Жанр: Детектив
Крылья страха
...ляде
читалась ирония.
- Значит, с Сотниковым все?
- Нет, не все, потому что я решил проследить за ним завтра после школы.
Понимаешь, вчера я не успел как следует поговорить с его мамой, которая, как
мне показалось, тоже собиралась мне что-то рассказать, но к ним неожиданно
приехали какие-то родственники, причем издалека, и я понял, что разговор в этот
вечер явно не получится.
- И ты поехал в поликлинику?
- Нет. Я позвонил Арсиньевичу и попросил сообщить мне фамилию и координаты
врача, который был дружен с Садовниковыми и лечил Лору и Сережу. Неужели ты
думаешь, что их лечил участковый врач?
- Ты прав. Подожди, что это здесь у тебя? - Юля, которая в эту минуту
проходила мимо Шубина, остановилась и заглянула ему через плечо. - Это Лора?
Альбом был раскрыт где-то в самом конце, и с фотографий на Игоря и Юлю
смотрела, улыбаясь, залитая солнечным светом Лора. Она стояла на зеленой
лужайке в розовом сарафане и казалась самой счастливой женщиной на свете.
- Смотри, розовый сарафан. Он так похож на тот, который был на девушке,
вытиравшей в то утро ноги о траву.
- Слушай, ты гений, - вдруг зашептал Шубин, напрягая высокий лоб и потирая
его указательным пальцем. - А что, если ты видела возле дома Лору?
- А кто же тогда лежал с пробитой головой рядом с Сергеем?
- Не знаю, какая-нибудь другая женщина. Та самая, которая наплела тебе про
вторую жизнь.
- Игорек, у тебя, случаем, не температура?
- Да я шучу, чтобы просто немного взбодрить тебя. Ты что-то стала такая
бледная.
- Станешь тут... - Юля вздохнула и взяла альбом в руки. - Но это точно тот
самый сарафан. Подожди, давай-ка посмотрим, что написано на обороте снимка. -
Она достала фотографию и перевернула ее. "Городской парк. Август 1997 г.".
- Значит, этот снимок сделан чуть больше месяца тому назад.
- Ты хочешь сказать, - подхватила его мысль Юля, - что сарафан должен быть
где-то в квартире? Но я осмотрела весь гардероб Лоры. Сарафана нет Постой...
Она вернулась в спальню, где ей все еще мерещились распростертые на
постели тела Лоры и Сергея, и, стараясь не смотреть в сторону кровати, на
которой до сих пор лежали подушки с залитыми кровью наволочками, подошла к
шкафу и вновь открыла его. Так и есть. Она не ошиблась. На планке, на которой
висели галстуки и ремни, она увидела розовый поясок. Того же самого оттенка,
что и сарафан, который был на девице с коккер-спаниелем и на Лоре, когда она
фотографировалась в городском парке.
Юля пришла с ним в гостиную. Показала Шубину.
- Вот это класс! - Шубин даже всплеснул руками. - Слушай, это уже кое-что.
А что, если любовница Садовникова, которую чуть не накрыла Лора, неожиданно
возвратившаяся домой, услышав звон ключей или что-нибудь в этом роде, надела на
себя первое, что попалось ей под руку, то есть сарафан Лоры?
- Но тогда напрашивается вопрос: а в чем же она пришла и что не смогла
надеть так быстро?
- Какую-нибудь сложную штуку. Хитрое вечернее платье.
- Может быть. Но существует еще одно объяснение, почему она не смогла
надеть СВОЮ одежду. - Шубин даже раскраснелся от волнения. - Ее одежда могла
быть слишком грязной или.., мокрой! Но в тот день, кажется, не было дождя,
значит...
- Я поняла тебя. - И Юля почти бегом бросилась в ванную, чтобы заглянуть в
стиральную машину. Но на полпути остановилась и усмехнулась, покрутив
многозначительно пальцем у своего виска:
- Стиральная машина. Ха-ха-ха! Она не могла положить свое мокрое или
грязное платье в стиральную машину в квартире Садовниковых.
