Жанр: Детектив
Почему не Эванс?
... огрел меня по загривку. Это здорово
встряхнуло мои ленивые мозги. Я полон сил и блестящих идей и рвусь в бой.
- Ну, и чего же ты ждешь? - вяло отозвалась Франки.
- Не жду, а действую. Между прочим, побывал у инспектора Хэммонда.
Побеседовали с ним полчасика. Пусть пока думает, что это розыгрыш.
- Ох, ну что ты, Бобби...
- Я же сказал "пока". Мы должны докопаться до сути, Франки. Мы на верном
пути, и надо двигаться дальше. Нам ведь не нужно, чтобы Роджера
Бассингтон-Ффренча обвинили всего лишь в похищении. Нам нужно, чтобы ему
предъявили обвинение в убийстве.
- И мы этого добьемся, - сказала Франки, сразу воспрянув духом.
- Вот так-то лучше, - добродушно проворчал Бобби. - Выпей еще чаю.
- А как Мойра?
- Пришла в себя, но нервы у нее совсем никуда. По-моему, она отчаянно
испугана. Она поехала в Лондон, в лечебницу на Куинс Гейт . Говорит, там ей будет спокойнее.
Здесь ей было слишком страшно.
- Она никогда не отличалась особым мужеством, - сказала Франки.
- Ну, положим, любой на ее месте был бы испуган, зная, что где-то
поблизости разгуливает на свободе убийца, да еще такой затейник, как
Бассингтон-Ффренч.
- Ее он убивать не собирается. Ему нужны мы.
- Сейчас ему не до нас, он, вероятно, слишком занят собственной персоной,
- сказал Бобби. - А нам тем временем непременно надо докопаться до сути.
Началось все, наверное, со смерти Сэвиджа и с его завещания. Что-то здесь не
так. Либо завещание подделано, либо Сэвиджа убили, в общем - что-нибудь в
этом роде.
- Если к этому причастен Бассингтон-Ффренч, вполне вероятно, что
завещание подделано, - задумчиво сказала Франки. - Похоже, он по этой части
мастак.
- Скорее всего тут и подлог и убийство. Надо разобраться.
Франки кивнула.
- Когда я читала завещание, то делала для себя кое-какие заметки.
Свидетелями были Роуз Чадли, кухарка, и Альберт Миир, садовник. Их легко
найти. А составили его поверенные из "Элфорд и Ли" - по словам мистера
Спрэгга, фирмы весьма почтенной.
- Прекрасно, отсюда и начнем. Ты займись поверенными. Ты из них вытянешь
больше, чем я. А я поохочусь за Роуз Чадли и Альбертом Мииром.
- А как же Бэджер?
- Бэджер никогда не встает раньше двенадцати, так что можешь о нем не
беспокоиться.
- Надо помочь ему навести порядок в его делах, - сказала Франки, - Он
ведь как-никак спас мне жизнь.
- Только они мигом опять запутаются, - сказал Бобби. - Ох, кстати, что
скажешь об этом?
Он протянул ей какую-то грязную картонку. Но оказалось, что это
фотография.
- Мистер Кэймен, - тотчас узнала Франки. - Откуда она у тебя?
- Нашел вчера вечером - валялась за телефоном.
- Ну теперь мне совершенно ясно, кто такие мистер и миссис Темплтон.
Погоди-ка.
К ним как раз подошла официантка, принесла тост. Франки выложила
фотографию на столик.
- Вы знаете, кто это? - спросила она. Чуть склонив голову набок,
официантка глянула на фотографию.
- Этого джентльмена я точно видела, да только не вспомню, кто такой. А-а!
Сдается мне, это владелец Тюдоровского коттеджа, мистер Темплтон. Сейчас их
нету, кажется, уехали куда-то за границу.
- Что он за человек? - спросила Франки.
- По правде сказать, не знаю. Они нечасто сюда хаживали. Иной раз в
субботу, под вечер. Их мало кто видел. Миссис Темплтон очень приятная леди.
Но они владели Тюдоровским коттеджем недолго, с полгода, а потом умер один
очень богатый джентльмен и оставил миссис Темплтон все свои деньги, они и
уехали жить за границу. А только коттедж они не продали. По-моему, на
выходные они его сдают. Но при таких-то деньгах сами, наверно, никогда в нем
жить не станут.
