Жанр: Детектив
Пэри Мейсон 1-44.
... Не
произносите ни слова! Не...
И тут одновременно случилось несколько событий. Офицер схватил
Мейсона и поволок его по коридору обратно. Фоторепортеры кинулись вперед,
торопясь запечатлеть для вечности это мгновение. Дверь прокурорского
кабинета отворилась, и разъяренный владелец в негодовании возник на
пороге.
- Какого черта вы сюда явились, мистер Мейсон? Что вы здесь делаете?
- рявкнул он.
- Даю советы своей клиентке. Я требую свидания с миссис Малден.
Именно она и является моим клиентом.
Офицер яростно тащил адвоката к выходу. Мейсон изловчился наступить
ему пяткой на носок. Офицер отпрянул и занес для удара кулак.
- Нет, нет! Не надо! - закричал Гамильтон Бергер.
Засверкали вспышки и защелкали фотоаппараты, запечатлевая
оборонительную позу адвоката и занесенный кулак офицера.
- Вы специально это сделали, - обвинил офицер.
- Нет, это вы меня толкнули, - парировал Мейсон. - И вообще, незачем
было на меня нападать.
- Вы нарушаете порядок.
- Я нарушаю порядок? - удивился Мейсон.
Гамильтон Бергер прикрыл дверь кабинета, шагнул вперед и сказал
офицеру:
- Я сам займусь им. - Прокурор повернулся к Мейсону: - Да вы
нарушаете порядок, мистер Мейсон.
- Я оплачиваю эту контору, - усмехнулся Мейсон.
- В каком смысле?
- Я налогоплательщик. Я пришел в общественное учреждение. Я имею на
это полное право.
- Вы поднимаете шум.
- Прекрасно. Возьмите меня за это под стражу, - предложил Мейсон. - Я
даю советы своему клиенту. Загляните в юридическую литературу. Называется
ли там эта процедура именно "поднимать шум". Выйдя на свободу, я предъявлю
вам иск в неправильном задержании.
- Вы ввалились сюда, как...
- Я хочу повидать миссис Малден.
- Это невозможно. Она занята.
- Препятствуя нашей встрече, вы посягаете на ее гражданские права.
- Это вам надо полистать литературу, - рявкнул Бергер. - Подобная
ситуация имела место в деле Штробеля, и Верховный Суд признал, что там не
было посягательства на гражданские права.
- Верховный Суд не заострял этот вопрос, развязав прокуратуре руки
ввиду специфики дела Штробеля. Представьте-ка Суду нашу ситуацию,
посмотрим, что получится. Благословляю вас на подвиг.
Гамильтон Бергера размышлял над создавшимся положением.
- Я его посажу, - пригрозил офицер.
- Офицер намекает, - усмехнулся Мейсон, - что готов осуществить ваше
желание и засадить меня в тюрьму за попытку повидать клиента? Так, мистер
Бергер?
Прокурор повернулся к офицеру:
- Возвращайтесь на место. Господа, пора прекратить этот балаган. Я
обращаюсь ко всем вам. Я стремлюсь навести здесь элементарный порядок. У
меня сейчас по графику допрос важного свидетеля, дело об убийстве. Ваши
разговоры мешают сосредоточиться на работе.
Он зло смотрел на журналистов, а те отвечали ему веселым щелканьем
фотоаппаратов.
- Я требую свидания с клиентом, - громко заявил Мейсон. - Если миссис
Малден на свободе, а не под арестом, призываю ее покинуть это здание. Если
она арестована, призываю вас предъявить ей обвинение, а мне разрешить
повидать клиентку. В обоих случаях призываю ее хранить молчание.
- Нечего кричать на меня, - напрягая до предела связки, гневно
рявкнул прокурор. - Я не глухой!
- Я следую вашему примеру, - ответил Мейсон, еще больше повышая
голос. - Заодно советую своей клиентке молчать.
Вышедшие из кабинетов сотрудники прокуратуры обменивались сердитыми
взглядами и репликами, фотоаппараты щелкали, вспышки сверкали, репортеры
заносили в свои блокноты торопливые записи. Вдруг до Бергера дошло, какой
сокрушительный удар по его репутации нанесет огласка этой сцены. И он
изменил тон:
- Я расследую дело, которое может быть делом об убийстве. Если ваша
клиентка, мистер Мейсон, невиновна, пускай откровенно обо всем расскажет.
