Жанр: Детектив
Убийство на пивоварне
...е часы в
кожаном чехле, которые заводятся каждый вечер по радио. А в его каморке, где он
сидит остаток ночи, на стене висит
расписание с точным указанием времени, когда надо производить обходы. Надеюсь,
мистер Стрэнджвейс, вы уяснили всю
важность этого?
- Ну, вы имеете в виду, если он исполнял свои обязанности должным образом,
то мы можем точно установить, где именно
он находился в то или иное время ночи.
- И да и нет, сэр, и да и нет. Вот как мне это видится. Делай сторож свою
работу должным образом, между одиннадцатью
тридцатью и полуночью он совершал бы один из своих обходов. Почему же тогда
сторож не видел мистера Банкета и его
убийцу, если допустить, что в помещениях мог быть третий человек? Почему не
слышал хотя бы шума схватки или возни?
- Я не столь уверен в этом. Пивоварня большая. Если Баннет старался поймать
сторожа на мелком воровстве, то уж точно
принял все меры, чтобы его не увидели и не услышали. Что касается убийцы, тот в
свою очередь, позаботился выполнить
свою грязную работу в то время, когда Лок находился в другой части здания. И это
лишь доказывает, что убийца в
совершенстве знал, что и как делается на пивоварне... А это, как мне кажется,
сужает круг возможных подозреваемых.
- Все это теория, сэр, только теория. А мне же нужны факты.
- Конечно. Все мы так говорим. У вас есть это расписание?
Инспектор протянул Найджелу расписание, затем велел констеблю, стоявшему у
двери, попросить зайти мистера Барнеса.
Найджел занялся расписанием. Важный период времени, если анонимное письмо
действительно часть плана убийцы, до и
после полуночи - где-то между одиннадцатью тридцатью и двенадцатью тридцатью.
Обход сторожа, как он заметил,
заканчивался в полночь. Следовательно, Баннет мог надеяться поймать того с
поличным за кражей бутылок с пивом где-то
после полуночи. Если убийца - ночной сторож, то тоже можно сказать, что он
совершил свое злодеяние вскоре после
полуночи. Впрочем, это в равной степени приемлемо и в том случае, если убийца не
ночной сторож. Маловероятно, что он
напал на Баннета, пока Лок делал обход, скорее когда сторож уже удалился в свою
каморку. Однако, как заметил инспектор,
все это из области догадок. Найджел поспешно скопировал расписание и уже
протягивал оригинал инспектору, когда вошел
главный пивовар.
- Хочу спросить вас о Локе,- начал инспектор без всякой преамбулы.- Вы
говорили, что он заслуживает полного доверия?
- Это верно. Лок - старый служивый. Работал у Роксби, перед тем как
поступил к нам.
- Были ли в последнее время мелкие кражи - бутылок с пивом или, скажем,
сахара?
Барнес поднял свои массивные брови, и его унылое лицо приобрело выражение,
которое с натяжкой можно было
охарактеризовать как оживление.
- С чего б это вдруг вы упомянули об этом? Даже странно. Недели три назад,
когда мы производили учет, обнаружилось,
что недостает мешка сахара и трех ящиков светлого пива. Как вам удалось
прослышать об этом?
- Получена информация,- кратко ответил Тайлер.- Почему же нас своевременно
не поставили в известность?
- Спросите хозяина. Сдается мне, он сам хотел заняться слежкой. "Барнес,-
сказал он мне,- эти местные бобби
"английский полицейский (разг.)" никого не сцапают. Если мы хотим найти воришек,
то должны сами потрудиться".
- Ну, ближе к делу,- не выдержал инспектор,- у меня дня не хватит слушать
ваши воспоминания.
- Поэтому хозяин устроил небольшую ловушку,- голосом сладким, как мед,
продолжил Барнес.- Мы целую неделю
проверяли склады вечером и утром. Так что, если бы Лок стянул что-либо, мы
наверняка заметили бы. Но тогда ничего не
пропало. Лично я ничего не имею против, чтобы Лок ночью выпил стаканчик пива...
В охотку, так сказать. Но хозяин был
малость того... Одним словом, не приветствовал... Но вскоре после этого его
псина попала в открытый чан. Он так рвал и
метал, что на время забыл о кражах.
