Жанр: Детектив
Даша Васильева 20. Гарпия с пропеллером
...зади раздался возглас Ирки:
- Пусть разденутся.
- Как?
- Догола, - пояснила домработница, - вон на картонку станут, ботинки, одежду поскидывают - и в ванную.
- А Банди?
- Возьмут его и на руках отнесут.
Я оглядела совершенно черного пса.
- Измажутся.
- Ну и чего? - хмыкнула Ирка. - И так на чертей похожи, им хуже уже не будет. Только пусть идут не на второй
этаж, а в подвал, в джакузи, она большая, разом все поместятся, я потом ототру!
- Прикажешь нам тут при всех обнажаться, - надулся Дегтярев.
Ирка пожала плечами:
- Я уйду, Дарья Ивановна отвернется, а Паша с Димой мужчины, чего их стесняться. Или у вас ТАМ что-то
особенное есть?
- Ступай на кухню, - мрачно велел Аркадий, - и сиди молча, пока до джакузи не дойдем.
Мать, отвернись.
Я послушно уставилась на входную дверь. Сзади слышалось чавканье, кряхтенье, шорох, повизгивание Банди и
нервный разговор:
- Помоги брюки снять.
- Не могу.
- Ну потяни.
- Сам тяни.
- Так тяжело, я сидя привык.
- Как ты за преступниками бегаешь, если согнуться не способен? Эй, осторожней! Похоже, придется побрить
наголо.
- Тебя тоже, держи пса.
- Черт, тяжело.
- Эх, молодежь, хилые вы, вот как надо!
- Мама!
Я обернулась:
- Что?
- Немедленно закрой глаза! - заорали голые Дегтярев и Аркадий.
- Вы же сами меня позвали!
- И не думали!
- Но ведь позвали: "Мама!"
- Мать, - взвизгнул Аркадий, - сейчас же стань лицом к двери и замолчи!
Я пожала плечами и отвернулась. Глупые люди! Не знают, чего хотят. То зовут, то...
Ба-бах! Дверь распахнулась, и в прихожую вбежал Генри с ноутбуком.
- Он теперь летает в новом районе!
- Кто? - спросила я, поеживаясь от ледяного ветра.
- Гусь, - заверещал Генри, - то носился по маршруту Ложкино - Тверская, а сейчас отправился на Ленинградское
шоссе Что это? Почему туда?
- Закройте дверь, - закричали полковник с Аркадием, - нам холодно!
Но Генри, не слушая никого, ринулся к лестнице, причитая:
- Как же его изловить, как? Просто с ума сойти!
Я машинально проследила за орнитологом глазами. Счастливый, однако, человек. Ничего вокруг не замечает. Ни
голых Аркадия с Дегтяревым, ни разгрома в холле. Он никогда не лишится рассудка, а вот я, вполне вероятно, скоро
окажусь в психиатрической клинике. Впрочем, есть от чего!
Два обнаженных мужика - один длинный, тощий, другой полный и коротконогий, отчаянно матерясь, тащат Банди,
похожего на вырвавшегося из котла со смолой грешника. Троица собирается одновременно влезть в джакузи. Пит, конечно,
будет в восторге, когда окажется в воде рядом с любимыми хозяевами. На груде битых кирпичей, прижимая к себе Черри,
сидит Паша. Лицо у парня совершенно безумное, да и чувствует он себя, наверное, плохо. Иначе как объяснить тот факт, что
он регулярно целует пуделиху в морду и приговаривает:
- Любимая моя! Живы остались!
Дима, вскрикивая "Вот и хорошо, вот здорово!", топчется с обалделым видом возле ванны с остатками битума.
А по лестнице несется потерявший разум Генри с кличем:
- Все равно найду и поймаю!
И вы считаете, что в подобной обстановке можно сохранить психическое здоровье?
Но, как ни странно, следующее утро прошло вполне мирно. Ирка ни словом не обмолвилась о том, как трудно было
отмыть джакузи. Аркадий с бритой головой спокойно слопал творог и усмехнулся, когда на кухню вошел полковник, тоже
без волос.
Я постаралась не рассмеяться и уткнулась носом в чашку. Толстяк выглядел комично, голый череп не идет
Дегтяреву. Решив подбодрить его, я прочирикала:
- Ой, как здорово! Ты стал похож на Герду!
