Жанр: Детектив
Долгое прощание
...рри это сделал.
Она встрепенулась. Помолчав, медленно произнесла:
- Он покончил с собой и оставил подробное признание. Что вам ещё нужно?
- У него был револьвер, - объяснил я. - В Мексике этого достаточно, чтобы
какой-нибудь нервный блюститель всадил в него пулю. В Америке тоже полно
полицейских, которые могут за это убить. Иногда они стреляют прямо через дверь,
если им не открывают сразу. Что касается признания, я его не читал.
- Ну, конечно, мексиканская полиция его подделала, - язвительно сказала
она.
- Это им не по зубам, особенно в таком городишке, как Отатоклан. Нет,
признание, наверное, настоящее, но это не доказательство, что он убил жену.
Для меня, по крайней мере. Мне оно доказывает одно - что у него не было
другого выхода. В такой переделке некоторые люди - называйте их слабыми,
мягкими, сентиментальными, как вам больше нравится, - могут пойти на то, чтобы
спасти других людей от очень шумного и неприятного скандала.
- Это невероятно, - возразила она. - Из-за этого не кончают с собой и не
подставляют себя нарочно под пули. Сильвии уже не было в живых. Что касается её
сестры и отца, они не нуждались в защите от скандала. Люди с деньгами, м-р
Марлоу, вполне могут сами за себя постоять.
- Ладно, я ошибся с этим признанием. Может, я вообще во всем ошибаюсь.
Вы, кажется, очень рассердились. Хотите, я уйду, а вы спокойно допьете
свою "лимонную корочку".
Внезапно она улыбнулась.
- Извините. Вы, кажется, говорите всерьез. Я было подумала, что вы не
столько Терри пытаетесь оправдать, сколько себя. Теперь я вижу, что это не так.
- В чем мне оправдываться? Я сделал глупость, получил за неё сполна. Не
спорю - его признание меня выручило. Если бы его привезли сюда и судили, мне,
наверное, тоже что-нибудь пришили. В лучшем случае, это стоило бы мне таких
денег, что век не расплатиться.
- Не говоря о вашей лицензии, - сухо заметила она.
- Наверное. Раньше вообще любой блюститель с похмелья мог её отнять.
Теперь стало немножко по-другому. Вас вызывают в комиссию штата, которая
ведает лицензиями. Они не большие поклонники городской полиции.
Пригубив коктейль, она медленно произнесла:
- Теперь, когда все позади, вам не кажется, что все было сделано
правильно? Ведь не было ни суда, ни заголовков в газетах, никого не стали
обливать грязью - просто ради сенсации, не думая ни о правде, ни о правилах
честной игры, ни о чувствах ни в чем не повинных людей.
- А я о чем толкую? А вы сказали - "это невероятно".
Она откинулась назад, прислонившись затылком к изгибу диванной спинки.
- Да, невероятно, если только ради этого Терри Леннокс покончил с собой.
Но суд принес бы всем только горе - это несомненно.
- Я бы ещё выпил, - заявил я и помахал официанту. - Чувствую ледяной
ветерок у себя на затылке. Вы, случайно, не родственница Поттеров, м-с Лоринг?
- Сильвия Леннокс - моя сестра, - просто ответила она. - Я думала, вы
знаете.
Подрулил официант, получил от меня срочное задание. М-с Лоринг, покачав
головой, сказала, что больше не хочет. Когда официант отбыл, я сказал:
- Старик Поттер - извините, м-р Харлан Поттер - так ловко замял это дело,
что я вообще мог не знать ни про какую сестру.
- Вы преувеличиваете. Мой отец не всесилен, м-р Марлоу, - и уж вовсе не
так жесток, У него действительно очень старомодные взгляды на частную жизнь.
Он никогда не дает интервью даже собственным газетам. Никогда не
фотографируется, не выступает с речами, путешествует чаще всего в машине или в
собственном самолете со своими людьми. Но при этом он очень человечен.
Терри ему нравился. Он говорил, что Терри ведет себя как джентльмен
двадцать четыре часа в сутки, а не только пятнадцать минут от приезда гостей до
первого коктейля.
- Под конец он вроде как сорвался. Я имею в виду Терри.
Официант притащил третью "лимонную корочку". Я попробовал и стал водить
пальцем по стакану.