И тогда перед ней распахнутся любые двери. Но если, уподобляясь
закоренелым преступникам, она откажется говорить, это без сомнения
засвидетельствует ее вину.
- Ничего это не засвидетельствует, - сказал Мейсон. - Кто дал вам
право посреди ночи вытаскивать из постели уважаемую женщину, только вчера
пережившую горечь потери любимого супруга?!
- Но ее никто не вытаскивал из постели, - растерялся Бергер.
- Ей давно пора быть в постели. Женщину, перенесшую тяжкую утрату,
страшный эмоциональный шок, вы...
- Я отдаю себе отчет в своих действиях, - заявил Бергер. - У меня
готовы все материалы на миссис Малден, иначе бы мы не арестовали ее.
- Тогда зачем заявлять мне, что ее якобы выпустят, едва она прояснит
некие детали?
Бергеру нечего было сказать. Вдруг дверь седьмой комнаты открылась, и
миссис Малден рванулась к Мейсону.
- Мистер Мейсон! - успела крикнуть она, и тут же на плечи миссис
Малден легла тяжелая рука офицера.
Стефани Малден, не оглядываясь, лягнула его высоким каблуком своей
туфли. Офицер вскрикнул от боли, на миг ослабил хватку, и вдова,
спотыкаясь, снова устремилась к адвокату.
- Схватите эту женщину! - закричал Бергер. - Верните ее!
Подбежал еще один офицер, тот, что ведал информацией. Едва не свалив
с ног парочку репортеров, обняв миссис Малден за талию, он втащил
арестованную обратно в комнату.
Вновь засверкали вспышки. Дверь седьмого кабинета захлопнулась.
- Что вы здесь собрались? - обратился Бергер к репортерам. - На кой
черт делать из мухи слона!
Мейсон вновь повысил голос:
- Ничего им не говорите, миссис Малден. Даже который час. Требуйте,
чтобы вас ознакомили с обвинением или освободили! Слышите?
Из-за двери донеслось приглушенное "да". По-видимому, наиболее
ретивый из офицеров зажимал задержанной рот.
Мейсон повернулся к Гамильтону Бергеру:
- А сейчас, господин окружной прокурор, одно из двух. Либо вы
предъявите моей клиентке обвинение, либо отпустите восвояси. В качестве
адвоката настаиваю на своем праве ее проконсультировать.
- Вы ее уже консультировали, - сказал Бергер.
- Через закрытую дверь, за которой происходило рукоприкладство.
- Ее водворили на место, предотвратив попытку побега.
- Попытку побега? Да она просто хотела переговорить со своим
адвокатом. Получить юридические советы. Но по вашему указанию ей помешали
это сделать, причем с применением физического насилия.
- Мистер Мейсон, вы добились своей цели, устроив здесь скандал, -
нахмурившись сказал Бергер. - Миссис Малден вам все равно не видать.
Убирайтесь-ка отсюда по-хорошему, не то я вас выдворю силой.
- Выдворите? На каком основании?
- Здесь мой личный кабинет, и я...
- Ваш личный кабинет у вас за спиной. А коридор - место общественное.
- В такое время суток оно закрыто для общественности.
- Здесь находятся сейчас журналисты, здесь находятся сейчас
фоторепортеры - и я вместе с ними. Итак, вы разрешите мне переговорить с
миссис Малден? Или официально мне откажете?
- Я вам отказываю. И вышвырну вас, если вы не уйдете сами.
- Сердечно благодарю, - улыбнулся Мейсон и повернулся к журналистам.
- Надеюсь, господа, что вы все записали и сфотографировали.
Мейсон повернулся и зашагал к лифту. Бергер смотрел ему вслед
готовый, как казалось журналистам, пересмотреть свою позицию. Потом
окружной прокурор пожал плечами и возвратился в свой кабинет, громко
хлопнув дверью.
7
Мейсон мчался к дому Глэдис Фосс, рискуя разбить машину, обгоняя
попутные автомобили и ловко уворачиваясь от встречных. Наконец он резко
затормозил у известного ему дом на Кунсо-Драйв.
