Жанр: Детектив
Виола Тараканова 15. Билет на ковер-вертолет
..., что
творит "крошка", выйдя за порог родной квартиры. Так что к Ирине за какими-либо
разъяснениями обращаться бесполезно, Аня не откровенничала с мамой. Ира пребывает в шоке
от ареста дочери, и лучше не трогать старшую Галкину. Тем более что сейчас напрашивался
вывод: Аня могла убить Лизу. Из-за денег. Но не из-за тех, которые ей был должен за
несостоявшиеся сеансы массажа Антон Макаркин, - женщины не поделили прибыль,
полученную в клинике.
Вот что: надо поговорить с Антоном. Правда, сейчас доктору не до болтовни с соседями
- погибла его жена. Впрочем, можно попытаться. Очень аккуратно, найти благовидный
предлог... Макаркин стопроцентно знает правду, но, очевидно, в этом деле имеются некие
компрометирующие Лизу детали, поэтому новоиспеченный вдовец крепко держит язык за
зубами. И повод у него для молчания убедительный: Лиза скончалась, супруг не желает
чернить память покойной. Нет, мне просто необходимо повидаться с ним! Кстати, можно
показать ему фотографии, вдруг Антон сообразит, кто изображен на них. Или пока не следует
никому демонстрировать снимки?
Так и не придя ни к какому решению, я доехала до дома. Вошла в квартиру и скривилась
- в прихожей интенсивно пахло рыбой. Противный дух объяснялся просто: значит, сейчас на
кухне варятся креветки. Этих отвратительных крючкообразных рачков обожает Ленинид, а
Томочка всегда идет у него на поводу.
Я уже рассказывала о том, какая метаморфоза случилась с папенькой. Из никому не
известного бывшего уголовника, бомжа, а в последнее время столяра он трансформировался в
звезду экрана. На беду, я взяла его на актерский кастинг своего сериала, и Ленинид схватил
птицу счастья за хвост .
К слову сказать, многосерийный фильм у нас получается, на мой взгляд, кошмарным.
Правда, зрители увидели первый пакет из семи лент, и никто, кроме меня, не пришел в ужас.
Народу понравились перестрелки, чернокожие любовницы, драконы с лекарством от рака и
инопланетяне, сражающиеся с динозаврами. Я же нервно вздрагиваю при каждом просмотре.
Поверьте, никогда не писала подобного идиотизма, от меня в сериале осталось лишь имя в
титрах - "Арина Виолова". В моих книгах нет и намека на гигантских черепах, разъезжающих
по Москве на велосипедах, и я не придумывала сумасшедшего парня, белолицего блондина,
убивающего негра, своего брата-близнеца. Больше всего боюсь, что зрители через некоторое
время, простите за каламбур, прозреют и закидают экраны своих теликов гнилыми помидорами,
при этом вопя:
- Ну и дура же эта Виолова! Вот же хрень какую понаписала!
Так вот я заранее хочу их предупредить. Дорогие мои, автор, по книге которого снимают
бесконечно долгое кино, имеет к нему такое же отношение, как вы к английской королеве. При
этом вы, если пороетесь в своей семейной истории, то, вполне вероятно, найдете в ней некоего
пятиюродного дедушку шестой племянницы восьмой тети, который ужасно давно абсолютно
случайно столкнулся с королевой Викторией во время какой-нибудь церемонии. Но если
говорить обо мне, то я абсолютно точно не имею ни малейшего отношения к идиотизму,
который демонстрируют по ящику как бы от моего имени.
Отчего же я, как многие писатели, не начинаю ругаться с продюсерами и режиссерами?
Ну, во-первых, из элементарной жадности - мне за использование имени заплатили малую
толику. Во-вторых, после выхода сериала издательство "Марко" отметило некоторый рост
продаж детективов Арины Виоловой (пусть и не настолько большой, как рассчитывал главный
редактор, но все же). И, в-третьих: сериал сделал из Ленинида звезду.
Папенька играет вдохновенно. Правда, на мой взгляд, грубо и резко, но зрители вкупе со
съемочной группой в восторге. Все рецензенты взахлеб твердят: "Плохую экранизацию глупых
книжонок спасает лишь исполнитель роли бандита Крутова. Ленинид очень хорош,
естественен, талантлив..." И далее следуют три страницы хвалебных песен в сопровождении
фото папеньки.
