Жанр: Детектив
Чернее черного
...е я бы так не волновался. Это может быть опознавательным знаком
какого-то глуповатого, но безвредного культа, который все они исповедуют.
- Да, но Чабб? Вместе с более чем сомнительными Кобурн - Монфорами и
отвратительными Санскритами? Нет, мне это не нравится, - возразил мистер
Уиплстоун. - Совершенно не нравится.
Его рассеянный взгляд упал на Люси, которая между тем устроилась
поудобнее, сложив лапки под грудью.
- Ведь даже кошка их боится, - припомнил он. - Перепугалась до смерти при
одном взгляде на эту жуткую парочку! Пирелли из "Наполи" думают, что Люси когдато
принадлежала этой женщине, и та с ней плохо обращалась. Конечно, я не
утверждаю, что дурные привычки Люси не нужно осуждать, ни в коем случае.
- Я не совсем понимаю...
- Ладно, ладно, оставим это. Налейте чай, - любезно предложил гостю мистер
Уиплстоун, - и посоветуйте, что же мне делать с этим медальоном.
Аллен вновь вытащил из кармана рыбку и повертел её в руке. На брюшке было
выжжено клеймо изготовителя в виде волнистого "Х".
- Солидная работа, - заметил он. - Счастье, что не разбилась на ступенях.
Если ничего не имеете против, я поднимусь наверх и верну её хозяйке. Есть
причина для визита, как вы считаете?
- Полагаю, вполне. Не знаю, следует ли мне...
- Я вас уберегу от неприятных объяснений, Cэм.
- Да уж, спасибо. Так лучше. Желаю удачи.
- Я пойду, пока она не вернулась в кухню. Где их комната?
- Первая дверь от лестницы.
- Хорошо.
Оставив мистера Уиплстоуна расстроенно прихлебывать чай, Аллен поднялся в
мансарду и постучал.
Дверь тут же отворилась и появилась миссис Чабб, взирая на него с ужасом в
глазах. Аллен попросил разрешения на минутку войти; на миг ему показалось, что
она скажет "- Нет!" и захлопнет двери перед его носом. Но потом женщина оступила
в сторону, прижав пальцы к губам, и он вошел.
Взгляд его тут же уперся в фотографию на стене. Девушка лет шестнадцати с
прелестным здоровым круглым личиком, очень похожая на миссис Чабб. К верхнему
углу рамки были прикреплены черные ленты, собранные в розетки. На самой
фотографии тоненьким почерком было написано: 4 апреля 1953 - 1 мая 1969.
Аллен достал из кармана медальон. Из горла миссис Чабб вырвался странный
тихий стон.
- Боюсь, что Люси вернулась к своим старым проделкам, сказал он. - Мистер
Уиплстоун объяснил мне, что есть у неё такая манера. Забавные существа эти
кошки, верно? Если что-то вобьют себе в голову, ничто их не остановит. Это ваше,
не так ли?
Она даже не шелохнулась, чтобы забрать медальон. На столе под фотографией
лежал гвоздик. Аллен снова всунул его в дырку и повесил на него цепочку.
- Видимо, его выдернула кошка, - заметил он и добавил: Вам нехорошо,
миссис Чабб? Мне очень жаль. Присядьте; я могу вам чем-нибудь помочь? Дать воды?
Нет? Так по крайней мере сядьте.
Пришлось подхватить её под локоть: женщина бессильно осела на стул,
стоявший рядом. Она побелела, как мел, и вся дрожала.
Аллен придвинул ещё один стул и сел.
- Мистер Уиплстоун мне сказал, что вас очень расстроило происшедшее
прошлой ночью. Боюсь, я ещё добавил, - извинился он.
Миссис Чабб не сказала ни слова, и он продолжал:
- Полагаю, вы ещё не знаете, кто я. Прошлой ночью я допрашивал вашего
мужа. Я старый приятель мистера Уиплстоуна и знаю, как он высоко ценит ваши
услуги.
Миссис Чабб прошептала:
- Вы из полиции?
- Да, но нет причин для беспокойства, поверьте.
- Он на него напал, - простонала женщина. - Тот... - она на миг закрыла
глаза. - тот черный. Набросился на мужа.
- Знаю. Он мне говорил.
