Жанр: Детектив
Сыщик Гончаров 15. Гончаров и криминальная милиция
...ркой
затараторил Жека. - За что ты так, Катя?!
- А ты не знаешь, подонок? - холодно, с расстановкой спросила женщина.
- Нет, клянусь тебе, даже не догадываюсь!
- На том свете догадаешься, - с издевкой пообещала Катерина. - Алеша, кончай его.
- Не надо! Я вас прошу, не делайте этого. Я встану перед вами на колени, - слезливо
загундосил "медвежонок". - Не убивайте меня, я не хочу-у-у...
- Мой отец тоже умирать не хотел, однако ты с его мнением не посчитался.
- Катенька, о чем ты говоришь! При чем тут я и смерть твоего отца? Ведь следствием доказано,
что он погиб, отравившись выхлопными газами.
- Мерзавец, да к тому же еще и лгун. Не думай, что я полная идиотка. В гараже я была первой и
прекрасно все просчитала. Если ты через шесть секунд не начнешь говорить мне правду, то твои
говенные мозги разлетятся по всей комнате. Леша, ты готов? Счет пошел, медвежонок!
- Не надо, не надо! - не переждав и секунды, залопотал Жека. - Я расскажу вам все как есть,
и вы поймете, что любой бы на моем месте поступил точно так же, я...
- Заткни фонтан и говори по существу, - жестко оборвала его щебетание Катерина.
- Понимаете, прошедшим летом я заметил, что моя жена, Татьяна, зачастила в гараж в мое
отсутствие. То ей вдруг спешно понадобилась картошка, то у нее свекла с морковкой кончились, то
еще чего-то понадобилось. Сначала я не придавал этому никакого значения, но в конце августа был
буквально сражен на месте. В тот вечер я поставил машину и собрался идти домой. Совершенно
неожиданно меня подозвал дядя Леша. Он стоял у вашего гаража и, давясь от смеха, что-то
рассматривал в щель. Не думая ничего дурного, я подошел и последовал его примеру. То, что я
увидел, буквально ввергло меня в шок. Твой отец и моя жена... В общем, они занимались любовью, и
кстати, замечу, в извращенной форме. Я хотел ворваться и тут же, прямо на месте, их убить, но
вовремя остановился. Убить нужно было так, чтобы меня ни в чем не заподозрили.
Сам не свой я пришел домой и начал выстраивать планы смертельной мести. Нужно было
сделать так, чтобы все это походило на самоубийство или, в крайнем случае, на убийство,
совершенное по глупости. С женой этот вопрос разрешался довольно просто, но в том-то все и дело,
что первым должен был умереть Жора. Это бы вызвало меньше подозрений и позволило мне через
какое-то время спокойно, без спешки заняться супругой.
К утру следующего дня мой план созрел, а через неделю я взялся за его осуществление. Времени
я отпустил себе предостаточно, а потому, готовясь к капитальному ремонту гаража, начал
потихоньку завозить строительные материалы и все то, что требовалось для моего замысла. Как
таковой, ремонт я начал в середине октября. Заново забетонировал пол, выложил смотровую яму
кафелем и прорыл узкую шахту до середины вашего гаража. Теперь, по моим расчетам, мне
оставалось проделать метровый тоннель до смотровой ямы. Но это я мог сделать только из вашего
гаража. Нужно было ждать случая. И в декабре, два месяца тому назад, он подвернулся, а точнее
сказать, я его сам подвернул. Это случилось вечером, пока Жора развлекался в машине с очередной
бабой, я нагло подменил замок, запирающий дверь ворот. Внешне он был точно такой же, но только
теперь его секрет открывался любым ключом.
Дождавшись, когда они вволю натешатся и уйдут, я тут же проник в гараж и за три часа
выполнил оставшуюся работу. Дело было сделано, и мне оставалось только ждать подходящего часа.
Сорок дней назад он пробил. Пятнадцатого января Жора загнал в гараж машину и активно напился.