- Смерть Терри была для отца большим ударом, м-р Марлоу. Вы сейчас опять
будете иронизировать. Не надо, пожалуйста. Отец понимал, что кое-кому покажется,
будто все это разыграно, как по нотам. Он бы предпочел, чтобы Терри просто
исчез. Если бы Терри попросил ему помочь, по-моему он бы откликнулся.
- Вряд-ли, м-с Лоринг. Ведь убили его родную дочь, Она раздраженно дернула
плечом и холодно взглянула на меня.
- Боюсь, это прозвучит жестоко, но отец поставил крест на Сильвии. При
встречах он с ней почти не разговаривал. Если бы он захотел высказаться, хотя
этого никогда не будет, то я уверена, он бы заявил, что сомневается, будто её
убил Терри. Так же, как вы. Но раз Терри нет в живых, какая разница? Они с
Сильвией могли погибнуть в авиакатастрофе, при пожаре, разбиться в машине. Если
ей было суждено умереть, то уж лучше сейчас. Через десять лет она превратилась
бы в старую ведьму, помешанную на сексе, вроде тех жутких женщин, которые иногда
являются на приемы в Голливуде. Отбросы международного высшего света.
Я вдруг дико разозлился, сам не знаю на что. Встал, заглянул за
перегородку. Соседняя кабинка была пуста. Подальше какой-то парень в одиночестве
тихо читал газету. Я плюхнулся обратно на сиденье, оттолкнул стакан и перегнулся
к ней поближе. Правда, мне хватило ума не повышать голос.
- Черт побери, м-с Лоринг, что вы мне вкручиваете? Что Харлан Поттер ? это
славный добряк, который не знает, как нажать на прокурора, чтобы прекратить
следствие по делу об убийстве? Говорите, он сомневается в виновности Терри?
Тогда почему он не дает никому пальцем пошевельнуть, чтобы найти настоящего
убийцу? Пустил в ход все - и политическое влияние своих газет, и счет в банке, и
тех девятьсот молодцов, которые на ушах стоят, стараясь угадать, чего ему завтра
захочется. Разве не он устроил так, что в Мексику поехал только свой, домашний
адвокат и больше никто ни из прокуратуры, ни из полиции? А ведь там надо было
проверить, вправду ли Терри пустил себе пулю в лоб, или его пришил для забавы
какой-нибудь индейский стрелок. Ваш старик стоит сто миллионов, м-с Лоринг. Не
знаю, как он их нажил, но чертовски хорошо знаю, что для этого надо создать себе
мощную организацию. Он не слюнтяй. Он жестокий, беспощадный человек. В наше
время такие деньги иначе не наживешь. И дело он имеет с самыми разными
людишками.
С некоторыми необязательно знакомиться за руку, но они всегда тут, если
нужно для бизнеса.
- Вы говорите глупости, - сердито бросила она. - Не желаю вас больше
слушать.
- Еще бы. Такие песенки вам не по вкусу. Но все-таки послушайте. В ночь,
когда убили Сильвию, Терри разговаривал по телефону с вашим стариком.
О чем? Что старик ему сказал? "Беги-ка ты, старина, в Мексику и застрелись
там. Пусть все останется в кругу семьи. Я знаю, что моя дочь - потаскуха и что
любой из её пьяных подонков мог соскочить с катушек и разможжить её хорошенькое
личико. Но это неважно, старина. Этот парень попросит прощения, когда
протрезвится. Тебе жилось, как у Христа за пазухой, а теперь пора платить по
счетам. Славное имя Поттеров надо сохранить в лилейно-белой чистоте. Она за тебя
вышла потому, что ей нужно было прикрытие. Теперь, когда она умерла, оно нужно
вдвойне. Ты и есть это прикрытие. Сумеешь спрятаться и больше не возникать -
прекрасно. Но если тебя найдут, придется сойти со сцены. Привет, увидимся в
морге".
- Неужели вы вправду думаете, - осведомилась женщина в черном ледяным
голосом, - что мой отец может так говорить?
Я откинулся назад и язвительно засмеялся.
- Диалог, если угодно, можно слегка подправить. Она собрала свои пожитки и
подвинулась к краю дивана.
- Хочу вас предостеречь, - выговорила она медленно и очень тщательно, - и
хочу, чтобы вы это поняли. Если вы так думаете о моем отце и если вы будете с
кем-то делиться своим мнением, ваша карьера в этом городе, и в этом или другом
бизнесе, может оборваться скоро и очень неожиданно.