- Это правда, - и она настойчиво повторила: - Это правда, сэр. Вы верите,
сэр? Верите, что это правда?
Аллен помолчал.
"- Верю ли я? - подумал он. - Вечно спрашивают, чему человек верит. Это
слово постепено теряет смысл. В такой ситуации важно только то, что человек
знает."
Он ещё минуту помолчал, потом сказал:
- Полицейский может верить только тому, что сумеет неопровержимо доказать.
Если на вашего мужа напали, как он утверждает, мы разберемся.
- Слава Богу, - прошептала она, а потом добавила: - Простите, что у меня
так сдали нервы. Не знаю, что со мной творится...
- Ничего...
Он встал и подошел к фотографии. Миссис Чабб высморкалась.
- Симпатичное личико, - заметил Аллен. - Ваша дочь?
- Да, - ответила женщина, - она была нашей дочерью.
- Простите. Давно она умерла?
- Четыре года...
- Болела?
- Несчастный случай. - Миссис Чабб собиралась что-то сказать, но потом
вдруг взорвалась: - Она была нашей единственной отрадой...Наша Гленис.
- Очень похожа на вас.
- Да.
- Это был её медальон?
Ответа не последовало. Обернувшись, он заметил, что миссис Чабб глядит в
упор на фотографию, судорожно ломая пальцы.
- Если да, - продолжал Аллен, - вам, конечно, очень жаль было бы его
лишиться.
- Это не её.
- Нет?
- Я и не заметила, что его там нет. Потому так и удивилась, когда...когда вы
его принесли.
- Простите, - извинился он ещё раз.
- Ничего.
- Несчастье случилось в Лондоне?
- Да, - коротко ответила она и плотно сжала губы.
Аллен продолжал, не обращая внимания:
- Медальон выглядит весьма необычно, вам не кажется? Это какой-то символ
или амулет?
Женщина развела руками.
- Это моего мужа.
- Значит, это эмблема какого-то клуба?
- Можно назвать и так.
Она стояла спиной к дверям, когда те открылись и на пороге появился
супруг.
- Я ничего не знаю, - громко заявила миссис Чабб. - Не думаю, чтобы это
имело отношение к делу. Сожалею.
- Тебя ищут внизу, - сообщил ей Чабб.
Она встала и вышла из комнаты, даже не взглянув ни на Аллена, ни на мужа.
- Вы хотели поговорить со мной, сэр? - бесцветным голосом спросил Чабб. -
Я только что вернулся.
Аллен рассказал ему про кошку и медальон. Чабб равнодушно слушал.
- Меня заинтересовал сам медальон, - закончил Аллен. - Я подумал, что это
какая-то эмблема.
Чабб ответил тут же и без размышлений.
- Верно, сэр. Это маленькое сообщество, занимающееся духовными проблемами.
Загробная жизнь и тому подобное.
- Мистер и мисс Санскрит состоят членами этой общины?
- Да, сэр.
- А мистер Шеридан?
- И он тоже, сэр.
- А вы? - вскользь поинтересовался Аллен.
- Они были так любезны и сделали меня кем-то вроде внештатного члена. Я их
обслуживал во время некоторых заседаний, и они заметили, что меня это
интересует.
- Вы имеете в виду загробную жизнь?
- Да, сэр.
- Ваш интерес разделяет и ваша супруга?
- Она тут ни при чем, - равнодушно отмахнулся Чабб. - Это скорее
благодарность за мои услуги.
- Ага...Теперь вам для этой штуковины придется подыскать другое место,
верно? - невозмутимо продолжал Аллен. - Там, где Люси Локкет не достанет.
Счастливо оставаться, Чабб.
Чабб что-то промямлил в ответ. Суперинтендант оставил его в комнате почти
также побледневшего, как несколько минут назад - его жена.
Мистер Уиплстоун ещё чаевничал. Люси на коврике перед камином лакомилась
молоком.
- Поскорее наливайте чай, - приветствовал его мистер Уиплстоун. - И чтонибудь
перекусите. Надеюсь, вы любите тосты с анчоусами? Похоже, они ещё не
остыли. - Он снял крышку и от тарелки донесся запах, который Аллену больше всего
напоминал их холостую жизнь с Бумером. Он принялся за тосты с чаем. Потом
вздохнул.
- Не могу задерживаться. Собственно, мне уже пора.
