Жанр: Детектив
Опасные удовольствия
...е произведение в
девяностые годы, кто был бы героем нашего времени? Представил? Безрадостная
картина. Это был бы человек, озабоченный погоней за золотом, с калькулятором в
руках ежесекундно переводящий рубли в доллары и обратно, личность меркантильная,
холодная, трезвая, уверенная во всемогуществе денег и к тому же больная
пофигизмом. Подходит под это описание Костя? Нет! Даже наоборот! Мы не можем
выявить в нем ни одной распространенной сегодня черты. Он уникален и удивителен.
Бессребреник и настоящий гражданин, интересы общества для него выше личных,
честный, пламенный, неутомимый, самоотверженный... Знаешь, Андрей, я им
восхищаюсь.
- Так, приехали.
- Я совершенно искренне говорю. Костя удивительный. Я им восхищена. А ты
разве
нет?
- Ну...
- Нет, правда, ведь очень редко встречаются такие самоотверженные люди? Во
время революции встречались, во время Великой Отечественной, а сейчас уже нет.
- Я...
- И такой весь электрический. Если бы я была его подругой, то все время
боялась
бы стать жертвой короткого замыкания.
- Хорошо, что ты не его подруга.
- А с тобой, Пряжников, мне в данный момент скучно! Да, почему я не пошла в
казино? Развлеклась бы. Вдруг выиграла бы крупную сумму. Но, конечно, между
Костей и Максом я была бы как меж двух огней. Капитан стрелял бы в меня
молниями,
Максим, невзирая на дружбу с Пряжниковым, привалился бы к моему горячему
окорочку. Застряла бы между двумя пламенными юношами, как между Сциллой и
Харибдой, сгорела бы, наверное, от...
- Как ты сказала? - встрепенулся Андрей. - Между Сциллой и Харибдой?
- Ну. А что?
- Редкое выражение. Его практически никто не употребляет. - Андрей с
подозрением смотрел на Дирли-Ду, так, словно приверженность к языковым красотам
могла ее как-то компрометировать.
- Обычный фразеологизм мифологического происхождения, - пожала плечами
Дирли-Ду. - Ты вроде бы заканчивал гуманитарный вуз?
Андрей пристально изучал лицо Дирли-Ду. От этого приятного занятия его
оторвал
телефонный звонок.
- Босс, приезжай. Ты проверь свою линию, я звоню уже три часа, - раздался в
трубке невеселый голос Валеры Тимофеева. - Нашлась Алена.
Глава 38
Ирина рыдала на кухне, глотала корвалол и оглядывалась на закрытую дверь.
Там,
в темноте квартиры, спали трое детей, и она боялась их разбудить.
Искреннее сочувствие к молодой женщине постепенно сменялось в Андрее глухим
раздражением. Приглушенные всхлипы и причитания Ирины были удручающе
однообразны: похоже, своей смертью Алена доставила сестре единственную проблему
-
необходимость истратить энную сумму на похороны. И Андрею казалось - Ирина
оплакивает не Алену, а эти деньги.
- А нельзя за государственный счет? - с надеждой спросила Ира, отрывая от
лица
мокрый платок. - Как жертву преступления? Мы ведь очень стеснены в средствах.
Трое
детей...
"Стесненные в средствах", между тем отметил мысленно Пряжников, продолжали
укреплять свое благосостояние. Космический звездолет - новенькая плита "Бош"
стояла в углу кухни. До потолка взметнулся сверкающий трехкамерный холодильник -
тоже новый. Каскадером висел на стене цветной телевизор. На полках громоздилась
пластмассовая утварь - комбайн, фритюрница и т. д. И радовали глаз только что
установленные пластиковые окна - тоже недешевое удовольствие.
Андрею стало грустно. Встреча с вожделенной Аленой Дмитриевой прошла по
самому отвратительному сценарию - она лежала на ледяном столе, не способная
ответить ни на один вопрос сыщика, он стоял рядом, разочарованный и унылый. И
теперь вот бессердечная сестрица наполняла битком набитую дорогой техникой кухню
стенаниями по дензнакам, которые она должна будет истратить. А горевать нужно
было, по мнению Пряжникова, о другом. О милой, доброй, несчастной Алене, так
нелепо закончившей жизнь в маленькой березовой роще, золотой от осени и мокрой
от
бесконечного дождя.
