Жанр: Детектив
Пуля дум-дум
...Лейверса
превратились в два камня, брошенных в
самый центр двух блюдец, до краев наполненных недоверием.
После того как я закончил, шериф некоторое время просто сидел, прижав
ладонь ко лбу. Он сосредоточенно обдумывал
услышанное и, сделав над собой усилие, нашел наконец несколько слов:
- Если ты не возражаешь, Уилер, мне бы не хотелось пока говорить о людях,
живущих в том доме. Еще рано, а я не пил
сегодня кофе. А что ты можешь сказать о Линдстроме?
- Я к нему близко не подходил, - ответил я. - Мне показалось, пусть
небольшое преимущество останется в наших руках:
мы кое-что знаем о нем, в то время как он думает, что вне подозрений.
- Да, - буркнул Лейверс. - А как насчет Священника Джоунза? Деньги? Ты
думаешь, это правда, что он спрятал деньги в
доме?
- Возможно, шериф, - ответил я. - Откровенно говоря, у меня есть тысяча
теорий, и любая из них может оказаться
правильной. В настоящий момент меня беспокоит кое-что еще. Мне не хочется
говорить, что во всей этой истории одно
цепляется за другое, но именно так и получается. Все подозрения тесно
переплетаются между собой. Между двумя
подозреваемыми существует связь.
В итоге у меня возникает чувство, что я охочусь за убийцей, а на самом деле
всплывают его отношения с остальными, но
на совершенно ином уровне. Каким-то образом получается, что все они завязаны в
гигантском клубке материальной и
эмоциональной взаимозависимости, - я понятно выражаюсь, - и этот клубок, как мне
представляется, находится на грани
взрыва.
Полицейский, который с утра так много болтает, наверняка подставляет себя
под удар, и я знал это. Но Лейверс, к моему
удивлению, воспользовался возможностью содрать с меня шкуру.
- Что произойдет, если твой так называемый клубок все-таки взорвется,
Уилер? - тихо спросил он.
- У меня такое чувство, что снимки Эдди Морана из морга в результате будут
похожи на картинку из "Улицы Сезам", -
предсказал я.
- Что мы можем сделать? - проворчал он.
- Черт возьми, хороший вопрос, да ответ знать бы, - вяло усмехнулся я. -
Как чувствует себя сегодня сержант Полник?
- Его жена звонила вчера вечером, примерно в пять часов, - сказал Лейверс.
- По ее словам, он должен вернуться сегодня
на работу, и она настоятельно просила, чтобы больше я не посылал его выполнять
подобного рода задания.
- А я как раз собирался было попросить, чтобы вы послали его именно на то
самое задание, - сказал я.
- Я сижу здесь вовсе не для того, чтобы ублажать миссис Полник. - Рыкающий
голос определенно предвещал бурю. - Что
ты предлагаешь конкретно?
- Пошлите его прямо в дом и прикажите оставаться там до вечера, пока я не
приеду.
- Именно там, как я понимаю, должен взорваться твой клубок, Уилер?
- Разумеется, там, где спрятаны деньги Священника Джоунза.
- Ты думаешь, одного Полника будет достаточно? - засомневался он. - Я могу
выслать - без особых проблем -
круглосуточный наряд: дежурить будут одновременно четыре человека.
- Знаю, шериф. - Я закурил, чтобы потянуть время, как обычно делал это
Лейверс, раскуривая свою сигару. - Но тогда мы
получим сильное преимущество и спугнем их. А пока они ждут - и мы ждем. Кто-то
должен будет устать первым - и я уверен,
что не выдержим мы. Суточный наряд не может длиться бесконечно.
В течение нескольких секунд Лейверс яростно пыхтел сигарой.
- По твоим рассказам, - проворчал он, - это смахивает на игру в русскую
рулетку.
- И Полник первым нажмет на спусковой крючок? - Мои часы показывали пять
минут одиннадцатого. - Я чуть не забыл
вам сказать, шериф. Сегодня утром звонил Священник Джоунз. Он сказал, что думал
над тем, как умер Эдди Моран. Я еду к
нему в отель и в десять тридцать буду с ним разговаривать.
