Жанр: Детектив
Аста ла виста, беби
...я. Он серьезно ответил:
- За всеми. Работа такая.
- Поговорим о работе, - предложила я. - Я так и не поняла, чем тебя этот парень
насторожил? То есть с какой стати ты связал предполагаемое появление киллера с особой
Деда? - Этот вопрос по-настоящему меня интересовал. Если верить Сергееву (а ему я верила),
к словам парня можно было отнестись как к бреду, не более. Но если кто-то взял на себя труд
сократить пребывание этого человека на земле, бред выглядел страшненько.
- Сам не знаю, - поморщился Ларионов. - Говорю, неспокойно как-то...
- Так не пойдет, - предупредила я.
Подошла официантка с заказом, и мы замолчали, но, как только девушка отошла,
Ларионов вновь заговорил:
- Хорошо, хорошо, было кое-что... На днях один тип шепнул, что у Деда проблемы.
- Что за тип?
- Перестань. Ты же знаешь, что на этот вопрос я не отвечу. Вроде бы наш старик не
очень-то считается с интересами некоторых людей, гнет свою линию и все такое.
- Насчет линии в самую точку, - усмехнулась я. - Ничего нового. Дед в своем
репертуаре, и у него полно врагов.
- Наверное, ты права, и я дую на воду, но... просто так совпало: данный разговор, а
потом еще этот тип. И я подумал, для кого мог понадобиться киллер-гастролер? В городе вроде
тихо, всякая мелочовка по мелочам и разбирается, выходит, что...
- Ничего не .выходит, - сказала я. - Но лучше дуть на воду, чем оказаться у разбитого
корыта. Давай прикинем, что у нас есть: кто-то шепнул тебе о проблемах Деда. Человечек-то
хоть стоящий?
- Не волнуйся, стоящий.
- Ага. Значит, он шепнул, и через пару дней... я права?
- Через три дня, - уточнил Ларионов.
- Через три дня твой человек в ментовке сообщает тебе об этом парне. Парень получил
побои, несовместимые с жизнью, и в бреду упоминает киллера и вроде бы даже дату. А сегодня
его не поленились пристрелить. Из чего логично сделать вывод: кто-то считал, что парень
обладает некой информацией, которую лучше унести в могилу. Он сказал "киллер",
следовательно, скорее всего, информацию о киллере и хотели сохранить в секрете. Имеет это
отношение к Деду или нет, в любом случае стоит разобраться.
- Вот и разберись, - совершенно серьезно заявил Ларионов. Я даже не нашлась, что
ответить. Ларионов побил все рекорды, он поверг меня в изумление в третий раз за вечер.
- Кто у нас начальник службы безопасности? - наконец нашла в себе силы произнести
я.
- Я помню, кто у нас отвечает за безопасность, - ответил Ларионов. - И меры,
конечно, приму. Но я не оперативник, а здесь необходимо провести расследование. Или я
что-то путаю?
- Расследование - это замечательно, а менты - самые подходящие для этого дела
люди.
- Не уверен. Слушай, о чем мы спорим? Ты не раз проводила расследования по
поручению Деда, а теперь, когда речь идет о его безопасности... Хорошо, возможно, речь идет
о его безопасности...
- В милиции вряд ли придут в восторг, если я начну путаться у них под ногами, -
напомнила я, но это не произвело на него никакого впечатления.
- Не смеши. Они уже давно привыкли. То есть я хотел сказать, что если бы путаться у
них под ногами начал я, тогда другое дело, а ты для них свой человек. И им хорошо известно,
как к тебе относится Дед. Так что рядовые сотрудники помогут тебе по старой дружбе, а
начальство мешать не будет. Что скажешь?
Вообще-то Ларионов был прав. Не раз и не два я проводила расследование, когда это было
угодно Деду, и друзья у меня имеются, которые захотят помочь, и начальство в самом деле не
будет особо против. Но все равно меня переполняло желание послать Ларионова к черту хотя
бы за то, что так торопился переложить свою головную боль на меня. Хотелось, но было одно
"но" - речь шла о Деде, и теперь я думала: чем черт не шутит, может, он в самом деле кого-то
так прижал, что этот "кто-то" всерьез решил от него избавиться?