- Ну, хватит рыдать. Иди, там Машка возится. - В дверях появился крепкий
парень
в майке и спортивных брюках. Он протянул Андрею руку и спрессовал его ладонь
железными тисками. - Михаил. Давай за Аленку.
На столе моментально возникла запотевшая бутылка водки, а из холодильника
(въедливый Пряжников отметил, что съестная начинка у трехкамерного гиганта -
словно на рекламной картинке) появилась закуска.
- Я не очень пью, - признался Миша. - Но за Аленку надо. Жаль ее. Ты Ирку
не
слушай. Мы не бедствуем. Похороним сами. Поминки, памятник - все как у людей.
Где
ее нашли?
Березовую рощу невдалеке от комплекса "Родниково" облюбовала домработница
одного из коттеджей для выгула хозяйского ротвейлера. И сегодня ротвейлер по
талию
ушел в грунт, с остервенением раскидывая вокруг себя комья мокрой земли и
пытаясь
что-то найти под опавшей кукурузно-желтой листвой. Домработница пыталась
обуздать
дурные наклонности ротвейлера и настойчиво оттаскивала его от полюбившейся
березы, но упорное животное не прекращало своих археологических изысканий, пока
на свет не появилась голая женская рука. Хаузкиперша полежала десять минут в
обмороке, потом встала, избавилась от прилипших березовых листочков и
отправилась
за подмогой. Тело пролежало в холодной и влажной земле одну- четыре недели,
сообщили Пряжникову. И Пряжников с содроганием думал о том, как Валера Тимофеев
вез Ирину на опознание, чтобы предъявить ей останки бедной Алены, наполовину
слившиеся с перегноем.
- Давай еще по одной, - предложил Михаил. - Ба, два часа ночи уже! Аленка
всегда
мне нравилась. Она не такая, как все. Была. Чего в ней не было - хамского
напора,
вульгарности и самоуверенности. Знаешь, молодежь сейчас какая - в мозгах полный
ноль, ограниченность, заурядность, и от этой ограниченности и скудоумия -
сокрушительное бульдозерное самомнение. Алена всего этого была начисто лишена.
Ее... изнасиловали?
Андрей покачал головой. Над Аленой, к счастью, не издевались. Ее ударили по
затылку чем-то тупым и тяжелым. Возможно, она даже не успела понять, что ее
убивают. Эта мысль приносила тоскующему детективу хоть какое-то облегчение. До
последнего момента он все еще надеялся найти Алену живой, а не мертвой.
- Глаза у нее такие были... Прозрачные. Голубые, как у Иринки. Но
прозрачные.
Словно колодезная вода. И дети от Аленки без ума, все спрашивают, почему она не
приходит. Что им теперь сказать?
Андрей опять уныло покачал головой. Незнакомая Алена Дмитриева словно
отрезала от его сердца аккуратный кусочек, и теперь Пряжников ощущал болезненную
засасывающую пустоту. Он провел две недели в постоянных думах об Алене, он
столько раз мысленно проектировал их первую встречу, беседовал с девушкой,
задавал
ей вопросы - и вот теперь должен был свыкнуться с тем, что ничего этого не
произойдет. Алена Дмитриева исчезла теперь навсегда.
- Я пойду. - Андрей поднялся из-за стола.
- Ну, бывай, друг. Я понимаю, ты еще будешь заходить к нам?
- Да, наверное.
Михаил попытался вновь прищемить пряжниковскую ладонь, но Андрей был готов
к
стальному рукопожатию и ответил не менее яростно.
Во дворе на Пряжникова, вынырнув из темноты, набросился Валера.
- Вот, раздобыл!
- Ночью?! - восхитился Андрей.
