Жанр: Детектив
Туз в рукаве
...Кстати, я не ожидал от него такой прыти. Он звонил в банк?
- Нет. Мне удалось это предотвратить. Он улыбнулся.
- Вы очень мужественная женщина, мэм. Я уж совсем подумал, что он зажал вас
в клещи.
- Я тоже так решила. Ларри приободрился.
- От всех этих волнений у меня разыгрался аппетит. Я приготовлю нам чтонибудь
поесть. Вам это тоже не помешает.
- Нет, спасибо. Я лучше лягу.
На его лице опять появилась озабоченность.
- Вам плохо?
У Хельги к глазам подступили слезы, и лицо задрожало. Ларри поднял ее на руки
и понес в спальню. Там он положил ее на кровать и осторожно снял туфли.
- Успокойтесь, мэм, - сказал он, подходя к окну и задергивая занавески. - Все
будет в порядке.
- Благодарю, Ларри, - сказала она, когда он направился к двери. - Вы для меня
большое утешение.
Он улыбнулся.
- Все будет хорошо.
С этими словами он вышел и закрыл за собой дверь.
Хельга лежала без движения. Ей хотелось, чтобы он остался. Она опять желала его
со всей страстью, на которую была способна. Она слышала, как он возится на кухне,
готовя себе еду, и думала о том, чтобы позвать его. Ей хотелось, чтобы он раздел ее и
овладел ею с той же нежностью, которая обнаруживалась в Нем. Но она не позвала
его.
Она лежала в полутьме, слегка дрожа, и думала о тех мучительных часах, которые
ей предстояло провести в ожидании конверта из банка. Она чувствовала себя до
предела усталой и измученной.
"Нужно набраться терпения", - сказала она себе и закрыла глаза.
Она проснулась, когда старинные часы в холле пробили семь. Ей удалось прийти в
себя, благодаря им. Она сняла брюки и пуловер и пошла в ванную.
Снизу из гостиной доносились звуки музыки из телевизора.
У Хельги болело плечо от удара Арчера. Посмотрев на себя в зеркало, она
скорчила недовольную гримасу. Вид у нее был усталый.
Она наполнила ванну и пролежала полчаса в теплой воде. Вытираясь, она
услышала, что телевизор выключили и вскоре в ее дверь тихо постучали.
- Вы не хотите поесть, мэм? - раздался голос Ларри.
- Охотно. Что-нибудь легкое.
- Я сейчас приготовлю.
Наложив косметику, Хельга десять минут позанималась прической и вернулась из
ванны в спальню. Надев свежее белье и чулки, она открыла шкаф и стала выбирать
наряд из огромного числа платьев, блузок, костюмов. Наконец, она остановилась на
простом белом шелковом платье. Надев его, Хельга опоясала талию золотой цепочкой
и испытывающе посмотрела на себя в зеркало.
"Неплохо, - подумала она. - Вид усталый, бледный, но интересный".
Она спустилась в гостиную, приготовила себе двойной "мартини", закурила
сигарету и с бокалом в руке вошла в кухню.
Ларри стоял у включенной жаровни. Услышав шаги Хельги, он повернулся и с
восхищением уставился на нее.
- Вы потрясающе выглядите, мэм! Она уже и не помнила, когда ей в последний
раз говорили это. Во всяком случае, это было очень давно.
- Спасибо, Ларри. Хотите выпить?
- Лучше не надо. Я плохо переношу алкоголь. Так что я, пожалуй откажусь.
- Очень разумно. Ну, что хорошего вы приготовили?
- Вы просили что-нибудь легкое, и я нашел в холодильнике камбалу. Сейчас она
поджарится.
Хельга села на стул и отпила из стакана.
- Как Арчер?
- Нормально. Я заходил к нему. У него плохое настроение. Вероятно, я слишком
сильно избил его. Ларри перевернул камбалу.
- Может быть, мне следует к нему спуститься?
- Лучше не стоит. Не беспокойтесь о Нем. - Но вы его так ударили.
- Он уже пришел в себя. Равнодушие Ларри встревожило ее.
- Все-таки я спущусь.
- Лучше не трогайте его. Он только начнет ругаться. - Он усмехнулся. - Как
только он меня не называл. Но завтра утром он опять придет в себя.
