Жанр: Детектив
Человек без страха
...р Фелл молча помешивал чай. Остальные тоже молчали. Тэсс,
Эллиоту и Граймзу передали наполненные чашки. Можно сказать, что дальнейший
разговор о легендах был немой сценой, во время которой ученые люди - за столом
их было в изобилии - просто обменивались выразительными взглядами. И все же я
обратил внимание, что плечи инспектора Эллиота напряглись, а глаза вновь обрели
присущую им цепкую наблюдательность.
- И наконец, - прервал доктор Фелл затянувшуюся паузу, - есть смерть дворецкого,
произошедшая семнадцать лет назад. - Он громко и особенно выразительно произнес
эту фразу. - Обратите внимание: это было всего лишь семнадцать лет назад! Пустяк
по сравнению с длинной историей дома. В то время хозяином здесь был последний из
Лонгвудов. Но что мы знаем о нем? Опять же абсолютно ничего.
- Я могу рассказать вам, сэр, - кашлянув, вызвался инспектор Граймз.
- Да что вы! Вы его знали?
- Я хорошо его знал, и трудно представить себе более приятного джентльмена,
поэтому все мы страшно огорчились, когда произошло несчастье.
- Наконец, - проворчал доктор Фелл, - мы, кажется, сможем узнать хоть чтонибудь!
Итак, что за человек был этот мистер Лонгвуд? Наводил ужас по всей
округе? Занимался какими-то зловещими исследованиями, как Норберт?
Неожиданно инспектор Граймз издал громкий смешок, сильно подействовавший на
Гвинет Логан: чашка в ее руке дрогнула, она бросила в нее три кусочка сахара,
подтолкнула к Энди и спешно повернула краник чайника, из которого потекла вода.
Инспектор Граймз столь же поспешно оборвал смех, извинился и с прежней
искренностью продолжил:
- Он, сэр? Да ничего подобного! Я же уже говорил: более приятного джентльмена
трудно себе представить. У него для каждого находилось доброе слово.
- Значит, не он вдохновлял призраков?
Граймз немного подумал.
- Знаете, сэр, пока я не стал бы такое говорить. Вряд ли был еще один человек,
который бы так же обожал разные шуточки. Если ему удавалось показать какой-то
фокус со спичечным коробком или что-нибудь в этом роде - радости было на целый
день. А еще он любил устраивать розыгрыши с умершими Лонгвудами: будто бы они
вставали из могил и ходили.
Дело в том, что он принадлежал к довольно отдаленной ветви этого семейства - помоему,
откуда-то из Оксфордшира - и вовсе не ожидал получить в наследство деньги
или земельные владения, поэтому жил себе весело, как Панч[10]. Он был невысоким
лысым человеком с профессорской внешностью (кстати, всегда носил высокий
воротник) и очень энергичной походкой. Он приехал сюда сразу после войны: то ли
в конце 1918-го, то ли в начале 1919-го - точно не помню - и говорил, что хочет
переделать дом, чтобы в нем снова жил Лонгвуд.
Инспектор замолчал. Он уже не сидел в напряженной позе на краешке стула,
помешивая чай, как химик со ступкой и пестиком. Теперь он весь был в
воспоминаниях о старых временах.
- Лонгвуд был женат? Дети были? - спросил доктор Фелл.
Но тут на удивление резко вмешался Кларк:
- Уважаемый доктор, не могли бы вы сказать, какая, к черту, разница, был он
женат или нет и имел ли детей?
После такого ожесточенного всплеска эмоций все уставились на него.
- В свое время я объясню, сэр, - прогрохотал в ответ доктор Фелл, - продолжайте,
инспектор.
Граймз колебался.
- Он был женат - кстати, на очень милой и приятной леди. Но детей у них не было.
Честно говоря, не знаю, что еще вам рассказать... Он был настоящим господином, но
любил работать своими руками, и, скажу я вам, работать умел, как следует. И план
мог начертить не хуже любого архитектора. А работы было много: он хотел
перестроить дом. - Голос инспектора посуровел. - В 1918-м и частично в 1919 году
здесь не было ни одного крепкого и здорового мужчины, который мог бы любить
женщину и зарабатывать деньги. Чтобы закончить дом, мистеру Лонгвуду пришлось
нанимать рабочих в Гернси. Надеюсь, в ближайшее время такое больше не случится.
