Жанр: Детектив
Вам - задание
...рось немного на этом драндулете. Заодно по
дороге и поговорим.
Славин понял, что Бартошик не намерен задерживаться.
- Хорошо, только соберусь. - Он заскочил в хату, взял карабин и, проходя
мимо Лешика, сказал: - Я скоро. Подброшу километров с пяток и вернусь.
Подвода действительно была легкой на ходу. Автомобильные шины, накачанные
воздухом, катились мягко, почти бесшумно. Лошадь без особых усилий тащила
повозку по дороге.
Они отъехали молча от деревни, и только тогда Бартошик спросил:
- Как ты здесь?
- Пока все идет нормально. Старик осторожен и хитер, но мне вчера повезло.
Удалось встретиться с Федько.
- Как встретиться? - встревожился Бартошик.
- Нормально, - усмехнулся Владимир и рассказал все по порядку.
Бартошик внимательно выслушал.
- Цель Федько ясна. Попытается вытянуть из тебя побольше патронов, потом
даст продовольствия или пригласит на какой-нибудь хутор, чтобы ликвидировать.
- Так-то оно так. Но ты забываешь одну чисто психологическую деталь.
Сколько, по-твоему, бандитов мог собрать Федько?
- Человек сорок, - неуверенно ответил Бартошик.
- Пусть пятьдесят. Исключим из этой компании раненых, больных, численность
которых растет с каждым днем, да еще и тех, кто потихоньку дает драпу. Ведь они
понимают, что лучше отбыть срок, чем получить пулю в лоб, когда захлопнется
капкан. Вот и получается, что у Федько дело с людьми швах. А это значит, что за
каждого человека он будет бороться и, конечно, заботиться о пополнении своей банды.
Скажи, а чем я не подхожу для вербовки в его шайку? Отец мой, как я сказал Лешику,
репрессирован, имею личную обиду - меня ведь даже в армию не взяли...
- Кто знает, Володя, может, ты и прав. Тебе виднее. Мочалов просил сказать, что
Степан Лешик не просто ординарный бандит, выплывший на поверхность. Это -
врожденный преступник, умеет приспосабливаться. Еще при Пилсудском он
фигурировал как вполне сложившийся уголовник. Когда в тридцать девятом наша
армия освободила Западную Белоруссию, Степан Лешик выдал себя за
революционного борца, оказался на свободе. Пока наши разбирались, устанавливали,
кто он да что он, началась война. Во время оккупации Лешик добыл документы на
фамилию Федько, стал гитлеровским пособником. А когда понял, что дни фашистской
Германии сочтены, пришел в партизанский отряд. Там тоже не успели распознать, что
это за птица. И вот наша армия турнула немцев. Народ здешний особенный. Многие
люди знают Степана Лешика как облупленного. Только им невдомек: как это может
один и тот же человек при поляках быть уголовником, при немцах - якобы
партизаном, а при Советах - бандитом. Оборотень какой-то! Видимо, с него взятки
гладки - рассуждают местные крестьяне. Все равно выкрутится. Уж лучше держать
язык за зубами, дескать, моя хата с краю. Так-то безопасней. И ты знаешь, Володя,
крестьян этих вполне можно понять. Для них Лешик - вершитель судеб людских,
который сам тут устанавливает порядки и законы. Поэтому Мочалов просил передать,
что важно не только выследить, уничтожить это осиное гнездо, но и постараться
выявить среди местного населения людей, которые могли бы дать следствию
показания против Федько и его дружков и таким образом развенчать печальную славу
всей бандитской группы.
Славин вспомнил недавний разговор в крестьянской хате, реплику хозяйки: "А что
ты, хлопец, по дворам мотаешься? Взял бы и закупил все, что тебе надо, у своего
благодетеля - и делу конец". Он рассказал об этом случае другу и, как бы подводя
итог, беседе, пояснил:
- Мне кажется, они что-то знают о Лешике, но боятся проговориться. Я еще
тогда решил снова зайти к ним, а теперь вижу, что это надо сделать обязательно.
За разговором они и не заметили, как углубились в лес. Бартошик спохватился:
- Хватит, Володя. Поворачивай обратно. Дальше пойду один.
