Жанр: Детектив
Мастер
...свистнуто, но, если говорить беспристрастно, сви-
стнуто очень средне!
- Я ведь не регент, - с достоинством и надувшись, ответил
бегемот и неожиданно подмигнул маргарите.
- А дай-кось я попробую по старой памяти, - сказал коровь-
ев, потер руки, подул на пальцы.
- Но ты смотри, смотри, - послышался суровый голос воланда
с коня, - без членовредительских штук!
- Мессир, поверьте, - отозвался коровьев и приложил руку к
сердцу, - пошутить, исключительно пошутить...- Тут он вдруг
вытянулся вверх, как будто был резиновый, из пальцев правой
руки устроил какую-то хитрую фигуру, завился, как винт, и за-
тем, внезапно раскрутившись, свистнул.
Этого свиста маргарита не услыхала, но она его увидела в то
время как ее с горячим конем бросило саженей на десять в сторо-
ну. Рядом с нею с корнем вырвало дубовое дерево, и земля по-
крылась трещинами до самой реки. Огромный пласт берега, вместе
с пристанью и рестораном, высадило в реку. Вода в ней вскипела,
взметнулась, и на противоположный берег, зеленый и низменный,
выплеснуло целый речной трамвай с совершенно невредимыми пас-
сажирами. К ногам храпящего коня маргариты швырнуло убитую сви-
стом фагота галку. Мастера вспугнул этот свист. Он ухватился за
голову и побежал обратно к группе дожидавшихся его спутников.
- Ну что же, - обратился к нему воланд с высоты своего ко-
ня, - все счета оплачены? Прощание совершилось?
- Да, совершилось, - ответил мастер и, успокоившись, по-
глядел в лицо воланду прямо и смело.
И тогда над горами прокатился, как трубный голос, страшный
голос воланда:
- пора!!- И резкий свист и хохот бегемота.
Кони рванулись, и всадники поднялись вверх и поскакали.
Маргарита чувствовала, как ее бешеный конь грызет и тянет мунд-
штук. Плащ воланда вздуло над головами всей кавалькады, этим
223
плащом начало закрывать вечереющий небосвод. Когда на мгновение
черный покров отнесло в сторону, маргарита на скаку обернулась
и увидела, что сзади нет не только разноцветных башен с разво-
рачивающимся над ними аэропланом, но нет уже давно и самого
города, который ушел в землю и оставил по себе только туман.
прощение и вечный приют
боги, боги мои! Как грустна вечерняя земля! Как таинственны
туманы над болотами. Кто блуждал в этих туманах, кто много
страдал перед смертью, кто летел над этой землей, неся на себе
непосильный груз, тот это знает. Это знает уставший. И он без
сожаления покидает туманы земли, ее болотца и реки, он отдается
с легким сердцем в руки смерти, зная, что только она одна
"успокоит его."
Волшебные черные кони и те утомились и несли своих всад-
ников медленно, и неизбежная ночь стала их догонять. Чуя ее за
своею спиною притих неугомонный бегемот и, вцепившись в седло
когтями, летел молчаливый и серьезный, распушив свой хвост.
Ночь начала закрывать черным платком леса и луга, ночь зажигала
печальные огонечки где-то далеко внизу, теперь уже неинтересные
и ненужные ни маргарите, ни мастеру, чужие огоньки. Ночь об-
гоняла кавалькаду, сеялась на нее сверху и выбрасывала то там,
то тут в загрустившем небе белые пятнышки звезд.
Ночь густела, летела рядом, хватала скачущих за плащи и,
содрав их с плеч, разоблачала обманы. И когда маргарита, об-
дуваемая прохладным ветром, открывала глаза, она видела, как
меняется облик всех летящих к своей цели. Когда же навстречу им
из-за края леса начала выходить багровая и полная луна, все
обманы исчезли, свалилась в болото, утонула в туманах колдов-
ская нестойкая одежда.
Вряд ли теперь узнали бы коровьева-фагота, самозванного
переводчика при таинственном и не нуждающемся в переводах кон-
сультанте, в том, кто теперь летел непосредственно с воландом
по правую руку подруги мастера. На месте того, кто в драной
цирковой одежде покинул воробьевы горы под именем коровьева-
фагота, теперь скакал, тихо звеня золотою цепью повода, темно-
фиолетовый рыцарь с мрачнейшим и никогда не улыбающимся лицом.
Он уперся подбородком в грудь, он не глядел на луну, он не ин-
тересовался землею под собою, он думал о чем-то своем, летя
рядом с воландом.