Тут надо заметить, что наши отношения с Дедом простыми не назовешь. У меня самой не
раз возникало желание избавиться от него. Не буду врать, что я столь кровожадна и мечтала о
его кончине, меня бы вполне устроило, если бы мы просто больше никогда не встречались.
Но как только я допустила мысль о том, что ему угрожает опасность, беспокойство меня
не оставляло. Даже думать не хотелось, что... У большинства людей редко прослеживается
логика в желаниях и поступках, а искать ее у меня - и вовсе бесполезное занятие. Так что,
сидя в кафе напротив Ларионова, я уже знала, что опять влезаю в какое-то дерьмо, хотя не
далее как вчера клялась и божилась...
- Хорошо, - кивнула я без всякого намека на энтузиазм. - Пошарим, посмотрим,
глядишь, чего-нибудь и нароем.
- Спасибо, - совершенно серьезно сказал Ларионов и даже похлопал меня по руке.
- Чудеса, - сказала я.
- Что? - не понял он.
- Ничего. С людьми творится что-то странное. Ладно, мы уже довольно долго мозолим
глаза друг другу, пора и честь знать.
Он расплатился и спросил:
- Идем?
- Я еще немного посижу.
Ларионов кивнул на прощание и скрылся с глаз. Не успела я ощутить большую радость от
его ухода, как зазвонил мой мобильный. Высветившийся номер ничего мне не сказал, но я по
доброте сердечной решила ответить и голос узнала сразу. Звонил Сергеев, с которым мы не так
давно простились в больнице.
- Говорить можешь? - незамысловато начал он.
- Я даже спеть могу.
- Это хорошо. Подскажи, дураку, что там у вас за дела такие, чтобы ненароком шишек не
набить?
- Нет у меня дел, я почти что на пенсии.
- Брось. С какой стати нашу власть заинтересовало это убийство?
- Ты бы у власти и спрашивал, - съязвила я.
- Ты на Ларионова намекаешь? У меня нет ни малейшего желания иметь дело с этой
крысой. Знать бы еще, кто из наших ему стучит, набил бы морду с большим удовольствием.
- Заодно и Ларионову набей. Я бы охотно поучаствовала, да боюсь, не будет мне такого
счастья.
- Я тоже невезучий.
- Я знаю не больше твоего, - заговорила я уже серьезно. - Ларионов может знает
больше, но он своими знаниями со мной не поделится.
- Даже с тобой?
- Со мной особенно. Так что начинай трудиться, исходя из следующего: парня дважды
пытались убить. Второй раз успешно. И он что-то болтал о киллере.
- Сейчас я с медсестрой разговаривал, ни в дате, ни в том, что встреча состоится в баре
"Витязь", она уже не уверена.
- Понятное дело, испугалась девчонка.
- Ты мне прямо скажи, тебя это дело интересует или нет?
- Интересует.
- Тогда предлагаю свою дружбу. Идет?
- Лучше бы руку и сердце, но я и против дружбы не возражаю.
- А, что, появилась вакансия? - развеселился Сергеев, но тут же пришел в чувство и
деловито добавил:
- Будут новости, позвоню.
Мы простились, и я уставилась в пустой стакан за неимением другого интересного
объекта. Не мешало бы поговорить с Дедом. Конечно, рассчитывать на его откровенность мне
даже в голову не приходило, однако предпринимать какие-то шаги за его спиной тоже не
годится. Надо явиться пред ясные очи, сделать необходимые ритуальные приседания и
получить высочайшее разрешение. Хотя ради разнообразия он мог бы просто ответить: есть у
него подозрения, что его собираются шлепнуть, или мы с Ларионовым предаемся фантазиям?
Причем я предаюсь им с перепугу, а Ларионов вполне может заниматься этим с неясной для
меня целью. Деду он вроде служит верно, прекрасно понимая, что благополучие Деда
напрямую связано с его собственным. Однако может играть и против Деда, если усмотрит в
этом выгоду для себя. Но выгода должна быть существенной.