Славин запротестовал:
- Еще немного провожу...
- Не надо. Можем наткнуться на Федько. Тогда нам обоим крышка: не устоит от
соблазна такую телегу отхватить, да и видеть нас вдвоем ему не положено. До шоссе
осталось километров семь. Пройдусь. А там наши ждут.
Владимир повернул обратно. Только сейчас обратил он внимание на то, какой
здесь густой, темный лес. Сплошная стена непроходимого ельника служила надежным
укрытием для бандитов.
Владимир зарядил карабин, положил его рядом, под правую руку, поправил под
одеждой пистолет, чтобы в случае необходимости можно было быстро выхватить его.
А дождь, час назад лишь моросящий, теперь все более усиливался.
Славин основательно продрог. Можно было соскочить с воза, пройтись пешком и
немного согреться, но глинистая земля разбухла, стала скользкой. Оставалось лишь
одно: поторапливать лошадь...
Лешика он застал во дворе. Старик, прикрыв голову и плечи мешком возился возле
сарая. Славин открыл ворота, въехал во двор.
- Дедушка! Можно коня в сарай завести?
- А куда же ты скотину денешь? Не будет же она под дождем, на холоде торчать,
заводи!
Славин начал распрягать лошадь, а сам исподволь, краем глаза наблюдал, как
хозяин внимательно следит за ним. Лишний раз проверял своего постояльца. "Не
волнуйся, старый хрыч! - подумал Владимир, снимая с шеи коня хомут. - Этому я
давно научился, можешь смотреть, пока не надоест".
Он завел лошадь в сарай, повесил ей на шею торбу с овсом, вышел во двор. Славин
понимал, что Лешик вот-вот должен заговорить о "госте", который обещал сегодня
появиться в доме. Было заметно, что тот подбирает удобный момент для такого
разговора. Владимир решил помочь старику. Он озабоченно, словно размышляя вслух,
сказал:
- Смотри, как погода переменилась! А я как раз сегодня собирался двинуться по
хуторам, тем более лошадь появилась.
Старик "клюнул":
- Это, конечно, дело твое... сегодня ко мне придет один мужик. Он с хутора.
Далековато, правда, отсюда, но ты мог бы с ним поговорить. В том краю таких хуторов
с десяток, и у хозяев товар для тебя нашелся бы.
- Сколько туда ехать?
- Верст двадцать будет, - и, опасаясь, что такое расстояние отобьет у Славина
охоту встретиться с Федько, Лешик продолжал:
- А тебе - что? На таком фаэтоне - рукой подать. Так что подожди. Вечером
поговоришь, смотришь, и сторгуешься.
- Ну, если уж так, то подожду, - согласился Славин и направился к крыльцу...
Все остальное время дня прошло в томительном, беспокойном ожидании.
Стемнело рано. Владимир сидел в комнате, разговаривал с Ядей. Она возилась у
печи, готовила ужин. Лешик волновался, часто подходил к окну, дважды ему
почудилось, что во дворе что-то стукнуло, и он выходил на крыльцо.
Федько появился неожиданно. Звякнула щеколда, отворились двери. На пороге
стоял он - высокий, худой, заросший рыжеватой щетиной, в стеганке, поверх нее -
армейская зеленая плащ-накидка. Федько настороженно посмотрел по сторонам и,
глядя на Славина маленькими, какими-то бесцветными глазами, бросил с порога:
- Добрый вечер, люди уважаемые! Можно ли передохнуть у вас? На улице такое
творится, что даже собаки попрятались.
Славин ответил на приветствие, заметив мысленно: "Сапоги все в грязи. Через
огород шел. Дружки, наверное, дом окружили и сейчас в окна заглядывают". Только
лишь от одного сознания, что его сейчас рассматривают бандиты, готовые в любую
секунду полоснуть по нему из автомата, Владимиру стало не по себе, захотелось
встать, пересесть на лавку в углу. Он с трудом заставил себя остаться на месте. Федько
по-хозяйски прошелся по комнате, уселся за стол.
Ядя засуетилась, ставя на стол еду. Появилась литровая бутылка с самогоном.