- У них кухарка была, Роуз Чадли, верно? - спросила Франки.
Но, похоже, кухарки девушку не интересовали. Вот то, что богатый
джентльмен оставил в наследство кучу денег, это конечно же будоражило
воображение... Нет, про кухарку она не знает, ответила она и ушла, унося
пустой поднос.
- Все очень просто, - сказала Франки, - Кэймены решили сюда не
возвращаться, но держат коттедж для своей шайки.
Бобби предложил распределить, что кому делать дальше - так и
договорились. Франки сделала кое-какие покупки, привела себя в порядок и
укатила на своем "бентли", а Бобби отправился на розыски садовника Альберта
Миира.
Встретились они в полдень.
- Ну? - спросил Бобби. Франки покачала головой.
- О подделке не может быть и речи. - Она была явно огорчена. - Я
разговаривала с мистером Элфордом, очень приятный джентльмен. Он уже кое-что
прослышал о наших делах прошлой ночью и жаждал узнать подробности. Здешняя
жизнь небогата событиями. В общем, я постаралась говорить убедительно, и
скоро он уже смотрел на все происшедшее моими глазами. Потом я завела речь о
Сэвидже - сказала, будто встретила каких-то его родственников, и они мне
намекнули, что завещание поддельное. Тут мой старичок взбеленился - об этом
не может быть и речи! Завещание не было прислано по почте, ничего похожего.
Он встретился с самим мистером Сэвиджем, и тот настоял, чтобы он составил
завещание немедленно. Мистер Элфорд хотел уехать и сделать все по правилам -
ну знаешь, у этих поверенных заведено: писанина, писанина, и все неизвестно
о чем...
- Нет, не знаю, - сказал Бобби. - Мне не приходилось писать завещание.
- А мне приходилось, дважды. Второй раз сегодня утром. Мне нужен был
предлог для встречи со своим поверенным.
- И кому же ты все оставила?
- Тебе.
- Не очень-то благородно с твоей стороны... Если Роджеру
Бассингтон-Ффренчу все-таки удастся с тобой разделаться, то повесят за это
скорее всего меня!
- Да, мне это в голову не приходило, - улыбнулась Франки. - Ну, короче
говоря, мистер Сэвидж так нервничал, так был взвинчен, что мистер Элфорд
тотчас составил завещание. Служанку и садовника пригласили в качестве
свидетелей. А мистер Элфорд забрал его на хранение.
- Да, похоже, подделкой тут не пахнет, - согласился Бобби.
- Конечно. Какая уж тут подделка, если человек при тебе ставит свою
подпись. Что же до убийства, теперь об этом будет трудно что-нибудь узнать.
Доктор, которого тогда пригласили, уже успел умереть. Тот, которого мы
видели вчера, здесь совсем недавно, всего месяца два.
- Что-то многовато у нас покойников, - сказал Бобби.
- Как, а кто еще умер?
- Альберт Миир.
- По-твоему, их всех убрали?
- Ну, это уж было бы слишком. Все-таки этому бедняге Альберту Мииру было
уже семьдесят два.
- Ну, хорошо, - сказала Франки. - Будем считать, что он умер своей
смертью. А что у тебя с Роуз Чадли?
- Она, слава Богу, жива. После того, как она рассталась с Темплтонами,
она нашла себе место на севере Англии, но потом вернулась и вышла замуж за
человека, с которым "гуляла", как принято у них говорить, семнадцать лет. К
сожалению, она с придурью. И, похоже, ни о ком ничего не помнит. Может, ты
попытаешься выудить у нее что-нибудь еще?
- Попробую, - сказала Франки. - Я с такими умею общаться. Кстати, а где
Бэджер?
- Боже милостивый! - воскликнул Бобби. - Совсем про него забыл.
Он встал, вышел из комнаты и через несколько минут вернулся.
- Он до сих пор спал, - объяснил Бобби. - Теперь встает. Горничная звала
его, кажется, раза четыре, но все напрасно.