- Так кто же забросил Траффлиса в этот чан?- мягко поинтересовался
Найджел.- Сейчас, когда его владелец... э... тем же
путем отправился на тот свет, думается, нет смысла держать это в тайне.
- Что толку спрашивать об этом, когда тут такое дело,- отозвался Барнес,
устремляя несвойственный ему суровый взгляд
на Найджела.- Пусть мертвые хоронят своих мертвых, вот что я вам скажу. Но даже
если бы хотел, то не смог бы вам
ответить, сэр. Хозяин устроил дознание, все это чертово место перевернул сверху
донизу, но так ничего и не узнал. Все
смогли доказать, что находились тогда на рабочих местах... все, кроме офисного
штата, то есть служащих, ну еще меня и
мистера Джо...
- Офисный штат состоит из...
- Мистера Сорна, Эда Парсонса, Лили - это моя дочь, она секретарша мистера
Баннета - и еще пары клерков.
- Гм. Я должен побеседовать с ними в свое время.
- Ну, джентльмены, если вы со мной закончили, то я пошел на свое рабочее
место. Колеса индустрии не должны
останавливаться ни на минуту. Пока!- Барнес поднял массивные брови и отправился
вращать колеса индустрии.
Норов инспектора Тайлера ничуть не улучшился после этого разговора. Когда
ночной сторож вошел в помещение, Тайлер
хрипло спросил:
- Лок, что это за чертовщина с кражами по ночам со складов пивоварни?
- Не знаю, сэр, о чем вы. Ко мне это не имеет отношения.
- И что же, за целую ночь ни бутылки пива? Гм, должно быть, это немалое
искушение...
- Только не для меня, сэр. Я трезвенник с тех пор, как оставил армию. Могу
это доказать, сэр.
Инспектор вновь уселся на стул и повертел в руках анонимное письмо. Затем
сказал:
- Ну, с пивом можно сделать и другое, кроме того, что выпить... да и с
сахаром - тоже. Ты что... сбывал их приятелям?
- Нет, сэр! Я не знаю, что вы стараетесь повесить на меня, разве что
воровство, которое имело место в конце прошлого
месяца?
Лок стоял по стойке "смирно", вытянувшись в струнку - крепкий, с проседью
мужчина, с морщинками в уголках
внимательных глаз.
- Ну, а что ты скажешь насчет этого?- поинтересовался инспектор, пуская
анонимное письмо по столешнице в его
сторону.
Лок быстро, по-военному, сделал шаг вперед, щелкнул каблуками и взял
письмо.
- Никак не возьму в толк, сэр. Такая мелочевка... ну, хищение вверенного
имущества - овчинка, не стоящая выделки на
моем рабочем месте. Надо быть честным, хотя и не скажу, что это непременное
условие... для работы сторожем. Спросите в
моем полку или у Роксби... это мой последний работодатель. Там мне дадут
наилучшие отзывы, уверяю вас.
- Гм. Может быть, так, а может, и нет. И ты все еще утверждаешь, что во
время обходов в ту ночь не видел и не слышал
ничего подозрительного?
- Именно так, сэр.
- А тебя не поражает, как нечто особенное, что убийство было совершено в
стенах этого здания, а ты и знать ничего не
знаешь об этом? Нет ли каких-либо мыслей на этот счет?
- Нет, сэр.
- У нас тоже пока нет никаких идей,- дружеским тоном произнес Найджел и
повернулся к Тайлеру: - А знаете, инспектор,
я склонен ему верить. Впрочем... мистер Лок, вы не возражаете, если я взгляну на
ваши руки?
Инспектор слегка вздрогнул, затем обрушился на Найджел а:
- Что все это значит? Хиромантия? Чтение по ладоням? Для меня это что-то
новенькое.
- В данный момент меня интересуют не столько сами ладони, сколько их
тыльные стороны.
- Как вам будет угодно, сэр,- отозвался Лок, протягивая руки.
Найджел впился в них пристальным взглядом, засучил ему рукава и осмотрел
запястья. Затем снова уселся на свой стул.
- О'кей, что и требовалось доказать - можно трубить отбой. По-моему, мистер
Лок ждет не дождется, когда ему позволят
отправиться спать.