- Может, Священник Джоунз получит пулю первым, а не Полник? - ухмыльнулся
он.
- Хотелось бы надеяться, что ему известны правила игры, - встревожился я. -
И он приставит дуло пистолета к своему
виску, а не к моему!
Глава 9
Ровно в 10.29 я вышел из лифта у входа в номер люкс, надеясь, что Священник
Джоунз должным образом оценит мою
пунктуальность.
В 10.32, после того как я измучил дверной звонок и свой большой палец, я
вынужден был прийти к выводу, что Джоунз
ничего не собирается оценивать, потому что, скорее всего, его нет в номере. Я
мысленно обозвал его всеми
соответствующими словами, которыми никогда не осмелился бы назвать настоящего
священника, потом снова вызвал лифт и
спустился в вестибюль.
Надменная гримаса у портье сразу же испарилась, когда он увидел меня. Пока
я шел к нему, на его лице появилось
выражение добросовестного работника, который только и ждет, чтобы уделить вам
все свое внимание.
- Доброе утро, лейтенант. - Он улыбнулся, но уголки рта заметно дрожали. -
Чем могу быть вам полезен сегодня?
- Вы не видели, мистер Джоунз из номера люкс выходил куда-нибудь сегодня
утром? - спросил я.
Он на минуту задумался, потом отрицательно покачал головой:
- Извините, лейтенант.
- У него в номере рыжеволосая подруга...
Седрик понимающе ухмыльнулся:
- Разумеется, лейтенант. Мисс Поппи Лейн?
- Вы видели ее сегодня утром?
- Нет, мисс Лейн я бы заметил, лейтенант!
- Не понимаю, - сказал я, прокручивая в мозгу тревожный сигнал. - Он
позвонил мне и назначил встречу на 10.30. Я
только что чуть не стер пальцем кнопку звонка.
- Хотите, я проверю, лейтенант? Может, мне удастся что-нибудь выяснить.
- Замечательно, - согласился я.
Пока он звонил, я расхаживал по вестибюлю и что-то беззвучно насвистывал.
Рассматривать здесь было нечего,
вестибюль был пуст. Я вернулся к стойке портье и принялся выстукивать по
полированной деревянной поверхности что-то
похожее на легкую дробь ударных инструментов; несколько раз эта дробь сменялась
настоящим барабанным грохотом, когда
я стучал тремя пальцами сразу.
Седрик повесил трубку и галопом помчался ко мне, словно сегодня утром ему
впервые предстояло вести "ПониЭкспресс",
но никто не сообщил ему о том, что надо иметь лошадь.
- В 9.30 прислуга отнесла наверх завтрак на двоих, лейтенант, - уведомил
он. - Я разговаривал с официантом, и он
сообщил, что в то время они еще находились в постели. Я проверил коммутатор -
там зафиксирован ваш звонок примерно в
9.10 и еще чей-то - в 9.48.
- Кому он звонил?
- Мистер Джоунз попросил прямую линию и сам набрал номер. Потом сюда
позвонили в 9.58 - мужской голос, и он также
ответил. Это все, что знает телефонистка, лейтенант.
- Спасибо, Седрик, - поблагодарил я. - Ты отлично поработал - у тебя есть,
на мой взгляд, даже задатки хорошего
полицейского. Сделай еще маленькое одолжение - дай мне ключ от номера люкс.
- Но, лейтенант, - запротестовал он, - мне не положено. Только помощник
управляющего может дать разрешение.
Я смотрел на него ровным взглядом.
- О, Седрик, - начал я патетически, - мы так хорошо ладили с тобой, и я
сказал себе, что, если когда-нибудь передо мной
возникнет стена, есть один человек, к которому я всегда смогу обратиться, - это
Седрик, портье отеля "Звездный свет". Ему
можно доверять как самому себе. Но, увы, как же я заблуждался! В кои-то веки
обратился к нему за помощью, напомнив,
какого прекрасного взаимопонимания мы достигли, как мне показалось, и что же?
Ничего. Я горько разочарован, Седрик.
