Жанр: Детектив
Чернее черного
...ончательно готов. Достаточно ткнуть в него пальцем, и рухнет на землю.
- А что с мастерской?
- Ничего не видно. Витрина почти целиком затянута шторой и внутри темно.
Подув на пену, он пригубил кофе.
- Они в весьма плачевном состоянии. Гомеса бьет дрожь и он смертельно
бледен. Похоже, с ним могут быть проблемы. Полагаете, Санскриты улизнули, сэр?
- Вряд ли, это должно было произойти совсем недавно, но ведь Санскрита
видели возвращавшимся домой в пять минут десятого.
- Наблюдатель с красками убежден, что за время его дежурства уйти они не
могли.
- Но он же помнит, что бегал в пассаж, чтобы связаться со мной. К тому же,
как только объявили тревогу, все люди Гибсона покинули свои посты. Нет, я не
думаю, что они улизнули. Надеюсь, нет. По-моему, они там что-то затевают.
- Что тогда будем делать? - спросил Фокс у своего кофе.
- У меня есть ордер на обыск. И можете быть уверены, Фокс, что в этой
ситуации я им воспользуюсь. Понимаете, продолжал Аллен, спокойно глядя на облака
и посасывая трубку, - возможно, там мы угодим в какой-то переплет. Вернитесь к
машине и вызовите подкрепление. Люди Фреда уже должны вернуться. Как только они
будут на месте, мы начинаем. Сигнал получите по радио.
- Что делать с Гомесом и полковником? И что с Чаббом?
- Незаметно и предельно вежливо задержим их всех. До встречи перед
мастерской.
Фокс отставил пустую чашку, осмотрелся кругом, встал, поклонился Аллену и
зашагал к Уол. Аллен подождал, пока тот исчез за углом, допил кофе и неспешным
шагом приблизился к сержанту Джейксу, который работал над архитектурными
деталями.
- Сворачивайтесь, - бросил он. - И оставьте все барахло в пассаже. Через
несколько секунд вас вызовет инспектор Фокс.
- Начинаем, сэр?
- Возможно. Если эти люди попытаются скрыться, мы их задержим. Но только
тихо. Когда получите команду от Фокса, выйдите из пассажа, чтобы я вас видел, и
возьмемся за дело. Ясно?
- Ясно, сэр.
В сторону "Наполи" по Мьюс громыхал грузовик; перед гончарной мастерской
он с трудом развернулся и покатил туда, откуда приехал. Аллен двигался в сторону
мастерской.
На Бэронсгейт завыла полицейская сирена. Другая, громче, доносилась
откуда-то с окраин Каприкорн.
Сержант Джейкс вышел из пассажа перед гаражом. Фокс с Гибсоном поспешали
вовсю.
Гомес торопливо зашагал по Мьюс, по противоположной от Аллена стороне.
Аллен перешел улицу и преградил ему дорогу. Сирены, завывавшие уже совсем
близко, умолкли.
- Мистер Шеридан? - спросил Аллен.
Растерянная физиономия мужчины средних лет Аллену на миг с невероятной
точностью напомнила его же на пятнадцатилетней давности фотографии из альбома
мистера Уиплстоуна. Он побледнел до такой степени, что синеватый отлив дочиста
выбритых щек казался гримом.
- Да, меня зовут Шеридан, - нервно бросил он. - И что с того?
- Вы собирались навестить Санскритов, верно?
Гомес незаметно шевельнулся: перенес вес с одной ноги на другую, как это
делала кошка мистера Уиплстоуна, готовясь прыгнуть или убежать. За спиной Аллена
появился Фокс. Двое парней Гибсона в форме свернули с Карприкорн Плейс на Мьюс.
Около мастерской уже собрался народ. Сержант Джейкс разговаривал с Чаббом, а
Фред Гибсон возвышался над полковником Кобурн-Монфором, который все ещё подпирал
двери в жилище Санскритов.
Гомес перевел испытующий взгляд с Аллена на Фокса.
- Что это значит? - прошепелявил он. - Что вам нужно? Кто вы такие?
- Полиция. Мы собираемся войти в мастерскую и предлагаем вам следовать за
нами. Лучше избежать ненужных сцен на улице, как по-вашему?
