Жанр: Детектив
Виола Тараканова 15. Билет на ковер-вертолет
...тил Антон. -
Не ходи с ней никуда.
- Не буду, - прошептала Лиза. - Ты уверен в ее виновности?
- На девяносто девять процентов. Больше некому было нас ограбить.
- Но все же остается один процент... Надо потолковать с Аней.
- Ерунда. Она отопрется, наврет, выкрутится, - вздохнул массажист. - Кстати, знаешь,
девчонка про тебя сплетни во дворе распускает. У меня же в нашем доме пациентов полно,
рассказали люди. Думал, они привирают, но теперь понимаю - правда. Аня говорит о тебе
очень неприятные вещи. Ты меня выслушаешь спокойно?
- Ладно, - очень тихо ответила Лиза.
Глава 25
Макаркин достал из кармана платок, вытер лицо и устало сказал:
- Простить себе не могу, что в тот день, выложив жене все сплетни, лег спокойно спать,
а наутро уехал. Следовало забыть о делах, поговорить с Лизой еще раз, обсудить детали, а я
оставил ее переваривать в одиночестве брошенную вскользь крайне важную для супруги
информацию, не учел ее личностные особенности. Лиза была добрым человеком, она наивно
считала всех людей хорошими, помогала даже совершенно посторонним. Понимаете?
Я, моментально вспомнив, с какой охотой Макаркина рассказала мне о новинках
косметологии, кивнула.
- Ну а уж тех, кого Лиза считала друзьями, она защищала, словно тигр, - мерно
продолжал Антон. - Думаю, после моего отъезда жена побегала по квартире, а потом
позвонила Ане и спросила ту: "Ты делала дубликаты наших ключей? Воровала деньги?"
Наверное, Анна растерялась от такой наивной прямоты, не сумела скрыть своего страха или
изумления. Лиза поняла, что я был прав, и потребовала вернуть украденное, попросила отдать
ключи. Галкина примчалась к ней, стала отнекиваться, разгорелся скандал... Лиза небось
сгоряча ляпнула: "Не хочешь по-хорошему - вызываю милицию, пусть тебя в отделении
допросят". Я уже говорил, что жена обладала крайней - бескрайней! - наивностью,
наверняка она полагала, что последней фразой припугнет Галкину, но та взбеленилась и
налетела на Лизу... Впрочем, подробностей я никаких не знаю, следователь со мной пока не
разговаривал, я вызван на допрос только завтра. Вот как получается: погибла Лиза за тридцать
тысяч рублей!
- И за глиняную кошку, - невесть по какой причине продолжила я.
Внезапно Антон вскочил, потом, резко повернувшись, кинулся в коридор. Я, слегка
испугавшись, бросилась за ним.
Не обращая на меня внимания, Макаркин влетел в супружескую спальню, распахнул
огромный шкаф и начал методично вышвыривать на пол полотенца, наволочки, простыни,
пододеяльники...
- Что вы делаете? - попыталась я остановить врача.
- Ищу кошку, - странно спокойным голосом пояснил Антон. - Хочу ее вон
вышвырнуть, мне не нужны мрачные талисманы!
- Остановитесь... - взмолилась я, - успокойтесь...
Антон, все так же не обращая на меня ни малейшего внимания, кидал теперь на ковер
нижнее белье. Я стала быстро поднимать вещи, аккуратно складывать их и класть на широкую
кровать. У Макаркина истерика, не надо сейчас с ним спорить, пусть достанет дурацкую
фигурку, выкинет ее из окна и успокоится.
Шкаф опустел, Антон повернулся ко мне и с легким удивлением заметил:
- Кошки нет.
- Вы уверены? - удивилась я.
- Убедитесь сами, - вновь очень спокойно откликнулся хозяин. - Вот полки и вещи.
Никаких фигурок.
- Может, Лиза ее переложила?
- Зачем?
- Не знаю.
- И куда?
Я растерянно пожала плечами:
- Квартира большая, места полно. Да хоть на антресоли.
- У нас их нет.
- В других шкафах посмотрите.
Антон сел на кровать, проигнорировав мое предложение.
- Теперь понятно, - вдруг произнес он четким и ясным голосом.
