Жанр: Детектив

Бросок кобры

сторінка №25

шь
несколько человек. Француз - Араб... Еврей... перебирал он. Этих людей в Москву
можно привезти только в наручниках.




Абба отлично выглядел и улыбался. Он почти всегда улыбался. Кобра так
привык, что уже не замечал этой улыбки.
Они встретились у дверей "Пекина", в ресторан не пошли, прогулялись по городу и
устроились в небольшом частном
ресторанчике с таким грозным швейцаром у стальных дверей, что казалось, он
охраняет как минимум отделение Госбанка.
За одним из четырех столиков сидела нежно воркующая молодая парочка.
Официантка появилась мгновенно,
глянула на гостей оценивающе, улыбнулась и пригласила к столу.
- Сестренка, принеси нам срочно по сто граммов водки, на улице мерзко,
- сказал Кобра, отодвигая для Аббы стул и
усаживаясь лицом к входной двери. Он уже забыл, когда носил оружие и в последний
раз дрался, но видеть входную дверь,
иметь за спиной лишь стену - осталось со старых времен.
- Ты, как всегда, в форме, - одобрительно произнес Абба, взял с
принесенного девушкой подноса стакан, выпил,
бросил в рот маслину. - Люблю Россию. Я прилетел сюда с представителем крупной
международной компании, которая
интересуется возможностями развития в России туризма.
- Возможностей у нас хватает, хуже с валютой. - Кобра взглянул в меню,
улыбнулся официантке. - Милочка,
накормите нас по-русски, но так, чтобы мы остались живы и могли двигаться.
Договорились?
- О'кей! - обрадованно воскликнула девица и исчезла за портьерой.
- Тобой интересуется очень сильный полицейский, - начал без предисловий
Абба. - Он знает, что ты в России,
осведомлен о твоей профессии и опыте, имеет паспортное фото пятнадцатилетней
давности, знает возраст, рост, пожалуй, и
все. Знаю, что у тебя здесь уже произошли мелкие неприятности и ты не хочешь
встречаться с нашим человеком.
- Я тебе уже говорил после Кипра, человек твой не годится.
- Это не мой человек, я плохих не держу, - сердито ответил Абба. - Но
тебе придется разок с ним встретиться. У
тебя имеется голова, опыт, дерзость, но нет материала, кажется, нет даже машины.
У тебя хотя бы надежная крыша?
- Я снял квартиру, сейчас в Москве это в порядке вещей, только имей
деньги. Я пил водку с участковым, даже
знаком с начальником отделения милиции. Я купил подержанные "Жигули", так что
твоя информация неверна, машина у
меня имеется.
Официантка начала накрывать, разговор пришлось вести об охоте и
благоустройстве заповедников.
- Мы имеем дела с политиками, - сказал Абба, когда женщина отошла. - У
них нет ничего, кроме амбиций и денег,
которые они наворовали. Но мы эти деньги взяли, обязаны отработать.
- Еще их пасут все спецслужбы, - заметил Кобра. - Мне нужен человек
профессиональный. Не может такого быть,
чтобы среди их многочисленных охранников такой человек отсутствовал.
- Есть такой человек, но ты, Вадим, парень опытный, знаешь: чем человек
профессиональнее, тем больше он не
любит знакомиться с новыми людьми.
- Все дело в деньгах. Чем выше принципы, тем выше цена, и только.
- Хорошо, допустим, я достану тебе материал самого современною
качества. Ты объект подготовил?
- Я могу устроиться туда на работу завтра.
- Ты должен успеть до десятого декабря.
- Значит, я успею до десятого, - ответил Кобра. - Но я должен иметь
самый высококачественный материал и все
данные на любопытного полицейского.
- Свяжись с Егором, кстати, это его настоящее имя, он знает все о
полицейском, имеет к нему великолепные
подходы.
Гуров не верил, что умные люди могут привлечь Егора Владимировича Яшина
к серьезному делу. Но он
присутствовал при инструктаже боевиков, скорее всего Яшина используют втемную,
он ничего не знает. Его летняя поездка
с девчонкой на Кипр никакого отношения к делу не имеет. Скорее всего так оно и
есть, но коли не знаешь, где золото,
лучше копать в мало-мальски подходящем месте, чем валяться на диване. Гуров
позвонил в контрразведку Кулагину:
- Здравия желаю, полковник Гуров из милиции. - Говорил он так на
случай, если линия прослушивается. - Павел
Юрьевич, извини, что беспокою по пустякам, не знаешь случаем, где в настоящее
время обитает Егор Яшин?