- Что это за странные дела с руками?- с подозрением полюбопытствовал
инспектор, когда ночной сторож, повернувшись
по-военному, строевым шагом вышел из комнаты.
- У вас ведь было предположение, что Баннет, возможно, застал Лока врасплох
за воровством, между ними завязалась
борьба, в результате которой хозяин был убит или получил серьезные повреждения.
Ну, если бы Лок пырнул его ножом, то
вы нашли бы следы крови или признаки того, что ее счищали... Вы что-нибудь такое
нашли?
- Нет, сэр. Прошлой ночью мы самым тщательным образом осмотрели всю
пивоварню и, должен признаться, никаких
признаков, указывающих на кровь. Но...
- Если бы Баннета ударили по голове каким-нибудь тупым предметом, то, более
чем вероятно, Каммисон обнаружил бы
это еще при первом осмотре. Если бы Лок задушил Баннета, то на тыльных сторонах
его ладоней остались бы ссадины или
синяки, да и на лице сохранились бы отметины. Ничего такого у него нет.
Допустим, Лок пустил в ход кулаки, избив его до
потери сознания. Но зачем ему его еще и убивать? Драка - это одно, а убийство -
совсем другое. Чтобы убить человека, надо
иметь веские причины, а откуда они у Лока?
- Слишком много "если", сэр. Не думаю, что вы что-либо доказали.
- Не в том смысле, в каком вы понимаете доказательства... Надеюсь, вы
знаете, что считается в армии тягчайшим
преступлением?
- Ну, полагаю...
- Избиение старшего офицера. Учитывая, что за плечами Лока немало лет
неукоснительного следования строгой военной
дисциплине, я считаю, что он даже в чисто психологическом плане не мог напасть
на Баннета. Если бы хозяин поймал его с
поличным за стаканом ворованного пива, Лок, скорее всего, вытянулся бы по стойке
"смирно". Судя по всему, он честный,
заслуживающий доверия человек. Не сомневаюсь, вы найдете на пивоварне немало
других людей с куда более вескими
мотивами для убийства Баннета.
- Возможно, вы правы,- произнес инспектор, поглаживая пальцами подбородок.
И в этом они оба довольно скоро убедились.
Глава 6
Зовите стряпчих и поговорим о завещании.
У. Шекспир. Ричард II
Герберт Каммисон, София и Найджел сидели за ленчем. Чтобы быть совсем уж
точными, сидели София и Найджел, тогда
как доктор со зловещей сосредоточенностью, свойственной тем, кто, вырезая
аппендицит, предвкушает интригующие
осложнения, стоя разделывал цыпленка. Когда останки "пациента" отнесли на кухню,
Герберт положил себе картошки,
салата, масла, придвинул солонку, налил стакан воды - все это с такой
тщательностью, что чуть не довел Найджела до
сумасшествия,- И; наконец, сказал:
- Ну, мы с Фелстоном работаем над скелетом.
- Надеюсь, что не без удовольствия?- вежливо полюбопытствовал Найджел.- А
что, могут эти голые кости ожить?
Например, сесть, отозваться на свое имя?
- Твой черный юмор, Найджел, представь себе, недалек от истины. Образно
говоря, да, могут. У нас не осталось ни тени
сомнения, что это Баннет.
- О, Герберт!- София больше не пыталась скрыть охватившего ее страха.
"Она выглядит на диво юной и ранимой,- подумал Найджел.- Почти так же, как
могла бы выглядеть ее собственная дочь в
возрасте пятнадцати лет, несмотря на эти абсурдные очки в роговой оправе".
- Ты не должна тревожиться, Софи. Я не убивал его - так уж вышло, а процент
людей, ложно осужденных за убийство,
очень низкий.- И доктор Каммисон тут же заговорил об отпуске.
София с трогательной готовностью ухватилась за эту тему. Это никого не
обмануло, но зато помогло более или менее
сносно провести время за ленчем. Когда все встали из-за стола, Найджел отвел
доктора в сторону и поинтересовался
деталями.
- На черепе никаких следов насилия. Кости не сломаны. Рост довольно точно
соответствует росту Баннета - пять футов,
семь дюймов, конечно, нельзя исключить долю ошибки, учитывая сложность
реконструкции.
