Жанр: Детектив
Амплуа девственницы
...тился и покинул
ресторан, так неистово обнимая меня, что ребра мои этому воспротивились, я
издала стон, который Гришка расценил посвоему.
- Поедем ко мне, - предложил он от широты души, на что я возмущенно
возразила:
- За кого ты меня принимаешь?
Теперь застонал Гришка, запихнул меня в машину и всю дорогу до моего дома
трещал как заведенный на тему "Наша
встреча - дар небес". Я со всем соглашалась, но осчастливить его не торопилась.
Прощание решила не затягивать, робко поцеловала его и припустилась домой со
всех ног.
В гостиной горел свет, Лерка читала книгу, устроившись в кресле, Сашок
отсутствовал.
- Ну, что? - спросила она, поднимаясь мне навстречу.
- Соблазнял.
- Он один или наперегонки с другом?
- Не было никакого друга, и в "Олимпию" мы не ездили. Ресторан
"Купеческий", отдельный кабинет.
- Ты поддалась его чарам?
Я скроила возмущенную физиономию, а Лерка улыбнулась.
- Я это так, на всякий случай. Кстати, когда тебе покажется, что Гришка -
луч света в темном царстве, вспомни мои слова:
ничего хорошего в нем нет. В постели особых восторгов не вызывает, все силы
уходят на выпендреж.
- Да? Чего ж тогда ты его любила?
- Так ведь дура. Не хочу, чтобы у тебя были разочарования.
- Ладно врать-то. Плевать тебе на мои разочарования.
- Вот тут ты не права. Ты мой единственный друг. Сашок, конечно, тоже друг,
но по-другому.
Короче, я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. И у меня тоже. Для этого
надо, чтобы ты имела светлую голову, умелые
руки и никем не занятое сердце.
- Ясно, - кивнула я, не желая спорить, и отправилась в спальню.
Само собой, на следующий день Гришка позвонил ни свет ни заря и спросил,
когда мы увидимся. Я пролепетала что-то
невразумительное, вскользь напомнила, что я девица, и в заключение сослалась на
срочные дела.
- Правильно, - похвалила меня Лерка. - После вчерашнего выхода не худо его
немного помучить, пусть теряется в
догадках, чем не угодил.
Выслушав все это, я отправилась на работу. Ближе к обеду там появился
Гришка. Пока я была занята, он успел очаровать
Софью Сергеевну и еще двух моих сотрудников, причем один из них мужчина в летах.
Все трое сошлись во мнении, что
Гришка на редкость привлекательный молодой человек.
Увидев меня, он враз переменился, замолчал на полуслове, улыбка сползла с
его губ, и теперь он выглядел так, точно
ожидал решения своей участи. На лицах сотрудников появилось сочувствие, Динка
даже приложила руку к груди и тихо
ойкнула, а я, кашлянув, предложила:
- Григорий Николаевич, зайдите, пожалуйста, в мой кабинет.
Он вошел, закрыл дверь и тут же заключил меня в объятия.
- Я не спал всю ночь, - сообщил он. Я приложила палец к губам, и он перешел
на шепот:
- Думал о тебе.
- Я тоже, - заговорщицки шепнула я. - Нам надо прекратить наши встречи.
Хотя бы на время.
Такое Гришке в голову явно не приходило, он растерянно замер и спросил:
- Зачем?
- Мне надо прийти в себя. У меня работы полно, а я думаю...
- О чем?
- О тебе, - созналась я без всякой охоты.
- Анечка, но ведь это прекрасно. Я хотел сказать... Аня, я тебя люблю, -
выпалил он и замер с открытым ртом.
"Врешь", - очень хотелось ответить мне, но я сдержалась и в очередной раз
покраснела от злости.
- Ты так очаровательно краснеешь, - зашептал Гришка, вновь заключая меня в
объятия, но я отстранилась. - Что скажешь?
- испуганно спросил он.
- По поводу чего?
- Аня, я только что признался тебе в любви.
- Все это так неожиданно...
- Это все, что ты мне можешь сказать?
- Мы знакомы сутки, - напомнила я, чтобы он не очень-то увлекался.
- Какое это имеет значение? Ты Веришь в любовь с первого взгляда?