Она могла его быстренько постирать и вывесить сушиться на балкон. Или же
сунуть в мусорное ведро, а из квартиры выйти в джинсах Сергея или одежде,
принадлежащей Лоре. В зависимости от того, насколько было испорчено ее
собственное платье.
- Значит, надо посмотреть на балконе... - предложил Шубин и открыл
балконную дверь. В душную, пропитанную запахом крови и сигаретного дыма комнату
ворвался свежий ночной воздух.
Но на веревках, протянутых за пределами балкона, не висело ни одной вещи.
Только пара бельевых прищепок.
- Когда будем выходить отсюда, поищем платьице рыжей девицы в траве, под
балконом... - сказала Юля. - Но знаешь что, Шубин, я почему-то уверена, что эта
девица не имеет к убийству Садовниковых никакого отношения...
- Ты уже ездила к Песковой? - Шубин задал этот вопрос, считая, что только
теперь и настало самое его время. Он уважал женские чувства, а потому старался
лишний раз не сыпать соль на раны как Щукиной, которую жалел и в душе не
одобрял ее связь с выпивохой Чайкиным, так и Юли, которую Крымов то приближал к
себе, то отдалял, в зависимости от того, в каком душевном и физическом
состоянии он находился в данный момент. Шубин пытался всерьез поговорить с
Крымовым об этом, но каждый раз натыкался на эгоистичное: "Я ее люблю, и не суй
нос не в свое дело..."
Юля подняла на него черные блестящие глаза и молча кивнула головой.
- Знаешь, Шубин, наверно, такая жизнь не по мне...
- А что случилось?
- Не жизнь, а какой-то концентрат. Слишком много событий и фактов,
картинки одна страшнее другой мелькают перед глазами, словно ускоренный
просмотр рекламного ролика фильма ужасов... И мне иногда кажется, что я
сорвусь, не выдержу... Вот представь, поднимаюсь я на этаж к Полине, а на
площадке у ее двери стоит гроб... Только не смотри на меня, как на
сумасшедшую...
- Гроб?
- О Господи, не гроб, а крышка гроба... Я чувствую, что у меня едет
крыша...
- Крышка гроба?
- Да нет же, не смейся... Просто я, как во сне, толкнула дверь и оказалась
в полутемной комнате со стоящим посередине гробом... Свеча горит, страшно...
- ..а по краям дороги мертвые с косами стоят и.., тишина...
- Я так и думала, что ты не поверишь мне... Шубин, который и сам не знал,
как относиться к рассказу Юли, чтобы, во-первых, не обидеть ее своим
недоверием, а во-вторых, понять, действительно ли она видела все то, о чем
говорит, или же у нее начались галлюцинации, решил внешне не проявлять сомнений
по поводу правдивости ее рассказа.
- Я слушаю тебя, продолжай... - Он постарался придать своему голосу
максимум серьезности. - Гроб, говоришь... А кто в гробу? В комнате? Ты успела
разглядеть?
- Конечно! - оживилась Юля. - Гроб был.., пустой... Внутри весь выстланный
бельм атласом, гофрированным по бокам.., даже подушечку успела разглядеть...
Хотя страшновато было, не скрою...
Шубин с трудом сглотнул и замотал головой, чтобы не закашляться. Ему и
самому уже становилось не по себе от ее рассказа.
- Гроб оказался пустым? А Полину ты видела?
- Видела. Она сидела на стуле, а Крымов дал мне минеральной воды.
- Крымов?! Он что, тоже был там?
- Ну да... Он увидел, в каком ужасном состоянии я нахожусь, и вывел меня
из квартиры на лестничную площадку... Он объяснил все довольно просто: у Полины
умер кто-то из родственников, кажется, родной брат...
- Фамилию ты спросила?
- Извини, но мне было как-то не до этого... Я тогда больше всего опасалась
за свой рассудок...