- И какова эта доля?
- Пара дюймов - самое большее. Волосы, как я сказал еще при первом осмотре,
того же самого цвета. Трипп все еще
работает над зубными протезами, но он почти уверен, что это те самые, которые он
установил Баннету. Фелстон согласен со
мной, что у нас достаточно данных для констатации смерти Баннета. Я уже звонил
Тайлеру и сообщил ему о нашем
заключении, в три часа он собирается посетить Гримшоу - это поверенный Баннета -
по поводу завещания и согласен, чтобы
ты сопровождал его, если пожелаешь.
- Гм. Надо подумать... Вероятно, этот человек горой стоит за
респектабельность. Не уверен, что смогу иметь с ним дело,
не будучи в лайковых перчатках и смокинге.
- Это ты про Тайлера? Типичный хам и задира! Готов стелиться перед
вышестоящими. Твой дядя уже позаботился насчет
тебя, так что не робей...
- О боже! А я-то грешным делом думал, что обязан неотразимому влиянию моей
обаятельной личности... Кстати, о
личности, что ты скажешь о мисс Меллорс?
- Смотря что ты хочешь знать.
- Ну, например, насколько она убежденная трезвенница? Что это: показуха или
она и впрямь фанатичка? Что есть - или
было - между ней и Джо Банкетом? Как ты думаешь, подходит она на роль убийцы?
- Мой дорогой Найджел!- Герберт Каммисон, пожалуй, впервые был понастоящему
изумлен.- От твоих идеек просто
бросает в дрожь! Ариадна Меллорс убийца? Сразу выброси из головы.
- Меллорс - как?
- Ариадна. Адди, для краткости.
- Ты прямо-таки сорвал меня с якоря. Ариадна. Ну-ну. Но нить нашей Ариадны
выводит из лабиринта не Минотавра, а
Бахуса. Так кто она - религиозная фанатичка?
- Нет, я бы так не сказал,- осторожно ответил Герберт.- Ею движет не
столько вера, сколько желание поучать других и
создавать видимость. Она хороший организатор.
- Совсем как епископ?
- У меня нет никакой информации о епископах,- откликнулся Герберт с лукавым
огоньком в глазах.
- Ну, а как насчет Джо Банкета?
- Джо?
- Да, сегодня утром Адди дала мне понять, что он у нее на поводке.
- О, я так не думаю. Они хорошие друзья. А ты пытаешься сделать вывод -
вернее притянуть за нос,- что между ними
роман?
- Не совсем так. Что ты о них знаешь?
- Ну, мы здесь относительно недавно. Ты мог бы порасспросить об этом
Барнеса. Возможно, София в курсе - Джо иногда
с нею откровенничает.
- Да, могу себе представить, София в вашем городке пользуется
популярностью.
Через полчаса после этого разговора Найджел и инспектор втиснулись к
мистеру Гримшоу. "Втиснулись", пожалуй,
единственно подходящее слово для описания маленького офиса поверенного. Его
длинные, широко расставленные ноги
занимали в нем большую часть пола. Когда все с трудом расселись, Найджел с
невольным восхищением принялся наблюдать
за мистером Гримшоу. Дело в том, что при разговоре уши его странно шевелились,
привлекая внимание к торчащим из них
пучкам волос рыжеватого цвета. Еще у него была привычка жевать губами перед
началом каждого предложения, словно
фраза звучала лучше, если ей предшествовала маловразумительная жвачка.
- Мистер Гримшоу, надеюсь, я ненадолго оторву вас от дел,- проговорил между
тем инспектор.- В расследовании,
подобном тому, что я сейчас веду, необходимо найти мотив. Вот почему я
интересуюсь завещанием покойного мистера
Банкета. Полагаю, сэр, вы не откажете мне в любезности сообщить имена
перечисленных в нем лиц?
- Хум-нум-мум-наф, не думаю, что мне удастся повременить с этим. Нет.
Случается порой, что закон главенствует над
адвокатом. Мум-нуум. Уверяю вас, при обычном положении вещей я никоим образом не
одобрил бы столь вопиющее
нарушение общепринятых процедур, но э... мнуам, чрезвычайные события требуют и
чрезвычайных мер.