- Это снова случится, - тихо сказал Кларк.
- Что случится?
- Война, - ответил Кларк.
Хотя он произнес это слово по-прежнему тихо, оно прозвучало со зловещей
ясностью.
Создавалось впечатление, что он просто пытался сменить тему, - тон его оставался
привычно насмешливым. Он даже нарочито подчеркнул это, взяв маленький сандвич и
откусив от него очень большой кусок.
- Мы здесь не для того, чтобы обсуждать международное положение, - запротестовал
я.
- Обсуждай не обсуждай. В этом ли году, в следующем или через год, но война
будет. Попомните мои слова. Частично поэтому я и приехал сюда из Италии. - Он
дожевал сандвич. - Однако я всего лишь сделал замечание по ходу дела. Как вы
сказали, мы не обсуждаем международное положение. Давайте вернемся к обсуждению
убийства в более мелких масштабах. Что ожидается на уик-энде с привидениями
сегодня вечером?
Настало время решительных действий.
- Мы с Тэсс больше не участвуем в этом, - сказал я, положив свою руку на ее. -
Сегодня вечером я увожу ее в город.
За столом раздался ропот. Перед тем как ответить мне, Кларк взял еще один
сандвич. Его сдвинутые брови демонстрировали оскорбленное гостеприимство.
- Мне очень жаль слышать это. Я расстроен и разочарован. Меньше всего я думал о
том, что вы удерете первыми. Однако вопрос в том, мой юный друг, разрешит ли вам
уехать полиция?
Немного поколебавшись, Эллиот коротко ответил:
- Желательно, чтобы никто из вас не уезжал.
- Дело не в этом. Есть ли у тебя полномочия держать нас здесь?
- Все полномочия здесь - у инспектора Граймза. Конечно, он не может принудить
вас остаться в этом доме, но вы вольны остановиться в деревне или где-нибудь
поблизости. В любом случае, пока вы не можете уехать в Лондон. Мне жаль, но дело
обстоит именно так.
Кларк фыркнул.
- В деревне! - повторил он, продолжая жевать сандвич. - Ну-ну, давайте! Может,
вы с мисс Фрэзер остановитесь в "Пугливом олене"? Это же явное признание
поражения. В чем дело? Вы боитесь Рукастого Эрика? Неужели Эрика?
- Нет, не обычных проделок Эрика.
- Тогда чего же?
- А что, если Эрик возьмет спичку да и швырнет ее в тысячу галлонов бензина,
припрятанного в подвале...
- Вот именно! - сказал Энди.
В общей сумятице было видно, как беззвучно смеялся Кларк, обнажая свои крепкие
белоснежные зубы и красные, больные десны. Наконец он поднял руку, призывая всех
к тишине.
- Я все время ждал, - объявил он, - когда кто-нибудь задаст мне этот вопрос.
Смею заверить: все в полном порядке. Я объяснил инспектору Эллиоту, и теперь
единственный ключ от запертого подвала - у него. Кроме того, заверяю вас, что я
- не пироманьяк. Присутствие в доме такого количества бензина - скорее
свидетельство моей сообразительности и дальновидности. Покойный Бентли Логан
очень ценил во мне эти качества.
- Что вы хотите этим сказать? - спросил Энди.
- То, что будет война, - просто ответил Кларк. - Надо продолжать?
- Да.
- По моим предположениям, война будет в будущем году, и тогда единственной
вещью, которую никто не сможет достать, будет бензин. Но если я сделаю запасы на
будущее и проверну это дело еще до того, как поднимется шум об угрожающей
опасности, я буду полностью им обеспечен. Вот и все. - Кларк закончил есть
сандвич, облизал пальцы, вытер их о носовой платок. Казалось, он что-то
подсчитывает в уме. - Я полагаю, что имеющегося у меня бензина хватит на то,
чтобы обеспечить им мою скромную машину на два года.
- Вы не очень-то любите рисковать? - спросил его Энди.