Александр Михайлович выронил тостик:
- На кого?
- Есть такой известный трансвестит, - пояснил Кеша, - и не поймешь, кто он: мужчина или баба. Выступает в
женском платье, но с бритой головой, правда, поет неплохо.
Дегтярев побагровел, но ничего не ответил, и я, испугавшись, что опять ляпну глупость, быстренько проглотила
кофе и пошла к себе в спальню, звонить Асе Строковой.
Глава 27
- Слушаю, - донесся из трубки молодой голос.
- Вас беспокоит Даша Васильева.
- Да, - ответила сухо Ася.
Поняв, что она меня не припомнила, я пояснила:
- Я мама адвоката Аркадия Константиновича Воронцова - Дашенька! Очень рада!
- Можно к вам подъехать?
- Конечно, в любое время, жду!
Договорившись о встрече через два часа, я привела себя в порядок, завела "Пежо" и поехала на Первомайскую
улицу.
Ася обняла меня и расцеловала. Для матери, у которой имеется сын-подросток, она выглядела очень молодо,
больше двадцати пяти и не дать.
Стройная, в джинсах, на тонкой талии широкий ремень.
- Глядя на вас, и не подумаешь, что муж торгует продуктами, - улыбнулась я.
Ася рассмеялась:
- Всю жизнь сидела на строгой диете, боюсь на лишний кусок даже посмотреть. Впрочем, похоже, вы тоже не из
тех, кто лопает макароны с хлебом.
- Мне просто повезло, ем все и не поправляюсь!
- Лучше никому не рассказывайте об этом, - вздохнула Ася, - от зависти почернеют. И пирожные можно?
- Запросто.
- М-м-м, - застонала хозяйка, - молчите!
Как я люблю все жареное, мучное, сладкое, жирное... Ладно, пошли чай пить. У нас кухарка делает совершенно
потрясающие пирожки.
- В супермаркетах, которыми владеет ваш муж, тоже пекут вкусные плюшки из слоеного теста, - проявила я
любезность.
Ася скривилась:
- Фу! Жуткая гадость! Даже не пробуйте!
Сплошные консерванты, и хороши они только в горячем виде. Чуть остынут, и в рот не взять.
Честно говоря, в душе я была с ней согласна.
Пирожки, которые подали к кофе, не шли ни в какое сравнение с выпечкой из замороженного теста. Пожалуй, даже
наша Катерина не способна Испечь такую вкуснятину. Слопав четыре штуки, я вздохнула:
- Все. Глаза едят, а желудок полон. Наверное, я кажусь вам обжорой.
Ася улыбнулась:
- Нет, просто все, кто пробует эти пироги, не могут остановиться. Давайте покурим?
Я окончательно расслабилась. Что может быть лучше хорошей сигареты после обеда? Но мне частенько приходится
отказывать себе в удовольствии. Стоит лишь вытащить пачку, как Маруська начинает демонстративно громко кашлять, а
Зайка и Аркадий единодушно восклицают: "Ступай немедленно в сад!"
И приходится брести на улицу или забиваться в каморку под лестницей.
Несколько секунд я молча наслаждалась сигаретой, потом сказала:
- Не удивляйтесь странному вопросу. Вы знали женщину по имени Милена Титаренко?
Ася резко встала, от ее приветливой улыбки не осталось и следа.
- Зачем она вам?
Я обрадовалась:
- Вы были знакомы? Честно говоря, я думала, что Милена соврала, слышала где-то ваше имя и просто сболтнула.
- У меня нет никакого желания говорить об этой особе! - отрезала Ася.
На шее у нее мелко-мелко запульсировала вена, лицо внезапно потеряло свежий вид, и стало понятно, что даме
хорошо за тридцать, если не за сорок.
- Мы с мужем очень благодарны Аркадию Константиновичу, - суровым голосом отчеканила Ася, - он вытащил из
большой беды нашего сына. Лично вы, Даша, очень мне симпатичны, я готова дружить домами, ходить вместе в театр,
ездить на пикники... Но о госпоже Титаренко говорить не стану! Хоть режьте!
