Жанр: Детектив
Бархатная лисица
...а на меня. - Вы не обманываете меня?
- Слово чести полицейского! - поклялся я.
- Тогда кто же это мог быть?
- Может, еще раз попробуете отгадать?
- Хватит дурачиться! - Судя по ее гневным глазам, в мыслях она уже схватила
первый подвернувшийся под руку
кухонный нож и аккуратненько разрубила меня пополам - с головы до ног.
- Но я вовсе не дурачусь. - Я пожал плечами. - Не хотите угадывать, не
надо. Забудем об этом.
- Значит, не Клайд? - Мари медленно облизнула губы и, задумавшись, прикрыла
глаза. - Тогда это, должно быть.., нет!, - .
Этого не может быть.., это просто смешно!
- Вы в этом уверены? - вежливо осведомился я.
- У нее нет никаких причин для этого... - Мари сделала паузу и быстрым
глотком почти опорожнила свой стакан. -
Понимаю, это чистейший бред, но, может.., это сказала Карэн Донуорт?
- Нет, - улыбнулся я. - И на сей раз не угадали!
- Я так и думала. - Тот факт, что она оказалась права, не сделал ее
счастливее.
Немного погодя я допил свое виски - одновременно с ней. И еще раз мне
удалось усладить свой взгляд симфонией
движения обнаженных ног, когда Мари понесла стаканы к бару, чтобы снова
наполнить их.
- Давайте выпьем за нашу сделку, лейтенант, - снова усаживаясь, предложила
она. - Два стаканчика - и вы называете мне
имя!
- Что, больше не хотите отгадывать?
- Что-то ничего не приходит на ум, - раздраженно ответила Мари.
- Уверены, что не хотите попытаться еще раз?
- Уверена, черт вас побери! - Она бросила на меня гневный взгляд.
- Ну хорошо. - Я великодушно улыбнулся. - Сделка есть сделка. - Я поднял
стакан и не спеша выпил его содержимое. -
По правде говоря, я удивлен, что вы не догадались.
- Ну и удивляйтесь себе, сколько влезет! - прошипела Мари. - Только
скажите, кто же все-таки?
- Олбард, - небрежно ответил я. - Стив Олбард.
Выскользнув из ее ставших вдруг безжизненными пальцев стакан мягко
опрокинулся на толстый ковер и залил ворс
крепчайшей водкой.
- Кто? - хрипло переспросила Мари.
- Стив Олбард, - повторил я. - "Слегка нажмите на Мари, и она расколется
вся по швам" - вот его слова.
Судя по проступившему на ее лице выражению страха, смешанного с ужасом,
можно было предположить, что я только
что сообщил Мари, будто ее левая нога отвалилась или еще что-то в этом же роде.
- Он так и сказал?
Я решил, что вряд ли мне выпадет более подходящий случай попрактиковаться и
превратиться из любителя, каким я до
сих пор был, в первоклассного лжеца, поэтому не стал упускать подвернувшейся
возможности.
- Этот Олбард такой отзывчивый парень, - быстро сказал я. - Знаете, он даже
предложил, что сам нажмет на вас, но я
заверил его, что вполне справлюсь с этим и сам.
Одного лишь упоминания об Олбарде оказалось достаточно, чтобы и в самом
деле расколоть Мари: ее лицо приобрело
нездоровый сероватый оттенок, и она слегка зашмыгала носом.
- К своему стыду вынужден признаться, - оживился я, - что в данный момент
не слишком-то уверен в успехе. Вы не
возражаете, если я воспользуюсь вашим телефоном?
- Нет! - взвизгнула Мари. - Возражаю! Не звоните ему!
- У меня странное ощущение, милая, что вы почти готовы к тому, чтобы
продемонстрировать полное восстановление
пробелов вашей памяти! - В моем голосе сквозило участие. - И еще до того, как я
доберусь до телефона.
- Ну ладно! - хрипло выдавила Мари. - Ваша взяла! Только дайте мне пару
минут, чтобы привести себя в порядок!
- Конечно! - Я негодующе посмотрел на нее. - Не садист же я какой-нибудь!
