Жанр: Детектив
Шкура неубитого мужа
...Коли, она поняла,
что ее худшие опасения подтвердились. Лихорадочный блеск в его глазах и особенно ссадина
на щеке только усилили ее опасения.
Ноги ее ослабли, она обругала себя за неосторожность.
Нет, нужно было звать на помощь не хилого аристократа, а целый милицейский наряд, а
лучше бы группу захвата "Альфа". Нужно было лететь в отделение милиции и умолять их
составить ей компанию, в ногах у них валяться, лишь бы они согласились! Как она могла быть
такой легкомысленной! Вот так и гибнут наивные дурехи!
- Маша, беги! - одними губами прошептал Колька. - Беги!
- Чего? - не поняла она. Он перебил ее лихорадочные мысли, мечущиеся в голове,
словно стая испуганных птиц.
- Беги, дура! - сквозь зубы прорычал он.
Она отпрянула от двери. Хотела было крикнуть, но звук застрял в горле. Она услыхала
глухой удар. Коля охнул и упал на колени.
Маша попятилась, начисто позабыв о существовании Александра. Она увидела того, кто
стоял за Колей.
- Ты? - вырвалось из груди.
Она рванулась прочь, но негодяй, отпихнув осевшего художника, прыгнул за ней на
лестничную площадку.
И вот тут что-то произошло. Она не поняла, что конкретно случилось. Сначала нечто
тонкое со свистом пронеслось мимо ее локтя и обрушилось на руку нападавшего. Тот взвыл, но,
подавшись вперед, вылетел на площадку.
Машу отнесло к противоположной двери. Она увидела, как сэр Доудсен сделал короткий
выпад, трость в его пальцах крутанулась еще раз, конец ее задел голову противника чуть выше
виска, тот хлюпнул и повалился ему под ноги.
Повисла пауза.
- Ну, чо там, а? - послышалось из глубины квартиры.
Александр схватил в охапку тело, прикрыл им себя как щитом и таким образом
направился в распахнутую дверь.
Маше он жестом посоветовал двигаться следом, держась у него за спиной.
Они миновали темный коридор и оказались в комнате.
- Мать твою за ногу! - воскликнул персонаж, которого с дивана словно пружина
подкинула.
Его напарник, стоящий у этюдника, выкатил глаза и раскрыл рот. Судя по всему, в немом
удивлении.
- Здравствуйте, господа, - довольно спокойно для человека, только что выдержавшего
схватку и теперь несшего в неудобном положении недвижимое тело, поприветствовал их
Александр. - Может быть, вам покажется это странным, но я рад вас видеть.
- От, блин, опять двадцать пять! - недовольно буркнул тот, что топтался у дивана.
- Да, со времени нашей последней встречи в темной арке, помните, я все думал, когда же
вы снова найдете в себе силы потолковать со мной.
- На кой хрен ты нам сдался! - ответил тип у дивана, который был не в пример
словоохотливее своего товарища, застывшего у этюдника. - Мы вообще не тебя звали, а вот
ее!
Маша вздрогнула, когда нахальный бандит у дивана ткнул в нее пальцем.
- Представляю, как вы разочарованы, - улыбнулся ему молодой аристократ. - Но с
некоторыми ситуациями приходится мириться. Неужели вы надеялись, что настоящая леди, а
Мария, несомненно, таковой и является, выйдет из дома одна в такой час? Господа бандиты, вы
допустили, с точки зрения ваших работодателей, профессиональную ошибку. Ведь настоящий
мастер вашего дела должен учитывать все нюансы...
- Ты как хочешь, а я его сейчас пристрелю, - неожиданно прохрипел тот, кто стоял у
мольберта, и, с необыкновенной резвостью выхватив из-за пояса брюк пистолет, направил его
на Александра.
- Послушайте. - Аристократ, к Машиному удивлению, остался абсолютно спокоен и,
кажется, даже настроился на дружеское общение. - Однажды вы уже пытались свести со мной
счеты под памятной всем нам аркой.
Тогда, признаюсь, я был не в лучшей физической форме.