- Фу ты, ну и напугала меня! Если честно, то я уже и сам начал за него
опасаться... - Шубин шумно выдохнул и энергично прошелся по комнате. - Ну что,
Юлия Александровна, пора закругляться? Что еще интересного ты нашла?
- В принципе ничего... Посуду, одежду, мебель, постель, вещи, картины.., я
все осмотрела. Что-то из дорогих вещей осталось.., например, шубы, меха,
хорошая обувь... Это наводит на мысль, что убийца не ставил целью ограбление
супругов... А ведь мог бы, казалось, похитить все. Я думаю, что тебе теперь
нужно выяснить, что прихватили люди Сазонова и нет ли среди драгоценностей тех,
которые значатся в списке, составленном для меня Мазановой, который, кстати,
должен сейчас быть у тебя...
- Он у меня, просто я еще не успел связаться с Сазоновым... Но я все жду,
когда ты начнешь меня расспрашивать о враче Садовниковых...
- Говори... Кстати, как ты думаешь, это не будет кощунственным, если мы
сделаем себе здесь по чашке кофе? Если я не выпью кофе, то усну прямо сейчас.
- Нет, это вовсе не кощунственно. Ведь Лора и Сергей, если они, конечно,
видят нас с высоты своей неземной жизни, знают, что мы ищем их убийцу.
Лужа под столом засохла, и Юля подумала, что полы в ближайшем будущем
придется, наверное, мыть сестре Лоры Лизе...
Она открыла холодильник и, пока Шубин наливал в чайник воду, заглянула в
морозилку - тот самый злополучный кусок мяса какой-то заботливый человек решил
убрать сюда, а ведь могли бы оставить его на столе...
Пока грелась вода, Шубин рассказал Юле о своем визите к Крестьянинову,
семейному доктору Садовниковых. От него Игорь узнал всю правду о Сергее.
- Ты имеешь в виду его вымышленное бесплодие?
- Ну конечно... Ведь вы, женщины, такие сплетницы, вам до всего есть
дело...
- Полегче на поворотах.
- Садовников МОГ иметь детей, но узнав, что причина бесплодия кроется в
состоянии здоровья Лоры, ради того, чтобы уберечь ее от сознания вины, сам
придумал для нее, а также для всех байку о своем собственном бесплодии. Он
понимал, что только таким образом может помочь ей смириться с тем, что они
бездетны. И посвятил в это Крестьянинова, на тот случай, если Лора сама захочет
спросить у него о муже.
- Так мог поступить только мужчина, который очень любит свою жену, -
заметила Юля.
- Согласен.
Шубин налил в чашки кипятку и засыпал по ложечке растворимого кофе и
сахару, которые нашел в буфете.
- А что насчет психушки?
- Я звонил одному знакомому и просил его узнать, не стояла ли Лора на
учете, не обращалась ли, не лечилась ли...
- Ну и что?
- Нет, ничего подобного... Что касается того, нет ли среди пропавших в
последнее время женщин, похожих на Лору, то здесь я могу сказать тебе только по
нашему городу и области... Таких нет. Но думаю, все же придется обращаться к
Корнилову, чтобы он помог нам поднять информацию о всех пропавших молодых
женщинах России...
- Ты думаешь, что это реально? - У Юли дух перехватило, когда она
представила, что по следствию, которое в принципе ведет она, Юлия Земцова,
будет поднята такая объемная информация...
- Ты только не удивляйся, но Корнилов почти одновременно с тобой дал своим
людям такое задание, потому что мне пришлось рассказать ему о визите Лоры к нам
в агентство...
- Ты рассказал ему об этом? Ну и как же он отреагировал?
- Совершенно спокойно... Пробормотал что-то насчет амнезии и сказал, что
надо бы сделать запрос, не пропадали ли женщины примерно такого же возраста,
как Лора, и похожие на нее...
