Жанр: Детектив
Амплуа девственницы
... - Да. С моим лучшим другом. Причем сделала это без любви, просто из желания
вызвать во мне ревность. Я тогда много
работал и, к сожалению, мало уделял ей времени. Она расценила это как охлаждение
чувств с моей стороны и совершила
поступок... По ее мнению, ревность должна была возродить страсть. Заблуждение. Я
не мог ей простить предательства. Для
меня верность - не пустой звук.
Сам я однолюб, и если бы встретил девушку...
Тут я замерла на мгновение, после чего поспешно отвела взгляд.
- Да.., я понимаю вас. Для меня самой верность является основой
взаимоотношений, не только в любви или дружбе, даже
в работе и... Я считаю, что Лера поступила ужасно, и даже не потому, что
изменила вам, она не должна была, не имела
права...
Я откажусь от этих денег. Я совершенно в них не нуждаюсь, и они по праву
принадлежат вам.
- Господи, - прошептал Гришка, - вы ангел.
Не только телом, но и душой. Никогда не встречал подобного благородства.
Однако мое благородство произвело в итоге тягостное впечатление: и я, и
Гришка знали, что денежки, в случае моего
отказа, оттяпает Детский фонд, а несмотря на широту своей души, Гришка скорее бы
удавился, чем позволил произойти
данному событию.
- При чем здесь благородство? - поморщилась я, давая понять, что не только
благородна, но и скромна. - Этого требует
элементарное чувство справедливости. Мы можем вернуться прямо сейчас... И не
думайте, я хотела поступить так еще до
встречи с вами.
- Я не хочу, чтобы ты так поступала, - заговорил Гришка, переходя на "ты".
То ли долго тренировался, то ли господь
наделил его талантом при рождении, но голос его гипнотизировал. Еще немного, и я
начну клевать носом.
- Но.., я даже не представляю, что буду делать с этими деньгами. Ведь это
большая ответственность, а я ничего не
понимаю...
- Я тебе помогу, - вкрадчиво заявил он, а я посмотрела в его глаза с немой
благодарностью.
- Ты серьезно считаешь, - так же плавно перешла я на "ты", - что я должна
взять эти деньги?
- Я не считаю. Я настаиваю. С этими деньгами я давно простился, и они мало
волнуют меня. Но если б они и сейчас
принадлежали мне, я с радостью отдал бы их тебе.
- В каком смысле? - не поняла я, парень совсем заврался.
- Для чего мужчине нужны деньги? - Похоже, он задал вопрос и ждал ответа.
- Наверное, для того же, что и женщине: чтобы жить достойно, как это каждый
себе представляет.
- И только? - хмыкнул Гришка. - Мне жаль мужчин, которые рассуждают
подобным образом.
Так может ответить женщина, но не мужчина, если он чего-то стоит.
- А как бы ответил мужчина? - проявила я живой интерес.
- Деньги мужчине нужны для того, чтобы завоевать свою женщину. Однуединственную,
- заявил Гришка, причем так, что
я почувствовала непреодолимое желание иметь поблизости настоящего мужчину.
- Ты романтик, - мягко улыбнулась я и покраснела, на сей раз от
шампанского. Я от него всегда краснею, а тут за
интересным разговором выхлебала уже два бокала, вот физиономия и зарделась.
Я продолжала улыбаться, демонстрируя ямочки на щеках и длинные ресницы,
потому что скромно потупила глазки,
проводя кончиком ногтя по бокалу, чтобы заодно похвастать тонкими длинными
пальцами с безукоризненным маникюром.
- Я знаю, это сейчас не модно, - пожал плечами Гришка, - но мне плевать на
моду. Я живу так, как подсказывает мне
сердце.
Все-таки он страшный нахал. Он был абсолютно уверен, что мне и в голову не
придет заподозрить его в притворстве. А
какой словарный запас. Но и я не лыком шита, посмотрим, у кого из нас он скорее
истощится. Я передвинула ногу, коснулась
коленкой его колена и испуганно дернулась. Само собой, Гришка обратил внимание
на мои ужимки и вновь сграбастал мою
руку, страстно глядя на меня. А я наконец сообразила, кого он мне напоминает:
Бандераса в рекламе колготок. Вот ведь гад.