- Замечательно, м-с Лоринг. Замечательно. Меня предупредила полиция, меня
предупредили бандиты, а теперь ещё и вы. Разными словами, но об одном и том же.
Не лезь в это дело. Я пришел сюда выпить "лимонную корочку", выполнить просьбу
друга. И что же? Посмотрите на меня. Фактически я уже в могиле.
Она встала и отрывисто кивнула.
- Три коктейля. Двойных. Вы просто напились.
Я бросил на столик слишком много денег и тоже встал.
- Вы тоже выпили полтора, м-с Лоринг. Зачем? Вас попросили или просто
потянуло? Ведь и у вас язык слегка развязался.
- Кто знает, м-р Марлоу? Кто знает? Разве мы знаем что-нибудь? Там у бара
какой-то человек за нами наблюдает. Это знакомый?
Я обернулся, удивившись её зоркости. На крайней табуретке у двери сидел
худой смуглый тип.
- Его зовут Чик Агостино, - сообщил я. - Оруженосец бандита по имени
Менендес. Давайте сшибем его с ног и попрыгаем на нем.
- Вы и правду пьяны, - быстро сказала она и двинулась прочь.
Я пошел следом. Человек на табуретке отвернулся, стал смотреть прямо перед
собой. Поравнявшись с ним, я зашел сзади и быстро провел руками ему по бокам.
Наверное, я все-таки был немножко пьян.
Резко крутанувшись, он соскочил с табуретки.
- Эй ты, без рук! - пролаял он. Краем глаза я увидал, что м-с Лоринг
остановилась на пороге и оглянулась.
- А где же пистолеты, м-р Агостино? Какой вы храбрый! Уже темно. Вдруг на
вас нехороший карлик нападет?
- Катись отсюда! - злобно бросил он.
- Из какой книжки вы украли это оригинальное выражение?
Губы у него задергались, но он не шевельнулся. Покинув его, я проследовал
за м-с Лоринг на улицу. Под тентом стоял седовласый цветной шофер, беседуя со
служителем с автостоянки. Он прикоснулся к козырьку, исчез и вернулся в шикарном
"кадиллаке". Открыл дверцу, и м-с Лоринг в него села.
Шофер закрыл машину, словно шкатулку с драгоценностями. Обошел вокруг и
влез на свое место.
Она опустила окно и выглянула с легкой улыбкой.
- Всего доброго, м-р Марлоу. Все было мило... правда, ведь?
- Мы неплохо повоевали.
- Это вы повоевали - и, в основном, сами с собой.
- Дурная привычка, м-с Лоринг. Вы живете поблизости?
- Не совсем. Я живу в Беспечной Долине. За озером. Мой муж - врач.
- Вы случайно не знаете неких Уэйдов? Она нахмурилась.
- Да, я знаю Уэйдов. А что?
- Просто так. Мои единственные знакомые в Беспечной Долине.
- Понятно. Что ж, ещё раз до свидания, м-р Марлоу. Она откинулась на
подушки, "кадиллак" вежливо заурчал и скользнул в поток машин на Сансет-Стрип.
Обернувшись, я чуть не налетел на Чика Агостино.
- Что за куколка? - ухмыляясь, осведомился он. - И в Другой раз помни, со
мной шутки плохи.
- Тебе с такой в жизни не познакомиться, - заявил я.
- Ладно, умник. Номерок-то я записал. Менди интересуется такими пустяками.
Рывком распахнулась дверца подъехавшей машины, из неё вывалился человек
размером два метра на полтора, бросил на Агостино всего один взгляд, сделал
всего один шаг и вцепился одной рукой ему в горло.
- Сколько раз вам, дешевому жулью, говорить, - не сметь околачиваться там,
где я обедаю!
Он встряхнул Агостино и запустил им об стенку. Чик сполз по стене,
закашлявшись.
- В следующий раз, - проревел непомерный человек, - я в тебя, сволочь,
пулю всажу, и уж будь уверен, тебя найдут с пистолетом в руке.
Чик потряс головой, не отвечая. Здоровенный человек пробороздил мимо
взглядом и ухмыльнулся.
- Славная погодка, - заметил он и прошествовал к Виктору.