- Здравствуйте, Лев Иванович, - официальным тоном ответил Кулагин. -
Яшин у генерала Коржанова служил,
потом его вроде к нам перевели, куда точно, не знаю, звоните в кадры.
- Павел Юрьевич, ты меня знаешь, а кадровик на полковника ментовки
чихать хотел, по телефону никакой справки
не дают, надо писать бумагу.
- У меня с Яшиным работа не пересекается, помочь не могу.
- Черт с ним, найду, никуда не денется. Как жизнь вообще, какие в свете
новости? - Гуров и позвонил-то Кулагину
ради этого вопроса, желая подтолкнуть.
- Трудимся, господин полковник, а новости в газетах и по телевизору
передают.
- Ну, извини, желаю здравствовать. - Гуров положил трубку.
Он на самом деле не знал, в каком управлении служит Яшин, мог позвонить
ему на квартиру, но набрал номер
Вероники Николаевны Ждан. Сыщик знал, что они были любовниками и жили в одном
доме. Супруг перезрелой красавицы
служил энным помощником Президента, был приличным мужиком, а мадам убивала время
всеми доступными способами.
Уже миновал полдень, но Вероника ответила так, словно еще не
проснулась, что вполне могло соответствовать
действительности. Гуров поздоровался, представился, извинился.
- Лев Иванович, какими судьбами? Дело этого несчастного Скопа давно
закончилось. - Вероника говорила,
растягивая гласные.
- Для вас. Вероника Николаевна, но не для несчастного милиционера, -
ответил Гуров. - У меня к вам ерундовый
вопрос, к тому же я не могу отказать себе в удовольствии увидеться с
очаровательной женщиной.
- Лгун! Последний раз вы разговаривали со мной ужасным тоном. В
принципе вы мне симпатичны, но работаете в
такой безобразной организации...
- Вероника, разрешите заглянуть к вам на чашку кофе?
- Что с вами поделаешь, приезжайте.
- Лечу! - Гуров чуть было не сплюнул, положил трубку, достал из шкафа
парадный костюм, начал гладить брюки.
Сейчас эта жопастая стерва разыщет Яшина, сообщит о звонке милиционера.
Возможно, Егор о сообщении
любовницы тут же забудет, а возможно, и нет. Ведь почему-то он присутствовал при
беседе с боевиками, операция
закончилась провалом, естественно, Яшина тогда по головке не погладили.




Времени, чтобы одеться, у женщины было вполне достаточно, однако
Вероника встретила Гурова в халате, который
был туго перехвачен поясом, что подчеркивало ее полную грудь, которая тяжело
колыхалась под атласной тканью.
Гуров преподнес хозяйке пурпурную розу, поцеловал надушенную руку, ноги
он тщательно вытер еще в подъезде,
объясняя охраннику, к кому идет, хотя по ухмылке парня было ясно, что Вероника
на вахту звонила. Итак, туфли были
чистые, плащ сыщик повесил в прихожей, в гостиной он уже бывал ранее, тем не
менее выразил восхищение изящным
мягким гарнитуром и безукоризненной обстановкой.
- Присаживайтесь, Лев Иванович, рассказывайте, когда бандитизм в Москве
окончится? - Вероника налила в чашку
кофе, придвинула столик на колесиках.
- Коммунисты придут к власти, все разделят поровну, грабить будет
некого. - Гуров опустился в мягкое кресло. -
Вероника, где вы так потрясающе загорели? Уже ноябрь, а вы бронзовая. - Его
передернуло от собственных слов. - На
Кипре, со своим верным поклонником?
- На Кипр летают лишь тунгусы. Вы имеете в виду Егора? Я ему дала
отставку. Но мне случайно известно, он этим
летом вообще не отдыхал.
- А мне тоже случайно сообщили, что Егор Владимирович в августе загорал
на Кипре с очаровательной женщиной,
- сказал Гуров. - Очаровательная женщина - это, конечно, вы, Вероника. Но я
молчу, секреты женщины выше
государственных.
- В августе? - Вероника наморщила лоб. - Он в августе отлучался по
делам... Впрочем, какое мне дело?
Теперь ты вынешь из него душу, допытываясь, с кем Яшин был на Кипре,
довольно подумал Гуров, взял со стола
бутылку "Мартеля", капнул в рюмки.