Это я понял по тому, как он начал разговаривать сам с собой. Я приготовился, подсоединил шланг к
выхлопной трубе своей машины, а другой конец сунул в шахту. Примерно через полчаса я заглянул в
щель его ворот и увидел, что он мирно спит, а двигатель не работает. Это меня не устраивало.
Открыв свой хитрый замок, я повернул ключ зажигания и вернулся к себе. А дальше вы и без меня
все знаете.
- Знаем, но хотелось бы услышать это от тебя, мерзавец.
- Я запустил свой движок и гонял его больше часа... Чтоб наверняка... Ну а потом, когда меня и
самого начало тошнить, я вырубил мотор, вытащил шланг и заделал отверстие шахты кафелем. Это
все, первая часть моего приговора была приведена в исполнение.
- Вторую часть тебе выполнить уже не доведется, - усмехнулась Костромская. - Пей,
подонок, помяни убитого тобой. Пей, тварь, или твоей жене благодаря нам придется соскабливать
твои высохшие мозги со стен.
- Что ты, что ты, Катя! Здесь же больше стакана.
- Не кукарекай! Второй раз я не предлагаю. Не хочешь - не надо. Алексей, мне он больше не
нужен. Кончай его, только поаккуратней. Подожди, я отсюда выйду.
- Не надо, милые мои, хорошие, я же вам все рассказал, а вы... За что?..
- За то, что ты отказываешься пить.
- Нет, я выпью, я с удовольствием выпью в два раза больше, только не убивайте.
Послышалось судорожное прихлебывание, после чего наступила долгая пауза. В конце концов ее
нарушил негромкий голос Костромской:
- Кажется, готов? Как ты думаешь, Алексей?
- Вроде того, больше чем пол-литра сожрал. Не надо, я сам его дотащу, а ты тем временем
пройдись по квартире и отключи все электроприборы, а то рванет, и пострадают ни в чем не
повинные соседи.
- Все в порядке, - доложила она через некоторое время. - Можно включать газ.
- Так мы и..."
На этом магнитофонная запись заканчивалась, хотя в кассете еще оставался довольно приличный
кусок пленки. Вероятно, госпожа Костромская решила, что все дальнейшее не суть важно, и
отключила диктофон. Интересно, зачем она вообще сохранила запись, которая при желании да в
умелых руках может сработать лучше любого прокурора. Ладно, все эти раздумья мы оставим на
потом, а сейчас нашей первостепенной задачей является перезапись этого документа на мою кассету,
потому как времени до ее прихода остается совсем немного. Играть с такой молодой, но хищной
тигрицей без подстраховки было бы чистым безумием. Совсем невредно было бы позвонить Ухову и
дать ему свои точные координаты.
Весьма успешно скопировав взрывной компромат, я бережно завернул полученную копию в
кусок полиэтилена и присовокупил ее к губной помаде. Потом еще раз запаковал всю пачку в
пластиковый мешочек и, утяжелив все это добро ключами, выбросил с шестого этажа. Проследив за
его полетом и отметив место падения, я с чистой душой налил из рога малую толику, включил
торшер и устроился в кресле напротив входа.
Ответ на вопрос, зачем она сама на себя хранит компромат, пришел легко и неожиданно.
Непонятно, как только я раньше не догадался. Все очень просто. Он ей был нужен в случае провала.
Она надеется, что, выслушав признания Губковского, всякий судья проникнется к ней сочувствием и
назначит минимальный срок наказания. Ай да лисичка, ай да сестричка, ай да братец Алексей!
Интересно, кто он такой и с чем его едят? Судя по всему, отморозок он еще тот. Не всякий решится
так хладнокровно открыть газовые горелки. Кто он? Действительно любовник Костромской или
просто наемный убийца? Нет, наемные убийцы так не работают, они действуют в одиночку и по
заранее продуманному плану. Здесь же их действия носят некий совещательный характер, а это
означает то, что они были в близких отношениях.
Все-таки странно получается. Все началось позавчера утром с безобидной установки памятника,
а нынче у нас гора трупов и в придачу к ним немножко преступников.
- Поразмыслив, покумекав, удушил соседа Жека! Только зря он кукарекал. Удушили тоже
Жеку, - таким восхитительным четверостишием собственного сочинения встретил я входящую
Костромскую.
