Жанр: Детектив
Кремлевский туз
...сказал Никита. - Никого не увидите. Я тут один.
- Так кто же поручил? - сердито повторил Гуров.
- Мужик один, - туманно сказал Никита. - Он мне вас показал и велел немного за вами
походить, пока я не буду убежден, что вы один. Он мне и имя ваше назвал. Вы ведь Крупенин
Антон Сергеевич?
Гуров пристально посмотрел на парня и ответил:
- Ну, допустим. А свое имя он тебе не назвал?
- Ясное дело, нет! - сказал парень и с беспокойством добавил: - Только вы не подумайте,
что я чего-то против вас имею. Я тут давно живу, натурализовался, мне неприятности не
нужны. Если не хотите разговаривать, я, пожалуй, отвалю. Мне ведь по барабану. Это просто
сделка была. Я ему ничего не обещал. Сказал - попробую.
- Понятно, - заметил Гуров. - Ну, раз уж сказал "А", то и "Б" выкладывай! Только почему
ты так уверен, что тебя не проверяют? Сам говоришь, сделка. Значит, за свои денежки этот
человек с тебя что-то потребовать должен. Почему ты решил, что он тебе просто так отвалить
позволит? Небось из-за угла сейчас за нами наблюдает...
Теперь настал черед Никиты оглянуться по сторонам. В глазах его на мгновение
появилось беспокойство, но он тут же махнул рукой и обнажил белые зубы в жизнерадостной
улыбке.
- Да вряд ли! Этот мужик, по-моему, очень не хочет с вами встречаться. Поэтому вряд ли
он будет рядом крутиться. А уйти мне тут проще простого - я тут каждый закоулок знаю.
- А он, думаешь, не знает?
- Откуда?! Его же за версту видно - полный совок! Он же только с парохода сошел, с
какого и вы, и все к порту жался, как бы не влипнуть в историю. А меня он по мату вычислил -
я там у порта с одним барыгой поцапался. Поганый грек, чуть из-за него нас обоих в полицию
не загребли...
- Значит, с парохода, говоришь? - задумчиво произнес Гуров и кивнул парню головой. -
Давай в ресторан зайдем! Заодно и перекусим, и ты мне все расскажешь... Идет?
- А угощаете? - оживился Никита.
- Само собой, - сказал Гуров. - Я-то по-гречески что-то плохо понимаю, а ты мне хоть
пожрать закажешь. Пошли!
Они вошли в ресторан и уселись за столик у окна. Заведение было совсем маленькое, и
посетителей в ресторане было немного. В качестве официанта подвизался сам хозяин
ресторана, пожилой грек с пышными и черными как смоль усами. Заметив новых гостей, он
незамедлительно, но с большим достоинством приблизился к их столику.
Гуров быстро оценил все преимущества своей новой компании. Никита чувствовал себя
здесь как рыба в воде и на редкость бойко сделал распоряжения насчет обеда. Через пять минут
на их столе появились тарелки с закусками, пышущая жаром баранина и высокие бутылки
темного вина. Никита проворно наполнил бокалы, опередив опешившего хозяина, и толкнул
Гурова в бок.
- За встречу, земляк! - провозгласил он и с большой жадностью выдул свое вино,
посверкивая поверх бокала бедовыми черными глазами.
Гуров сделал лишь один глоток и, принявшись за еду, строго спросил у Никиты:
- Может, лучше сначала о деле расскажешь? Вино ведь от тебя не убежит!
- Боитесь, что напьюсь? - усмехнулся Никита. - Не бойтесь. Я тренированный. Да и не та
это материя, чтобы копыта отбрасывать. Вот если захотите, чтобы вам по шарам ударило, так
попробуйте местную водку!
- Если захочу, обязательно попробую, - пообещал Гуров. - Так давай выкладывай, о чем
тебя просили со мной поговорить?
- Значит, так, - сказал Никита, мгновенно делаясь серьезным. - Не знаю, может, я что не
так скажу, так вы, это... понимайте, что это не мои слова.
- Не разбегайся, прыгай! - с досадой сказал Гуров. - Что ты все размазываешь кашу по
тарелке? Эдак ты и до вечера не кончишь!