В то, что Ленинид - отец писательницы Арины Виоловой, не верит никто. "Удачный
пиар-ход ловкой писаки"; "Арине трудно отказать в фантазии. Жаль, что она не использует
свой дар в книгах"; "Микки-Маус - тоже отец Виоловой" - это лишь малая толика насмешек,
упавшая на мою голову после пресс-конференции, на которой я сообщила:
- Исполнитель одной из центральных ролей - мой отец.
Услыхав сенсационное заявление, журналисты сначала взвыли, а потом стали требовать:
- Дайте ваши детские фото с папой!
- Расскажите, как он вас водил в школу!
- Поподробней о детстве!
Я очутилась в совершенно идиотском положении. Ну не отвечать же борзописцам правду
- что папашка большую часть жизни провел на зоне, а встретились мы с ним и начали
общаться не так уж и давно .
Начальник пиар-отдела "Марко" Федор от всего этого схватился за голову, и утром в
газеты ушел пресс-релиз, мирно разъясняющий ситуацию: Ленинид-де философ, он посвятил
большую часть своей жизни изучению религий Востока, ездил в Индию, долгие годы провел в
Тибете, затем перебрался в Китай. Дочь он воспитывал посредством писем, каждый день
отправлял ей по пятнадцать страниц наставлений. Можем показать архив, однако фото нет.
Но не прокатило. Пишущая публика принялась чесать о меня когти, с клыков журналюг
капала ядовитая слюна. "Виолова хочет примазаться к славе Ленинида", "Интеллигентный
актер не дает комментариев...", ну и так далее. Отчего-то все посчитали меня нахалкой, а
папашку милым, тихим и просто очень талантливым мужчиной.
Ситуация взбесила меня до крайности, но, сами понимаете, никаких адекватных действий
предпринять я не способна. Ленинид же цветет и пахнет, он воспринимает шум вокруг себя как
справедливую оценку собственного таланта. Если вспомнить поговорку про огонь, воду и
медные трубы, то приходится признать: последние изменили папеньку до неузнаваемости.
Для начала Ленинид принялся натягивать на себя невероятные шмотки, представая перед
нами в прикиде взбесившегося тинейджера, потом стал поговаривать о покупке машины.
Любые мои замечания или дружеские советы он воспринимает с гримасой и отвечает с
неподражаемо-презрительной улыбкой на губах:
- Доча! Яйца курицу не учат. Сначала достигни моих заработков и славы, а там и
погутарим.
Кроме того, я терпеть не могу креветки! В сыром виде они вызывают у меня жалость, в
отварном мерзко пахнут. Ленинид же, заявившись в гости, притаскивает пакет с морскими
гадами и командует:
- Ставьте на огонь кастрюлю, ща полакомимся от пуза!
В общем, теперь, надеюсь, всем понятно, отчего сегодня я, войдя в квартиру, первым
делом скривилась. Постаравшись натянуть спокойно-приветливое выражение на лицо, я вошла
на кухню. Так и есть - папашка, одетый в сильно мятую зеленую рубашонку, восседает за
столом, посередине стоит миска, наполненная мерзкорозовыми тварями.
- А где Томочка? - поинтересовалась я.
- Ну, во-первых, здравствуй, - церемонно кивнул Ленинид.
- Привет, - начала невесть по какой причине злиться я.
- Если пребываешь в плохом настроении, - продолжил наставительно папенька, - то
нечего к нам домой заявляться. Незачем остальным членам семьи хороший вечер портить.
- Минуточку! - еще больше рассердилась я. - Давай-ка уточним: это ты у нас в гостях!
- Не, - меланхолично сообщил наш телегерой, - теперь пока тут поживу.
- С какой стати?
- Эх, добрая ты, доча, - укоризненно завел Ленинид. - Чисто Белоснежка! Всех
пригреваешь, ласково обнимаешь, всем приют даешь!
- Белоснежку, насколько помню, злая мачеха выгнала из дома, - зашипела я. - Ее
гномы к себе пустили, сама-то она квартиркой не обладала. А у тебя вполне симпатичная
жилплощадь имеется, можешь там и оставаться.