- Что!!! - Ошарашенно, как на призрак, она уставилась на меня, пытаясь вытолкнуть
застрявшие в глотке слова. - Как?! Как вы здесь оказались?
- Да просто шел мимо, дай, думаю, зайду на секундочку. Вот и зашел, наверное, я ужасно
сильно захотел увидеть вас. Да вы проходите, садитесь, в ногах правды нет.
- Что все это значит?! - приходя в себя, завибрировала она гневом и возмущением. - Как вы
открыли дверь?! Как вы посмели?! Нет, так просто я этого не оставлю! - Подбежав к окну, она
открыла форточку и что есть мочи заорала: - Валера, быстро поднимись ко мне! Слышишь, срочно!
- Зря вы это сделали, - глотнув водки, ухмыльнулся я. - Я настроился на душевный, теплый
разговор в стенах вашей квартиры, а теперь вынужден перенести его в суровые своды подземелья. Но
как говорится, была бы честь предложена...
- Немедленно убирайтесь вон, если не хотите, чтобы вас выкинули в окно.
- Лисичка, а я люблю летать, даже во сне каждую ночь я порхаю и порхаю.
- Что? - насторожилась она. - Какая я вам лисичка? Оставьте ваш фамильярный тон.
Кажется, я не давала вам на то никакого повода. Где Валера застрял?!
- Да вы не волнуйтесь, с ним все в порядке, наверное, он просто решил отдохнуть.
- Как это отдохнуть! - Высунувшись в окно, она некоторое время рассматривала все
происходящее внизу. - Да куда же он мог запропаститься?
- Мало ли куда может заглянуть молодой парень - в пивную, в бордель...
- Может быть, вы все-таки объясните, что все это значит?
- Я давно собираюсь это сделать, но вы не даете. Повышаете голос, оскорбляете. Нехорошо,
Екатерина Георгиевна, я к вам со всей открытостью моего любящего сердца, со всей неопытной,
нерастраченной душой, а вы...
- Довольно амикошонствовать. Давайте по существу.
- А разве ж я против? Совсем наоборот. Весь сегодняшний день я посвятил исключительно
вашему делу. Вы попросили меня найти убийцу вашего отца, и я его нашел, только вам, очевидно,
будет совсем неинтересно про это услышать?
- Это почему же? - проверяя твердость почвы, осторожно спросила она.
- Потому что вы сами знали это еще год тому назад.
- Я вас не понимаю, - сжав кулачки, через силу выдавила она. - Выражайтесь яснее.
- Лисичка, яснее уже некуда. - Многозначительно подмигнув, я щелкнул по пустому фужеру.
- Водка у вас просто великолепная, нельзя ли повторить?
- Нельзя. - Резко отвернувшись, она прижалась лбом к стеклу.
- И правильно, алкоголь в больших дозах наносит вред здоровью.
- Я вас посажу.
- За что же? - искренне удивился я.
- За то, что вы взломали дверь и ковырялись в моих вещах.
- Ну это еще вопрос спорный. Дверь я не взламывал, а замки открыл вашими родными
ключами. Насчет вещей тоже неточность. Я рылся в них не по своей инициативе. Именно вы, а никто
другой попросил меня об этом. Да, да, вы попросили найти убийцу, и не моя вина, что след его
привел в вашу квартиру. Вы уподобились той унтер-офицерской вдове, которая, как известно, сама
себя выпорола. Не понимаю только, зачем вам это понадобилось записывать? Лишний раз себя
проверить и убедиться в своей гениальности? Так, что ли? Сожалею, но на этом вы как раз-то и
вырыли себе яму.
- Где кассета? - Резко обернувшись, она наставила на меня пистолет. Это было неприятно, но
пока терпимо. Самое главное, чтобы у нее не сдали нервы.
- Там, где ей и положено быть, - у меня в кармане, - как можно спокойней ответил я, и моя
доброжелательная улыбка было полна приятности. - Не извольте беспокоиться, я вам ее отдам, но
вы говорили мне что-то в отношении оплаты.