- Верю. Но все-таки не стала бы торопиться. Я не хочу совершить роковую
ошибку.
Потратив еще минут пятнадцать на разговоры в том же духе, мы отправились
вместе обедать, чтобы лучше узнать друг
друга. Я задала ряд вопросов, от которых Гришка позеленел, к примеру: чем он
занимается? Так как ничем полезным он в
настоящее время не занимался, если не считать моего охмурения, то на вопросы
отвечал неохотно, поспешно переходя на
описание своих чувств ко мне. После обеда он проводил меня до работы и взял с
меня честное слово, что я позвоню, как
только освобожусь. Мы наконец-то расстались, и я с облегчением вздохнула.
Сотрудники встретили мое появление понимающими улыбками, и это меня
разозлило. Я сидела в кабинете, разглядывая
стену напротив, и вдруг вспомнила о банковском ключе. Я о нем и раньше не
забывала, но тут вдруг подумала, что быть
богатой совсем неплохо. Сто тысяч, конечно, деньги немалые, но ведь это не
предел мечтаний? Любопытно, что Арсений
спрятал в ячейке? Ясно: что-то ценное.
Но что? Я размышляла над этим, увлекаясь все больше и больше, и вскоре
поняла: я не успокоюсь, пока не узнаю, что
там. Арсений послал мне ключ, чтобы я его сохранила. Если ключ он отправил мне,
логично предположить, что и документы
на аренду ячейки хранить дома тоже не стал, возможно, послал кому-то из друзей.
Поломав над этим голову, я решила, что эту версию не худо бы проверить. Как
проверить, я пока не знала, впрочем, как и
не знала друзей Арсения. Мне был известен лишь один: хиппи Козлов, покончивший
жизнь самоубийством, в
действительности слетевший в балкона не без чьей-то помощи, если верить его
соседу. Правда, я видела еще двоих парней в
кафе за одним столом с Арсением и Козловым, но кто они и где их искать? Кафе
находилось неподалеку от дома, где жил
Козлов. Очень возможно, что бывал он там не раз и его хорошо в заведении знают,
а может, не только его, но и друзей, с
которыми он был там в тот вечер.
Воодушевленная этими мыслями, я покинула офис и отправилась в кафе. При
свете дня оно выглядело прямо-таки
скверно и вполне соответствовало определению: "забегаловка".
Приткнув машину возле аптеки, я направилась к дверям, которые не мешало бы
покрасить. По дороге я быстро растеряла
свой оптимизм. Народу в зале было немного, вонь стояла ужасная, и сквозь дым
предметы различались с трудом. Я прошла к
стойке, взгромоздилась на высокий табурет и почувствовала себя идиоткой.
Фантазируя в офисе, я заводила беседу с
барменом и легко выуживала необходимые сведения, в действительности же понятия
не имела, как начать разговор, но и
бежать отсюда сломя голову не могла. Ясно, что лишь только я окажусь в машине,
почувствую себя еще большей дурой. Уж
если притащилась сюда, надо хотя бы попробовать что-то узнать.
Я вздохнула и отчаянно попросила чашку кофе.
Бармен, парень лет двадцати пяти, высокий, загорелый, в белоснежной рубашке
и бабочке, которая так не вязалась с
убогим видом заведения, взглянул на меня с удивлением.
- Что, кофе у вас нет? - испугалась я. Если нет, придется брать пиво, а я
его терпеть не могу, но не водку же пить?
- Есть, - торопливо ответил он, переместился вправо, где у него была
кофеварка, и стал возиться там, поглядывая на меня.
Наконец он не выдержал и спросил:
- Вы у нас впервые?
- Нет, - ответила я.
- Наверное, заходили не в мою смену.
- Возможно. - Я посоветовала себе быть пословоохотливее и для начала
улыбнулась. - А вы здесь давно работаете? -
спросила я, когда бармен поставил передо мной чашку.
- Три года. Жду место, на днях должно освободиться, - сообщил он с
достоинством.
Я опять улыбнулась, тем самым давая понять, что очень за него рада.
- Можно еще кофе? - поинтересовалась я, он кивнул и снова начал колдовать у
кофеварки, поглядывая на меня с еще
большим интересом.