- Тот мужик тоже долго предисловия говорил, - сообщил Никита. - Видно, не мог никак
решить, доверять ли мне свою страшную тайну... Я вот тоже сомневаюсь. Ну, ладно! Короче,
вот что он сказал - что за вами внимательно наблюдают и выражают крайнее недовольство.
Мол, время идет, а дело ни хрена не делается!
- Так и было сказано "ни хрена"? - полюбопытствовал Гуров.
- Ну-у, не совсем так, - немного смутился Никита. - Но я нарочно приукрасил, потому
что интонацию я передать так точно не могу, а интонация примерно такая и была - ни хрена то
есть.
- Понятно, - смилостивился Гуров. - Давай дальше.
- Ну что дальше? - пожал плечами Никита. - И дальше примерно то же самое.
Нервничает мужик. Такое впечатление, что вы его, извините, на бабки хорошо кинули... - Он
поднял на Гурова глаза, в которых горел огонек любопытства.
- Так он что - угрожал? - уточнил Гуров.
- Не скажу, - покачал головой Никита и залпом выпил еще один бокал вина. - Но
расшевелить вас ему очень хочется - это вне всякого сомнения. Намеки, конечно, были... Типа
"зачем ему нарываться на неприятности... мы же договаривались... пусть подумает...". Но я
считаю, что это все фуфло! Если бы у этого кренделя что-то против вас было, так он сам бы к
вам подошел, а не искал посредников, верно? Хорошо, ему еще со мной повезло, я человек
честный. От своей честности и страдаю.
- Ну, на страдальца ты не очень похож, - заметил Гуров. - Значит, это все, что ты мне
сказать должен, или еще что-то было?
- Ну, в принципе, все, - пряча глаза, протянул Никита.
- А ты ведь темнишь, - спокойно сказал Гуров. - Недоговариваешь чего-то. Между
прочим, зря так делаешь. Я ведь могу тебе неприятности мигом устроить.
- Ну зачем же? - обиделся Никита. - Я вижу, что вы крутой. Потому и не решался все
сказать. Главное сказал, а грубости, думаю, зачем? Зачем хорошего человека расстраивать?
- Не бойся, я не расстроюсь, - пообещал Гуров.
- Ну как хотите, - пожал плечами Никита. - Короче, он сказал, что, если вы не возьметесь
за дело, они будут вынуждены пересмотреть условия контракта и запросят подтверждение на
вашу ликвидацию. Вот так, типа... Грохнуть они вас хотят. Только я думаю, что опять же они
цену себе набивают. В таких случаях через случайных людей не разговаривают. Неубедительно
получается.
- Тому свои причины есть, - пояснил Гуров. - Почему они, значит, через тебя
действуют... Ну, это неважно. А вот про лицо этого типа ты мне расскажи, пожалуйста!
Никита, усердно поглощая все, что было на тарелках, нечленораздельно сказал:
- А вы что, его не знаете? Ничего себе! Сколько живу, а такого не слышал! Не знаете, на
кого работаете? Ну, это ваше дело... А выглядел он обыкновенно - средних лет мужик,
полноватый, загорелый. Рубашка белая, брюки... А, вот - рыжеватый он! И руки все в волосах
- в рыжих. А подробнее не могу - у меня память не фотографическая.
Гуров уже покончил с завтраком и теперь задумчиво наблюдал, как Никита пытается
набить свою утробу на пару суток вперед. Похоже, есть ему приходилось не всегда регулярно и
часто про запас.
- Ну, спасибо и на этом, - сказал наконец Гуров. - Только, знаешь, есть у меня к тебе еще
один вопрос. Можно сказать, интимный, но я хочу, чтобы ты ответил на него предельно честно!
Для меня это очень важно, а ты сможешь хорошо заработать.
Никита мгновенно оторвался от еды и сосредоточенно посмотрел на Гурова.
- Как говорите, интимный? - деловито спросил он, ковыряясь в зубах. - Заработать? Это,
типа, не "голубой" ли я? Вообще-то нет, но...
- Нет, ничего похожего! - усмехнулся Гуров. - Речь идет только о деньгах. Ведь этот
человек дал тебе деньги, верно?
Никита сделал глоток и опять уставился на Гурова.