- Ну... - Он с сомнением смотрел на меня, казалось, в нем происходит
жестокая внутренняя борьба. - Ну хорошо, в порядке
исключения, - наконец согласился он, повернулся и снял ключ с доски. - Если вы
так ставите вопрос, я не могу отказать. А
вдруг помощник управляющего поинтересуется...
- Скажи ему, что я выкрутил тебе руки и угрожал искалечить, - предложил я,
- скажи, что у тебя не было выбора.
Мое волнение почти улеглось, когда я во второй раз вышел из лифта и
остановился перед дверью люкса. Я на миг
представил себе, как войду в пустой номер и обнаружу обидную записку от
Священника Джоунза, в которой он сообщит, что
уехал из Пайн-Сити, да к тому же выскажет свое мнение конкретно обо мне
неприличными словами.
Подозрение усилилось, когда я открыл дверь и вошел в гостиную люкса - она
была совершенно пустая.
- Кто-нибудь есть дома? - громко спросил я.
Никто не откликнулся. Тогда я снова позвал, на этот раз громче, и в своем
собственном голосе услышал легкое смущение,
которое обычно возникает, когда человеку кажется, что он кричит в пустоту. И тут
послышался звук - настолько слабый, что
я засомневался, не почудилось ли мне.
- Кто здесь? - заорал я и прислушался с таким напряжением, что почувствовал
звон в ушах. Теперь я был уверен, что
тихий шорох доносится из ванной. Я действовал наверняка, точь-в-точь как герой
из книжки: распахнул дверь в ванную
ударом ноги и ждал секунд десять с револьвером в руке, прижавшись спиной к
стене, но ничего не произошло. Точно такой
же результат ожидал меня, когда я осторожно проник через открытую дверь в
ванную.
Я спрятал револьвер в кобуру и был рад по крайней мере тому, что никто не
видел, как я в течение последних пяти минут
валял дурака. Откуда-то вновь послышался шорох, а вместе с ним другой звук,
отдаленно напоминавший жужжание пчелы.
Единственным местом, которое я еще не осмотрел, был душ, и именно оттуда
исходили звуки. Поэтому я заглянул туда и
увидел мисс Поппи Лейн совершенно голой, как в день своего рождения. Она сидела
на кафельном полу в неудобной позе, а
ее запястья, колени и лодыжки были связаны полотенцем. Я понял, откуда исходило
это приглушенное шипение или
жужжание: она хотела что-то сказать, но не могла, потому что во рту у нее торчал
кляп из куска полотенца. Она уставилась
на меня, и ее обычно ничего не выражающие глаза отчаянно посылали мне сигналы
тревоги. Должно быть, она собиралась
принять душ или уже приняла его, когда кто-то напал на нее. Ее голая кожа
покрылась пупырышками. Я осторожно поднял
ее с кафельного пола; ее тело, еще не совсем высохшее, было липким на ощупь. Я
отнес ее в гостиную, бесцеремонно бросил
в кресло, вынул кляп изо рта и тут же вознамерился было засунуть его обратно.
Первые несколько секунд она несла всякую
чушь, и вряд ли кто-либо сумел бы прервать этот поток. Засим последовал поток
отборной матерщины.
К тому времени, как я освободил ей запястья, колени и лодыжки, возникло
ощущение, что вполне можно тронуться умом
от непрекращающегося ливня непристойностей, которые она извергала со скоростью и
силой пулеметной очереди.
Я поднялся на ноги, яростно сверкнул на нее глазами и рявкнул:
- Заткнись!
Она изумленно открыла рот, но при этом не издала ни звука, и на несколько
секунд воцарилась благословенная тишина.
- Мисс Лейн! - Я старался говорить сдержанно. - Вся та чушь, которую вы
несете с тех пор, как я имел неосторожность
вынуть кляп из вашего рта, на меня совсем не действует. Единственное, чего я
хочу, - задать несколько вопросов и услышать
ваши ответы, предпочтительно краткие. Вам ясно?
- Послушай, твою мать, - зловеще ощерилась она, - перестань мне
приказывать, иначе...
Я мгновенно запихнул ей кляп обратно в рот и подождал, пока она не
перестала извиваться и стрелять в меня
убийственными взглядами.