На противоположной стороне улицы стояла машина. Мейсон постоял с
минуту, а когда разглядел в машине слабый огонек сигареты, вышел из
автомобиля и пересек дорогу.
- Я адвокат Перри Мейсон, - сказал он водителю, когда тот опустил
боковое стекло. - А вы, полагаю, человек Пола Дрейка?
- Да, мистер Мейсон, - донесся голос из темноты. - Мы уже встречались
нынче вечером, в Диксивуд-апартаментах.
- Верно! - в тусклом свете сигареты Мейсон разглядел лицо
оперативника. - Что происходит в доме?
- Ничего. Тишина и спокойствие. Она, видимо, легла спать.
- Она, конечно, здорово сегодня устала, - сказал Мейсон, взглянув на
часы. - И все-таки мне придется ее поднять, даже если она начнет кидаться
стульями.
- Вам помочь?
- Нет, занимайтесь своим делом, - сказал Мейсон. - Мне с ней надо
потолковать, прежде чем сюда нагрянет полиция, у меня мало времени. С
минуты на минуту вся округа будет кишеть полицейскими. Они спросят, какое
у вас задание. Переадресуйте их к Полу Дрейку. Ничего больше вы не знаете.
Человек вы маленький, живете на жалованье... И моего имени не уминайте.
- Я понял.
- Что ж, пошел будить ее.
Мейсон поднялся на крыльцо и позвонил. Никакого ответа. Он позвонил
еще раз, еще, и еще. Мейсон оглянулся на сыщика и вернулся к нему.
- Вы уверены, она не выходила из дома?
- Нет, я бы заметил.
- Во сколько вы приехали сюда?
Детектив включил свет в салоне и протянул Мейсону свой блокнот.
Мейсон внимательно пригляделся к записям.
- Между моим отъездом и вашим приездом прошло минут двадцать или
двадцать пять. Я долго дозванивался до Дрейка - пока отыскался автомат,
пока шел разговор... Одеться и исчезнуть за двадцать минут?
Маловероятно... И все-таки в доме ее нет, она обставила меня!
- Что будем делать? - спросил сыщик.
- Оставайтесь здесь, - ответил Мейсон. - Держите руку на пульсе
событий... и на клаксоне. Если появится машина, полицейская или любая
другая, дайте два гудка.
- Вы хотите забраться в дом?
- Расследование дела об убийстве - не преступление, - усмехнулся
Мейсон.
- Хорошо. Я вас подстрахую. Значит, откликаться на любую машину?
- На любую.
- Можете не беспокоиться.
Мейсон вернулся к дому и достал из кармана связку ключей, тех самых,
что сдублировала Стефани Малден, сочтя их подозрительными. Два из них
подошли к дверям Диксивуд-апартаментов. На этот раз Мейсон воспользовался
третьим. Ключ легко вошел в скважину, замок сработал, Мейсон, нажав ручку,
открыл дверь и окунулся в теплую тишину дома. Поколебавшись, адвокат
включил свет.
- Есть здесь кто-нибудь? - позвал адвокат.
Не услышав ответа Мейсон отправился по коридору. Он переходил из
комнаты в комнату, всякий раз включая свет. В доме было две спальни, но ни
в одной этой ночью не спали. Шкаф в одной из них был полон женских вещей.
Во второй спальне Мейсон обнаружил в шкафу пустые вешалки и столь же
пустые ящики. В ванной комнате стояла еще влажная атмосфера, на раковине
лежало забытое колечко. В углу валялась сырая половая тряпка, через спинку
стула было переброшено мокрое полотенце. Никого в доме не было.
Мейсон двинулся в обратном направлении, гася за собою свет. Захлопнул
и запер парадную дверь и вернулся к детективу в машине.
- Ждать бесполезно, она не вернется, - сказал Мейсон.
- Сбежала?
Мейсон кивнул.
- Наверное, пока я сюда добирался.
- Наверное, - согласился Мейсон. - Скрыться она решила, едва я у нее
появился. Заговаривая мне зубы, она готовилась к побегу. Переодевалась
после ванны - и заодно укладывала вещички. Кстати, два чемодана оставались
в машине...