- Я никогда не рискую, мой мальчик, - ответил Кларк и, бросив на него
невозмутимый и проницательный взгляд, отвернулся. - В этом и заключается мой
страшный секрет, друзья мои. Вы же не станете бояться человека, припрятывающего
бензин? Даже мистер Эндерби, которого я, должен заметить, не считаю образцом
храбрости, согласился остаться. Значит, дело в чем-то другом. Если наш добрый
друг Моррисон боится Рукастого Эрика...
- Это ложь, и вы это хорошо знаете.
- Неужели? Мой дорогой юный друг, ставлю пять фунтов, что вы не останетесь на
эту ночь здесь.
- Идет. А я ставлю пять фунтов, что вы от страха убежите отсюда раньше меня.
- Договорились, - согласился Кларк.
- Ох уж эти мужчины, - с отчаянием вздохнула Тэсс, встав из-за стола, словно
исполнив при этом какой-то своеобразный танец.
- Послушайте, - внезапно холодно произнес Энди. - Я вовсе не хочу препятствовать
- нет, но кто-нибудь из вас подумал спросить миссис Логан, что она думает о том,
чтобы остаться здесь?
Мы пристыженно молчали. Лицо Энди было полубезумным. Тэсс вздохнула и снова села
за стол. Гвинет, механически принимавшая чашки, наполняла их чаем и, наконец,
поставила обратно последнюю.
- Я не знаю, - так же механически произнесла она. - Мне надо спросить... - Голос
ее прервался, а глаза уставились в одну точку. В них было изумление, сменившееся
ужасом. - Я собиралась сказать, что должна спросить Бентли, - выдохнула она. -
Но он мертв. Я во всем зависела от него, а теперь он мертв. Господи, что же мне
теперь делать? Меня даже некому отвезти домой. Что мне делать?
- Мы - ваши друзья, Гвинет, - сказал Кларк, взяв ее за руку.
- Да, я знаю, Мартин. Я знаю. Вы, наверное, мой самый настоящий друг, - сказала
она неожиданно нежным и ласковым голосом, в ответ пожав его руку. - Но вы не
понимаете. Теперь я должна сама принимать решения, а я не делала этого с тех
пор, как закончила монастырскую школу. Я не могу оставаться здесь, не могу.
Одна, в этой комнате...
- Вы можете лечь в комнате мисс Фрэзер.
- Правда? Я могу, Тэсс?
- Конечно.
Инспектор Эллиот поднялся, всем своим видом давая понять, что перерыв окончен и
пора приниматься за дело.
- Значит, договорились, - энергично произнес он. - Должен сказать, что все вы
избрали очень правильный об раз действия. Как только мы получим необходимые
показания, вы сможете вернуться в город, когда пожелаете. Тем временем нам с
доктором Феллом необходимо вернуться в Лондон, но для начала следует прояснить
пару вопросов. - Он заговорил очень сухо, без улыбки: - К примеру, давайте
поговорим об этой самой "руке". Мисс Фрэзер, не могли бы вы сейчас пойти в холл
и точно показать нам, где именно стояли, когда она схватила вас за щиколотку?
- Но... я...
- Вы не возражаете?
В холле горела единственная электрическая лампочка без абажура. Она светила еще
более уныло, чем вчера, а дождь за окном стучал гораздо громче. Был слышен
негромкий звук от наших шагов по красным каменным плитам. Доктор Фелл, Эллиот и
инспектор Граймз встали в глубине, лицом к входу.
- Покажите нам, пожалуйста, что произошло, - настаивал Эллиот.
Тэсс пребывала в нерешительности. Она стояла прямо под лампочкой, и ее волосы,
словно черный шелк, сверкали от падавшего на них света, а тень от длинных ресниц
ложилась на щеки. С руками, опущенными вдоль туловища, она напоминала робкую
актрису на репетиции - напряженную и неестественную. Позади нее была большая,
обитая гвоздями входная дверь, окно и высокие напольные часы в углу.
- Я... я... - начала она, и тут Кларк решил ей помочь.
- Тогда дверь была открыта, - объяснил он и, быстро подойдя к двери, открыл ее
настежь, вынув большую деревянную перекладину. Поток холодного воздуха с
обжигающими, словно жала пчел, каплями дождя устремился внутрь помещения. Тэсс
вздрогнула, ее юбка затрепетала на ветру. Подойдя к Кларку, я резко убрал его
руки с двери, закрыл ее и задвинул засов обратно.