Я только подумывал о пользе утренних упражнений. Но с той поры прошло довольно
много времени. Я здорово занялся собой и, надо заметить без лишней скромности, преуспел в
этом. Не думаю, что вам приятно вспоминать нашу встречу под аркой, но уверяю вас, удар мой
стал точнее и сильнее. Хотя, вполне возможно, вы тоже времени даром не теряли... - Он
пристально оглядел сначала одного сгорбленного типа, потом другого и наконец недовольно
поцокал языком:
- Нет, вы не утруждали себя физическими упражнениями. Настоящий атлет отличается
крепким сложением. Так что я бы посоветовал вам...
- Он когда-нибудь заткнется?! - взревел бандит, потрясая в воздухе пистолетом. -
Слышь, если не заткнешься, я выстрелю.
- Очень жаль. - Александр подхватил поудобнее недвижимое тело, которое все еще
держал перед собой. - Однако прошу прощения за философский настрой. Когда я вас увидел,
что-то теплое колыхнулось в моей душе.
Знаете ли.., у меня не так много знакомых в Москве...
- Вот урод! - бандит у дивана со злостью сплюнул в сторону. - Теперь он к нам в
друзья-товарищи набивается! Я этого не переживу.
- Попробуйте собраться и пересилить минутный порыв, - наставлял его сэр Доудсен. -
Ваш босс - господин Бессмертный - ждет от вас решительных действий и скорых
результатов.
- Вот именно! - Бандит у этюдника снова прицелился.
- Смею напомнить, - с ноткой легкой печали проговорил молодой аристократ, - что
выстрел вам не пойдет на пользу.
- Да?! Может быть, скажешь почему? - съехидничал бандит с пистолетом.
Александр вздохнул и покорно пояснил:
- Во-первых, выстрел может привлечь внимание соседей, которые не преминут
позвонить в милицию. Во-вторых, стреляете вы еще хуже, чем владеете приемами ближнего
боя. Не сердитесь, но я делаю вывод, исходя из того, как вы держите оружие и как трясется
ваша рука.
В-третьих, вы просто раните своего товарища. И, наконец, последнее, вам будет
небезынтересно узнать, что возле подъезда в нетерпении ждут приглашенные мной господа.
Признаюсь, я не рассчитывал увидеть здесь моих старых знакомых и не желал рисковать.
Наверное, это сильно умаляет мои положительные качества в ваших глазах, но что ж поделать.
Поверьте, если бы я знал, что встречу именно вас, я бы никого не стал беспокоить.
- Ты чо, ментов, чо ли, вызвал? - У бандита с пистолетом бессильно опустились руки.
Надо признать, что с этого момента его лицо приобрело цвет штукатурки.
А человек в руках Александра совершенно некстати подал первые признаки жизни. Он
дернул рукой, открыл глаза и уставился на своего товарища.
- Что ж... - Сэр Доудсен перекинул его на одну руку, другой вытащил из кармана
пальто телефон и, набрав номер, прижал его к уху. - Наше интимное рандеву разрушили
непростительным образом. Вы не рассердитесь, если я все-таки приглашу своих товарищей
зайти. На улице, знаете ли, не то время, когда птички поют и душа радуется... Алло, можно
заходить!
Парень в его руках начал вяло брыкаться. Александр перехватил трость, которую до этого
зажимал под мышкой и, поддев ею пленника под подбородок, на некоторое время пресек
какое-либо движение с его стороны.
- Давай разойдемся по-хорошему, - проскрипел тот, что стоял у дивана.
Бандит с пистолетом согласно кивнул.
- Неужели вы не хотите остаться и обсудить перспективы нашего с вами
сотрудничества? - удивился молодой аристократ. - Я, знаете ли, еще совсем недавно легко
относился к жизни, не слишком заботясь о делах и всевозможном сотрудничестве. Но с
некоторых пор, и за урок я благодарю господина Бессмертного, меня так и подмывает с каждым
обсудить перспективы будущего сотрудничества. Просто не поверите, с каждым встречным.
Ведь мало ли кого встретишь, выходя поутру из дома. Лучше сразу все обсудить, взвесить все
"за" и "против", а то потом столько ненужных проблем возникает.
- Слушай, будь ты человеком, - всхлипнул тип у дивана. - Замолчи! И так тошно!