Чик потихоньку встал на ноги и пришел в себя.
- Кто твой дружок? - поинтересовался я.
- Большой Вилли Магоун, - сказал он невнятно. - Легавый из "борьбы с
пороком". Думает, гад, у него есть сила.
- А на самом деле? - вежливо осведомился я.
Он равнодушно посмотрел на меня и пошел прочь. Я вывел машину со стоянки и
поехал домой. В Голливуде всякое случается - все, что угодно.
Глава 23
Впереди шел "ягуар" низкой посадки. Обогнув холм, он сбросил скорость,
чтобы я не задохнулся гранитной пылью на плохо вымощенном участке дороги у
въезда в Беспечную Долину. По-моему, этот участок нарочно оставили в таком виде,
чтобы отвадить воскресных туристов, избалованных ездой по гладеньким супершоссе.
Мелькнул яркий шарф и огромные черные очки. Мне небрежно ? по-соседски -
помахали рукой. Потом облако пыли осело на обочине, прибавив ещё один слой к
белому налету, покрывавшему кустарник и выжженную траву.
Затем я обогнул гранитный склон, начался нормальный асфальт, и все вокруг
стало чистенькое и ухоженное. У дороги толпились дубы, словно им было любопытно
поглядеть на проезжающих, под ними попрыгивали воробьи с розовыми головками и
клевали что-то такое, что станет клевать только воробей.
Потом пошли тополя. Эвкалиптов не было. Потом густая рощица южных кленов,
из-за которых выглядывал белый дом. Потом девушка, которая вела под уздцы
лошадь. На девушке были джинсы и яркая рубашка, и она жевала веточку.
У лошади был разгоряченный вид, но не взмыленный, и хозяйка ласково с ней
ворковала. За каменной оградой садовник вел газонокосилку по огромной волнистой
лужайке. Вдали красовался внушительный особняк колониальной архитектуры. Где-то
играли на рояле упражнения для левой руки.
Потом все это осталось позади, ярко блеснуло озеро, и я начал
всматриваться в номера на столбиках у ворот. Дом Уэйдов я видел только раз в
темноте. При дневном свете он казался не таким большим. Возле дома было полно
машин, поэтому я остановился на обочине и пошел пешком. Дверь открыл дворецкиймексиканец
в белой куртке. Это был стройный, красивый мексиканец, куртка сидела
на нем элегантно, похоже было, что он получает полсотни в неделю, не изнуряя
себя трудом.
Он сказал:
- Buenas tardes, Senor, - и ухмыльнулся, словно удачно пошутил. - Su
nombre de Usted, por favor?
- Марлоу, - ответил я, - чего ты выламываешься, Кэнди? Мы с тобой
разговаривали по телефону, забыл?
Он снова усмехнулся, и я вошел. Шла обычная вечеринка с коктейлями ? все
говорят слишком громко, никто никого не слушает, хлещут выпивку напропалую,
глаза блестят, лица румяные, или бледные, или потные, смотря, кто сколько принял
и сколько может выдержать. Рядом со мной сразу возникла Эйлин Уэйд в чем-то
светло-голубом, что её отнюдь не портило. Казалось, что стакан она держит в руке
просто для порядка.
- Как я рада, что вы пришли, - церемонно произнесла она. - Роджер ждет вас
у себя в кабинете. Ненавидит вечеринки. Он работает.
- При таком бедламе?
- Это ему не мешает. Кэнди подаст вам выпить - или, может быть, хотите
сами пойти к бару?
- Хочу сам, - сказал я. - Простите за тот вечер. Она улыбнулась.
- По-моему, вы уже извинились. Это пустяки.
- Никакие не пустяки.
Улыбка исчезла у неё с лица, едва она, кивнув, отвернулась и отошла. В
углу, возле огромных стеклянных дверей, я углядел бар. Передвижной, на
колесиках. Я двинулся к нему, стараясь ни на кого не налететь, и тут кто-то
сказал:
- О, да это м-р Марлоу.
Я обернулся и увидел м-с Лоринг. Она сидела на диване рядом с чопорным
мужчиной в очках без оправы и с козлиной бородкой, похожей на след от сажи.
У неё был скучающий вид. Он сидел молча, скрестив руки, и хмурился в
пространство.
Я подошел. Она улыбнулась и протянула мне руку.