Федько обратился к Лешику:
- Я смотрю - у вас гости, - он повернулся к Славину. - Кем будешь,
хлопец?
- Уполномоченный по заготовке продовольствия.
- Чего заготавливаешь?
- Разное. Картошку, мясо, яблоки...
- Как платишь?
- Деньгами, некоторыми товарами, керосином. А вы что можете продать?
- Я? - Федько ухмыльнулся. - Я все могу продать. Есть живность, дичи
много. Кстати, послушай, парень. В наших местах без карабина нельзя. Давай так
договоримся: ты нам - патроны, мы тебе - свиней, дичи.
- Сколько вам надо патронов?
- Сколько сможешь, чем больше, тем лучше.
Славин сделал вид, что задумался.
- Патронов, говорите? Патроны, конечно, есть. Винтовочные или можно и
другие?
Федько хотел было ответить утвердительно, но вовремя спохватился:
- Нет, для охоты только винтовочные годятся. Другого оружия не имеем. Ну так
как? Сговоримся?
- Мне надо потолковать с одним человеком. Давайте сейчас оговорим, что вы
можете продать и сколько, а завтра съезжу в город и уточню.
- Кто этот человек?
- Знакомый. Работает на складе. Там у него патронов - сколько хочешь. А
деньги, которые сэкономлю, с ним поделю.
- Молодец! - похвалил Федько. - Хозяйский ты мужик. Правильно живешь!
Он явно успокоился, залпом выпил стакан самогона, принялся ужинать.
Любопытно вели себя люди, которых связывало родство. Федько вынужден был делать
вид, что он совершенно посторонний человек и для отца и для жены. Зато и старший
Лешик и Ядя не могли скрывать волнения. "Странная у него жизнь, - думал
Владимир, - ради чего он так живет? Где его счастье? Погибнет, как собака. Никому
пользы - ни людям, ни себе".
После ужина Федько подсел к Славину поближе:
- Друг, верь мне. Никогда не подведу, давай так: ты - мне, я - тебе.
- Такой подход люблю! - Владимир сделал вид, что захмелел. - Это меня
устраивает. И вообще считаю, что человек человеку должен помогать.
- Главное, нужно понимать друг друга, - пьяно тряхнул головой Федько. -
Когда поедешь в город, выясни насчет патронов. Ладно?
- Завтра же поеду. Чего откладывать? Надоело мне в этой дыре сидеть.
- Правильно! Вернешься обратно, старику скажи - он передаст мне. Ты не
бойся. Здесь все надежно. Хорошо заработаешь.
Славин слушал Федько, а сам незаметно следил за стариком и Ядей. Видел, как они
трижды что-то выносили в сени. Ясно, что там другие бандиты околачиваются, главаря
дожидаются.
Прошло не менее часа, пока Федько ужинал. Потом, не обращая внимания на
Славина и Лешика, он облапил Ядю, поволок ее в другую комнату. Владимир встал изза
стола:
- Ну что, дедушка? Пойду спать.
Старик встрепенулся:
- Подожди в хате, я сейчас приду, - он выскочил за дверь.
"Пошел предупредить, - подумал Владимир. - Ну что ж, пусть предупреждает.
Наступит время, и этого сделать не успеет". Через несколько минут старик вернулся с
тулупом в руках:
- Укроешься, а то холодно будет. Еле отыскал в сенях - темно.
"Хитер, подлец. Даже тулупа не пожалел, лишь бы я не догадался, чего во двор
выбежал. Вот только забыл сапоги хорошенько вытереть. Вон какие следищи на полу
оставляет".
- Спасибо. Спокойной ночи.
Славин вышел на крыльцо. Жуткая тьма окружала его. Казалось, каждым нервом
он чувствовал присутствие бандитов. Они здесь, где-то рядом. Сделай несколько шагов
в сторону и наверняка наткнешься на кого-нибудь из них. Владимир, стараясь не
намочить ноги, прошел по двору, нащупал дверь сарая, отворил ее. В кармане лежал
фонарик, но зажигать не стал. Наощупь отыскал лестницу, взобрался на сеновал,
укрылся тулупом, попытался уснуть. Но сильное нервное напряжение не проходило.