- Это как сказать, - с горечью отозвалась женщина. - А пока меня не будет,
может, нальете мне еще стаканчик? Тут, в
баре, полно мартини.
- Хорошо, - кивнул я.
Мари выбралась из своего кресла и на негнущихся ногах прошла в спальню.
Увы, никакой симфонии в ее движении
больше не наблюдалось! Подняв с ковра оброненный стакан, я подошел к бару и
смешал коктейль.
Как известно примерно с восьми лет каждому представителю мужского пола,
если дама просит немного времени, чтобы
попудрить носик, это может растянуться до пятнадцати и более минут. Поэтому я
налил себе еще и вышел на балкон, чтобы
предаться восхищенному созерцанию открывшейся передо мной панорамы.
На улице почти стемнело, и по всей жилой части города зажглись мириады
огней. Для компании у меня имелся стакан
виски, а чтобы общество казалось более полным, я закурил. Фоном восхитительного
вечера служил шум скоростного
шоссе, и лицо мое овевал легкий ветерок. Впервые за последние сорок восемь часов
я расслабился и почувствовал в душе
какое-то умирогворение. Но немного погодя, уловив движение в гостиной, я
вернулся назад.
Мари Галлант, уютно поджав под себя ноги, примостилась со стаканом на
диванчике. Затененный свет лампы
отбрасывал на ковер перед диванчиком уютный круг, оставляя нижнюю часть фигуры
Мари в полутени, еще более
отчетливо подчеркивавшей каждый изгиб ее потрясающих ног.
- Я так и должна все время называть вас "лейтенант"? - вкрадчиво спросила
она.
- Можно просто Эл, - ответил я.
- А меня, соответственно, - Мари. Сядьте ко мне поближе, Эл. - Ее зубы
сверкнули в улыбке. - Все обрушилось на меня
так внезапно, мне так страшно и одиноко.., я хочу, чтобы рядом с мной - на
расстоянии протянутой руки - находился
большой и сильный мужчина!
На подобное предложение я откликаюсь безо всяких проволочек - а вдруг
девушка передумает? В общем, не прошло и
секунды, как я уже сидел на расстоянии протянутой руки и страстно надеялся, что
Мари Галлант все же понадобится
протянуть мне эту самую руку.
- Я все пытаюсь понять, - промурлыкала она, - почему Стив Олбард сказал про
меня такое?
- Ну и... - подбодрил я ее.
- И решила, что Олбард сделал непростительный промах, - резко ответила
Мари. - Видимо, он подумал о Клайде и
Вирджинии, решив, что если на меня как следует нажать, то я выложу все об их
связи. Он, наверное, не знал" что я уже
рассказала вам об этом вчера?
- Полагаю, нет, - спокойно ответил я.
- Ну тогда его ждет неожиданный сюрприз, о котором он даже не догадывается,
- гневно прошептала Мари. - Я почти
готова расколоться, но уже по поводу самого Олбарда!
- Пожалуй, это будет интересно послушать, - заметил я.
- Все началось с модельного заведения Клайда Рэдина, - начала Мари. - Почти
четыре года я проработала манекенщицей
на подиуме и, хоть это не скромно - хвалить себя, считалась первоклассной
моделью. Но меня всегда тянуло попробовать
себя в дизайне. Если вы обладаете вкусом и, если можно так выразиться, у вас
есть чувство одежды, а вы постоянно
демонстрируете ее, то чувство это со временем притупляется. - И вот около года
назад я познакомилась с Рэдином. Это
произошло в офисе Уолтерса. Я сделала для него пробные съемки. И вот после
внимательного изучения фотографий у него
родилась довольно оригинальная идея коммерческой рекламы мехов. Вместо того
чтобы рекламировать уже готовые
меховые изделия, он пригласил фотографа, чтобы снять меня завернутой в различные
шкуры - в их первозданном, что ли,
виде. Конечно, его реклама походила на слегка видоизмененный чизбургер, но, помоему,
вреда она бы не принесла!
- Милая Мари, если вы заменяете в чизбургере один сыр, то готов поспорить,
что так оно и было! - со страстью заверил
я.