Хотя почему гад? Я-то чем занята в настоящий момент? Вспоминаю все подходящие
сцены из видимых ранее фильмов.
- Расскажи мне о себе, - шепнул он и добавил с тяжким вздохом:
- Я ведь ничего о тебе не знаю.
В этом я позволила себе усомниться, наверняка он мною поинтересовался еще
до нашей исторической встречи.
- Особенно рассказывать нечего, - пожала я плечами. - Работаю.., у меня
агентство по продаже недвижимости.
- Да что ты! - ахнул он. - Ты совершенно не похожа на бизнес-вумен.
- Мои дела идут прекрасно, - с легкой обидой сообщила я.
- Не сомневаюсь, - быстренько сориентировался Гришка. - У тебя просто не
может хоть что-то получаться плохо. Ты сама
так прекрасна...
"Заврался", - в очередной раз решила я. Он что, думает, у меня мозгов вовсе
нет?
- Ты мне льстишь, - решила я немного привести его в чувство и даже руку
выдернула.
Он попытался вновь настроить меня на лирический лад.
- У тебя нет кольца на пальце. Ты его просто не носишь или не замужем?
- Не замужем, - холодно ответила я.
- Можно спросить, почему?
- Нельзя.
- Извини. - Угомониться он не мог и тут же спросил:
- Какая-то душевная драма?
Я решила пустить в ход тяжелую артиллерию, застенчиво улыбнулась и сказала:
- Ты будешь смеяться.
- Я? С чего ты взяла?
- Будешь, я знаю...
- Вовсе нет. Так в чем дело?
- Я просто не встретила человека, с которым бы смогла... Я никогда не
влюблялась, - заявила я и вновь покраснела, чему
способствовал третий бокал шампанского.
- Ты не встретила достойного тебя человека? Не вижу в этом ничего смешного.
Это так трудно, найти того или ту
единственную.
Мою руку он сграбастал опять, а ноги наши сплелись под столом. Стало
совершенно очевидно, что продолжать сидение в
ресторане нет никакой возможности. Тут надо либо срочно разбегаться, либо с еще
большей срочностью искать место, где не
будет официантов, а вкупе с ними прочих граждан.
- Мне пора, - сказала я с испугом, устраивая ноги под собственным стулом.
- Пора? - опомнился Гришка. - Куда?
- На работу. Я должна...
- Чепуха, то есть я хотел сказать.., я не могу тебя отпустить. Просто не
могу. Вот что, поехали...
- Нет! - вскрикнула я так, что официант бросился к нам со всех ног. - Я
хотела сказать...
- Идем отсюда, - сказал Гришка, кивком подзывая слегка растерявшегося
парня.
Гришка расплатился, а я, схватив сумку, метнулась в коридор. Влетела в
дамскую комнату и сразу ровно задышала.
Открыла воду, разглядывая себя в зеркало. Любовь необыкновенно преображает
женщину. В теле какая-то легкость, будто
крылья выросли. Жаль, что Гришка такой придурок. Ладно, я тебя отучу считать
всех баб дурехами. Я расправила плечи,
разгладила юбку на бедрах и гордо вышла из туалета.
Гришка вертелся неподалеку. Ко мне он рванул так, точно от моего
присутствия зависела его жизнь.
Впрочем, деньги-то немалые, оттого-то его так и разбирает.
Я подняла голову, уставясь в его глаза со всей страстью, которую смогла в
себе обнаружить, приоткрыла губы и задышала
часто, как собака после долгого бега. Гришка сообразил, что его час настал, хотя
и не в совсем подходящем месте, коридор в
кафе - это вам не спальня. Но выбора-то нет, не оценит мой порыв - и прощайте
денежки, бабы, как известно, народ
обидчивый. Он затравленно оглянулся и шагнул ко мне, благо что зрителей вокруг
не наблюдалось, и мы слились в жарких
объятиях. Не знаю, как сливался он, а я с удовольствием, все происходящее
казалось мне страшно забавным. Давно мне не
было так весело. Но через несколько минут я начала проявлять беспокойство,
потому что, вне всякого сомнения, Гришку
разбирало по-настоящему, а в мои планы не входило осуществлять его желания.
Опять же секс рядом с туалетом не
представлялся мне особо романтичным, и я простонала:
- Мы сошли с ума.