Я повертела в руках пустую чашку.
- Можно поведать вам одну историю?
- Извольте, - церемонно ответила Ася.
Пока я рассказывала о том, что стряслось с Олегом и Леной Гладышевыми, хозяйка безостановочно дымила. Ася
любила крепкие сигареты, и у меня в конце концов защипало в носу и заслезились глаза. Когда поток информации иссяк,
Строкова вздохнула.
- Бедная женщина и несчастный ребенок!
Кстати, ваша подруга лежит в больнице?
Я кивнула:
- Да, более того, она по-прежнему без сознания. Врачи только разводят руками, говорят, что последствия черепномозговой
травмы трудно прогнозируются. Она может пройти без следа, а может...
Ася снова тяжело вздохнула:
- А где мальчик, ее сын?
- Его взяла к себе Галя Носова, ее соседка, - пояснила я, - она живет в том же доме, что и Ленка, только в другом
подъезде. Лена работает в журнале, сами понимаете, занятие журналистикой не для одинокой матери, командировки,
ненормированный рабочий день... Но там хорошо платят, а после смерти Олега Лена осталась практически без средств, вот и
предложила Гале: та присматривает за Алешкой, а моя подруга ей платит.
Лена не раз говорила, как ей повезло с соседкой: аккуратная, спокойная, по образованию учительница. Сегодня,
поближе к вечеру, я поеду к Носовой и заплачу ей. Пока Лена в больнице, мой долг помогать ей!
- Долг платежом опасен, - пробормотала Ася, щелкая зажигалкой.
- Как? - не поняла я.
- Долг платежом опасен, - повторила хозяйка, втягивая едкий дым, - это мой муж Никита перефразировал таким
образом пословицу: "долг платежом красен".
- Знаю, - кивнула я, - а при чем тут опасность? И потом, я понимаю долг широко, не только как своевременное
возвращение взятых у кого-то денег. Я должна заботиться об Алеше. Лена - моя близкая подруга, правда, встречались мы не
очень часто, но это ни о чем не говорит. Вы предлагаете бросить мальчика? Не платить его няне?
Но даже если бы я испытывала финансовые затруднения, все равно бы наскребла денег и отдала Галине! Сначала,
правда, я хотела взять Алешку к нам, но потом решила, что лучше не вырывать мальчика из обычной обстановки. Он
привык к тому, что мама, уезжая в командировки, оставляет его у тети Гали, и сейчас считает, что она в отъезде. Сами
понимаете, никто не стал вводить ребенка в курс дела.
- Что же вы предпримете, если Лена скончается? - неожиданно спросила Ася. - Куда денете ребенка? В детдом
сдадите?
Я возмутилась:
- Нет, конечно, тогда я усыновлю его. Только я абсолютно уверена, Ленка выживет, и Олег найдется, если вы
поможете мне выйти на след Милены.
Ася стала складывать из салфетки кораблик.
Но мягкая бумага не слушалась и мгновенно теряла форму.
- Чувство долга - это плохо, - наконец произнесла она, - я сама такая же дура, как и ты.
У меня в молодости была закадычная подруга, совсем бесшабашная, Надька Ломова. Родила в шестнадцать лет
непонятно от кого, а в двадцать два попала на зону. Прикинь, как мне ее жалко было!
Родственников никого, дочка от "святого духа".
Вот я и подумала, что мой долг Надьку поддержать. Ездила в Рязань, возила продукты, одежду.
Потом она вышла и заявилась ко мне. Плакала - жить негде, ребенок в детском доме, а у нас с мужем огромная
квартира, пять комнат. Мой первый супруг был сыном очень известного актера, оттуда и наше тогдашнее благополучие. Ну
поселили мы ее у себя, помогли паспорт получить. Толя ее на работу устроил и даже выбил бывшей зэчке через своего отца
однокомнатную квартиру. Помнишь, как это было трудно в коммунистические времена?
Я кивнула. Просто невозможно, люди десятилетиями стояли в очереди, причем не только за бесплатной
жилплощадью. Те, кто хотел приобрести квартиру за деньги, тоже не могли легко осуществить покупку, требовалось пройти
кучу инстанций, доказать, что тебе жизненно необходимы эти квадратные метры.