- Спокойно! Какая необходимость делать это? Кларк, Энди Хантер и я стояли тогда
за дверью. Не хотите же вы, чтобы мы сейчас отправились под дождь? Вы видели
место, где все произошло: эту "караульную будку" с деревянными стенками и
ковриком у двери. По-вашему, она должна теперь восстановить всю картину?
Кларк нахмурил брови:
- Мой дорогой Моррисон, я только пытался помочь. А что, собственно, случилось?
Вы думаете, рука сейчас находится снаружи?
- Минуточку, - перебил его доктор Фелл.
Какое-то время он был словно бы погружен в размышления. Видимо, что-то не
нравилось ему. Подав нам знак рукой встать с одной стороны, он тяжело двинулся
вперед, но не пошел к двери, а остановился перед часами и внимательно оглядел их
сверху донизу.
- Если я правильно понимаю, - продолжал он, постукивая по корпусу, - это - те
самые часы, которые, как предполагается, остановились сто лет назад, в день
смерти Норберта Лонгвуда?
- Именно так.
Доктор Фелл открыл длинную дверцу корпуса часов и заглянул внутрь. Достав из
необъятного кармана спичечный коробок, он зажег спичку и заглянул поглубже.
Насколько мне было видно, внутри не было ничего, кроме маятника, цепей и гирь,
потемневших от времени и пыли. Гири же висели так, будто часы были заведены.
Доктор Фелл закрыл дверцу.
- Афинские архонты! - пыхтя, пробормотал он. - Подлинные часы, подлинная люстра,
подлинное... гм! А часы, как предполагается, были остановлены той самой вездесущей
"рукой"?
- Нет, - твердо возразил Кларк.
- Нет?
Кларк показался мне каким-то возбужденным и взволнованным.
- Не верьте во все эти бредни. Я говорил вчера всем, что это - часть истории,
которая, очевидно, выдумка чистой воды. Почему? Да потому, что это всего лишь
старая, мрачная, скучная, избитая легенда - такие рассказывают на каждом углу.
Медленно и тяжело доктор Фелл обернулся и, сделав несколько шагов, сказал:
- Согласен. Однако в таком случае история о мертвом теле с исцарапанным лицом
тоже не так уж нова, не так ли?
Возможно, от электрического освещения черты лица Кларка стали казаться еще более
расплывчатыми. Он отошел назад и теперь стоял почти напротив двери в гостиную.
Ноги его были напружинены, словно у боксера, но с лица по-прежнему не сходила
улыбка.
- Не понимаю вас, доктор.
- Ну почему же, сэр. Если этот инцидент произошел в 1821 году - я верно
предполагаю? - в то время эта легенда, безусловно, уже была с "бородой", а
призрак с поцарапанным лицом - по меньшей мере, довольно старый персонаж.
- О да! Конечно. Я подумал...
- А что, по-вашему, я имел в виду?
- Абсолютно ничего, - ответил Кларк, вновь обретя хорошее настроение. - Просто
ваши слова несколько сбивают с толку. К вашему сведению, я перестал верить в
"руку" именно потому, что она не останавливала часы. Мне кажется, что Эрик, если
захочет, может снова завести часы. - И он, улыбаясь, окинул взглядом холл и
свистнул, словно подзывая собаку. - Где ты, Эрик? Ты слышишь нас?
- Прекратите! - крикнула Тэсс.
- Прошу прощения, - резко ответил Кларк. - Я сам не любитель шуток дурного
вкуса.
Инспектор Эллиот терпеливо слушал с выражением скуки на лице.
- На вашем месте я не стал бы так волноваться, - сказал он Тэсс, едва
улыбнувшись. - Здесь много света, и вряд ли ваша "рука" попытается играть в свои
игры. - Он задумался. - И все же мы должны восстановить все, что произошло вчера
вечером. Я хотел бы осмотреть вход. Не мог бы ты снова открыть дверь? -
обратился Эллиот ко мне.