- Ну да, он дал мне... пятьдесят баксов, - с запинкой ответил он. - А что? Я что-то не
очень понимаю...
- Все очень просто, Никита, - сказал Гуров. - Мне нужна эта купюра. Я готов дать за нее
вдвое больше.
- Это, значит, сто баксов? - как-то туповато спросил Никита.
- Вот именно, - кивнул Гуров. - Для тебя прямая выгода, по-моему.
- Так-то оно так, - промямлил парень. - Только не понимаю, зачем вам?.. И потом, я эти
деньги уже... истратил, типа...
- Кончай трепаться! - повысил голос Гуров. - Они у тебя! Ты даже в ресторан пошел за
мой счет, хотя голодный как волк. Так я и поверил, что ты полсотни баксов на ходу истратил! В
банк сначала зашел, поменял по курсу - так, что ли? И все это не прерывая за мной слежки?
- Голова у вас варит, - с уважением сказал Никита. - Мне бы так. Я бы, может, и на
родине процветал... В общем, у меня его деньги. Только... - он застенчиво уставился в угол.
- Ну, в чем дело? - нетерпеливо спросил Гуров. - Боишься, что не заплачу? Не бойся,
держи свою сотню! - он достал бумажник и вытащил из него новенькую стодолларовую
купюру.
При виде денег у Никиты загорелись глаза, но тут же опять потухли. Он вздохнул и
признался:
- Вы сказали, что в два раза больше дадите. А я для понта сказал, что он мне пятьдесят
дал. Двадцатник на самом деле. Выходит, мне от вас только сорок причитается?
- Вон ты о чем! - понимающе воскликнул Гуров. - Хотел сбегать - у кого-нибудь
полтинник по такому случаю занять? Неумно это, Никита! Мне ведь важна не сумма. Мне
нужны деньги, которые он в руках держал. А сотню я тебе дарю, не расстраивайся!
- Правда? - обрадовался Никита и быстро схватил деньги. - Вот спасибо! Доллар, он и в
Греции доллар! А эта двадцатка его, не сомневайтесь! Это я уж вам без балды...
Он с превеликой осторожностью извлек из кармана джинсов сложенную вдвое бумажку и,
держа ее за уголок, протянул Гурову. Похоже, он уже смекнул, в чем дело.
Гуров так же осторожно взял купюру и, стараясь лишний раз не касаться ее, положил в
пустое отделение бумажника. Затем он сразу же встал и, похлопав Никиту по плечу, сказал:
- Ну, прощай, земляк! Успехов тебе и горячей любви пылких гречанок! Кстати, на родине
теперь вина хоть залейся. Правда, большей частью паленого - здешнее вроде получше будет.
Но и то - виноградники тут, наверное, не вырубали... А вообще, приезжай - сам сравнишь!
- Ага, как-нибудь обязательно выберусь, - фальшиво сказал Никита, едва не подавившись
костью.
Гуров засмеялся и пошел к выходу. Теперь, когда долгожданная встреча, можно сказать,
состоялась, ему здесь нечего было делать. Разговор с земляком, пострадавшим от сухого
закона, был записан на диктофон. Сейчас Гурову не терпелось вернуться на корабль и повидать
подполковника Баранова, которого наверняка заинтересовала бы эта запись. При определенной
осторожности эту встречу можно будет организовать не откладывая - лишь бы подполковник
оказался на месте. "Эх, знать бы заранее, что мне в руки попадет эта купюра, так и Баранов мог
бы чуток подождать с отправкой! Наверное, придется второй раз ему к коллегам обращаться.
На бумаге вполне могут быть отпечатки пальцев - ведь не в резиновых перчатках заказчик с
этим прощелыгой расплачивался! Вообще-то, лучше бы он со мной лично поговорил - тут
Никита совершенно прав в своем негодовании, - но у нашего общего товарища кишка тонка.
Он всеми силами старается соблюсти анонимность и сохранить шкуру нетронутой. А время
поджимает..."
- Время поджимает... - повторил он вслух.
И вдруг за его спиной знакомый голос насмешливо произнес:
- Что же вы не торопитесь, раз время поджимает?
Гуров повернулся как ошпаренный. Перед ним, улыбаясь до ушей, стояла журналистка
Арина.