- Что? - слегка обеспокоившись его психическим здоровьем, спросила я.
Макаркин окинул взглядом кипу пододеяльников.
- Лиза была идеальной хозяйкой, очень аккуратной. У нее в шкафах строгий порядок: на
средней полке простыни и полотенца, и никак не иначе. Понимаете?
- Многие женщины так делают.
- Верно, только Елизавета никогда не нарушала заведенные правила.
- Похвальное качество.
- Но сейчас-то! Обратите внимание! Я открыл дверцу, начал вынимать простыни...
Помните?
- Да.
- Они лежали на самом верху. Так?
- Насколько помню, да. Вы подошли, подняли руки, схватили стопку...
- Вот! Вот! Вот! - вдруг резко оживился Антон. - Но Лиза всегда хранила простыни
внизу! Она была маленького роста, не дотягивалась до верхних полок, а простыни меняют
часто. Поэтому жена держала их на удобной для себя высоте. А теперь они оказались там, где
всегда хранились махровые простыни. Мы ими пользовались лишь в очень жаркие летние дни
- накрывались вместо одеял. Кто перепутал содержимое шкафа?
- Может, Лиза сама...
- Нет! Невозможно! Кстати, коробка-то с деньгами на месте. Смотрите, я ее вынул со
второй полки. Но Лиза хранила "сейф" на третьей!
Антон открыл крышку довольно объемистой жестянки, и я увидела стопки денег,
перехваченные резинками. На полях верхних купюр чья-то рука очень аккуратно написала
фиолетовыми чернилами цифру "100".
- По-моему, вы сейчас зациклились на ерунде. Жестянка находилась чуть выше, Лиза
переместила ее ниже, - вздохнула я.
- Это невозможно, повторяю. Поймите, Лиза не могла так поступить. У нас на кухне
чашки в буфете всегда стоят ручками вправо. А влево - никогда! У жены такой характер...
был. Она страдала, если нарушался порядок. Сколько раз мы ругались из-за того, что я не туда
сунул ботинки, что, придя домой, поставил их не на ту полочку галошницы!
- Значит, деньги ваши целы?
- Да, - закивал Антон. - Лиза на листке пополнение фиксировала, и бумажка тут сбоку
лежит.
- Посчитайте, не пропало ли что... - предложила я и ушла на кухню.
В голове вальсом кружились не слишком приятные мысли. Увы, никакой особой
сложности в этом деле нет. Ситуация проста, словно веник. Думаю, многие из нас, к великому
своему сожалению, сталкивались с фактом, когда из письменного стола или из-под матраса
(или где там народ прячет заначку) испарялись купюры. И чаше всего воришка был легко
вычисляем - им оказывался, как правило, кто-то из детишек, решивший погулять на славу.
Некая доза витамина "Р", или, попросту, порка ремнем, обычно отбивает у младшего поколения
охоту лазить по сумкам. Сложнее дело обстоит, если дети вне подозрений. Значит,
исчезновение денег - не ребячья шалость, а нехороший замысел взрослого человека. Впрочем,
деньги могут пропасть и из офиса. Очень неприятно осознавать, что кто-то из твоих гостей или
коллег вор. Чаще всего милицию к рассмотрению таких происшествий не привлекают - не
хотят выносить сор из избы, не желают портить жизнь приятелю. И, между прочим, зря не
предают дурно пахнущее происшествие огласке. Человек, уличенный в подобных действиях и
не получивший за них никакого наказания, кроме увольнения с работы или отлучения от дома,
станет воровать дальше. Сейчас Антон стопроцентно обнаружит отсутствие некой суммы.
Очевидно, Аня еще раз поживилась в том же месте и тогда перепутала белье, а Лиза просто не
успела заметить беспорядок.
- Все на месте, - заявил Макаркин, входя в кухню, - до копеечки, за исключением тех
тридцати тысяч.
- Вы хорошо посчитали?
- Я был очень аккуратен. Деньги целы. Испарилась лишь статуэтка.
- А как она выглядела? - задала я от растерянности совершенно ненужный в данной
ситуации вопрос.
Антон скривился.
- Поделка из глины, раскрашенная краской фигурка кошки с красным бантом на шее.