Гришка вздохнул с облегчением, потому что насчет романтизма, видимо,
рассуждал так же. Он схватил меня за руку и
поволок к выходу.
- Едем ко мне, - буркнул он торопливо, на мгновение выйдя из образа.
Оказавшись на свежем воздухе, я очень быстро пришла в себя. То есть я и до
этого никуда не уходила, но теперь
принялась демонстрировать здравый смысл. Нервно поправила волосы, избегая глаз
возлюбленного, и сказала:
- Мне надо в офис.
- В какой офис? - растерялся Гришка.
- У меня срочное дело. И вообще.., мне очень неловко, это какое-то
наваждение.
- Я тебя не отпущу, - перепугался он. - Неужели ты не понимаешь? Мы
наконец-то встретились, и мы... Едем ко мне, -
повторил он, не выпуская моей руки.
- Нет, - ахнула я, отпрыгивая в сторону с грацией горной козочки (черт его
знает, как это выглядело со стороны).
- Ты с ума сошла, - обиделся Гришка и даже потемнел лицом, что, в общем-то,
было понятно.
Я выдернула руку и бросилась к своей машине, он трусил следом, взывая ко
мне:
- Аня, подожди, постой...
До машины я успела добежать, а вот открыть ее - уже нет. Запыхавшийся
Гришка схватил меня за локоть, он вспотел,
покраснел и выглядел совершенно несчастным.
- Мне действительно надо ехать, - пискнула я. - Извини и, пожалуйста, не
думай обо мне плохо.
Я сама не знаю, как это получилось.
- Думать о тебе плохо? - возопил он. - Господи, Аня.., да я.., мы не должны
расставаться. Я это чувствую. Послушай
меня...
- Нет-нет, мне надо ехать.
Далее сцена продолжалась в том же духе. Я закусывала нижнюю губу и тряслась
как осиновый лист, Гришка сатанел,
уговаривал, но в конце концов позволил сесть в машину, взяв с меня слово, что
вечером мы встретимся. Поцеловал меня,
помахал на прощание и долго смотрел вслед.
Отъехав на приличное расстояние, я весело взвизгнула, просто так, от
хорошего настроения. Однако, приближаясь к дому
(на работу я и не подумала возвращаться), я поумерила восторги и даже изобразила
на лице страдание.
Услышав, как хлопнула входная дверь, в прихожей появилась Лерка.
- Ну? - спросила она тревожно, выискивая что-то в моей физиономии.
- Имела счастье встретиться с твоим мужем, - ответила я.
- Рассказывай, - в нетерпении переминаясь с ноги на ногу, попросила Лерка.
- Я требую доплаты, - заявила я. - Нервные клетки не восстанавливаются, а
мое здоровье стоит больше ста тысяч.
- Он что, буйствовал? - вроде бы не поверила Лерка.
- Хуже. Эй, - насторожилась я, - а ты в самом деле желаешь от него
избавиться?
- Конечно. Чего б мне тогда в покойницах ходить?
- Кажется, мы полюбили друг друга, - сообщила я. - Страсть вспыхнула
внезапно и захватила нас целиком.
- Ты с ним трахнулась, - одной рукой схватившись за сердце, а вторую
возложив на лоб, ахнула Лерка.
- Дура я, что ли? Но все близко к этому.
- Слава тебе господи, - истово перекрестилась Лерка, глядя на угол, где у
меня находится вешалка. - Я переживала, что ты
не устоишь. Так он влюбился?
- По-моему, он надумал на мне жениться. Это самый простой способ вернуть
свои деньги. Женится, потом.., устранит
меня и будет жить в свое удовольствие.
- Не обязательно. Чего б ему с тобой не жить в удовольствие?
- А с тобой? - съязвила я.
- Так я ж любила его до одури. А с мужиками так нельзя, они от большой
любви наглеют и становятся совершенными
гадами, если их вовремя в чувство не привести.
- Значит, ты его в чувство приводишь? - нахмурилась я.
- Не нервируй меня, - обиделась Лерка. - Идем чай пить, обстоятельно мне
поведаешь, что там и как.
Я поведала, выпив три чашки чаю. Лерка осталась довольна.
- Молодец, лучше не бывает. Продолжай в том же духе.