- И тут появился Рэдин - где-то около Пяти вечера, - и мы втроем довольно
долго болтали о дизайне одежды. Когда мы
покидали офис Уолтерса, Рэдин пригласил меня выпить, и мы проговорили с ним до
полуночи. Оказалось, что мы оба
помешаны на одном и том же, а под конец он сообщил, что открывает собственное
дело, и предложил мне работу. Ну я и
согласилась.
Мари тихонько засмеялась.
- Поначалу казалось, что мои мечты о моделировании одежды воплощаются в
жизнь! Даже эта вонючая дыра, которую
Клайд громко величал "ателье", ни капли меня не беспокоила. Я считала, что
каждый должен с чего-то начинать, и была
уверена, что за полгода мы произведем настоящий фурор в мире моды! - Она
вздохнула. - Но ничего из этого так и не
получилось!
Как-то вечером у меня была назначена встреча с Вирджинией, и со мной
увязался Клайд. Стоило им взглянуть друг на
друга, как я сразу поняла, что она нашла себе новую жертву. Меня это мало
волновало - Вирджиния есть Вирджиния! - а
Клайд не маленький и сам в состоянии позаботиться о себе.
А потом, где-то с месяц назад, в ателье заявился человек по имени Джиперс.
- Мари поежилась. - Я сказала - человек!..
Но он скорее походил на страшилище из луизианских болот! Этот тип заявил, что у
него личное дело к Клайду, и
предложил мне исчезнуть - так прямо и сказал! Я надеялась, что Клайд поставит
его на место, но вместо этого мой
отважный работодатель покорно повторил: "Исчезни, солнышко!" А когда я потом
поинтересовалась, что за чудовище он
держит в приятелях, Клайд ответил, что меня это совершенно не касается.
Несколько дней спустя он сообщил, что один из
его друзей хочет познакомиться с Вирджинией, попросил меня позвонить ей и
пригласить в ателье, - где-нибудь часов в
шесть вечера - пропустить по стаканчику или под каким-нибудь иным предлогом, но
при этом ни слова не говорить ни о
Клайде, ни о его друге.
Этот самый друг уже будет ждать в ателье, а я должна притвориться, будто он
совершенно случайно заскочил на огонек,
и представить его Вирджинии...
Другом Клайда оказался Стив Олбард. - Мари снова поежилась. - Всякий раз,
когда я вспоминаю об этом человеке, меня
бросает в дрожь! Около половины шестого Клайд как сквозь землю провалился, а мы
с Олбардом молча сидели и глазели
друг на друга. Потом появилась Вирджиния, и я уже была готова продекламировать
свою фальшивую репризу, будто
мистер Олбард случайно заглянул к нам, а потом представить их друг другу, но так
и не успела открыть рта. Едва
Вирджиния увидела его, она побледнела как полотно и бросилась к выходу. Но
Олбард схватил ее за руку и потащил в
конуру Клайда. Вирджиния вырывалась, кричала и плакала, а я попыталась помешать
ему; тогда Олбард наотмашь ударил
меня по лицу, и я упала. Потом он приказал мне убираться к чертовой матери, не
то он прикажет Джиперсу заняться мною
как следует.
Голос Мари звучал безучастно и отстраненно.
- Не успела я подняться, как Олбард затащил Вирджинию в комнатушку Клайда и
запер за собой дверь.
Я бросилась на поиски Клайда, нашла его в баре, где он накачивался виски, и
рассказала ему о происшедшем, а он все
сидел и продолжал пить. Когда я спросила, что он собирается предпринять, этот
негодяй заявил, что не может ничего
поделать. И - мне подумалось - я тоже. Потому что наше ателье держалось на плаву
только благодаря деньгам Олбарда.
Если бы не он, нам бы всем давно пришел конец. Тогда я сказала, что мне плевать,
ведь я подставила свою лучшую подругу
и не собираюсь тут сидеть... А пока я это говорила...
Мари крепко зажмурилась.
- Пока я это говорила, внезапно какая-то тень на мгновение заслонила собой
свет и за моей спиной кто-то проскользнул в
кабинку. Я повернулась, чтобы посмотреть, кто это, и чуть не умерла от страха!
Рядом со мной сидело то самое болотное
чудище! Он заказал себе выпивку и не проронил ни слова. Так мы сидели молча
больше часа - все втроем. Мне показалось,
что за это время я несколько раз прожила всю свою жизнь!