- Почему он так изменился?- Спросила тихо маргарита под
свист ветра у воланда.
- Рыцарь этот когда-то неудачно пошутил, - ответил воланд,
поворачивая к маргарите свое лицо с тихо горящим глазом, - его
каламбур, который он сочинил, разговаривая о свете и тьме, был
не совсем хорош. И рыцарю пришлось после этого пошутить немного
больше и дольше, нежели он предполагал. Но сегодня такая ночь,
когда сводятся счеты. Рыцарь свой счет оплатил и закрыл!
Ночь оторвала хвост у бегемота, содрала с него шерсть и
расшвыряла ее в клочья по болотам. Тот, кто был котом, потешав-
шим князя тьмы, теперь оказался худеньким юношей, демоном-
пажом, лучшим шутом, который существовал когда-либо в мире.
Теперь притих и он и летел беззвучно, подставив свое молодое
лицо под свет, льющийся от луны.
Сбоку всех летел, блистая сталью доспехов, азазелло. Луна
изменила и его лицо. Исчез бесследно нелепый безобразный клык,
и кривоглазие оказалось фальшивым. Оба глаза азазелло были оди-
наковые, пустые и черные, а лицо белое и холодное. Теперь аза-
зелло летел в своем настоящем виде, как демон безводной пусты-
ни, демон-убийца.
Себя маргарита видеть не могла, но она хорошо видела, как
изменился мастер. Волосы его белели теперь при луне и сзади
собирались в косу, и она летела по ветру. Когда ветер отдувал
плащ от ног мастера, маргарита видела на ботфортах его то по-
тухающие, то загорающиеся звездочки шпор. Подобно юноше-демону,
мастер летел, не сводя глаз с луны, но улыбался ей, как будто
знакомой хорошо и любимой, и что-то, по приобретенной в комнате
N 118-й привычке, сам себе бормотал.
И, наконец, воланд летел тоже в своем настоящем обличье.
Маргарита не могла бы сказать, из чего сделан повод его коня, и
думала, что возможно, что это лунные цепочки и самый конь-
только глыба мрака, и грива этого коня - туча, а шпоры всад-
ника- белые пятна звезд.
Так летели в молчании долго, пока и сама местность внизу не
стала меняться. Печальные леса утонули в земном мраке и увлекли
за собою и тусклые лезвия рек. Внизу появились и стали отбле-
скивать валуны, а между ними зачернели провалы, в которые не
проникал свет луны.
Воланд осадил своего коня на каменистой безрадостной пло-
ской вершине, и тогда всадники двинулись шагом, слушая, как
кони их подковами давят кремни и камни. Луна заливала площадку
зелено и ярко, и маргарита скоро разглядела в пустынной мест-
ности кресло и в нем белую фигуру сидящего человека. Возможно,
что этот сидящий был глух или слишком погружен в размышление.
Он не слыхал, как содрогалась каменистая земля под тяжестью
коней, и всадники, не тревожа его, приблизились к нему.
Луна хорошо помогала маргарите, светила лучше, чем самый
лучший электрический фонарь, и маргарита видела, что сидящий,
глаза которого казались слепыми, коротко потирает свои руки и
эти самые незрячие глаза вперяет в диск луны. Теперь уж мар-
гарита видела, что рядом с тяжелым каменным креслом, на котором
блестят от луны какие-то искры, лежит темная, громадная остро-
ухая собака и так же, как ее хозяин, беспокойно глядит на луну.
У ног сидящего валяются черепки разбитого кувшина и прости-
рается невысыхающая черно-красная лужа.
Всадники остановили своих коней.
- Ваш роман прочитали, - заговорил воланд, поворачиваясь к
мастеру, - и сказали только одно, - что он, к сожалению, не
окончен. Так вот, мне хотелось показать вам вашего героя. Около
двух тысяч лет сидит он на этой площадке и спит, но когда при-
ходит полная луна, как видите, его терзает бессонница. Она му-
чает не только его, но и его верного сторожа, собаку. Если вер-
но, что трусость- самый тяжкий порок, то, пожалуй, собака в нем
не виновата. Единственно, чего боялся храбрый пес, это грозы.
Ну что ж, тот кто любит, должен разделять участь того, кого он
любит.
- Что он говорит?- Спросила маргарита, и совершенно спокой-
ное ее лицо подернулось дымкой сострадания.