- А что с Чаббами? - отважился спросить мистер Уиплстоун.
Аллен коротко рассказал ему о своем визите в мансарду. Мистера Уиплстоуна
его слова явно успокоили.
- Как видите, - заметил он, - это отличительный знак какой-то безобидной
малой секты. Чабба сделали её участником только за то, что он им подает
бутерброды и напитки. Возможно, они рассчитывают, что из него может получиться
хороший медиум. Вполне разумное объяснение, вам не кажется?
- Ну да, конечно. Занятно, что Санскрит, судя по полицейской картотеке,
занимался мошенничеством именно в этой области, как фальшивый прорицатель и
медиум, - сказал Аллен. А кроме того есть подозрения, что он замешан и в
торговле наркотиками.
- Меня это совсем не удивляет, - энергично заявил мистер Уиплстоун. - Если
речь зашла о преступлениях, полагаю, что он вполне подходящий субъект. Именно
потому меня так огорчают контакты с ним Чаббов.
- И есть ещё миссис Кобурн-Монфор, которую начинают подозревать в
соучастии при покушении на президента. Тоже не лучшее общество, верно?
- Черт побери! - воскликнул мистер Уиплстоун. - Но послушайте, дорогой
друг: я эгоистичный старый холостяк и не хотел бы, чтобы с Чаббами случилось
что-то плохое, поскольку они очень облегчают мою жизнь. - Тут он отвел сердитый
взгляд и напустился на кошку. - А что касается тебя, не лезь ты куда не надо,
ничего бы и не случилось. Запомни это!
Аллен допил чай, доел тост и встал.
- Уже уходите, друг мой? - озабоченно спросил мистер Уиплстоун.
- Приходится. Спасибо за чай. Пока, дорогая Люси, - простился он с Люси
Локкет. - В отличие от твоего хозяина я тебе очень благодарен. Все, ухожу.
- К миссис Кобурн-Монфор?
- Вовсе нет. К мисс Санскрит. Теперь она становится куда важнее.
III
Аллен в посольстве с Санскритами не сталкивался. Инспектор Фокс лишь
отметил в списке имена и адреса и позволил им уйти домой. Поэтому Аллен считал,
что мисс Санскрит вряд ли запомнила его лицо; а если и да, то наверняка не
придала ему никакого значения.
Шагая по Каприкорн стрит, он миновал поочередно магазинчик "Наполи",
цветочную лавку и гараж. День был теплый, в воздухе плавал запах кофе, еды,
гвоздик и красных роз, издалека доносился колокольный звон.
В конце Мьюс, где улица переходила в пассаж, ведущий на Баронсгейт, прежде
была конюшня, а теперь помещалась лавка с глиняными поросятами. Фасадом она была
обращена к Мьюс, и потому бросалась в глаза уже издали. У Аллена по мере
приближения возникли образы бьющих копытами распаленных лошадей, прилежных
конюхов, острых запахов и тарахтенья окованных колес диккенсовских времен. Над
головой летали голуби, время от времени они садились на каменный пол пассажа и
прибавляли достоверности воображению.
Но вблизи очарование разрушила неподражаемая вывеска: "К. и Х. Санскрит.
Поросята". Изнутри, из какой-то ниши в дальней стене помещения, разливалось
багровое зарево, выдававшее присутствие печи для обжига. Над ней склонилась
темная массивная фигура мисс Санскрит.
Аллен сделал вид, что хочет свернуть в пассаж, но потом передумал,
остановился и уставился сквозь витрину на глиняные фигурки, расставленные на
полках. Невероятно злобный боров с незабудками на спине взирал на него почти
также мрачно, как мисс Санскрит, которая обернулась и следила за ним из тени.
Отворив дверь, он вошел и как можно любезнее поздоровался.
С трудом разогнувшись, хозяйка двинулась навстречу. Он подумал, что она
вынырнула из ниши, словно динозавр из своей пещеры.
- Я подумал, - сказал Аллен, словно это только что пришло ему в голову, -
что вы могли бы мне помочь. Я ищу, кто бы взялся сделать для меня несколько
экземпляров небольшой керамической эмблемы. Она должна стать знаком нового
клуба.
- Нет-нет, - прогудел удивительно низкий голос где-то внутри мисс
Санскрит. - Мы заказов не принимаем.