- Не изображайте из себя европейца, налейте, коньяк отличный, а мы
столько не виделись. Что вас интересует на
этот раз?
Гуров мог придумать любую чушь по давнему делу, но изобразил смущение
и, слегка запнувшись, спросил:
- Честно?
- Не дурите мне голову, полковник! - Вероника сама наполнила рюмки. -
Менты не умеют говорить честно.
- Тогда молчу. Ваше здоровье, Вероника! - Он поднял рюмку. -
Действительно, вы потрясающе выглядите.
- Спасибо, хотя я вам не верю. - Вероника оправила халат, грудь у нее
была тяжеловата, но это, как известно, на
любителя.
- Кстати, а где сейчас работает ваш отставной поклонник? - спросил
Гуров. - Я слышал, он ушел от генерала
Коржанова.
- Так именно вы к этому руку приложили?
- Вероника, помилуйте, я лишь чиновник, - довольно искренне ответил
Гуров и еще минут тридцать морочил
голову хозяйке, сыпал комплименты, порой задавал вопросы о ее личной жизни и об
отношениях с Яшиным.
Сыщику было необходимо, чтобы в мозгу женщины прочно закрепился интерес
милиционера к ее любовнику.




Вечером между любовниками состоялся неприятный разговор. Он состоялся
позже, встреча, как обычно, началась с
постели. Муж возвращался с работы поздно, да и Ждан настолько привык к
постоянным визитам соседа, что не обращал на
его присутствие внимания, так что Вероника и Яшин чувствовали себя в квартире
спокойно.
Когда Вероника почувствовала, что мужчина достиг нужной кондиции, она
ласково спросила:
- Дорогой, почему ты ничего не рассказал мне о своей поездке на Кипр?
В одно мгновение Яшин превратился в импотента. Скрывая свое состояние,
он выскользнул из постели, быстро
оделся, грубо сказал:
- Я предупреждал, никогда не расспрашивай меня о работе.
Сообразив, что задала вопрос слишком рано. Вероника вспылила:
- Ты Джеймс Бонд? И тебе полагается длинноногая партнерша? Не изображай
из себя суперагента!
- Вероника, бывают разговоры вздорные, а случаются и опасные. - Яшин не
на шутку испугался, и женщина
мгновенно это почувствовала, поняла: Егор не гульнул и на Кипре действительно
работал.
- Не лезь в бутылку, дорогой. - Вероника тоже встала, надела халат. -
Не хочешь, не отвечай, давай выпьем.
- Слушай, тебе не семнадцать лет! - Взбешенный Яшин хотел влепить
любовнице пощечину, но женщина резко
отступила в сторону. - Кто тебе сказал о Кипре и что я был с девкой?
- Этот мент, что днем заходил.
- Какой мент? Полковник Гуров? Зачем он к тебе приходил, о чем
расспрашивал? - Яшин был не так глуп, как
порой выглядел. - Успокойся и вспомни, о чем конкретно спрашивал тебя Гуров?
- О чем? - Вероника растерялась, только сейчас сообразила, что гость
даже не упомянул о том злосчастном вечере и
об убийстве Скопа. - Так, болтали. Я не придала значения.
- Хорошо. - Яшин взял себя в руки, старался говорить спокойно. - К тебе
приезжает полковник милиции, сыщик,
вы болтаете, пьете кофе. Но от нечего делать Гуров к тебе приехать не мог. У
него была конкретная цель. О чем он тебя
спрашивал?
Вероника сообразила, что дело оборачивается серьезно, решила если не
говорить всю правду, то хотя бы не врать.
Как она ни напрягалась, вспоминая свою болтовню с незваным гостем, ничего
путного в голову не приходило.
- Я разговора о Скопе не боялась, но не хотелось ворошить грязную
историю с долларами. А Гуров об этом даже не
обмолвился. Знаешь, Егор, - она прикусила пухлую губу. - Пожалуй, он
интересовался только тобой.
Наташа Крош, которая летала с Яшиным на Кипр, брала у мужчин деньги, но
профессиональной проституткой
назвать ее было нельзя. Она работала в издательстве машинисткой, хорошо печатала
на компьютере, училась на заочном
отделении факультета журналистики МГУ, объяснялась на английском и испанском.