- Кассету на стол, мерзавец! Или я стреляю!
- Да, да, конечно... - Суетливо вытащив кассету, я боязливо положил ее на стол. - Но как же с
оплатой?.. Вы обещали... Я потратил время...
- Я дам тебе денег, подонок, - живо забирая компромат, заявила она. - Но только в обмен на
твое молчание. Ты меня понял?
- Как тут не понять, ведь я работал исключительно в ваших интересах. Не понимаю, за что вы
меня по-всякому оскорбляете. Я буду молчать как рыба, как того требует этикет частного сыщика.
Надеюсь, что сумма гонорара будет достаточной?
- Достаточной, чтобы хватило на месячный пропой. - Злобно зыркнув, она полезла в свою
сумочку, и этот момент упускать было грешно. Массивный хрустальный фужер, пущенный моей
немощной рукой, угодив ей в лоб, отрикошетил на стенку и рассыпался на сотни радужных кусочков.
Костромская же, не обращая никакого внимания на бьющую фонтаном кровь, выронила пистолет,
немного подумала и молча улеглась на пол.
Этого мне только не хватало! Подобрав ее оружие, я метнулся к аптечке и, словно заправский
травматолог, в считаные секунды намотал ей на голову сногсшибательный тюрбан. Потом, не
утруждая себя всякими ватками, плеснул ей под нос дозу нашатырного спирта. Ну а пока она
очухивалась и отплевывалась, я сноровисто вынул новый фужер и на треть его наполнил.
- За ваше здоровье, мисс идиотка!
- Сам ты подонок! - огрызнулась она и попыталась подняться.
- Пардон, мадам, позвольте вам помочь.
- Пошел вон! Обойдусь без тебя.
- Жаль, - огорченно прищелкнул я языком. - Значит, вы против конструктивного,
содержательного разговора. Ну что же, в таком случае соберите себе узелок и приготовьтесь к
дальней дороге в казенный дом.
- Что ты мелешь, старый козел. Врешь ты все! Ты сам от этой милиции как от огня бежишь!
Какой может быть казенный дом? Какая дорога?
- "... А по широкой дороге, где мчится скорый Воркута-Ленинград..." - фальшиво, но с
удовольствием пропел я. - Сочувствую, но ничем не могу помочь.
- А я и не прошу твоей помощи, я ее покупаю. Назови свою цену.
- Цена для меня пустячная, но для вас она будет высока. Думаю, что пять годков покажутся вам
вечностью. На выход, синьорина.
- Гиль! - недоуменно воскликнула она. - Как же так, ведь совсем недавно ты говорил, что
работаешь в моих интересах и поступать подобным образом тебе не позволит этикет частного
сыщика? Я правильно поняла?
- Совершенно верно, Екатерина Георгиевна, и я это повторяю: мое моральное кредо таково, что
преступник всегда должен нести наказание.
- Послушайте, Константин Иванович, дело совсем не в деньгах, - облизав пересохшие губы,
попробовала она зайти с другой стороны. - Вчера вечером вы обмолвились о нетрадиционной
форме оплаты... В общем... Я согласна.
- Ты посмотри на себя в зеркало! Чучело огородное! - от души рассмеялся я. - Нос распух,
скоро синяки появятся, на голове целый айсберг. Да кто ж на тебя на такую позарится? Разве что
сифилитичный дервиш из Алжира.
- Ты дорого заплатишь мне за эти слова. Я-то выйду, и думаю, что прямо из зала суда, а вот ты
уже из могилы никогда не вылезешь.
- Лисичка, если бы хоть пять процентов всех угроз, направленных в мой адрес, сбылись, то я бы
уже восемь раз повстречался с Сатаной. Ладно, Катюша, хватит болтать и переливать из пустого в
порожнее, лучше расскажи мне, кто такой Алексей и как ты догадалась о том, что твоего отца
отравил Губковский.
- Делать мне больше нечего, как исповедоваться перед алкашами, - раздраженно дрыгнула она
ножкой. - На это у меня есть личный адвокат.
- Верно, это твое личное дело, но пробудить во мне симпатию в твоих интересах.