Был и третий вариант. Дед опять что-то затеял. Ларионов исполняет отведенную ему роль,
может, зная о намерениях босса, а может, втемную. Дед на такие штуки мастер. Вот и гадай
теперь...
Я не надеялась получить ответы на эти вопросы, поговорив с ним, но в любом случае
встретиться придется. Я хотела набрать номер телефона Деда, но тут вспомнила о своем друге
Лялине. Не худо бы для начала послушать умного человека. Опять же, мы давно не виделись, а
теперь есть повод. И тут телефон чудесным образом зазвонил, и я увидела заветный номер.
- Тебе икалось, что ли? - поинтересовалась я.
- Неужто вспомнила о старике? - развеселился Лялин. - Чем занимается самая
красивая девушка нашего города, страны и мира?
- Собираюсь испортить тебе настроение.
- Не удастся. На днях я отпустил тебе все грехи.
- А их много?
- Один был точно. Могла бы поздравить своего доброго дядюшку, мне вчера стукнул
полтинник, и теперь я взрослый мальчик.
- Боже, - простонала я в тоске и отчаянии. - Я - свинья, дура без памяти, средоточие
пороков и прочее, прочее... Позволь припасть к твоей груди и вымолить прощение.
- Припадай ко всему, что тебе понравится. Можешь прямо сейчас. Я намереваюсь осесть
в "Торнадо" и всерьез рассчитываю, что ты присоединишься ко мне.
- Лечу на крыльях любви, - заторопилась я. Настроение мое заметно улучшилось.
Вечер в компании друзей... заодно кое-что обсудим, и домой теперь ехать не надо, то есть
появился повод задержаться.
Выходя из кафе, я позвонила Тагаеву. Он ответил сразу, наверняка ждал звонка, однако
сам не позвонил, терпел, не желая навязываться.
- Это я, - сообщила я с оптимизмом, как будто рапортовала, что мною только что
покорены бескрайние просторы Вселенной.
- Привет, - отозвался он. В голосе минимум эмоций, хотя наверняка хотел многое
сказать. К примеру, какого черта меня где-то носит, когда он сидит дома с моей собакой.
- Я сегодня задержусь, - сообщила я и мысленно вздохнула.
- Да? - вновь без всяких комментариев, даже если он и думал при этом: "А когда ты не
задерживалась?", или еще вариант: "Ты бежишь от дома, как черт от ладана". Но Тагаев так не
скажет, обойдется равнодушным "да".
- Ага. Как там Сашка?
- По-моему, скучает. И я, кстати, тоже. Когда думаешь появиться?
- Через пару часиков. - Тишина. Можно давать отбой, он больше ничего не скажет.
Мне стало так тошно, хоть волком вой, и я сказала:
- Вчера у Лялина был день рождения. Хочу поздравить.
- Вешнякову привет, - ответил Тимур и отключился.
- Черт, - чуть ли не крикнула я и повторила:
- Черт, черт... - Легче мне от этого не стало.
Я шла к своей машине, кусая губы и торопясь поскорее выбросить из головы Тагаева, его
терпеливое ожидание в моей квартире и нашу стойкую неспособность понять друг друга.
Впрочем, его я понимала даже очень хорошо, только толку от этого никакого.
Двое подростков стояли возле моего "Феррари" и восхищенно его разглядывали. С точки
зрения граждан, у меня есть все... С моей точки зрения - тоже. Абсолютно все, что может
пожелать человек. А я, как на грех, ничего не желала или понятия не имела, чего желаю на
самом деле. Все, о чем мне доводилось мечтать, оказывалось иллюзией, и я знать не знаю, что
делать со своей жизнью.
- Все, хватит, - буркнула я. Ребятишки решили, что я обращаюсь к ним, и поспешно
отошли.
- Классная тачка, - не удержавшись, заметил один. - Когда вырасту, куплю себе такую
же.
Я улыбнулась и плюхнулась на сиденье, завела машину и махнула ребятам рукой. До
места встречи на машине - минут пятнадцать. Я решила, что портить вчерашнему имениннику
настроение кислой физиономией непростительный грех, и, выбросив из головы Тагаева,
подумала о том, как замечательно встретиться с друзьями, и прочее в том же духе. После этих
упражнений оптимизма во мне заметно прибавилось.