Поскольку Тэсс стояла позади, я вытащил засов и впустил порывистый ветер с
дождем в открытую дверь. Желтый свет заструился сквозь "будку", озарив голые
плитки, мятую и грязную подстилку у двери, деревянные стенки и крышу - больше
ничего. Эллиот внимательно рассматривал все это; в его взгляде появилось
раздражение. Он шагнул в "будку", потрогал стенки и постучал по ним костяшками
пальцев.
- Где вы стояли, мисс Фрэзер? Я имею в виду, как далеко от входа?
- Я почти касалась входной двери.
- Лицом, конечно же, в эту сторону?
- Да.
- Но в холле света не было? Нет. Там... послушайте! - сказала Тэсс.
Тэсс, как давеча Гвинет Логан, повернулась к нам с выражением суеверного ужаса
на лице. Глядя на ее неистовую жестикуляцию, мы застыли в недоумении. Она
повернулась на каблуках, и золотая пряжка сверкнула на ее блузке. За дверью шум
дождя превратился в рев, но этот грохот четко отличался от тихого шуршащего
звука, медленно стучавшего в наших ушах, стучавшего там так же равномерно, как в
ярко освещенном холле. Все мы одновременно повернулись в одном направлении.
Эллиот получил ответ. Это тикали часы.
Глава 14
Вторая трагедия произошла ночью, в 2 часа 3 минуты. Я не спал, Тэсс - тоже. Она
сидела в моей спальне у камина, закутавшись в стеганое одеяло. Заботливая миссис
Уинч затопила все камины, оберегая гостей от сырости, которая начала
просачиваться сквозь старые кости "Лонгвуд-Хаус". У огня мы чувствовали себя
почти уютно.
Но только физически. Перед обедом Эллиот и доктор Фелл уехали, взяв у каждого
исчерпывающие показания. Что говорили остальные - я не знаю. Тэсс вышла
раскрасневшаяся, но с вызывающим видом. Дольше всех опрашивали Кларка, причем,
как мне показалось, довольно бурно. Но, честно говоря, двери были такими
толстыми, что услышать что-либо сквозь них было совершенно невозможно, - просто
Соня сказала миссис Уинч, миссис Уинч - Тэсс, а Тэсс - мне, что разговор шел о
каком-то письме.
Загадкой оставалось и то, что Джулиан Эндерби предпочел остаться в доме, а не
закончить свой уик-энд в "Пугливом олене", или как там назывался этот паб. И
вообще, теперь в отношениях с окружающими Джулиан стал предельно осмотрительным.
После обеда он долго беседовал в библиотеке с Кларком, после чего Кларк стал
таким любезным, а Джулиан - таким настороженным и подозрительным, что не мог
спокойно сидеть.
Я знал о его обеспокоенности. Наши спальни были рядом, и, когда все отправились
спать, я слышал, как он вышагивал по комнате в своих скрипучих тапочках.
Дождь прекратился, и казалось, весь дом, поскрипывая, сжимался, подсыхая после
него. Набросив халат на пижаму, я сел в удобное кресло у камина, чтобы выкурить
сигарету. За стеной периодически, словно мыши, поскрипывали тапочки Джулиана. Я
уже подумывал пойти к нему и немного поболтать, хотя и не был уверен, что он
придет в восторг от компании такого бесшабашного человека. Больше всего на свете
мне сейчас хотелось увидеть Тэсс, но в ее комнате спала Гвинет Логан, и вполне
вероятно, что сейчас Тэсс хватало забот с этой нервной и впечатлительной особой
в темном доме.
Только я решился навестить Джулиана, как услышал легкий стук в дверь. Я
приоткрыл ее, и в комнату быстро проскользнула Тэсс.
- Тс-с-с... - прошептала она, приложив палец к губам и указывая на соседнюю
комнату.
Шорох шагов прекратился, но ненадолго. Тэсс бесшумно прикрыла дверь. На ней был
персикового цвета пеньюар из тяжелого шелка с кружевами, из-за чего она немного
нервничала и смущалась.
- Ну и что такого... - заговорил я обычным голосом.
- Тс-с-с!
- Не волнуйся, он не услышит, о чем мы разговариваем, даже если говорить в
полный голос.
- Но я не хочу, чтобы он подумал... Ты же знаешь, что за человек Джулиан.