- А по какой причине она сбежала, - полюбопытствовал оперативник.
- Это нам и предстоит выяснить, - ответил Мейсон. - И прежде всего,
узнать, где она.
- Нелегкая задача.
- Начнем с начала, то есть с номера машины... Поехали! Полу Дрейку вы
можете пригодиться, людей ему в данный момент недостает. Да и встреча с
полицией вам вовсе и к чему.
Впереди, в своей машине, отправился Мейсон, за ним следовал детектив.
Притормозив у знакомой бензоколонки, Мейсон позвонил Полу Дрейку.
- Глэдис Фосс сбежала, - сообщил он. - Надо выяснить, где она.
- Сколько у нас времени?
- Понятия не имею. Действовать придется скрытно, в тайне от полиции.
Итак, твои основные задачи... Во-первых, если помнишь, агент, видевший ее
в Диксивуд-апартаментах, обратил внимание на мошкару, облепившую лобовое
стекло машины, помнишь?
- Ага.
- Вывод напрашивается простой - в сумерки она проезжала речную
долину. Именно в сумерки насекомые оживляются, тогда она и подцепила
мошкару. И домой приехала с пустым баком.
- Откуда ты знаешь? - подивился Дрейк.
- Если бы машина заправлялась на бензоколонке, протерли бы стекла.
Следовательно, удрала она практически без горючего.
- Понятно, - согласился Дрейк. - Какую же выгоду мы можем извлечь из
этого факта? Настичь Глэдис Фосс, когда она...
- Безнадежно, - сказал Мейсон. - Вокруг города десятки бензоколонок.
Она может залить бак на любой из них, продлив свой путь еще миль на
двести. Но, когда она сделает еще двести миль, начнет светать, и номер
машины разглядит даже ребенок. Пол, приналяг на телефон да поручи своим
агентам проконтролировать на заре круглосуточные бензоколонки в
двухсотмильном радиусе. Можешь?
- Нет.
- Почему?
- Бесполезно, слишком много дорог. Проверить двухсотмильный радиус -
все равно что искать иголку в стоге сена. До местных агентов не
дотянешься. Больно далеко.
- Далеко?
- Конечно. Подумай сам, Перри: Сан-Франциско, Рино, Лас Вегас,
Финикс, Сан-Диего, Тусон, Альбукерке... Нет, Перри, это невыполнимо. Много
дорог, напряженное движение. Затратив целое состояние, мы получим нулевой
результат. У тебя один выход.
- Какой?
- Позвони в полицию. Либо открыто, с конкретным обвинением, либо
анонимно. Раз уж они расследуют убийство, то клюнут на любой намек, и...
- Я хочу потолковать с ней раньше полиции, - перебил Мейсон.
- Ничего другого предложить не могу, - вздохнул Дрейк.
- Ладно, Пол, Поутру, как только откроются учреждения, обзвони
бензозаправочные компании. Разузнай, есть ли у Глэдис Фосс кредитная
карточка на бензин. Если есть, то чья. Потом проверь станции этой фирмы.
Так мы установим, на каком она шоссе и далеко ли собралась.
- Если у нее есть кредитная карточка, - добавил Дрейк.
- Этот шанс не стоит упускать. И еще одно, Пол...
- Слушаю.
- Ровно через час позвони в полицию. Не из своего кабинета,
разумеется. И не говори долго, а не то тебя перехватят дежурный патруль,
машины у них радиофицированные. Скажи, что ты - Рей Шпенглер, хочешь, мол,
помочь полиции в деле доктора Малдена. Дело в том, что Глэдис Фосс играла
на скачках, ставя на кон крупные суммы. Скажешь, мол, давно подозревал,
что она обворовывает доктора Малдена. Глэдис Фосс шла на рискованные пари,
в отчаянной надежде восполнить растрату, но, увы, безуспешно. Скажешь, что
сообщаешь эти факты полиции, желая помочь в раскрытии убийства и в надежде
на доброе отношение в будущем. После чего сразу же бросай трубку.
- Значит, ровно через час?
- Да, через час.
- Хорошо. Что еще?