Я заскочила в винный погребок, купила Лялину в подарок бутылку коньяка, который он
очень уважал, хотя и водку пил с удовольствием. Подъехала к бару, припарковала машину и,
нацепив на физиономию улыбку, направилась к двери. Бар был большим, с двумя бильярдными
залами, но при этом очень уютным. Пространство бара было поделено резными перегородками,
желающие смотрели футбол на огромном экране недалеко от стойки, а кому футбол был
неинтересен, могли спокойно поговорить.
Лялин очень любил это заведение, и с некоторых пор оно стало местом наших нечастых
встреч. Я вошла и огляделась, высматривая своих друзей. Сегодня здесь. не было многолюдно,
однако из-за перегородок обнаружить Лялина оказалось не так-то просто. Я достала телефон с
намерением позвонить, но тут очам моим предстал молодой человек и с улыбкой произнес:
- Здравствуйте, Ольга Сергеевна. Позвольте я вас провожу.
Как всегда, я недооценила свою популярность в родном городе. Я широко известна среди
собак, вышибал и официантов. Прочие граждане тоже не оставляют меня своим вниманием.
Вслед за молодым человеком я миновала бильярдный зал и наконец-то увидела своих
друзей. Лялин сидел, откинувшись в кресле с бокалом пива в руке, напротив с довольным
видом устроился Вешняков.
Вешняков заметил меня первым, расплылся в улыбке и заявил:
- Красавица.
- Точно, - кивнул Лялин, поворачиваясь ко мне:
- Чем старше становлюсь, тем труднее лицезреть такую красоту платонически. К чему
ты хотела припасть?
- К могучей груди, - ответила я. Мужчины поднялись, и к груди Лялина я все-таки
припала, удостоилась объятий и братского поцелуя.
- Хорошо выглядишь, - сказал он серьезно, должно быть, решив, что я остро нуждаюсь
в комплименте. Вешняков, продолжая улыбаться, запечатлел поцелуй на моей щеке и вернулся
к пиву. - Что будешь пить? - деловито спросил Лялин.
- То же, что и вы.
- Я так и думал, - усмехнулся он. - И все уже заказал. Ну что, други милые, можете
поздравлять.
Мы, конечно, поздравили, я вручила ему коньяк, выпили и закусили.
- Надо чаще встречаться, - выдал ценную мысль Вешняков где-то через час.
Чувствовалось, что он абсолютно доволен собой и миром. Во мне вдруг заговорила совесть: не
хотелось нарушать эту идиллию, оттого со своими новостями я не спешила, слушала чужие.
Лялин, который трудился в охранной фирме, после того, как два года назад покинул дом с
колоннами, особо новостями не баловал. Похвалился успехами сына, учившегося в Англии,
пожаловался на дочь, влюбившуюся весьма некстати, потому что экзамены на носу, и кивнул на
Вешнякова:
- Глянь, как нашего подполковника от самодовольства распирает. Как звание получил,
совершенно другим человеком стал. Брюхо отрастил, морда круглая, взгляд сытый. Сразу
видно: мент.
- А раньше что, не видно было? - хмыкнул Вешняков.
- И раньше репа твоя лучше всякой визитной карточки была, но до получения
долгожданного звания ты выглядел ментом-трудягой, а теперь барином.
- На себя посмотри, - фыркнул Вешняков, и оба засмеялись.
- Хорошо, хоть не ноет, - сказала я.
- А чего ему теперь ныть, он у нас начальник, - подмигнул Лялин.
Артем скривил несчастную физиономию и махнул рукой:
- Надо мной еще начальников пруд пруди. И каждый норовит шею намылить.
- Обижают сироту, - поддакнул Олег.
- Не может человек не жаловаться, хоть генерала ему дай, - посетовала я.
Артем тут же ответил:
- И над генералом начальства полно.
- О господи, значит, будешь стонать до скончания века, - ужаснулась я.
- Брюхо и вправду растет, - с тоской заметил Артем. - Моя говорит, надо больше
двигаться. Потащила меня к теще, грядки копать. Еле-еле сбежал в последний момент. Как раз
Мишу Молчуна грохнули. Ну, я своей и говорю: отменяются грядки, видишь, что в городе
творится.