- Здорово! - Юля улыбнулась. И хотя она понимала, что для нее это только
начало, что она сейчас своими действиями напоминает недавно родившегося
котенка, пытающегося обрести самостоятельность, ей было ужасно приятно
осознавать, что и Шубин, и Щукина поддерживают ее и помогают вести
расследование именно так, как просит она. Шубин, настоящий сыщик, человек,
известный в уголовном розыске интуицией, усердием и добросовестностью, делает
для нее черную работу по сбору информации и еще ни разу ни в чем не упрекнул
ее. Она была бесконечно благодарна друзьям за поддержку, но продолжала страшно
волноваться, когда думала о том, что все ее усилия окажутся напрасными, если
вдруг выяснится, что дело, на которое она вбухала столько времени, не стоит
выеденного яйца. И что интуиция подвела ее, а Садовниковы ушли из жизни по
своей воле.
Но ведь у нее было еще дело исчезнувшей Басе... И Шубин также
беспрекословно собирал информацию и по Рите. А что же Крымов?
- Игорь, скажи, у Крымова это серьезно? Я имею в виду Полину?
- Да кто ж его разберет... Может, Полина охмуряет его с какой-то целью...
И хотя Щукина утверждает, что Крымов провел ту ночь в объятиях Полины, мы-то с
тобой ничего не знаем...
- Но можем узнать... Я прихватила из квартиры Полины губную помаду,
попросту украла со столика в прихожей. И расческу. Сунула в карман, а потом,
уже в машине, переложила в пакеты. Если отпечатки пальцев Полины и те, которые
были обнаружены в квартире Садовниковых, совпадут, ее можно будет
арестовывать...
- Но она могла быть в их квартире раньше, чем там произошло убийство...
- В расческе ее волосы. И на постели тоже обнаружены похожие. Если
окажется, что они выпали из одной, так сказать, головы, то... Ты понимаешь
меня? И это вы называете с Надей "вешать собак на соперницу"? Разве в моих
рассуждениях нет логики?
- Есть, конечно... Ты поражаешь меня... Выйти из квартиры, где стоит
пустой гроб и где находится твой бывший возлюбленный, и, не потеряв головы,
прихватить расческу с помадой - да это же высший пилотаж! Ты отлично работаешь!
Только мне непонятно, почему гроб был пустым?
- Тело обещали привезти только завтра. Вскрытие или что-то еще... Так. -
Юля попыталась собраться, чтобы не забыть спросить еще о чем-то важном.
Наконец, вспомнив, спросила:
- Завещания. Они у них были?
- Хорошо, что напомнила. Нет, никаких завещаний. Я звонил Пономареву, он
поднимал компьютерные данные. Пять минут - и справка готова. Я думаю, что
Садовниковы были еще слишком молоды, чтобы думать о завещании.
- Следовательно, в соответствии с законом в случае смерти одного из
супругов все их состояние досталось бы более счастливому.
- Ну конечно...
- И о чем это говорит?
- О том, - пожал плечами Шубин, - что Сергей НЕ СОБИРАЛСЯ обирать свою
жену и, даже заведя роман с Полиной, не потерял головы и не составил никакого
глупого скоропалительного завещания в пользу любовницы. Это только делает ему
честь.
- И ей.
- Не понял.
- Если у Лоры тоже был какой-то роман... Она тоже живой человек, и у нее
могла быть своя тайна. Очевидно, если в их жизни и случались измены, все же
супружеские отношения оставались на должном уровне... Но, с другой стороны,
разве отсутствие завещания не говорит о том, что Лора не собиралась уходить из
жизни?
- В смысле?
- У нее есть родная сестра. Она могла бы оставить все ей...
- Юля, ты, кажется, забыла, кто из нас был адвокатом...
Она покраснела. Вот это ляп!
- Не расстраивайся, просто ты переутомилась... Ну что, поехали домой?
- Поехали. Только напомни, когда мы выйдем из подъезда, поискать в траве
под балконом платье.
* * * * *
- Не может быть! - воскликнула Надя, когда Юля с Игорем рассказали ей о
своем походе в квартиру Садовниковых и показали найденное ими в траве, как раз
под балконом квартиры, зеленое платье. - Невероятно! Вы нашли платье УБИЙЦЫ!