Придав себе жалкий вид, который, по его разумению, соответствовал
создавшимся обстоятельствам, Гримшоу раскрыл
документ с таким треском, что заставил Найджела вздрогнуть, покрутил его в руках
и с явным отвращением вперил взгляд в
текст.
- Мм-уам, в самом начале я должен внести ясность, что не совсем
удовлетворен некоторыми пунктами завещания - и как
человек, и как адвокат. На самом деле я отважился - с немалыми усилиями, прямо
скажем,- отговорить мистера Банкета от
этих пунктов. Но как вы знаете, мой клиент был упрямым человеком, привыкшим
действовать по-своему, поэтому, конечно,
я вынужден был согласиться с его желаниями. Но и в самом деле,- тут его уши
особенно быстро задвигались,- распоряжение
имуществом весьма специфичное. Я даже сказал бы, необъяснимое. Вот как оно
выглядит. Хум-нум-чавк-уам. Доля Юстаса
Баннета, как владельца пивоваренного завода, завещается его брату, Джозефу
Баннету, при условии, что ко времени смерти
завещателя тот не будет женат. Из личного состояния Юстаса Баннета ежегодная
рента в сто фунтов стерлингов должна
выплачиваться его жене, Эмили Роуз Баннет. Есть еще несколько мизерных выплат, а
в целом все состояние завещается
миссис Аннабел Сорн, при условии, что она вновь не выйдет замуж.
- Сорн?!- одновременно воскликнули Найджел и инспектор.
- Именно так,- продолжая жевать губы, подтвердил Гримшоу, откидываясь на
спинку стула и взирая на своих визитеров
как бы в оцепенении. Затем продолжил: - Я счел обеспечение, выделенное миссис
Баннет, в высшей степени неадекватным. Я
говорю это,- добавил он поспешно,- в чисто человеческом понимании, а не в
юридическом смысле. Но мой клиент принял
мои возражения в штыки. Не желал ничего и слушать.
- А кто такая эта миссис Сорн? Она живет здесь? Приходится родственницей
Габриэлю Сорну?- засыпал поверенного
вопросами Найджел.
- Ум-уам. Миссис Сорн проживает на юге Франции. У меня есть ее адрес.-
Гримшоу передал листок бумаги инспектору.-
Мой клиент утверждал, что она его давняя приятельница. Хотел сделать ей
приятное, как я понимаю. Он и сына ее взял на
пивоварню.
- О, так мистер Сорн - ее сын?- с видимым облегчением произнес инспектор.-
Ну, посмотрим. А теперь, сэр, не можете ли
вы мне сообщить, как много эта самая миссис Сорн получит по завещанию?
- Позвольте сначала посмотреть. Конечно, я не могу вот так сразу назвать
точную сумму. Но ориентировочно, после того
как будет достигнута договоренность с прочими лицами, указанными в завещании,
будут посчитаны расходы на похороны,
миссис Сорн получит где-то около пятидесяти тысяч фунтов стерлингов.
- Пухленькая сумма,- заметил Найджел.- А как насчет Джо?
- Мой покойный клиент держал контрольный пакет акций пивоваренного завода.
Этот пакет теперь переходит к Джозефу
Банкету.
- А чем располагает Джо Баннет на данное время?
- Нуам-нуаф, ему выплачивалось жалованье за работу менеджером по транспорту
и производственных помещений. Кроме
того, он имел долю в бизнесе.
Инспектор получил имена других лиц, облагодетельствованных завещанием,-
среди них упоминался и главный пивовар,-
поблагодарил мистера Гримшоу и собрался уходить. Поверенный, жуя губы, вежливо
попрощался.
Уже у дверей Найджел повернулся и спросил:
- Между прочим, вы, случайно, не знаете, почему Юстас особо оговорил
семейное положение брата? Он что, был против
его женитьбы?
- В чисто профессиональном плане - нет, не знаю, сэр. Но если позволите мне
высказаться как частному лицу - не в
порядке злословия, разумеется,- то я думаю, это надо приписать деспотическим
наклонностям моего покойного клиента.