Еще и еще раз анализировал он свои действия. Получалось, что пока дела идут
неплохо. Федько, без сомнения, поверил ему, и это - главное. Игра началась...
К утру дождь кончился. Дул только сильный северный ветер. Славин вышел из
сарая, поеживаясь от холода, по привычке направился к колодцу. Умылся, но головная
боль от выпитого вчера самогона все еще чувствовалась. Во рту было противно и сухо.
Он выпил прямо из ведра колодезной воды, подставил лицо навстречу ветру. Это
подействовало лучше всякого лекарства.
Владимир вошел в дом, поздоровался с хозяевами. Ядя ответила на приветствие,
стыдливо опустив глаза. Старик - как обычно, сухо, с полным безразличием.
- Гость ушел? - Славин посмотрел на Лешика. - Как вы думаете, не
хвастанул ли он по пьянке?
Старик энергично помотал головой:
- Нет, он не болтун. Даже когда уходил, и то просил напомнить о каких-то
патронах.
- Ах, да! Чуть не забыл. Он же просил достать винтовочных патронов. -
Владимир задумчиво потер подбородок. - Есть у меня друг один, собственно вы его
знаете - это Моравский. За деньги у него можно многое купить. Ладно, сегодня
закончу все дела здесь, в деревне, а завтра подскочу в город. Поговорю, авось
сторгуемся.
После завтрака Славин направился к дому, где жили интересующие его старики.
Вернее, он намеревался поговорить только с хозяйкой и теперь на ходу обыгрывал
варианты беседы на случай, если дома будет старик. Однако Владимиру повезло -
хозяйка была одна.
- Доброе утро! Проходил мимо, дай, думаю, загляну еще разок к хорошим
людям.
- Доброе утро, сынок! Проходи, садись. - Старушка привычным движением
протерла тряпкой лаву возле стола, спросила: - Может, ты, сынок, голодный? Так я
покормлю.
- Думаете, Лешик не кормит? - пошутил Славин. - Кормит, никуда не
денется, да и столуюсь у него не за так - деньги плачу. Вот скоро в город поеду,
крупы, керосина, мыла привезу. Так что Лешику нельзя бога гневить и на меня
жаловаться.
Старуха усмехнулась:
- Жаловаться не пойдет... Но я, сынок, вижу, что ты человек добрый, и не
советую наступать ему на хвост.
Славин небрежно махнул рукой:
- Что он мне сделает?
- Ой, не махай, хлопец, руками, не махай! Скажу тебе одно: берегись его.
- Почему?
Хозяйка неожиданно заплакала. Славин молча ждал. Внутри у него все напряглось.
Он видел, что хозяйка что-то знает и, наверное, какая-то тайна тяжким грузом лежит у
нее на сердце. Наконец старушка немного успокоилась и спросила:
- Сколько тебе годков, сынок?
- Девятнадцать скоро будет.
- А моему Юзефу было бы двадцать.
- Погиб?
Старушка удержалась от прямого ответа, внимательно посмотрела на парня:
- Как тебя зовут?
- Владимиром.
- Владимир... Володя, бойся старого Лешика, он может втянуть тебя в грязное
дело.
- Бабушка! Вижу, хотите что-то сказать, от чего-то предостеречь меня, но не
можете решиться, боитесь...
- Кого бояться? Я свое уже прожила. Не хочу, чтобы тебе досталась такая доля,
как моему Юзефу.
- Что с ним случилось?
- Мне сказали, что красные убили.
- За что?
- Сама не знаю. Но чует мое сердце, что обманули меня.
- Кто обманул? Вы не бойтесь, скажите мне. Может, смогу узнать, что случилось
с вашим сыном.
Хозяйка немного помолчала, обдумывая что-то:
- Володя, как ты считаешь, Лешик хороший человек?
Славин понимал, что от его ответа теперь зависит многое: скажи он о Лешике чтонибудь
хорошее, значит, старушка замкнется в себе, откровенного разговора не будет;
скажи, что его хозяин мерзкий человек, - может удивиться, что за такое короткое
время узнал, и не поверит. "Что же ей ответить?" - соображал оперативник.