- Оно такого же оттенка, как трава, поэтому его никто не заметил, -
говорила Юля, отогреваясь чаем и почти с любовью глядя на прозрачный
пластиковый пакет, в котором лежала их находка.
- Юлечка, ну пожалуйста, давай рассмотрим его хорошенько... Что это за
платье? Из шелка? Эластика? Мне ничего не видно... - Надя несколько раз брала в
руки пакет, пока Юля с немого согласия Шубина не вытряхнула находку из пакета.
Это было платье из чешуйчатого изумрудно-салатового переливающегося материала,
можно сказать, что вечернее, на тонких бретельках...
- Смотри, здесь этикетка. Сделано в Голландии... Красивая вещь, ничего не
скажешь.
- Скажи, Надя, а в чем была Полина в тот день, когда прощалась с Крымовым
на улице, ты же видела ее из окна в течение нескольких минут, ты сама
говорила...
- Но уж во всяком случае не в этом платье... Кажется, она была в джинсах и
белой блузке или рубашке... Что-то в этом роде. И что вы теперь намерены делать
с этим платьем?
- Отдать на экспертизу, что же еще? Хочу узнать, что с ним такого
приключилось, что его пришлось срочно стирать. Хотя большое темноватое пятно я
и так разглядела. Кофе или вино... Если честно, я почему-то уверена, что это
платье Полины. И я бы прямо сейчас поехала к ней и допросила ее, но у нее
несчастье. Умер брат.
- Ты была у нее? - Надя покачала головой. - Боже мой, когда же ты все
успеваешь?
Юля рассказала в двух словах о своем визите к Песковой.
- И Крымов был там? То-то и видно, что он сильно занят, - вообще не
появляется на работе. Но у меня для вас тоже есть кое-какие новости, даже не
новости, а скорее соображения. Думаю, то, что я собираюсь сейчас вам сказать, в
прокуратуре не произведет должного впечатления, а потому сразу предупреждаю -
информация из первых рук, она еще даже не зафиксирована на бумаге...
- Не томи, говори...
- Речь идет о простыне, женской ночной рубашке и мужских трусах, найденных
на кровати Садовниковых...
- Они принадлежат четвертым и пятым лицам? - попробовала пошутить
смертельно уставшая Юля, чувствуя, что уже почти ничего не соображает от
переутомления.
- Нет, они как раз принадлежат Лоре и Сергею, но они в крови... Дело в
том, что это белье было обнаружено в складках простыни, свернувшейся комом
между их телами... Так вот, КТО-ТО же СВЕРНУЛ это белье и сунул в простыню...
Кроме того, на одежде ИХ кровь: на рубашке - кровь Лоры, на трусах - Сергея, но
при тех выстрелах, которыми они были убиты, кровь никак не могла оказаться на
этом белье, если принять во внимание, что тела были найдены в обнаженном
виде,..
- Я понял, - вдруг сказал Шубин, - их застрелили, когда они были еще
одетыми...
- Совершено верно! Ребята, как приятно с вами работать... Вы все
схватываете на лету.
- Я же говорила, что их убили, - хмыкнула Юля и с трудом поднялась со
стула. - Игорь, отвези меня, пожалуйста, домой. Я никакая...
* * * * *
Шубин проводил ее до самой квартиры и даже помог открыть дверь.
- Слушай, - вдруг вспомнила Юля перед тем, как распрощаться с ним, - а где
же Чайкин? Ведь он собирался к Наде "на огонек"...
- Думаю, что она спрятала его где-нибудь, например, в кабинете Крымова...
- Бедняжка...
- Кто: Чайкин или Щукина?
- Оба. И я тоже бедняжка. Ужасно устала. Спасибо тебе, Игорек, что
проводил.
Оставшись одна, Юля, не раздеваясь, рухнула на постель и тотчас уснула.
Но вскоре проснулась от настойчивых телефонных звонков. "Просто садист", -
подумала она, продирая глаза и снимая трубку.