- Он говорит, - раздался голос воланда, - одно и то же, он
говорит, что и при луне ему нет покоя и что у него плохая до-
лжность. Так говорит он всегда, когда не спит, а когда спит, то
видит одно и то же- лунную дорогу, и хочет пойти по ней и раз-
говаривать с арестантом га-ноцри, потому что , как он утвержда-
ет, он чего-то не договорил тогда, давно, четырнадцатого числа
весеннего месяца нисана. Но, увы, на эту дорогу ему выйти по-
чему-то не удается, и к нему никто не приходит. Тогда, что же
поделаешь, приходится разговаривать ему с самим собою. Впрочем,
нужно же какое-нибудь разнообразие, и к своей речи о луне он
нередко прибавляет, что более всего в мире ненавидит свое бес-
смертие и неслыханную славу. Он утверждает, что охотно бы по-
менялся своею участью с оборванным бродягой левием матвеем.
- Двенадцать тысяч лун за одну луну когда-то, не слишком ли
это много?- Спросила маргарита.
- Повторяется история с фридой?- Сказал воланд, - но, мар-
гарита, здесь не тревожьте себя. Все будет правильно, на этом
построен мир.
- Отпустите его, - вдруг пронзительно крикнула маргарита
так, как когда-то кричала, когда была ведьмой, и от этого крика
сорвался камень в горах и полетел по уступам в бездну, оглашая
горы грохотом. Но маргарита не могла сказать, был ли это грохот
падения или грохот сатанинского смеха. Как бы то ни было, во-
ланд смеялся, поглядывая на маргариту и говорил:
- не надо кричать в горах, он все равно привык к обвалам, и
это его не встревожит. Вам не надо просить за него, маргарита,
потому что за него уже попросил тот, с кем он так стремится
разговаривать, - тут воланд опять повернулся к мастеру и ска-
зал:- ну что же, теперь ваш роман вы можете кончить одною фра-
зой!
Мастер как будто бы этого ждал уже, пока стоял неподвижно и
смотрел на сидящего прокуратора. Он сложил руки рупором и кри-
кнул так, что эхо запрыгало по безлюдным и безлесым горам:
- свободен! Свободен! Он ждет тебя!
Горы превратили голос мастера в гром, и этот же гром их
разрушил. Проклятые скалистые стены упали.Осталась только пло-
щадка с каменным креслом. Над черной бездной, в которую ушли
стены, загорелся необ"Ятный город с царствующими над ним свер-
кающими идолами над пышно разросшимся за много тысяч этих лун
садом. Прямо к этому саду протянулась долгожданная прокуратором
лунная дорога, и первым по ней кинулся бежать остроухий пес.
Человек в белом плаще с кровавым подбоем поднялся с кресла и
что-то прокричал хриплым, сорванным голосом. Нельзя было разо-
брать, плачет ли он или смеется и что он кричит. Видно было
только, что вслед за своим верным стражем по лунной дороге
стремительно побежал и он.
- Мне туда, за ним?- Спросил беспокойно мастер, тронув по-
водья.
- Нет, - ответил воланд, - зачем же гнаться по следам того,
что уже окончено?
- Так, значит туда- спросил мастер, повернулся и указал
назад, туда, где соткался в тылу недавно покинутый город с мо-
настырскими пряничными башнями, с разбитым вдребезги солнцем в
стекле.
- Тоже нет, - ответил воланд, и голос его сгустился и потек
над скалами, - романтический мастер! Тот, кого так жаждет ви-
деть выдуманный вами герой, которого вы сами только что отпу-
стили, прочел ваш роман.- Тут воланд повернулся к маргарите:-
маргарита николаевна! Нельзя не поверить в то, что вы старались
выдумать для мастера наилучшее будущее, но, право, то, что я
предлагаю вам и то, о чем просил иешуа за вас же, за вас- еще
лучше. Оставьте их вдвоем, - говорил воланд, склоняясь со сво-
его седла к седлу мастера и указывая вслед ушедшему прокурато-
ру, - не будем им мешать. И может быть, до чего-нибудь они до-
говорятся, - тут воланд махнул рукой в сторону ершалаима, и он
погас.
- И там тоже, - воланд указал в тыл, - что делать вам в
подвальчике?- Тут потухло сломанное солнце в стекле.- Зачем?-
Продолжал воланд убедительно и мягко, - о, трижды романтический
мастер, неужто вы не хотите днем гулять со своею подругой под
вишнями, которые начинают зацветать, а вечером слушать музыку
шуберта? Неужели ж вам не будет приятно писать при свечах гуси-
ным пером? Неужели вы не хотите, подобно фаусту, сидеть над
ретортой в надежде, что вам удастся вылепить нового гомункула?
