Жанр: Детектив
Храм украденных лиц
... не вам.
- Не балагурь! Что у нас там по "Велану"? - задал вопрос майор. - Глухо?
- Концы спрятаны тщательно. Фирма открыта на подставное лицо. Некоего Позднякова
Кирилла Николаевича. Я разыскал его. Он и слыхом не слыхивал ни о каком "Велане".
Пенсионер. Признался, что год назад потерял на улице паспорт.
- Картина знакомая. До боли.
- Кто-то нашел этот паспорт и открыл фирму?
- Зачем такие сложности? Достаточно просто обратиться в любую контору, которая
занимается регистрацией фирм. Там тебе сделают полный пакет документов. Без
проблем. У этих фирм обширная база паспортных данных. Открывай фирму на любого
человека! А он до поры до времени и знать не знает, что является директором некоего АО
или ООО. Если зарегистрированная фирма не попадает в поле зрения
правоохранительных органов, то какой-нибудь Вася Пупкин может прожить всю жизнь и
не ведать, что он - владелец крутой фирмы или компании. Скажи ему об этом, он глаза
вытаращит и покрутит пальцем у виска.
- А знаете, что здесь любопытно?
- Сюрприз какой припас? Выкладывай!
- Ну сюрприз - не сюрприз. Вас уже ничем не Удивишь...
- Не подкалывай!
- Фирма "Велан" - учреждение медицинского профиля.
- Интересно!
- Я ознакомился с уставными документами.
- И что там?
- "Велан" задумывался как клинико-диагностический центр.
- Похоже на то, что кто-то из знакомых Лактионова решил выйти в самостоятельное
плавание. Тогда нам придется перетряхивать уйму людей. Связи у него в медицинском
мире - широчайшие. Вот и попробуй просей их в поисках "Велана". Это нудная, муторная
работа. Документы с собой?
- Да. Я скопировал их.
- Дашь потом ознакомиться. Одна из наших версий, как ты помнишь, впрямую касается
"Велана". Взять кредит и не отдавать.
- А вдруг это не кредит?
- Что ты имеешь в виду?
- Жест доброй воли. Лактионов взял - и подарил кому-то эти деньги.
Губарев скептически хмыкнул:
- Он что, благотворительная лавочка? Не верю я в это. Богатые люди, они, знаешь, как
деньги считают! У них каждая копейка на учете. Если они будут раздаривать деньги
налево и направо, то скоро останутся без своих капиталов. Пятьдесят тысяч долларов на
дороге не валяются. А вот то, что он дал их кому-то в кредит, на правду смахивает больше.
Согласись.
- От моего согласия толку мало, - проворчал Витька.
- Это верно. Но от "Велана" нам пока никуда не деться.
- Что же делать?
- Копать дальше. Наша работа - как у горняков. Роем, роем. Копаем, копаем. А потом,
может быть, натыкаемся на золотую руду. А может, и нет. Так что двигайся дальше в том
же направлении. Здесь возможен такой вариант: эти деньги уже сняли со счета.
- Почему?
А потому... Если Лактионова убили из-за них, зачем лишний хвост? Деньги снимают и
прокручивают в другом месте. Или кладут в другой банк. Надо узнать в банке, на чье имя
было выписано платежное поручение. Вот тебе и следующее задание.
- Понял!
- Тогда вперед! И с песней!
Губареву показалась весьма забавной мысль, что выбор, к кому идти - к гадалке или
психологу, следует предоставить слепому случаю. Может быть, и правда, лучше не ломать
голову, а поступить самым простым образом: подкинуть монетку. Если как следует
проанализировать нашу жизнь, подумал майор, то окажется, что многие поступки в ней
совершались под влиянием настроения, мнения чужих людей или обстоятельств. А не по
трезвом или здравом размышлении. Тогда как было бы все хорошо и рационально, если
бы люди сперва думали и тщательно взвешивали, а потом действовали. Но нет... А вдруг в
этом и есть красота жизни, когда ты поступаешь спонтанно, не прикидывая, что и как. А
поступаешь просто потому, что тебе так хочется. Хочется - и все... Губарев подумал, что
он залез в дебри размышлений, а ему надо всего лишь кинуть в воздух монетку. Он достал
из внутреннего кармана пиджака портмоне и нашел там рубль. Кинул вверх. А потом
рассмеялся. Он же не загадал. Кинул еще раз. Зажмурил глаза. Орел - была Маргарита
Александровна. Решка - Марина Никандровна. Выпал орел. "Я так и думал", -
пробормотал Губарев. Хотя он ничего не думал. Но ему хотелось увидеть Маргариту
Александровну. Ее присутствие действовало на него умиротворяющим образом. Да и сама
обстановка была таинственной и приятной: полумрак, зажженные свечи... "Забегался я
тут как собака. Не мешало бы немного расслабиться, - подумал майор. - Загляну-ка я к
Маргарите Александровне на часочек..."
