший лейтенант свернул в калитку.
Мимо парников они подошли к терраске, поднялись на крыльцо. Изнутри кто-то
невидимый за дверью тотчас отбросил крючок, хлопнул в сенях.
- Можно? Теть Рая! - окликнул начальник линпункта.
Никто не ответил.
Младший лейтенант открыл дверь. Они прошли терраску, вошли в комнату, отделенную
дощатой перегородкой от остального помещения. Комната была пуста, только на диване у окна
спал человек.
- Паленов... - позвал начальник линпункта. - Спишь?
- Хватит ему спать! Выспался... - послышался за перегородкой суровый женский
голос. Безусловно, это была "Теть Рая".
Жена, а может, теща Паленова, очевидно, следила за каждым их шагом, едва они
появились в проулке.
- А?.. - Паленов сбросил одеяло, сел. На нем был полосатый нижний гарнитур. - Ко
мне? - он сразу узнал начальника линпункта.
- Оделся бы сначала... - раздался из-за перегородки тот же голос.
- Минуту! - Паленов соскочил с дивана, натянул брюки, свитер, сунул ноги в
тапочки. - Теперь все в порядке...
Он, видимо, пил уже несколько дней, не брился, лицо казалось желтым, а в общем, был
подтянутым, без живота, с копной хотя и седых, но не редевших на макушке волос.
- Мы насчет перстня, - сказал младший лейтенант. - Как он попал к вам?
Паленов забеспокоился?
- Купил. А что?
- Дорого?
За перегородкой скрипнула половица, потом снова воцарилась прежняя напряженная
тишина.
Паленов шепотом назвал цену.
- Продавца знаете?
- Средних лет, неприметный такой... В резиновых сапогах.
- Он сам предложил кольцо?
- "Берите, - говорит, - вещь уникальная!" Да я и сам увидел! -
Разбираюсь. Мы тут свадьбу недавно сыграли. Наверное, знаете. Дочь выдал.
Ну, вот.
- На кольцо есть заявка, - сказал младший лейтенант. - Оно украдено.
Если не найдете продавца...
- А мне сказал, что знаешь продавца! - с отвращением произнесла "Теть
Рая" из-за перегородки.
- Роман Леонтьевич видел его у нас в Расторгуеве... - Паленов повысил голос. - На
Павловской вроде.
- Будем искать, - пообещал Денисову младший лейтенант, когда они вышли на
улицу. - Паленова я знаю, он мужик серьезный. Дочь у него от первого брака, хозяйка не
очень жалует. Вот он и перестарался. Вы в Москву? спросил он, заметив, что Денисов
посмотрел на часы.
- Да. Только предварительно позвоню.
- Я сразу сообщу, если что, - пообещал начальник линейного пункта.
Денисова он знал давно,~и ему нравилось, как тот работает.
В электричке и потом в метро, по пути на "Автозаводскую", Денисов листал свой блокнот
с записями.
Из запланированных им первоначально мероприятий оставались такие, как
"установление Близнецов, Тучного, взятие объяснений от лиц, прибывших первыми на
место несчастного случая, - Малахов, Дернов".
Тучного скоро можно было вычеркивать. К Малахову Денисов собирался заехать тоже
сегодня, сразу после профессионально-технического училища, обоим очевидцам он в
последнюю минуту позвонил из линейного пункта милиции в Расторгуеве.
Остался неопрошенным Дернов, который по какой-то причине не явился по повестке, но
особых надежд на его опрос возлагать не приходилось: человек в вязаной шапочке и
спортивной куртке находился на пл-атформе и прибежал к месту происшествия едва ли не
после Денисова.
На всякий случай Денисов записал: "Послать Ниязова на квартиру с повесткой..."
Существовали еще двойняшки, которых он видел, стоя у рефрижераторного поезда, они
тоже могли видеть Белогорлову на тропинке или у машины..Но и с этими двумя дело обстояло
непросто. Ниязов - младший инспектор, разыскивавший Близнецов, - уже несколько раз
встречал электрички, прибывавшие в начале девятого часа. Близнецов на тропинке, ведущей к
домам, не встретил ни разу.
"Повторить..." Пряча блокнот, он встретился с насмешливым взглядом скучающей
девицы, сидевшей напротив: "Деловой!"
На "Автозаводской" из всего вагона выходили они двое. Денисов чуть поотстал,
пропуская ее, зато на эскалаторе сразу наверстал упущенные секунды. Через несколько минут
он уже был в профессионально-техническом училище.
Тучный, с кроткими печальными глазами преподаватель машинописи, стоял в окружении
учениц. При появлении инспектора девушки сразу же отошли.
- Денисов. Я звонил вам.
- Гектор Иванович. Рад познакомиться, - он грустно посмотрел на
Денисова.
Они поднялись на второй этаж, в кабинет с портативными машинками на столах.
- Чем могу быть полезен?
Он сел за преподавательский стол, усадил Денисова напротив, за машинку.
Пока Денисов объяснял цель визита, Гектор Иванович часто, коротко кивал,
многочисленные его подбородки мягко покачивались.
- Все верно, - сказал он наконец. - Я шел с коллегой, он живет по другую сторону
полотна. По вторникам мы встречаемся у метро - обоим к первому часу...
В класс заглядывали ученицы.