Туда, туда. Там ждет уже вас дом и старый слуга, свечи уже го-
рят, а скоро они потухнут, потому что вы немедленно встретите
рассвет. По этой дороге, мастер, по этой. Прощайте! Мне пора.
- Прощайте!- Одним криком ответили воланду маргарита и ма-
стер. Тогда черный воланд, не разбирая никакой дороги, кинулся
в провал , и вслед за ним, шумя, обрушилась его свита. Ни скал,
ни площадки, ни лунной дороги, ни ершалаима не стало вокруг.
Пропали и черные кони. Мастер и маргарита увидели обещанный
рассвет. Он начинался тут же, непосредственно после полуночной
луны. Мастер шел со своею подругой в блеске первых утренних
лучей через каменистый мшистый мостик. Он пересек его. Ручей
остался позади верных любовников, и они шли по песчаной дороге.
- Слушай беззвучие, - говорила маргарита мастеру, и песок
шуршал под ее босыми ногами, - слушай и наслаждайся тем, чего
тебе не давали в жизни, - тишиной. Смотри, - вон впереди твой
вечный дом, который тебе дали в награду. Я уже вижу венециан-
ское окно и вьющийся виноград, он поднимается к самой крыше.
Вот твой дом, вот твой вечный дом. Я знаю, что вечером к тебе
придут те, кого ты любишь, кем ты интересуешься и кто тебя не
встревожит. Они будут тебе играть, они будут петь тебе, ты уви-
дишь, какой свет в комнате, когда горят свечи. Ты будешь за-
сыпать, надевши свой засаленный и вечный колпак, ты будешь за-
сыпать с улыбкой на губах. Сон укрепит тебя, ты станешь рассуж-
дать мудро. А прогнать меня ты уже не сумеешь. Беречь твой сон
буду я.
Так говорила маргарита, идя с мастером по направлению к
вечному их дому, и мастеру казалось, что слова маргариты стру-
ятся так же, как струился и шептал позади ручей, и память ма-
стера, беспокойная, исколотая иглами память стала потухать.
Кто-то отпускал на свободу мастера, как сам он только что от-
пустил им созданного героя. Этот герой ушел в бездну, ушел без-
возвратно, прощенный в ночь на воскресенье сын короля-звез-
дочета, жестокий пятый прокуратор иудеи, всадник понтий пилат.
но все-таки, что же было дальше-то в москве после того, как
в субботний вечер на закате воланд покинул столицу, исчезнув
вместе со своей свитой с воробьевых гор?
О том, что в течение долгого времени по всей столице шел
тяжелый гул самых невероятных слухов, очень быстро перекинув-
шихся и в отдаленные и глухие места провинции, и говорить не
приходится, и слухи эти даже тошно повторять.
Пишущий эти правдивые строки сам лично, направляясь в фе-
одосию, слышал в поезде рассказ о том, как в москве две тысячи
человек вышли из театра нагишом в буквальном смысле слова и в
таком виде раз"ехались по домам в таксомоторах.
Шепот "Нечистая сила..." Слышался в очередях, стоявших у
молочных, в трамваях, в магазинах, в квартирах, в кухнях, в
поездах, и дачных и дальнего следования, на станциях и полу-
станках, на дачах и на пляжах.
Наиболее развитые и культурные люди в этих рассказах о не-
чистой силе, навестившей столицу, разумеется, никакого участия
не принимали и даже смеялись над ними и пытались рассказчиков
образумить. Но факт все-таки остается фактом, и отмахнуться от
него без об"Яснений никак нельзя: кто-то побывал в столице. Уж
одни угольки, оставшиеся от грибоедова, да и многое другое сли-
шком красноречиво это подтверждали.
Культурные люди стали на точку зрения следствия: работала
шайка гипнотизеров и чревовещателей, великолепно владеющая сво-
им искусством.
Меры к ее поимке, как в москве, так и за пределами ее дале-
ко, были, конечно приняты немедленные и энергичные, но, к вели-
кому сожалению, результатов не дали. Именующий себя воландом со
всеми своими присными исчез и ни в москву более не возвращался
и нигде вообще не появился и ничем себя не проявил. Совершенно
естественно, что возникло предположение о том, что он бежал за
границу, но и там нигде он не обозначился.