Глава 15
Гурову показалось, что земля уходит у него из-под ног. Эта чертова девчонка просто
истинная ведьма! Каким образом она здесь оказалась? У Гурова появилось жгучее желание
хорошенько надрать нахалке уши. Но она и без того выглядела сейчас довольно жалко,
несмотря на дерзкую улыбку, - лицо в синяках и царапинах, да еще слегка оплывший левый
глаз - все-таки ночью ей уже досталось.
Гуров сосчитал в уме до десяти, а потом, старательно понижая голос, спросил у Арины:
- Простите, я никак не рассчитывал, что вы будете таскаться за мной как хвост - иначе
обязательно пригласил бы вас разделить трапезу. Увы, все уже съедено, а я собираюсь
вернуться на "Гермес", извините.
- Врете вы все! - с неожиданной грустью сказала Арина. - Никуда бы вы меня не
пригласили.
- А вас это очень огорчает? - неожиданно развеселившись, спросил Гуров. - Ну,
посмотрите на себя, Арина! Молодая, красивая девка, а вертишься вокруг старого хрыча, даже
пострадала на этом поприще! И тебе одно расстройство, и мне неудобство... Давай
договоримся - каждый отныне живет своей жизнью, согласна? Неужели ты не можешь найти
себе кого-нибудь поинтереснее? Посмотри, сколько вокруг молодых мужиков - загорелых,
накачанных... Ну?
Она посмотрела на него, прищурив хитрый глаз.
- Вы хотите сказать, что эти красавцы, которые торчат днем в бассейне, а вечером в баре,
и есть интересные мужики? - саркастически спросила она. - Да они двух слов связать не могут!
И потом, не очень-то заноситесь - может, у меня к вам чисто профессиональный интерес?
- Что это значит? - мгновенно настораживаясь, поинтересовался Гуров.
Она победительно усмехнулась и небрежным тоном сказала:
- А у меня в вашем лице, похоже, большая сенсация наклевывается, старший
оперуполномоченный Гуров! Кстати, а Стасу вашему порошочек тоже подложили? Или не
успели все-таки?
У Гурова потемнело в глазах. Так опростоволоситься - эта пронырливая девчонка знает о
нем все! Но каким образом? Что произошло? Неужели она связана с великановской шайкой? Но
зачем тогда ей понадобилось раскрывать свои карты?
- Вам случайно не стало плохо? - с тревогой спросила Арина, заглядывая Гурову в лицо.
В ее рыжеватых глазах было много нахальства, но в них также была и та искренность,
которой никогда не увидишь в глазах преступника. Нет, Гуров никак не мог поверить, что она
связана с Великановым. И потом, зачем бы тогда ей пришлось отбиваться бутылкой от
коварного помощника капитана? Нет, она, конечно, нахалка, взбалмошная девчонка - кто
угодно, но только не преступница. Гуров потряс головой и сказал:
- Нет, мне не то чтобы плохо, но нехорошо - это уж точно! Знаете, Арина, все это мне
очень не нравится. Вы знаете то, что вам знать никак не положено, а теперь и я хочу знать,
откуда вы это знаете. Понимаете, из-за вас может сорваться очень серьезная операция. А кто
будет виноват?
- Разумеется, вы, - с невинным выражением лица ответила Арина.
- Разумеется, - сурово подтвердил Гуров. - Поэтому я должен с вами серьезно
разобраться. Давайте присядем куда-нибудь и поговорим начистоту.
- Значит, вы все-таки приглашаете меня в ресторан? - обрадовалась Арина. - Не было
счастья, как говорится...
- Только не в этот, - смущенно сказал Гуров, оглядываясь на вертящуюся дверь
ресторанчика, где все еще расправлялся с остатками завтрака земляк Никита. - Там неважно
готовят. Давайте поищем что-нибудь поприличнее.
- Давайте поищем, - согласилась Арина и первой пошла вперед, помахивая сумочкой на
длинном ремешке.
Гуров пошел рядом, поглядывая на эту маленькую женщину со смешанным чувством
досады и восхищения.
- Так, может, вы мне объясните, откуда... - начал он.