- Нелегкое это дело, - вздохнула я.
- Хорошо. Сколько ты хочешь? - взяла быка за рога Лерка.
- Хочу, чтобы ты объяснила, чего добиваешься.
- Чтобы Гришка в дураках остался, по полной программе.
- Это я сделаю. Твой Гришка - сукин сын, и оставить его в дураках - дело
чести любой женщины.
Лерка протянула мне руку, я пожала ее, и она зашептала с удовлетворением:
- Хорошо сказала. Уважаю. Продолжай разыгрывать влюбленную дурочку. Но
близко к себе не подпускай, надо
придумать...
- Я намекнула, что, мол, девица. Так что любовь только после регистрации. И
тут вариантов быть не может. Если уж я
себя столько берегла, то до венчания просто обязана потерпеть.
- Какой ход! - в восторге всплеснула Лерка руками. - Мама дорогая, мы тут
такого наворотим... - Вдруг на лице ее
появилась растерянность. - А это правда?
- Что?
- Ну.., ты в самом деле девица? - Я взглянула так, что Лерка заметно
уменьшилась в размерах. - Извини, я не хотела тебя
обидеть. Но ведь в жизни всякое бывает. Вдруг ты действительно.., молчу, молчу.
Лерка замолчала, а я забеспокоилась.
- А почему тебя заинтересовал этот вопрос? - спросила я с подозрением.
- Ну.., чтобы знать. Простое человеческое любопытство.
- Ага, - кивнула я. - На всякий случай: если ты вдруг решишь, что я должна
с кем-то заняться любовью в угоду твоим
замыслам, предупреждаю сразу: денег не хватит. Ясно?
- Конечно. За это даже не переживай. Смысл игры как раз в том, чтобы эти
гады остались с носом.
Я опять насторожилась.
- А их много?
- Кого?
- Гадов, естественно.
- Не путай меня. Итак: ты влюблена и хочешь замуж. Он начнет распускать
перья, а ты балдей по полной программе.
Наверняка поволочет к дружкам, хвалиться. А дружки у него Чернов и Громов, о
которых я тебе рассказывала. Из
"Олимпии". Соображаешь?
- Нет.
- Твои неприятности как раз с ними связаны, забыла, что ли?
- Не забыла. Зачем же мне к ним соваться?
- Как раз затем, чтобы понять, что происходит, и себя обезопасить. Чернов
страшный бабник. С виду он очень неказистый,
оттого Гришка у него точно кость в горле.
- Хороши друзья.
- Так ведь и у подруг не лучше. Короче, они всю жизнь норовят друг другу
свинью подложить. Как только он тебя с
Гришкой увидит, по ночам спать перестанет, все будет думать, как тебя раньше его
трахнуть. Эту карту надо умело
разыграть. Сможешь?
- Не знаю, - ответила я, не желая брать на себя повышенные обязательства.
- Ничего, я буду рядом, вдвоем мы его уделаем.
Громов до красивых баб тоже падок, но кое-какую порядочность имеет и у
друга отбивать не станет, хотя, если заведется,
на стенку полезет. Значит, завести их надо до того, как Гришка вас познакомит.
- Чего-то я не пойму...
- Ты себе голову не забивай, это все моя забота.
Твое дело быть прекрасной и улыбаться во весь рот, а еще смотреть с
томлением.
- Ладно, попробую, - согласилась я, косясь на Лерку. И только тут я
сообразила, что в квартире мы одни. - А где Сашок? -
удивилась я.
- По делам бегает.
- По каким делам?
- По разным. Должен же кто-то за бизнесом приглядывать, пока я в
покойницах, - пояснила Лерка, заметив, что я
нахмурилась. Объяснение показалось мне толковым, и я согласно кивнула, после
чего засобиралаеь на работу. - На фига тебе
работа? - бубнила Лерка, которой не хотелось оставаться в одиночестве. - Когда
мы здесь со всем закончим, денег и у тебя
будет немерено.
- Откуда ж они возьмутся? - съязвила я.
- Плохо ты меня знаешь. Сколько захочешь, столько нарисуем.
- За это надолго сажают, - умерила я ее пыл и спешно покинула квартиру.