- Ну, доча, - загундосил Ленинид, - я творческая личность, великий актер,
раскрывшийся в силу трагических обстоятельств лишь во второй половине жизни. В первой -
себя искал, душу по кусочкам складывал, теперь народу свет несу. А супруга моя, женщина
плебейская, чуть что за скалку хватается, у нее ни тонкости моральной, ни красоты физической.
Мне с ней неудобно и стыдно. В общем, развод!
- Странно... - пробормотала я и, стараясь не дышать, прошла мимо стола к балкону.
Решила - приоткрою дверь, авось креветочныи дух выплывет наружу.
- Обычная трагедия, - со слезой в голосе сообщил папашка, - сплошь и рядом
случается. Мужчина добился успеха, баба осталась на месте. Возьмем историю: Лев Толстой,
Достоевский, Чайковский... все были несчастны...
Я приникла носом к щели - ей-богу, бензиновый смог Москвы лучше вони, царящей на
кухне, - и перебила папеньку:
- Лев Толстой не понимал свою жену Софью, но они прожили вместе много лет, Анна
Достоевская верой и правдой служила мужу, и он писал в своих дневниках: "Я не заслужил
такого счастья, как моя супруга", а Чайковский имел нетрадиционную сексуальную
ориентацию, отсюда и все его терзания. Да бог с ними, с классиками, многие из них
разводились и ругались с женами, как обычные смертные. Меня смущает в твоей ситуации
лишь одно: почему Наташка отпустила муженька живым. Насколько знаю нашу бывшую
соседку, а ныне родственницу, она просто обязана была отходить тебя после заявления о
разводе тем, что первое попадет под руку: табуреткой, стулом, разделочной доской,
сковородкой.
Ленинид выбрал самую сочную креветку, облизнулся и быстро пояснил:
- А мы не обсуждали проблему. Нацарапал ей записку, покидал вещи в чемодан и...
- Сбежал, - подытожила я.
- Ушел с достоинством, - отбил мяч Ленинид. - Просто решил обойтись без свар.
Плавную речь папашки, сопровождаемую самозабвенным чавканьем, прервал резкий
звонок в дверь.
- Кто там? - занервничал Ленинид.
- Отложенный скандал, - ухмыльнулась я. - Наташка в компании со скалкой и
сковородкой.
Ленинид изменился в лице.
- Не ходи.
Дзинь, дзинь, дзинь... - неслось из прихожей.
- Не открывай, - нервничал папашка.
- Она так не уйдет, - предостерегла я.
Дзинь, дзинь, дзинь.
- Скажи, что меня тут нет! - воскликнул "великий актер" и шмыгнул под стол.
- Врать некрасиво, - назидательно ответила я. - Да и глупо при том, что на столе
маячит миска с креветками. Думаешь, Натка дура? Да она сразу просечет, что ты здесь.
Ленинид вынырнул из-под скатерти, схватил плошку и, снова прячась вместе с посудой,
прогудел:
- Ну, доча... Я тебе лучше живым пригожуся. Да и сериал без меня никуда! О рейтинге
подумай!
- Сиди молча, - велела я, - попытаюсь купировать беду. Только, сам знаешь, если
Натуля войдет в вираж, ее не остановить.
Глава 15
Распахнув дверь, я попятилась. На пороге дыбилась дородная фигура со скалкой в
мощной руке.
- Его нету! - живо воскликнула я. - Даже не заходил, никогда не слышала о вашем
будущем разводе, извини, сижу работаю, не до гостей!
- Прости, Вилка, - пропищало чудище, - побеспокоила, но беда у меня!
Тут только до меня дошло, что одето оно не в плащ или куртку, а в линялый от
многочисленных стирок халат и обуто в растоптанные тапки и это вовсе не Наташка, а Инна из
тридцать восьмой квартиры. Вот скалка у нее в лапе настоящая, круглая и толстая.
- Что случилось? - перевела я дух.
- Толька напился.
- Эка удивила! Он у тебя всегда нетрезвый.
- А вот и нет, - замотала встрепанной головой Инна. - Зашила его, три месяца ходил
ни в одном глазу. Дома я всю водяру вылила, на работе у него одно бабье. Где взял ханку?
Я молча глядела на Инну. Пусть говорит вволю, пусть Ленинид посидит под столом в
обнимку с миской креветок, пусть потрясется от страха, пусть вспотеет, пусть! Впрочем, ему
небось ничего не слышно, и это плохо...