Наконец Джиперс встал и посмотрел на меня, словно на насекомое под
микроскопом. "Помалкивай насчет сегодняшнего
вечера, - с угрозой произнес он, - и продолжай делать умное личико, как сейчас".
И тут же он ушел.
- А что было дальше? - спросил я.
- А ничего, - с горечью ответила Мари. - Мне пришлось чуть ли не тащить
Клайда на себе - так он набрался. В его конуре
уже никого не было - Вирджиния и Олбард ушли. Я отправилась к Вирджинии домой,
но секретарша старика сказала, что та
еще не возвращалась. Тогда я вернулась в ателье и стала ждать.
Я попросила эту Донуорт, чтобы Вирджиния, как только придет, сразу же
позвонила мне, но никаких звонков так и не
последовало. Утром я сама позвонила ей, и Донуорт очень вежливо сообщила, что
мисс Мередит просила передать мне, что
ее нет дома и для меня ее вообще никогда не будет. Разве я могла осуждать
Вирджинию за это?
- Конечно нет, - согласился я. - Она сердилась на вас за то, что вы свели
ее с Олбардом. Но она почему-то ни в чем не
винила Рэдина. Если верить его словам, они провели вместе всю субботнюю ночь и
часть воскресного утра.
- Этот чертов Клайд! - в сердцах воскликнула Мари. - До чего же хитрая
тварь! Подставил меня, чтобы я сделала за него
грязную работу, а сам вышел сухим из воды! Я уверена, он поклялся Вирджинии, что
и знать ничего не знал об этом.
- А на кой черт Олбарду финансировать ателье Рэдина, если от него сплошные
убытки? - вслух подумал я. - Страсть к
Вирджинии Мередит возникла только в самое последнее время, а своим бизнесом
Рэдин занимался, как вы сказали, почти
целый год.
- Совершенно верно, - устало подтвердила Мари. - Понятия не имею, зачем ему
финансировать Клайда. Мы уже
привыкли, что девяносто процентов моделей идет на выброс - больше они ни на что
не годятся. А насчет остальных десяти
Клайд надувал щеки, заявляя, что каждая из них уникальна, неповторима и вот-вот
принесет нам славу и деньги. Он
любовно упаковывал их и отсылал своим влиятельным друзьям-модельерам в Нью-Йорк,
Чикаго или еще куда-то. И мы
конечно же больше ничего о них не слышали. По-моему, мы так и не получили ни
одного ответа! Но Клайд никак не желал
угомониться.
Неожиданно зазвонивший телефон заставил Мари вздрогнуть. Когда она
направилась к нему, мне показалось, что она
идет на негнущихся ногах. Бросив в трубку несколько односложных фраз, она зажала
ее ладонью и с нескрываемым
удивлением посмотрела на меня.
- Это мистер Уолтере, Эл. Он хочет поговорить с вами, - приглушенно
произнесла Мари. - Откуда он знает, что вы здесь?
- Может, у него дар ясновидения? - Поднявшись с диванчика, я подошел к ней.
- Кто его" знает?
Мари передала мне трубку и осталась стоять рядом, недоверчиво поглядывая на
меня.
- Уилер слушает, - произнес я в микрофон.
- Лейтенант, это Уолтере. - Его голос звучал как-то напряженно. - Я тут
много думал...
- Похвальное занятие, - вежливо одобрил я.
- Вы были правы! - Уолтере невесело рассмеялся. - Вам следовало немного
нажать на меня. Но и сейчас я готов
расколоться.
- Неужели? - недоверчиво спросил я.
- Мне надо поговорить с вами, но я не хочу рисковать. Если кто-нибудь об
этом пронюхает, то я могу оказаться в
опасном положении. Вы меня понимаете?
- Да, - ответил я.
- Вы, конечно, догадываетесь, что я имею в виду.
Нам надо встретиться в таком месте, где нас никто не увидит и не
подслушает!
- Да, - согласился я.
- Черт бы вас побрал! - воскликнул Уолтере. - Неужели вы не можете сказать
что-нибудь, кроме этого проклятого "да"?