Наташа вообще была человеком
способным, особенно к иностранным языкам. Ну, любила гульнуть девчонка, выпить,
потанцевать, если встречался мужик
денежный, принимала подарки, брала и наличные. Однажды в баре познакомилась с
солидным иностранцем, который был
никакой не иностранец, а гэбэшник "наружки", и попала в поле зрения этой
могущественной организации.
К Наташе начали приглядываться, изучать, девчонка казалась
многообещающей. Интересная, сексапильная, легко
сходится с людьми, мужчинам нравится, говорит на двух языках. Наталью Крош уже
совсем было собрались вербовать,
вовремя выяснили: девица обладает серьезными недостатками. Она может выпить
лишнего, болтлива, да еще влюбчива,
вместо приманки может легко превратиться в добычу.
В общем, от вербовки Наташи гэбэшники отказались, решили поддерживать
связи, использовать на отдельных
заданиях. В службе безопасности к приходу Яшина отнеслись более чем прохладно. О
его участии в заговоре, естественно,
никто не знал, прислали генеральского прихвостня, таких и без Яшина хватало.
Серьезные люди его сторонились. Когда
неизвестно, по какому делу неизвестно кем было принято решение послать
новенького на Кипр, никто любопытства не
проявил. Данное качество в любые времена, как бы это учреждение ни называлось,
было под запретом. Каждый занят своим
делом, в чужие дела нос не сует.
Когда Яшин, изображая недовольство предстоящей поездкой, обмолвился,
что на курорте одинокий мужик будет
походить на памятник, стоящий на площади, то даже доброжелатели с полковником
согласились, но квалифицированную
партнершу ему не дали, покопались в картотеке и выудили на божий свет Наталью
Крош, которая при хороших внешних
данных еще и говорила на английском и испанском.
Наташе Кипр понравился, она лучше ничего и не видела, а вот мужика
девчонка невзлюбила сразу, сама по натуре
широкая, терпеть не могла скупых. А соотечественник, с которым они познакомились
у бассейна, произвел на девушку
отличное впечатление. Не очень высок, но ладно скроен, лицом простак, но
чувствуется, человек бывалый, он, как и Наташа,
был широк и бесшабашен.
Если бы Наташа знала... Но человеку знать свою судьбу не дано. Так
распорядился господь бог.




Можно верить, можно нет, но факт остается фактом, Лев Иванович Гуров
никогда в жизни не знакомился с
женщиной на улице. Он поставил свою машину неподалеку от дома, в котором жила
Наташа, и прогуливался у ларьков,
торгующих разноцветными бутылками, сигаретами и "Сникерсами", колбасами и
другими товарами, каких в России сроду
не видели. Телефон Натальи Крош уже три дня прослушивался, и сыщик знал, что
сегодня девушка, сказавшись больной, не
пошла на работу, сейчас, как она сказала подруге, собиралась прошвырнуться по
магазинам.
"Сейчас" - понятие растяжимое, а у женщин и вовсе неопределенное. Гуров
гулял уже минут сорок и изрядно
замерз. Мысли его были заняты лишь одним: как познакомиться с Наташей, какую
фразу сказать первой, как рассмешить,
сразу создать легкую, непринужденную атмосферу. Последнее время он находился не
в форме, сказывались нервное
напряжение, бессонница, постоянно плохое настроение. Сыщик был так удручен и
озабочен предстоящим знакомством, что,
припарковываясь, оглядел улицу небрежно, проследил лишь за машинами, идущими
следом, отметил, что ни одна не
остановилась, не свернула в ближайший двор или переулок. Гуров лишь мазнул
взглядом по стоявшей напротив "Волге",
не обратил внимания, что в машине сидят трое мужчин, чего в нормальном состоянии
никогда бы себе не позволил.
Уже сорок минут он гулял, а люди в "Волге" на улицу не выходили, а ведь
выпал свежий снег, светило солнце, если
кого ждешь, то естественно выбраться из прокуренной машины на свежий воздух,
пройтись, размяться. Гуров вел себя не
как опер-важняк, а словно сопливый стажер или хуже того, как обыкновенный
влюбленный. Кроме двери, из которой
должна выпорхнуть ненаглядная, ничего не видел.