Больше сказать нечего. Может, она ценная? Вдруг ни Лиза, ни я не поняли стоимости вещи? Но
кто ее украл? Неужели Аня? Зачем ей дурацкая поделка? Ничего не понимаю!
- Насколько помню, Лиза сообщила вам, что отец приобрел кошек у мужа Теодоры
Блюм?
- Да, - кивнул Антон. - Она запомнила имя, потому что часто слышала, как
неотвратимо теряющая разум мать ежедневно повторяла: "Теодора Блюм... И из-за нее
случилась беда... Она постаралась, Теодора Блюм... Ее статуэтки счастье приносят!" - и так
по несколько раз в сутки, иногда посередине ночи.
- И Лиза не пошла к этой Блюм? Не стала расспрашивать женщину?
Антон с изумлением глянул на меня:
- Зачем? Что можно узнать? О чем? О ком? Где искать тетку? Нет, конечно. Лиза просто
пыталась облегчить страдания сумасшедшей, но потом сообразила - маме уже не помочь. Вот
такая семейная трагедия. Я очень надеюсь, что Аню осудят на долгие, долгие годы. Жаль, что в
нашей стране отменили смертную казнь! Кстати, вы за или против нее?
Неожиданный вопрос заставил меня вздрогнуть.
- Простите, не поняла?
- Вы за или против смертной казни? - мрачно повторил свой вопрос Антон.
- Нельзя отвечать смертью на смерть, - тихо ответила я. - Невозможно лишать
человека жизни, его следует просто изолировать от общества, расстрел по приговору суда -
это узаконенное убийство. И потом, случаются ошибки следствия, по делу одного
маньяка-убийцы высшая мера наказания была применена в отношении абсолютно невинного
человека. Потом преступника поймали, истина выяснилась, но покойного-то не оживить!
Отмена смертной казни позволяет избежать страшных ошибок.
Антон очень спокойно посмотрел на меня.
- Я тоже так считал... до убийства Лизы. Скажите, если у вас убьют ребенка, или сестру,
или мужа, вы сможете простить преступника?
- Нет! - воскликнула я. - Лично бы растерзала его! Разорвала на куски!
- Но ведь невозможно лишать человека жизни по приговору суда, это, по-вашему,
узаконенное убийство, - повторил Макаркин только что сказанную мной фразу.
Я растерянно примолкла.
- Вот-вот, чужую беду руками разведу... - мерно продолжил Антон. - Все мы умные,
благородные, жалостливые... пока горе в ворота не постучало. Я вот очень хочу, чтобы Аня
получила по заслугам, и жалею, что ее нельзя расстрелять или повесить! Но мне юристы
объяснили: девчонка вообще может выскочить сухой из воды, отделаться ерундовым сроком,
ведь она очень молода и ранее не судима. Так вот, я начну действовать: обойду жильцов с
письмом, в котором будет требование максимального наказания. Я обращусь в газеты, подниму
вселенский скандал, заставлю судью прислушаться к общественному мнению! Вы подпишете
бумагу?
Я быстро пошла в коридор, бормоча:
- Совсем забыла - у меня же на плите суп стоит... Вот растяпа! Побежала в магазин за
луком, встретила вас, и все из головы вымело...
- Мы столкнулись на первом этаже, - напомнил Макаркин, - вы не уходили из дома, а
входили в него. Ладно, огромное вам спасибо за доброту: за сваренный суп и за то, что
выслушали дурака. Я не болтлив, но отчего-то сейчас постоянно испытываю желание говорить
о Лизе.
- Всегда к вашим услугам, только свистните, сразу прибегу, - пробурчала я и вышла на
лестничную клетку.
Макаркин запер за мной дверь, пару секунд я тупо постояла у лифта, пытаясь побороть
вдруг навалившуюся усталость. Может, люди, рассказывающие об энергетических вампирах,
правы? Я ведь просто слушала Антона. Он был спокоен, не закатывал истерик, лишь один раз
вышел из себя, когда начал выбрасывать белье из шкафа... Почему же тогда я еле жива?