Сэр Доудсен оборвал речь, но не из-за просьбы поверженного противника, хотя в его
знаменитом роду и не принято добивать раненых, а потому, что в комнате возникли новые
персонажи - парочка внушительного вида верзил в черных куртках. Один из них втащил за
собой сопротивляющегося художника.
- Коля! - Маша подскочила к нему. - Как ты?
- Ах, это ваше... - Верзила в черном бросил художника и занялся персонажем,
вросшим в пол возле этюдника.
- Поосторожнее, прошу вас, - обратился к нему Александр. - Мы еще не закончили
наш диалог.
- Нет уж, лучше пристрелите меня сразу, - собравшись с силами, проскрипел бандит,
все еще напоминавший кусок штукатурки, - я этого трепа больше не вынесу.
Парень в черном кинул его на диван.
- Хоть бы оглушил, скотина, - завыл тот.
- Кажись, все, - "подмога" огляделась. - Выпусти ты уже этого малахольного. Чего он
у тебя как блесна повис? На хрен он тебе сдался.
Маша только сейчас вспомнила о третьем члене банды, поднялась на ноги и, медленно
подойдя к нему, заглянула в лицо.
- Значит, это и есть твой новый бизнес? - тихо спросила она.
Егор, а это был он, с трудом сглотнул. Ему мешала трость Александра.
- Поганый у тебя бизнес, - она покачала головой. - Очень поганый. Недостойный.
Знаешь, за стойкой ты смотрелся лучше.
Странное дело, но плакать ей не хотелось. Сейчас она вдруг подумала, что именно такой
развязки и ждала почему-то. Нет, не осознанно, разумеется, а где-то глубоко внутри. Иначе
почему она не рассказала ему о кулоне Ирмы Бонд? Наверное, что-то чувствовала...
- Он ваш знакомый? - изумился потомок Доудсенов и убрал трость из-под его
подбородка.
Егор рухнул на колени.
- Сегодня у нас тут встреча друзей, похоже, - резюмировал он.
- Нет уж, увольте меня от таких друзей, - ответила Маша и отошла к Коле. - Они тебя
били?
- Не так уж сильно, - заверил он, потирая затылок. - Просто пихали пистолетом в
висок полдня. Очень гадкое чувство. Ты молодец, что сообразила.
- Ты тоже, - она погладила его по голове.
- Этот хрен, - он кивнул в сторону Егора, - Подкатил ко мне на выставке сразу после
аукциона.
- Аукциона?
- Ну да. Я с этими чертями совсем уже забыл, что работа моя заняла второе место.
Представляешь, второе!
После тех полевых цветочков. Ну и вкусы у нашей комиссии! Машка, мне ж премия
светит! Да еще и картину продали. Просто блеск! В Париж теперь поеду.
- Поздравляю, - она расцеловала его в побитые скулы.
- А этот твой дружок подвалил, когда я уже собрался надраться с радости, уговорил
показать другие работы.
Мол, ему так понравился мой стиль, так понравился, мать его ети! Ну я и повел его
показывать, как последний дурак.
Подумал: чем черт не шутит, раз такой успех. И вот пожадничал. Как в квартиру зашли,
так он пистолет вытащил.
А потом этих двоих впустил. Все допытывался, где кулон треклятый. Я подумал, что, если
тебе не позвоню, точно укокошат. Так что ты была моим последним шансом на выживание. И
ты молодец! - еще раз тепло повторил он.
- Удивительно, что он не перерыл мой дом, - пробормотала Маша, искоса поглядывая
на Егора, теперь уже рядком с товарищами сидевшего на диване.
- Он же не знал, что это твой кулон. Я ведь не сказал.
Сказал, что Маша - Аськина подруга по кордебалету. Не знаю, почему они на номер не
смотрели, который я набрал. Я боялся.
- Ты молодец. - Она обняла его, пощупала ссадины. - Больно?
Колька сморщился, и она испуганно отдернула руку:
- Надо бы тебе к врачу.
- Ай, пустяки, - он хрипло хохотнул. - А что это за кулон-то? Что за дрянь такая?
- Дрянь! - услышав его, ехидно передразнил Егор. - За эту дрянь люди глотки друг
другу перегрызть готовы.