- Ночью! - гордо ответил Валера. - Днем я заехал в риэлторскую фирму,
которая
занималась этим коттеджным комплексом, но там в связи с бархатным сезоном -
поголовные отпуска. Необходимая мне дама конечно же была в отпуске. А без нее
никто не смог посвятить меня в подробности ее коммерческих сделок. Мне дали
телефон близкой подруги дамы, подруга сообщила, что именно сегодня в девять
вечера
Людмила должна прилететь с иноземного курорта. Но ее некому встретить, потому
что
действующий любовник дамы - титулованный каратист - сломал ногу и не в состоянии
нажимать педаль газа. - Сочувствую тому страдальцу, об которого он сломал
конечность. А сама подруга именно вчера разбила свою "шкоду-октавию". Я, так
удобно появившийся в биографии Людмилы, мчусь в аэропорт, встречаю риэлторшу,
везу ее домой. Соседка, которой Людмила доверила поливать возлюбленный кактус,
со
слезами на глазах поведала нам, что - нет, нет, кактус в порядке - что она
неправильно
закрыла дверь и теперь открыть ее можно только изнутри. Я через балкон соседки
(заметь, четвертый этаж, дождь, мрак!) проникаю внутрь и запускаю Людмилу в
квартиру. Благодарная, она кидается к компьютеру, но в этот момент вырубается
электричество. Выясняем причину. Сосед сверху - приспичило ведь на ночь глядя! -
укреплял люстру, да так удачно, что оставил без света весь подъезд. После
короткого
совещания с пострадавшими жильцами выясняется, что необходима помощь
дипломированного электрика. - Приемлемая кандидатура живет в доме напротив. - Я,
как самый резвый и полностью одетый, мчусь в дом напротив. Электрик, не
дождавшись утра, мучается похмельем и отказывается разговаривать без бутылки.
Неугомонным сайгаком скачку в ближайший коммерческий киоск и, зажав в зубах
чебурашку, назад к электрику. На пороге меня встречает невесть откуда взявшаяся
жена с твердым намерением набить морду за спаивание мужа. Пятнадцать минут - на
установление моей личности и умиротворение супруги. Конвоирую повеселевшего
электрика в наш дом, и он приступает к выполнению задания. Тем временем
драгоценная Людмила, устав с дороги, хочет сполоснуть по-быстрому личико и
заново
подкраситься, чтобы выглядеть привлекательно и свежо, и делает это в ванной при
свече. И при распахнутой входной двери, которая теперь не закрывается. Свеча
(можно было не сомневаться, что это произойдет) падает. И падает именно на пакет
с
ватными шариками для снятия макияжа. На пакете было написано "pure cotton" -
"чистый хлопок", но оказалось - голая синтетика. Все моментально вспыхнуло.
Начинается пожар. Пламя подбирается к рулонам с бумажными кухонными
полотенцами, которые почему-то необходимо хранить в ванной комнате! Люда
мужественно борется с огнем. Я бегу на помощь. Когда пожар благополучно
ликвидирован, включается свет, и я теперь могу подробнее рассмотреть прелестные
мокрые грудки Людмилы и ее красивые ноги - тоже в насквозь мокрых дольчиках.
Девочка - сплошной восторг, но у меня Олеся, ты знаешь, мы скоро женимся и
кольца
уже купили, поэтому я не реагирую. Моя рубашка тоже промокла, и в этом нет
ничего
эротичного - холодно и липко. Снимаю рубашку, а Люда, смущенно и неэффективно
прикрываясь, бежит из затопленной ванной в комнату за сухой одеждой. Но путь ее
проходит через прихожую. И именно там она наталкивается на удивленного калекулюбовника,
который превозмог свое инвалидство и на одной ноге и костылях
приковылял к даме сердца. Представил картинку? Великолепная троица - две
полуголых мокрицы и один загипсованный и почему-то разъяренный каратист. Я
чувствую, что и вторая нога каратиста сейчас будет сломана. И даже оба костыля.
Об
меня. Что я скажу моей Олесе? Люда невнятно что-то объясняет. Наконец все-таки
удается прорваться к компьютеру. Начинаем распечатывать текст - ломается
картридж
в принтере. Переписываю список с экрана. Вот, держи. Он там есть. В седьмой
строке.
Андрей взял листок, бегло исписанный сверху донизу крупным Валеркиным
почерком, и пробежал глазами столбик фамилий. Владельцы коттеджей в комплексе
"Родниково". Действительно, под седьмым номером значилась знакомая Андрею
фамилия.
- Как глупо! - убивался Макс. - Я собирался купить новую "семерку"!