Сзади послышался тихий скрип, и я быстро оглянулась. На двери, ведущей в квартиру
Веры Данильченко, той самой бдительной соседки Макаркиной, которая заперла на месте
преступления Аню Галкину, покачивался на гвозде пластмассовый номер. Очевидно, сплетница
вновь на "рабочем месте" - притаилась за створкой, глядит в глазок, а сейчас осторожно
чуть-чуть приоткрыла дверь, думает через крохотную щель услышать что-нибудь интересное...
Решив никак не реагировать на "наружное наблюдение", я вошла в лифт и поехала к себе.
Сейчас рухну в кровать, а завтра встану пораньше и отправлюсь к Теодоре Вольфовне Блюм.
Надеюсь, пожилая дама не потеряла разума и мне удастся разговорить ее.
Вас, наверное, удивляет мое желание возиться с делом, которое ясно, словно выеденное
яйцо: Аню уличили в краже, и девушка в запале убила Лизу. Но отчего-то госпожу Тараканову
грызли сомнения. Слишком уж много улик, свидетельствующих против Галкиной: ее взяли на
месте происшествия, Антон завтра расскажет следователю об исчезновении ключей и денег. И
девушка должна понимать, что Макаркин скажет о своих подозрениях. Но Анна упорно
отрицает свою вину. Она дура? Или, несмотря на юный возраст, обладает совершенно
железным характером? Олег говорил мне, что даже самые матерые уголовники под давлением
улик складывают лапки и произносят:
- Ну ладно, начальник, твоя взяла.
А тут молодая девушка, которая не "колется", хотя следователь предъявил ей совершенно
бесспорные доказательства вины. Почему Аня не сдает своих позиций? Надеется, что ей сбавят
срок? Но на судей лучше подействуют раскаяние, слезы, фразы типа: "Не хотела убивать... в
глазах потемнело... ничего не помню... теперь целыми днями молюсь за душу Лизы
Макаркиной..."
Неужели Аня настолько наглая, что не испугалась ареста и сохранила полнейшее
самообладание? Думаю, нет. Скорей всего, Галкина сейчас напугана. Тогда отчего отрицает
вину? Вдруг и впрямь она не причастна к смерти Лизы? Деньги украла, кошку тоже унесла, еще
раньше, не в тот день, когда ее арестовали, но Макаркину не убивала... А зачем Ане фигурка?
Какую ценность представляет глиняная поделка?
Утром я встала по звонку будильника и, почти не открывая глаз, побрела в ванную.
Тот, кто вынужден ежедневно в семь часов вылезать из кровати, сейчас хорошо поймет
меня. Впрочем, мне повезло: став писательницей, я обрела возможность мирно почивать по
утрам в кроватке, но память о годах, когда следовало выбежать из дома в начале восьмого,
истребить невозможно. Большую часть жизни я боролась из каждую минуту такого сладкого
утреннего сна: вечером вынимала из шкафа одежду и вешала ее на стул около кровати, потом
собирала сумку и ставила у двери, там же поджидала хозяйку и заботливо вычищенная обувь.
Будильник начинал орать в шесть сорок пять, и основная трудность состояла в том, чтобы
вскочить сразу. Если начать говорить себе: "Полежу еще две минуточки", ситуация
заканчивалась трагически. Глаза моментально слипались, голова проваливалась в подушку, и
просыпалась я уже тогда, когда весь рабочий люд Добрался до своих контор. Поэтому
разрешить себе маленькую слабость, оттянуть момент подъема, было никак нельзя.
Встав на слабые ноги, я, не раскрывая глаз, натягивала на себя приготовленные шмотки,
на ощупь брела в ванную и там прежде всего плескала в лицо холодной водой. После того как
один раз я почистила зубы мылом, а вместо крема для лица использовала зубную пасту, стало
понятно, что веки следует разомкнуть хотя бы у рукомойника.
В семь пятнадцать сонная, ненакрашенная, плохо причесанная, не попив ни кофе, ни чаю,
я уже неслась в метро. Если бы я вдруг пожелала произвести все необходимые утренние
процедуры (макияж, укладка волос феном, яичница с колбасой), то вылезать из-под одеяла
следовало бы ровно в шесть. Я на такой подвиг готова не была, внешняя красота приносилась в
жертву сну, а есть мне рано утром никогда не хотелось.