- Выходит, тебе Молчуну надо спасибо сказать, - засмеялась я.
- Не ему, а тому, кто избавил его от земных хлопот. Но спасибо говорить не хочется, от
грядок спас, так на работе одна нервотрепка.'
- Убийство заказное, тебе что за головная боль? - удивился Лялин.
- Ты что, не знаешь наших отцов-командиров? ЧП, куда смотрели, сограждане в панике,
короче, шею мылили по полной, точно это я его пристрелил. Хотя всем прекрасно известно...
- Тут Вешняков вдруг поперхнулся, а Лялин одарил его недобрым взглядом, который не
укрылся от меня. Лялин тут же оптимистично заметил:
- Ничего, справишься.
- Да бог с ними со всеми, - вздохнул Вешняков, потянувшись к коньяку. - И с
Молчуном, и с начальством. Давайте лучше за именинника выпьем.
Мы, конечно, выпили. Закусывая, я приглядывалась к своим друзьям. Лялин мужик
крупный. И хотя он любил прикинуться сиротой, намекая на старость, но мог дать фору многим
молодым. Кулаки-кувалды выглядели в высшей степени внушительно. Болтали, что Лялин
легко гнет подковы. Я как-то раз попросила продемонстрировать, меня вежливо послали с
формулировкой "глупостями не занимаюсь", но я не сомневалась, что подковы для него ерунда.
Однако недюжинная сила далеко не единственное достоинство Лялина. Прежде всего он был
наделен умом, большим и светлым, к тому же умудрился остаться порядочным человеком, что
было вещью едва ли не фантастической, коли уж он несколько лет проработал начальником
охраны Деда (каковы наши политики, никому объяснять не надо), и за это я Лялина особенно
уважала. Он имел большие возможности для личного обогащения, занимая этот пост, но не
воспользовался ими. Мало того, ничуть об этом не жалел. А когда решил, что Дед слегка
перегнул палку (на самом деле не слегка, конечно), Лялин покинул теплое местечко, что смог
бы далеко не каждый, и ушел в охранную фирму. Правда, и там не бедствовал, потому что
хозяину было доподлинно известно, какое сокровище удалось ему к себе заманить.
Лялин долгое время служил в разведке и, по моему мнению, был не только специалистом
от бога, он обладал даром предвидения. Лично я в этом не сомневалась. Из-за рыжих усов,
которые украшали его физиономию, он чем-то походил на добродушного моржа. Очень многие
несведущие граждане ловились на эту удочку, забывая, как обманчива может быть внешность.
Вешняков, круглолицый, с большими серыми глазами и удивительной улыбкой, казался
тем, кем и был в действительности: хорошим, добрым парнем, который искренне стремился
жить в согласии со всем миром. Удавалось сие редко, ибо профессию он избрал далеко не
мирную, и Артем очень страдал от этого. Был он принципиален, тверд, а иногда и упрям, точно
стадо ослов, оттого с трудом дождался вожделенного звания. Начальство, как известно,
предпочитает гибких сотрудников, а Вешняков ныл, жаловался, обещал все бросить и уйти к
Лялину, но, когда было надо, стоял насмерть, похоронив личную выгоду и надежды на
спокойную жизнь.
Сейчас эти двое торопились сменить тему и болтали без умолку, что слегка насторожило.
Причину такового поведения я не видела и оттого слегка волновалась: что такое знают эти двое,
чего пока не знаю я? Мысленно я вернулась к нашему разговору, вспомнила красноречивый
взгляд Лялина и пришла к выводу, что все дело в неведомом мне Молчуне. До упоминания о
нем мужики выглядели радостно-возбужденными, а когда Вешняков сообщил о безвременной
кончине Молчуна, Лялин разозлился, а Артем стал ерзать, точно брякнул некстати то, о чем
лучше помалкивать. Молчун был мне абсолютно безразличен в силу того, что сегодня я
услышала о нем впервые. В конце концов я решила, что у меня и без этой загадки полно хлопот,
и выбросила Молчуна из головы.