- Нет, - ответил я.
Повисла короткая пауза.
- Черт, я все понял! - В его голосе послышались извиняющиеся нотки. - Ну
конечно! Ведь Мари Галлант слышит вас?
- Вот это по существу дела, мистер Уолтере, - подтвердил я.
- Я тут подумал, - он немного понизил голос, - что самым безопасным местом
был бы склад. Сторож не станет торчать на
улице в потемках, так что я заберу у него ключи и скажу, что сам отопру и запру
за собой двери. Еще я скажу, что для
осмотра партии шкурок мне потребуется не меньше часа, и предложу ему пойти и
выпить чашечку кофе где-нибудь
поблизости.
Я оставлю дверь незапертой, и вы сможете войти сами.
Я буду ждать вас в кабинете.
- Неплохая мысль, мистер Уолтере, - одобрил я.
- Вы сможете приехать через час?
- Да.
- Если мне не удастся избавиться от сторожа, то буду ждать вас на улице.
Если увидите меня там, то уезжайте. Я
перезвоню вам попозже, и мы договоримся о новом месте встречи.
- Отлично.
- Значит, через час?
- Хорошо, и - спасибо! - поблагодарил я и положил трубку.
Мари Галлант уже вернулась на диванчик и сидела там, баюкая в руке стакан.
Я снова присел рядом с ней и взял свой
стакан с виски.
- В чем дело? - подозрительно спросила она.
- Ничего особенного, - ответил я. - Я просил Уолтерса разъяснить мне
некоторые детали его деловых отношений с
отчимом Вирджинии. Вот он и звонил куда только мог, пытаясь разыскать меня. Надо
же, какой обязательный!
- Никогда не могла понять, почему Вирджиния собиралась за него замуж, -
медленно проговорила Мари. - Мне он всегда
казался дураком набитым, и уж меньше всего годился ей в мужья. Но было ли тут
еще чего-нибудь, чего я вовсе не
понимала. Почему, скажем, Стив Олбард позволял ей все это?
- Может, он и не позволял, - обронил я.
- Почему вы... - Мари внезапно замолчала, ее глаза расширились. - Ой! Вы
считаете, что это он убил Вирджинию, чтобы
помешать ей выйти замуж за Уолтерса?
- Думаю, подобную версию не следует исключать, - ответил я. - Было бы
неплохо выяснить это поточнее. - Допив свое
виски, я посмотрел на часы. - Черт побери! - спохватился я. - Ну начисто
вылетело из головы!
Я должен в восемь быть в управлении!
- А не могли бы вы позвонить и предупредить, что... ну, скажем,
задерживаетесь? - хрипловато прозвучал голос Мари.
- Хотелось бы! - пробормотал я. - Но меня будет ждать шериф.
- Какая жалость, Эл! - тихо прошептала девушка. - Только мы начали поближе
узнавать друг друга...
- Да, конечно, - тяжело вздохнув, согласился я. - Но, как говорится, долг
обязывает.
- Это надолго?
- На час, не больше. - Я встал с диванчика.
Мари осторожно отхлебнула мартини.
- А может, еще вернетесь, Эл? Правда, за это время я могу как следует
набраться и впасть - как это говорится - в
порочное настроение.
- Как бы мне хотелось этого! - честно признался я.
- Какое забавное совпадение, Эл. - Мари озорно улыбнулась, держа у рта
стакан с мартини. - Мне тоже!
Глава 6
Медленно проехав вдоль наружной стены склада и не обнаружив никаких
признаков ни Уолтерса, ни кого-либо еще, я
припарковал свой "хили" в сотне ярдов дальше по улице и пешком вернулся к
складу. Сторожа тоже нигде не было видно.
Дверь на первый взгляд казалась закрытой, но, когда я толкнул ее, она бесшумно
отворилась. Я вошел и очень осторожно,
чтобы не защелкнулся замок, притворил ее за собой.