На работе Софья Сергеевна первым делом сообщила, что некий неизвестный
телефон оборвал, пытаясь до меня
дозвониться.
- Последний раз пять минут назад звонил, не верит, что тебя здесь нет,
грозился приехать. У нас все в порядке?
- Что? А, да.., в порядке, - кивнула я, отправляясь в свой кабинет.
Я не сомневалась, что названивал Гришка, Так и вышло. Через двадцать минут
он вновь позвонил, и я ответила:
- Да.
- Это я, - сказал он хрипло, при звуках его голоса во мне окрепло желание
влюбиться. "Только не в Гришку", - напомнила
я себе и страстно задышала. - Ты прячешься от меня, - продолжил он, я робко
хлюпнула носом. При желании это можно было
расценить как сдавленное рыдание.
- Нам не надо встречаться, - пролепетала я. - По крайней мере сейчас.
Гришке это ужас как не понравилось.
- Ты с ума сошла, - сказал он вполне искренне.
- Я.., это так неожиданно.
- Я встречу тебя с работы, - заявил он.
- Нет. Я освобожусь поздно.
- Хорошо. Встретимся поздно. Когда, где?
- Я перезвоню, - пообещала я и повесила трубку, немного подумала и набрала
свой домашний номер, решив
посоветоваться с Леркой, раз она у нас главнокомандующий.
- Надо встретиться, - заявила она. - Интерес необходимо поддерживать. Ты
должна выглядеть сокрушительно.
- Постараюсь, - хмыкнула я.
- С твоим гардеробом это совершенно невозможно.
- Почему это? - обиделась я за свой гардероб, между прочим, я им гордилась.
- В настоящий момент я разглядываю твои наряды, - сообщила Лерка. - Все
очень здорово, но ничего подходящего.
Поэтому сматывайся с работы, встретимся на Малой Никольской через полчаса.
Я повесила трубку и только после этого подумала: как Лерка собирается со
мной встречаться, если она в настоящее время
числится в покойниках? Однако Лерке лучше знать, стоит болтаться по улицам или
нет, поэтому я пожала плечами и
сообщила Софье Сергеевне, что ненадолго уезжаю.
На Малой Никольской располагался салон с чудным названием "Смерть мужьям".
Кто такое придумал, не знаю, но,
безусловно, он что-то имел в виду.
Возможно, ни одной жертвы там зафиксировано не было, хотя слабые духом
особи вполне могли рухнуть еще на пороге.
Но то, что кое-кому из мужей салон сократил жизнь, доведя до инфаркта, вне
всякого сомнения.
Лично я этот салон не жаловала, тамошние цены вызывали у меня депрессию и
пагубные мысли о том, что время идет, а
достойного спутника жизни я так и не обрела, в том смысле, что некому меня сюда
привести и заявить: "Выбирай что
хочешь, дорогая".
Остановив машину неподалеку от входа, я вертела головой во все стороны,
пытаясь обнаружить Лерку. Я потратила на это
минут пять, взглянула на часы, убедилась, что Лерка опаздывает на десять минут,
и решила ждать ее в салоне. Я вошла и
оказалась окруженной заботами двух девиц; одна, лет двадцати, кинулась ко мне с
улыбкой от уха до уха и радостным
визгом:
- Добрый день, вам помочь?
"Сгинуть с глаз моих", - хотелось ответить мне, но хорошее воспитание
пересилило.
- Я жду...
- Меня, - заявили по соседству. Я повернулась и в кресле возле окна увидела
даму неопределенного возраста в бордовом
костюме и шляпе, голос у нее был хрипловатый, а телеса пышные. Ничего общего с
Леркой она не имела, по крайней мере, в
тот момент я была в этом убеждена.
Дама поднялась, подошла ко мне и приложилась к моей щеке со словами:
- Здравствуй, дорогая.
- Здравствуй, - промямлила я, глядя на нее во все глаза.
Темные волосы, стрижка, каре, челка закрывает лоб и брови. Нос вроде
Леркин, а вроде нет. Глаза карие, точно не
Леркины.
- Это ты? - не выдержав, спросила я зловещим шепотом.
- Конечно. Как я выгляжу?
- По-дурацки. Я тебя не узнала.