Гомес, казалось, как раз и собирался устроить сцену, но потом только
процедил сквозь зубы:
- Я к ним хотел зайти.
- У вас есть шанс, - заметил Аллен.
Тот нахмурился, немного поколебался, наконец буркнул: - Ладно, - и зашагал
между Алленом и Фоксом.
У Гибсона с сержантом проблем не было. Чабб замер, напряженно
выпрямившись, и всхлипывал. Полковника Кобурн-Монфора оттащили от звонка, ловко
развернули и прислонили к косяку. Глаза полковника тупо уставились на них, губы
бессильно обвисли, но в нем по-прежнему чувствовалась армейская выправка.
Пришли четверо полицейских в форме и тут же вокруг стали собираться
зеваки.
Аллен позвонил, потом постучал в дверь. Подождав с минуту, сказал одному
из полицейских:
- Тут йельский замок. Надеюсь, без засова. У вас что-нибудь найдется?
Полицейский покопался в нагрудном кармане и вытащил целлулоидную линейку с
напечатанным переводом английских мер в метрическую систему. Аллен засунул её в
щель между дверью и косяком и немного там пошевелил.
- Есть, сэр, - воскликнул констебль, когда двери распахнулись.
Аллен повернулся к Фоксу и Гибсону.
- Вы не подождете здесь минутку с этими господами?
Потом кивнул полицейским, чтобы следовали за ним; трое вошли внутрь, один
остался перед дверью.
- Хэлло, - крикнул Аллен. - Есть кто дома?
Его звучный голос в душном жилище прозвучал глухо. Они стояли в узкой
прихожей, стены которой покрывала темная ткань явно африканского происхождения.
Пахло пылью и застоявшимся ароматом сандалового дерева. Слева, сразу за дверьми,
начиналась крутая лестница. Двери в дальнем конце прихожей, вероятнее всего,
вели в магазин. У стены стояли перевязанные ремнями два огромных чемодана,
пестревшие наклейками.
Аллен повернул выключатель и под потолком пробудилась к жизни
псевдовосточная люстра красного стекла. Наклейки на чемоданах гласили:"Санскрит,
Нгомбвана".
- Пошли, - скомандовал он и повел всех по лестнице. На последней ступеньке
Аллен снова окликнул хозяев.
Тишина.
На площадку выходили четверо дверей, все запертые.
Две вели в маленькие спальни с экзотической обстановкой, в которых царил
ужасный беспорядок. На незастланных постелях валялось белье, полупустые шкафы и
комоды распахнуты настежь. На полу лежали два чемодана поменьше, ещё не
собранных. И повсюду пронзительный, неприятный запах.
Грязная ванная, покрытая горячей мокрой плесенью. Запертый шкафчик на
стене.
И напротив - большая, обставленная тяжелой мебелью комната с диванами,
толстыми коврами, овальными лампами с кораллами и шелковыми абажурами, плошками
для благовоний и множеством сувениров из Африки. Но Санскритов там не было.
Пришлось спуститься вниз. Отворив двери в конце прихожей, Аллен прошел в
мастерскую. Где и нашел хозяев.
Там было темно. Только сквозь щель в занавесях проникал тонкий луч света.
Аллен замер в дверях, полицейские - у него за спиной. Когда глаза привыкли
к полутьме, перед ним стал вырисовываться интерьер комнаты: стол, груда
оберточной бумаги и шпагата, открытые коробки. На полках проступали силуэты
нескольких глиняных поросят. Конец бывшей конюшни переходил в какой-то закуток,
смахивавший на устье пещеры, где поместились печь и длинный рабочий стол. Оттуда
разливался слабый красноватый свет.
Его вдруг охватила слабость, что-то вроде ночного кошмара, который лишает
человека способности пошевелиться.
Слабость эта продолжалась всего несколько секунд, но оставила ощущение,
что за ними кто-то следит.
Кто-то сидевший на скамье в противоположном конце комнаты, в закутке,
следил за ним: во тьме вырисовывалась масса, которую он по ошибке принял за
тень.
Тень начала приобретать конкретные очертания. Это была массивная фигура с
кокетливо опертым на плечо подбородком и широко раскрытыми глазами.
Аллен нащупал выключатель и в комнате вспыхнул свет.
Кокетливо склонив голову к плечу, на него смотрела широко раскрытыми
глазами мисс Санскрит.