- Ты можешь что-то обещать?
- Не много, но можно повернуть эту историю другим боком. В ином ракурсе она будет
смотреться гораздо симпатичней. Предположим, что ты сама обратилась ко мне с жалобой на то, что
тебе надоел гнет твоего греха, словом, явка с повинной.
- Слабо писаешь, Гончаров, - презрительно скривила она губы. - На такой компромисс не
пойдет даже полный болван.
- О каком компромиссе ты говоришь? Ничего похожего я тебе не предлагаю, просто я сказал,
что могу, а чего нет. Вот и все. Пойдем, уже девятнадцать часов стукнуло, наверное, нас заждались.
- Подожди. Мне нужно сходить в ванную, кровь с лица отмыть, а потом посетить туалет.
Надеюсь, что ты не лишишь меня последней радости?
- Да чего уж там, валяй, Катерина, - великодушно я позволил ей эту роскошь. - Но только
долго не засиживайся, нас в самом деле ждут.
- Врешь ты все, блефуешь, ну да ладно, время покажет. Надеюсь, что ты не настолько испорчен,
чтобы подслушивать под дверью туалета?
- Пока за мной этого не наблюдалось, а что будет дальше, никому не известно.
- Давай, Гончаров, прогрессируй!
Отсутствовала она минут десять. За это время я успел пообщаться с Максом на языке жестов. Вопервых,
я понял, что связанный и обезвреженный Валера отдыхает в его машине, а во-вторых, указал
ему место, куда я бросил свой сокровенный пакет, после чего дал отмашку и вернулся на свое место.
- Константин Иванович, налейте мне сто граммов коньяка, - выходя из ванной, заблажила
Костромская. - Ужасно захотелось выпить.
- Нельзя. Тебе действительно нельзя, может снова открыться кровотечение.
- Да и черт бы с ним. Про Алексея я ничего не скажу, не в моих это правилах, к этой истории он
не имеет никакого отношения. Я выбрала его чисто случайно.
- Возможно, но газ-то открывал он.
- Это не важно, главное, что инициатором выступала я. Но я и не могла иначе. Моего отца
убили, и я должна была отомстить. Спасибо, - принимая рюмку коньяка, поблагодарила Катерина.
- Как я догадалась о Губковском? Наверное, так же, как и ты. Я первой оказалась в гараже и первой
тщательно его осмотрела. Когда выхлопы уже улетучились, я отметила, что в смотровой яме газ все
еще присутствует. Это обстоятельство показалось мне подозрительным, и я спустилась вниз, где
обнаружила странное, на мой взгляд, вентиляционное отверстие. Именно возле него концентрация
СО была наиболее высокой. В общем, подозрения в отношении Губковского зародились у меня в
первые десять минут моего пребывания в гараже. Однако подъехавшей вскоре милиции я на сей счет
ничего не сказала. Уже тогда я решила сама все досконально проверить, и если мои подозрения
подтвердятся, то и судить и казнить его буду я сама, своими собственными руками.
Но как проверить правильность моего предположения? Со своей стороны я содрала
вентиляционную решетку и ввела туда катетер, в смысле тросик для чистки канализации. Он уходил
куда-то вглубь метра на четыре и там натыкался на какую-то преграду. Какую точно, я сказать не
могла, а мне были необходимы только наверняка проверенные факты. А для этого мне во что бы то
ни стало нужно было сблизиться с Губковским и осмотреть его гараж. В общем, через десять дней
после похорон отца я начала крутить перед ним задницей и строить ему глазки. Подонок в первый же
вечер сполна заглотил мой крючок. Смешно было смотреть, как этот урод буквально лезет из кожи,
чтобы мне понравиться. Но сдаваться так просто я не собиралась, не затем я его терпела. Не затем
ходила с ним в рестораны, не для того себя компрометировала. Как бы случайно я попросила его
научить меня водить машину. Он с радостью согласился, и это был второй шаг в моем далеко
идущем плане. Таким образом я попала к нему в гараж. Но этого было мало, он постоянно крутился
рядом, а мне его присутствие мешало, и тогда, чтобы полностью завоевать его доверие, я уступила.