К телефону никто не подходил, потом сняли трубку:
- Алло!
- Маргарита Александровна! Это - Губарев.
- Очень приятно. Хотите зайти?
- С вами невозможно разговаривать. Только хочешь сказать что-то, а вы уже
опережаете.
- Это моя профессия, - рассмеялись на том конце провода. - Так когда?
- Через часик-полтора.
- Договорились. В салоне "Кассандра" посетителей не было. И Mapгарита
Александровна была одна.
- Вы пришли в удачное время. Я сейчас свободна.
- Иногда мне везет. В малом, - подчеркнул Губарев.
- Я думаю, что вам везет не больше и не меньше, чем остальным людям. Просто сейчас
у вас плохое настроение, а в такие минуты каждому кажется, что его преследуют одни
неудачи.
- Что верно, то верно.
- Проходите.
Губарев прошел в уже знакомую комнату. Все было именно так, как он себе и
представлял. Полумрак, зажженные свечи. Он сел за круглый стол, где лежали карты
Таро.
- Что у вас? - спросила его гадалка. Она была одета в длинное темное платье с едва
различимым золотым узором на рукавах и на груди.
- Вы, наверное, примете меня за старого идиота. Но я пришел к вам сам не знаю
почему. Мне кажется, что вы можете помочь мне в одном деле. Убили одного крупного
хирурга. Специалиста в области пластической хирургии. Лактионова Николая
Дмитриевича.
- Я слышала его имя.
- Его жена, Дина Александровна, - художница. Я не подозреваю ее. Но... - Губарев
замолчал. - Мне кажется, что она что-то скрывает. В ней есть какая-то загадка. Я
понимаю, это звучит глупо. Но это так. Я прихватил с собой каталог ее работ.
Посмотрите, пожалуйста.
Маргарита Александровна взяла в руки каталог. На изящном запястье сверкнул золотой
браслет, испещренный странными знаками. Не спеша она стала листать каталог.
- Интересные картины.
- Правда? Мне они тоже понравились. Маргарита Александровна перевернула каталог
и минуту-другую всматривалась в фотографию Дины Александровны, размещенную на
обратной стороне обложки.
- Действительно, загадочная женщина. Обратите внимание на ее взгляд. Она смотрит
не прямо, а искоса. Ее взгляд ускользает от внимания. Она словно присутствует в кадре, и
в то же время ее там нет.
- Вот-вот, - обрадовался Губарев. - Вы попали в точку. То же впечатление складывается
и при разговоре. Она рядом и одновременно - далеко. А ее картины, что вы скажете о
них? Если принять во внимание, что художник выражает в своем творчестве собственную
личность, то... что можно "прочитать" в ее работах?
- Что? - Маргарита Александровна снова пролистала каталог. - Сложная натура.
Хорошо владеющая собой. - Она прищурилась. - А вот это уже любопытно!
- Что? - встрепенулся майор.
- Мифологический цикл. - Гадалка тихо рассмеялась. - Да, кажется, теперь многое
понятно.
- Скажите, что вы там нашли? Я вчера весь вечер рассматривал ее произведения вдоль
и поперек и ничего не нашел.
- Если я вам объясню, вы поймете, как это просто.
- Не надо. Дайте я попробую сам.
Губарев взял в руки каталог и буквально впился взглядом в репродукции.
- Нет. Не вижу ничего. Втолкуйте мне. Как годовалому младенцу. Без вашей помощи я -
пас.
- Вы хорошо знаете мифологию?
- Более-менее.