- Пока все. Со мной твой агент, тот, что стерег Глэдис Фосс.
Отправляю его к тебе за дальнейшими указаниями.
- Что ж, каждый человек на счету, для него найдется работа.
Мейсон повесил трубку, простился с оперативником и быстро вернулся к
дому Глэдис Фосс. Воспользовавшись все тем же ключом, вошел внутрь и
принялся наводить беспорядок.
Стараясь не оставлять отпечатков пальцев, адвокат сорвал с кроватей
простыни, выдвинул ящики, последовательно вытряхивая их содержимое на пол,
сбросил с вешалок костюмы и платья.
Удовлетворенный проделанной работой, Мейсон выключил свет и запер
дом.
В девять утра Мейсон приблизился к мужчине, открывавшему табачную
лавку на углу Седьмой улицы и бульвара Клифтона.
- Мистер Шпенглер? - спросил адвокат.
Мужчина быстро повернулся, готовый к любым неожиданностям, и
подозрительно посмотрел на Мейсона.
- Кто вы такой?
- Адвокат Перри Мейсон. Я хотел бы задать вам несколько вопросов.
- На какую тему?
- О Глэдис Фосс.
- Ах, о ней!
- Именно о ней.
- Проходите. - Шпенглер отворил дверь, вошел в помещение, раздвинул
шторы. - Минуточку, - предупредил он Мейсона. - Я должен позаботиться о
посетителях. - Он выложил на прилавок книги в мягких обложках, расчехлил
кассовый аппарат, включил вентиляцию, встал за прилавок, водрузил локти на
стекло и, рассматривая посетителя, спросил: - Итак, что вы хотите знать о
Глэдис Фосс?
Шпенглер был грузным, мускулистым мужчиной с грубыми чертами лица,
низким лбом и выдающимися вперед скулами. Тоненькие усики оттеняли толстые
губы. Он явно тщательно следил за своей внешностью.
- Мне нужны сведения о Глэдис Фосс, - ответил Мейсон.
Шпенглер облизал толстые губы и подозрительно взглянул на адвоката.
- Если я знал, кто навел на меня ночью полицейских, - сказал он, -
сломал бы мерзавцу шею.
- У вас неприятности? - равнодушно спросил адвокат, закуривая.
- Какие там неприятности! - с иронией воскликнул Шпенглер. - Разве
это неприятности? Меня просто-напросто вытащили из постели в три часа
ночи, забрали в Управление и заставили рассказать все, что знал.
- Да, не особенно-то приятно, - посочувствовал Мейсон. - Полицейские
подчас ведут себя крайне развязно.
- Не то слово!
- Я в данном случае заинтересованное лицо, - сказал Мейсон.
- Заинтересованное - в чем?
- Я адвокат вдовы доктора Малдена.
- И что вы хотите от меня?
- Кое-какие сведения.
- Нет у меня никаких сведений. Сигареты есть - хотите купить?
- Вы знакомы с Глэдис Фосс?
- В полиции, пока тебя обрабатывают, - заметил Шпенглер, - всякого
наслушаешься, все что помнил - забудешь.
- Они спрашивали насчет Глэдис Фосс?
- Что знал - рассказал.
- Что именно?
- Ну, что она играла на скачках.
- Часто?
- Частенько.
- По-крупному?
- По собственной системе.
- Вы букмекер?
- Был. Поймите меня правильно, мистер Мейсон. Я больше не букмекер. Я
всего-навсего торгую сигаретами.
- Прекрасно. А давно вы занимались букмекерством?
- Еще два месяца назад.
- Что вас остановило?
- Полиция, тысячедолларовый штраф, условный приговор. Сейчас в этом
городе не развернешься.
- Хороший был бизнес...
- А вам-то что до этого?
- Пытаюсь разобраться.
- Занимайтесь своим делом, а я займусь своим. Я ведь не спрашиваю,
какую прибыль вам дает адвокатская практика.
- Не стоит злиться, - успокоил его Мейсон. - Я ведь могу обратиться
за информацией к полицейским протоколам.
- Как тут не разозлиться! Разве приятно, когда тебя ни за что
забирают в полицию посреди ночи? Ладно, раньше я был букмекером, но
теперь-то чист перед законом! Какое у их право хватать меня за шиворот
посреди ночи да тащить к себе?!