- Честно говоря, не знаю. Раньше казалось, что знаю. Обрати внимание: каждый
раз, когда происходит что-то важное - ну, что-нибудь вроде этих часов, которые
на наших глазах начали идти, притом что ни одна живая душа к ним не приближалась
(образ этих мирно молчавших часов, внезапно начавших тикать, снова очень живо
встал передо мной, приводя в ярость), - так вот, каждый раз случается нечто, а
Джулиана нет на месте события.
- Боб, наверное, там были какие-то веревки или провода!
- Не было никаких веревок и проводов, и ты это знаешь. Погоди, я хотел спросить,
как там Гвинет?
- Спит, слава богу, - вздохнула Тэсс. - Не знаешь, ее муж принимал снотворное? Я
дала ей двойную дозу, и через пятнадцать минут она уже спала.
Шурша шелками, она подошла к камину, протянула руки к огню, вопросительно
посмотрев на меня. Я обнял ее и крепко поцеловал. Она ответила на мои объятия,
прижавшись ко мне всем телом, но именно в этот момент Джулиан снова стал мерить
шагами свою спальню, и Тэсс вырвалась из моих рук.
- Нет, - выдохнула она. - Не сегодня и не здесь.
- Может, ты и права, но...
- Тс-с-с!
Я сел в удобное кресло, дал ей сигарету и поднес огонь. В спальне, несмотря на
зажженный камин, было прохладно; я взял с кровати стеганое одеяло и обернул им
плечи Тэсс. Между затяжками она быстро заговорила:
- Когда я пришла к тебе прошлой ночью, тебя здесь не было. Поэтому я и
спустилась вниз. Ты меня видел?
- Только твою руку.
- Умоляю, ради бога, не напоминай о "руке"! - Она даже вздрогнула. - Боб, я
должна рассказать, или сойду с ума. Теперь я знаю все.
- Ты знаешь...
- Ну ладно, почти все. За исключением того, кто убил мистера Логана. До того как
Гвинет уснула, мы с ней очень доверительно - на удивление доверительно -
поговорили. Я знаю, от чего этот ключ и что с ним связано. Скажешь, это не имеет
большого значения? И не поможет нам? Я совершенно уверена в обратном.
Локтями Тэсс упиралась в колени. В высунутой из-под одеяла руке была сигарета,
которую она чересчур старательно вертела, внимательно разглядывая. Огонек
сигареты казался очень слабым по сравнению с пламенем за решеткой камина. Вдруг
Тэсс резко встряхнула головой:
- Мне нравится Гвинет, Боб. Конечно, она ужасная лгунишка. Не то чтобы я... - Тут
Тэсс замолчала, прикусив губу. - Я хочу сказать, что это не имеет значения.
Думаю, о ключе она рассказала мне правду.
- И что же она рассказала о ключе?
- Все просто, - немного нервничая, продолжила Тэсс. - Ты, наверное, обратил
внимание, что у Гвинет с Кларком приятельские отношения. Вчера вечером, после
обеда, они стали еще более тесными. Она услышала - помнишь? - о музее в Неаполе,
где выставлены все сенсационные экспонаты из Геркуланума и Помпеи. Кларк
придумал классную шутку. Он сказал Гвинет, что триптих... который на самом деле
представляет собой безобидный флорентийский запрестольный образ, - один из тех
самых сенсационных экспонатов из Неаполя, и дал ключ от него. Любопытство
заставило ее среди ночи спуститься вниз, чтобы самой взглянуть на него.
Естественно, что она не захотела объясняться. Вот и все.
- Черт побери!
- Тс-с-с!
- Да, но...
- Гвинет была поражена, обнаружив всего лишь обычную картину, и уронила триптих.
Это и был грохот, разбудивший нас среди ночи. - Тэсс глубоко вздохнула. - Утром
Кларк отрицал, что давал Гвинет ключ. Конечно, с его стороны это было фальшивым
проявлением благородства - делать вид, что он оберегает и защищает ее. Помнишь,
как он смеялся? Он еще больше усложнил дело (как он это любит!), торжественно
заявив, что в триптихе нет замка, - и снова смеялся, потому что никто ничего не
мог с ним поделать. Однако он предусмотрительно рассказал вечером всю правду
инспектору Эллиоту и доктору Феллу. - Тэсс помолчала. - Об этом мне сказала не
Гвинет, я сама все слышала, стоя у окна.