- Кого-то ждете? - подумав, спросил он, а я решительно ответила:
- Ищу одного парня. Он сюда заглядывает с друзьями.
- Да? И как его зовут?
- Арсений.
- Никогда о таком не слышал, - покачал головой бармен.
- Он взял у меня деньги, аванс. Обещал отремонтировать офис и пропал, -
напропалую врала я, надеясь, что парень не
особый охотник цепляться к словам красивой девушки.
- Вот как, - сочувственно сказал он. - Надо быть осмотрительнее.
- Его знакомый привел. Давно не виделись, а тут встретились в кафе, я ему
про ремонт и рассказала.
Порекомендовал мне этого Арсения. Теперь он исчез.
- А друг что говорит?
- Ничего. Друг на днях погиб.
- Надо же... - В его голосе появилось сомнение.
- Он, кстати, тоже к вам заходил. Собственно, мы здесь встречались, когда о
работе договаривались.
- А друга как зовут?
- Козлов Ярослав.
- Славка? Это который с балкона свалился? - нахмурился бармен.
- Ага, - кивнула я с разнесчастным видом.
Он перегнулся ко мне и шепнул:
- Поговаривают, что помогли ему.
Я отпрянула в испуге и даже огляделась.
- Кто?
Бармен пожал плечами:
- Парень он.., как бы это выразиться.., о покойниках плохо не говорят, но
этот был неудачник.
К тому же наркотой баловался. "Травку" точно покуривал. Конечно, не такой
уж это грех, но у Славки не было
стремлений, - заявил он с таким видом, что становилось ясно: у него самого
стремлений хоть отбавляй. - Да и дружки.., один
недавно освободился, второй... Короче, от таких держаться стоило подальше. Очень
может быть, что они его и того... Не
поделили что-нибудь по пьяному делу.
- Козлов много пил? - спросила я.
Парень слегка устыдился.
- Да не то чтобы много, но.., в общем, парень он пустой, с такими вечно
что-нибудь случается. Зря вы с ним связались.
- Мы давно не виделись. Я совсем не знала о его привычках, и его приятель
показался вполне симпатичным.
- Как он выглядит?
- Арсений? Высокий, темные волосы собирает в хвост, глаза ярко-синие, лицо
загорелое.
- Нет, не помню. Козлов обычно здесь с дружками пиво пил, но те на вашего
Арсения не похожи.
Васька, правда, высокий, и волосы темные, но образина на редкость мерзкая,
а Ромка мелкий, и рожа как у хорька.
- А они здесь часто бывают?
- Последние несколько дней я их здесь не видел.
С тех пор, как Козлов с балкона свалился, они не появлялись.
- Вы, случайно, не знаете, где они живут? Вдруг им что-то об Арсении
известно?
- Где живет Ромка, не знаю, а Васька тут неподалеку, седьмой дом, квартира
на втором этаже, в последнем подъезде.
Только идти к нему я вам не советую. Неприятный тип.
- Спасибо, - промямлила я, расплатилась и пошла к выходу. Только теперь я
обратила внимание на верзилу в синей
рубашке, который пристроился возле входной двери и с увлечением разглядывал
стену перед собой. Когда я поравнялась с
ним, он поспешно направился к бармену, а я покинула кафе. На углу стоял черный
"БМВ", мотор у него работал, но водителя
за темным стеклом я не разглядела. По неведомой причине "БМВ" мне не понравился.
Я бегом устремилась к своему
транспортному средству и, лишь захлопнув дверь, почувствовала себя в
относительной безопасности.
Седьмой дом оказался метрах в трехстах от кафе.
Типичная хрущевка из красного кирпича. Сворачивая во двор, я взглянула в
зеркало, за мной ехали "Жигули", следом
"Волга", мелькнул "БМВ", но тут же исчез в переулке. Я притормозила, решая,
какой подъезд последний - двери железные и
без опознавательных знаков. Неподалеку стояли женщины в возрасте и о чем-то
увлеченно разговаривали. Я оставила
машину возле кустов сирени и направилась к ним. На вопрос, где последний
подъезд, мне ответили охотно; следующий
вопрос, в какой квартире проживает молодой человек по имени Василий, явно не
имел успеха: старушки подобрались и
теперь взирали на меня без всякого удовольствия. Я уже собралась повторить
вопрос, когда одна из них ответила сурово:
- Сорок шестая квартира.