- Я легко могу опять связать тебя, дорогая, - пригрозил я, - запихнуть
обратно в душ и оставить записку с распоряжением,
чтобы тебя не беспокоили. Тогда ты выберешься отсюда через пару дней, а то и
позже.
Лучше соглашайся, лапонька, это твой последний шанс.
И делай только то, что я прикажу.
Я вынул кляп, и она села, плотно сжав губы.
- Может, ты что-нибудь набросишь на себя, прежде чем я начну задавать
вопросы?
Она посмотрела на свое обнаженное тело, потом небрежно пожала плечами:
- Конечно, если тебя это беспокоит.
- Меня это не беспокоит, дорогая.
Она встала и направилась в спальню, при этом два шара ее крутых ягодиц
мягко подрагивали. Вскоре она снова
появилась, небрежно завернувшись в халат, как и в прошлый раз, когда я впервые
ее увидел.
- Задавай свои вопросы, - сказала она с ироничной улыбкой.
- Я договорился со Священником встретиться здесь в 10.30. Что случилось
после того, как он мне позвонил?
Я хочу услышать все по порядку, хорошо?
- Мне ничего не известно о том, что он тебе звонил, - сказала она и
недоуменно пожала плечами. - Он всегда висит на
телефоне. Сразу после завтрака - прислуга приносит завтрак в номер, и мы едим в
постели, - Священник встал, а потом
вернулся в спальню уже полностью одетый, сказал, что ты приедешь и что мне лучше
убраться к черту на все утро. Он дал
мне тридцать минут на то, чтобы собраться и уйти. Я пошла принять душ, -
продолжала она, и ее глаза вспыхнули от
негодования. - Только я открыла кран, как услышала, что кто-то вошел в ванную Я
подумала, что вернулся Священник, но
когда я оглянулась, то увидела, как прямо на меня надвигается огромный мужик, а
его лицо скрыто под шарфом. Я
попыталась закричать, но он ударил меня - прямо сюда. - Она ткнула пальцем в
солнечное сплетение. - Я была еле жива Пока
я стояла, согнувшись, он схватил несколько полотенец и разорвал их на полоски.
Одну из них он запихнул мне в рот. Мне
было очень больно и страшно, поэтому я не сопротивлялась. Я не знала, что у него
на уме. Я подумала, что, возможно, он
хочет меня изнасиловать, но, очевидно, у него с этим большие проблемы - ведь у
некоторых парней есть странности, да?
- Итак, он тебя связал и запихнул обратно в душ, верно? - возвратил я ее к
теме разговора.
- Да, - подтвердила она. - Потом, сразу после того как он затолкал меня в
душ, я услышала, что еще кто-то вошел в
ванную, но он не подходил близко, и я не могла рассмотреть, кто это был. Хотя
они разговаривали, их голоса звучали не
слишком отчетливо. Очевидно, второй мужчина тоже закрыл лицо платком - как и
тот, первый, что ударил меня и связал.
Вошедший мужчина спросил, все ли в порядке, и первый ответил "да", все, мол,
просто замечательно. Потом другой
поинтересовался насчет Священника, и первый ответил, что со Священником нет
никаких проблем, его нужно надежно
спрятать. Тут они начали спорить, как им убрать Священника из отеля. Выходило
так, что на самом деле у них ничего не
было спланировано. Мне показалось, что они должны были бы все продумать заранее.
Во всяком случае, они продолжали спорить, когда выходили из ванной. Вот и
все, лейтенант.
- Ты бы могла узнать человека, который связывал тебя, если бы снова
увидела?
Она задумалась, а потом решительно покачала головой:
- Это был громадный мужик, и лицо его было завязано. Я так испугалась, что
даже не взглянула на него!
- Когда они спорили, перед тем как уйти, они заикались о том, как
собираются убрать Священника из отеля?
- Ничего такого я не помню.
- Ладно. Спасибо, Поппи, - сказал я устало. - Ты мне очень помогла. Тебе
лучше пойти и одеться, скоро здесь будет полно
полицейских Рыжеволосая исчезла в спальне, а я взял телефон и позвонил шерифу.
Он молча выслушал меня до конца, а
потом озадаченно хрюкнул - Если его похитили, то происшествие считается
федеральным преступлением, - мягко сказал он.