Застрелю
Костюка! Пусть только вернется с работы.
В гостеприимном доме Танечки Литейник журналист обрел приют, пансион,
успокоение. Непонятно, как ему удалось втереться в доверие, ведь Таню
обыкновенно
влекло к более внушительным и объемным мужчинам. Тем не менее они нашли общий
язык. Сейчас Колотов сидел на красивой Таниной кухне и, несмотря на безумное
горе,
ловко управлялся с грибными котлетками.
- Странно, что вы проигрались в пух и прах. - Я знаю, Костя - везунчик. Вот
мы
тоже ходили с ним и с одной моей подругой в казино, так мне хватило на дорогую
путевку в Америку плюс деньги на покупки и развлечения. И Маруся выиграла покрупному.
Да и сам Костик. Не понимаю, как вам удалось разориться, Максимушка?
- Когда ты вот так меня называешь, я вспоминаю маму, - промурлыкал Макс,
вонзая
вилку в очередную котлету. - Ты добрая и уютная.
- А, я поняла! - воскликнула Таня. - Дело не в Косте, а в тебе! Максим, ты,
наверное, сам невезучий?
- Вот еще! - обиделся Макс. - Еще скажи, что я неудачник! Я! Талантливый
журналист, писатель, пламенный казанова...
- И много проиграл?
- Весь гонорар за книгу. Ту, которую я обещал тебе подарить. Проклятье.
- Константин еще и не на такую авантюру может подбить. Иногда я думаю, если
бы
он не любил свою работу, то обязательно подался бы в грабители банков - обожает
щекотать себе нервы. Импульсивный и азартный. Нервный. Настырный. Не завидую его
подопечным. Тем, кто нарушает налоговое законодательство. Как-то в составе
бригады
инспекторов он проверял компанию, где я работаю. Шеф две недели ходил зеленый,
хотя перед законом был чист, словно выстиранная "Тайдом" простыня. Константин
перетряс всю бухгалтерию на предмет сокрытия доходов, вмиг распознал одну
финансовую комбинацию, которую только-только собирались внедрить, и посоветовал
не выкаблучиваться. И шеф потом пригласил Костю к нам на работу. Сказал, что
такой
бульдожьей хватки он не встречал, и если Константин так легко разрушил замысел,
который месяц просчитывали на компьютере, то наверняка он сумеет придумать еще
более эффективные способы борьбы с грабительскими налогами. Костя почему-то
отказался. Ну да, у него в полиции огромные возможности. Но он ничем не
пользуется!
Не берет взяток! Квартира такая скромная. Автомобиль столетний. И от мстителей
родная полиция его не защищает. Сколько раз громили квартиру! Но Костю хлебом не
корми, дай подраться. Даже ты, Максимушка, человек в принципе посторонний, а
успел
настрадаться от этих мордоворотов. Просто Костя фанат своего дела. Сдвинутый на
поисках и разоблачениях. Нравится мне очень.
- Мне тоже нравится, но в данный момент я готов его убить. Моя новая
"семерка"!
Придется браться за другую книгу. Скорее бы Андрей покончил с делом Батурского и
обогатил меня новым сюжетом.
- Кто такой Андрей?
- Мой друг. Сыщик. Я вас познакомлю. Классный мужик. Ален Делон и Бред Питт
в
одном флаконе. Только немного повернут на своей работе. Как Константин.
- Молодой?
- Да. А что? Почему ты засверкала глазами? - обеспокоился Макс и с
подозрением
уставился на Татьяну. - Знаешь, я заметил, стоит мне сказать слово о Пряжникове,
женщины начинают сходить с ума. Ты ведь ни разу его не видела, что ты оживилась?
Профессия у него интересная? Ничего интересного. Журналист - это гораздо
романтичнее. - И потом, он не одинок. При его духовно-сексуальных
характеристиках
невозможно оставаться в одиночестве. У Андрея есть Дирли-Ду.
- Дирли-Ду? - удивилась Танечка. - Не предполагала, что это имя становится
таким
популярным в Москве. Я тоже знаю одну Дирли-Ду. Кстати, она в дружеских
отношениях с нашим Костей.
Максим замер:
- С Костей? Рыжая такая, высокая, стройная.