Мы молча смотрели на огонь.
- Тэсс, мне начинает казаться, что этот Кларк - первостатейная и стопроцентная
свинья!
Тэсс удивленно взглянула на меня:
- Тебе только "начинает" казаться? Боб Моррисон, сколько раз я пыталась вдолбить
в твой непробиваемый лоб, что это на самом деле так!
- Ладно, ладно. Если все обстоит именно так, то, по крайней мере, частично, дело
прояснилось. Однако инцидент никак не связан со смертью Логана.
- Ты так считаешь?
- Не вижу связи. Если со стороны Кларка было всего лишь желание подшутить...
- А по-моему, нечто большее. Послушай, Боб... - Тэсс бросила сигарету в огонь,
передернула плечами и поплотнее укуталась в одеяло. - Мне кажется, ты
недооцениваешь Кларка - пожалуйста, не делай этого. Он - ловкий, коварный и к
тому же ужасно, ужасно умный. Не думаю, что кто-то может сравниться с ним -
разве что доктор Фелл...
- Ну хорошо, не будем его недооценивать. Что тогда?
- Он убедил Гвинет пойти посмотреть на триптих для того, чтобы мистер Логан
проследил за ней, думая, что она идет на свидание с другим мужчиной. И чтобы он
не поверил, если жена начнет оправдываться, и чтобы это стало причиной беды,
беды, беды! Понимаешь?
- Вполне возможно.
Шорох шагов за стеной прекратился, и мы перешли на шепот. В комнате не стало
слышно ничего, кроме потрескивания горящих поленьев.
Тэсс снова подернула плечами под одеялом:
- Если проанализировать происшедшее, станет ясно, что он все срежиссировал.
И это была неоспоримая правда.
- Думаешь, он убил Логана?
- Боб, я готова в этом поклясться! Но не могу понять, как и почему. Гвинет не
стоит спрашивать о подобных вещах - ей только лишь известно, что Кларк и мистер
Логан были лучшими друзьями. И все же я склонна считать, что он ненавидел
мистера Логана как яд: стоит ему на секунду забыться - и это слышится в его
голосе.
И снова она была права.
- Гм-м-м... Да. А тебе не удалось спросить у Гвинет что-нибудь о ее бойфренде?
Тэсс иронически поджала губы, а глаза ее насмешливо заблестели.
- К этому, пожалуй, было трудней всего подступиться. Даже когда я вскользь
намекнула, что слышала обвинения ее мужа прошлой ночью. Я постаралась как можно
более тактично затронуть эту тему - иначе она бы ускользнула от ответа, - и мне
это удалось. - Глаза Тэсс, с блестящими белками вокруг орехового цвета зрачков,
приняли притворно скромное выражение. - Я сказала ей, что предполагаю, что ее
таинственным любовником был ты, и сказала, что я ужасно ревнива, а затем, чуть
не плача, призналась, что была к ней несправедлива.
- Вот это да!
- Тс-с-с!
- Ладно. Давай дальше!
Тэсс быстро продолжала:
- Разумеется, дорогой, я ни о чем подобном не думала.
- Конечно, нет. Э-э-э... Так что же она тебе сказала?
- Совсем немного. Во-первых, она сказала, что никогда не изменяла своему мужу ни
словом, ни в мыслях, ни делом. Она именно так сказала: "ни словом, ни в мыслях,
ни делом". Потом она призналась, что у нее была небольшая интрижка - свидание с
мужчиной в ресторане Данте Габриеля Росетти в музее Альберта и Виктории...
- Где-где?
Тэсс неодобрительно взглянула на меня:
- В музее есть ресторан, спроектированный Данте Габриелем Росетти или Уильямом
Моррисом - забыла кем; никогда не могла этого запомнить! Именно там Гвинет и
встречалась с мужчиной. Но это не было чем-то серьезным, она не стала его
любовницей и ни за что на свете не скажет, кто он.
- Кларк?
- Не знаю.
- Кларк! - с горечью сказал я. - Кларк, Кларк, Кларк! - Образ этого человека
появлялся за каждым окном и высовывался из каждого шкафа. Он был вездесущ. - Мы,
по крайней ме
...Закладка в соц.сетях