- Ты можешь шарахнуть скалкой по вешалке и заорать: "А ну, иди сюда"? - прервала я
соседку.
Та изумилась:
- Скалкой? Где мне ее взять?
- Да в руке держишь!
- Ой, и правда! Вот как разнервничалась, схватила и не заметила. А зачем лупить по
твоей вешалке?
- Тебе трудно?
- Да нет.
- Тогда начинай.
Инна треснула скалкой по указанному месту. Удар пришелся прямехонько по моей сумке,
висящей поверх куртки.
- А ну, - завизжала Инна, - вали сюда! Сволочь! Подонок! - Потом, уже нормальным
голосом, она осведомилась:
- Хорошо?
- Замечательно.
- Ой, сумка твоя упала, и все высыпалось... Но ты сама хотела!
- Конечно, потом подберу, а сейчас говори, что у тебя стряслось.
- Пошли покажу! - попросила Инна. - Ты детективы пишешь, скумекаешь, что к чему.
Я окинула взглядом выпавшие из моего ридикюля шмотки. Ладно, вернусь и соберу их.
Попросила соседку:
- Ну-ка, поругайся еще чуть-чуть, поори громко. Пока я надевала туфли, Инна старалась
изо всех сил - колотила скалкой по вешалке и визжала:
- Урою всех! Насмерть! Убью на фиг!
- Хватит, - шепнула я, - пошли. Теперь до утра не вылезет.
- Кто? - тихо спросила Инна.
- Да Ленинид, - захихикала я, запирая дверь. - Он решил: его жена прибежала со
скандалом, залег под стол. Так ему и надо!
- Козлы! - с чувством произнесла Инна. - Ну скажи, пожалуйста, какой толк от
мужиков, а? Возьмем, к примеру, моего Тольку. Сначала вокруг него мать, чтоб ей грыжу
получить, скакала - обстирывала, кормила, поила. Потом он на мне женился. И че вышло?
Теперь я у плиты кручусь, над утюгом дохну. На фиг мне муж? Денег больше его зарабатываю,
так за каким чертом таз с цементом пру, а?
- У вас ремонт? - удивилась я. - Зачем осенью начали?
- Не, это я так про Тольку. Напьется и пойдет куролесить, орет: "Я в доме хозяин! Всем
цыц!" Смотрю на него, и смех разбирает. Козел, а не хозяин. И чего с ним живу, а? Пришла бы
сегодня домой, в квартирке тихо, спокойно, чисто. Села бы, усталая, у телика, чайку попила.
Мне твой сериал нравится, там Ленинид такой зверь! У-у! А что получилось? Дверь
распахнула... Мама родная! Все вещи разбросаны, сам хозяин пьяный совсем. И ведь, что
удивительно, водкой не несет от него. Я все предусмотрела: дома пузырей нет, в кармане у
Тольки пустыня...
- Наверное, деньги на обед в рюмочной потратил, - вклинилась я в поток жалоб.
- Толька в шаге от квартиры работает, - бойко пояснила Инна, - охранником его
пристроила в магазин, где косметикой торгуют. Там одни девки, никакой выпивки, он домой на
обед приходит. И лежит сейчас веселый. Вилка, ты его растряси, а? Мне знать надо, где он
водяру нашел.
- Приятели угостили.
- У него их нет.
- Собутыльники бывшие пожалели, стакан налили.
- Ой, не смеши! Они ж за каплю удавятся! Да и негде им столкнуться. Может, где дома
припрятал? Откуда взял деньги? Нет, я просто с ума сойду...
Мне стало смешно - вспомнился один случай.
Несколько лет назад, когда мы с Олегом еще не были женаты, Куприн ждал меня во
дворе. Дело было зимой, мой милиционер замерз, решил войти в подъезд и, встав у окна,
высматривать опаздывающую любимую. Это сейчас Олег черствый и невнимательный, букет
цветов он дарит супруге лишь на Восьмое марта, да и то не всегда, чаще всего норовит сделать
полезный презент: приносит кастрюлю или сковородку. Хозяйственный - тюльпаны-то
завянут, а чугунина останется навечно. Но в момент жениховства Олег вел себя безупречно - в
гости без хорошей бутылочки, конфет и каких-нибудь вкусностей не являлся.