Склад был погружен во тьму; я двинулся ощупью вдоль стены в поисках
выключателя и сразу же почувствовал, как кожа
на моем лице начала неметь от холода. Наконец моя рука наткнулась на
выключатель, и заливший помещение резкий
неоновый свет придал ему еще большее сходство с моргом. Я поспешно зашагал вдоль
прохода между стальными
контейнерами; холод уже успел проникнуть сквозь одежду, и меня начинало знобить,
а он проникал все дальше и дальше,
до самых костей. Добравшись до дальнего конца склада, я ворвался в райское тепло
маленького кабинета и с облегчением
захлопнул за собой дверь.
Катастрофа настигла меня так быстро и незаметно, словно она была кем-то
талантливо инспирирована.
Первый намек на нее я получил, как только попал в кабинет и обнаружил, что
в нем никого нет. Уолтерса на месте не
оказалось, но поскольку дверь, как и было обещано, оставалась незапертой, я
решил, что он где-то поблизости, - вдруг ему
приспичило отлучиться в туалет? Прежде чем удариться в панику, стоило подождать
еще несколько минут, и я,
непроизвольно поежившись, закурил сигарету.
В течение следующих тридцати секунд я все еще продолжал трястись от холода,
прилагая немалые усилия, чтобы
справиться со своими зубами, выбивавшими такую ожесточенную дробь, словно они
вознамерились раздробить себя в
мелкую крошку. И тут я с горечью убедился, что царившее здесь днем райское тепло
вечером превратилось в собачий
холод; отопление было отключено, и теперь в кабинете хозяйничал такой же
колотун, как и во всем складе. Ну и черт с ним,
с этим Уолтерсом! Надо поскорей сматываться отсюда! Я уже проделал половину пути
от кабинета к выходу, когда вдруг
услышал резкий щелчок захлопнувшейся двери.
Входная дверь была стальной и очень прочной, и захлопнулась она намертво!
Целых пять минут я колотил в нее как
сумасшедший, чуть не сорвав от крика голос, пока до моего сознания не дошла
простая истина: дверь захлопнулась не по
чистой случайности - ее закрыли снаружи, и тот, кто это сделал, отлично знал,
что я здесь. Поэтому я мог стучать и вопить
хоть до посинения, все равно никто не собирался выпускать меня на волю. Да,
Уолтере заманил меня в хитроумную
ловушку, и я попался в нее как самый настоящий безмозглый коп. И если срочно не
найти выхода из создавшегося
положения, то меня вынесут отсюда в виде полуфабриката под названием "Уилер
быстрозамороженный".
Замок представлял собой ту еще хитроумную автоматическую конструкцию,
настолько внушительную на вид, что, для
того чтобы заставить ее уступить, потребовался бы изрядный заряд гелингита
"Гелингит - взрывчатка для твердоскальных
пород.". Резвой рысью я побежал вдоль стены склада; из моих ноздрей валил пар,
словно я был жеребцом-двухлеткой,
совершавшим ежедневную утреннюю пробежку. Наружные стены помещения были сделаны
из стали, никаких тебе окон и
других дверей, кроме входной. Я рванул галопом обратно в кабинет и уже в дверях
вспомнил слова сторожа о том, что здесь
нет телефона.
Мой костюм, когда я обратил на него внимание, почти весь покрылся толстым
слоем белого инея. Жестокая дрожь, без
удержу колотившая мое тело, становилась все сильней. Ноги и уши больше не
чувствовали холода - до такой степени они
окоченели. И если в самое ближайшее время я не придумаю, как спастись, то стану
похожим на того, кто изобрел морг и
сразу же стал его первым обитателем.
Стены пристройки, сложенные из кирпича и оштукатуренные, казались такими
толстыми и прочными, что глупо было
бы даже думать о том, чтобы проломить их, Как обычно бывает в таких помещениях,
пол был бетонным. Вся мебель
состояла из стального стола, кресел со стальным каркасом и такого же стального
контейнера, который, по-видимому,
использовали в качестве платяного шкафа для верхней одежды. Верхней одежды! А
вдруг Уолтере держал здесь теплое
пальто, чтобы надевать его, когда ему нужно было выйти в склад и проверить
партию товара или что-нибудь в этом роде?
Одним прыжком оказавшись возле контейнера, я рванул дверь, и меня словно
парализовало на месте.