За скамьей, спиной к ней, нырнув плечами в ящик и задрав тучный зад,
словно толстая кукла, переброшенная через край, лежал её брат.
Оба были мертвы.
Между ними на полу и на скамье валялись окровавленные глиняные черепки.
А в ящике лежала безголовая туша большого глиняного поросенка.
II
У одного из полицейских сорвалось негромкое проклятье, но когда Аллен
шагнул в закуток, констебль умолк и побрел следом.
- Останьтесь там, где стоите, - велел Аллен, но потом передумал. - Нет!
Один из вас пусть заберет всю эту публику с улицы внутрь и запрет двери.
Проведите их в комнату и оставайтесь с ними. Записывайте все, что будут
говорить.
А вы позвоните в отдел расследования убийств и передайте новости. И
попросите Фокса с Гибсоном, чтобы пришли сюда.
Полицейские вышли, закрыв за собой двери. Потом Аллен услышал, как
хлопнула дверь и загремели шаги по лестнице.
Войдя, Фокс с Гибсоном нашли Аллена, стоящего между телами Санскритов.
Направившись было к нему, они остановились, когда Аллен поднял руку.
- Кошмар, - протянул Фокс. - Что тут произошло?
- Идите посмотрите, только осторожно.
Обогнув стол, они заметили, что череп мисс Санскрит был разможжен, как
скорлупа яйца. Волосы свекольного цвета, темные и мокрые, были вдавлены глубоко
в рану. Платье на спине насквозь пропиталось кровью, а на столе под её локтем
блестела темная лужа. Одета она была так, словно собралась на улицу. На полу
валялась окровавленная шляпка, а на столе - сумочка.
Аллен обернулся, взглянув на огромный зад её брата, прикрытый рыжим
пиджаком. Ничего больше видно не было.
- Тот же случай? - спросил Гибсон.
- Да, глиняный поросенок. Его голова отломилась при первом ударе, остаток
после второго упал в ящик.
- Но каким образом?.. - спросил Фокс.
- Взгляните на столе. Под её рукой.
Там оказался листок бумаги с грифом: "Гончарная мастерская "Поросята".
Каприкорн Мьюс, 12". Ниже стояло:
"Господам Эйблу и Вирту. Убедительно просим вас..."
- Зеленые чернила, - заметил Аллен, - ручка у неё все ещё в руке.
Фокс коснулся пальцев.
- Еще теплая, - заметил он.
- Да...
Неподалеку от печи валялся лоскут какой-то пестрой ткани. Аллен прикрыл им
окровавленную голову.
- Ужасное зрелище, - пробормотал он.
- А что делал Санскрит? - спросил Фокс.
- Паковал оставшихся поросят. Стоял согнувшись над ящиком, и так в него и
рухнул.
- Как видится вам ситуация в целом?
- Пока что так: она пишет, он снимает поросят с полок и укладывает в ящик.
Кто-то к ним приходит. И предлагает помочь. Человек, чье присутствие их никак не
настораживает. Этот тип поднимает поросенка, наносит два мощных и быстрых удара
- налево и направо - и уходит.
Гибсон возмутился.
- Уходит? Как? И когда он мог войти? Мои люди не спускали глаз с этого
сарая больше двенадцати часов.
- Только до того, как вспыхнула паника из-за бомбы, Фред.
- Но сержант Джейкс-то оставался на месте.
- Но между ним и этим зданием проезжали грузовики.
- Господи, что за проклятая работа, - сплюнул Гибсон.
- А на пороге стоял наш галантный полковник, - добавил Аллен.
- Полагаю, этот бы ничего не заметил, даже если мимо него промаршировал
туда и обратно целый полк королевской гвардии, - заметил Фокс.
- Увидим, - протянул Аллен.
Они помолчали. В комнате было жарко и душно. Между шторой и стеклом
витрины жужжали мухи. Одна вылетела сквозь щель в шторе и как пуля помчалась в
противоположный конец комнаты.
Так неожиданно, что все даже вздрогнули, на столе зазвонил телефон. Аллен
обернул руку платком и снял трубку, ответив необычно высоким голосом. Чей-то
голос, явно принадлежавший чернокожему, сказал:
- Это из посольства. Вы не пришли на встречу.