- Это мой муж, доктор Лоржнг. Эдвард, это м-р Филип Марлоу.
Парень с бородкой мельком глянул на меня и еле заметно кивнул. Других
движений не произвел. Видимо, экономил энергию для более важных дел.
- Эдвард очень устал, - сказала Линда Лоринг. - Эдвард всегда очень
устает.
- С врачами это бывает, - заметил я. - Принести вам что-нибудь выпить, м-с
Лоринг? Или вам, доктор?
- Ей уже хватает, - изрек он, ни на кого не глядя. - Я не пью. Чем больше
смотрю на пьющих, тем больше этому радуюсь.
- Вернись, малютка Шеба, - мечтательно произнесла м-с Лоринг.
Резко повернувшись, он угрюмо посмотрел на нее. Я ретировался в
направлении бара. В обществе мужа Линда Лоринг казалась другим человеком. В
голосе и выражении лица сквозила язвительность, которой в недавнем нашем
разговоре я не чувствовал, хотя она и злилась.
У бара стоял Кэнди. Спросил, что я желаю выпить.
- Пока ничего, спасибо. Меня просил зайти м-р Уэйд.
- Es muy occupado. Senor. Очень занят. Я решил, что любовь к Кэнди мне не
грозит. Я молча взглянул на него, и он тут же добавил:
- Но я иду посмотреть. De pronto, Senor. Он осторожно пробрался сквозь
толпу и моментально вернулся.
- О'кей, приятель, пошли, - бодро пригласил он.
Я последовал за ним в глубину дома. Он открыл дверь. Я вошел, он прикрыл
её за мной, и шум сразу затих. Комната была угловая - большая, тихая,
прохладная. За стеклянной дверью виднелись розовые кусты, в окне сбоку
установлен кондиционер. С порога было видно озеро и Уэйд - он растянулся на
длинном кожаном диване. На солидном письменном столе светлого дерева стояла
пишущая машинка, рядом с ней - стопа желтой бумаги.
- Молодец, что пришли, Марлоу, - протянул он лениво. - Располагайтесь.
Пропустили уже глоток-другой?
- Нет еще. - Я сел и посмотрел на него. На вид он был ещё бледный и
потрепанный. - Как ваша работа?
- Прекрасно, только утомляюсь быстро. Жалко, что после четырехдневного
запоя так паршиво себя чувствуешь. Иногда в это время лучше всего пишется. В
нашем деле стоит заклиниться от напряжения - и конец, ничего не выходит.
Главное, чтоб легко работалось - тогда получается. Все, кто говорит
наоборот, врут, как сивый мерин.
- Может быть, это зависит от человека, - заметил я. - Флоберу нелегко
работалось, а писал он прилично.
- О'кей, - сказал Уэйд и сел. - Значит, Флобера читаете, значит, вы
интеллектуал, критик, ценитель литературы. - Он потер лоб. - Я завязал, и это
омерзительно. Мне противен любой человек со стаканом в руке. Надо идти туда и
улыбаться всем этим гнусным гадам. Все они знают, что я алкоголик.
Всем интересно, что же я пытаюсь утопить в вине. Какая-то фрейдистская
сволочь объяснила, что пьянство - это способ спастись бегством. Любой
десятилетний ребенок это знает. Если бы у меня, боже избави, был десятилетний
сын, он бы спрашивал: "Папочка, от чего ты бежишь, когда напиваешься?"
- Я так понял, что у вас это недавно началось, - сказал я.
- Просто в последнее время хуже стало, но выпить всегда был не дурак. В
молодости легче отходишь. А когда уже за сорок, тут дело другое.
Я откинулся и закурил.
- О чем вы хотели со мной поговорить?
- А вы как думаете - от чего я убегаю, Марлоу?
- Понятия не имею. Информации недостаточно. Кроме того, все от чего-нибудь
убегают.
- Но не все напиваются. А вы от чего убегаете? От своей молодости, или от
угрызений совести, или от сознания, что вы мелкий деятель мелкого бизнеса?
- Понятно, - сказал я. - Вам нужно кого-то оскорбить. Давайте, старина, не
стесняйтесь. Когда будет больно, я скажу.
Он усмехнулся и взъерошил короткие вьющиеся волосы. Затем ткнул себя
пальцем в грудь.