Хельга решила последовать совету Ларри.
- Я немного поспала, - сказала она. - Мне никто не звонил?
- Нет. - Юноша выключил жаровню. - Теперь мы можем поесть.
Хельга наблюдала, как он быстро накрыл на стол и выложил камбалу на блюдо.
Его ловкость и сноровка удивили ее, и она почувствовала себя неудобно. Готовить она
не умелая ее кулинарные возможности ограничивались умением поджарить яичницу.
- Собственно говоря, это было мое дело, - сказала она, когда Ларри подал ей
тарелку с камбалой.
- Большинство женщин не умеют готовить, - сказал он, садясь напротив нее. -
Зато они умеют кое-что другое. Хельга почувствовала волнение.
- Это верно.
Они молча принялись за еду. Кончив, Хельга сказала:
- Было очень вкусно. Вы превосходный повар, Ларри.
Он взял тарелки, приборы, блюдо и поставил в раковину.
- Я помогу вам. Он усмехнулся.
- Я справлюсь один. Как насчет чашки кофе?
- С удовольствием.
Хельга вышла в гостиную и налила себе немного коньяку. Потом седа. Задумчиво
вертя в руках бокал, она подумала о Германе - о том, каким эгоистом и
раздражительным он был, как требовал обслуживать себя. А этот юноша просто
удивительный. Когда-нибудь из него получится прекрасный муж. " Она услышала в
кухне его насвистывание, а через пару минут он вошел в гостиную с двумя чашечками
кофе.
- Вы давали ему есть, Ларри? - Она все не могла забыть об Арчере.
- Не беспокойтесь. Я отнес ему тарелку супа. С ним все в порядке.
- Ну, если так...
- Да, не волнуйтесь.
После паузы, выпив кофе, Хельга сказала:
- Завтра утром я возьму вам билет на самолет.
- Благодарю, мэм.
Она у улыбкой посмотрела на Ларри.
- Мне будет вас недоставать.
- Да.., мне тоже.
- Это была волнующая встреча.
- Да.
"Юноша не оратор, - подумала Хельга с сожалением. - Зато истинная отрада
для взора".
- Теперь уже скоро все будет позади, - продолжала она. - Завтра утром я
получу снимки и тогда прощайте.
- Да.
Хельга окинула взглядом широкие плечи Ларри, белокурую голову, большие руки
и снова ее затопила горячая волна желания.
Она вспомнила свою недавнюю клятву и пальцем не касаться мужчин. Пусть этот
будет последним, - подумала она. - В нашем распоряжении будет эта и следующая
ночь. Она знала, что не выдержит иначе в его присутствии столько времени. Должен
же он чувствовать что-то?
Нужно только слегка подтолкнуть его, намекнуть ему на то, чего она хочет от
него. Эта ночь, потом день, полный любви, и еще одна ночь - этого ей будет
достаточно. Она сможет со спокойной душой расстаться с ним, сохранив в душе
воспоминания.
И на этом конец с мужчинами!
- Простите, мэм...
Оторвавшись от своих мыслей, она улыбнулась юноше.
- Да, Ларри?
- В 9 часов по телевизору будет хоккей с шайбой. Можно я посмотрю?
У Хельги было такое чувство, как будто она получила пощечину. Она посмотрела
на свои руки.
- Конечно, если вам это доставит удовольствие.
- Я обожаю хоккей. А вы?
Она постаралась взять себя в руки.
- Нет, меня он не интересует. - Посмотрев на часы, она увидела, что было 8.55.
- Осталось пять минут до начала.
- Я знаю.
- Тогда я пойду лягу и, может быть, почитаю. Она встала и взглянула на себя в
зеркало на стене. Почему ей не удается зажечь в этом юноше ответный огонь? Хотя
блондинка в зеркале была немного бледной и усталой, она, все-таки, выглядела
намного моложе своего настоящего возраста. Может быть следует просто подойти к
нему и обнять? Сможет ли это пробудить его? Хельга посмотрела на широкую спину
Ларри, склоненную перед экраном телевизора. Комментатор объявлял состав игроков,
выезжающих на лед.