Наташа была в модной каракулевой шубке, привезенной с Кипра. Девушке не
столько нужно было пройтись по
магазинам, сколько хотелось просто погулять, щегольнуть обновкой, шубку Наташа
надела впервые. Она успела сделать
всего несколько шагов, как поскользнулась и налетела на стоявшего к ней спиной
высокого мужчину.
Оказываться у нужного человека на пути Гуров умел в совершенстве. Он
мгновенно развернулся, крепко обнял
девушку, якобы удерживая ее на ногах, рассмеялся и сказал:
- Правильно, молодость и красота должны все сметать на своем пути!
- Простите, не заметила. - Наташа посмотрела в голубые смеющиеся глаза
высокого статного мужчины,
почувствовала силу его рук, запах дорогого одеколона и тоже улыбнулась.
- Д'Артаньян, ступив на парижскую мостовую, стал налетать на
королевских мушкетеров. - Гуров взял Наташу под
руку и говорил слова, которые ему в голову не приходили, пока он ожидал девушку.
- Неловкий юноша все время
извинялся, но никто его не простил.
Гуров взял из корзины махровую гвоздику, сунул продавщице заготовленную
купюру и продолжал:
- Неловкому юноше пришлось драться на дуэли.
- Но у меня нет шпаги, - включилась в игру Наташа.
Гуров посмотрел девушке в глаза и сказал:
- Вы владеете более опасным оружием.
Движение на улице было односторонним, стоявшая на другой стороне
"Волга" тронулась, проехала метров сто и
вновь припарковалась.
- Конечно, главное в вас - это красота, молодость, обаяние, потрясающие
духи, но шубка тоже великолепная.
- Правда? - Наташа поднесла гвоздику к лицу. - Вам нравится?
- Мне не устоять бы на ногах, даже если бы на вас была телогрейка, но
шубка действительно высший класс. - Гуров
остановился у своего "Пежо", отключил охрану, распахнул дверцу и посадил
обомлевшую девушку в машину, сел за руль. -
На улице, Наташа, все на вас смотрят, а я мужчина ревнивый.
- Откуда вы знаете мое имя? - Настроение у Наташи сразу испортилось,
она подумала, что интересный мужик,
конечно, гэбэшник; итак, все снова-здорово.
Гуров почувствовал перемену в настроении девушки, почти точно определил
причину, ведь на Кипре Наташа была
с Яшиным, видно, служба ее достает.
- Сто против копейки, что вы заблуждаетесь на мой счет.
- Откуда вы знаете, о чем я подумала?
- Наташа, не думайте черт-те о чем, поехали кататься. - Гуров взглянул
в зеркало заднего вида и не обратил
внимания на "Жигули", пропустившие его вперед.
"Пежо" шел в общем потоке и находился в "коробочке", впереди ехала
"Волга", позади "Жигули".
- Хотя какое катание в нашем столичном городе? - продолжал рассуждать
Гуров. - Поехали обедать, самое время.
- А вам сколько рубликов выделяют на обед? - спросила Наташа, и Гуров
убедился, что его предположение верно.
- Мне начальство выделяет только выговоры, - ответил Гуров весело, -
потому я постоянно без денег. Осмелюсь
пригласить вас в гости, Наташа. - Голос его стал серьезен. - Уверен, что я не
похож на человека, который заманивает к себе
наивных девушек и ведет себя непотребно.
- А я не похожа на наивную девушку. - Наташа вздохнула и подумала, что
повезут ее, конечно, на конспиративную
квартиру. Иномарка, французский одеколон, гвоздика, голубые ясные глаза, а суть
все та же, дерьмо. Она глянула на
чеканный профиль мужчины, он смотрел на дорогу, но отреагировал мгновенно:
- Ошибаетесь, Наташа, очень даже ошибаетесь. Я значительно лучше, чем
вы думаете. Забыл представиться, меня
зовут Лев Иванович.
- А звание?
- Полковник. - Гуров решил идти напролом.
- Значит, я двинула на повышение, - Наташа театрально захлопала.
- Почему? Егор Яшин тоже полковник. - Гуров вдруг подумал: можно
попытаться сделать сальто и оказаться снова
на ногах. - Август. Кипр. Гостиница "Эрмитаж". Вы приехали, я уезжал, мы
столкнулись в холле. Терпеть Яшина не могу,
потому не подошел, а он меня не заметил. Я взглянул на вас, понял, что бога нет,
иначе он бы не допустил, чтобы с
подонками красавицы отдыхали, а приличные мужики скучали в одиночестве.