Я поблагодарила и пошла к подъезду, но вскоре вынуждена была остановиться:
на двери был кодовый замок. Старушки с
любопытством наблюдали, что будет дальше.
- Вы не поможете мне открыть дверь? - жалостливо спросила я. Одна из бабок
назвала код, не удержалась и добавила:
- Васьки нет.
- А где он? - тут же поинтересовалась я. Бабка производила впечатление
человека, который знает все на свете.
- Опарыши съели, - зло ответила она, а я начала хлопать глазами, потому что
знать не знала, кто такие опарыши, но уже
боялась, хоть и не верила, что в реальности Ваську кто-то мог съесть. Если
только крупные хищники, но откуда они у нас
возьмутся, разве что в зоопарке. Словом, ответ бабки увел меня в моих
размышлениях очень далеко, и я даже успела забыть,
зачем мне Васька, но тут вторая бабка с постным лицом укоризненно заметила:
- Ты чего несешь, Варвара? Бог накажет.
Варвара, услышав о боге, враз погрустнела и заявила:
- Пошутила я, не принимай близко к сердцу.
А Васьки который день нет. Он меня третьего дня залил, аварийку вызывали,
хорошо, что ключ у соседей оставляет, а так
бы весь дом уплыл. Кран не закрыл как следует, вот и потекло. А теперь, поди,
прячется, он до денег жаднющий. Подъезд
всем миром ремонтировали, так ни копейки не дал, а тут квартиру залил, дочка мою
квартиру застраховала, потому что уже
второй раз Васька нас проливает, теперь судиться не с нами будет, а с конторой.
Там его обдерут как липку, вот он и
прячется. Скажи ему, пусть дурака-то не валяет, все равно ответ держать.
- Скажу, - промямлила я, - если встречу.
Я вздохнула, постояла еще немного, не зная, что делать: подниматься в
квартиру было глупо, раз бабка утверждает, что
Васьки нет. Я хотела уже вернуться к машине, но тут к подъезду стремительно
подошла девушка с ярко-рыжей шевелюрой и
в такой короткой юбке, что назвать ее так язык не поворачивался. Бабки дружно
поджали губы, а мне пришлось
посторониться, чтобы дать ей возможность войти. Она скрылась в подъезде, и тут
бабка, которая из-за неведомых опарышей
чувствовала себя виноватой, трагическим шепотом сообщила:
- Полюбовница его. Васькина. В психушке ей самое место. Блажная. Как начнет
орать, никакой телевизор не спасает.
- А часто орет? - спросила я, чтобы поддержать разговор.
- Да, считай, каждый день. Правда, последние дни тихо. Васьки-то нет, чего
ж ей орать?
- Понятно, - кивнула я, продолжая топтаться у подъезда. Возможно, рыжей
известно, где Васька, но захочет ли она
рассказать мне об этом? Вряд ли.
Еще раз вздохнув, я вошла в подъезд, поднялась на второй этаж и позвонила в
нужную дверь.
Рыжая открыла через полсекунды, точно ждала возле двери. Увидев меня, она
нахмурилась и даже вроде бы огорчилась.
- Вам чего? - спросила она без всякого намека на любезность.
- Мне Василия, - вежливо ответила я.
- Его нет, - сообщила девица, приглядываясь ко мне.
- Когда будет?
- Не знаю. - Попытки захлопнуть дверь перед моим носом девица не
предприняла. Напротив, похоже, разговор ее увлек, а
может, просто любопытно стало, по какой нужде меня черт принес. - Да вы
проходите, - совершенно неожиданно
предложила она, я вошла и первым делом обратила внимание на две рекламные газеты
и открытку на тумбочке возле двери.
Рыжая, должно быть, проверила почтовый ящик. Поглядывая с вожделением на
открытку, я откашлялась, пытаясь в этот
момент придумать предлог для своего вторжения. Рыжая пришла мне на помощь. -
Васька вам зачем?
- Я хотела узнать у него об одном человеке. Его уже несколько дней нет
дома. Звоню, никто не отвечает, мобильный
отключен. Я беспокоюсь, вот и решила узнать у Василия. Проезжала мимо...