Вот и в тот день у него имелся коньячок вкупе с шоколадным "Ассорти", лимонами и
"Эдамом". Пусть никого не удивляет напиток - мы с Томочкой не любим ни игристое, ни
прочие вина. У меня от любого алкоголя, кроме того, что придумали в известной французской
провинции, моментально начинается изжога, а Томуську от "дамских" градусов схватывает
мигрень. Но речь сейчас не о наших пристрастиях. В общем, Олег маячил у окна довольно
долго, потом увидел меня, открыл форточку и крикнул:
- Стою в подъезде!
Я вздрогнула от неожиданности, поскользнулась и тут же шлепнулась. Куприн,
естественно, ринулся к невесте на помощь. Случись подобный казус сегодня, Олег бы не
пошевелился, спокойно подождал жену у лифта, а потом начал бы ворчать: "Вечно под ноги не
смотришь".
Но в качестве жениха Куприн, повторяю, был безупречен, поэтому кинулся поднимать
возлюбленную. Впрочем, дело уже катило к свадьбе, заявление лежало в ЗАГСе. Олег не
потерял головы - он решил не брать с собой сумку с продуктами. Но ведь оставить в подъезде,
на подоконнике, выпивку с закуской невозможно! И мой будущий муж проявил осторожность
вкупе с креативностью: мгновенно оценив обстановку, он открыл электрощиток, сунул туда
сумку, а потом помчался к терпящей бедствие невесте.
Когда через четверть часа Куприн почти внес меня в подъезд, на подоконнике уютно
устроилась троица сильно помятых парней. Между ними стояла пустая бутылка из-под самого
дешевого пойла и лежали остатки колбасы.
- Можешь подождать секундочку? - с невероятной заботливостью спросил Олег.
Я кивнула. Жених прислонил невесту к стене, потом приблизился к щитку, распахнул
железные дверцы, и на свет явились коньячок вкупе с закуской.
- Пошли домой, дорогая, - заулыбался Куприн.
Слов, чтобы описать, какое выражение наползло на лица алкашей, у меня нет. Сначала
"юноши младые со взором горящим" оцепенели, а потом, издав вопль, которому легко
позавидуют воинственно настроенные индейцы, рванули вверх по лестнице. Подъезд наполнил
стук и густой мат - маргиналы открывали все щитки подряд в поисках припрятанных в них
деликатесов.
С тех пор меня никогда не удивляет вопрос, часто звучащий из женских уст: "Ну, где он
мог найти выпивку?"
Да везде! Подфартило парню, влез в ящик с пожарным краном, а там дастархан...
Продолжая причитать, Инна впихнула меня в свою скромную квартирку. Толик сидел у стола,
положив голову на скрещенные руки.
- Эй, козел, - мило обратилась к супругу жена, - гость у нас, проснись!
- Че ругаешься? - пробубнил Толя, пытаясь выпрямиться и удержать явно слишком
тяжелую сейчас голову. - Здорово, Тамарка!
- Я Вилка.
- Один хрен, путаю вас, похожи больно... - Толя икнул и снова рухнул лбом в
столешницу.
- Видела? - подбоченилась Инна. - Ваще никакой. А теперь понюхай, чем пахнет?
Я потянула носом воздух и констатировала:
- Не водкой.
- Во!
- И не портвейном.
- Точно.
- Что-то душистое. Коньяк?
- Откуда у него средства? - взвизгнула Инна и бросилась трясти мужа. - Балбес, урод,
говори, где ханку взял? Спер? Имей в виду, посадят, я к тебе не приду, сухарей не принесу,
загибайся в камере! Надоел! Долдон!
- Ясное дело, - вдруг почти трезвым голосом ответил Толик, - вы, нонешние бабы, не
жены декабристов.
Мне снова стало смешно. Недавно услышала по радио очередную шуточку. "Она поехала
за ним в Сибирь и испортила мужу всю каторгу". Интересно, осужденные за
антиправительственное выступление дворяне были рады увидеть своих супружниц? История
отчего-то умалчивает об этом факте. Во всяком случае, в школьных учебниках, из которых я
черпала знания, весьма подробно описано, как нежные дамы страдали в пути, останавливаясь в
простых трактирах. Лично у школьницы Таракановой тогда возникла масса вопросов: тетеньки
не шли пешком, волоча ядро на ноге, их не били, не унижали, не оскорбляли. Дамы совершали
путь в карете, мучаясь оттого, что вместо медвежьей полсти их ноги прикрывало ватное одеяло.