Аллен неопределенно хмыкнул.
- Я говорю, - настаивал голос, - что вы не пришли на встречу. Вы же должны
были получить паспорта. Самолет вылетает в пять тридцать.
Аллен прошептал:
- Не могу, нам помешали. Умоляю вас, пришлите их сюда. Очень прошу вас.
Последовала долгая пауза.
- Хорошо. Это не лучшее решение, но сделаем. Вам их бросят в почтовый
ящик. Через несколько минут. Согласны?
Аллен уже ничего не ответил, услышал в трубке беспокойное ворчание и потом
щелчок, - там положили трубку.
Он сделал то же самое.
- Не знаю, имеет ли это значение, - пробормотал он, - но теперь по крайней
мере ясно, что в конверте, который Санскрит передал в посольство, были их
паспорта. Собственно, это почти подтвердил и президент. Через несколько минут их
опустят в ящик. Санскрит не пришел на встречу, где ему должны их были вручить.
Фокс покосился на торчащий толстый зад Санскрита.
- Вряд ли это ему помогло бы, верно?
Задребезжал звонок у двери. Аллен выглянул сквозь щель в шторе. Прибыла
машина с сержантами Бейли и Томпсоном, шофером и их оборудованием. Полицейские
оттесняли кучку людей с Мьюс в пассаж, ведущий на Бэронсгейт.
Полицейский, дежуривший в прихожей, впустил Бейли и Томпсона. Аллен
заметил:
- Как следует все осмотрите, особенно осколки.
Томпсон острожно прошел по стеночке в закуток и там остановился.
- Что, сразу двое? - спросил он, доставая фотоаппарат.
- Давайте за дело, - поторапливал их Аллен.
Бейли подошел к столу, неверяще взглянул на гигантские тела, а потом на
Аллена, который молча кивнул и отвернулся. Тогда сержант осторожно приподнял
клетчатую тряпку и выругался.
- Да, зрелище не из приятных, - согласился Аллен.
Шокированный Бейли дал волю фантазии.
- В них что-то нереальное. Как надувные куклы, которых выставляют в лунапарках.
Гиганты. Просто как в фильме ужасов.
- Насчет ужасов точно, - подтвердил Аллен. - Не знаете, сэр Джеймс уже в
курсе?
- Да, сэр. Он уже в пути.
- Хорошо, тогда приступайте. - Аллен повернулся к Гибсону. - Я предлагаю
тем троим дать посмотреть на эту сцену.
- Тактика шока? - спросил Гибсон.
- Что-то в этом роде. Согласны?
- Дело ваше, - фыркнул Гибсон, все ещё хмурый и расстроенный. - Мое дело
только обеспечивать чертову безопасность.
Аллен знал, что лучше не обращать на него внимания.
- Вы не поднялись бы наверх? - спросил он Фокса. - Возьмите с собой
констебля, что стоит в холле. Пусть подождет в комнате, а вы в коридоре спокойно
побеседуйте с тем парнем, который сторожит их сейчас. Если он слышал что-то нам
полезное, передайте мне. Если нет, пока останьтесь там. Но не рассказывайте им,
что случилось, ладно?
- Ладно, - кивнул Фокс и стал подниматься по лестнице.
Фотоаппарат Бейли щелкал и полыхал вспышками. Жуткое лицо мисс Санскрит
внезапно возникало из тьмы и вновь терялось во мраке смерти. Томпсон собрал
глиняные черепки и раскладывал их на противоположном конце рабочего стола. Через
комнату промчались ещё две любознательные мухи. Аллен продолжал смотреть сквозь
щель в шторе.
Перед входом остановилась машина. Из неё вышел нгомбванец в штатском,
перекинулся парой слов с постовым полицейским и опустил что-то в почтовый ящик.
Аллен услышал, как лязгнула заслонка. Когда машина ушла, он вышел в холл и
забрал из ящика пакет.
- Что там? - спросил Гибсон.
Аллен вскрыл конверт: два подписанных и старательно проштемпелеванных
британских паспорта и письмо на бланке с грифом посольства на нгомбванском
языке.
- Не удивлюсь, если тут сказано, что к ним подобает относиться как к особо
важным персонам, - заметил Аллен и убрал документы в карман.