- Очень стройная, - вздохнула Таня. - Ножки такие чудесные.
- Шикарно одетая?
- Вполне. И глаза у нее какие-то необыкновенные. Небесно-зеленоватые.
Словно
аквамарин.
- И давно она дружит с Константином?
- Не знаю, давно ли, но буквально пару дней назад приходила в гости. Мы все
вместе ели торт. - Так что, я поняла, Андрей и Константин делят одну Дирли-Ду?
Максим расстроенно покачал головой. Пусть Пряжников часто бывал невыносим,
но
обманывать его, мельтешить за спиной - верх непорядочноети. Неужели Костя не
внял
разумным предупреждениям и все-таки состыковался с обольстительной,
несознательной Дирли-Ду?
Татьяна заметила удрученное состояние Макса:
- Не переживай ты так. Наверняка визит Дирли-Ду к Константину вполне
объясним
и в этом нет ничего оскорбительного для твоего любимого Андрея. Ну вот, чувствую
себя доносчицей. Может, это вовсе другая Дирли-Ду?
- Конечно, другая! - с горечью отозвался Макс. - Столица наводнена
длинноногими
рыжеволосыми аквамариновыми девицами с именем Дирли-Ду!
- Все равно не переживай. Все выяснится. Смотри, у меня еще торт!
Из холодильника выплыл необъятный торт с вафлями и шоколадом. Таня
облизнулась. О чем можно страдать, когда тебя поджидает такое удовольствие? Но
не
успела она вонзить нож в середину торта, как в дверь кто-то позвонил.
- Вот некстати! - расстроилась Танечка. - А может, это Костя?
Это оказался не Костя, а Маруся.
- Я к тебе на минутку, - сказала она, снимая плащ, - хотела включить
стиральную
машину и обнаружила, что кончился порошок. Так вкусно пахнет. - Ты ужинаешь?
- Угу. У меня гости.
- Гости! - воскликнула Маруся. - А я по-домашнему!
Действительно, под плащом обнаружились только джинсовые шорты в обтяжку и
короткая маечка с надписью по-английски "Я люблю Нью-Йорк"
Надпись отчаянно растянулась на круглом бюсте Маруси.
- Максим, знакомься, это Маруся, моя подруга, живет по соседству, именно
про нее
я тебе только что рассказывала. Как мы ходили в казино и выиграли. Маруся, это
Максим, журналист, новый друг Константина. Представь, наш Костя и Максима
потащил
в казино. Но они не выиграли, а проиграли..
Таня закончила свою тираду и удивленно замолчала. Между Марусей и Максимом
натянулись невидимые нити. Макс плотоядно оглядывал тесную маечку, его новые
очки
призывно сверкали. Маруся кокетливо улыбалась и была вся - сплошное искушение.
- Я на минутку, - повторила она, стреляя глазами. - У меня кончился
стиральный
порошок. Танюшка, дай "Ариэль" или "ОМО", у тебя есть?
- Сейчас, - грустно кивнула Таня. Она почему-то почувствовала себя лишней
на
собственной кухне.
Через пару минут, когда Таня вынесла из ванной пачку "Ариэля", Максим и
близкая подруга уже стояли в прихожей.
- Я сейчас быстро провожу Марусю, а то темно. - И вернусь. Хорошо?
- Конечно, - расстроенно согласилась Таня. Действительно, голоногая Маруся
подвергалась чудовищной опасности на неосвещенном участке двора между двумя
подъездами.
Таня закрыла дверь, вернулась на кухню и уныло принялась за торт. "Надо
наконец-то взять себя в руки, - удрученно думала она, слизывая с вафли
шоколадную
розочку. - Надо наконец-то похудеть. Я, конечно, нравлюсь некоторым мужчинам, но
Марусины чары несравнимо более эффективны. Потому что она стройна, изящна,
невесома. А я? Мамонт!"
Тане и в голову не пришло обвинить подругу в неподобающем, предательском
поведении. Когда с ней случалась неприятность, она всегда винила только себя.
Если бы капитан Смирнов слышал, какие теплые, проникновенные слова находят
некоторые женщины (Таня, Дирли-Ду, Маруся) для описания его внешности и
характера, то, возможно, он не был бы сейчас таким подавленным и расстроенным.