- Что ж, пойдем повидаем твою чокнутую, - сказала Франки, вставая. - А
заодно куплю зубную щетку, ночную рубашку, губку и прочее - хочется снова
почувствовать себя человеком. Ночью мне было не до того. Я сразу сдернула с
себя платье и рухнула на постель - до того была измучена.
- Понятно, - сказал Бобби. - Я тоже.
- Ну так веди меня к ней, к этой Роуз Чадли. Роуз Чадли, ныне именуемая
миссис Прэт, жила в маленьком коттедже, переполненном мебелью и фарфоровыми
собачками. У нее было угрюмое туповатое лицо и рыбьи глаза да еще и гнусавый
голос.
- Вот видите, я опять к вам, - игриво сказал Бобби. Миссис Прэт в ответ
лишь громко сопела и тупо переводила взгляд с одного на другого.
- О, вы ведь знали миссис Темплтон? - с жаром начала Франки.
- Да, мэм...
- Она ведь теперь живет за границей, - продолжала Франки, делая вид, что
она близкая знакомая Темплтонов.
- Да, говорят, - подтвердила миссис Прэт.
- Вы у нее служили, верно?
- Чего-чего, мэм?
- Я говорю, вы служили у миссис Темплтон, - медленно и очень четко
повторила Франки.
- Да как сказать, мэм. И всего-то два месяца.
- А-а, я думала куда дольше.
- Это Глэдис, мэм. Горничная. Она у них с полгода служила.
- Значит, обе вы там служили?
- Ну да. Она горничная была, а я кухарка.
- А когда мистер Сэвидж умер, вы еще служили?
- Не пойму, мэм. Это вы про что, мэм?
- Это при вас мистер Сэвидж умер?
- Мистер Темплтон не помер... Нет, ничего такого я не слыхала. Просто
уехал за границу.
- Мы говорим не о мистере Темплтоне, а о мистере Сэвидже, - не выдержал
Бобби.
Миссис Прэт глянула на него непонимающим взглядом.
- Тот самый джентльмен, который оставил миссис Темплтон кучу денег, -
сказала Франки.
На лице миссис Прэт мелькнул наконец проблеск понимания.
- А и впрямь, мэм, джентльмен, про кого дознание было.
- Вот-вот, - подхватила Франки, обрадованная своим успехом. - Он ведь
часто к ним наезжал?
- Не могу сказать, мэм. Я тогда только поступила. Должно, Глэдис знает.
- Но ведь вам пришлось засвидетельствовать его завещание, верно?
Миссис Прэт тупо на нее поглядела.
- Вас позвали, и он при вас подписал какую-то бумагу, и вам самой тоже
пришлось ее подписать.
- Опять проблеск понимания в глазах.
- И впрямь, мэм. И меня, и Альберта позвали. Я ничего такого никогда не
делала, и не понравилось мне это. Я тогда и Глэдис сказала: не по мне это -
какую-то бумагу подписывать, верное слово, не по мне. А Глэдис успокоила:
мол, тебе бояться нечего, потому как там мистер Элфорд, а он очень даже
приличный джентльмен, потому как поверенный.
- Так что же все-таки произошло? - спросил Бобби.
- Это вы о чем, сэр?
- Кто вас позвал поставить свою подпись? - уточнила Франки.
- Хозяйка, мэм. Она пришла на кухню и велела мне сходить за Альбертом, и
чтоб мы с ним пришли в ту, самую лучшую спальню - сама-то она перед тем, как
тому джентльмену приехать, стала в другой спальне спать. Приходим мы, а он в
кровати сидит и, ясное дело, хворый. Это я сразу поняла, хоть раньше его не
видела. Такой, что краше в гроб кладут. Мистер Элфорд там тоже был и говорил
так хорошо, сказал, мол, нечего бояться, а просто надо подписать, где
джентльмен подписался, я, как было велено, все сделала и еще приписала:
"кухарка" и свой адрес, и Альберт, он то же самое сделал. Ну, я сразу потом
к Глэдис - а сама вся дрожу - значит, ей говорю: это что ж такое, тот
джентльмен в спальне того и гляди помрет. А Глэдис мне: вчера вечером он в
полном порядке был, видать, в Лондоне что приключилось, вот он и
расстроился. Он когда в Лондон поехал, еще спали все: тогда я ей и сказала,
что не люблю я никакие бумаги подписывать, а Глэдис говорит, нечего, мол,
беспокоиться, потому как там мистер Элфорд был.