Расследование шло полным ходом. Прибыл сэр Джеймс Кертис с секретарем. Сэр
Джеймс довольно ядовито заметил, что хочет знать, позволят ли ему на этот раз
поступать, как принято, и сможет ли он произвести вскрытие когда и где сочтет
нужным. При виде трупов он испытал почти физическое отвращение, чего Аллен за
ним ещё никогда не замечал. И огорченно спросил, дадут ли в его распоряжение
бульдозер.
Потом заключил, что смерть, скорее всего, наступила не меньше часа назад,
согласился с версией Аллена о способе убийства, выслушал его предложения и уже
собрался уходить, когда Аллен его остановил:
- Когда-то этого парня подозревали в торговле наркотиками. Но сами они их
не потребляли, верно?
- Я обращу на это внимание, но так бывает нечасто.
- Можно ожидать, что на убийце мы найдем кровь?
Сэр Джеймс призадумался.
- Не исключено, - протянул он наконец. - Если речь идет о женщине, орудие
убийства могло благодаря своим размерам послужить своего рода щитом; в случае с
мужчиной этому могло помешать положение головы.
- Могло орудие убийства на мужчину упасть, или мог быть удар нанесен
сверху вниз? Это исключительно тяжелый предмет.
- Вполне возможно.
- Понимаю.
- Пришлете мне потом этих чудовищ, Рори? Счастливо оставаться.
Едва он ушел, Фокс с полицейским, который сторожил на лестнице, спустились
вниз.
- Я полагал, что лучше подождать, пока сэр Джеймс не управится, - сказал
Фокс. - Я был там с ними в комнате. Чабб спокоен, но заметно, что ему не по
себе.
В его устах это могло означать что угодно, от раздражения до ярости или
даже самоубийственных наклонностей.
- Он только что спрашивал, - продолжал Фокс, - где Санскриты и почему мы
их задерживаем. Я поинтересовался, для чего он хотел их видеть, и Чабб заявил,
что вообще не собирался этого делать. Просто шел из аптеки домой и встретил
полковника с мистером Шериданом. Полковник, по его словам, выглядел весьма
неважно, и потому он попытался забрать его домой, но тот все жал на звонок.
- А что он делает сейчас?
- Трудно описать. Невероятно возбужден. Бормочет что-то в том духе, что
Санскрит - ядовитая гадина, и должен был предстать перед военно - полевым судом.
- А Гомес - Шеридан?
- Тот решил разыгрывать справедливое возмущение. Требует объяснений. Он
позаботится, чтобы о столь вопиющем случае стало известно на надлежащем уровне.
Мы про него ещё услышим. С виду совершенно нормальная реакция, только у него при
этом дергается левый глаз. И все все время спрашивают, где Санскриты.
- Самое время им узнать об этом, - кивнул Аллен и обернулся к Бейли и
Томпсону. - Пахнет паленой кожей. Придется покопаться в печке.
- Ищете что-то определенное, мистер Аллен?
- Нет. Впрочем...нет. Просто мне любопытно, не отыщутся ли следы чего-то,
что пытались уничтожить. Пойдемте.
Они с Фоксом поднялись по лестнице.
Когда Аллен открыл дверь и вошел, ему показалось, что Гомес поспешно
вскочил на ноги. Он стоял лицом к Аллену, втянув плешивую голову в плечи, и
глаза словно черные пуговки выделялись на бледной козлиной физиономии. Гомес
вполне мог сойти за актера в захудалом латиноамериканском фильме.
В другом конце комнаты стоял Чабб и смотрел в окно с отчаянной
дисциплинированностью солдата на гауптвахте, и все, о чем он думал, делал или
чувствовал, оставалось скрытым за маской покорности.
Полковник Кобурн-Монфор лежал в качалке и, развесив губы, громко храпел.
"- Он был бы менее противен, - подумал Аллен, - если бы не облик офицера и
джентльмена: строгий костюм, перстень с печаткой на нужном пальце, туфли ручной
работы, галстук его полка, довольно элегантные носки и шляпа с Джермин Стрит,
которая сейчас валялась на полу возле кресла." Все было в полном порядке. А сам
полковник Кобурн-Монфор - далеко отсюда.