- Автоматически к расследованию подключается ФБР. Ты об этом думал?
- Нет, пока вы не заикнулись, - признался я.
- Ну? - Лейверс был лаконичен.
- Я не совсем уверен, но не исключено, что похищение подстроено, - высказал
я сомнение, закравшееся еще в гостинице. -
Священник Джоунз хотел обхитрить нас и выскользнуть у нас из-под носа, а чтобы
все выглядело правдоподобно, связал
девушку, бросил в отеле, а сам смылся.
- А как насчет девушки? - поинтересовался он. - Ты не попытаешься
изобличить ее во лжи?
- Если она говорит не правду, то, чтобы вскрыть ее ложь, потребуется уйма
усилий, - сказал я. - У нее прекрасная, простая
история, к которой на самом деле трудно подкопаться. У меня нет времени на
попытки, шериф. Может, будет лучше, если вы
ее допросите?
- Хорошо, - оживился он. - Я прямо сейчас вышлю машину и подготовлю наряд
для дежурства в люксе.
Кстати, Полник уже подъезжает к дому Ливви. А пока, мы не станем ничего
сообщать ФБР, потому что похищение может
оказаться подстроенным.
- Правильно, - одобрил я. - Кажется, мы все решили.
- Еще что-нибудь?
- Нет, больше ничего не приходит в голову, - признался я. - Буду держать с
вами связь, Полицейские не заставили себя
долго ждать. Поппи Лейн вышла из спальни в плотно облегающих джинсах и белой
рубашке, завязанной свободным узлом
чуть выше уровня впалой диафрагмы и едва прикрывающей ее груди.
Седрик сгорал от любопытства, когда я остановился возле его стойки в
вестибюле, чтобы вернуть ключ, и я подумал, что
после всех переживаний он заслужил право на объяснения с моей стороны. Опуская
кое-какие. подробности, я рассказал ему
о своей находке в душе, когда поднялся наверх в номер люкс.
- В душе, гм! - изумился он, демонстрируя в то же время быстрый ум и
способность улавливать суть дела. - Это
действительно потрясающе!
- Какой номер занимает мистер Линдстром? - спросил я.
- Его здесь больше нет, - небрежно ответил Седрик. - Он выехал из отеля
вчера.
- И оставил адрес, куда направляется?
- Я проверю.
- Если можно, узнай, в котором часу он покинул отель, ага? - попросил я.
Секунд через тридцать он вернулся с информацией.
- Никакого адреса, лейтенант. Он покинул отель примерно в три часа
пополудни вчера.
- Спасибо. - Я задумался на какое-то мгновение. - У вас есть расписание
полетов?
- Вы только скажите, а мы достанем, лейтенант! - И действительно выложил на
стол справочник с ликующим видом
мелкого дипломата, который обнаружил, что секретный договор не украли - он
просто потерялся.
Следующие пятнадцать минут я занимался полезной работой, которую можно
назвать интересной, если она не приводит к
нервному срыву. Но я был вознагражден сполна. Ни на одном из рейсов в ЛосАнджелес
не было человека по имени Зигмунд
Джоунз, и ни один человек не покупал на это имя билет.
Я тепло попрощался с Седриком, поблагодарил его за помощь, вышел из отеля и
сел в свою машину. Некоторое время я
просто сидел, надеясь, что рано или поздно что-то у меня в мозгах сдвинется и я
ухвачу суть событий.
К сожалению, ничего существенного не произошло. Интересен был лишь факт,
что Линдстром вчера внезапно выехал из
отеля, через час после того, как Зигмунд Джоунз рассказал мне о нем. Интересно и
то, что сам Зигмунд не улетел в ЛосАнджелес.
В общем, подумал я, у меня есть целый ворох любопытнейших фактов и ни
малейшего представления о том, что с
ними делать.
Я продолжал сидеть в машине, смутно надеясь, что хоть что-нибудь случится.
И вот наконец кое-что случилось. Подошел
дорожный полицейский и попытался всучить мне парковочный талон.