Заметьте, пожалуйста, я ничего категорически не утверждаю. Но когда мистер Джо
вернулся с войны, между ним и одной
молодой леди в наших краях возникла сердечная привязанность. Имя этой леди я не
буду упоминать. Именно вскоре после
этого мой клиент вставил оговорку насчет женитьбы Джо в завещание.
- И как мисс Меллорс это восприняла?- закинул удочку Найджел.
Уши мистера Гримшоу исполнили едва ли не полный оборот.
- Хум-мум-чавк-уам!- воскликнул он в растерянности.- В самом деле, мой
дорогой сэр! Боюсь, что мы вышли за рамки
дозволенного. Реально я не могу допустить...
- Очень хорошо,- перебил его Найджел,- придется нам самим это выяснять.
Премного благодарны. Удачного дня!
- Что все это значит насчет мисс Меллорс?- спросил инспектор, когда они
оказались на улице.
- У мисс Меллорс роман с Джо Банкетом. Или, возможно, был. Она сама пару
раз мне на это намекнула сегодня утром. И
едва не лишилась чувств, когда я ей сказал, что Баннет мертв,- подумала, что я
говорю о Джо. Еще дала понять, что стоит ей
сказать лишь слово, и Джо не видеть пивоварни, как собственных ушей.
Предположительно это означает, что ей есть что
сказать.
Круглое одутловатое лицо инспектора приобрело неприятное выражение. "Словно
блюдце молока прокисает прямо на
глазах",- подумал Найджел.
- Это означает, сэр, что женитьбе Джо Банкета на мисс Меллорс помешал его
старший брат. Отсюда можно сделать
вывод: мисс Меллорс и Джо сговорились убить Юстаса, чтобы таким образом
устранить препятствие к их браку и обеспечить
Джо роль первой скрипки на пивоварне. Ведь по завещанию ему в руки переходит
контрольный пакет акций.
- А еще говорят, что у полицейских нет воображения! Нет, ничего подобного
лично я не имел в виду. Если мисс Меллорс
и Джо сговорились убить Юстаса, то почему она так странно себя повела, когда я
сказал ей, что убит Баннет, не уточняя,
какой именно?
- Ах, все ведут себя по-разному. Не стоит быть таким уж уверенным, мистер
Стрэнджвейс. Я сам этим займусь.
- Джо в открытом море, между прочим. Или это не так?
- Я еще не контактировал с ним,- Найджела невольно передернуло от
употребленного инспектором слова,- но вот-вот
ожидаю сообщения от наших людей из Поулхемптона. Толлворти рыщет в округе в
поисках тех, кто так или иначе мог
видеть мистера Баннета в ночь убийства. Хотя, уверен, это мало что даст. В такое
время ночи люди обычно спят, а это алиби,
под которое трудно подкопаться.
"Да,- произнес про себя Найджел, вспомнив Герберта Каммисона.- Однако и
доказать его не легко".
Они шествовали по узкой улице вдали от центра, вдоль которой стояли жалкие
дома. Улочка каждые пятьдесят ярдов, как
бы спохватываясь, резко меняла направление. Мостовая была грязной и по многим
неприятным для глаз признакам
позволяла догадаться, что по ней гоняли на ярмарку скот. Найджел с ностальгией
подумал о своей квартире, окна которой
выходят на несколько помпезную, однако чистую и красивую лондонскую площадь. Как
раз когда вонь стала почти
невыносимой и перед ними появился открытый участок земли, с побеленными загонами
на нем, инспектор остановился у
запущенного домишки из красного кирпича.
- Чего ради мы сюда пришли?- поинтересовался Найджел.- В данный момент у
меня нет желания купить кусок мяса.
- А как насчет кота в мешке?- подковырнул его Тайлер с вызывающе
самодовольным видом.
- Это, пожалуй, годится. Так, где мы?
- Это дом миссис Болстер,- ответил инспектор, барабаня в дверь,- в нем
квартирует мистер Сорн.
- Здесь? Габриэль Сорн? Помоги нам боже! Чего ради он сюда залез? Не очень
подходящее место для сюрреалиста!
Дверь открылась, и на пороге появилась дородная женщина.
- Добрый день, миссис Болстер. Ваш квартирант дома? Хотел бы перемолвиться
с ним словцом.