Вы даже не можете себе представить, насколько это мерзко - отдаться человеку, которого ты
подозреваешь в убийстве своего отца. Однако цель была достигнута. Он начал поговаривать о нашей
совместной жизни и в знак особого доверия вручил мне вожделенные ключи от бокса в обмен на мои
ключи от квартиры.
В ту же самую ночь я проникла к нему в гараж и спустилась в смотровую яму. Поначалу я была
здорово разочарована. Ничего похожего на вентиляционную решетку я не обнаружила. Но, решив
довести начатое дело до конца, я стала простукивать каждую кафельную плитку, и совсем скоро мои
труды увенчались успехом. Одна из плиток ответила мне гулко и глухо. Отодрав ее, я увидела то,
чего ожидала. Под последней ступенькой виднелась дыра глубиною в метр, а затем эта нора
сворачивала налево, то есть к нашему гаражу. Таким образом хоть и косвенно, но я подтвердила свои
подозрения. Третий шаг был сделан, и оставался последний, завершающий. Установив плитку на
место, я, полная решимости, вернулась домой.
Да, мне оставалось только его убить, но так, чтобы он знал за что, и при этом ухитриться, чтобы
на меня не легла и тень подозрений. Собственно говоря, примерный план убийства я разработала
давно, теперь мне оставалось домыслить кое-какие детали и, что самое главное, на время убрать из
квартиры его жену. У меня это получилось, а про все остальное вы уже знаете... Позвольте вас
спросить, где вы откопали ключи от моей квартиры, мы с Алексеем их совсем обыскались.
- Они висели на самом виду, вперемешку со всеми другими ключами.
- Полный аншлаг! Если бы не эти дурацкие ключи, вы бы не попали в мою квартиру, а значит,
не смогли бы ничего доказать. Досадно.
- Не переживайте, Катерина, кроме заказного убийства, практически каждое преступление
раскрываемо, потому как всегда остается какая-то мелочь, о которой преступник не подумал или
просто зевнул по запарке. Но нам пора.
- Пойдемте. Я готова, - горестно вздохнула она и накинула шубку.
В лифте она не отрываясь, с вопросительной мольбой смотрела на меня, но я был непреклонен,
хотя и давалось мне это с трудом.
- Константин Иванович, а может быть, вы еще хорошенько подумаете и?.. - спросила она,
когда кабина остановилась на уровне четвертого этажа.
- Нет, Катерина, - стойко ответил я, с неодобрением глядя, как к нам заходят два дюжих парня
с подозрительными рожами.
- Подумайте, мое предложение не лишено смысла, - лукаво улыбнулась она.
- Нет, - хотел ответить я, но красные звезды золотыми блестками обрушились на меня с
черного купола небес, и я в них захлебнулся.
Глава 12
В старинный город Ярославль полковник Требунских прибыл поздно вечером и первым делом
отправился в ГУВД. Пробыл он там не больше пятнадцати минут, а когда вышел, то, кажется, был
вполне удовлетворен полученными результатами. Остановив такси, он назвал адрес и уже через
тридцать минут стоял у кособокой изгороди, окружавшей такой же ветхий домишко. В оконце,
находящемся в метре от снега, горел тусклый свет, и это обнадеживало. Открыть разбитую калитку
можно было не иначе, как прежде приподняв ее. Что он и сделал. Очутившись в маленьком дворике,
он ступил на протоптанную тропинку, ведущую к крыльцу. В тот же миг на него с глухим рычанием
накинулся довольно внушительный пес.
- Замолчи, барбос, - приостанавливаясь, вполне серьезно попросил полковник. - Давай не
будем усложнять друг другу жизнь. Пройти я все равно пройду, но это будет стоить нервов и тебе, и
мне. А зачем нам это нужно? Иди в свою конуру и хорошенько обмозгуй мое предложение. У тебя
ведь не куриные мозги, должен сам все понимать. Ну вот так-то лучше, - усмехнулся он, глядя, как,
повизгивая, собака начала пятиться и отступать. - Ты, братец, умнее, чем думают люди. Спасибо за
приглашение.