- В самом деле? Жаль. Знаете, я давно уже собирался купить одну из ваших
фигурок. Нет у вас, случайно, глиняных кошечек? С цветами, или хотя бы без
цветов?
- Вон там есть одна сидящая кошка. На нижней полке. Я их перестала делать.
Там действительно была всего одна кошка: грустная, худая, вытянувшаяся, с
серыми глазами и полосами на боках. Аллен её купил. Фигурка оказалась тяжелой и
стоила пять фунтов.
- Просто изумительна, - расхваливал он, пока мисс Санскрит толстыми белыми
руками неуклюже заворачивала фигурку. Знаете, это подарок для кошки. Она живет
на Каприкорн Уол, в доме один, и с вашей они просто близнецы, разве что у той
кончик хвоста белый. Интересно, как она отреагирует...
Мисс Санскрит на миг оставила работу, но ничего не сказала, и он
продолжал:
- Знаете, у неё очень независимый характер, и ведет она себя скорее как
собака, - таскает вещи, например. Не то, чтобы просто воровала...
Мисс Санскрит повернулась к нему спиной. Бумага шуршала. Аллен ждал.
Обернувшись снова, она подала пакет. Ввалившиеся глаза под кошмарной копной
волос свекольного цвета глядели в упор.
- Спасибо за покупку, - буркнула она.
- Вы случайно не знаете никого, - спросил он, - кто бы сделал мне эти
эмблемы? Совсем маленькие, такую беленькую рыбку, которая держит в зубах
собственный хвост.
Взгляд, которым она его одарила, чем-то вдруг удивительно напомнил Аллену
разговор с миссис Чабб. Странный взгляд животного, которое сразу испугалось и
насторожилось. Он хорошо это заметил. Было вовсе нетрудно вообразить, что она
даже испускает защитный запах.
- Боюсь, - сказал женщина, - что ничем помочь не могу. Счастливо. - Она
отвернулась и стала удаляться, но остановилась, когда он окликнул:
- Мисс Санскрит! Если я не ошибаюсь, вчера вечером мы были на одном
приеме. В нгомбванском посольстве.
- Ох, - выдохнула она, но не обернулась.
- Полагаю, вы там были со своим братом. Я убежден, что видел вашего брата
несколько недель назад в Нгомбване.
Ответа не последовало.
- Странное стечение обстоятельств, - продолжал Аллен. Ну, до встречи.
Сворачивая за угол на Каприкорн плейс, он усомнился, было ли это хорошей
идеей. Разумеется, она теперь встревожена, если только вообще такого кита может
что-то встревожить. Обо всем расскажет своему Большому брату, и кто знает, что
они затеют? Могут ли решить, что я пытаюсь попасть в их круг? В таком случае они
свяжутся с остальными "рыбами", чтобы выяснить, что обо мне знают другие. Или
укрепятся в наихудших подозрениях и начнут действовать на свой страх и риск.
Если вздумают обзвонить весь кружок, чтобы предупредить, скоро узнают, что я
полицейский. Достаточно будет позвонить хотя бы Кобурн-Монфорам. Значит нужно
будет проследить, чтобы она и её Большой брат не исчезли под покровом ночи.
"- Бьюсь об заклад, - подумал он, приближаясь к цели своей прогулки, - что
этот странный дом скрывает куда больше, чем какие-то глиняные поросята.
Отказался ли её брат от торговли наркотиками? Хорошо бы. Так, мы на месте."
Дом номер девятнадцать на Каприкорн Плейс, хоть и куда больший, был
построен в том же самом стиле, что и маленький дом мистера Уиплстоуна. Ящики за
окнами выглядели побогаче, ибо в них пышно цвели пеларгонии. Переходя улицу,
Аллен заметил за ними раплывшееся лицо мисcис Кобурн-Монфор; без грима она
выглядела ещё хуже. На него она взглянула с испугом и тут же исчезла внутри.
Пришлось позвонить трижды, прежде чем появился полковник. Из дверей
потянуло джином. В первый миг Аллен, как и у Чаббов, подумал, что двери
захлопнут перед его носом. Внутри кто-то говорил по телефону.
Полковник спросил:
- Что вам угодно?