- Мистер Сорн вышел. Он всегда отправляется на прогулку в субботний
полдень. Хотя в любую минуту может вернуться к
чаю.
- Ну, тогда мы его подождем. Можно пройти в дом?
- Конечно. Вот сюда, джентльмены, прошу вас, проходите.
Миссис Болстер дала им пройти и закрыла за ними дверь. В холле царили почти
кромешная темнота и зловонный запах
тухлой рыбы.
- Не хотите ли подождать в зале?- спросила женщина.
- Нет, думаю, с таким же успехом мы можем сразу же пройти в комнату Сорна.
Хочу вас кое о чем спросить, миссис
Болстер. Дело в том, что я расследую убийство мистера Баннета. В связи с этим мы
должны выяснить местонахождение всех,
кто был связан с покойным, ночью со среды на четверг. Мне известно, что мистер
Сорн был на вечеринке примерно до
одиннадцати пятнадцати. Скажите, он вернулся в половине двенадцатого?
- Да, сэр. Как раз пробило полчаса. Той ночью наша Берта сильно маялась
зубами, я сидела с ней. Очень уж она мучилась.
- Могу себе представить. Так вы сами заперли за ним тогда дверь?-
поинтересовался инспектор, впиваясь в женщину
взглядом.
- О нет, сэр. Мистер Сорн всегда сам за собой запирает. Видите ли, сэр, он
часто выходит по ночам на прогулку. Много
раз я говорила ему, что ночной воздух вреден и человеку, и зверю, но он все
равно продолжает гулять. Странный
джентльмен, с причудами, однако платит за квартиру регулярно.
- А в ночь на четверг он тоже ходил на прогулку?
- Этого я не могу сказать, не уверена. Я слышала, как он снова спускался по
лестнице, потому что не спала из-за Берты.
Шел очень тихо, как и всегда ночью, чтобы нас не разбудить. Очень почтительный
джентльмен мистер Сорн, должна вам
сказать.
- Не сомневаюсь в этом,- протянул инспектор.- Так вы не уверены, что он
выходил?
- Нет, сэр, точно сказать не могу. Ох, чтоб меня! Совсем забыла. Должно
быть, из головы выскочило. Вчера вечером,
когда я принесла ему ужин, мистер Сорн сказал: "Болстер" - это у него такая
дурная манера меня называть. Я-то всегда
считала, что так нельзя обращаться к замужней женщине, но ведь в нынешние
времена выбирать жильцов не приходится. Так
вот он и говорит: "Болстер, надеюсь, я не разбудил вас прошлой ночью, когда
пришел?" Я ответила, что не спала из-за
Берты, которая маялась с зубами. Тогда мистер Сорн рассказал, что в ту ночь у
него что-то неладное случилось с нутром, он
никак не мог заснуть, поэтому спускался вниз, чтобы взять книжку из шкафа. Вот,
должно быть, я тогда его и слышала...
- Да, так оно и было, вне всякого сомнения,- пробурчал инспектор.- Ну, а
сейчас покажите нам комнату мистера Сорна.
Наиболее примечательным в комнате Габриэля Сорна был необычный, в высшей
степени запутанный, какой-то
металлический шум - словно кто-то наступил в механический муравейник. Увидеть от
чего он исходит, было невозможно - в
комнате оказалось еще темнее, чем в холле.
"Адская машина, вот что это должно быть,- фаталистически подумал Найджел.-
Сорн оставил ее здесь, чтобы разнести в
клочья все улики и самих детективов. Одним выстрелом - двух зайцев".
Миссис Болстер, раздвигая занавески, между тем проговорила:
- Мистер Сорн, должно быть, писал поэзию, перед тем как ушел. "В темноте
всегда легче пишется" - так он говорит.
- Темно как для проявления фотографий. Принципиальная разница лишь в
шумовом сопровождении,- заметил Найджел,
прикрыв глаза как от яркого солнечного света, хлынувшего в комнату, так и в
ожидании неминуемого взрыва.
- Ну, тьма бывает нужна и для других делишек,- заметил Тайлер.
- Пожалуйста, инспектор! Мне сейчас не до диспута,- запротестовал Найджел,
осторожно открывая глаза.- Не б
...Закладка в соц.сетях