В том, что хрупким, тоненьким девушкам преподавал машинопись грузный,
неповоротливый мужчина с кроткими глазами, было что-то трогательное, но
Денисов ушел от этой мысли.
- Пожалуйста, расскажите подробнее, - попросил он.
- На путях стоял рефрижераторный поезд... Я не знал, что делать.
Вернуться? Это еще полчаса.
- Решили пройти под вагоном?
- Не спрашивайте! Еле отдышался... Мотор мой... - он показал на грудь,
- совсем не приспособлен, - Кто-то встретился по пути?
- Увы! Не помню.
- Ни одного человека?
- Нет, - он развел руками.
Он не видел ни Денисова, ни Близнецов, которые его должны были обогнать, ни
Белогорлову.
- Вы проходили мимо "Запорожца", - напомнил еще Денисов. - Вспоминаете?
- "Запорожец" помню. У моего сына "Запорожец", я не могу в нем ездить.
Слишком велик. Машину я видел.
В ней ехал мужчина.
- Может, мы говорим о разных машинах?
- "Запорожец" стоял у крайнего дома, - Гектор Иванович достал платок, вытер
вспотевшее лицо, - Потом он проехал мимо меня. Я обратил внимание.
Денисов заинтересовался;
- Водителя вспомните?
- Нет, - он поморщился.
- Но мужчина?
- Это точно. И он был в очках.
Прозвенел звонок. Кабинет начал наполняться будущими секретарями-машинистками.
Денисов и Гектор Иванович вышли в коридор.
- Не ошиблись? - спросил Денисов.
- Я обратил внимание! А вот лица не помню.
Снова прозвенел звонок, преподаватель тронул Денисова за локоть:
- У меня открытый урок. Извините,
Выйдя из метро, Денисов вдоль трамвайных путей быстро пошел в сторону моста.
Пешком было быстрее.
Другой очевидец несчастного случая, Малахов, работал в научно-исследовательском
институте недалеко от метро.
Улица была узкая, шумная. На углу, далеко в сторону занося прицеп, задерживая
трамвайное движение, сдавал назад, во двор магазина, огромный фургон. Водитель трамвая,
молодая женщина, не спеша шла к стрелке, небрежно волоча по мостовой обернутый вверху
перчаткой короткий звонкий ломик.
"В реальной жизни каждую минуту происходят реальные события, имеющие реальные
последствия, - заметил Денисов, стараясь думать о себе в третьем лице. - Только инспектор,
занимающийся несчастным случаем с библиотекаршей, вроде как заполняет пустые клеточки
кроссворда, и ничего от этого не происходит".
Войдя в НИИ, Денисов снизу, от вахтера, позвонил Малахову:
- Я здесь, в институте.
- Дайте, пожалуйста, трубочку вахтеру, - попросил Малахов.
Он что-то сказал вахтеру, после чего тот показал Денисову рукой на лифт:
- 716, седьмой этаж...
В лифте Денисов поднимался не один. Кто-то из попутчиков присутствовал при его
коротком разговоре с вахтером; выйдя из лифта на седьмом этаже,
Денисов услышал сзади. - - Направо, вторая дверь.
Он постучал, потом приоткрыл дверь.
- Прошу. Проходите, усаживайтесь...
Было нелегко узнать в предупредительном, с начальственными манерами мужчине
растерянного человека в намокшей шапке с опущенными наушниками, который лишь чудом не
попал сам под колеса рефрижераторного поезда.
- Я должен получить объяснение, - сказал Денисов, усаживаясь за приставной столик и
доставая чистый бланк протокола. - Как, по-вашему, все обстояло в тот вечер?
Малахов симметрично отставил локти по обе стороны опущенного в ладони подбородка.
- Начнем с того, что мой приятель, тоже завлабораторией, в тот вечер попросил моей
помощи... - он внимательно-оценивающе посмотрел на.
Денисова. - В, ремонте квартиры. Мы с ним все делали сами. Я тоже недавно квартиру
получил. Побелка, циклевка... - Малахов не стал уточнять. -
Короче, в тот день, пора.ботав, мы немного посидели за столом... Потом я поехал
домой, - Вы ехали со стороны Москвы?
- Да, из Нижних Котлов.
- В последнем вагоне?
- В последнем. Мне только пути перейти - и я дома.
Мы привыкли тут ходить. Тропинка вела под рефрижератор. - Он встал из-за стола. -
Теперь представьте, что это вагон, - он показал на приставной столик. - Я подошел,
нагнулся. Вдруг - вагоны дернуло! Покатило.
- Быстро?
- Не очень. Как обычно.... Я сразу отпрянул! Стою - жду. Вагона три прошло, вижу -
женщина! Из-под вагона! Я растерялся, закричал! Что - и сам не знаю! Бегу к платформе.
Кричу!
- Уточните, что вы увидели вначале? Спину, лицо женщины?
- Сумку! Она выпала между колес на шпалы. Потом показалась женщина.
- Вы уверены?
- Совершенно.
"Странно", - подумал Денисов. Он хорошо помнил, что сумка лежала в стороне. Так
было указано и в протоколе осмотра места происшествия.
- А потом? - спросил он. - Когда женщине оказывали помощь, вы видели снова
сумку?
- Не обратил внимания.
Денисов достал блокнот, быстро набросал схему.
- Сумка лежала здесь, в десяти метрах от пострадавшей, в направлении,
противоположном движению поезда.
Малахо
...Закладка в соц.сетях