- Так это хорошо. - Тут она повернулась к девушкам, теперь их было трое,
других покупателей не наблюдалось, и все
внимание сосредоточилось на нас. - Нам нужен вечерний туалет, - сообщила Лерка.
Девицы бросились к вешалкам, что-то треща, а я вновь перешла на шепот:
- Кто это финансирует? Если думаешь, что я пожертвую на тряпки хоть доллар
из моих ста тысяч...
- Я очень здравомыслящий человек, - утешила меня Лерка. Я вздохнула с
облегчением и приняла самое деятельное
участие в подготовке к встрече с ее мужем.
Вечером, уже в квартире, примеряя платья, я спросила:
- А ты не боишься, что твой Гришка пронюхает о том, что у меня кто-то
поселился, и заподозрит неладное?
- Конечно, боюсь. Поэтому запоминай легенду: я твоя тетя из Парижа.
- Откуда ты знаешь про тетю? - ахнула я.
- Не смеши, - надулась Лерка. - Ты мне интересна как личность, и вполне
понятно, что я...
- Хорошо, ты тетя. Но ведь проверить...
- Если у Гришки возникнут подозрения, он сможет узнать, что я прилетела
вчера, рейсом...
- Но как? - вытаращила я глаза.
- Элементарно, Ватсон. И запомни, все, что можно купить за деньги, - мы
купим, всех, кого надо, - облапошим. Ты,
главное, слушай меня и получай удовольствие.
- От чего?
- К примеру, от тряпок или от того, что пока у нас все так ладненько
складывается.
Я критически оглядела Лерку с ног до головы, - Ты выглядишь на пятнадцать
килограммов полнее и на пятнадцать лет
старше. Как тебе это удалось?
- Грим, одежда и поролоновые накладки. Лишь бы жары не было, не то сдохну.
- Твои страдания вызывают жалость, но должна сказать, что на мою тетку ты
совершенно не похожа.
- Твоя тетка поправилась и сменила цвет волос.
- Ну, хорошо, хорошо. Пора звонить Гришке.
- Пора, - кивнула Лерка.
Я набрала номер его мобильного и вскоре услышала счастливое:
- Анечка, я уже оборвал телефон в твоем офисе, почему твой мобильный не
отвечает?
- Я забыла его подзарядить.
- Когда мы увидимся?
- Через час, если ты не против.
- Конечно, нет. Куда подъехать?
Лерка ткнула пальцем в пол, и я сказала:
- К моему дому. - После чего сообщила адрес.
- Он тебя узнает, - не без язвительности заметила я.
- Когда ты предстанешь перед ним, он лишится дара речи, а уж соображать
точно не сможет. К тому же мне ни к чему
мозолить ему глаза. Слушай и запоминай: он потащит тебя в "Олимпию", перед
друзьями хвалиться. Он вообще ужасный
бахвал, а тут такое сокровище. Как только появится Чернов, смотри зазывно, но
рта не открывай, в том смысле, что шагов
навстречу не делай, только улыбайся почаще, чтоб в нем надежда жила.
- Не учи, - обиделась я, - а то сама не знаю...
- Ага. Громов сейчас в отъезде, и это хорошо. Он нам пока не нужен.
Одевайся, Гришка минут на двадцать раньше
прискачет, ты должна быть готова.
Я надела черное платье, накинула на плечи палантин из белой норки,
взглянула в зеркало и решила, что из-за одной этой
минуты стоило терпеть Лерку довольно длительное время. Сказать, что я самой себе
нравилась, - значит не сказать ничего. Я
чувствовала себя бесценным сокровищем и по этой причине была абсолютно
счастлива.
- Только бы Гришка не помер раньше времени от счастья, - заботливо
поправляя палантин, заметила Лерка. - Дал бы бог
ему здоровья хоть на недельку.
- Почему на недельку? - заподозрив ее в сокрытии коварных планов, спросила
я.
- Да я так, для красного словца.
Тут зазвонил телефон, я сняла трубку и услышала Гришкин голос:
- Анечка, я возле твоего дома. Можно подняться?
Как и предсказывала Лерка, появился он на двадцать минут раньше.
- Да, конечно, - начав заикаться от волнения, ответила я и направилась к
двери. Лерка замерла возле арки, ведущей в
кухню, с умилением во взоре.