- А тот джентльмен.., мистер Сэвидж.., он когда умер?
- Да сразу на следующее утро. С вечера он у себя в комнате заперся и
никому не велел к нему входить, а утром Глэдис вошла и видит - он уж весь
закоченел, и тут же письмо.., лежало, а на нем написано: коронеру. Ох, у
Глэдис прямо поджилки затряслись. Потом дознание было, и все такое. А через
два месяца миссис Темплтон сказала мне, что теперь за границей жить будет.
Но она определила меня на очень хорошее место на севере Англии, с большим
жалованьем.., и подарок хороший подарила, так-то. Уж такая добрая леди -
миссис Темплтон.
Теперь миссис Прэт, можно сказать, блистала, упиваясь собственным
красноречием.
Франки встала.
- Что ж, мы очень вам благодарны. - Она вытащила из портмоне банкноту. -
Позвольте оставить вам, э-э.., э-э.., небольшой подарок. Я отняла у вас
столько времени.
- Спасибочки, мэм, от всего сердца. Всего вам хорошего, и вашему
джентльмену тоже.
Франки покраснела и поспешно ретировалась. Бобби последовал за ней через
несколько минут. Вид у него был озабоченный.
- Похоже, - сказал он, - мы выудили из нее все, что она знает.
- Да, - сказала Франки, - И все сходится. Можно не сомневаться, мистер
Сэвидж действительно сделал завещание, и похоже, что он и в самом деле
перепугался, что у него рак... Доктора с Харли-стрит не так-то легко
подкупить. Ну а они, я думаю, просто поспешили воспользоваться ситуацией и
решили поскорее разделаться с ним, покуда он не передумал и не составил
нового завещания. Но вот как можно это доказать, я просто не представляю.
- Ну конечно. Мы можем только подозревать, что миссис Темплтон кое-чего
дала ему выпить - чтобы он немного поспал.., но как это докажешь?
Бассингтон-Ффренч, возможно, подделал то письмо к коронеру, но опять же, как
это докажешь? Письмо, скорее всего, уничтожили - сразу после того, как оно
сыграло свою роль на дознании.
- Итак, мы опять вернулись к тому же: Бассингтон-Ффренч и его коллеги
очень боятся, как бы мы чего-то не узнали... Только вот чего?
- А тебя не смущает вся эта история с завещанием? Этот срочный вызов
свидетелей?
- Да нет, пожалуй... Разве только одно. Почему миссис Темплтон послала за
садовником, ведь в доме была горничная, которая тоже вполне могла поставить
свою подпись. Почему же позвали не горничную?
- Поразительно, что ты именно сейчас об этом заговорила. - Голос Бобби
звучал как-то странно.
- Почему? - спросила Франки, с любопытством на него посмотрев.
- Я задержался, чтобы спросить у миссис Прэт фамилию и адрес Глэдис.
- Ну?
- Фамилия горничной Эванс!
Глава 32
Эванс
Франки ахнула. . - Понимаешь, ты задала тот же вопрос, что и Карстейрс.
"Почему же не позвали горничную", то есть "Почему же не Эванс?" -
взволнованно сказал Бобби.
- Ох, Бобби, наконец-то мы хоть что-то нащупали.
- Должно быть, Карстейрсу это тоже пришло в голову. Он пытался что-нибудь
разузнать, так же, как мы с тобой, пытался найти что-то подозрительное. И
это обстоятельство его смутило точно так же, как и нас. Думаю, что в Уэльс
он поехал по той же причине. Глэдис - имя валлийское... А значит, велика
вероятность, что родом она из Уэльса. Он проследил ее путь до Марчболта. Но
кто-то проследил и его путь... В результате он с ней так и не встретился.
- Почему же не Эванс? - спросила Франки. - Какая-то для этого должна быть
причина. Вроде бы пустяк, а получается, что совсем не пустяк. В доме две
служанки, почему же она послала за садовником?
- Возможно, потому, что Чадли и Альберт Миир туго соображают, а Эванс из
тех, кого не проведешь.