Следствие по его делу продолжалось долго. Ведь как-никак, а
дело это было чудовищно! Не говоря уже о четырех сожженных до-
мах и о сотнях сведенных с ума людей, были и убитые. О двух
можно сказать точно: о берлиозе и об этом несчастном служащем в
бюро по ознакомлению иностранцев с достопримечательностями мо-
сквы, бывшем бароне майгеле. Ведь они-то были убиты. Обгоревшие
кости второго были обнаружены в квартире N 50 по садовой улице,
после того как потушили пожар. Да, были жертвы, и эти жертвы
требовали следствия.
Но были и еще жертвы, и уже после того, как воланд покинул
столицу, и этими жертвами стали, как это ни грустно, черные
коты.
Штук сто этих мирных, преданных человеку и полезных ему
животных были застрелены или истреблены иными способами в раз-
ных местах страны. Десятка полтора котов, иногда в сильно изу-
родованном виде, были доставлены в отделения милиции в разных
городах. Например, в армавире один из ни в чем не повинных ко-
тов был приведен каким-то гражданином в милицию со связанными
передними лапами.
Подкараулил этого кота гражданин в тот момент, когда живот-
ное с вороватым видом (что же поделаешь, что у котов такой вид?
Это не от того, что они порочны, а от того, что они боятся,
чтобы кто-либо из существ более сильных, чем они, - собаки и
люди, - не причинили им какой-нибудь вред или обиду. И то и
другое очень нетрудно, но чести в этом, уверяю, нет никакой.
Да, нет никакой!), Да, с вороватым видом кот собирался устре-
миться зачем-то в подсолнухи.
Навалившись на кота и срывая с шеи галстук, чтобы вязать
его, гражданин ядовито и угрожающе бормотал:
- ага! Стало быть , теперь к нам, в армавир, пожаловали,
господин гипнотизер? Ну, здесь вас не испугались. Да вы не при-
творяйтесь немым. Нам уже понятно, что вы за гусь!
Вел кота в милицию гражданин, таща бедного зверя за перед-
ние лапы, скрученные зеленым галстуком, и добиваясь легкими
пинками, чтобы кот непременно шел на задних лапах.
- Вы, - кричал гражданин, сопровождаемый свистящими маль-
чишками, - бросьте, бросьте дурака валять! Не выйдет это! Из-
вольте ходить, как все ходят!
Черный кот только заводил мученические глаза. Лишенный при-
родой дара слова, он ни в чем не мог оправдаться. Спасением
своим бедный зверь обязан в первую очередь милиции, а, кроме
того, своей хозяйке, почтенной старушке-вдове. Лишь только кот
был доставлен в отделение, там убедились, что от гражданина
сильнейшим образом пахнет спиртом, вследствие чего в показаниях
его тотчас же усомнились. А тем временем старушка, узнавшая от
соседей, что ее кота замели, кинулась бежать в отделение и по-
спела вовремя. Она дала самые лестные рекомендации коту,
об"яснила, что знает его пять лет с тех пор, как он был котен-
ком, ручается за него, как за самое себя, доказала, что он ни в
чем плохом не замечен и никогда не ездил в москву. Как он ро-
дился в армавире, так в нем и вырос и учился ловить мышей.
Кот был развязан и возвращен владелице, хлебнув, правда,
горя, узнав на практике, что такое ошибка и клевета.
Кроме котов, некоторые незначительные неприятности постигли
кое-кого из людей. Произошло несколько арестов. В числе других
задержанными на короткое время оказались: в ленинграде- граж-
дане вольман и вольнер, в саратове, киеве и харькове- трое во-
лодиных, в казани- волох, а в пензе, и уж совершенно неизвестно
почему, - кандидат химических наук ветчинкевич... Правда, тот
был огромного роста, очень смуглый брюнет.
Попались в разных местах, кроме того, девять коровиных,
четыре коровкина и двое караваевых.
Некоего гражданина сняли с севастопольского поезда связан-
ным на станции белгород. Гражданин этот вздумал развлечь едущих
с ним пассажиров карточными фокусами.
В ярославле, как раз в обеденную пору, в ресторан явился
гражданин с примусом в руках, который он только что взял из
починки. Двое швейцаров, лишь только увидели его, бросили свои
посты в раздевалке и бежали, а за ними бежали из ресторана все
посетители и служащие. При этом у кассирши непонятным образом
пропала вся выручка.
Было еще многое, всего не вспомнишь. Было большое брожение
умов.
Еще и еще раз нужно отдать справедливость следствию. Все
было сделано не только для того, чтобы поймать преступников, но
и для того, чтобы об"Яснить все то, что они натворили. И все
это было об"яснено, и об"Яснения эти нельзя не признать тол-
ковыми и неопровержимыми.