Полтора часа пролетели незаметно. Полтора часа счастья более чем достаточно, теперь
вполне можно поделиться неприятностями и при этом не чувствовать себя распоследней
свиньей.
- Сегодня я имела беседу с Ларионовым, - с пленительной улыбкой сообщила я, потому
что все-таки стыдилась портить людям праздник.
- На какой предмет? - полюбопытствовал Вешняков, уплетая семгу. Он пока еще не
ожидал подлости от судьбы, был всем доволен и в меру любопытен. Зато Лялин сразу
насторожился. Не зря я подозреваю в нем дар предвидения.
- Утверждает, что едет к нам киллер, да не простой.
- Вона как, - кивнул Вешняков. - И чего ему у нас понадобилось?
- Ну... если учесть, что Ларионов проявляет озабоченность и даже снизошел до беседы
со мной...
Вешняков нахмурился, и оба мы уставились на Лялина. Тот широко улыбнулся и
дурашливо спросил:
- И чего?
- Как думаешь? - ласково спросила я.
- О чем?
- О возможности неких шагов некоторыми людьми, имеющими цель лишить нас отца
народа и гаранта демократии в областном масштабе.
- Ух ты, господи, - отложив вилку, пробормотал Вешняков. - Ничегошеньки из твоих
слов я по малограмотности своей не понял, но уже перепугался.
- Ты умный, ты все знаешь, - подхалимски запричитала я, обращаясь к Лялину. -
Скажи, такое в принципе возможно?
- В принципе, все возможно, - продолжил вредничать он. - Дед - мужик жесткий,
очень многим это не нравится. Так что некие споры, конфликты и прочее...
- Но ничего конкретного? - не, отступала я.
- Откуда? - удивился Лялин. - Я сижу в своей фирме, никому не мешаю, никуда не
лезу.
Вешняков иронически фыркнул, а я покачала головой:
- Брось придуриваться.
- Совершенная несправедливость, - закивал Лялин. - Я не придуриваюсь, я
информацией не владею. Дед многим наступил на горло - это факт. Очень многие мечтали бы
увидеть его могилу - тоже факт. Но, как известно, от мечты до суровой действительности...
Осуществление данной затеи - ЧП в масштабах всей страны. Человек, который на это
решится, должен быть либо круглым идиотом...
- Либо ему так припекло... - продолжила я, но Лялин перебил:
- Либо дважды круглым идиотом.
- То есть ты такую возможность в принципе отвергаешь? - Честно говоря, я
порадовалась. Лялин приводил те же доводы, что и я в разговоре с Ларионовым, следовательно,
беспокоюсь я напрасно, и предполагаемый киллер едет сюда по другой надобности. То есть
надобность та же, но к Деду она никакого отношения не имеет.
- А чего за дела-то? - вертя головой от Лялина ко мне, спросил Вешняков. Я коротко
рассказала о недавних событиях. - Сергеева я вчера видел, - кивнул Артем. - Ничего такого
он не рассказывал, значит, особого значения болтовне этого типа не придал.
- А парня сегодня убили, - напомнила я. - Ларионов нервничает и намекает на некоего
осведомителя, который сообщил, что якобы дела у Деда - хуже не придумаешь.
- Только не говори, что ты... - Тут Артема передернуло, точно после паленой водки, и
он по обыкновению заныл:
- Ну что ты за человек такой, Хоть бы раз спокойно посидеть, выпить, расслабиться.
Обязательно настроение испортишь. Так, блин, хорошо сидели, и на тебе...
- Чего ты вопишь, как потерпевший? - напустилась я на него. - Могу я обсудить
наболевшее с друзьями?
- "Обсудить", - передразнил Вешняков. - Непременно втравишь в историю. Хватает у
человека совести... Я уже не мальчик, у меня брюхо растет, семья у меня, слышишь? Ну что за
наказание?
- Помолчи, - махнула я рукой.
- Конечно, тебе что, тебе бы только...
Лялин во время нашей перепалки вертел в руках рюмку и о чем-то размышлял.
- Олег, скажи ты ей... - вновь заныл Вешняков, обращаясь теперь к нему.