- Смотрите: здесь вариации на тему трех мифов. Парис перед тремя богинями. Диана,
преследующая юношу, который подглядывал за ней. И Одиссей у нимфы Каллипсо.
Обратите внимание на одно обстоятельство: везде женщина довлеет над мужчиной.
Посмотрите, какими изображены женщины. Решительными, смелыми. - Губарев
всмотрелся. Да, действительно: резко очерченные черты лица, жесткие складки у рта,
твердый взгляд. Энергия, бьющая ключом.
- Согласен. И что?
- А мужчины? Везде этот молодой юноша с виноватым выражением лица. Даже
Одиссей выглядит на картине не зрелым мужем, а молодым человеком.
- Так. Верно.
- Получается, что в жизни Дины Александровны была ситуация, когда она соблазнила
молодого человека, который мучается из-за этого угрызениями совести.
- Вот оно что, - протянул Губарев. - Похоже на правду. Бывшая подруга Лактионовой
сказала, что у Дины Александровны есть любовник. Она стала свидетельницей одного
телефонного разговора. Хотя...
- Что "хотя"?
- Мне в это верится с трудом.
- Почему?
- Не знаю. Мне кажется... кажется, - запнулся Губарев, - она другая.
- Я понимаю, что вы хотите сказать. В Дине Александровне есть нечто, что не
позволяет ей попадать в банальные и пошлые ситуации.
- Вы правильно меня поняли.
- Но вы забываете, что любая женщина - бездна. Незаурядная женщина - бездна
вдвойне.
Маргарита Александровна еще раз всмотрелась в фотографию Лактионовой. А затем
сказала:
- Мне думается, что она вообще не создана для любовных треволнений. Слишком
честолюбива. Или самолюбива.
Наступило молчание.
- Простите, я не предложила вам кофе.
- Не откажусь.
- Минутку.
Маргарита Александровна вышла. А через несколько минут появилась с маленьким
подносом, на котором стояли две чашки с кофе и сахарница.
- Не знаю, сколько вам класть ложек сахара.
- Одну.
- Я помогла вам?
- Да. Но... здесь все так запутано.
Снова наступила пауза. Губарев испытал неловкость. Говорить об обыденных вещах с
Маргаритой Александровной он не мог. А тема разговора была исчерпана.
- На улице похолодало, - наконец брякнул Губарев и чуть не покраснел от этой
стандартной и банальной фразы.
- Погода - как спасительный круг, брошенный утопающему, - улыбнулась гадалка.
- Это точно. - Он залпом выпил кофе и встал. - Ну, я пошел. Спасибо.
- Звоните, если вам что-нибудь будет нужно.
- Еще раз спасибо. На улице майор поежился. Резкий ветер пытался забраться к нему за
шиворот и обдать холодом. Все сходилось один к одному. Дина Александровна и ее
любовник. Юноша, соблазненный зрелой женщиной. Но почему - чувство вины? Разве
сегодня кого-то этим можно удивить? Просто смешно. Откуда эта вина? Молодой
любовник по имени Дима. Димочка... И вдруг он остановился и присвистнул от
неожиданности. Конечно! Как же он не догадался об этом раньше! Этот любовник - сын
Лактионова. Отсюда и чувство вины. И даже в чертах лиц древнегреческих героев было
определенное сходство с Лактионовым-младшим. Пусть отдаленное. Но было! Этот
пассаж был вполне в духе Дины Александровны. Но что это? Минутная блажь? Каприз?
Вспышка истинной страсти? Губарев шел по улице, не замечая, что он идет по лужам.
Наконец он остановился и покачал головой. Дело приобретало совсем скверный оборот.
Олег оказался необыкновенно интересным человеком. Он знал абсолютно все. По
крайней мере, так думала Надя. Она же с ужасом обнаружила, что не знает почти ничего.
Она не знала современные рок-группы вроде "Уматурман", не знала модных писателей,
таких, как Мураками или Кундера. Не знала, что сейчас все увлекаются стилем винтаж и
что дайкири - это коктейль, а не название философского течения.
- Ты что, приехала в Москву недавно? - поддел ее Олег, когда она в очередной раз
призналась, что не понимает, о чем он говорит.
- Да, - соврала Надя.