- Откуда я знаю про ваши штучки, старший оперуполномоченный Гуров? - небрежно
спросила она. - Да с ваших собственных слов. Ваших и вашего приятеля, от которого вы все
время, как Иуда, отказывались. Вы забываете, что я профессионал. Я давно почувствовала, что
с вами что-то неладно, и всюду таскала с собой диктофон. Вчера ночью он наконец мне
пригодился. Пока вы бурно переживали вторжение, я незаметно сунула диктофон под кровать.
А когда ваш друг ушел, я вернулась за расческой и преспокойно забрала диктофон обратно.
Запись получилась не ахти, но я на слух не жалуюсь. Так что все просто, дорогой товарищ
Гуров! - Она насмешливо посмотрела на него. - Ну и что - сбросите теперь меня за борт?
- Вообще-то не мешало бы, - пробормотал он. - Хотя бы для того, чтобы скрыть свой
позор. Не представлял, что можно так проколоться на старости лет! Подумать только - вы все
время вились вокруг меня, рассчитывая выудить сенсацию, и все-таки добились своего!
- Ничего, бывает! - утешила его она. - И вовсе не поэтому я вокруг вас вилась, между
прочим! Вы мне действительно симпатичны, что бы вы там ни думали. В доказательство я эту
пленку хоть сейчас вам могу отдать, хотите?
- Хочу, - сказал Гуров. - Только одной пленки мало. Мне нужно, чтобы вы дали слово
молчать.
- Вообще молчать или только о ваших тайнах? - поинтересовалась Арина и тут же
добавила: - И как долго молчать? И как я должна давать слово - клясться на Библии или у вас в
милиции есть какой-то другой способ? Кажется, нужно давать подписку о неразглашении, да?
- Привлечь бы вас за незаконное прослушивание жилища! - мечтательно сказал Гуров. -
Чтобы в следующий раз неповадно было...
- Будете пугать - никакой пленки не получите! - предупредила Арина. - И вообще завтра
весь теплоход будет знать, что на борту находятся менты с секретной миссией. Вот увидите, я
так и сделаю!
- Ну-ну, не надо горячиться! - улыбнулся Гуров. - Уж и помечтать нельзя! Конечно,
никуда я вас не привлеку. Не до вас мне, если откровенно. И так голова идет кругом!
- Это заметно, - согласилась Арина и деловито прибавила: - А в чем проблема? Может, я
сумею чем-то помочь?
Гуров снисходительно посмотрел на нее.
- Да вы и так уже... - неопределенно сказал он. - Лучшей помощью от вас будет, если вы
будете сидеть тихо и никуда не влезать.
- Другого ответа я от вас и не ожидала, - заявила Арина. - Типичный мужской шовинизм.
Они самые умные, самые ловкие, а потом их кидает любая девчонка...
- Ну, не увлекайтесь! - перебил ее Гуров. - И потом, дело не в мужском шовинизме.
Просто это моя работа. Вы за меня ее сделать никак не можете. Как и я за вас вашу.
- Но я же не собираюсь делать за вас всю работу! - воскликнула Арина. - Я предлагаю
помочь. Больно же смотреть, как у вас голова идет кругом! Вы кого-то ловите, верно? Ну, что
какой-то Великанов на пару с помощником капитана контрабанду везет, это я уже поняла. Но
вас лично этот факт, похоже, не больно-то колышет... Это ваш дружок Стас к Великанову
почему-то неравнодушен. А вас интересуют те, кто в классе "люкс" обитает, - угадала?
Она болтала о вещах, в которых ровным счетом ничего не понимала, с такой легкостью,
что Гурову даже стало завидно.
- Ну, положим, вы правы, - сказал он. - И что из этого? Это же вам не интервью брать.
- Ну, это как посмотреть! - сказала Арина. - С диктофоном-то вы тоже не расстаетесь.
Только у вас что-то ничего не выходит.
- Не вам судить, - буркнул Гуров. - Получится, когда надо будет.
- Зря вы важничаете, - заметила Арина. - Я так поняла, что у вас проблемы с этим
классом "люкс", верно? Свободно туда не попадешь. Особенно если инкогнито хочешь
соблюсти. А вот для меня, например, тут проблем нет. Если надо, я туда попаду запросто. Ну
что, завидно?