Утром я не успел позавтракать, поэтому два последних часа убил в ресторане
в центре города и после ленча вернулся в
офис. Аннабел Джексон окинула меня пристальным, злобным взглядом, когда я
проходил мимо ее стола, и мне чуть ли не
бегом пришлось броситься в кабинет Лейверса.
По всей видимости, окружной шериф не был счастливым человеком.
- Черт возьми, где ты был? - рявкнул он, едва я успел переступить порог. -
В этом офисе хоть кто-нибудь, кроме меня,
занимается работой?
Я осторожно сел и закурил.
- Вам удалось добиться каких-нибудь результатов с Поппи Лейн?
Он пожал плечами.
- Сукина дочь! - фыркнул он. - Не понимаю, как у Священника хватает
терпения выслушивать ее болтовню, я бы не
выдержал больше двух с половиной часов.
- Вряд ли он много с ней разговаривал. Они занимались другими вещами.
Преимущественно, - подчеркнул я.
- Да, - согласился он, потом его глаза опять сверкнули. - Ты хитро
придумал, Уилер, сказав, что у тебя нет времени на то,
чтобы опровергать россказни Поппи Лейн, и предложил доставить ее ко мне в офис
для опроса!
- Вам посчастливилось что-нибудь узнать? - невинно спросил я, слишком
поздно поняв, что задал глупый вопрос.
- Я точно не помню, - с досадой ответил он. - Господи, она не переставала
болтать. Я не мог даже словечко вставить.
- И где она сейчас? - поинтересовался я.
- Я отправил ее обратно в отель, - буркнул он. - Я рад, что отделался от
нее. Черт! Бедный Священник...
Представить трудно, что он натворил, если заслужил такое наказание в виде
этой девицы...
- Да, Священнику поневоле посочувствуешь.
- Если бы она принадлежала мне, - продолжал он грубоватым тоном, - я точно
бы ее удавил - можешь мне поверить.
- Вероятно, ее дни уже сочтены, - предположил я с надеждой в голосе.
- Ты нашел Священника Джоунза? - спросил Лейверс противным дребезжащим
голосом.
- Пока нет, - признался я, потом торопливо рассказал ему о том, что
накануне днем Линдстром съехал из отеля, а Зигмунд
Джоунз не вылетел в Лос-Анджелес.
- Ты считаешь, это существенно?
- Я думал о Зигмунде, - медленно ответил я. - Он работает юристом
корпорации в Лос-Анджелесе. Это все, что мне о нем
известно, и то с его слов. Когда он спорил со своим отцом, он сказал, что
Священник устарел, превратился в антиквариат, что
люди, занимающиеся в наше время тем же бизнесом, управляют корпорациями. Он
рассказывал, какой умный бандит этот
Линдстром, и говорил с таким видом, что можно было подумать, будто он
восхищается этим человеком.
Линдстром - это корпорация, говорил он мне. А теперь я думаю, не является
ли Зигмунд юристом корпорации
Линдстрома?
- И что, если является? - спросил Лейверс.
- Возможно, он вместе с Линдстромом стремится заполучить деньги, которые,
как предполагается, спрятал его старик, -
высказал я догадку. - Может, по этой самой причине Зигмунд находился рядом со
своим отцом с того дня, как Священника
освободили, и до ссоры, что произошла между ними вчера утром.
Роль покорного сына, которую он играл, ни к чему не привела, поэтому он
изменил тактику и теперь идет напролом.
- Можно допустить, что Зигмунд и Линдстром похитили сегодня утром
Священника, - с сомнением предположил Лейверс,
- но если бы Зигмунд был в номере, Поппи Лейн сразу бы его узнала.
- Она столкнулась только с одним человеком, - напомнил я. - Тем парнем, что
ее ударил, и его лицо было чем-то закрыто.
Другого она даже не видела.
- Значит, то, чего он не смог получить от отца по-хорошему, - мрачно
проговорил Лейверс, - он надеется выбить из него
силой.
- Это открывает новую страницу в Празднике Отцов, разве не так?
- И по-прежнему не дает нам никакой зацепки, - буркнул он. - Если ты прав,
то мы не знаем, где они его прячут. Никакой
подсказки, никакого паршивого Намека! Может, нам все же стоит позвонить в ФБР?