"Швейцарии предстоит трудный поединок, - говорил он, - с "Канадскими
орлами", которые в этом сезоне не проиграли еще ни одной встречи".
- Блеск, - пробормотал Ларри себе под нос, усаживаясь в кресло перед экраном.
Беспомощно пожав плечами, Хельга прошла в библиотеку и взяла первую
попавшуюся под руки книгу.
- Я немного почитаю, Ларри. Вероятно, когда кончится хоккей, я еще не буду
спать, так что можете зайти ко мне и пожелать спокойной ночи.
Юноша наклонился к экрану и следил за столкновением трех игроков у бортика.
- Ларри!
Он не оглянулся. Казалось, он совершенно забыл о ее существовании.
Она раздраженно повысила голос:
- Ларри!
Он недовольно оглянулся.
- Да, мэм?
- Зайдите ко мне после конца игры.
- Хорошо.
Он опять повернулся к телевизору.
Хельга поднялась в свою спальню.
Она постояла без движения посреди своей элегантной комнаты. Настроение у нее
было отвратительное. Кажется, Ларри ею совершенно не интересуется. Она бросила
книгу на кровать и начала раздеваться. Потом прошла в ванную. Вернулась оттуда
через 10 минут, посмотрела на себя в большое зеркало. Казалось, каждый нормальный
мужчина должен был бы желать ее. Или она себя переоценивает?
Она легла в кровать и открыла книгу. Это была "Сага о Форсайтах" Голсуорси.
История женщины, равнодушной к собственному мужу. Похоже на теперешнюю
ситуацию: здесь в доме есть мужчина, равнодушный к ней. Хельга отложила книгу и
стала смотреть в потолок. В этот момент зазвонил телефон.
"Только бы не Герман," - подумала она. Ей совсем не хотелось снова
выслушивать его придирки. После некоторого колебания она сняла трубку.
- Да?
- Миссис Рольф? - спросил твердый мужской голос с легким американским
акцентом.
Хельга встревожилась. Кто бы это мог быть?
- Мы незнакомы, но, возможно, вы обо мне слышали. Моя фамилия Смит. Рон
Смит.
Хельга села на постели с колотящимся сердцем. Что это значит? Новый шантаж?
- Вы хотите поговорить с Ларри? - спросила она.
- Он здесь?
- Да.
- Он не может нас подслушивать?
- Почему вы об этом спрашиваете?
- Меня интересует, находится он в вашей комнате или нет. - В тоне
говорившего была настойчивость.
- Нет. Он смотрит хоккей по телевизору. Позвать его?
- Нет, мне нужно поговорить с вами. Хельга почувствовала, как во рту пересохло.
Сейчас начнется новый шантаж.
- Вряд ли мне захочется говорить с вами, мистер Смит, - сказала она, радуясь,
что ее голос звучит достаточно спокойно. - Я...
- Оставьте.., дело важное и срочное и имеет большое значение именно для вас!
Мне стоило чертовского труда разыскать ваш номер, и я все время задавал себе
вопрос, почему я вмешиваюсь в это дело. Богатые женщины, вроде вас, не стоят таких
усилий, но, в конце концов, жизнь есть жизнь, и она ценна уже сама по себе.
Хельга подумала, что говорит с сумасшедшим, и хотела уже положить трубку, но
он продолжал:
- Миссис Рольф, ваша жизнь в опасности. Вы ничего не говорите, а лучше
слушайте. Я только что вышел из тюрьмы и купил газеты за несколько последних
дней, чтобы ознакомиться с политической ситуацией в мире.
- Не понимаю, какое отношение это имеет ко мне? - резко спросила Хельга. -
И что вы имеете в виду, говоря, что моя жизнь в опасности?
- Не перебивайте меня. Телефонный разговор стоит уйму денег. Во всех
немецких газетах, лежащих передо мной, напечатана фотография Ларри.
- Ну и что же? Я знаю, что он дезертир.
- Дослушайте меня до конца, черт возьми! Он не дезертир. Он сбежал из военной
тюрьмы, где ожидал отсылки его в Штаты. На родине его ждет пожизненное
заключение в сумасшедшем доме по причине душевной болезни. У него мания
убийства.
У Хельги мороз пробежал по спине.
- По-моему, вы не правы.