И потом, они жили в обычных избах, имея при себе горничную и кухарку. Можно ли считать
подобные условия ужасными? Рядом любимый муж, в печи горит огонь, есть картошка и
помощницы, которые приносят воду, стирают белье и варят суп. Да подавляющее количество
русских баб посчитало бы такую каторгу невероятной удачей! А что опальным дворянкам было
делать в Петербурге? Их бы никто в гости не позвал, замуж не взял - общество побоялось бы
царского гнева. Так что поездка в Сибирь была для них спасением.
Толик опять икнул, по кухне поплыл аромат.
- Духи! - воскликнула я. - Такие есть у Кристины, название забыла... Он пил парфюм,
французский!
- Совсем ты, Вилка, того, - вздохнула Инна. - Хоть представляешь, в какую цену
крохотный флакончик идет? Толяну, чтобы ужраться, сто таких наперстков надо, и где ему...
Но я уже подошла к подоконнику, отодвинула тяжелую портьеру и увидела около стопки
пожелтевших от старости газет огромный флакон - просто бидон! - наполненный
светло-желтой жидкостью. Те, кто посещает парфюмерные лавки, сейчас поймут, о чем идет
речь: подобные "бутылки" многие фирмы выпускают в рекламных целях, для украшения
витрин и торговых залов.
- Матерь божья! - всплеснула руками Инна.
Я быстро протянула к флакону руки, ловко скрутила пробку-дозатор и сказала:
- Ага, тот самый запах.
- Эй, эй, эй! - заволновался Толик. - Это что ж получается? Штука с прыскал кой
снимается?
- Ну да, - пожала я плечами. - А ты не знал?
- Не-а, - жалобно протянул алконавт. - Прикинь, как устал! Пшикал и пшикал себе в
рот, чуть не помер, пока пробрало! Сначала еле-еле из магазина вынес, а потом измучился: жал,
жал на пробку, а в пасть - чуть попадает, один запах.
Лицо Толика приняло самое разнесчастное, обиженное выражение. Стараясь не
расхохотаться, я глянула на обомлевшую Инну:
- Понятно? Пойду домой.
- Ну, ща тебе мало не покажется... - процедила соседка, поворачиваясь к супругу.
Толик в очередной раз икнул, вздрогнул и начал медленно сереть. Мне даже стало жалко
предприимчивого алкоголика. Ей-богу, он уже натерпелся по полной программе. Представляете
беду? Ухитрился спереть три литра духов, а открутить пробку не догадался - нажимал на
распылитель, мучился в ожидании кайфа. А сейчас получит от обозленной Инны скалкой по
башке.
- Лучше скажи ему спасибо, - усмехнулась я.
- За что? - уперла кулаки в бока Инна. - С какой радости?
- У тебя теперь парфюма на полжизни хватит, - объяснила я. - И еще: станешь во
дворе чистую правду говорить - что муж принес, соседки от зависти скамейки погрызут,
будешь фломастером уровень остатка отмечать перед уходом, и отлично.
В глазах Инны мелькнула растерянность.
- Слышь, Вилка, тебе, часом, картину повесить не надо? Или дверцу у шкафа поправить?
Еще утюг починить могу... - деловито предложил протрезвевший от страха перед расправой
Толик.
- Спасибо, - вежливо ответила я, - дома свой починяльщик сидит, креветки лопает.
Вернувшись назад, я обнаружила папеньку в прихожей. Ленинид с интересом разглядывал
фотографии, вынутые из конверта.
- Слышь, доча...
- Ты зачем берешь чужие вещи? - налетела я на "звезду".
- Они на полу лежали, - начал оправдываться папенька, - сумка упала.
- Чей ридикюль свалился, твой?
- Нет, - слегка растерялся папашка. - Я такое не ношу, не моя вещичка.
- Некрасиво хватать чужое без спроса.
- Хотел собрать.
- Не надо.
- Помочь думал.