- Нет, дело не только в этом. Там ведь был мистер Элфорд, а он человек
проницательный. Ох, Бобби, я чувствую, ключ к разгадке здесь. Только бы нам
добраться до причины. Эванс. Почему Чадли и Миир, а не Эванс?
Она вдруг замолчала и прикрыла глаза ладонями, чтобы лучше
сосредоточиться.
- Сейчас, сейчас, - пробормотала она. - Что-то такое крутится в голове...
Дай мне немного подумать.
Думала она довольно долго, потом опустила руки и посмотрела на Бобби:
глаза ее как-то особенно блестели.
- Бобби, если ты гостишь в доме, где две служанки, какой из них ты обычно
даешь на чай?
- Естественно, горничной, - удивленно ответил Бобби. - Не кухарке же. Ее
никогда и не видишь.
- Ну да, и она тебя тоже никогда не видит. Разве что мельком, если ты
приехал к кому-то надолго. А горничная прислуживает тебе за обедом и
приносит в комнату кофе.
- К чему ты клонишь, Франки?
- Позвать в свидетели Эванс они не могли, Эванс поняла бы, что тот, кто
делал завещание, вовсе не мистер Сэвидж.
- Господи, Франки, что ты хочешь этим сказать? Кто же это тогда был?
- Бассингтон-Ффренч, вот кто! Ты разве не понимаешь, он изобразил из себя
Сэвиджа. Держу пари, именно Бассингтон-Ффренч отправился к доктору, потом
стал изображать, что он не сомневается, что у него рак. Послали за
поверенным - тот, естественно, не знал мистера Сэвиджа, но потом конечно же
с чистой совестью мог поклясться, что мистер Сэвидж при нем подписал
завещание в присутствии двух свидетелей, вернее, свидетельницы и свидетеля.
Но кухарка никогда прежде мистера Сэвиджа не видела, а садовник - старик
скорее всего подслеповатый и, надо думать, тоже никогда прежде мистера
Сэвиджа не видел... Теперь понимаешь?
- А куда же подевался настоящий мистер Сэвидж?
- Он, как и положено, приехал, а потом они, должно быть, подмешали ему в
еду какой-нибудь наркотик, затащили в мансарду и продержали там часов
двенадцать, пока Бассингтон-Ффренч разыгрывал этот спектакль. Потом его
положили в постель и щедро попотчевали хлоралом, а наутро Эванс нашла его
мертвым.
- Господи, Франки, ты попала в самую точку! Но сумеем ли мы это
доказать?
- Сумеем, не сумеем... Кто его знает. А что, если показать Роуз Чадли..,
то есть Прэт фотографию настоящего Сэвиджа? Способна она сообразить, что
завещание подписал другой джентльмен, и подтвердить это?
- Сомнительно, - сказал Бобби. - Уж очень она тупа.
- Я думаю, потому ее и выбрали. Но тут есть и другой выход - найти
эксперта, который установит, что подпись Сэвиджа поддельная.
- Но ведь тогда этого не сделали.
- Потому что никто этого не требовал. Не было причин усомниться в
подписи. Теперь все по-другому.
- Нам необходимо одно, - сказал Бобби. - Найти Эванс. Она много чего
сможет нам рассказать. Как-никак она прослужила у Темплтонов с полгода.
- Значит, ее наверняка постарались отправить в какую-нибудь глухомань, -
с тяжким вздохом сказала Франки. - Поди теперь найди ее.
- А если справиться на почте? - предложил Бобби.
Они как "раз проходили мимо почты, которая по виду скорее напоминала
магазин.
Франки тотчас нырнула в дверь. Там не было никого, 1 кроме начальницы -
молодой особы, явно любившей во все сунуть свой остренький носик.
Франки купила блок марок за два шиллинга, сказала пару фраз о погоде и
вроде бы случайно продолжила:
- Как у вас тут хорошо, не то что в наших краях. Я в Уэльсе живу, в
Марчболте. Вы не представляете, как нас замучили дожди.
Молодая особа тут же заметила, что и у них тут дождей хватает, в
последние праздники лило как из ведра.
- Кстати, у нас в Марчболте есть одна женщина из здешних мест. Вы,
наверно, ее знаете. Ее фамилия Эванс, Глэдис Эванс, - сказала Франки.