Гомес тут же взвился:
- Видимо, вы несете ответственность за это безобразие. Объясните, почему
меня тут беспричинно задерживают и никто не желает ни объясниться, ни
извиниться?
- Разумеется, - кивнул Аллен. - Потому, что мы полагаем, что вы поможете в
нашей работе.
- Полицейские штучки, - фыркнул Гомес. Под глазом у него задергалась
жилка.
- Ну, не надо так, - возразил Аллен.
- Какую работу вы имеете в виду?
- Мы расследуем некоторые обстоятельства, касающиеся той пары, что живет в
этом доме. Это брат и сестра по фамилии Санскрит.
- Где они?
- Далеко они не ушли.
- У них какие-то проблемы? - спросил он, оскалив зубы.
- Да.
- Меня это не удивляет. Они просто преступники. Чудовища.
Полковник захрапел и открыл глаза.
- Что? - спросил он. - О ком вы говорите? О чудовищах?
Гомес презрительно фыркнул.
- Спите, - бросил он. - Вы просто отвратительны.
- Да насрал я на такие замечания, - заявил полковник зычным командным
голосом. И закрыл глаза.
- Откуда вы знаете, что они преступники? - спросил Аллен.
- У меня надежная информация, - буркнул Гомес.
- Откуда?
- От друзей из Африки.
- Из Нгомбваны?
- Из одной так называемой независимой страны. Полагаю, она так именуется.
- Вы должны бы это знать, - заметил Аллен, - раз так долго там жили. - А
сам подумал: "- Он сейчас очень похож на ящерицу."
- Глупости, - пробурчал Гомес.
- Не думаю, мистер Гомес.
Чабб отвернулся от окна и уставился на него, разинув рот.
- Меня зовут Шеридан, - громко заявил Гомес.
- Ради Бога, если вы предпочитаете это имя...
- Послушайте, - требовательно спросил Чабб, - что все это значит? С
именами?
- Идите сюда, Чабб, и сядьте, - подозвал его Аллен. - Я вам должен кое-что
сказать, и в ваших собственных интересах слушать как следует. Садитесь. Хорошо.
Полковник Кобурн-Монфор...
- Разумеется, - промычал полковник и открыл глаза.
- Вы способны меня слушать или послать за чем-нибудь, что вас сможет
воскресить?
- Разумеется, я в состоянии вас слушать. Хотя и сомневаюсь, что в этом
есть смысл.
- Хорошо, я вам кое-что скажу: вы все трое - члены банды, которая возникла
на почве рассовой ненависти, точнее из ненависти к людям из Нгомбваны. Позавчера
ночью вы хотели убить президента.
- Что за идиотские заявления? - взорвался Гомес.
- У вас был информатор в посольстве - сам посол, который верил, что после
смерти президента он с вашей помощью сумеет прорваться к власти. И в обмен за
услугу вас, мистер Гомес, и вас, полковник Монфор, должны были вновь с почетом
принять в Нгомбване.
Полковник взмахнул рукой, словно эти слова были слишком несерьезны, чтобы
обращать на них внимания. Гомес, элегантно заложивший ногу на ногу, молча
наблюдал за Алленом поверх переплетенных пальцев. Чабб замер, напряженно
выпрямившись на краю кресла.
- Брат и сестра Санскрит, - продолжал Аллен, - тоже были членами вашей
шайки. Мисс Санскрит изготовила в мастерской ваши медальоны. Однако они были
двойными агентами. С самого начала вашего заговора и до той минуты, когда он
должен был осуществиться, без ведома посла они сообщали о каждом вашем шаге и
замыслах представителям Нгомбваны. Наверно, вы тоже это почувствовали, когда
план провалился. Полагаю, что вчера ночью, когда кончилась здешняя встреча, один
из вас тайком проследил за Санскритом до посольства и издалека увидел, как он
передает конверт. Он прошел мимо вашего дома, полковник Монфор.
- Последнее время ночью я не выхожу из дома, - заявил полковник почти
печально.
- Тогда, может быть, ваша жена? Не впервые ей пришлось вас заменить. Ну,
впрочем это не имеет значения. Полагаю, какую роль сыграли во всем случившемся
Санскриты, вы окончательно поняли лишь сегодня утром, когда узнали, что они
закрыли мастерскую и собрались уезжать.
- Это им удалось? - тут же спросил Чабб. - Они скрылись?