- И как она меня отблагодарила? - грустно спросила Ася. - Мужа увела. Толю. В результате Надька стала жить в
моих хоромах, а меня сплавили в однокомнатный сарайчик, добытый для бывшей уголовницы. Вот так. Правда, в конце
концов для меня все обернулось к лучшему. Толя спился, я встретила Никиту... И ведь жизнь меня ничему не научила,
потому что потом я познакомилась с Миленой и опять влипла в неприятную историю. И тоже из чувства долга. Знаешь, где
и когда мы с ней познакомились?
- Нет.
- В больнице, - пояснила Ася, - оказались в одной палате. Дело происходило давно, Никита никакими магазинами
тогда не владел, работал инженером, денег было мало, тянули от получки до получки. Мишка крохотный, пару месяцев
всего ему было, а я, как назло, снова забеременела.
Естественно, вопрос о том, чтобы сохранить второго ребенка, даже не поднимался. Ася пошла делать аборт.
Лишних средств в доме не нашлось, пришлось ложиться в самую обычную больницу.
Строкова очутилась в палате на двенадцать человек. Хирург, проводивший операцию, сделал что-то не так, у нее
началось сильное кровотечение, подскочила температура. В результате Ася вновь оказалась на столе, и потом ей сообщили,
что детей у нее больше никогда не будет.
Сами понимаете, в какую депрессуху она впала, лежала дни напролет, смотря в потолок. Состав палаты менялся,
как стеклышки в калейдоскопе. Бабы отлеживались сутки и бежали на работу, кое-кто норовил удрать сразу, буквально
через несколько часов после аборта, задержались лишь двое: Ася и ее ближайшая соседка Милена.
У той тоже было какое-то осложнение, но несерьезное.
Веселая Милена тормошила Асю, не давала той рыдать, а по вечерам ухитрялась прямо в халате и тапках бегать за
сигаретами. В гинекологии царили драконовские порядки. Больных не выпускали на улицу и не разрешали передавать им
продукты. Когда Никита пришел в больницу с кульком, набитым харчами, тетка в справочной сурово отрезала:
- Тащи назад еду и книги.
- Почему? - удивился парень.
- Здесь гинекология, - торжественно заявила служащая, - кругом стерильность, а на твоих продуктах сплошь
микробы сидят. Кормят у нас хорошо, ступай себе.
На самом деле еду в клинике давали отвратительную, и Асе страшно хотелось салата, яблок, клубники... На дворе
стояло жаркое лето, а их кормили вязкой манной кашей и отвратительно воняющим рыбным супом.
И вновь на помощь пришла Милена, принесла длинную бельевую веревку и выбросила один конец в окно. Никита
привязал пакет... Получив вкусную еду, Ася слегка повеселела, радуясь, что судьба подарила ей такую замечательную
соседку по палате: веселую, неунывающую...
Отношения их продолжались и "на воле". Милена стала частенько бывать у Аси с Никитой, а потом вовсе стала ее
лучшей подругой. У Строковой была, правда, еще Соня Бычкова, они дружили уже давно, но потом произошла неприятная
история. У Никиты из письменного стола исчезла большая сумма денег. Пропажа обнаружилась утром, а вечером в гостях у
них побывали Соня и Милена. Правда, Бычкова со слезами на глазах уверяла: "Ничего не брала!"
На свою лучшую подругу Милену Ася подумать не могла. Днем Никита принес конверт и уехал в командировку.
Вечером зашли Соня и Милена, а утром денег на месте не оказалось. Никаких посторонних людей в квартире не было.
Ася позвонила Милене и, рыдая, сказала:
- Представляешь! Ходила к нам в дом, пила, ела - и пожалуйста!
- Какая дрянь! - возмутилась Мила. - Гони ее взашей!
- Уже, - ответила Ася, - теперь хочу в милицию обратиться.
- Знаешь, - вздохнула Милена, - не советую. В ментовке такие сволочи сидят! Если магазин оберут, они, может, и
пошевелятся. А так гиблое дело! Только нервы потратишь и репутацию себе испортишь, ничего не докажешь, лучше не
заводись. В другой раз будешь умнее, нечего про деньги при всех болтать.