Молодая особа явно ни о чем не подозревала.
- Ну еще бы не знать, - сказала она. - Она тут была в услужении. В
Тюдоровском коттедже. Но вообще-то она не здешняя. Она из Уэльса, туда и
воротилась. И замуж вышла... Теперь ее фамилия Робертс.
- Верно, - сказала Франки. - А адреса ее у вас, наверно, нет? Я брала у
нее дождевик, да забыла вернуть. Знай я ее адрес, я бы его отослала по
почте.
- Постойте, постойте, вроде бы у меня есть ее адрес, - ответила молодая
особа. - Она Нет-нет да и пошлет мне открыточку. Они с мужем в услужении в
одном доме. Сейчас погляжу.
Она встала, порылась в углу и скоро вернулась с листком бумаги.
- Вот, пожалуйста, - сказала она, протягивая листок франки.
Бобби и Франки прочли то, что там было написано...
Уж этого они никак не ожидали:
"Миссис Робертс
Дом викария,
Марчболт,
Уэльс".
Сенсация в кафе "Ориент"
Как им удалось сдержаться, Бобби и Франки и сами потом диву давались.
И только выйдя на улицу, они наконец переглянулись и - разом
расхохотались.
- В доме викария... А мы-то все это время!.. - едва не рыдал от смеха
Бобби.
- А я.., я просмотрела в справочнике четыреста восемьдесят Эвансов, -
жалобно простонала Франки.
- Теперь понятно, почему Бассингтон-Ффренча так развеселило, что мы
понятия не имеем, кто такой Эванс, вернее, как выяснилось, такая.
- Вот тебе и еще одна, с их точки зрения, опасность: ты и Эванс, в
сущности, жили под одной крышей.
- Поехали, Франки. Теперь в Марчболт.
- С чего начали, тем и кончим, - сказала Франки. - Назад в родные пенаты.
- Черт возьми! - сказал Бобби. - Первым делом надо выручить Бэджера, у
тебя деньги есть?
Франки открыла сумочку, вытащила пачку банкнот.
- Отдай ему и скажи, чтобы он как-то договорился с кредиторами. Скажи,
что мой отец купит гараж и поставит его управляющим.
- Хорошо. Самое главное - скорее в путь.
- Почему такая немыслимая спешка?
- Сам не знаю... Но чувствую, что-то может случиться.
- Ужас. Тогда давай скорей.
- Я переговорю с Бэджером. А ты заводи автомобиль.
- Так я и не купила зубную щетку, - посетовала Франки.
Пять минут спустя они уже стремительно удалялись от Чипинг-Сомертона.
Бобби никак не мог упрекнуть "бентли" - скорость была приличная.
Но Франки вдруг сказала:
- Послушай, Бобби, нам надо быстрей. Бобби глянул на стрелку спидометра -
она показывала "80", и сухо заметил:
- Не знаю, что можно еще предпринять.
- Взять самолет. Мы всего милях в семи от Мидшортского аэродрома.
- Ну, знаешь... - только и вымолвил Бобби.
- Зато через несколько часов мы будем дома.
- Хорошо, - сказал Бобби. - Самолет так самолет. Как все странно.., будто
во сне. Почему надо так спешить в Марчболт? Бобби не понимал и подозревал,
что и Франки не понимает. Какая-то подспудная тревога овладела ими обоими.
В Мидшорте Франки попросила позвать мистера Дональда Кинга, и перед ними
предстал неряшливо одетый молодой человек, который, увидев ее, вяло
удивился.
- Привет, Франки, - сказал он. - Сто лет вас не видел. Что угодно?
- Мне нужен самолет. Это ведь, кажется, по вашей части?
- О да. А куда лететь?
- Мне нужно скорее попасть домой. Дональд Кинг поднял брови.
- И только?
- Ну не совсем. Но это главное.
- Ну что ж. Мы не заставим вас долго ждать.
- Я дам вам чек, - сказала Франки. Через пять минут они уже были в пути.
- Франки, почему мы так спешим? - спросил Бобби.
- Понятия не имею, - ответила Франки. - Но чувствую, это необходимо. А
ты?