Кивнув барбосу, Требунских поднялся на крыльцо и негромко постучался в сени. Не получив
никакого ответа, он вошел вовнутрь и, нащупав в темноте обитую дерматином дверь, постучал во
второй раз.
- Входи, не заперто, - сразу же ответил ему надтреснутый старческий голос.
- Спасибо, уже вошел, - переступая через высокий порог, улыбнулся он, стараясь поскорее
привыкнуть к свету и сориентироваться в обстановке. - Добрый вечер.
- Здорово, - ответил ему сухонький старик, сидящий на стуле перед телевизором. - А ты кто
такой? Что-то личность твоя мне незнакома.
- Степан Иванович, а вы меня и не знаете, потому что живу я в другом городе и тоже вижу вас
впервые, - признался полковник, тщательно вытирая ноги об аккуратный половичок под дверью.
- Вот оно что, - понимающе затряс бородкой дед. - А чего это мой Жучок тебя не куснул?
Ему палец в рот не клади, любит он чужих людишек на зуб пробовать.
- Значит, мы с ним нашли общий язык, - улыбнулся Требунских.
- Не иначе как, - согласился хозяин. - Да ты проходи, чего половицы-то гнуть да порог
протирать, проходи и садись! Будем, значит, знакомиться. Не разувайся, не надо, я назавтра приборку
себе назначил. Тебя как зовут-то?
- Петром Васильевичем. - Устраиваясь рядом, полковник только теперь заметил, что у старика
напрочь отсутствует правая нога.
- Значит, Васильич, - со вкусом выговорил дед. - Хорошее дело. А откуда ты, Васильич,
приехал и за какой надобностью ко мне пожаловал?
- Я из Самарской губернии, - уклончиво ответил Требунских, не желая пока раскрывать все
карты. - По служебному делу приехал, а заодно решил и вас навестить.
- Из Самарской губернии, уверишь. Слыхал про такую. Сам-то не бывал, врать не стану, но по
телевизору ваш губернатор, Титов, бойко выступает. А чего ты решился меня навестить, аль просил
кто?
- Нет, Степан Иванович, никто меня не просил. Пришел я к вам по своей инициативе, хотел
расспросить вас о вашем брате Николае Ивановиче Скороходове.
- Зря ты это, - нахмурился дед. - Вспоминать о нем не хочу. Да и сказывали мне, что помер
он давно. Чего старое-то ворошить? Не хочу.
- Жаль, Степан Иванович, вы бы могли мне здорово помочь. Ну да ладно, не буду вас
принуждать. - Поднявшись с места, Требунских вытащил три фотографии и веером развернул их
перед Скороходовым. - Не затруднит вас присмотреться и ответить, знакомы вам эти люди или нет?
- Эге! - крякнул дед. - Да они же все мертвяки! Этого-то я знаю, - ткнул он пальцем в
фотографию трупа, найденного на кладбище. - Это старший Колькин сын, Славка, стало быть, мой
племяш, а этот его сын, значит, Колькин внук, как его зовут, я не помню, - показал он на парня,
найденного на набережной за портом. - Ну а этого, уж извиняйте, я не знаю, приметно подраспух
парнишка, видать, долгонько томился. За что их там у вас убарабанили?
- В том-то все и дело, пока что ведем расследование, и к вам я приехал в надежде на помощь
именно в этом вопросе.
- Ну раз такое дело, то я готов вам помочь, только вся беда в том, что я почти ничего не знаю.
Кольку, братана, значит, вместе с его новой бабой Нинкой я вышвырнул отсюда еще в шестидесятом
году и с тех пор стараюсь ничего про них не слышать.
- Что так? Ведь вы родные братья.
- Зря говорят, что яблоко от яблони далеко не катится, лучше будет сказать, в семье не без
урода. У нас с Колькой что мамка, что тятька были людьми правильными. Работяги, чужого не
возьмут, убогому помогут, все село их уважало, начиная от старосты и кончая последним
оборванцем. В кого только Николай таким уродился, одно удивление. Мы с ним погодки, он на год
старше. Я роди
...Закладка в соц.сетях