- Благодарствую за заботу! - рявкнула я, отнимая у Ленинида снимки.
- Слышь, доча...
- Мне некогда!
- Хотел спросить...
- Потом! - продолжала злиться я. - Фу, теперь от конверта рыбой несет!
- Доча...
- Я пошла работать.
- Погоди...
- Некогда!
- Скажи...
- Все!!! - заорала я и влетела в комнату к Кристине.
Что говорить, вечер прошел бездарно. Вместо того чтобы искать, где расположено
заведение "...оло-док", я занималась всякой глупостью: сначала выслушивала идиотские речи
зазвездившегося папашки, а потом уличала несчастного Толика.
Кристины дома не было. Впрочем, сей факт меня не удивил. Наша Крися - человек
активный, она бегает по всяким секциям и студиям, в частности, занимается в театральном
кружке. Наверное, сегодня у нее репетиция, а Томочка поехала встречать девочку - Томуська
очень беспокоится, когда Крися поздно возвращается домой. Никита же спокойно спит в своей
кроватке. У мальчика, активного и шумного днем, совершенно беспробудный сон - в квартире
может палить пушка, он ни за что не проснется.
Я села к компьютеру. Признаюсь честно: пользователь из меня фиговый. Правда, под
руководством Криси я освоила некоторые азы: умею посылать и получать письма, способна
работать в "Ворде", а еще могу воспользоваться справочной системой "Яндекс". Вот сейчас я и
собралась проделать последнюю операцию.
Пальцы принялись нажимать на клавиши. В конце концов высветился ответ:
"Недостаточность сведений для поиска". Я решила повторить попытку и вновь набрала
"...олодок".
- Доча... - просвистел за спиной Ленинид.
Я вздрогнула:
- Это ты?
- Че? Напугал?
- Нет.
- Не хотел.
- Ладно.
- Ты злишься?
- Да.
- На что?
- Зачем полез в сумку?
- Так она упала.
- Пусть.
- Хотел подобрать шмотки.
- Не следует совать нос в чужие вещи.
- Думал помочь.
- Я не просила.
- Значит, если на кухне картошка горит, мне не выключать?
Я подскочила на неудобном стуле:
- Как? На плите что-то готовится?
- Нет.
- Тогда к чему вопрос?
- Для примера.
Монитор мигнул и выдал новый текст: "Не обнаружено".
Ленинид принялся кашлять. Мое раздражение достигло точки кипения.
- Картошку, конечно, следует немедленно выключить, а сумку трогать не следовало!
- Понял.
- И уж совсем невоспитанно вскрывать письма!
- А я и не вскрывал.
- Не ври, снимки были у тебя в руках.
- Это же не письмо!
- Верно, но все равно нетактично.
- Думал, там твои фотки, интересные, хотел просто посмотреть. Слышь, доча...
- Ничего не желаю слышать, - буркнула я, решив обратиться в "Рамблер".
- Злая ты!
- Знаю.
- Грубая!!
- Ага.
- Нехорошая!!!
- Вся в тебя, - усмехнулась я. - Яблочко от яблони. Вот только в тюрьме не сидела,
потому что чужое не тырила. Сделай одолжение, оставь меня! в покое.
- Че, теперь дуться до Нового года станешь? - с отчаянием воскликнул папенька. -
Лады, не буду больше креветки варить.
Мне стало грустно. Ну какой смысл растолковывать папеньке его ошибки? Все равно не
поймет. С таким же успехом можно пытаться обучить медведя игре на арфе.
- Все в порядке, просто устала, - сказала я.
- Давай чайку принесу?
- Нет, спасибо.
- А может, макарончики сварить? Твои любимые итальянские гнезда "Макфа"? Я и соус
могу к ним сделать. Грибной! Макарончики с соусом - просто пальчики оближешь!
- В другой раз - обязательно!
- Кофейку сварганю?
- Нет!!!
- Ну что ж ты так орешь.
- Отстань!!! Уйди!!! Не мешай!!! - затопала я ногами.
- Ладно, доча, покедова, - тихо ответил папенька, - коли понадоблюсь, на кухне сижу.
Мне стало стыдно.
- Извини, что-то у меня голова разболелась.
- Это у тебя от голода. Давай я тебе все-таки макарончики сварю с со
...Закладка в соц.сетях