- Как ни странно, я тоже. А почему, не знаю. Ведь не улетит же наша
миссис Робертс на метле.
- А чем черт не шутит. К тому же мы не знаем, что на уме у
Бассингтон-Ффренча.
- Верно, - задумчиво согласился Бобби. Когда они приземлились, уже
вечерело. Их высадили, и очень скоро они мчались " Марчболт в "крайслере"
лорда Марчингтона.
Они затормозили у ворот дома викария - на подъездной аллее такому
большому автомобилю было не развернуться.
Бобби и Франки выскочили и кинулись к дому.
"Скоро я проснусь, - подумал Бобби. - Что мы делаем, зачем?"
На пороге они увидели тоненькую фигурку и тотчас ее узнали.
- Мойра! - воскликнула Франки. Мойра обернулась. Ее слегка покачивало.
- Ох! Я так вам рада. Я не знаю, как быть.
- Господи! Но что вас сюда привело?
- Вероятно, то же, что и вас.
- Вы узнали, кто такая Эванс? - спросил Бобби. Мойра кивнула:
- Да, это длинная история...
- Зайдемте в дом, - сказал Бобби. Но Мойра попятилась.
- Нет, нет, - поспешно ответила она. - Лучше поговорим где-нибудь в
другом месте. Мне надо вам кое-что сказать.., до того как мы окажемся в
доме. Тут у вас нет кафе или чего-нибудь в этом роде? Где можно было бы
посидеть.
- Хорошо, - сказал Бобби, неохотно отходя от двери. - Но почему... Мойра
топнула ногой.
- Поймете, когда я вам расскажу. Ну идемте же. Нельзя терять ни минуты.
Бобби и Франки не стали с нею спорить. На главной улице, примерно в ее
серединке, имелось кафе "Ориент", чье пышное название никак не вязалось с
его более чем скромным убранством. Когда они вошли, было половина седьмого -
час затишья.
Они сели за столик в углу, и Бобби заказал три кофе.
- Итак? - сказал он.
- Подождем, пока принесут кофе, - сказала Мойра. Официантка вернулась и
со скучающим видом поставила перед ними три чашки еле теплого кофе.
- Итак? - сказал Бобби.
- Просто не знаю, с чего начать, - сказала Мойра. - Это было в поезде,
когда я ехала в Лондон. Поистине удивительное совпадение. Я шла по коридору
и...
Она замолчала. Сидела она лицом к двери и сейчас наклонилась вперед,
напряженно глядя перед собой.
- Должно быть, он выследил меня.
- Кто? - в один голос воскликнули Бобби и Франки.
- Бассингтон-Ффренч, - прошептала Мойра.
- Вы его видели?
- Он за дверью. На улице. И с ним рыжая женщина.
- Миссис Кэймен! - воскликнула Франки. Они с Бобби тут же кинулись к
двери. Мойра хотела было их остановить, но они уже не слушали ее. На улице
они глянули в одну сторону, в другую - Бассингтон-Ффренча не было.
К ним подошла Мойра.
- Исчез? - спросила она дрожащим голосом. - Ох, пожалуйста, будьте
осторожны. Он опасен... Чудовищно опасен.
- Пока мы все вместе, он ничего не сможет сделать, - успокоил ее Бобби.
- Возьмите себя в руки, Мойра, - сказала Франки. - Нельзя быть такой
трусихой.
- Ну сейчас нам все равно его не достать, - сказал Бобби и направился к
столику. - Так что рассказывайте дальше, Мойра.
Он взял чашку кофе. Франки, вдруг оступившись нечаянно, его толкнула, и
кофе вылился на стол.
- Извини, - сказала Франки и потянулась к соседнему столику, который был
накрыт в ожидании посетителей. Там стояли два графинчика - с маслом и с
уксусом.
Бобби не спускал с Франки ошеломленных глаз, а она тем временем взяла
бутылочку с уксусом, вылила уксус в пустую чашку, а в освободившуюся
бутылочку стала лить кофе.
- Франки, ты что, спятила? - спросил Бобби. - Что ты такое вытворяешь?
- Просто хочу отдать этот чудный кофе Джорджу Арбетноту на анализ, -
объя
...Закладка в соц.сетях