- Полюбуйтесь на мелкого деятеля мелкого бизнеса, Марлоу. Все писатели -
подонки, а я самый подонистый. Я написал двенадцать бестселлеров, и если удастся
закончить этот бред, что лежит на столе, возможно, будет и тринадцатый. И ни
один из них не стоит пороха, которым надо бы их всех взорвать к чертовой матери.
У меня прелестный дом в весьма респектабельном районе, где хозяин весьма
респектабельный мультимиллионер. У меня прелестная жена, которая меня любит, и
прелестный издатель, который меня любит, а сам я люблю себя больше всех. Я
эгоист, сукин сын, шлюха или сутенер от литературы - что вам больше нравится -
отъявленный мерзавец. Итак, чем вы можете мне помочь?
- А чем надо?
- Почему вы не обижаетесь?
- На что обижаться-то? Просто слушаю, до чего вы себя ненавидите. Это
скучно, но для меня не оскорбительно.
Он хрипло засмеялся.
- Вы мне нравитесь, - сообщил он. - Давайте выпьем.
- Здесь не буду, дружище. Я вам не пара. Не желаю смотреть, как вы
развяжете. Помешать вам нельзя, но и помогать я не обязан.
Он встал, - Не обязательно пить здесь. Пошли туда. Полюбуемся на избранное
общество, в котором приходится вращаться, когда разбогател и переехал к ним
поближе.
- Ладно вам, - сказал я. - Бросьте это. Кончайте. Они такие же, как все.
- Ara, - упрямо продолжал он. - Вот в этом-то беда. Кому они нужны такие?
Высший класс здешних мест, а чем они лучше шоферни, которая хлещет дешевый
виски? Даже хуже.
- Кончайте, - повторил я. - Хотите накачаться - давайте. Но не вымещайте
это на других, которые тоже зашибают, но при этом не отлеживаются у д-ра
Верингера и не сбрасывают в чокнутом виде своих жен с лестницы.
- Ara, - произнес он и внезапно сделался спокоен и задумчив, - Вы прошли
испытание, дружище. Не хотите здесь пожить немножко? Большую пользу бы мне
принесли просто своим присутствием.
- Не понимаю, какую.
- Зато я понимаю. Просто чтоб вы были здесь. Тысяча в месяц вас
заинтересует? Я зверею, когда напиваюсь. Не хочу звереть. Не хочу напиваться.
- Я вам помешать не смогу.
- Поживите месяца три. Я бы кончил проклятую книгу и уехал отдыхать куданибудь
подальше. Залег бы в горах Швейцарии и очистился душой и телом.
- Книгу? Вам так деньги нужны?
- Нет. Просто раз начал, надо закончить. Иначе мне крышка. Я вас как друга
прошу. Для Леннокса вы не то сделали.
Я встал, подошел к нему вплотную и взглянул в упор ему в глаза.
- Я Леннокса довел до смерти, мистер. Его из-за меня убили.
- Чушь. Не сентиментальничайте, Марлоу. - Он провел рукой по горлу. - У
меня эти чувствительные барышни вот где сидят.
- Чувствительные? - спросил я. - Или просто добрые?
Он отступил и наткнулся на край дивана, но удержался на ногах.
- А ну вас к черту, - сказал он ровным голосом. - Нет, так нет. Вы-то тут
ни при чем. Просто мне нужно кое-что узнать, дозарезу нужно. Вы не знаете, что
это, да, может, я и сам не знаю. Но что-то есть, точно, и мне это нужно узнать.
- Про кого? Про вашу жену? Он выпятил губу, потом прикусил.
- Кажется, про меня самого, - сказал он. - Пошли, мы ведь выпить хотели.
Он подошел к двери, распахнул её, и мы вышли.
Если он хотел, чтобы мне стало не по себе, ему это удалось на пять с
плюсом.
Когда он открыл дверь в гостиную, в лицо нам ударил гул голосов. Он,
казалось, стал ещё громче. Примерно на два стаканчика громче. Уэйд стал
здороваться направо и налево, и гости как будто обрадовались его появлению.
Но к этому времени они уже обрадовались бы и появлению знаменитого убийцы
Фила из Филадельфии с его самодельным топориком. Жизнь превратилась в большое
эстрадное шоу.
По пути к бару мы столкнулись с д-ром Лорингом и его женой. Доктор шагнул
вперед, навстречу Уэйду. Лицо у него было перекошено от ненависти.