- Вы знаете - живу у него недавно, присмотреться к нему пока не успел. Но
вижу, что странный какой-то. Старается что-то выпытать, то вдруг молчит целыми
днями. Соседи к нему не ходят, а вот недавно ночью целая компания в дом ввалилась,
а вчера поздно вечером человек из дальнего хутора объявился.
- Из дальнего, говоришь? - встрепенулась хозяйка. - Как он выглядит?
- Высокий, худой...
- Он!
- Кто он?
- О чем он говорил?
- Сказал, что дело для меня есть.
- Сказал! Не верь, сынок! Не связывайся с ним!
- Бабушка, скажите прямо, в чем дело!
- Скажу тебе, сынок, скажу. Знай же - это был сын Лешика. Оба они -
бандиты. И отец и сын!
- Как так - отец и сын? У Лешика же нет детей. Он сам говорил.
- Не верь! Но верь, Володя!
Старушка начала взволнованно рассказывать.
- У Бронислава Лешика есть сын. Зовут его Степаном. Этот бандит уже много
лет людей грабит. Не знаю, как это получилось, но повадился мой Юзеф к старому
Лешику ходить, связался там со Степаном. Тот сманил его на свою сторону, в лес.
Потом потянулась за ним и Ванда, соседская девчина. Она с Юзефом дружила.
- Когда это было?
- Перед приходом ваших... Красной Армии. Напугал Степан Юзефа: придут,
мол, красные и в Сибирь сошлют либо расстреляют. Говорил, что немцы уходят
ненадолго. И мой дурак поверил. Сколько со стариком ни уговаривали, сколько слез
моих пролито - все напрасно. Ушел с Лешиком... - Хозяйка замолчала, усталым
движением сняла с головы вязаный платок и, сдерживая рыдание, выдавила из себя:
- Через месяц его не стало. Пришел к нам старый Лешик и сказал, что убили
красные.
- Красные? И вы поверили?
- Я уже тогда поняла, что здесь что-то не так. А когда поползли слухи о каких-то
бандитах, которые убивают ни в чем не повинных людей и даже детей, то убедилась,
что Степан - самый настоящий гад. А Бронислав, батька, - его верный помощник.
Он приходил к нам еще один раз и сказал, что если мы вздумаем куда-либо жаловаться,
то нам на свете не жить и дом наш спалят. Вот муж и испугался. У нас ведь есть еще
один сын.
- Где он?
- Воюет.
- У немцев?
- Нет, в Красной Армии. Он офицер.
- Значит, сражается с фашистами за нас с вами.
- А почему ты не воюешь?
Этот вопрос кольнул в самое сердце Славина. Он молча опустил голову. Что
делать? Сказать ей, что он тоже рвется на фронт, что уже несколько раз писал рапорты
о направлении в действующую армию? Нет, об этом нельзя говорить. Надо проглотить
горькую пилюлю:
- Мне сказали, что мое место здесь.
- Здесь и баба управилась бы, а на фронте убить могут! - неожиданно зло
выпалила хозяйка.
Славин тихо сказал:
- В таком случае, зачем вы меня предупреждали остерегаться Лешика?
Старуха пристально посмотрела на Славина:
- Смотрю на тебя, вроде дитя малое, а поговорила, вижу - взрослый. Скажи,
ты на самом деле закупаешь здесь продукты?
- Людям же есть надо... Сейчас тяжело, бабушка, и они нуждаются в помощи.
Вот и меня поставили на эту работу. Кстати, а где сейчас Ванда?
- Не знаю. Если верить старому Лешику, то у Степана.
- Скажите, но вы же не хотите, чтобы Степан втянул в свою банду и второго
сына? Война уже скоро кончится, и он, наверное, вернется домой.
- Нет, нет! Я каждый день молюсь, чтобы господь бог хранил его, а этот бандит,
Степан Лешик, чтоб сгнил в болоте.
- А как родители Ванды смотрят на то, что их дочка пропадает в банде?
- Запуганы они и молчат, только плачут. Ванда недавно была здесь, сказала, что
если она вернется домой, то бандиты уничтожат всю семью. Что тут поделаешь?
Конечно, будешь молчать. Тут порядки лесные: кто сильнее, тот и волк.
- А где их логово?