- Вернемся к самому покушению. Все сначала шло по плану до той самой
минуты, когда прозвучал выстрел, который отвлек внимание гостей, а вы, Чабб,
атаковали стражника с копьем. Вы ударили его сзади, вероятно стоя при этом на
стуле, чтобы лучше достать. Но в критический момент на вас, тоже сзади, напал
слуга - нгомбванец. Ваш удар обрушился не на голову телохранителя, а на его
ключицу. Он все ещё способен был воспользоваться своим копьем и сделал это.
Обеими руками, прекрасно понимая, что делает, он проткнул посла.
Аллен посмотрел на троих мужчин. Ни в их позах, ни в лицах ничего не
изменилось, только у Чабба запылал бледный румянец да вечно лиловая физиономия
полковника ещё больше посинела. Они молчали.
- Вижу, мы друг друга понимаем. Вы не возражаете.
- Ничего подобного, - тут же возразил Гомес. - Вся история - плод вашей
фантазии и оговор. Это глупость, которая не заслуживает ответа.
- Чабб?
- Я не обязан отвечать на ваши обвинения, сэр. Повторю только то, что уже
говорил. На меня напали.
- Полковник?
- Что? Мне нечего сказать.
- Зачем полчаса назад вы все рвались сюда?
- Это наше дело, - заявили все трое в один голос, и Чабб снова повторил,
что не собирался заходить к Санскритам и остановился только чтобы предложить
полковнику проводить его домой.
Полковник пробурчал нечто вроде: "- Вовсе ни к чему."
- Вы настаиваете на своих словах? - спросил Аллен. - Вы уверены, что не
пришли сюда, чтобы устроить небольшое торжество по случаю отъезда Санскритов и
оставить им, или по крайней мере брату, подарок на долгую память?
Они молчали. Не смотрели ни на Аллена, ни друг на друга, но на миг могло
показаться, что по лицам пролетела тень ехидных улыбок.
Снова задребезжал звонок у дверей, и трещал не переставая. Аллен вышел в
коридор.
На улице стояла миссис Чабб, настаивая, чтобы её впустили. Дежурный
полицейский обернулся, взглянул на лестницу и заметил Аллена.
- Все в порядке, - сказал тот. - Скажите, пусть поднимется наверх.
Это была совершенно иная миссис Чабб. Она взлетела по лестнице с
воинственно поднятой головой и в коридоре подступила к Аллену, едва переводя
дыхание.
- Где он? Где Чабб? Вы мне велели не пускать его из дому, а теперь держите
его здесь. И к тому же с этими людьми! Разве не так? Я знаю, что он здесь. Я
была на Мьюс и видела его. И что вы с ним хотите сделать? Где мой муж? - вновь и
вновь повторяла миссис Чабб.
- Проходите, - пригласил её Аллен. - Он там.
Она заглянула в комнату. Муж встал, она подошла к нему.
- Что ты тут забыл? Пойдем со мной. Нечего тебе тут делать.
- Не надо, не вмешивайся, - сказал Чабб. - Тут тебе нечего делать, Мин.
- Как это мне нечего тут делать? Я стою тут со своим собственным мужем!
- Послушай, дорогая...
- Молчи! - она обернулась к его сообщникам. - А вы, господа, не имеете
права затягивать его в свои дела только потому, что он на вас работает, вечно
напоминать об этом и подсовывать дурные мысли. Ее это не воскресит. Оставьте нас
в покое! Сид, пошли со мной, пойдем домой.
- Не могу, - покачал он головой. - Не могу, Мин.
- Почему это ты не можешь? - она закрыла рот рукой. - Тебя арестовали! Они
узнали, что...
- Заткнись! - взревел Чабб. - Дура чертова! Сама не знаешь, что несешь. -
Они в ярости уставились друг на друга, но он тут же сдался. - Прости, Мин. Я не
хотел грубить. Меня не арестовали. Все не так.
- А где эти двое?
- Чабб, вы не можете справиться со своей женой? - прошипел Гомес. -
Избавьтесь от нее!
- Не говорите ерунды! - зло покосился на него Чабб.
Из глубины кресла удивительно резким и чистым голосом отозвался полковник
Кобурн-МОнфо
...Закладка в соц.сетях