Гуров сумрачно посмотрел на нее.
- Ну, допустим, завидно. Только мне ни жарко ни холодно от того, что это можете сделать
вы. Вот если бы я сам мог туда пройти, да так, чтобы меня никто не видел, а я видел всех...
Только я не человек-невидимка, к сожалению.
- Да, вас трудно не заметить, - согласилась Арина. - Поэтому меня вам просто сам бог
послал. Представьте себе, что я как раз и буду вашими глазами. Все рассмотрю и все потом вам
расскажу, а вас никто так и не увидит. Представляете, как здорово?
- Ну, это вам кажется, что здорово, - скептически заметил Гуров. - Во-первых, я не могу
доверить вам секретную информацию. Вы и так слишком много знаете. Во-вторых, те люди,
которые держат меня в поле зрения, давно уже засекли ваш интерес ко мне, и вы, таким
образом, тоже у них на подозрении. В-третьих... да что там говорить! - он безнадежно махнул
рукой.
Арина с любопытством смотрела на него, что-то соображая.
- А кто такой Баранов? - вдруг спросила она. - Который вам посоветовал с диктофоном
не расставаться. Может, вам у него спросить разрешения?
Гуров изумленно вытаращил глаза.
- Спросить разрешения? - выдавил он.
- Ну да, пусть разрешит вам отправить меня на разведку.
Гуров схватился за голову.
- Ну что мне с вами делать? - застонал он. - Ну не может никакой Баранов дать такого
разрешения! И вообще это безумие. Какая разведка? Вы же не понимаете, о чем говорите!
- Так вы мне все объясните, - не моргнув глазом сказала Арина. - Вот я и буду понимать.
- Так! - Гуров предостерегающе поднял руки. - Давайте по порядку. Вопрос первый:
каким образом вы можете получить доступ в класс "люкс"? Я хочу это знать.
- Да все очень просто, - пожала плечами Арина. - Там Стоковский плывет, деятель
такой... Так вот, у него секретарем Лешка Воропаев работает - некогда мой близкий соратник
по постели, бойфренд, как теперь говорят... Надеюсь, вас это не шокирует?
- Меня ваша личная жизнь вообще не интересует, - буркнул Гуров.
- Жаль, - покачала головой Арина. - Похоже, у меня никаких шансов... А вот меня ваша
личная жизнь интересует до безумия. Вы женаты? Кто ваша жена? Есть у вас любовница?
- Стоп! Давайте лучше про вас, - хмуро сказал Гуров. - Что вы там говорили про
Воропаева?
- Что я знаю его как облупленного, - ответила Арина. - Он и сейчас бы не прочь - тем
более что в этом походе он без бабы и очень страдает, бедняга... Но я на его штучки ответила
резким отказом - мое сердце как-никак занято... - Она со вздохом подняла глаза на Гурова.
- Слушайте, вы можете хоть пять минут побыть серьезной? - сердито спросил он. - Еще
проситесь в разведку!
- Вы дождетесь, - мстительно откликнулась Арина. - Я скоро вообще передумаю вам
помогать. Вот тогда запляшете!
- Да вы просто настоящая шантажистка! - возмутился Гуров. - Черт тогда меня дернул
вступить с вами в разговор! Надо было сделать вид, что я вас не заметил.
- Воспитание подвело, - ядовито заключила Арина. - Ну, так вы будете слушать или мы
разбегаемся в разные стороны?
- Ладно, ваша взяла, - подумав, сказал Гуров. - Слушаю.
- Так вот, я уже несколько раз общалась со своей бывшей симпатией - там, за стеклянной
галереей. Даже обедала в ресторане. И в бассейне купалась. Ваш Горюнов, о котором вы
неотвязно думаете, мне ручку целовал... Удивлены?
- Признаться, да, - растерянно сказал Гуров. - Но когда же...
- Да все это время, - ответила Арина. - Вы постоянно прятались - не помирать же мне от
скуки! Конечно, в секреты меня и там не посвящали, но свободное время проводили в моем
обществе с удовольствием. Там же мужиков море, а с женским полом напряженка.
Гуров озадаченно почесал затылок.