Костя вошел в квартиру и включил свет. Лампа осветила унылые стены и
интерьер,
едва оправившийся благодаря стараниям соседки Татьяны от разрушительного визита
преследователей. В квартире было холодно и неуютно, и Костя подумал, что многое
отдал бы за счастье видеть на своей разгромленной кухне Дирли-Ду в домашнем
халатике и тапочках с помпонами. И чтобы Дирли-Ду сказала: "Милый, почему ты так
поздно? Я заждалась. Сварила борщ". Капитан громыхнул немытой кастрюлей на
плите, спугнув отвратительного рыжего таракана. Кастрюля была пуста. Сломанный
холодильник хранил в себе полпачки апельсинового сока и окаменелую сосиску.
"Чудесное меню", - мрачно подумал Костя, допивая сок и отправляя в мусорный
мешок
мумию сосиски. У него в кармане было три тысячи - все, что осталось после
разорительного похода в казино, поэтому он не купил ничего съедобного по дороге
домой, питая себя мыслью, что что-то проглядел в предыдущую ревизию
продовольственных запасов, - капитан весь день в составе бригады налетчиков
громил
крупную фирму в поисках налоговых нарушений, он трудился в поте лица, перерыл
тонну документов и теперь умирал от голода. "Сварить макароны!" - вдруг осенила
его
блестящая мысль. Константин воодушевленно устремился к шкафу над кухонным
столом. В прозрачном пакете с надписью по-итальянски издевательски болтались три
вермишелинки. Костя опять с надеждой заглянул в холодильник, но теперь там уже
не
было вообще ничего.
Он прошел в комнату и упал на диван. Кто мог предположить, что визит в
казино
вместе с Максимом будет таким неудачным. Они проигрались в пух и прах.
Немаленькая премия Константина и солидный гонорар Макса в мгновение ока
превратились в ничто, в призрачное воспоминание, в утраченные возможности. На
премию можно было купить тонну макарон, можно было безбедно существовать месяц,
можно было, в конце концов, несколько раз пригласить в дорогой ресторан
божественную Дирли-Ду. Если кто-то видел его в казино и начальству опять донесут
о
его неблаговидном поведении, не избежать очередного внушения. Начальству не
понять его страсти, игра - высшее проявление его азартной натуры, в момент игры
он
очищен от налета условностей, он гол, незащищен, естествен, как новорожденный
младенец, он таков, каким его задумал Бог. Игра - его наркотик, бегство от
проблем,
возможность погрузиться на время, пока бежит по кругу шарик и цифры сливаются в
одну сплошную линию, в иллюзорный, радужный мир мечтаний и надежд. И в яростном
разочаровании после проигрыша есть свое упоение, потому что проигрыш раскачивает
маятник азарта, обостряет чувства, распаляет и без того огненный темперамент...
Но
как же он, однако, проиграл в этот раз! Ведь можно было бы в ресторан с ДирлиДу...
С
необыкновенной Дирли-Ду, которая потрясла его воображение в первую же встречу в
квартире Андрея.
Костя лег поудобнее на диване и закрыл глаза. Образ прекрасной Дирли-Ду
витал
перед ним и даже притуплял чувство голода. При всей своей шикарности, Дирли-Ду
не
казалась недоступной, она была мила и близка, и единственной преградой к ней был
сыщик Пряжников. Нет, вспомнил Константин, кроме Пряжникова еще отсутствие
денег. Проклятое отсутствие денег. На Дирли-Ду у него денег нет. И чтобы купить
пожрать тоже нет.
Подгоняемый паническими воплями пустого желудка, оголодавший Костя поднялся
с дивана и отправился к Танечке Литейник.
- Есть хочу, - признался Костя с порога. Таня была непривычно грустна. - Ты
скучаешь?
- Да. И ем торт. Будешь грибные котлеты? Костя взвился до потолка от
подобной
перспективы. Пренебрегая нормами этикета, он стремглав ринулся на кухню и к
моменту, когда там появилась Татьяна, уже перекладывал со сковороды на тарелку
третью котлету.
- Еще вот соус специальный, - пододвинула Таня к Костиному локтю
продолговатое
фарфоровое корытце.