Ася согласилась с ней, и их дружба стала еще крепче. Больше всего привлекало Строкову то, что Милена никогда
не проявляла никакого интереса к Никите. Вокруг Титаренко постоянно крутились кавалеры. Мила отбрасывала их как
фантики от жвачки.
- Чем тебе Ваня плох? - удивлялась Ася.
.Подруга отмахивалась.
- Зануда!
- А Павел?
- Он нищий.
- Костя со средствами.
- Зато имеет маму и трех сестер.
- Кого же ты ищешь? - попыталась выяснить Ася.
Милена принялась перечислять:
- Богатого, ну ладно, обеспеченного, с машиной, квартирой и дачей. Очень хочется на свежем воздухе жить. Я
просто задыхаюсь летом в городе.
Еще он должен меня обожать, не иметь близких родственников, занимать хорошее положение, и никаких бывших
жен и детей!
- Такой принц только в сказках бывает, - засмеялась Ася, - мой тебе совет, прибирай к рукам Костю. У него есть и
машина, и дача, и квартира.
Мила поморщилась:
- Зато придется пить чай со свекровью и злобными сестрами, уволь!
Ася улыбнулась, просто Милена пока ни в кого не влюбилась, встретит суженого, и все расчеты вылетят из головы.
Асенька всегда была очень романтичной и немного наивной. Однажды Милена прибежала к ней в слезах.
- Что случилось? - испугалась Ася.
Подруга упала в кресло.
- Катастрофа!
- Рассказывай, - велела Ася.
Мила и впрямь влипла в неприятную историю.
Ее последний любовник, отличный фотограф, ради забавы нащелкал Милену в разных позах обнаженной.
Получились настоящие порноснимки.
Милене и в голову не пришло ничего плохого, но потом фотохудожник, кстати, сильно пьющий, надоел ей, и она
решила дать ему от ворот поворот.
Она думала, что расстанется с любовником мирно, тихо, по-интеллигентному, но вышло иначе. Парень, ехидно
ухмыльнувшись, вывалил на стол кучу фотографий и сказал:
- Вот, теперь я на тебе заработаю. Знаешь, сколько денег платят за такое любители "клубнички"?
Милена пришла в ужас.
- Немедленно отдай снимки.
- Бери, - спокойно сказал любовничек.
Она не успела удивиться тому, что он так Легко расстается с добычей, как мужик добавил:
- У меня дома их хренова туча лежит, вместе с негативами. Хочешь приятелям раздавать? Давай напечатаю
бесплатно, по дружбе. Если решила коллегам по работе показать, то не беспокойся, сам тебе на службу их отправлю!
Милена чуть не упала в обморок, представив, как коллеги разглядывают "эротику".
- Впрочем, - ухмыльнулся любовник, - можешь получить все, и негативы тоже. Плати!
- Сколько, - прошептала несчастная.
Услыхав названную сумму, она, рыдая, бросилась к Асе.
- Господи, - воскликнула Строкова, - у нас с Никитой таких денег нет и в помине!
- Я бы и не взяла, - всхлипнула Мила, - долги отдавать надо, а знаешь, каково мое материальное положение!
Помоги мне, Асенька!
- Да я бы с удовольствием, но как?
Мила изложила свой план. У нее остались ключи от квартиры любовника. Фотограф любит выпить и никогда не
откажется, если Милена пригласит его в ресторан. Пока она будет спаивать мужика, Ася откроет его квартиру и выкрадет
негативы. На словах все казалось очень просто.
- Ни сейфа, ни тайников у него нет, - пояснила подруга, - в первом ящике письменного стола лежит довольно
большой пакет из плотной коричневой бумаги, на нем написано: "Журнал "Новости дня", ну фирменный такой конвертик,
понимаешь?
Ася кивнула.
- Возьмешь его, запрешь дверь и принесешь к себе.
- А вдруг хозяин вернется и застанет меня?
Мила усмехнулась:
- Что ты, это невозможно! Он при виде бутылки про все забывает. И потом, я буду с ним рядом, сама привезу его
домой, не волнуйся. Умоляю! Помоги!!!
Ася дрогнула. Впрочем, находись Никита дома и узнай о предстоящей вылазке, он удержал бы жену от глупого
поступка. Но Строков, как всегда, обеспокоенный материальным положением семьи, укатил в очередную командировку, и
остановить Асю оказалось некому.