- Устала?
- Устала. Смертельно. Павел Андреевич, вы извините меня, конечно, но
взгляните на часы.
- Всего лишь половина второго ночи. Я хочу вас видеть.
- Да вы сошли с ума.., разве вы не понимаете, что я УСТАЛА, - ей и
говорить-то было трудно. Кроме того, когда она подумала, что он сейчас
напросится в гости и застанет ее со следами размазанной косметики на лице, Юле
стало и вовсе не по себе.
- Да, я сошел с ума. Но я звоню из машины, которая стоит под вашими
окнами. Я хочу подняться к вам и увидеть вас в "смертельно уставшем"
состоянии... Юля, я поднимусь?
- Но зачем?
- Я просто хочу увидеть тебя.
Она отметила, что он то и дело перескакивает с "вы" на "ты".
- Но я не могу... Я хочу спать.
- А у меня есть такая штука, от которой твой сон как рукой снимет.
- Но я не хочу.
- Я поднимаюсь.
Она задрожала. Ей стало страшно. Что это еще за насилие? Разве можно
действовать вот так, НАХРАПОМ?
Послышался звонок в дверь. Юля хотела наговорить Ломову кучу
нелицеприятных слов, но, увидев его, позабыла обо всем на свете. Все-таки было
в этом человеке нечто, заставлявшее ее совершенно по-новому относиться к
мужчинам. Да, он не был красив, не был наделен хрестоматийными элементами
мужской привлекательности, но он источал только ему свойственные электрические
токи, которые заставляли сердце Юли биться особенно часто и трепетно. И хотя
она едва стояла на ногах и никакие силы не могли ее сейчас заставить желать
мужчину, ей доставляло удовольствие просто видеть его. Он, как всегда, пришел
не с пустыми руками. На этот раз Ломов достал из кармана красно-черную
картонную коробочку и извлек из нее легкую белую кружевную сорочку, которая
могла бы уместиться в Юлином кулачке, настолько она была тонка и невесома...
- Надеюсь, что вы не будете настаивать на том, чтобы я ее тут же
примерила? - Юля, обхватив себя за плечи, стояла перед широким, коренастым,
запакованным в серый костюм Ломовым, который смотрел на нее немигающим, полным
огня взглядом, и не знала, что ей делать или говорить дальше.
- Я вижу, ты и впрямь устала. Но я могу сделать так, что ты очень скоро
восстановишь силы.
Павел Андреевич плотно закрыл за собой входную дверь, запер ее и одним
движением освободившись от обуви, подхватил оторопевшую Юлю под локоть и увлек
за собой в спальню.
- Что вы собираетесь делать? - Она вжала голову в плечи и даже представить
себе не могла, ЧТО же сейчас последует.
- Раздевайтесь... Вернее, раздевайся... Я не причиню тебе зла. Ты будешь
просто счастлива. Ты отдохнешь в моих руках...
"Доигралась. Так мне и надо. Не будешь впускать в дом малознакомых
министров и не станешь лишний раз кокетничать по телефону. Нимфоманка
несчастная".
Он раздел ее до трусиков и повел в ванную. Юля удивлялась, как это она еще
не влепила своему завоевателю пощечину, она была покорна и глупа, как самая
настоящая овца, которую вели на заклание.
Пустив горячую воду, Павел Андреевич снял прямо в ванной пиджак, засучил
рукава белоснежной рубашки (Юля увидела его мощную сутулость, широкий горб,
почти упирающийся в затылок, и крепкую спину, обтянутую рубашкой, под которой
просвечивала густая звериная шерсть, и по телу ее пробежала теплая, отбирающая
энергию волна, разливаясь где-то внизу живота) и принялся смешивать холодную и
горячую воду, чтобы добиться нужной температуры. Затем в его руках откуда ни
возьмись появился темно-розовый флакончик, из которого он капнул в ванну
немного маслянистой жидкости.