- Если не возражаете, я хотел бы поговорить с миссис Кобурн-Монфор, -
любезно произнес Аллен.
- Боюсь, это невозможно. Она неважно себя чувствует. Лежит в постели.
- Очень жаль. В таком случае я хотел бы поговорить с вами, если вы будете
любезны меня принять и способны это выдержать.
- Сожалею, но сейчас мне это неудобно. Во всяком случае, мне нечего
добавить к тому, что я сказал вчера ночью.
- Возможно, вы предпочитаете явиться в Ярд, полковник? Долго мы вас там не
задержим.
Налитые кровью глазки уставились в пустоту. Потом он выругался:
- Черт бы вас побрал, ладно! Будет лучше, если вы войдете.
- Благодарю, - с этими словами Аллен прошел внутрь, миновав полковника, и
оказался в холле с лестницей наверх и двумя дверьми; ближние были приоткрыты. Из
комнаты доносился приглушенный голос, несомненно принадлежавший миссис КобурнМонфор:
- Это правда, Ксенни. Он здесь! Сейчас! Я должна повесить трубку.
- Не сюда, следующая дверь, - вскричал полковник, но Аллен уже был внутри.
Хозяйка была в современной версии одеяния, которое мать Аллена именовала
капотом. Вычурного кроя пенюар был наброшен на пижаму и перетянут поясом. Волосы
уложены наспех, так что выглядели ещё хуже, чем если бы она к ним вообще не
прикасалась. Такое же впечатление производило и лицо.
Миссис Кобурн-Монфор курила. Заметив Аллена, она замахала руками, словно
перед носом пролетела пчела, и отступила на шаг. В ту же минуту в дверях
появился её муж.
- Зачем ты спустилась, Крисси? - спросил он. - Нужно было оставаться в
постели.
- Я...Я спустилась за сигаретой. - Дрожащим пальцем она ткнула в Аллена и
протянула: - Снова вы! - стараясь придать словам презрительный тон. Но результат
вышел жалкий.
- Боюсь, в самом деле это снова я, - согласился Аллен. Простите за
вторжение, но нужно ещё кое-что выяснить.
Рука взлетела к волосам.
- Я не причесана... Какой ужас! Что вы обо мне подумаете!
- Будет лучше, если ты вернешься в постель, - грубо вмешался её супруг. -
Пойдем, я тебя отведу.
"- Успела предупредить, - подумал Аллен. - Ничего не поделаешь."
- Я только немного приведу себя в порядок, - заверила хозяйка, - и тут же
вернусь.
Муж вышел с ней, поддерживая за руку повыше локтя.
"- А теперь, - подумал Аллен, - она ему расскажет, что звонила мисс
Санскрит. Наверняка это была мисс Санскрит, даю голову на отсечение. И могу
догадаться, что она сказала."
На лестнице хлопнули двери.
Аллен огляделся. Полу-традиционная, полу-современная комната. Разноцветные
стены, сверхмодерновые безделушки и один или два коллажа, без разбора
перемешанные с вышитыми подушками, слащавыми акварелями и фотографиями
полковника; на одной он стоял в летней форме и шлеме перед строем нгомбванского
полка. Внизу - резной столик, на котором дребезжал телефон.
Аллен стал рядом, поднял трубку и услышал, как кто-то набирает номер.
Потом прозвучал гудок вызова. После долгой паузы ответил гнусавый голос:
- Да?
- Это ты, Ксеноклея? - спросил полковник. - Крисси только что тебе
звонила, да? Хорошо. Он тут.
- Будьте осторожны. (Безусловно мисс Санскрит).
- Разумеется. Я только предупредить.
- Ты снова пил?
- Дорогая Ксенни! Послушай! Он может и к тебе заявиться!
- Почему?
- Бог его знает. Я скоро зайду. Или позвоню. Пока.
Щелчок, потом гудок.
Аллен положил трубку и подошел к окну.
Когда полковник вновь вошел в комнату, Аллен вглядывался в контуры далекой
базилики. С первого же взгляда он понял, что полковник решил полностью сменить
тактику.
- Ну, - начал он, - дело в том, что Крисси продолжает настаивать, что
должна привести себя в порядок. И спустится попозже. Говорит, что чувствует себя
так же неважно, как выглядит. Полагаю, мы спокойно можем выпить по рюмочке. Что
вам налить?