- А что вам Егор сделал? - Наташа смотрела с надеждой.
- Он мне ничего сделать не может и не виноват ни в чем, подонком
родился. Вот мы и приехали. - Гуров остановил
"Пежо", выскочил, помог выйти Наташе, глянул безразлично на припарковавшуюся
метрах в пятидесяти "Волгу" и не узнал
машину, стоявшую прямо напротив него всего тридцать минут назад.
Полковник Гуров был определенно болен.
Наташе понадобилось меньше десяти минут пробыть у Гурова, чтобы
убедиться, что квартира не конспиративная, а
хозяин классный мужик, только чем-то шибко озабоченный. Они вместе готовили обед
и на полном серьезе решали, где
накрыть стол. На кухне, так сказать, по-простому, или в гостиной, празднично?
Так как в процессе готовки они выпили по
две рюмки водки, то вопрос, где закусывать, отпал сам собой. Они поели стоя, а
кофе отправились пить в гостиную. Гуров
достал бутылку виски, оставшуюся после визита гене-рала Коржанова.
Курили, пили кофе, вспоминали Кипр, на котором Гуров никогда не был,
но, готовясь к разговору, изучил
рекламные проспекты и переговорил со знакомым, недавно посетившим обитель богов.
Хозяин Наташе очень нравился, а
то, как он отзывался о липком и скупом Егоре, приводило девушку в восторг. Она
слегка опьянела, рассказала, как покупали
шубу, какое при этом было лицо у Егора, как он отмусоливал "зеленые".
Гуров не задал ни одного вопроса, услышал о земляке, с которым Наташа
познакомилась у бассейна, получил очень
точное описание щедрого мужика лет сорока, роста хорошего, с ладной фигурой,
шатенистого, с короткой стрижкой,
употреблявшего блатные словечки.
- Мужик битый и стоящий, нутром твердый, - закончила свое описание
Кобры девушка. - Вы, конечно, совсем
другой, культурный, но у вас есть и общее. - Она задумалась. - Только не
обижайтесь, Лев Иванович. Обычно мужики
изображают волкодавов, а по сути беспомощные дворняжки, визгу много, а силы и
клыков нет. А вы весь из себя
французский, а нутро железное, вам человека пришибить... - Наташа запнулась и
покраснела. - Извините, выпила, несу
невесть что, извините. Но у женщины чутье.
- Глупости, чувствуй себя свободно, я не обидчивый. - Гуров, конечно,
не обиделся, но такая оценка была ему
неприятна. Значит, совсем изнутри коростой покрылся, если девчонка после часа
знакомства подобное говорит. - Давайте
еще по граммулечке, - сказал он.
- А то! - Наташа опорожнила бутылку, получилось граммов по тридцать, не
более.
Они пригубили, Гуров не удержался и спросил:
- А у этого мужика, что нутром на меня похож, случайно в разговоре
акцент не чувствуется?
- Русский он, от и до!
- Я так и думал, что акцент лишь кино, - пробормотал Гуров, глядя на
девушку, удивляясь, что она до сегодняшнего
дня жива, и решая, что же теперь с ней делать.
Наташа, конечно, не агент, ее использовали в качестве антуража, для
прикрытия. Она ни о чем не подозревает, но
видела Кобру, знает в лицо, более чем достаточно, чтобы умереть. Яшин скрыл от
начальства, что девчонка присутствовала
при встрече, а Кобра принял Наташу за сотрудника спецслужбы. Возможно,
планировали использовать ее квартиру,
принять Кобру, выдать за ухажера. Но ему не понравился Яшин, террорист начал
искать Лёнчика, познакомился с
Валентиной, произошла идиотская история с париком. Как ни крути, а Господин
Случай существует, всего не учтешь. Но он
не отказался от акции, он готовится. Как его разыскать? Взрывчатка. Он не вышел
на Яшина, ему негде взять взрывчатку. И
что делать с девушкой? Рано или поздно они вытряхнут из Яшина причину, по
которой Кобра не выходит на связь, и
выяснят, что девушка знакома с Коброй. Она не прямой свидетель, однако свидетель
опасный...
- У вас нехорошее лицо. Лев Иванович, - сказала Наташа.
- Таким родился. - Гуров инстинктивным жестом провел ладонью по лицу.
- Нет, вы родились интеллигентным и обаятельным. О чем вы думаете? Я
чувствую, что-то случилось. Вы бы
поделились, легче станет...
Наташу прервал звонок в дверь, звонок был условный, Гуров отодвинул
засов и впустил Станислава Крячко.
- Здравствуйте. - Станислав поклонился Наташе, взял со стола пустую
бутылку из-под виски, посмотрел на свет. -
Прикончили? Ясное дело, как девушку разыскивать, так Станислав, как ухаживать за
ней, так начальство. Вынужден
прервать вашу беседу, господина полковника вызывает начальство, а Наташу мы
похищаем.