- Все это, конечно, занимательно, - сказал он. - Собственно говоря, в разведку вы уже и
без меня сходили. Но ума не приложу, какая мне от этого польза. Разве что... Скажите, вы не
пробовали расспрашивать вашего... гм... друга, что за люди его окружают? Меня интересует
любая информация на эту тему.
- Люди? Люди не вам чета, - с напускной важностью произнесла Арина. - Элита! А вы
разве не в курсе? Что вы вообще затеваете, Гуров? Может, сначала вы мне все расскажете? По
вашим разговорам с другом можно понять, что вы чуть ли не наемный убийца. А вдруг это
правда?
- Не валяйте дурака! Если бы это была правда, вы бы отправились за борт без всяких
разговоров, - желчно ответил Гуров.
- Значит, вас внедрили сюда вместо наемного убийцы, - уверенно заключила Арина. - А
заказчик убийства, который плывет вместе с нами, пока еще об этом не знает. Но и вы о нем
ничего не знаете, хотя, похоже, вашего брата тут полон теплоход... Вот видите, все ваши тайны
у меня как на ладони - чего же вы боитесь?
- Да, кажется, уже ничего, - мрачно сказал Гуров. - Даже авантюристов и женщин... Нет,
пожалуй, все-таки боюсь. Боюсь, что попрут меня теперь по служебному несоответствию.
- Не попрут, - уверенно заявила Арина. - Если заключите со мной альянс, от которого так
опрометчиво отказались.
Гуров угрюмо посмотрел на нее.
- Это надо понимать так, что у нас обоих будут обязанности друг перед другом? -
спросил он. - И чего же вы лично намерены от меня потребовать?
- Ну, я не стану хамить, - легко сказала Арина. - Но информацией вы со мной поделитесь.
Не возмущайтесь! Выслушайте сначала. Я же вам объясняла, в каком стиле работаю. Я сделаю
репортаж о нашем путешествии, но никаких подлинных имен и координат не будет. Устраивает
вас это? Будет такой морской триллер, овеянный романтической дымкой... Никто ничего и не
поймет на самом деле.
- Мне нужно подумать, - сказал Гуров.
- Думайте на здоровье, - пожала плечами Арина, доставая из сумочки миниатюрную
аудиокассету. - Это вам - чтобы лучше думалось. А я, пожалуй, пойду - что-то расхотелось
мне с вами в ресторан. Вы, наверное, меня манной кашей угощать будете, а я ее с детства не
перевариваю... Кстати, если вам интересно, настоящая фамилия вашего Горюнова - Сапко. Он
возглавляет специальный комитет при президенте по экспортной политике. От него всякие
квоты зависят и все такое... Может, в этом все дело? - Арина махнула рукой. - В общем, пока!
На корабле встретимся!
И неожиданно для Гурова она с кошачьим проворством метнулась куда-то в сторону,
ловко затормозила кстати подвернувшееся такси, прыгнула в машину и была такова.
- Ну и чертовка! - потрясенно сказал Гуров и в сердцах сжал в кулаке кассету, словно
желая раздавить ее в пыль.
Когда Гуров возвратился на "Гермес", его ждал еще один сюрприз. Едва он поднялся по
трапу, как почти нос к носу столкнулся с двумя моряками в белых форменных рубашках и
таких же фуражках с "крабами". Стоя у борта и не глядя друг на друга, они о чем-то
разговаривали на повышенных тонах. Вернее, разговаривал один из них - судя по нашивкам,
старший по званию, - и, как показалось Гурову, этот монолог больше походил на разнос.
Увидев, что на них обращают внимание, моряки повели себя по-разному. Тот, который
отчитывал, сердито шмыгнул носом и, понизив голос, завершил свою речь словами:
- Короче, я тебя предупредил, Серегин!.. Если мне опять придется за тобой бегать...
- Не повторится, Андрей Петрович! - невнятно пробормотал второй, под взглядом Гурова
надвигая фуражку на самые глаза.
Но он мог бы этого и не делать - Гуров сразу узнал своего ночного гостя. Конечно, лица
он его не запомнил, но все остальное - фигуру, комплекцию, движения - не узнать было
невозможно. От неожиданности полковник остановился.
Первый моряк, больше не обращая внимания ни на Гурова, ни на св
...Закладка в соц.сетях