- Рад вас видеть, доктор, - дружелюбно сказал Уэйд. - Привет, Линда. Вы
где пропадали последнее время? Впрочем, это дурацкий вопрос. Я сам...
- М-р Уэйд, - произнес Лоринг дребезжащим голосом, - я должен вам кое-что
сказать. Просто и решительно. Оставьте мою жену в покое.
Уэйд взглянул на него с интересом.
- Доктор, вы устали. И ничего не пьете. Позвольте вам что-нибудь
предложить.
- Я не пью, м-р Уэйд. Как вам прекрасно известно.
Я пришел сюда с единственной целью, и теперь она выполнена.
- Что ж, понятно, - сказал Уэйд все так же дружелюбно. - Поскольку вы мой
гость, мне сказать нечего - только, что вы, по-моему, слегка рехнулись.
Разговоры вокруг стола притихли. Мальчики и девочки навострили ушки.
Интересное кино. Д-р Лоринг вынул из кармана пару перчаток, расправил,
взял одну за палец и сильно хлестнул ею Уэйда по лицу.
Уэйд и глазом не моргнул.
- Пистолеты и кофе на рассвете? - спокойно осведомился он.
Я посмотрел на Линду Лоринг. Лицо у неё пылало от гнева. Она медленно
повернулась к доктору.
- Боже, какой ты плохой актер, милый. Перестань изображать идиота, милый.
Или сам хочешь получить пощечину?
Лоринг резко обернулся к ней и занес перчатки. Уэйд встал между ними.
- Спокойно, док. У нас жен бьют только за закрытыми дверями.
- Что касается вас, мне это прекрасно известно, - презрительно фыркнул
Лоринг. - Не вам меня учить хорошим манерам.
- Я беру только способных учеников, - сказал Уэйд. - Жаль, что вам пора
уходить. - Он повысил голос. - Кэнди! Que el doctor Loring salga de aqui en el
Actol - Он снова обернулся к Лорингу:
- Если не понимаете по-испански, доктор, это значит, что выход там. - Он
указал на дверь.
Лоринг смотрел на него, не двигаясь с места.
- Я вас предупредил, м-р Уэйд, - произнес он ледяным тоном. - И кое-кто
меня слышал. Больше предупреждать не буду.
- Не надо, - отрывисто сказал Уэйд. - Но в следующий раз пусть это будет
на нейтральной территории. Чтобы у меня была свобода действий. Извините, Линда.
Но вы за ним замужем. - Он осторожно потер щеку, по которой его ударил Лоринг.
Линда Лоринг горько улыбнулась и пожала плечами.
- Мы уходим, - объявил Лоринг. - Пошли, Линда. Она снова уселась и взяла
стакан. Окинула мужа взглядом, полным спокойного презрения.
- Это ты уходишь, - сказала она. - Не забудь, что у тебя ещё несколько
визитов.
- Ты едешь со мной, - яростно бросил он. Она отвернулась. Он резко
перегнулся и схватил её за руку. Тогда Уэйд взял его за плечо и повернул к себе.
- Спокойно, док. Всех не победишь.
- Уберите руки!
- Сейчас, только успокойтесь, - сказал Уэйд. - У меня хорошая идея,
доктор. Почему бы вам не пойти к хорошему доктору?
Кто-то громко рассмеялся. Лоринг напрягся, словно зверь перед прыжком.
Уэйд почувствовал это, спокойно повернулся и двинулся прочь. Чем и оставил
доктора в дураках. Если бы он кинулся за Уэйдом, это было бы ещё глупее. Ему
оставалось только уйти, что он и сделал. Быстро, не глядя по сторонам, прошел к
двери, которую Кэнди уже держал открытой настежь. Вышел, Кэнди с равнодушным
выражением лица захлопнул дверь и вернулся к бару. Я подошел и попросил виски.
Куда скрылся Уэйд, я не видел. Я повернулся спиной к гостям, которые загудели с
новой силой, и стал прихлебывать свой виски.
К бару подскочила миниатюрная женщина с волосами цвета глины и лентой
вокруг лба, поставила стакан на стойку и что-то пробормотала. Кэнди кивнул и
налил ей новую порцию.
Маленькая женщина обернулась ко мне.
- Коммунизмом и
...Закладка в соц.сетях