- Где же ты жила раньше?
- В... Электроуглях.
- Под Москвой?
- Да.
- Но там же тоже много продвинутой публики.
- Я ухаживала за старой бабушкой.
Одна ложь громоздилась на другую. Но не могла же Надя сказать правду, что она жила
совершенно одна. В замкнутом мире. В четырех стенах. На работе она общалась только по
делу, не стараясь с кем-то сблизиться или подружиться. Все проходило мимо нее. Как в
тумане. Теперь она изо всех сил старалась наверстать упущенное. Покупала пачками
книги и жадно прочитывала их, смотрела телевизионные программы, которые
рекомендовал ей Олег, пролистывала глянцевые журналы в поисках модных новинок. Она
жила в новом, непривычном для себя ритме, который пьянил и будоражил ее. Надя не
узнавала саму себя.
Когда Олег пригласил ее к себе домой, ей стало невыносимо страшно. Она
занервничала и запаниковала. Он жил с матерью. Но в тот день мать уехала к сестре в
другой город. "Как я скажу ему, что я еще девственница, - вертелось у Нади в голове. -
Вдруг это его оттолкнет и напугает..."
Олег жил в просторной двухкомнатной квартире в районе метро "Октябрьская".
- Какие высокие потолки! - воскликнула Надя, оказавшись в коридоре и поднимая
голову вверх.
- Старый дом. Это дедушкина квартира. Он получил ее еще в сталинские времена.
- Кем же он работал?
- В Наркомате тяжелого машиностроения. Был крупным начальником. Да ты не стой в
коридоре, как бедная родственница. Проходи! - он обнял ее за плечи и подтолкнул вперед.
- Сначала на кухню. Я приготовил утку по-пекински. Да что с тобой сегодня? - спросил
Олег, всматриваясь в нее. - Заболела, что ли?
- Нет.
Утка была очень вкусной, но у Нади кусок застревал в горле. Она сидела как на иголках
и ничего не могла есть. Ей казалось, что еще немного - и она разрыдается прямо за
столом.
- Ну что, наелась или съешь еще кусочек? И тут Надя заплакала. Слезы лились ручьем,
она презирала себя, но ничего не могла поделать.
- Что-то случилось? Рассказывай! Неприятности на работе? Кушает грымзаначальница?
- Нет, нет.
- Тогда что?
- Просто...
- Говори, - подбодрил ее Олег.
- У меня еще никого не было, - прошептала Надя и опустила голову. Ей было страшно
встретиться глазами с Олегом.
- Гран-ди-оз-но! - услышала она. - Фе-но-ме-наль-но! Неужели это правда? Сколько же
тебе лет?
- Девятнадцать.
- Круто!
Наступила пауза. Надя слышала, как на улице шумят дети и капает вода в кране.
Каждый звук отдавался в голове протяжным эхом.
Олег присвистнул.
- Ничего страшного! Что ты так боишься? Сидишь вся съежившись и думаешь, что я
тебя съем. А я совсем не страшный. Ну-ка посмотри на меня! - Надя подняла глаза. Олег
смотрел на нее и улыбался. - Да перестань плакать! Сию минуту!
- Хорошо. - Надя проглотила слезы и тоже улыбнулась. Но улыбка вышла натянутой и
неестественной.
- Теперь у нас кофе со сливками. И торт. Я специально купил роскошный торт. Под
названием "Восточная сказка". Ты не боишься растолстеть?
- Я? - Надя задумалась. Лицо поглощало все ее мысли. О фигуре она просто не думала.
- Нет.
- Отлично! Терпеть не могу жеманных девиц. Сидят и подсчитывают в уме калории.
"Ох, кажется, я немного прибавила. Обойдусь без сладкого", - протянул Олег, подражая
женскому голосу.
Надя рассмеялась. Получилось смешно. А сколько у него было девушек до меня,
мелькнула в ее голове скользкая мысль. Наверное, немало...
- Бери кусок. И побольше. Пока дают.
- Спасибо.
Олег положил ей на тарелку огромный кусок шоколадного торта с двумя розочками из
взбитых сливок. Затем он принялся рассказывать курьезы из своей жизни. Надя
постепенно отошла и забыла о своем страхе.