- Что-то я тебя раньше не видела, - с сомнением заявила девица, правда, без
враждебности. - И кого ищешь?
- Арсения, - ответила я с печалью. Рыжая нахмурилась и взглянула на меня с
недоверием.
- А ты ему кто?
- Знакомая, - отрезала я, начиная злиться, уж очень много вопросов она
задает, а на мои отвечать и не думает.
- Спишь с ним, что ли? - еще больше нахмурилась она.
- Вам-то что? - разозлилась я по-настоящему и в ответ услышала:
- Так он же "голубой".
Двадцать секунд ушло на то, чтобы вернуть на место челюсть, еще столько же,
чтобы восстановить дыхание, затем я
вновь обрела дар речи.
- Арсений?
- Ну.., ты извини, может, я чего лишнего сказала. Просто он всегда с
Козловым болтается, а тот "голубой". Вот я и
решила...
- Козлов погиб, - сообщила я. Теперь девица лишилась дара речи и даже
способности держаться на ногах, она рухнула на
банкетку, повращала глазами и сказала с сомнением:
- Иди ты... - Я повернулась к двери, а она вскочила. - Я не в том смысле.
Ты точно знаешь, что он погиб?
- Конечно. Я была у него сегодня, и мне сосед сказал, что он упал с
балкона.
- Как это?
- Сосед намекнул, что не сам упал, а помогли.
- Кто помог? - Она вновь рухнула на банкетку, но держала меня за руку,
точно опасаясь, что сбегу.
- Сосед не знает. Просто у него подозрение...
- Мама моя, - прошептала рыжая. - Козлов с балкона свалился, Васька пропал,
и Арсений твой...
Это что же получается?
- У меня ничего, - на всякий случай предупредила я.
- Васька исчез, - начала она плаксиво. - Я думала, запил, а теперь ты со
своими рассказами...
- Может, действительно запил? - попыталась я успокоить ее. - Вместе с
Арсением.
- Арсений не пьет. Ты что, не знаешь?
- При мне пил. Немного, но пил.
- Немного не считается. Вот что, поехали к Ромке. Может, он в курсе, где их
искать.
- А кто это?
- Дружок Васькин. Чтоб им всем пусто было.
Наворотили дел, ведь чуяло мое сердце...
- Каких дел? - заинтересовалась я. Рыжая взглянула на меня растерянно, но
пояснить не пожелала.
- Поехали, - повторила она настойчиво.
- Хорошо, - согласилась я.
- Где-то должен быть адрес. - Рыжая пошарила в ящике тумбочки, чертыхнулась
и пошла в комнату, а я, повинуясь
порыву, схватила открытку и сунула ее в карман. Воровать нехорошо, но мне ключ
пришел по почте... Вдруг здесь что-то
интересное, а если нет, я брошу открытку в почтовый ящик. Не очень красиво так
себя вести, но что поделать, если
сопротивляться соблазну нет сил.
Рыжая вернулась, бормоча себе под нос:
- Еле нашла.
Я боялась, что она обратит внимание на отсутствие открытки, но она даже не
взглянула на тумбочку.
Мы торопливо покинули квартиру и под пристальными взглядами старушек сели в
мою машину.
- Хорошая тачка, - заметила рыжая и посмотрела на меня повнимательнее,
после чего спросила:
- Как тебя угораздило связаться с этим Арсением?
- Чем он так плох? - нахмурилась я.
- Так ведь жулик. И вор. Можешь мне поверить.
А у тебя на физиономии написано высшее образование и хорошая работа.
- Спасибо, - подумав, сказала я, решив расценить слова рыжей как
комплимент. - Но Арсений вовсе не... - договорить я не
успела.
- Сворачивай, - скомандовала рыжая. Я свернула, потом еще раз и вскоре уже
тормозила возле обшарпанного строения с
табличкой на фасаде "Общежитие № 3". - Пошли, - позвала девица.
- Может, я лучше...
- Пошли, - повторила она, и мы направились к общежитию.