- Ну что же, как хотите. Это ваше дело. - В голосе было явное нетерпение. - В
газетах его называют душителем из Гамбурга. Прежде чем полиция опознала его, он
задушил пять проституток.
Хельга упала на подушки.
- Боже мой!
- Он опасен для общества.
Хельга пыталась собраться с мыслями.
- Но вы сами посоветовали ему, где раздобыть паспорт.
- Да, потому что я к нему хорошо отношусь. О его помешательстве я узнал
позже. Когда он позвонил мне и рассказал об истории с шантажом, то я сделал все, что
в моих силах, чтобы вам помочь, причем не ожидая никакой благодарности с вашей
стороны. Теперь же, узнав обо всем, я счел своим долгом предупредить вас о грозящей
опасности, хотя вы и бесполезны для общества. Хельга содрогнулась.
- Я одна. Он внизу в гостиной.
- Послушайте моего совета, запритесь, вызовите полицию и молитесь, чтобы они
не опоздали. Вот как обстоят дела, миссис Рольф. Я не могу сказать, что мне вас жаль.
Богатые женщины с их слишком большими сексуальными запросами наводят на меня
тоску. Так что, если Ларри свернет вам шею, я не буду лить по этому поводу слезы.
Итак, советую позвонить в полицию.
С этими словами он повесил трубку.
Глава 8
Душитель из Гамбурга!
Хельга вспомнила три ночи, проведенные ею в одном нью-йоркском отеле, где
тоже действовал убийца.
Это тоже был красивый молодой человек, который знакомился в холле с богатыми
одинокими женщинами, заходил к ним в комнату, душил свою жертву и исчезал.
Хельга была в Нью-Йорке по делам и собиралась найти себе мужчину. Но после
этой страшной истории она в каждом мужчине видела убийцу.
А теперь убийца в ее собственном доме.
Вдруг она обратила внимание на тишину в доме. Сначала она не могла понять в
чем дело, потом подумала, что Ларри должно быть выключил телевизор.
Она посмотрела на дверь. Ее сердце колотилось, как сумасшедшее. В замочной
скважине торчал ключ. Нужно сейчас же запереться, а потом вызывать полицию,
промелькнула у нее мысль, но она лежала, парализованная страхом...
Ведь она сама просила Ларри подняться в ее комнату!
Как завороженная, Хельга смотрела на ключ, но она не могла найти в себе
решимости встать и запереться. Она где-то слышала об убийцах-маньяках, что они
сначала насилуют свою жертву, а потом убивают ее. Значит и ее ждет это.
Ручка двери повернулась, и она поняла, что слишком долго раздумывала. Она
хотела крикнуть, но дверь открылась и крик застрял в ее горле.
На пороге стоял Ларри, Хельга, не отрываясь, смотрела на него, но сквозь слезы
видела только его силуэт и белое пятно вместо лица.
- Мэм, не бойтесь меня. Прошу вас, мэм. Я все объясню вам, послушайте.
Хельга постаралась спрятать страх. Теперь она снова различила его лицо,
отражающее страх, отчаяние и подавленность.
Yто делало его по-детски беспомощным и совсем не страшным.
Хельга лежала и не могла вымолвить ни слова.
- Когда зазвонил телефон; я снял трубку, - сказал Ларри. - Это произошло
машинально, я совсем не хотел подслушивать. И я услышал, что вам говорит Рон. Он
лжет, мэм, клянусь вам, что каждое его слово - это ложь. Прошу вас, верьте мне.
- Уходите, - хрипло сказала Хельга. - Оставьте меня в покое.
Вместо этого он прошел в комнату и, ссутулившись, сел в кресло около окна.
Потом закрыл лицо руками и заплакал как ребенок. Его детское всхлипывание
немного ослабили страх Хельги. Ей пришло в голову подбежать к двери, выскочить в
коридор и запереть Ларри снаружи. Но потом она передумала, вспомнив, насколько
быстрее ее он мог двигаться.
- Послушайте, - сказала она. - Уйдите из моей комнаты.
- Я не знаю, что мне делать, если вы мне не поверите, - пробормотал он. - Вы
были так добры ко мне все это время. Я так несчастен. Вы не знаете, как я несчастен.