- Что мы все сидим в кухне? - спохватился Олег. - Давай перейдем ко мне в комнату. Я
покажу тебе свою компьютерную графику. Вчера я такую красоту изобразил! Сам не
знаю, как это у меня получилось.
Комната Олега была вся заставлена книжными стеллажами.
- Видишь, какой я книгочей! Книжный червь!
Олег включил компьютер и поставил рядом со своим стулом еще один. Для Нади.
- Смотри. Только не ахать! И не охать. Не кричать от восторга и не бросаться мне на
шею.
- Постараюсь!
На картинах Олег рисовал обыденный мир, но он у него получался каким-то
волшебным, нереальным. Например, окно и подоконник с фикусом в горшке. На окне -
легкая прозрачная занавеска. Но на эту картину хотелось смотреть, не отрываясь.
Хотелось войти в нее и дотронуться рукой до темно-зеленых блестящих листьев фикуса.
- А вот моя последняя работа. Правда, здорово получилось?
Письменный стол. Стопка книг на английском языке. Раскрытая упаковка леденцов
"Бон-пари". Несколько разноцветных шариков выкатились из упаковки на полированную
поверхность стола. Забавный сувенир в виде скелета динозавра. Жестяная банка пепсиколы.
- Похоже на стол стильного молодого человека? То есть меня?
- Похоже!
Олег приподнялся со стула и отвесил шутливый поклон.
- Благодарю за комплимент.
Еще какое-то время они рассматривали картины. Потом Олег включил музыку. Надя
почувствовала, как она вся напряглась. Олег взял ее за руку. И легонько потряс.
- Расслабься, - полушутливо-полусерьезно сказал он. - Давай примем ванну! С пеной. Я
обожаю мокнуть в ванне.
- Нет! - выкрикнула Надя. - Не хочу!
И тут она все поняла. Ей нужно срочно уйти. Сославшись на головную боль. Ничего у
них не получится. Не может она преодолеть свои комплексы. Не может - и все. Если ты
всю жизнь жила со старой бабушкой и никуда не высовывалась, то очень трудно в один
момент сломать себя и стать свободной, раскованной девицей. "Поднимайся со стула, -
скомандовала себе Надя. - Немедленно!"
- Я пойду...
На лице Олега выразилось неподдельное разочарование.
- Ты уходишь? Надя кивнула головой.
- Как хочешь, - в голосе прозвучала обида. Идиотка, выругала себя Надя. Самая
настоящая идиотка! Другого слова не подберешь.
В комнате воцарилась похоронная тишина. Ноги были ватными, а голова тяжелой.
Надя шла в коридор, как на эшафот. Эшафот ее надежд стать нормальной девушкой. Как
все. Олег никогда не простит мне этого трусливого бегства, думала она. Он пригласил
меня, купил торт, старался развеселить. А я удираю, помахав ему на прощание ручкой.
Ариведерчи! Ну ладно, он найдет себе другую. Не сомневаюсь. А я... Опять останусь одна?
Буду вечерами лежать на кровати и смотреть в потолок. Ох, как это интересно! И тут Надя
не выдержала и разрыдалась. Закрыв лицо руками, она плакала и плакала. Не
останавливаясь. Без пауз и отдыха. Как будто бы превратилась в Ниагарский водопад, без
устали извергающий пенистые струи воды.
В коридоре было темно. Она протянула руку и коснулась стенки. Она была одна. Олег
куда-то исчез. Ей стало страшно, и она пошла его искать. Олег сидел в своей комнате и
рисовал на компьютере. Узоры. Бесконечные узоры. Они двоились, троились и
множились на глазах в геометрической прогрессии. Необыкновенно красивые цвета:
ярко-розовые, салатовые, малиновые, густо-синие. Надя села рядом на стул и стала
смотреть. Наконец она почувствовала, как от пережитого волнения и напряжения у нее
слипаются глаза.
- Я хочу спать, - прошептала она.
- Сейчас сообразим, - откликнулся Олег. Он быстро расстелил постель и ушел на
кухню.
- Если тебе что понадобится, крикни! - услышала Надя, уже засыпая.
Ночью к ней пришел Олег. Она почувствовала рядом его тело. Теплоту и нежность.