- А хлеб есть? - пошарил глазами в пустой хлебнице капитан. И не успела
Таня
подняться с места, вскочил, схватил с соседнего стола нож, батон и откромсал
половину.
- Бедный, как ты проголодался, - посочувствовала Таня, возвращаясь к своему
торту.
- И денег нет, - прочавкал котлетой Костя.
- Я знаю. Мне Максим пожаловался, как ты его разорил.
- Максим?
- Он был здесь. Мы с ним познакомились в пятницу, когда я зашла к тебе.
Очень
зол на тебя.
- Нашел из-за чего злиться. Казино для того и существует, чтобы спускать
деньги.
- Он собирался купить новую "семерку". Костя, а что у тебя с Дирли-Ду? -
немного
смущаясь, спросила Таня.
- С Дирли-Ду? Ничего. Можно я еще себе положу? - жалобно попросил капитан.
- Ну конечно!
Надо было обладать Таниным трудолюбием, чтобы налепить и нажарить такое
гигантское количество котлет - хватило и на проглота Колотова, и на вечно
голодного
Смирнова, и на саму чревоугодницу Татьяну.
- Она красивая, - заметила Таня. Константин чмокнул соусом и отрубил себе
еще
четверть батона.
- Очень стройная. Длинноногая. Максим сказал, что она подруга какого-то
Андрея,
твоего знакомого.
- Да, к сожалению. Я бы хотел, чтобы она была моей подругой. Но она подруга
Андрея, и с этим ничего не поделаешь.
Костя наконец отвалился от стола, как натрескавшаяся пиявка.
- Тань, извини меня, подлеца, объедаю тебя, как последняя скотина.
- Да брось ты, Костя! - возмутилась Татьяна. - Я думала, ты еще торта
съешь.
- Съем! - торопливо согласился Костя. - И чаю выпью, да?
- Какой ты милый, - вздохнула Таня. - Мне всегда так тебя жаль, когда ты
приходишь ко мне такой голодный. Женился бы на Марусе, она бы тебя кормила.
- Ну нет, - возмутился Константин. - С твоей Марусей умрешь с голоду. Она
ленивая.
"И к тому же в данный момент переключилась на Максима", - добавила про себя
Таня.
- Ты, наверное, мечтаешь жениться на Дирли-Ду? - сказала она вслух.
Костя вздохнул.
Остатки торта они доели в полном молчании. Каждый задумался о своем:
Константин - о волшебной, неотразимой Дирли-Ду, Татьяна - о том, что не сумела
достаточно заинтересовать такого обаятельного, понравившегося ей Макса.
Траектории друзей пересеклись во дворе колотовского дома.
Макс держал в руках какую-то продолговатую, видимо, тяжелую коробку и явно
избегал встречи с Пряжниковым. Андрей грудью преградил ему дорогу.
- Куда чешешь? - удивился он. - Что несешь? Меня не видишь?
Максим остановился и недовольно посмотрел на друга, так, словно Пряжников
был
какой-то облезлой кошкой, или ничтожным зябликом, или засохшей травинкой.
- Ты, Эндрю, как всегда, некстати.
- А где ты был вчера вечером? Я звонил.
- Я отсутствовал.
- Я заметил.
- Познакомился кое с кем. Был в гостях.
- У своей новой пассии Татьяны?
- И не только.
- А что у тебя в руках? - Пряжников бесцеремонно потянулся к свертку и
попытался
отобрать его у Макса. Макс вырвался и отпрыгнул в сторону.
- Ну что ты ко мне всегда пристаешь? - воскликнул он. - Что тебе вообще
надо в
моем дворе?
- К тебе шел, - обиженно ответил Андрей, оскорбленный в лучших чувствах. -
Пива
купил, "Балтика" шестой номер, думал, порадовать тебя после тяжелого рабочего
дня,
думал, посидим побеседуем...
Андрей щелкнул замком кейса и продемонстрировал другу шесть темных бутылок
с
алыми этикетками.
Глаза Макса вспыхнули, как у жертвы маниакально-депрессивного психоза. Если
бы в раскаленных аравийских песках после недели блуж
...Закладка в соц.сетях