- Не все, - с презрением ответила Маша.
- Ах, конечно, - Егор фыркнул. - Есть и те, кто на это ни за что не пойдет! - он
кивнул на Александра. - Может быть, потому, что он ничего не знает?
Тот улыбнулся всем присутствующим и вытащил из кармана украшение Ирмы Бонд. Он
поддел его за цепочку и на глазах у изумленно затихших присутствующих повертел на свету:
- Красиво...
Повисла напряженная пауза. Семь пар глаз уперлись в голубой камень.
- Не знаю, на что рассчитывают ваши хозяева, - равнодушно заметил сэр Доудсен, -
но я готов его вам отдать. Собственно говоря, именно за этим мы сюда и приехали. Нам он не
нужен, ведь так, Мария?
Она кивнула.
- Он попал к нам в руки совершенно случайно и уже принес достаточно бед, чтобы
держать его при себе и далее. Я догадываюсь, что вы постараетесь найти ему более интересное
применение. Возьмите, но в обмен на обещание не чинить проблем нам всем, включая Николая,
которому вообще ничего не известно.
- Лады, - угрюмо согласился за всех Егор.
Александр вознамерился было кинуть ему кулон, но парень в черной куртке неожиданно
выхватил пистолет и направил его на Машу. Та замерла, уставившись надуло.
- Только попробуй, и я ей башку разнесу! - прошипел он.
- Ну, сейчас опять начнется... - понуро вздохнул тип из стана Егора. Тот самый,
который все еще сильно смахивал на кусок штукатурки. - Сейчас начнутся трогательные
воспоминания о физических упражнениях, мать их. Мама, роди меня обратно!
- Замолкни, - второй тип в черном сильно толкнул его в грудь, заставив выполнить свое
требование.
Александр же поднял бровь. Пальцы его с силой сжали набалдашник трости.
- Как это понимать?
- Понимать так, что кулон ты отдашь мне. И тогда мы все тихо разойдемся.
- Мне, собственно, все равно, кому вручить кулон, но господин Климов...
- Ему все равно, а мне лично - нет! - вскричал Егор и, вскочив, мастерски саданул
охранявшего их парня в черном в челюсть.
Его напарник, резко вскинув руку в сторону Егора, выстрелил.
Маша невольно вскрикнула и зажмурилась.
Егор взвыл и рухнул на диван, схватившись за раздробленное колено.
- Хватит шутки шутить! - рявкнул стрелявший. - Давай кулон, а то я тут всех положу!
Александр, со стоическим спокойствием перенесший выстрел, пожал плечами и
обратился к товарищам Егора:
- Простите, но тут я бессилен. - Он повернулся к парню с пистолетом:
- Значит, вы требуете кулон. Я правильно вас понял?
Ответить ему не успели. Квартира вдруг наполнилась таким шумом, словно с верхнего
этажа в небольшую прихожую сошел селевой поток. Ломая все на своем пути, а именно: снеся
вешалку и светильник, мирно висевший на стене вопреки всем безобразиям, в комнату ворвался
красный от возбуждения Серж Бобров. Александр усмехнулся, отметив про себя, что в его
облике явно не хватает знамени с начертанным на нем знаменитым "Excelsior!", а то он являл
бы собой "юношу с пылающим смелостью взором".
Серж шумно выдохнул и, бешено вращая глазами, прогудел:
- Что тут происходит?!
Парень в черном молниеносно наставил на него дуло пистолета.
- Убери свою пукалку к едрене фене! - рявкнул на него меценат и громко взвыл:
- Маша, где ты?!
- Я здесь, - пискнула она, не сводя глаз с пистолета.
Сердце ее бешено колотилась. Серж ведь не был свидетелем того, как этот стрелок только
что раздробил колено Егору. Поэтому он может на него орать, думая, что все ему сойдет с рук.
А вот парень в черном, судя по всему, так не думал. Пистолет он не убрал, как раз наоборот -
очень даже походило на то, что он сейчас снова начнет палить по коленям. Или, чего хуже, по
головам.
- Господи! - Бобров встревоженно глянул на нее. - Ты в порядке?