Внутреннее убранство этого заведения не радовало. Коридор, выкрашенный
зеленой краской, был пуст, кто-то бренчал на
гитаре, злобного вида старушенция замерла у окна на стуле, под одну из ножек
которого подложили кирпич. На нас
старушенция внимания не обратила. Дойдя до третьей двери, рыжая грохнула в нее
кулаком. Дверь распахнулась, но комната
оказалась пуста. На столе стояли бутылка водки, две чашки и валялись три куска
колбасы, облепленные мухами. Вонь стояла
невыносимая, я попятилась, и рыжая тоже, зажав нос левой рукой.
- Хоть бы форточку открыл, придурок, - недовольно пробормотала она,
оказавшись в коридоре.
- Пойдем отсюда, - поторопила я.
- Надо его найти. Если дверь открыта, он где-то здесь.
Пришлось подчиниться. Рыжая уверенно подошла к следующей двери и постучала.
Открыл ей рослый парень в
тельняшке, он щурился со сна и явно был недоволен, что его побеспокоили, но
рыжей было на это наплевать.
- Где Ромка? - спросила она.
- Какой? - скривился парень.
- Кремнев, - пояснила рыжая и кивнула на соседнюю дверь с цифрой 13.
- Откуда мне знать? - ответил парень.
- Давно его видел?
- Дня три назад.
- Он один был?
- Нет.
- С Васькой?
- Не знаю. Разговор слышал, а с кем болтал, не видел.
Тут за его спиной возник еще один молодой человек, впрочем, определить его
возраст было затруднительно.
- Ромку ищете? - подал он голос. - Дома не ночевал, это точно. Ни вчера, ни
сегодня. Я у него денег хотел занять, заходил
раз двадцать, он как сквозь землю провалился. Как ушел тогда, так и нет.
Рыжая собралась удалиться, но у меня пробудился интерес к беседе, и я
спросила:
- Когда он ушел?
- Ну... - парень задумался. - Сегодня какой день недели?
- Среда, - подсказала я.
- Значит, в воскресенье. А может, в понедельник. Как думаешь? - повернулся
он к тельняшке.
- В воскресенье, - с сомнением ответил тот.
- Ну.., я от тебя пошел и видел его возле котельной, во дворе. Он с какимто
парнем был.
- С Васькой? - спросила рыжая.
- Вроде с Васькой. Высокий, темный.., точно с Васькой. Хотя, может, и не с
Васькой.
- С Арсением? - спросила я.
Он взглянул на меня с удивлением.
- Такого не знаю. А зачем тебе Ромка? - в свою очередь спросил он, а рыжую
точно прорвало:
- С ума вы сошли, что ли? Человек три дня как пропал, колбаса протухнуть
успела, а им и деда нет.
- Какая колбаса? - ахнули оба парня, а рыжая с досадой махнула рукой:
- Алкаши проклятые. - И зашагала по коридору. Я схватила ее за руку, косясь
на парней. Они закрыли дверь, а я
зашептала:
- Давай проверим его комнату.
- Так мы же... - начала рыжая, нахмурилась и первой вошла в Ромкино жилище.
Я шарила глазами в поисках конверта.
Рыжая первым делом заглянула в шкаф. С верхней полки что-то упало ей под ноги,
она наклонилась и громко сказала:
- Ни фига себе...
Я тоже наклонилась. На полу лежал бронежилет.
- Ни фига себе, - повторила я вслед за рыжей, и мы испуганно уставились
друг на друга. Рыжая пришла в себя первой и
принялась перетряхивать весь шифоньер. Она нашла парик, а я фотографии. Теперь
стало ясно, что тогда в квартире Арсения
мы столкнулись с Ромкой.
- Откуда у него все это? - с тоской вопросила рыжая и вдруг потянула меня
за руку. - Идем отсюда.
У меня не было предлога задерживаться здесь, и я пошла. Рыжая кусала губы,
и казалось, вот-вот расплачется.
Старушенция покинула свой пост, стул выглядел сиротливо. Рыжая неслась впереди,
не замечая ничего вокруг. А я обратила
внимание на шкафчик на стене справа. Шкафчик был разбит на ячейки с цифрами
внизу. В ячейке с цифрой 13 торчало
письмо. Воровски оглядываясь, я схватила его и вслед за рыжей вышла на улицу,
каждое мгновение ожидая криков: "Держи
вора!"