- Как насчет мисс Фосс? Везло ей или нет?
- По мне, так слишком везло.
- Говорят, она просадила кучу денег?
- Лгут.
- Говорят, она хотела отыграться и вернуть в кассу присвоенные
деньги?
- Какой-то подлец сообщил в полицию то же самое.
- Это неправда?
- Черт побери, конечно, неправда.
- Как она играла?
- По хитрой системе. Серия попыток, затем еще и еще.
- А чем это вам не по душе?
- Не прикидывайтесь простачком.
- А что, собственно, в этих сериях плохого?
- Смотрите сами - она выстреливает серию мелких ставок.
Преимущественно вхолостую. Но я за целый заезд выигрываю у нее максимум
двадцать долларов. А проигрываю, когда не повезет, тысячи.
- А она выигрывала?
- Черт возьми, два раза. Сперва сразу попала в точку. А потом уже
благодаря своей системе после пробных ставок.
- Ограничивалась она вашими услугами?
- Не думаю. Наверняка имело дело и с другими букмекерами.
- Может, там ей не везло?
- Возможно.
- А с вами?
- Обставила меня тысяч на десять. Ловкая дамочка! Или, черт побери,
очень уж осведомленная.
- Как она расплачивалась?
- Наличными.
- Не чеками?
- Чеков не признаю. Мой банковский счет изучают под микроскопом.
Существуют к тому же налоговые органы. Чеки в такой ситуации не проходят.
С меня дерут наличными. Ну и я хочу получать наличными.
- Ставки она наверняка делала по телефону. А рассчитывалась как?
- Приходила каждый четверг к четырем. Хоть часы проверяй.
- Ваша лавочка закрывается в какое время?
- Тогда - в девять вечера, теперь - в шесть.
- Хорошее у вас место, - сказал Мейсон.
- Дерьмовое, - мрачно отозвался продавец. - Я приобрел магазин в
расчете на букмекерство.
- Не окупилось? - спросил Мейсон.
- Человек предполагает, а Бог располагает, - с философской горечью
ответил Шпенглер.
- Полиция интересовалась тем же, что я?
- Интересовалась всем на свете, иначе я не стал бы с вами
откровенничать.
- Знали вы, кто служит мисс Фосс?
- Нет. Я думаю, что она захомутала состоятельного мужика и тянет с
него денежки.
- Как она одевалась?
- В общем-то, скромно. Но общее впечатление... Она ведь - красотка
хоть куда. Даже в кухонном наряде сойдет за королеву. Я себе как
представлял? Живет она в шикарной квартире, окружают ее сплошные
аристократы, где-то есть бывший муж, которого ободрали в ее пользу на
бракоразводном процессе: застукала она его, когда он развлекался на
стороне в компании аппетитной девицы или детективы нащелкали фотографий...
Да что я вам толкую. Вы же адвокат.
- Она была у вас постоянным клиентом?
- Да.
- А два месяца назад вас накрыли?
- Вроде того.
- И оштрафовали?
- И оштрафовали.
- С условным приговором?
- С условным приговором.
- И как поступила Глэдис Фосс?
- Не знаю. Наверное, делает ставки у других. Я как раз вернулся,
когда она позвонила, чтобы сделать ставку. "Нет! - ответил я ей. - С меня
хватит."
- Штраф для букмекера - мелочь, а вы закрыли дело, - сказал Мейсон. -
Видно, всерьез перепугались.
- Я человек простой, - сказал Шпенглер. - Я вам помогаю, даю вам
информацию. Кто вы для меня? Даже не клиент, ни одной сигары не купили.
Одно беспокойство от вас.
- Ну, продайте мне пару блоков сигарет, - сказал адвокат, доставая
бумажник. - Пригодятся.
- Поймите меня правильно. Я вовсе не хочу вам грубить. Я просто, черт
возьми, очень зол. Я заплатил за эту лавочку звонкой монетой, полагая, что
смогу здесь заниматься букмекерством. Не вышло, все пошло прахом. Я
проиграл. И вот сейчас я стою за прилавком сам не знаю зачем. Наверное,
потому что угрохал в эту лавчонку все свои деньги и деваться мне некуда.