Добежав до службы, я счастливо вздыхала и начинала приводить себя в порядок. Думаете,
маячила у зеркала в туалете одна? Как бы не так! Три четверти конторских девушек
приносились в "уголок задумчивости" с косметикой и расческой, а кое-кто прихватывал фен.
По идее, службу нужно бы начинать в девять, но раньше десяти дамы свои места не занимали.
Впрочем, оказавшись у письменных столов, народ в массовом порядке принимался завтракать.
Уборщице приказывали взбодрить чайник, и, пока железный монстр закипал, вынимались
бутерброды, насыпался в чашки растворимый кофе. Потом, естественно, требовалось покурить
и еще раз выпить ароматного напитка... В общем, до полудня о работе речи не шло. Оставалось
лишь удивляться, ну зачем нас заставляют прибыть к девяти? Лучше б отодвинули начало
впрягания в ярмо на двенадцать часов дня, подчиненные в таком случае являлись бы пред очи
начальства уже при полном параде и с набитым желудком. К чему мучить несчастных людей,
какой от них прок в несусветную рань?
Сегодня, добредя до раковины, я вцепилась пальцами в холодный фаянс и велела себе:
- Ау, Виола, открой глазки!
Веки распахнулись, зрачки сфокусировались, я вздрогнула. Ну и рожа! В конце концов,
можно понять, почему Олега потянуло на молодую сибирячку. Эта Настя Волкова небось не
имеет одутловатого личика и "гусиных лапок". Нет, мне просто необходимо обратиться к
специалисту! Вот разберусь с делом, напишу очередную книгу и займусь собой. Охо-хонюшки!
Хирург Илья Германович-то прав. Что он там говорил про "собачьи щечки" и "улыбку Пьеро"?
Пожалуйста, дефекты в полной красе, полюбуйтесь, госпожа Тараканова! Ладно, противные
морщинки у глаз можно заштукатурить, но куда девать второй подбородок, а?
Очень недовольная собой, я размазала по лицу тональный крем, но стало, кажется, лишь
хуже. Окончательно приуныв, я спустилась к машине и моментально захотела есть. Теперь к
недовольству собой присоединился еще и голод. И почему я не стала дома пить кофе? Но
возвращаться - плохая примета, дороги не будет...
Потоптавшись у подъезда, я тряхнула непричесанными волосами и решительно пошагала
в сторону хлебного тонара. Не следует делать из завтрака культ, сейчас куплю булочку, пакетик
сока и заморю червячка.
Возле железного вагончика, слава богу, не змеилась обычная очередь, имелась лишь одна
покупательница. Подойдя к женщине вплотную, я узнала Данильченко, самая любопытная дама
нашего дома засовывала в кошелек сдачу.
- Привет, Вера, - зевнула я.
Данильченко вздрогнула и уронила портмоне, из кожаного нутра вывалилось несколько
купюр.
- Ну и напугала ты меня! - взвизгнула соседка Антона. - Подкралась сзади и рявкнула.
- Извини, пожалуйста.
- Вот, из-за тебя деньги растеряла, - продолжала злиться Данильченко.
Я наклонилась и стала поднимать бумажки. Однако Вера прихватила с собой большую
сумму... В раскрытом кошельке виднелась пачка рублей, на земле рядом валялись крупные
купюры. Вот на эту что-то налипло... Мои пальцы попытались привести ассигнацию в порядок,
я поскребла ногтем по пятнышку, но тут же поняла: это не кусочек земли, а пометка, сделанная
ручкой. Некто, считая деньги, написал фиолетовыми чернилами на одной бумажке "100".
Внезапно в уме закопошились воспоминания. Где я недавно видела подобные?
- Дай сюда, - рявкнула Вера, выдирая из моих рук деньги, - нечего ногтями скрести,
порвешь!
- Хотела тебе помочь.
- Спасибо, сама справлюсь, - фыркнула Данильченко и ушла.
Я наклонилась к окошку:
- Привет, Халида!
Симпатичная черноглазая продавщица весело ответила:
- Здорово, Вилка. Как обычно?
- Ага, оставь мне хлеб, вечером прихвачу. Булочки есть?
- Конечно.
- Какие повкусней?
Халида засмеялась:
- Лушик сегодня с корицей одобрил.