- В относительном.
- А почему ты на полу сидишь? - Он порывисто рухнул рядом и зачем-то стал
ощупывать ее ногу, повторяя:
- Ты в порядке? В порядке?
- Эй! Что ты за хрен такой? - четко и без всяких эмоций обратился к нему парень с
пистолетом. Видимо, терпение его стремительно иссякало.
- Это я у тебя спросить хочу, - ворчливо огрызнулся меценат, продолжая мять колено
своей подопечной. - Что за фигню вы тут устроили?
- Пока не началась бессмысленная пальба, позвольте я все объясню, - подал голос
Александр.
- Только не это! - Подельник Егора, устойчиво сохраняющий на лице цвет штукатурки,
закатил глаза. - Кто ж ему слово-то дал! Изверги!
- Спор идет о кулоне, вернее, о праве им обладать.
Кулон все еще у меня.
- Да? - Бобров посмотрел на него в искреннем восхищении. - Я так и думал, что ты
его найдешь. Уж больно ты пытливый. Эх, скаут ты хренов!
- Вот те ребята - от господина Бессмертного, - продолжил сэр Доудсен, пропустив его
замечание мимо ушей. - Вот эти, с оружием, - от господина Климова...
- Моих приплюсуй, - предложил меценат. - В подъезде человек десять будет. И еще я
ментов вызвал.
- Пошла каша, - недовольно проскрипел Егор.
- Так что все, милые, банкет окончен. Кто не хочет провести остаток дней на Колыме
или сыграть в ящик, пошли вон. - Бобров встал и с упрямством, присущим разве что быку на
корриде, глянул на парня, все еще целящегося ему в живот. - Я сказал - вон.
- Я тебе щас башку разнесу, - огрызнулся тот.
- Во сне, мальчик.
Но "мальчик", что называется, закусил удила. Осуждать его за это было бы по меньшей
мере бестактно. В конце концов, где это видано, чтобы порядочного человека с пистолетом
оскорблял какой-то пухлый безоружный господин. Да как еще оскорблял, с особым цинизмом,
можно сказать. Бандит побледнел и, вскинув руку, вознамерился нажать на курок. В этот
момент воздух снова рассекла трость Александра. После глухого удара пистолет со свистом
пронесся под потолком, пробил окно и полетел прочь, навстречу земле.
- Вам бы действительно лучше уйти по-хорошему, - проникновенно обратился к нему
потомок аристократического рода. - И передайте мою благодарность господину Климову.
Судя по всему, удар несколько отрезвил бывшего союзника, повыбив из него никчемную
скаредность. Баюкая больную руку, он поплелся к выходу, бормоча на ходу невнятные
проклятия. Напарник поспешил следом.
- Этих пропустите. Пускай валят ко всем чертям! - крикнул в сторону прихожей Бобров
и снова с отеческой нежностью глянул на Машу:
- И как тебя угораздило ввязаться во все это?
- Я думаю, об этом стоит поговорить несколько позже, - опять обозначил свое
присутствие сэр Доудсен. - Уже довольно поздно. Сожалею о разбитом окне. - Он
поклонился немало удивленному предыдущими сценами художнику. - Вам бы нужно
поспешить в больницу. Он кивнул Егору.
Серж помог Маше подняться.
- Я не хочу, чтобы ты тут ночевал. - Она подала руку Коле:
- Поедем ко мне.
- Как?! - Глаза мецената вмиг превратились в узенькие блестящие щелочки. - А как
же твой ненаглядный кавалер? - Он глянул на сгорбленного, бледного от боли Егора. - Его
тебе совсем не жаль?
- Сэр Доудсен, кажется, предложил перенести все объяснения на завтра, - недовольно
напомнила она. - Я с ним полностью согласна.
- А я нет! - взревел Бобров.
- Возьмите, это вас немного развеселит. - Александр протянул ему кулон.
Меценат осторожно принял его, повертел на ладони и сунул в карман куртки, буркнув:
- Ну вас! Что за секреты, в самом деле!
- Нет тут никаких секретов, - резко ответила Маша. - Не могу я допустить, чтобы мой
друг оставался в квартире с разбитым окном. К тому же он столько сегодня пережил, и все по
моей вине.