Представители следствия и опытные психиатры установили, что
члены преступной шайки, или, по крайней мере, один из них (пре-
имущественно подозрение в этом падало на коровьева) являлись
невиданной силы гипнотизерами, могущими показывать себя не в
том месте, где они на самом деле находились, а на позициях мни-
мых, смещенных. Помимо этого они свободно внушали столкнувшимся
с ними, что некие вещи или люди находятся там, где на самом
деле их не было, и наоборот, удаляли из поля зрения те вещи или
людей, которые действительно в этом поле зрения имелись.
В свете таких об"яснений решительно все понятно, и даже
наиболее волновавшая граждан, ничем, казалось бы, не об"Яснимая
неуязвимость кота, обстрелянного в квартире N 50, при попытках
взять его под стражу.
Никакого кота на люстре, натурально не было, никто и не
думал отстреливаться, стреляли по пустому месту, в то время как
коровьев, внушивший, что кот безобразничает на люстре, мог сво-
бодно находиться за спиной стрелявших, кривляясь и наслаждаясь
своею громадной, но преступно использованной способностью вну-
шать. Он же, конечно, и поджег квартиру, разлив бензин.
Ни в какую ялту, конечно, степа лиходеев не улетал (это не
под силу даже коровьеву) и телеграмм оттуда не посылал. После
того, как он упал в обморок в ювелиршиной квартире, испуганный
фокусом коровьева, показавшего ему кота с маринованным грибом
на вилке, он пролежал в ней до тех пор, пока коровьев, издева-
ясь над ним, не напялил на него войлочную шляпу и не отправил
его на московский аэродром, внушив предварительно встречавшим
степу представителям угрозыска, что степа вылезет из аэроплана,
прилетевшего из севастополя.
Правда, угрозыск ялты утверждал, что он принимал босого
степу и телеграммы насчет степы в москву слал, но ни одной ко-
пии этих телеграмм в делах никак не обнаружилось, из чего был
сделан печальный, но совершенно несокрушимый вывод, что гип-
нотизерская банда обладает способностью гипнотизировать на гро-
мадном расстоянии, и притом не только отдельных лиц, но и целые
группы их. При этих условиях преступники могли свести с ума
людей с самой стойкой психической организацией.
Что там говорить о таких пустяках, как колода карт в чужом
кармане в партере, или исчезнувшие дамские платья, или мяука-
ющий берет и прочее в этом же роде! Такие штуки может отколоть
любой профессионал-гипнотизер средней силы, в том числе и не-
хитрый фокус с оторванием головы у конферансье. Говорящий кот-
тоже сущий вздор. Для того, чтобы пред"явить людям такого кота,
достаточно владеть первыми основами чревовещания, а вряд ли
кто-нибудь усомнится, что искусство коровьева шло значительно
дальше этих основ.
Да, дело тут вовсе не в колодах, фальшивых письмах в
портфеле никанора ивановича. Это все пустяки. Это он, коровьев,
погнал под трамвай бедного берлиоза на верную смерть. Это он
свел с ума бедного поэта ивана бездомного, он заставлял его
грезить и видеть в мучительных снах древний ершалаим и сожжен-
ную солнцем безводную лысую гору с тремя повешенными на стол-
бах. Это он и его шайка заставили исчезнуть из москвы маргариту
николаевну и ее домработницу наташу. Кстати: этим делом следст-
вие занималось особенно внимательно. Требовалось выяснить, были
ли похищены эти женщины шайкой убийц и поджигателей, или же
бежали вместе с преступной компанией добровольно? Основываясь
на нелепых и путанных показаниях николая ивановича, и приняв во
внимание странную и безумную записку маргариты николаевны,
оставленную мужу, записку, в которой она пишет, что уходит в
ведьмы, учтя то обстоятельство, что наташа исчезла, оставив все
свои носильные вещи на месте, - следствие пришло к заключению,
что и хозяйка и ее домработница были загипнотизированы, подобно
многим другим, и в таком виде похищены бандой. Возникла и, ве-
роятно, совершенно правильная мысль, что преступников привлекла
красота обеих женщин.
И вот что осталось совершенно неясным для следствия- это
побуждение, заставившее шайку похитить душевнобольного, имену-
ющего себя мастером, из психиатрической клиники. Этого устано-
вить не удалось, как не удалось добыть и фамилию похищенного
больного. Так и сгинул он навсегда под мертвой кличкой: "Номер
с
...Закладка в соц.сетях