- Шериф, - я беззвучно оскалил зубы, изображая улыбку, - зачем вообще
похищают людей?
- Чтобы получить за или от них выкуп... Вымогательство, что же еще?
- Что они хотят потребовать от Священника Джоунза?
- Информацию о том, куда он спрятал деньги, разве не ясно?
- Правильно. - Я кивнул. - А мы точно знаем: если эти деньги вообще
существуют, то находятся они в доме,
принадлежащем в настоящее время Попу Ливви, - в том доме, который с самого
начала торопился выкупить обратно
Священник Джоунз. Вы понимаете, к чему я клоню? Нам неизвестно, где они
находятся сейчас, но это почти не имеет
значения, потому что мы отлично знаем, куда они придут за добычей!
- Ради нашего с тобой благополучия, Уилер, я надеюсь, что ты прав, - сказал
он, сердито глядя на меня. - Я... - Зазвонил
телефон, Лейверс снял трубку, послушал и жестом приказал мне ответить на звонок.
- Дон Бастин, Эл, - послышался приятный голос в трубке. - Я весь день
пытаюсь навести справки по именам, которые ты
мне дал, но пока что безрезультатно. Похоже, все они чистые; во всяком случае, в
Пайн-Сити и Лос-Анджелесе по ним
ничего нет. Ты хочешь, чтобы я продолжал поиски?
- Нет, Дон, - сказал я, - спасибо.
- Ты же знаешь меня, Эл, - довольно хмыкнул он. - Для друга я готов на все,
пока дело не касается денег!
Лейверс наблюдал, как я возвращаюсь на место.
- Ты отправишься вечером в дом?
- Я еду туда немедленно.
- Учти, это может произойти сегодня ночью, - предупредил он. - Мне лучше
выслать туда пару машин, они будут
находиться вблизи от дома, и мы сможем легко накрыть их.
- Если машины с полицейскими расположатся у дома, преступникам будет
достаточно одного взгляда, чтобы повернуть
обратно - туда, откуда они приехали, - огрызнулся я.
Он постучал карандашом по крышке стола.
- Я предлагаю тебе сделку, - в итоге сказал он.
- В чем заключается сделка?
- Пусть Полник идет с тобой сегодня ночью, а я забуду об остальном.
- О'кей, договорились, шериф, - согласился я. - Думаю, мне пора.
- Не лезь на рожон, Уилер, - взмолился Лейверс. - Администрация просто не в
состоянии позволить себе еще одну
преждевременную пенсию. Я сомневаюсь, что она сможет взять на себя даже
похоронные расходы.
Прежде чем обрадовать его кое-чем напоследок, я широко распахнул дверь и
остановился на безопасном расстоянии.
- Шериф?
- Я могу еще чем-то помочь? - спросил Лейверс, исполненный горячего рвения.
- Маленькая деталь, но очень важная, шеф, - ответил я, пряча улыбку. - Вас
не затруднит позвонить миссис Полник и
объяснить, почему ее муж не вернется сегодня ночевать домой? - И, не ожидая
ответа, пулей вылетел за порог.
Было около пяти часов, когда, припарковав машину, я пробирался среди
архитектурных построек Баронской Контрабанды
в тесный мирок, который свободно вращался вокруг Попа Ливви как естественного
центра гравитации. Как обычно, возле
дома никого не было видно, поэтому я прошел прямо в гостиную в надежде чегонибудь
выпить. В комнате оказалась в
наличности лишь прекрасная экс-акробатка; она беспечно сидела возле бара, а ее
длинные темные волосы беспечно вились
вокруг плеч.
- Я приготовила тебе выпить, - сказала Седеет, даже не поворачивая головы,
когда я подошел к ней. - Только что
приготовила специально для тебя - что ты на это скажешь?
- Замечательно. Спасибо. - Я уселся рядом с ней на стул и оценивающе
посмотрел на нее. С ней было что-то не так, но
поначалу я не понял, что именно.
Наконец до меня дошло, что я впервые вижу Селест полностью одетой. На ней
были свежая белая блузка и темная юбка,
что придавало девушке почтенный вид и почти не напоминало о бывшей акробатке с
больными костями. Эффект
по
...Закладка в соц.сетях