Вручая подруге ключи, Милена со слезами на глазах попросила:
- Пожалуйста, не вскрывай конверт, я со стыда сгорю потом!
Ася обиделась:
- Ну как ты могла подумать, что я способна на подобный поступок.
- Извини, бога ради, - разрыдалась Мила, - я жутко нервничаю, вот и несу чушь.
Ася поехала по указанному адресу, трясущимися руками открыла дверь, нашла письменный стол, взяла конверт в
верхнем ящике, положила в сумочку и... была схвачена людьми в форме.
Случилось непредвиденное. Напротив фотографа жила страшно любопытная старуха, проводящая дни напролет у
панорамного глазка. Она следила за всеми, кто входил, выходил и передвигался по лестнице. Жильцы ее терпеть не могли и
страшно радовались, когда вредная пенсионерка слегла с инфарктом в больницу. Наверное, Милена полагала, что бабка
отсутствует, но та вернулась, заняла свой пост, заметила, как к соседу, озираясь по сторонам и неловко орудуя ключами,
входит незнакомая женщина, и мигом вызвала милицию. Отделение находится в том же доме, с торца, патруль прибыл
незамедлительно, ментам даже не понадобилась машина, они пришли пешком. Асю, чуть не потерявшую от ужаса
сознание, препроводили в ментовку. Она моментально рассказала о снимках.
- Значит, порнофотки, - хмыкнул один из допрашивающих, - сейчас вскроем конверт.
- Пожалуйста, не надо, - испугалась Ася, - очень прошу, не трогайте.
Но милиционеры не послушались. Плотный конверт разрезали, на стол высыпались... купюры большого
достоинства.
- Ого, - пробормотал самый молодой мент, - да тут целая куча тугриков! Люблю такую "эротику", очень
возбуждает!
Ася обомлела:
- А где снимки?
Менты засмеялись и стали оформлять протокол.
- Позовите Милу, - разрыдалась Ася, - она в ресторане, умоляю! Пусть подтвердит, что отправляла меня за
снимками!
Но ее никто не слушал. Окончательно деморализованную Строкову заперли в камере и весь следующий день с ней
не разговаривали. Через сутки Асю снова привели в тот же кабинет, на этот раз там сидел один человек, назвавшийся
Сергеем Павловичем.
- Дело плохо, красавица, - сказал он, - на-ка, почитай.
Ася схватила листы и узнала почерк.
"Я, Милена..." Чем дальше Ася читала, тем меньше верила своим глазам. Нет, ее обманывают.
Мила не могла написать такое! Лучшая подруга писала, что ее жених, фотохудожник Ростислав Приходько,
получил большую сумму в качестве гонорара от журнала "Новости дня" и еще весьма солидную премию за первое место на
выставке фотографий, которую тот же журнал проводил совсем недавно.
"Наша близкая подруга Ася Строкова, - писала Милена, - знала о деньгах. Она выкрала из моей сумочки ключи и,
пользуясь тем, что мы с Ростиславом Приходько отправились в ресторан отмечать помолвку, незаконным образом
проникла в чужую квартиру".
- Это ложь, - прошептала Ася, - она сама...
- Дело плохо, дорогуша, - улыбнулся Сергей Павлович, - если я оформлю все честь по чести, тебе уготована
ужасная судьба. Отправишься в СИЗО, потом суд, зона. Лет семь получишь как пить дать!
- Что делать, - закричала Ася, - что?
Сергей Павлович крякнул.
- Ну, во-первых, поблагодари подружку, она не хочет, чтобы тебя осудили, хоть ты и задумала обокрасть их. Вовторых,
дело можно спустить на тормозах. Но ребята вчера поторопились, оформили протокол... Теперь надо сунуть коекому
на лапу.
- Сколько вы хотите? - пролепетала Ася.
Сергей Павлович замахал руками:
- Ну ты сказала! Мне ничего не надо, я просто пожалел тебя, дурочку. Вижу же, первый раз на такое решилась и
больше никогда не полезешь в чужой карман.
Ася зарыдала.