- Ничего, - заверил Мейсон, - дела ваши непременно наладятся...
Большое спасибо за информацию.
Мейсон взял сдачу, сигареты и вышел из лавочки.
По дороге в офис адвокат остановился у киоска, приобрел утренний
выпуск газеты, развернул на странице объявлений, проглядел всю полосу и
наконец нашел искомое. "Превосходный табачный магазин - отличная
перспектива для предприимчивого человека. Владельца вынуждает отказаться
от дела состояние здоровья. Устойчивая прибыль за последние двенадцать
месяцев - свыше семи тысяч долларов. Рей Шпенглер, угол Седьмой улицы и
бульвара Клифтона".
Мейсон вошел в комнату для свиданий и сел за длинной стол, вдоль
которого возвышался, разделял помещение, металлический экран с мелкой
сеткой. Надзирательница ввела Стефани Малден и та села напротив адвоката.
- Мистер Мейсон, вы просто обязаны верить мне, - умоляюще сказала
она. - Ведь я ваша клиентка, а значит, вы отстаиваете мои интересы.
- Я и буду отстаивать ваши интересы, не смотря на то, что верю я вам
или нет. Вам по закону положен защитник. Вас по закону должны судить
присяжные. Именно присяжные, а не отдельно взятый адвокат. Независимо от
того, что вы совершили, Суд отводит под рассмотрение вашего дела время в
своем расписании, а квалифицированный юрист ограждает ваши права от
посягательств.
- Я нуждаюсь в вашем доверии, мистер Мейсон. Воспринимая меня
исключительно как клиента, вы подрываете мою веру в саму себя. Так ведет
себя хирург, оперирующий больного, у которого остался один шанс на тысячу.
- В вашей власти обратиться к другому адвокату, - сказал Мейсон.
- Мистер Мейсон, между прочим вы присвоили себе мои сто тысяч
долларов, - укоризненно заметила она.
- Я ни доллара не взял из сейфа в той квартире, - с раздражением
сказал Мейсон. - Я вам уже говорил об этом.
- Я знаю, что деньги у вас, мистер Мейсон. Сперва я считала, будто вы
таким образом оберегаете меня от налогового инспектора и потом их вернете.
А сейчас я в полном недоумении.
- Я могу предложить вам другую версию, - спокойно заявил адвокат. - Я
считаю, что вы сами пробрались в квартиру, отворили сейф, забрали деньги,
а потом завлекли меня в ловушку.
- Но зачем мне это, мистер Мейсон?
- Чтобы втянуть меня в ту игру, которую ведете в данный момент...
Обвинить в присвоении ста тысяч долларов и заставить защищать вас от
обвинения в убийстве вашего мужа.
- Мистер Мейсон, я не ездила в ту квартиру.
- Повторите свои слова, глядя мне в глаза. Можете?
- Конечно.
- Значит, вы никогда не заходили в квартиру девятьсот двадцать восемь
в Диксивуд-апартаментах?
- Никогда, - она невозмутимо посмотрела Мейсону прямо в глаза.
- Именно это меня в вас и настораживает.
- Что?
- То, что вы упорно лжете своему адвокату. Совершенно недопустимая
вещь.
- Я вам не лгу.
- Хм, - сказал Мейсон. - Вы приходите ко мне в кабинет и жалуетесь,
что за вами следят. И тогда, защищая ваши интересы, я нанимаю детективов,
чтобы они выяснили, кто за вами следит...
- Ах вот как!
- Да, - подтвердил Мейсон. - После вашего повторного визита вас
сопровождали детективы, у которых было задание обнаружить таинственного
преследователя.
- И что же?
- Никого они не обнаружили.
- Не может быть! - воскликнула она в смятении.
- Да, да, после визита за вами по пятам шли мои люди, - спокойно
продолжил Мейсон. - Они и проводили вас до Диксивуд-апартаментов.
- Это ложь, мистер Мейсон. Вас ввели в заблуждение. Я не ездила в
Диксивуд-апартаменты. Детектив рассказал вам то, что вам хотел
...Поділитися у соцмережах