Она неожиданно осеклась, посмотрела в сторону Егора, потом стремительно подошла к
нему:
- Ты убил Аську? Отвечай!
- Какую, к черту, Аську... - простонал тот. - Не видишь, у меня колена нет!
- Сейчас второго не будет! Ты убил?!
Александр тихо подошел сзади, взял ее за плечи и произнес:
- Мария, не настаивайте. Ему действительно невыносимо больно. Он не убивал
Анастасию.
- Откуда вам знать! - Она мотнула головой, не отводя гневного взгляда от бывшего
любовника. - Этот на все способен.
- На многое, скажем так, - мягко согласился с ней сэр Доудсен. - Но Анастасию он не
убивал.
- А кто? Кто убил? И кто убил Ирму Бонд? - Неожиданно она повернула голову в
сторону Боброва и спросила таким тоном, словно знала ответ:
- Кто убил Ирму Бонд?!
Тот потупился, покраснел и, резко развернувшись, пошел к выходу, деловито покрикивая:
- Отвезите девушку и художника с Александром, куда скажут. Сначала девушку. Этих
не трогать, пускай сами добираются.
Маша всхлипнула, прошептав:
- Я так больше не могу.
Сейчас ей было очень плохо! Хуже, чем час назад, когда она узнала о предательстве
Егора. Не в силах больше носить в себе переполняющую ее тяжесть, она упала лицом на плечо
аристократа и закрыла глаза. Он погладил ее по голове, обнял за плечи и повел к выходу,
приговаривая:
- Ничего, ничего. Все обойдется. Все наладится. Вам нужно выспаться. Завтра начнется
новый день.
- Вы не понимаете, - пробормотала она. - Вы не понимаете. Я не хочу в это верить!
Утром следующего дня по настоянию молодого аристократа в офисе Боброва должны
были собраться все участники "истории с кулоном", исключая художника Николая, который
никакого отношения к ней не имел, кроме того, у него появились неотложные дела, связанные с
восстановлением пробитого окна. Маша с Александром прибыли первыми. Ночь она провела в
размышлениях и догадках, в коих принял участие и Коля, мучимый бессонницей после столь
тяжелых потрясений.
День у нее начался хмурыми воспоминаниями. Странно, но Егор очень быстро вылетел из
ее сердца, правда, оставил в душе неприятный осадок, словно наследил на чистом паркете. Она
не хотела о нем думать.
"Подонок! - сказала она себе, наливая чашку кофе. - Он свое получил! И на этом
точка!"
Впрочем, она походила по квартире, отыскивая следы его пребывания в своей жизни.
Сняла с вешалки его полотенце, убрала с полочки его бритвенные принадлежности, одеколон и
зубную щетку, вынула из шкафа две рубашки и все это затолкала в мусорное ведро. Проделала
все быстро, без эмоций, словно машинально. Потом она открыла форточки во всех окнах,
проветрила, чтобы ушел его дух.
- Ну-ну... - только и сказал Колька, наблюдая за ней.
- У тебя есть планы? - Она села напротив, когда закончила с очисткой территории.
- Они неизменны, - он вяло улыбнулся, - В Париж.
В школу искусств. Французский не знаю, ну и хрен с ним.
Прорвемся. А ты что будешь делать?
Она пожала плечами:
- Не знаю...
- А то давай, может, поехали со мной? - неожиданно предложил он.
- Как это? - удивилась Маша.
- Ну как, - он сконфузился, - понимаешь, ты ведь меня от смерти спасла. Без дураков.
Я тебе по гроб жизни обязан. А я теперь перспективный художник. Не пропаду. Кончу курсы в
школе искусств, так стану у нас ваще супермодным. Днем буду дизайнером подрабатывать, ты
верь, мне уже предлагали, а вечерами картины писать.
Смотри, я, даже стоя на развале перед ЦДХ, на квартирку заработал. То ли еще будет...
- Подожди, подожди, - она замахала на него руками. - Ты это что же, замуж меня
зовешь?!
- А что такого? Чем я не выгодный жених?! - Он совсем сник, что было так на него не
похоже.