"Душитель из Гамбурга, - подумала она. - Пять проституток." Но сидя в кресле
с лицом, закрытым руками, он казался таким беззащитным, что в ее сердце опять
проснулась надежда.
Он сказал ей, что благодарен ей, вспомнила она. Почему он должен вредить ей,
если она не сделала ему ничего плохого, а наоборот старалась помочь? Нужно только
осторожно выпроводить его из комнаты и запереться.
- Я не знаю, почему вы несчастны, Ларри, - мягко сказала она. - Может быть,
вы расскажете мне?
Он отнял руки от лица, и слезы полились потоком. В его печали было что-то
трогательное.
- Я вас обманывал, мэм, все время. После того, что вы для меня сделали, мне не
хотелось терять ваше расположение. - Он помолчал в нерешительности, потом
опустил голову, так что Хельге не было видно его лица. - Но теперь вы должны знать
правду. Я не ухаживаю за девушками... - он пробормотал еще несколько слов,
которые она не поняла.
- Что вы сказали, Ларри?
Он положил огромные ручищи на колени.
- Ларри, я вас не поняла.
- Я.., меня интересуют только мужчины. Хельга непонимающе смотрела на него.
- Мужчины?
Он кивнул с несчастным видом, не поднимая головы.
- Но вы же мне рассказывали о девушке, которая утащила у вас все деньги, -
сказала Хельга после долгой паузы.
- Это была не девушка, а мужчина, - ответил он так тихо, что она едва
расслышала.
До Хельги, наконец, все дошло. Вот почему Ларри так и не прореагировал не нее.
Как ни странно, это открытие немного успокоило ее. Значит, она не потеряла своей
привлекательности в глазах мужчин. Но потом она отбросила от себя эти банальные
мысли. Это объясняло также, почему он убивал проституток. Гомосексуалисты
ненавидят женщин легкого поведения.
- Видите ли, мэм, Рон и я были дружны. - Ларри смотрел куда-то мимо Хельги.
- У него такие же вкусы, как у меня. Он хотел меня, а я не хотел его, но я был
довольно непостоянен и беспокоен - мне не хотелось прочно связывать себя. Одной
недели с Роном вполне хватило для меня. Я действительно дезертировал из армии, но
все остальное, что он рассказал вам - это чистая ложь. Я никогда никого не убивал.
- Он стукнул тяжелыми кулаками по колену. - Конечно, я сделал страшную
глупость, рассказав Рону, что вы купите мне билет до Нью-Йорка и дадите еще в
придачу пять тысяч долларов. Он умолял меня вернуться к нему, и говорил, что не
может жить без меня. Мне хотелось, чтобы он понял раз и навсегда, что я не вернусь к
нему, и в подтверждение этого я рассказал ему о вашем подарке.
Он вытер глаз рукой.
- Это было, конечно, глупостью с моей стороны, мэм. Рон пришел в ярость.
Видите ли, его разозлило то, что вы мне помогаете, а он не может. Он стал страшно
ругаться и сказал, что испортит мне игру. Мне надоело это слушать и я повесил
трубку...
- Когда же вы звонили ему? - спросила Хельга.
- Когда вы ушли в деревню. Это была ошибка. - Ларри посмотрел на нее
несчастным взглядом, - Но этого я тогда не мог предвидеть. Рон часто злился на
меня, но никогда не делал пакостей. Он рассчитывал на то, что поверив в ложь, вы
сразу же вызовите полицию. Меня заберут, узнают, что я дезертир, и вернут в
Гамбург, где посадят в тюрьму. И он будет ждать моего выхода из тюрьмы. Видите ли,
мэм, Рон любит меня сильней, чем я люблю его. Я знаю, что он не может жить без
меня. Все, что он рассказал, было рассчитано на то, чтобы вы вызвали полицию.
Хельга глубоко вздохнула. За свою жизнь ей приходилось встречать
гомосексуалистов. К ним принадлежал ее парикмахер в Парадиз-Сити, метрдотель
одного ночного клуба в Нью-Йорке, ее парижский портной и маленький декоратор,
который отделывал ее спальню... Она могла насчитать десяток знакомых с такими
склонностями и хорошо знала, как они могут быть ревнивы, злы, мелочны в
отношениях друг друга, но могут быть нежными и заботливыми.