- Говоришь, Арсений твой пропал, - тревожно заговорила рыжая, подходя к
машине. - И Васька мой пропал. Ромка исчез,
а Козлов с балкона свалился. - Я утвердительно кивала. Мне, как и ей, от этих
перечислений становилось не по себе. Я бы
могла добавить, что Арсений вовсе не пропал, его застрелили в собственной
квартире, так что весьма вероятно... Я так
перепугалась, что даже побледнела, вслед за мной побледнела и рыжая... - Неужто
они в самом деле... - прошептала она и
заревела.
- Где котельная, возле которой видели Ромку с Василием? - неожиданно для
себя спросила я.
- Что? А.., не знаю. Кузя сказал - во дворе. Зачем она тебе?
.Ответить на этот вопрос я при всем желании не могла, но зашагала во двор.
Рыжая, постояв немного, пошла за мной.
- Ой, чует мое сердце... - пробормотала она и более вопросов уже не
задавала, что меня вполне устраивало. Мое сердце
тоже чуяло.
Мы вошли во двор, он был грязен, захламлен и необитаем, хотя через него
вела тропинка к дыре в заборе, так что люди
иногда здесь появлялись.
Котельная притулилась сбоку от общежития.
Труба из красного кирпича, перекошенная дверь и остатки угля под деревянным
навесом. На двери висел замок. Мы обе
уставились на него, потом я вздохнула, то ли с облегчением, то ли с досадой, и
отвернулась, собираясь идти к машине, а
рыжая дернула замок. Замок не открылся, зато одна из дужек, на которой он висел,
отлетела. Мы переглянулись, и она
толкнула дверь.
Вниз вели несколько ступенек. Я бы ни за что не стала спускаться, таким
ужасом повеяло из этой темной ямы, и запах был
тяжелый, он будоражил воображение, которое рисовало картины одну страшнее
другой. Но моя спутница пошарила рукой по
стене, вспыхнул свет, и бояться стало глупо. По крайней мере, я себя убедила в
этом, присматриваясь к тому, что предстало
моим очам. Просто лестница, по обеим сторонам которой сырые стены с облетевшей
штукатуркой, слева вход в помещение
котельной, и все. Вопрос: что нам здесь понадобилось? Именно его и задала рыжая,
а я не смогла ответить, но из упрямства
начала спускаться вниз. Ясное дело: идея посетить котельную - глупость
несусветная, но не могу же я вот так прямо признать
это.
Рыжая спустилась следом за мной, так и не получив ответа. Идя друг за
другом (лестница была узкая), мы свернули и
вновь оказались в темноте. Свет лампочки едва доходил сюда, а помещение было
довольно большим. Рыжая принялась
шарить по стене, опять щелкнул выключатель, но лампочка не зажглась, то ли
перегорела, то ли ее здесь вовсе не было. Пока
я с глупым видом стояла и озиралась, предприимчивая рыжая достала из сумки
зажигалку, вытянула руку и, освещая себе
дорогу, пошла вперед. Я предпочла остаться на месте, боясь свернуть себе шею.
Впереди виднелось нечто похожее на печь.
То есть это, конечно, было печью до недавнего времени, но потом она либо сама
развалилась, либо кто-то помог. Стало ясно:
котельная к эксплуатации непригодна, общежитие наверняка подключили к
центральному отоплению, оставив котельную
спокойно ветшать. А чтобы бомжи ненароком не учинили пожар, на двери повесили
замок, а печь разломали. Покрутившись
на одном месте, рыжая внимательно воззрилась на меня. Я нахмурилась,
предупреждая возможный вопрос, а девица, должно
быть в досаде, пнула ногой дверцу печи. От удара соскочила задвижка, и дверца со
зловещим скрипом приоткрылась, а
рыжая, наклонившись вперед, замерла в довольно неудобной позе.
- Ты чего? - спросила я с беспокойством.
Она вроде бы ответила, да я не разобрала что, потом повернулась ко мне и с
вытаращенными глазами ткнула пальцем в
топку. Вместо того чтобы бежать со всех ног, я тоже наклонилась и заглянула,
после чего глаза мои тоже выкатились,
говорить я временно разучилась и перешла, как рыжая, на мычание.
В топке виднелись мужские ботинки, надетые н
...Закладка в соц.сетях