- Коль, - хихикнула Маша и взяла его за руку, - мы же друзья. И всегда ими
останемся. Но чего ты на мне-то крест поставил? Я ж не на улице, я к сцене готовлюсь.
- Это-то так... - Он вздохнул. - Но ты же говорила о Боброве такие нехорошие вещи.
- Послушай и запомни: я молодая, я талантливая, пробьюсь сама. Без всякого там
замужества. А женятся по любви, а не из благодарности, понятно?
- Я же еще не закончил, - обиделся он. - Ты мне нравишься...
- По любви, - повторила она, похлопав его по руке.
Сейчас, расхаживая по пустому кабинету своего продюсера, она вспомнила их разговор и
усмехнулась.
Вот был бы номер, если бы она действительно согласилась. А ведь мелькнула мыслишка:
что, если? Колька милый, добрый и совсем не похож на прочих художников - хмурых,
полупьяных типов. Кольку бы отмыть, причесать, стал бы даже ничего. Умотала бы она в
Париж, где никто ее не достанет. Отомстила бы Боброву заодно...
Заодно ли?
Она оперлась о его стол, огляделась. Похоже на кабинет профессора околовсяческих наук:
там карта страны с отмеченными точками нефтяных разработок, тут музыкальный центр,
видеомагнитофоны: и бытовой VHS, и профессиональный Betacam, чтобы клипы подопечных
оценивать. На стене фотографии известных артистов вперемешку с политиками и
бизнесменами. На столе кипы факсов, кажется, от всех существующих в мире компаний. Над
столом новое увлечение Сержа - какой-то график из фирмы по разработке компьютерных
технологий.
Рядом притулился портрет модного дизайнера, видимо, в своем же интерьере. Следом за
ним огромный плакат с какой-то жуткой, мерзко скалящейся рожей. Ниже надпись: "Иван
Карпов! Россия победит!"
"Во что еще Бобров надумает деньги вложить?"
Она обошла стол, в углу увидала прислоненную к стене картину и ахнула. Однако
поразмыслить над открытием не успела, дверь открылась, впустив в офис самого хозяина, сэра
Доудсена, к ее ужасу, господина Бессмертного, Наталию Касальскую и лысого субъекта,
которого путем исключения она определила как Бориса Климова.
Все расселись по кожаным диванам. Серж устало рухнул в свое кресло за столом. Маша
притулилась в углу на стульчике. Огляделась. Александр был, как всегда, спокоен и свеж. Ни
тени усталости, ни намека на волнение, словно не было перед этим утром кошмарной ночи, где
ему все время приходилось драться да защищать слабых.
В отличие от него Бобров и Бессмертный заметно нервничали. А последний еще и злился.
Дергал себя за длинный нос, стрелял глазами во все стороны и вообще неуютно себя
чувствовал. Климов сидел смирно, сложив руки на коленях. Наталия с видимым равнодушием
листала журнал.
Молодой аристократ поднялся и заговорил:
- Я прошу прощения у всех за то, что настоял на нашем странном собрании. В самом
деле, вы вряд ли оказались бы в одном довольно тесном помещении по своей воле. Но всех нас
занимает один вопрос, и потому все мы сейчас здесь. Я хотел бы пояснить причину, по которой
пригласил дам, хотя они не имеют прямого отношения к поиску злополучного кулона. Наталия
Касальская - супруга Юрия, чьи сокровища, собственно, мы все обсуждаем.
И правила приличия, господа, требуют ее присутствия.
Иначе я не стал бы тут выступать. Мария... - Он бросил на нее взгляд, исполненный
благодарности. Она моментально зарделась. - Мария - невольная участница событий,
поскольку именно она нашла кулон и телефон Ирмы Бонд, когда та отшвырнула эти вещи от
себя за кулисами.
Далее он вкратце описал, каким образом вещи певицы очутились в руках Маши, пояснил,
почему она их хранила от всех, в том числе и от милиции. Маша была ему страшно благодарна.
Она бы не нашла таких правильных слов, чтобы объясниться с Сержем, который в начале
рассказа поглядывал на нее волком, а к концу с теплым укором: мол, как ты могла мне-то не
доверять.
- И вот мы подходим ко
...Закладка в соц.сетях