- Разве они скажут? Мой старик говорил, что слышал от других людей, будто
около хутора Черный Луг прячутся.
- Кто хозяин хутора?
- Он пустой сейчас. Хозяин в полиции служил, помогал катовать людей, а когда
немцы отступали, ушел с ними.
- Кто еще знает, что Степан Лешик организовал банду?
- Многие знают, но мало кто скажет об этом.
- Почему?
- Боятся.
- А скажут, когда Лешика и его дружков поймают?
- Не знаю, но мне кажется - многие молчать не будут.
Славин взглянул на часы: прошло уже много времени. В любой момент может
появиться хозяин, надо уходить. Владимир как мог утешил старушку, пообещал ей
выяснить, что на самом деле случилось с Юзефом, вышел на улицу. Теперь он ломал
голову над тем, что делать дальше: ехать ли немедленно в город, или оставаться на
месте. "Нет, нельзя рисковать. Я узнал если не точное, то хотя бы приблизительное
место укрытия бандитов. Надо связаться со своими". Постепенно рождался план
дальнейших действий. Он сводился к тому, чтобы завтра, под предлогом поездки за
патронами, отправиться в город, сообщить добытые сведения, просить разрешение на
установление контакта с бандой для выяснения ее точного местонахождения и
численности...
42
ОПЕРУПОЛНОМОЧЕННЫЙ ОТДЕЛА
БОРЬБЫ С БАНДИТИЗМОМ АНТОН КРАЙНЮК
На углу двух немощеных улиц остановился старый потрепанный "оппель". Из
машины вышел молодой человек, одетый в брезентовый плащ, поднял голову, желая
убедиться, скоро ли кончится дождь, и, повернув за угол, быстро пошел по
деревянному тротуару. Но через метров пятьдесят тротуар кончился, и молодой
человек двигался дальше, старательно обходя лужи и грязь. Это был
оперуполномоченный отдела борьбы с бандитизмом Антон Крайнюк. Он выполнял
первое поручение нового начальника отдела капитана Мочалова. Антону нравился
Коротков, но когда узнал он, что новым начальником назначен Мочалов, то очень
обрадовался. Свой человек, односельчанин.
Антон видел, как тяжело было слушать Петру Петровичу рассказ о дорогих ему
людях, которых уже нет в живых. Со слов Володи Славина Мочалов уже знал, как
дружили и помогали друг другу мать Антона и Татьяна Андреевна. Теперь их обоих
- Крайнюка и Мочалова - объединяла потеря родных. Антону было тоже нелегко
переносить случившееся. На первых порах Глазков и Тамков даже боялись за него.
Парень рвался в бой, не считаясь ни с какой опасностью, и когда ему там, в отряде,
предложили направиться вместе со Славиным, то Антон отказался. В то время он
мечтал как можно быстрее попасть на фронт и продолжать мстить врагу за смерть
матери. С большим трудом удалось Короткову и Глазкову уговорить Антона, что его
опыт лесного бойца очень нужен на новом месте. Тогда Коротков и Глазков решали не
назначать Антона старшим группы. Руководителем группы был назначен Славин.
Боялись, что Крайнюк при виде гитлеровцев может вступить в бой.
Получилось так, что группа Славина прибыла к месту назначения вместе с
передовыми частями Красной Армии, и если бы не Коротков, появившийся в городе
сразу же, то кто знает, может, Крайнюк не удержался бы от вновь нахлынувшего
желания уйти на фронт...
Наконец Антон подошел к нужному дому и оглянулся. Улица была пустынной, да и
кому охота в такую погоду из дома выходить. Крайнюк открыл скрипучую калитку,
прошел по заложенному булыжниками длинному и узкому двору и толкнул входную
дверь. Его, очевидно, заметили через окно, потому что в коридоре его встретил
пожилой мужчина.
- Здравствуйте, - сказал Крайнюк, - вы Моравский?
- А вы кто будете? - не отвечая на вопрос, спросил хозяин.
"Ишь ты какой осторожный, - подумал Антон, - наверняка это он и есть. Рост,
возраст совпадают, да и бородавка, о которой говорил Мочалов, на носу".
- Я по делу. Так это вы будете?