- Озадачила ты меня, - серьезно ответил Лялин. - Просто не знаю, что и думать. Если
честно, не верю я, что кто-то на такое отважится, а с другой стороны... В общем, не худо бы
разобраться.
- Вот-вот, - тут же влез Артем. - Я ни в чем разбираться не буду. Это дело не мое, у
меня своих дел выше крыши. Ну надо же так настроение испортить. Лучше б я поехал грядки
копать.
- А тебя никто ни о чем не просит, - съязвила я.
Артем презрительно скривился.
- Ой, ой, ой, не просит. Сергеев что-нибудь накопал? - без перехода спросил он.
- Пока нет. Надеюсь, если будет что интересное, сообщит.
- Сергеев мент толковый, и положиться на него можно. С Дедом ты говорила?
- А надо? - вопросом на вопрос ответила я.
- И как ты тогда собираешься искать киллера? На общественных началах? Может,
все-таки оставишь это дело тем, кому такими вещами и положено заниматься? Нет? Впрочем,
кто бы сомневался. Сама полезешь и нас втравишь. У меня заранее геморрой обостряется.
- Геморрой от сидячей работы, - усмехнулась я. - Вот и побегаешь, для здоровья
полезно.
- Ничего про здоровье мне не говори.
Тут мы вновь посмотрели на Лялина, потому что он продолжал молчать, сдвинув брови к
переносице и уставившись в одну точку. Вешняков притих и стал терпеливо ждать, что скажет
старший товарищ.
- И все-таки у меня большие сомнения, - наконец изрек он. - Попробуем кое-что
выяснить. - Тут он со значением взглянул на Вешнякова, и тот нахмурился, косясь в мою
сторону.
- Если имеете что сказать, то говорите, - вздохнула я, потому что их переглядывание
вконец достало меня.
- Нет, ничего, - поспешно ответил Артем, в очередной раз взглянув на Лялина.
- Как знаете, - буркнула я.
- Ну а теперь, может, выпьем спокойно? - предложил Вешняков.
Засиделись мы много дольше, чем предполагали вначале. О делах больше не говорили,
точнее, об одном конкретном деле, которое меня в настоящее время так волновало. Мужчины
предпочли футбольную тему, и я ее поддержала, хотя ничегошеньки в футболе не соображала.
Мысленно я несколько раз возвращалась к нашему разговору, пытаясь отгадать, что от меня
скрыли мои друзья? Наверняка цели их благородны, но от этого становится даже беспокойнее.
Домой я не спешила, и мои друзья, судя по всему, тоже. Наконец Вешняков взглянул на
часы и принялся ныть:
- Черт, время-то как бежит. Моя пришибет меня, и так уже еле терпит. Пора разбегаться,
а то и вправду из дома выгонят.
Лялин расплатился, мы вышли на улицу и стали прощаться. Лялин сел в свой джип,
Вешнякова, который прибыл на своих двоих, решила отвезти я. Уже в машине, после паузы, в
продолжение которой он собирался с силами, Артем спросил:
- Как твои дела?
- Ты же слышал. И уже успел выразить возмущение и недовольство.
- Я не об этом.
- А о чем? - усмехнулась я.
- Как ты вообще, а?
Нет бы прямо спросил: как вы уживаетесь с Тагаевым под одной крышей? Однако
стыдился и мялся в нерешительности, справедливо полагая, что я пошлю его к черту.
- Вообще нормально, - кивнула я.
- Да? - не поверил он.
- Да. А ты как думал?
- До чего ж ты тяжелый человек, - покачал Вешняков головой. - Спросишь
по-дружески, так ты норовишь... Я ведь не из пустого любопытства спрашиваю. Ты мне
человек не чужой, и я... - Договорить он не успел, я как раз притормозила возле его подъезда.
- Тагаев шлет тебе привет, - улыбнулась я, но ответной улыбки не дождалась.
- Спасибо, - буркнул Артем, вышел из машины, хотел хлопнуть дверью, но душевная
доброта пересилила, он вздохнул и сказал:
- Ладно, спокойной ночи. Пошел я. - Махнул рукой и удалился.
Теперь уже ничто не меш
...Закладка в соц.сетях