- Это очень любезно с вашей стороны, - вежливо поблагодарил Аллен, - но я
не буду. Вы же наливайте себе.
- Ага, на службе вы не пьете, да? Жаль. Я же выпью, чтобы вы видели, что я
на вас не в обиде, - неловко пошутил полковник.
Открыв двери в противоположном конце комнаты, он вошел в соседнюю, судя по
всему, свой кабинет. Аллен заметил коллекцию оружия: на стене висели сабля,
пистолет и массивное охотничье ружье. Вернулся полковник с сифоном в одной руке
и бокалом с изрядной порцией джина в другой.
- За ваше здоровье, - сказал он и залпом выпил половину джина из бокала.
Подкрепившись и, казалось, освежившись, он заговорил про убийство.
Полковник считал очевидным, или по крайней мере делал такой вид, что человек с
копьем убил посла по ошибке вместо президента. Заявил, что никогда не знаешь,
чего ждать от чернокожих, хотя у него-то с ними богатый опыт.
- Они неплохие солдаты, но верить им стоит только в определенных пределах.
Можно побиться об заклад, что когда президент со свитой вернутся в Нгомбвану,
они все уладят своими методами, и в Англии никто ничего не услышит. На службу
поступит новый млинзи и меня не удивит, если никто ни о чем не спросит. Но с
другой стороны, вполне возможно, что президент решит вынести все на публику.
- Вы имеете ввиду публичную казнь?
- Не ловите меня на слове, старина, - отмахнулся полковник, который тем
временем допил очередную двойную порцию джина. - Так далеко они ещё не зашли. И
президент - не тот бедолага, которого сейчас оплакивают.
- Вы имеете в виду посла?
- Верно. Ведь у него было, между нами говоря, довольно темное прошлое.
- В самом деле?
- В молодости он командовал каким-то партизанским отрядом. Когда там ещё
правили мы. Это никогда не попало на страницы газет, но я-то знаю. Лишь в
последние годы он стал уважаемым человеком.
Вошла жена полковника, аккуратно одетая, причесанная и до невозможности
размалеванная.
- Ты предложил выпить? - спросила она. - Отлично. Налей и мне стаканчик,
милый; это поможет.
"- Да она уже пропустила парочку, - подумал Аллен. - Это просто
неприлично."
- Сию секунду, - заверил муж. - Садись, Крисси.
Жена повиновалась и неуверенно попыталась состроить веселую гримасу.
- О чем сплетничали?
- Простите, - извинился Аллен, - что я обременяю вас в столь неудачное
время, тем более когда вы неважно себя чувствуете, но я хотел бы вас кое о чем
спросить, миссис Кобурн-Монфор.
- Меня? В самом деле? А почему?
- Зачем вы вчера выстрелили из "люгера" и потом бросили его в бассейн?
Она раскрыла рот и странно застонала. Почти как миссис Чабб. Но прежде,
чем успела что-нибудь сказать, вмешался муж.
- Молчи, Крисси. Я все устрою. Ни слова.
Полковник повернулся к Аллену. Рука, державшая бокал, дрожала, но в целом
он вполне прилично владел собой. Это был один из тех горьких пьяниц, которые
редко напиваются в стельку. Пережив изрядное потрясение, он вполне прилично с
ним справился.
- Моя жена не будет отвечать ни на какие вопросы, - заявил он. - Ваши
слова совершенно необоснованы, просто смешны и даже оскорбительны. Мы это так не
оставим, Аллен.
- Боюсь, вы правы, - ответил Аллен. - И я тоже. Счастливо оставаться. Не
нужно меня провожать, я не заблужусь.
IY
- Самое удивительное во всем этом эпизоде, дорогой Фокс, что в телефонном
разговоре между Кобурн-Монфором и мисс Санскрит, где речь шла обо мне, милая
Ксенни совершенно очевидно лгала. Галантный полковник сказал:" - Он может и к
тебе заявиться." А она, вместо того, чтобы сказать:" - Он уже был", вдруг
бормочет:" - Почему?". Нечестно по отношению к друзьям, вам не кажется?