- Ладно-ладно, - по-отечески похлопал ее по плечу следователь, - деньги-то дома есть? Надо спешить, пока тебя от
нас не увезли. Ты ведь замужем?
- Никита в командировке, - пролепетала Ася, - в городе Владимире, в гостинице.
- Телефон туда знаешь?
- Да.
Сергей Павлович пододвинул аппарат:
- Набирай.
Никита примчался мигом, собрал по знакомым требуемую огромную сумму и вызволил еле живую от пережитого
жену из кутузки. Милена пропала из их жизни навсегда. Строков съездил к негодяйке домой, но увидел там другую
женщину, которая сообщила, что сдает квартиру, а с работы Мила, оказывается, давно уволилась.
Госпожа Титаренко растворилась в огромном городе. В конце концов Никита махнул рукой и сказал жене:
- Ладно, наука тебе на всю жизнь. Какого хрена полезла в квартиру? Как тебе такое в голову пришло?
- Миле помочь хотела, - забормотала Ася, - единственной подруге, должна же я...
- Не должна, - сурово отрезал муж, - долг платежом опасен.
От запаха Асиных крепких сигарет у меня заболела голова. Да, встречаются иногда такие мерзавки, которые,
прикинувшись близкой подругой, гадят вам по-страшному. Мне повезло. За всю жизнь я попала лишь в одну неприятную
ситуацию. Пару лет назад мы отмечали рождение Зайки. Ольга терпеть не может скучных посиделок с речами и тостами.
Поэтому категорически заявила:
- Делаем фуршет и затеваем карнавал. Пусть все приходят в маскарадных костюмах.
Наши приятели обрадовались предложению, как дети. И в назначенный день по нашему дому бегало штук пять
Микки-Маусов, три горца, принцессы, гномы и телепузики. Повеселились мы тогда от души, выпили море коньяка и легли
спать с самым радостным настроением. Утро принесло неприятное открытие. У меня, Маруськи и Ольги пропали
украшения, к счастью, не все. Основную часть "золотого запаса" мы, естественно, держали в сейфе, но то, что носим
каждый день, просто кладем на тумбочки. Ради маскарада Зайка вытащила из хранилища редко надеваемые драгоценности,
на ночном столике остался ее "Ролекс", серьги с бирюзой и пара симпатичных колечек с мелкими бриллиантами. Машка
осталась без двух золотых цепочек и браслета, я лишилась часиков "Картье", усыпанных брильянтиками, и брошки с
большим сапфиром. Все эти безделушки мы, надевая более дорогие цацки, побросали в комнатах.
Несколько месяцев на душе было погано. Конечно, и часов, и украшений жаль, да и стоят они весьма и весьма
дорого, но хуже всего было осознавать, что их спер кто-то из близких приятелей, из тех, кто не один год ходит к нам в дом.
В конце концов, перебрав всех и поняв, что заподозрить не способны никого, мы пришли к выводу: воровка - новая
любовница Пети Маслова. Она появилась у нас впервые и больше никогда не приходила в гости. Маслов регулярно меняет
баб. Пете мы ничего не сказали, о произошедшем честно постарались забыть. Но с тех пор, если в доме собирается большое
число приглашенных, и я, и Зайка, и Маня аккуратно складываем повседневные украшения в сейф. Но, повторюсь, это
единственная неприятная история, случившаяся с нами. Хотя я знаю, что кое у кого подруга отбила мужа, а уж сплетни,
которые распространяют некоторые бабы, даже слушать противно. Но происшедшее с Асей не лезет ни в какие ворота.
Милена решила обокрасть любовника и придумала хитроумный план. Судя по всему, эта ловкая особа не остановится ни
перед чем, чтобы получить деньги. Как же ее найти? Может быть, она вышла замуж за того фотографа Ростислава
Приходько и преспокойно живет в его квартире?
Я повертела в руках бумажку, на которой Ася нацарапала адрес. Ладно, сначала съезжу, отдам деньги няне, а потом
покачу к Приходько. Как раз наступит вечер, и кто-нибудь будет дома. Конечно, это тоненькая ниточка, можно сказать -
паутинка, но других-то у меня нет!
К дому Гладышевой я подъехала около пяти часов. На город н
...Закладка в соц.сетях