- Я. А что вы хотите?
- Ну вот и хорошо, Казимир Казимирович, я - от Короткова. К дому не стал
подъезжать. Машина за углом. Набросьте на себя что-нибудь, на дворе дождь, и
подходите туда, я вас буду ждать.
Крайнюк повернулся, вышел на улицу и пошел обратно. "Боязливый мужик, в
глазах только страх, и как он только в старосты попал? Хотя чего тут удивляться,
таких только и назначали".
Антон сел на заднее сиденье и стал ждать. Шофер не закрывал капот и продолжал
делать вид, что ковыряется в моторе. Наконец появился Моравский. Он пугливо
посмотрел по сторонам и засеменил к машине. Около машины остановился и стащил с
плечей кусок брезента. Крайнюк приоткрыл дверцу:
- Садитесь, Казимир Казимирович!
Пока старик, кряхтя и охая, втискивался в маленький салон, шофер закрыл капот,
сел на свое место и завел мотор. Машина развернулась и, отчаянно подпрыгивая на
ухабах, поехала к центру города.
- А почему Сергей Миронович не приехал?
- Сейчас узнаете.
Моравский подозрительно посмотрел на Крайнюка. Его, наверное, несколько
смутил ответ Антона, и недоверие к незнакомому еще больше усилилось.
- А почему даже машина другая, не та, на которой Сергей Миронович приезжал?
- Какая подвернулась, - коротко ответил Антон, которого начинала
раздражать подозрительность старика.
Он когда узнал, со слов Мочалова, что Моравский бывший староста, удивленно
сказал: "Петр Петрович, и чего мы с ним возимся? Он пособник немцев, а мы его еще
должны на машине возить, нянчиться с ним, вроде он заслуживает этого. Да ему, гаду,
одна цена - пуля или веревка!" - "Успокойся, Антон, - улыбался Мочалов, -
не каждого врага надо к стенке ставить. Привыкай к этому, ты же оперативный
работник. Эх, учить тебя надо. Вот очистим область от бандитов и пошлем тебя в
школу. Ну, а что касается Моравского, то он хоть и ходил у немцев в прислужниках, но
вреда Советской власти и людям не чинил. Мне Коротков рассказал, что когда пришла
Красная Армия, то он сам явился в УНКВД и рассказал о своем прошлом, да заодно
подсказал, где группа бывших полицаев в лесу пряталась, и целый склад оружия помог
найти. Да и о Федько нам он сообщил и о том, что жена Федько у отца его прячется.
Правда, трусоват он, этот Моравский, сбежал с насиженного гнезда и сейчас вместе с
женой здесь, в городе, у родного брата живет".
И вот теперь Крайнюк, выполняя приказ, везет этого бывшего старосту к себе в
отдел, да еще, сидя рядом, должен отвечать на его глупые вопросы. От возмущения
Антон отвернулся от старика и начал смотреть в запотевшее стекло.
Машина развернулась и остановилась у небольшого дома, где разместился отдел по
борьбе с бандитизмом. Они вышли из машины, и Крайнюк провел Моравского и
кабинет Мочалова. Спросил:
- Мне можно идти, Петр Петрович?
- Нет, побудь с нами, - ответил Мочалов и, поздоровавшись с Моравским,
сказал: - Давайте знакомиться: я - новый начальник отдела капитан Мочалов.
Зовут меня Петром Петровичем. О вас, Казимир Казимирович, мне рассказал Сергей
Миронович Коротков. Он вам передавал привет и извинялся, что не попрощался с
вами. Он очень торопился и еле успел дела сдать. Я немножко освоился и решил
сегодня познакомиться с вами. Поэтому и послал за вами.
- Ну и слава богу, - невпопад почему-то сказал Моравский.
- Что, вы тоже хотели встретиться со мной? - улыбнулся Мочалов.
- Нет, нет... - смутился старик, - я, когда увидел вот этого молодого
человека, сел к нему в машину, немножко испугался...
- Чего же вы испугались?
- Видите ли, Сергей Миронович никогда меня не приглашал сюда. Он сам
приезжал ко мне, и мы обычно с ним встречались и беседов
...Закладка в соц.сетях