Лушик - симпатичный лохматый йоркшир-терьер - тихо гавкнул со своей подстилки. Я
улыбнулась. Тонар стоит около нашего дома давно, в нем всегда отличный хлеб, а торгует
выпечкой веселая Халида. Население блочной башни давно считает молодую женщину кем-то
вроде родственницы и безо всякой опаски оставляет ей ключи, попросив открыть дверь
квартиры детям, которые вернутся из школы. Еще Халида отлично изучила наши вкусы.
Жильцам из десятой квартиры она откладывает восемь рогаликов, обитателям сороковой -
плюшки с маком, нам - "Бородинский" и нарезной. Вечером люди просто забирают пакеты. И
не беда, если у кого нет денег, Халида запишет долг в тетрадку. Еще она любит животных и не
отказывается пригреть в тонаре тех, кто уж слишком скучает в отсутствие хозяев. Правда,
больших псов Халида приютить не может, боится неожиданного визита сотрудников
санэпидемстанции, но Лушика, крохотного йоркшира, принадлежащего Сергею из сотой
квартиры, оставляет охотно. В случае проверки Лушика можно сунуть за пазуху. Йорк служит
для нас дегустатором - абы что общий баловень кушать не станет, он согласится слопать лишь
самую лучшую булочку.
- Ну, раз Лушик одобрил с корицей, то дай две штуки, - попросила я, - и пакетик
нектара из манго.
- Не бери его, - предостерегла Халида.
- Просроченный?
- Нет, что ты! У меня весь товар свежий!
- Тогда почему не пить нектар?
Халида замялась.
- Думаю, тебе лучше минералку, без газа.
Я захлопала глазами, а Халида докончила фразу:
- Она хорошо на печень влияет.
- Но я не жалуюсь на здоровье.
- Из манго получается тяжелый напиток, - упорствовала Хал ид а.
- Почему ты решила, что я заболела?
- Ну... так... - туманно ответила Халида.
- Говори!
- Наверное, ошиблась, - быстро пошла на попятную продавщица.
- Плохо выгляжу?
- Э...э...
- Лицо опухшее и морщины?
- Да, - кивнула Халида. - Извини, конечно, но не первый год тебя знаю, но сейчас ты
очень устало выглядишь. Это печень. Сейчас много хороших лекарств, купишь таблеток и
снова здоровая будешь. Но лучше пей простую минералку.
- Это старость, - погрустнела я.
- Какие наши годы! Тебе пятьдесят есть?
- Мне еще и сорока не стукнуло!
Халида закашлялась, а я приуныла окончательно. Нет, похоже, косметолог мне не
поможет, понадобится круговая подтяжка всего тела!
Халида оперлась грудью о прилавок и заговорщицки прошептала:
- Слышь, Вилка, а сколько ты мне дашь?
Я внимательно оглядела ее свежее личико и ясные глаза.
- Двадцать пять.
- Не, - засмеялась Халида, - мимо кассы. Я насторожилась.
- Извини, никогда не умела правильно оценивать возраст, не хотела обидеть. И потом,
женщины восточной наружности, ну татарки, как ты, смотрятся слегка старше...
И тут я прикусила себе язык. Кажется, несу глупость, хотела исправить положение, а
вместо этого снова могу обидеть Халиду, но продавщица вовсе не обиделась, наоборот, звонко
рассмеялась.
- Я не татарка, а лезгинка.
- Ой, прости!
- И мне не двадцать пять, а...
- Конечно, конечно, - быстро перебила я Халиду, - ясно же, что меньше, просто...
- ..мне сорок два, - спокойно довершила фразу продавщица.
- Сколько? - ахнула я.
- Сорок два, - повторила Халида.
- Невероятно! Смотришься девочкой!
- Ну я ведь и не мальчик, - прищурилась Халида.
Меня охватило любопытство.
- Можешь открыть секрет? Каким кремом пользуешься?
- Да самым простым, - пожала плечами Халида, - в переходе купила.
- Дорогой?
- Нет, тридцать рублей банка.
- Как называется? Может, и мне поможет!
- Не в креме дело, - заговорщицки прошептала Халида, - мне Сяо Цзы верный путь
подсказала.
- Кто?
- Возле метро ларек стоит, на нем дракон бумажный висит... Видела?