- Если эта теплая компания, - осторожно заметил Фокс, - я имею в виду
полковника и его жену, семейку Санскритов, мистера Шеридана и Чабба, -
объединилась в какой-то клуб ненавистников чернокожих, и если они замешаны в
этом деле, что вполне возможно, судя по тому, что большинство из них были на
приеме, и по тому, как вела себя миссис Кобурн-Монфор...ему пришлось перевести
дух.
- Я не могу ждать, пока вы разовьете свою сложную мысль, - перебил его
Аллен.
- Я хотел сказать, что учитывая все обстоятельства, не будет ничего
странного, если они сразу начнут друг от друга шарахаться. - Он тяжело вздохнул,
но продолжал: - С другой стороны, это может быть простым совпадением. Человек с
копьем воспользовался своим оружием, а все остальное, происшедшее в темноте, не
имеет с убийством ничего или почти ничего общего.
- А как насчет миссис Монфор с "люгером" в дамском туалете?
- А, черт! - фыркнул Фокс.
- Все чертовски запутано, - пробурчал Аллен.
- Что, если мы коротко пробежимся по всем фактам? - предложил Фокс.
- Попробуем. Начинайте.
- Во-первых, - Фокс поднял палец, - во-первых, само происшествие. Посла
закололи копьем. Носитель копья стоял у него за спиной в удобной позиции. Он
утверждает, что его ударили и вырвали копье из рук. Что он невиновен. Во-вторых,
Чабб. Бывший десантник. Тоже стоит позади. Состоит в тайном союзе и не скрывает
того, что ненавидит чернокожих. Утверждает, что на него напал официант-негр. Втретьих,
миссис Кобурн-Монфор. Стреляет из пистолета в окно дамского туалета,
вероятно холостым патроном. Для чего? Чтобы отвлечь внимание? Чтобы президент
встал и чтобы его при этом могли проткнуть копьем? Но кто? Вот самый крепкий
орешек, - признал Фокс. - Но если их союз или секта в самом деле направлен
против чернокожих, стали бы они сотрудничать с чернокожим стражником или тем же
чернокожим официантом? Ответ: едва ли. Это крайне неправдоподобно. Так к чему мы
пришли?
- Продолжайте.
- К Чаббу, - продолжал Фокс. - Все однозначно нас приводит к Чаббу. Чабб,
которого приняли в союз, нападает на носителя копья, протыкает посла и потом
делает вид, что официант на него напал и задержал.
- Тот утверждает, что в темноте потерял равновесие и случайно налетел на
Чабба. Если Чабб действительно овладел копьем, как быть с его показаниями?
- А что, если это правда? Может он и самом деле потерял равновесие и на
миг оперся на Чабба?
- Перед тем, как Чабб сбил с ног стражника и вырвал у него копье, или
только потом?
Фокс казался растерянным.
- Мне это очень не нравится, - признал он, - но по крайней мере тут есть
какой-то смысл.
- Смелая мысль, Фокс, и она делает вам честь. Продолжайте.
- Боюсь, осталось уже немного. Перейдем теперь к Санскритам. Полагаю, вы
слышали о мошенничестве с предсказаниями и о наркотиках. Пока нынешние власти их
не изгнали, брат был крупным поставщиком в Нгомбану. Если мистер Уиплстоун не
ошибается, утверждая, что видел у них тот медальон, значит и они - члены
загадочного союза.
- Не только, - заметил Аллен, открыл ящик своего стола и извлек оттуда
глиняную кошку. - Взгляните на это, - он показал Фоксу её нижнюю сторону. Там
стояло клеймо изготовителя, волнистое "Х". - То же, что и на обороте медальонов,
- заметил он. - "Х" как "Ксеноклея", я ручаюсь. Ксенни не только носит медальон,
эта толстая ведьма сама их производит.
- Вижу, вы уже делаете выводы, мистер Аллен. Но кого вы подозреваете и
почему?
- Пока ещё не знаю. Если ничего не выйдет с посольством, придется обойти
всю Каприкорн с расспросами про Санскритов. Разговоры насчет того, что нам в
этом случае нечего делать - глупости. Нам всегда есть что делать, разве что
научимся делать вид, что это не так.
- Ну что вы! С вами такого ещё не случалось, мистер Аллен!
- В самом деле? Ладно, Фоксик, так держать. Ничего не могу поделать, я
испытываю страшную нелюбовь к la belle Xe
...Закладка в соц.сетях