Да, она верит в его историю. Хельга облегченно откинулась на подушки. Боже
мой, как она испугалась. Душитель из Гамбурга! Как глупо было поверить в такую
банальную историю, да еще пережить такой страх.
- Вы верите мне, мэм? Вы не позвоните в полицию?
Итак, Ларри тоже принадлежал к людям подобного сорта. Трудно поверить в это,
глядя на него. Хельга сразу возненавидела этого высокого сильного юношу. Ей
захотелось тотчас выгнать его из виллы, но она подумала о тех страшных часах,
которые ей предстоит провести с Арчером. Нет, пусть Ларри останется до тех пор,
пока не принесут конверт из банка. Он будет ее защитой против Арчера. Хельга с
тоской подумала об ожидающем ее вечере и ночи.
- Да, Ларри, я вам верю, - сказала она. - Но я, конечно, и понятия не имела...
- Вы не представляете, как трудно приходится людям, вроде меня, в армии, -
пробормотал он в оправдание. - Я не мог этого выдержать.
Хельге не хотелось слушать его. После его признания она потеряла к нему всякий
интерес, и ей было просто скучно.
- Хорошо, Ларри, а теперь идите спать. Он встал после некоторого колебания.
- Простите, мэм. Мне не хотелось, чтобы вы знали об этом. Вы были так добры
ко мне.
- Да, да.., но теперь идите спать.
Ей с трудом удалось подавить свое нетерпение.
- Хорошо, мэм.
Он направился к двери, еще раз умоляюще оглянулся на нее, потом вышел.
Она услышала его удаляющиеся шаги. Тогда она закрыла руками лицо и начала
тихо смеяться.
Да, это воистину анекдот века!
Она влюбилась в это олицетворение мужественности и сделала все, чтобы
затащить его к себе в постель. Она кормила его, давала ему деньги, старалась
подчеркнуть свою красоту, рисковала репутацией и шестьюдесятью миллионами
долларов, позволяла себя шантажировать - и все это ради кого? Ради невоспитанного,
глупого гомосексуалиста!
Действительно анекдот века!
Хельга залилась горькими слезами. Она встала, заперла дверь и приняла три
таблетки снотворного.
В постели она думала о Нассау с его километрами золотых пляжей.
Там будет много мужчин, настоящих мужчин. Ей только нужно быть очень
осторожной! Герман весь день напролет будет занят делами.
Там можно будет найти удобный момент, случай всегда подворачивается.
Она погасила настольную лампу, полежала некоторое время в темноте, стараясь
ни о чем не думать, ожидая действия таблеток.
На следующее утро Хельга вышла из своей спальни в 10.15. Она спала эту ночь
крепко и без снов, теперь же у нее немного болела голова, и поэтому она была
раздражена.
Принимая ванну и одеваясь, она думала о Ларри. Теперь у нее было только одно
желание - вернуть снимки и как можно быстрей расстаться с этим юношей.
- Кофе, мэм?
В дверях кухни стоял Ларри. Вид у него был удрученный, и он избегал ее взгляда.
- Благодарю, с удовольствием, - резко и безразлично ответила Хельга, как будто
она разговаривала со слугой.
Она подошла к двери и заглянула в почтовый ящик. Там лежало несколько писем.
Она взяла их в гостиную и проглядела. Два из них были от приятельниц, другие
предназначались для Германа.
Она читала письмо, когда Ларри вошел в гостиную с подносом, на котором были
тосты, кофе и джем.
- Поставьте поднос, - резко сказала Хельга, не прерывая своего занятия. - Мне
не очень хочется есть.
Поставив поднос на стол, юноша остановился в нерешительности, как впавший в
немилость ребенок, но так как Хельга не обратила на него ни малейшего внимания, он
вернулся в кухню. Хельга выпила кофе, дочитала письма от приятельниц, содержащие
обычные сплетни (кто в данный момент с кем спит), переадресовала почту мужу в
Нассау и наконец зашла в кухню.
Ларри сидел на стуле, положив огромные кулаки на колени и глядя в пол.
- Сейчас я поеду в агентство, - сказала Хельга, - и возьму вам билет на
самолет. Потом зайду в банк и получу деньги. Вероятно, я задержусь.