С расстояния примерно в восемнадцать дюймов на меня пристально смотрели все
три глаза Уолтерса, стоящего внутри
шкафа. Третьим глазом, как я позже сообразил под бешеные удары сердца, на самом
деле оказалась зиявшая прямо над
переносицей дыра от пули крупного калибра. Мне почудилось, что Уолтере, словно
соглашаясь со мной, слегка кивнул, и я,
инстинктивно отступив назад, поймал плавно осевшее прямо на меня тело.
Опустив труп на пол, я, сопровождаемый укоризненным взглядом Уолтерса,
забрался в контейнер, и.., ничего там
больше не обнаружил.
- А я-то думал, что меховщику может понадобиться теплая одежонка, когда он
выходит на такой холод осматривать
меха, - с досадой произнес я вслух дрожащим стаккато. - Я сказал - меха?
"Да ты просто... - ругал я сам себя, пулей вылетая из кабинета и бросаясь к
рядам контейнеров. - Из тех самых
недоумков, которые барахтаются в водопаде и при этом умирают от жажды!" Рывком
открыв дверцу первого контейнера, я
чуть не утонул в сверкающем море норковых пластин. Во втором контейнере я
обнаружил несколько великолепных
леопардовых шкур, а в третьем - бобровых. Меха! Великолепные теплые меха!
Пять минут спустя, когда я ввалился обратно в кабинетик, я походил на
настоящего траппера "Траппер - охотник,
который ставит на зверей капканы.", возвратившегося после необыкновенно удачного
охотничьего сезона. На голову я
натянул шкуру енота, плотно прикрыв ею уши, туловище утеплил парочкой леопардов,
а ноги укутал в леггинсы из меха
котика, подвязав их для надежности шнурками от ботинок. Обувью мне послужили
бобровые шкурки, примотанные к ногам
блестящими, словно масляными, норковыми пластинами.
Никогда я не стоил так дорого - ни разу в жизни, честное слово! И никогда в
жизни не чувствовал себя так хорошо - я
начал согреваться.
- Примите мои извинения, мистер Уолтере, - опускаясь рядом с ним на колени,
искренне повинился я. - Это и в самом
деле ловушка, но ее подстроили явно не вы. Кто-то другой решил, что это
идеальная возможность избавиться от нас обоих
единым махом!
Возможно, мне это только почудилось, но теперь, когда я принялся тщательно
обыскивать карманы Уолтерса, его
мертвые глаза смотрели на меня менее укоризненно. В бумажнике оказалось то, что
и должно было там находиться - около
сотни долларов десятками, карточка социального страхования, водительские права и
тому подобное. Кроме всего прочего, я
обнаружил сложенный листок из записной книжки с загадочной надписью, торопливо
нацарапанной карандашом.
Она гласила: "Икс13, б.; А7, м.; А10, I". Полная бессмыслица, если это
только не схема размещения гостей на ежегодном
званом обеде ЦРУ.
Я уселся в кресло Уолтерса возле стола и обшарил содержимое ящиков. Ничего
интересного в них не нашлось - только
пачка накладных на товар, корешки квитанций и книга регистрации партий товара,
которую я оставил на столе. Докурив
сигарету, я принялся размышлять: сколько времени мне суждено проторчать здесь,
прежде чем кто-нибудь снова отопрет
складскую дверь? Это зависело от того, сколько - по их предположению -
потребуется времени, чтобы я замерз насмерть
или хотя бы потерял сознание. Если им нужно, чтобы я умер, то можно спокойно
располагаться до утра - для пущей
уверенности они не станут торопиться. Однако если им хватит того, чтобы я только
потерял сознание, и тогда они без
особых проблем смогли бы отделаться от меня, то часа будет более чем достаточно.
А по моим расчетам, с тех пор как
захлопнулась дверь, прошло не более пятнадцати минут.
Но если вы, с трупом за компанию, заживо погребены в складе-холодидьнике,
то даже минута может стать черт знает
какой длиннющей. А уж пять минут покажутся вам целой вечностью, и я мрачно
подумал, что в лучшем случае придется
ждать не менее сорока минут. Раскрыв регистрационную книгу, я лениво перевернул
несколько страниц. Конечно, чтиво не
слишком-то занимательное, но, по крайней мере, так можно хоть как-то
...Закладка в соц.сетях