Страх исчез: он свернулся калачиком и задремал. Надя протянула руку и погладила Олега
по щеке...
Все произошло так быстро, что она не успела даже испугаться или засомневаться: а
правильно ли она поступает. Надя закрыла глаза и подумала: "Я стала такой, как все". Эта
мысль стучала в висках, как радостная мелодия: как все, как все, как все. И в этот момент
Надя осознала, насколько она устала от собственного одиночества. Да, она привыкла к
нему. Но в глубине души оно ее тяготило и раздражало. Просто она ничего не могла с
этим поделать. Но теперь все переменилось.
Утром Олег сварил кофе и пригласил ее к завтраку.
- Ой! - воскликнула Надя, посмотрев на часы. - Я же опоздаю на работу.
- Какая работа! Сегодня выходной.
- Я совсем об этом забыла. Перепутала дни. Они рассмеялись. Мать Олега приезжала
на следующий день. В воскресенье вечером.
- Оставайся у меня, - предложил он.
- Хорошо. Только позвоню бабушке. Выслушав Надю, после недолгой паузы Анна
Семеновна сказала:
- Ты смотри там, не очень... увлекайся.
- Что? - не поняла Надя. Она лежала с радиотрубкой на кровати и рисовала на спине
Олега пальцем узоры.
- Не увлекайся, говорю. Впрочем, мои советы здесь бесполезны, - вздохнула Анна
Семеновна.
Надя открыла для себя, что Олег отлично готовит. На кухне он показал Наде полочку
книг по кулинарии.
- Это мамины и бабушкины. От одного вида их еды текли слюнки. Я потихоньку
заглядывал в эти книги и, когда дома никого не было, кашеварил. Тайком. И сам же все
съедал.
- А почему тайком?
- Вдруг заругают. Скажут: ты что, девчонка?
- Я думаю, наоборот, им было бы приятно... Вечером они смотрели на DVD-плейере
фильм Альмодовара "Все о моей матери". А потом Олег продолжил знакомить Надю со
своими компьютерными "сокровищами". Он скачал уйму интересных вещей из
Интернета. И Надя, не отрываясь, смотрела забавные мультики, пейзажные рисовалки и
картинки с "сюрпризами", где из воды внезапно выпрыгивала рыба, а из-под камней
выбегали маленькие юркие ящерицы.
- Когда ты все успеваешь? - спросила Надя.
- В Интернет влезаю ночью. Тариф дешевле. Днем - работаю, а ночью путешествую по
Сети. Купи компьютер и поставь Интернет. Будем переписываться.
Надя рассмеялась:
- А что, мы не можем так встречаться?
- Знаешь, как здорово: посылать сообщения по "мылу". Стоп! Я тебе еще свой
фотоальбом не показывал. Из нашего семейного альбома я выбрал наиболее красивые
фотки и сканировал их. Смотри - это мой дедушка!
Дедушка Олега был импозантным мужчиной: высоким, красивым. Он стоял, держась за
спинку стула, и смотрел куда-то вперед с гордым и независимым видом.
- А это он с бабушкой на юге.
Пальмы, море. Мужчина в летнем костюме и женщина в платье под зонтиком.
- Маман. Говорят, я похож на нее.
Надя перевела взгляд на Олега. Правда, есть что-то общее. Тонкие черты лица,
изящные руки. Поворот головы.
- Ну как?
- Похож.
- Фотографий отца нет. Маман, когда рассталась с ним, уничтожила все его снимки.
Надя деликатно промолчала.
- А это я. Маленький. Здесь мне пять лет.
- Разве это ты? - удивилась Надя. - Это же девочка!
С фотографии на нее смотрело очаровательное существо с кудряшками, в кружевных
панталончиках и кружевной рубашечке.
- Я, я, - рассмеялся Олег. - Просто моя маман так хотела девочку, что мое рождение
было для нее разочарованием. Она долго не могла утешиться и до школы одевала меня как
девочку. Не стригла волосы, лепила всякие рюшечки, бантики. На улице ей часто
говорили: какая у вас симпатичная дочка! Мне так было смешно. - Олег бросил взгляд на
часы, висевшие на стене. - Ого! Время подходит. Сейчас все рванут в чат.
- Какой чат?