- Как это? Я никуда не поеду! Лев Иванович, объясните...
- Позже, Наташа. - Гуров взглянул на стол, хотел было убрать посуду,
лишь махнул рукой, вышел в прихожую,
подал девушке шубку. - Вы поедете с этим человеком, так надо.
Рядом с "Пежо" Гурова стоял "Мерседес" Крячко, а чуть дальше "Жигули",
у которых прогуливался широкоплечий
парень лет двадцати пяти. Крячко взял растерявшуюся Наташу под руку, отстранил
Гурова, подвел девушку к парню,
сказал:
- Знакомьтесь. Леонид. Наташа.
Парень поклонился, девушка руки не подала, вызывающе сказала:
- Может, вы мне объясните, что происходит?
- Объясним. Наташенька, пока садитесь в машину. - Крячко открыл дверцу
"Жигулей", чуть не силой усадил
девушку. - Леня, отвезешь ее домой, пусть возьмет все необходимое. Держи ушки на
макушке, сам видел, люди серьезные.
Двигай.
Гуров стоял у своей машины, ковырял носком ботинка снег, мысли
мельтешили, путались, но рядом находился
Станислав, и было спокойно. Крячко смотрел на друга задумчиво и впервые в жизни
- жалостливо.
- Поехали. Петр ждет, - сказал Станислав, и в его взгляде появилась
надежда.
Гуров достал из кармана ключи, отключил в "Пежо" сигнализацию, отпер
дверцу, собрался сесть за руль,
повернулся к другу:
- Чего стоишь, садись в свой драндулет, смотришь на меня, словно
впервые увидел.
- Хорошо, что в первый, а не в последний. - Крячко взял у Гурова ключи
от машины. - Открой капот, Лева из
Могилева.
- Что? - Гуров еще больше расправил плечи и выше задрал подбородок. -
Ты, случаем, не заболел? Меня так даже в
школе не смели называть!
- Так в школе в тебя из рогатки стреляли, могли в глаз дать, -
усмехнулся Крячко.
- Что ты про капот говорил? - Гуров болезненно поморщился, затем
нахмурился, поднял капот, взглянул
внимательно, увидел прилепленную взрывчатку.
"Пежо" загнали в переулок, поставили напротив посольства, сели в
"Мерседес" и поехали

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.