- Что это? - Юля, опираясь на его руку, медленно опускалась в воду. Ноздри
ее сначала уловили едва ощутимый сладковатый аромат, который с каждым
мгновением становился все сильнее, пока ей не показалось, что даже воздух в
ванной комнате стал горячим от этого дивного, совершенно невероятного запаха...
- Это цветочно-фруктовый бальзам с запахом ванили и цветов плюмерии. Это
ароматическое масло сейчас быстро сделает свое дело и наполнит тебя новыми
силами и соками. В Индонезии этими цветами украшают место возложения даров
бога. Закрой глаза и постарайся ни о чем не думать. Я же, глядя на твое нежное
тело, буду думать только о тебе.
- Вы - сексуальный маньяк. Ломов. И как это раньше я не поняла этого... -
Юля говорила, но голоса своего почти не слышала. Руки ее машинально совершали
какие-то действия: она смывала с лица остатки макияжа, мыла шампунем волосы,
совершенно не обращая внимания на присутствие рядом мужчины. Она словно забыла
про него. А он молча смотрел на нее, и по его порозовевшему лицу то и дело
пробегала судорога...
- Ну вот, теперь ты будешь крепко спать, а утром забудешь обо всех своих
страхах и сомнениях. Ведь ты умненькая девочка и знаешь, чего хочешь от жизни.
Как продвигается твое расследование?
- Они убили друг друга, как в "Майерлинге", - поделилась своими
ассоциациями Юля, утопая в приятном тепле пушистого кашемирового одеяла,
которым Павел Андреевич ее укрыл. - Они были такие молодые, красивые...
- Эта история потрясла город... - мягким голосом проронил Ломов. - Я знал
Сергея, мне что-то не верится, чтобы он вот так просто ушел из жизни...
- Но их лица были обращены друг к другу...
- Кто-то поручил вам вести расследование?
- Нет, просто Крымов дал мне возможность проявить себя...
Юля произнесла все это словно помимо своей воли. Язык ее стал легким, а
горло как будто расширилось, и звуки вылетали из него, как райские, с
шелковистыми разноцветными перьями птицы...
- Проявляй себя, это всегда полезно. Человек не статичен, он должен
находиться в постоянном процессе развития. Я уверен, что у тебя все получится.
Боже, если бы ты только знала, как ты хороша, как хорошо ты смотришься на этой
подушке с этими пышными, хотя и влажными еще волосами...
- В ресторане вы страдали косноязычием, а теперь вдруг разговорились.
- На меня иногда находит. Ты не жалеешь, что впустила меня?
- Нет... - Она засыпала, но сквозь прозрачную пелену сна все еще слышала
его голос.
Утром она проснулась бодрая и полная сил. Заглянув в ванную, не нашла ни
следа ночного сеанса ароматотерапии. И только слабый запах какого-то редкого
восточного цветка да новенькая сорочка напомнили Юле о ее воздыхателе...
* * * * *
Вчера она не рассказала Шубину о еще одной находке. В спальне Садовниковых
на туалетном столике, подцепив ногтем золоченую крышечку хрустальной пудреницы
и сунув палец в мягкую душистость розоватой пудры. Юля извлекла оттуда
сложенный вчетверо листок. Стряхнув с него шелковистую на ощупь пудру, Юля
сунула находку в карман и только теперь вспомнила о ней.
Она лежала на кровати, разглядывая потолок, и в который раз задавала себе
один и тот же вопрос: зачем она полезла в пудреницу? Что толкнуло ее на этот
странный поступок? Может быть, именно странность Лоры с ее странным рассказом о
второй жизни? То, что жизнь Лоры была наполнена тайнами, не оставляло сомнений.
Она была красива, молода. Жизнь под одной крышей с мужем, который имел
множество любовниц из числа ее же подруг, не могла удовлетворять нормальную,
полную сил и здорового самолюбия женщину. И хотя Юля никогда не общалась с
Лорой лично (не считая, конечно, их разговора в агентстве), ей начинало
казаться, что она все же откуда-то знает ее.
...Закладка в соц.сетях