- Конечно.
- Вот! Там Сяо Цзы торгует, китаянка, она специалист по древней медицине. Я себя год
назад так плохо чувствовала, и Сяо Цзы... Сейчас, погоди...
Халида нырнула под прилавок, потом выпрямилась и дала мне шуршащий пакетик.
- Это что? - насторожилась я.
- Девушки, - послышался сзади недовольный мужской голос, - долго еще языки
чесать будем? Люди хотят хлеб купить.
- Сунь их в ботинки, - быстро бормотнула Халида, - я уже год ношу и молодею.
Вечером подойди, объясню подробно. Впрочем, там написано, почитай внимательно.
Держа в одной руке булочки, а в другой тонкий пакетик, я вернулась к машине, села в нее
и стала рассматривать подарок Халиды.
Хрусткий целлофан покрывали с лицевой стороны надписи : "Нога - корень здоровья.
Нога - голова молодости"; "Атлетизм-стельки"; "Удаление скверного запаха, защита от пота,
омолаживание живота"; "От чесоти стерилизация".
Добравшись до этой фразы, я призадумалась: что такое чесоть? Наверное, некая
неизвестная мне болезнь. Ладно, почитаю дальше.
"Предотвражение ножных болезней. Защита чулок и шелковых сапог. Массажист точек
семи молодостей. Удар по сердцу и голове. Желаем вам доброго здоровья. Купите стельки
пожалуйста, молодейте мозгом и ногой".
Я пощупала две тонкие, самые обычные по виду стельки и перевернула пакетик. С
оборотной стороны обнаружилась рекламная листовка.
"Высокосортные товары. Ароматная стелька.
Эта стелька применит самый передовой изготовление лекарства по рецепту врача,
обладает профилактической дерматоффитозой нога и стерилизует плесень. Особенности для
дерматоффитозой нога, гниль ноги и т, д. Потребители должны разобрать, где марка.
Внимание: соблюдаю чистоту и санитарию своей обуви. Каждый вечер должны мыть ноги
и переменить носки.
Фабрика стельки".
В голове зароились вопросы. Кто такая дерматоффитоза? И может, у меня имеется
"гниль", из-за этого я выгляжу посыпанной пеплом курицей?
- Вилка-а-а! - донесся до слуха крик.
Я опустила стекло, увидев, что из окошка тонара высунулась Халида.
- Не сомневайся, - орала юная на вид моя ровесница, - все дело в точках, китайцы
большие мастера, они свое дело знают. Немедленно сунь стельки в ботинки, вечером себя не
узнаешь! Мне помогло!
Я с сомнением покосилась на пакетик, потом на очаровательно молодую Халиду и
крикнула:
- Тебе и впрямь сорок два?
- Хочешь, паспорт покажу? - донеслось в ответ.
- Не надо! - гаркнула я и зашуршала целлофаном. - Сколько с меня?
- Ерунда, подарок, - ответила Халида и исчезла в вагончике.
Последнее замечание окончательно убедило меня в действенности китайской стельки.
Халида не имела никакого материального расчета, она не торговала изделием, дала мне его от
чистого сердца. И потом, китайская медицина на самом деле чудодейственна, небось то, что
сейчас засовываю в туфли, пропитано целебным лекарством - нос уловил некий слабый
аромат.
Я топнула ногой и пошевелила пальцами. Ногам стало немного тесно, но ради красоты и
молодости женщины идут и не на такие неудобства. Ладно, во всяком случае, хуже мне не
станет, похожу со стельками до вечера, а там посмотрю. Халида-то выглядит просто девочкой!
Здание, в котором обитала Блюм, назвать приютом для престарелых было невозможно -
скорей уж санаторий, пансионат, хорошая гостиница. Трехэтажный дом прятался в глубине
довольно большого двора. Массивная парадная дверь оказалась заперта, я позвонила в
домофон.
- Клуб "Нежный закат", - раздался мелодичный женский голос. - Вы к кому?
- Теодора Вольфовна Блюм здесь проживает?
Послышался тихий щелчок, вход открылся, я оказалась в уютном холле: два дивана,
несколько кресел, пара журнальных столиков, красивые занавески, стойка рецепшен, а за ней
...Закладка в соц.сетях