В дверь позвонили, я торопливо открыла. Гришка вошел и лишился не только
дара речи, но и последнего ума. Супругу он
так и не узнал, хотя приложился к ее ручке и даже выслушал историю о
благополучном перелете Париж - Москва. Вряд ли он
запомнил, как выглядит моя тетушка, потому что все это время таращился на меня,
слегка заикался, дважды споткнулся, в
общем, разбирало его здорово.
Мы вышли на воздух, и я вздохнула с облегчением. Его машина стояла у
подъезда. Вечер выдался теплым, оттого все
жители нашего квартала дружно высыпали на улицу и теперь наблюдали, как я с
видом царственной особы сажусь в машину
(машина соответствовала), а потом покидаю двор.
Выехав на проспект, Гришка до такой степени пришел в себя, что сделал мне
комплимент, сжал мою руку и пробубнил:
- Аня, ты так красива...
- Правда? Это тетин подарок. Я сомневалась, стоит ли надевать...
- Я не встречал никого прекраснее тебя... - Тут он резко затормозил, после
чего заключил меня в объятия, и мы минут пять
увлеченно целовались. По истечении этого времени я начала проявлять беспокойство
и даже прозрачно намекнула, что
начинаю тревожиться: правильно ли поступила, согласившись поужинать с ним.
Гришка обрел облик джентльмена, и далее
мы проследовали до ресторана без всплесков бурной страсти. Она, конечно,
присутствовала, но выражалась взглядами и
оханьем, переходящим в едва слышный скулеж с обеих сторон.
- Куда мы едем? - робко спросила я, уверенная, что в ответ услышу "в
"Олимпию", но Гришка поразил меня нежеланием
действовать в соответствии с предсказанием супруги.
- На Тимирязева есть чудный ресторанчик, с VIP-залом, мы там будем совсем
одни, кухня прекрасная...
Я задумалась, что на это ответить. Если я пожелаю ужинать в "Олимпии", не
вызову ли тем самым подозрение... Я
взглянула на Гришку и подумала, что от подозрений он сейчас далек, и все же... В
конце концов, не "Олимпия" мне нужна, а
друзья Гришки. Хвалиться перед ними он может в любом ресторане, так что
волноваться не стоит. Я улыбнулась и кивнула.
Название ресторана я так и не запомнила, кажется, "Купеческий". Мы прошли в
небольшой зал, обставленный с
претензией на роскошь. Мягкая мебель, стол, накрытый на двоих, свечи, золотая
рыбка, плавающая в большом бокале, и
музыканты в нише, отделенной от зала ажурной перегородкой.
Когда мы вошли, они заиграли что-то латиноамериканское, а я даже не сразу
поняла, что здесь мы не одни, поискала
глазами магнитофон и только тогда обратила внимание на нишу.
- Там еще дверь, - шепнул мне Гришка. - По первому же требованию они
незаметно покинут нас.
- Что ты, пусть играют, - пролепетала я, чувствуя себя немного не в своей
тарелке. Конечно, меня и раньше соблазняли, но
Гришка переплюнул всех.
Свечи горели, рыбка плавала, музыканты играли, а я чувствовала себя почти
счастливой. Вот если б вместо Гришки сидел
кто-то... Я вдруг подумала об Арсении и загрустила - не столько оттого, что его
больше нет, сколько по другой причине:
Арсений с его забавным хвостиком, джинсами и прочей демократической атрибутикой
в данную обстановку не вписывался.
Теперь оставалось только гадать: кого я хочу видеть в роли возлюбленного? И
Гришка никуда не годится, и Арсений. В
общем, в ближайшее время замужество оставалось вещью весьма проблематичной.
- О чем ты задумалась? - ласково спросил Гришка. Я решила испортить ему
настроение, раз уж мое внезапно
переменилось.
- Мне пора.
Физиономия его вытянулась.
- Пора? - переспросил он.
- Да. Тетя будет беспокоиться. Знаешь, она человек старых правил, у нее
масса предрассудков.
Между прочим, она собиралась идти со мной. Мне стоило большого труда ее
отговорить. Я пообещала, что в двенадцать
буду дома.
- Ах вот как, - вздохнул Гришка, его слегка перекосило, но повел он себя
безукоризненно. Распла
...Закладка в соц.сетях