- Я тасуюсь в одном чате. Мы там прикольно отрываемся. Своей компашкой.
Следующие полчаса Надя смотрела, как Олег общался в Сети со своими приятелями и
подругами. Они все носили забавные имена, больше напоминающие клички: Самбо,
Румас, Ахав, Витюнь, Донна Анна, Лиска, Голубая Лагуна. Олег, казалось, совсем забыл о
ее существовании. Он быстро строчил реплики, хихикал, когда читал ответы, чему-то
загадочно улыбался. Надя почувствовала легкий укол ревности. Она читала на
компьютерном экране то же самое, что и он, но ничего не могла понять. Это был особый
язык с непонятными словечками и оборотами.
- Интересно? - возбужденный Олег повернулся к ней.
- Да, - вяло откликнулась Надя.
А... ты же ничего не понимаешь. Я не сообразил. Ладно, как-нибудь научу... Потом.
Сейчас не могу оторваться, а то пошлют в нокаут. Сегодня особенно Голубая Лагуна
изощряется. Клевая девчонка! Она у нас как Монблан. На философском факультете МГУ
учится. Круто!
- Ты ее видел?
- Конечно!.
- А я думала, вы только по Интернету общаетесь.
- Не совсем. Мы еще собираемся в определенных клубах. В определенные дни.
Надя хотела спросить: познакомит ли он ее со своими друзьями, но подумала, что это
будет похоже на назойливость. И промолчала.
Олег насвистывал какую-то мелодию. Надя сидела рядом. Она посмотрела на него, и
ей вдруг захотелось его приласкать. Протянув руку, она погладила Олега по плечу. Он
повернулся к ней.
- Что?
- Ничего.
- Подожди, сейчас выйду из чата.
Ночь и последующий день промелькнули так быстро, как название станции на
платформе, когда электричка проносится мимо на полном ходу.
Окончательно Надя пришла в себя только уже ДОМР. Она стояла посреди своей
комнаты, приложив ладони к горящим щекам. В таком состоянии и застала ее Анна
Семеновна.
- Добрый вечер!
- Добрый вечер! - Надя по-прежнему не отнимала ладоней от щек.
- Это, конечно, не мое дело... Но я прожила жизнь, поэтому... - Анна Семеновна
замолчала, а потом сказала, старательно подчеркивая слова: - Главное: не теряй головы!
Ну... понятно, дело молодое. Только... веди себя сдержанно.
- Почему? - Слова бабушки не доходили до Нади. Мысленно она еще была там, с
Олегом.
- Всякое в жизни бывает, - лаконично ответила бабушка. - Сегодня - одно, завтра -
другое.
- Что ты имеешь в виду? - нахмурилась Надя. Она чувствовала себя так, словно на ясное
солнечное небо внезапно набежала грозовая туча.
- Я имею в виду, что молодые люди обычно ветрены и непостоянны. Чтобы у тебя
потом не было лишних разочарований. Ты у меня и так настрадалась, бедная.
Здесь уже Наде стало по-настоящему обидно.
- Вечно ты портишь мне настроение!
- Нет, что ты, что ты! - замахала руками Анна Семеновна, увидев, как Надины глаза
налились слезами. - Ты уж прости меня, дуру старую. Это я так брякнула. Делай, как
знаешь. Ты хоть предохранялась? - как бы невзначай спросила бабушка.
- Нет, - Надя почувствовала, как вся кровь отхлынула от щек. Об этом она даже и не
подумала!
- Так я и знала! А если забеременеешь?
- Что же делать? - Надя села на кровать и с мольбой посмотрела на Анну Семеновну.
- Беги в аптеку. Может, там какие таблетки порекомендуют.
В аптеке молодая рыжеволосая женщина в ответ на Надин лепет сказала, что
паниковать не стоит. Нужно купить специальные таблетки и принять их. Как принимать,
написано в инструкции. Она говорила терпеливым, бесстрастным тоном, часто поправляя
очки, сползавшие к кончику носа. Надя представила, как к ней постоянно прибегают
растерянные девчонки с просьбой помочь в щекотливой ситуации. И она говорит им одни
и те же слова. Как лектор, который уже выучил свою лекцию наизу
...Закладка в соц.сетях