Ей не хотелось проводить целый день с Ларри. Лучше сходить в кино, так время
пройдет быстрей.
Он поднял не нее взгляд.
- Хорошо, мэм.
- Как ведет себя Арчер сегодня утром? Он потер подбородок.
- Нормально.
Хельга была по горло сыта и Арчером, и особенно Ларри.
- Не подходите ни к телефону, ни к двери.
- Хорошо.
Она прошла в холл и надела шубу. Когда она застегивала меховые сапожки, Ларри
появился в двери кухни.
- Вы.., вы не сообщили в полицию, мэм? Она нетерпеливо взглянула на него.
- Можете не беспокоиться. Завтра утром вы сядете в самолет и полетите в НьюЙорк.
- Благодарю вас.
- В холодильнике для вас хватит еды. Я, вероятно, пообедаю в городе и не
вернусь до вечера. Вы можете посмотреть телевизор. - Она открыла входную дверь.
- Только не делайте никаких глупостей.
- Хорошо, мэм.
Удрученное выражение его лица начало раздражать ее. Она спустилась по
ступенькам и вышла на аллею. Было морозно и солнечно.
"Какая радость оставить виллу и это несчастное существо", - подумала Хельга,
открывая дверь гаража. Вскоре она выехала на горную дорогу.
В Лугано ей пришлось потратить некоторое время на поиски места для стоянки
машины. Наконец, она поставила "мерседес", опустила почту в автомат с часами и
направилась в агентство. Там она купила билет туристического класса для Ларри на
самолет в два часа дня и для себя билет первого класса на тот же день, но на другой
рейс, в 22.05 вечера. Она довезет его на машине до Милана, убедится, что он улетел,
потом распорядится, чтобы ее машину отправили обратно в Кастаньолу и оставили в
гараже виллы, а остаток дня она проведет в отеле "Приачипе Савойя", который она
знала, и где ее всегда хорошо обслуживали.
Из агентства Хельга зашла в банк, где обменяла чеки для путешествия на деньги.
Ожидая выплаты пяти тысяч долларов, она увидела директора банка. Он почтительно
приветствовал ее и осведомился о здоровье мужа. Его вежливость польстила Хельге,
но мысленно она цинично спрашивала себя, так ли он говорил бы с ней, если бы не ее
деньги.
Затем Хельга прошлась по улицам, разглядывая витрины, но ничего не покупая.
Это доставляло ей удовольствие и помогало убить время.
Наконец, Хельга вернулась к "мерседесу" и поехала по набережной к отелю
"Эдем". В ресторане ей предложили лучший столик и метрдотель поцеловал ей руку.
Она заказала скамьи с рисом и сидела, наслаждаясь ленчем. После кофе она прошла
по набережной к кинотеатру "Казино". Там показывали фильм с Кэтрин Ханбери,
которую Хельга очень любила. Она с удовольствием посмотрела его и, возвращаясь к
"Эдему", вспоминала отдельные сцены.
С тех пор, как она уехала из виллы, она ни разу не вспоминала ни об Арчере, ни о
Ларри. В баре отеля она выпила за столиком "мартини" и просмотрела "Геральд
Трибун", особенно внимательно изучая биржевые новости. Потом она выпила второй
коктейль и решила, что подошло время для обеда.
Обедать она отправилась в свой любимый ресторан "Бьянчи". Здесь ее
приветствовал метрдотель Дино, который всегда лично обслуживал ее. Это был
красивый итальянец с прекрасными манерами. Он осведомился о мистере Рольфе и
вздохнул, узнав, что на этот раз тот не приедет в Лугано.
Хельга предоставила ему заботу об обеде. Он предложил ей фазана, но она
отказалась. Решила остановиться на рыбе, а после, возможно, тосты Пуччини.
Дино пошел сделать заказ.
Было еще рано и в ресторане сидело немного посетителей. Заказав обед для
Хельги, Дино вернулся, чтобы немного поболтать с ней. Потом к ней подошел и
хозяин ресторана.
Aтмосфера была непринужденной, дружеской, и Хельга начала понемногу
оттаивать после напряжения последних дней.
Принесли тосты и к ним отличное вин
...Закладка в соц.сетях
