Жанр: Классика
Робин гуд
...он кинулся им навстречу, натянул лук и прицелился в барона. Но он
действовал с такой поспешностью и горячностью, что слишком сильно натянутый лук
лопнул в его руках, как будто он был из стекла.
Джон выбранил ни в чем не повинную стрелу и схватил другой лук: его только
что натягивал разбойник, тяжело раненный солдатами, которые сражались с
Уильямом.
Барон понял смысл движения и намерения лучника; пригнувшись, он почти
слился со спиной лошади, и стрела, предназначенная ему, сбила на землю человека,
ехавшего позади него.
Это падение ожесточило весь отряд, и солдаты, твердо решив одержать победу
и видя, что они превосходят противника числом, пришпорили лошадей и бросились
вперед.
Из двух товарищей Уильяма один уже погиб, а другой еще сражался, но было
понятно, что он вот-вот упадет.. Джон понял, какая опасность угрожает его
двоюродному брату. Он бросился к сражающимся, вырвал Уилла из рук врагов и
приказал ему бежать.
- Никогда, - гордо ответил Уилл.
- Бога ради, Уилл, - говорил Джон, продолжая отбиваться от нападающих, -
ступай за Робином и приведи лесных братьев! Увы! Сегодня по зеленой траве
потекут красные ручьи: Небо предупреждало нас песней дрозда.
Уильям уступил мольбам двоюродного брата, да и было понятно, как это
важно, при виде числа солдат, начавших заполнять поляну. Он нанес ужасный удар
человеку, который пытался преградить ему путь, и исчез в чаще.
Маленький Джон сражался как лев, но бороться с таким количеством врагов в
одиночку было чистым безумием. Джон был побежден; солдаты связали ему руки и
ноги и прислонили к дереву.
Тут появился барон, и это решило участь нашего бедного друга.
Привлеченный громкими криками, лорд Фиц-Олвин поспешил подъехать.
Увидев пленника, он свирепо улыбнулся, дав выход давно накопившейся
ненависти.
- А-а! - сказал он, с неописуемым счастьем вкушая радость победы. -
Наконец-то ты в моих руках, здоровенная лесная жердь! Я заставлю тебя дорого
заплатить за твою наглость, прежде чем отправлю на тот свет.
- Честью клянусь, - спокойно ответил Джон, яростно кусая при этом свою
нижнюю губу, - какие бы пытки вам ни вздумалось ко мне применить, они не смогут
заставить вас забыть, что я держал вашу жизнь в своих руках, и, если еще у вас
есть власть мучить саксов, так это из-за моей доброты. А теперь берегитесь!
Сейчас явится Робин Гуд, и его вам не так легко будет победить, как меня.
- Робин Гуд! - с насмешкой ответил барон. - Скоро пробьет и его последний
час. Я дал приказ отрезать ему голову, а тело оставить в пищу здешним волкам.
Солдаты, - обратился он к двум своим верным слугам, - послушные исполнители моих
приказов, привяжите этого негодяя на спину лошади, а мы, не слишком удаляясь от
этого места, подождем возвращения сэра Гая. Скорее всего он принесет нам голову
этого презренного Робин Гуда.
Солдаты спешились, но были готовы снова сесть на коней, а барон удобно
устроился на поросшей травой кочке и стал терпеливо ждать звуков рога сэра Гая.
Оставим его светлость отдыхать от треволнений дня и посмотрим, что
произошло между Робин Гудом и человеком, покрытым лошадиной шкурой.
- Доброе утро, сударь, - сказал Робин Гуд, подходя к незнакомцу. - Судя по
прекрасному оружию, которое вы держите в руках, вы неплохой лучник.
- Я потерял дорогу, - промолвил путник, ничего не ответив на вопрос,
который заключался в этом замечании, - и боюсь, что совсем заблужусь среди этих
развилок, полян и троп.
- Я хорошо знаю лесные тропы, сударь, - вежливо ответил Робин Гуд, - и,
если вам угодно мне сказать, в какую часть леса вам бы хотелось попасть, я
охотно буду вашим проводником.
- Я не иду в какое-либо определенное место, - ответил его собеседник,
внимательно разглядывая Робина, - но хочу подойти поближе к самой чаще, потому
что надеюсь там встретить человека, с которым мне очень хотелось бы
побеседовать.
- Этот человек ваш друг? - любезно спросил Робин Гуд.
- Нет, - гневно возразил незнакомец, - это очень опасный негодяй,
разбойник, по которому плачет веревка.
- Вот как! - по-прежнему улыбаясь, сказал Робин. - А позволите спросить
имя этого висельника?
- Конечно; его зовут Робин Гуд, и, знаете ли, молодой человек, я бы, не
скупясь, дал десять золотых, чтобы встретиться с ним.
- Дорогой господин, - сказал Робин Гуд, - поздравьте себя с тем, что нас
свел случай, так как я могу, не искушая вашей щедрости, отвести вас к Робин
Гуду. Позвольте только спросить ваше имя.
- Меня зовут сэр Гай Гисборн, я богат, и у меня много вассалов. Мое
платье, как вы понимаете, это просто ловкое переодевание. Робин Гуд вряд ли
станет опасаться столь жалко одетого бедняка и подпустит меня к себе. Значит,
просто нужно узнать, где он есть. Как только я обнаружу его и пределах
досягаемости, он умрет, клянусь нам, у него не будет ни времени, ни возможности
защищаться: я убью его без всякой пощады.
- Значит, Робин Гуд причинил вам много зла?
- Мне? Никогда! Да я и не знал о его существовании еще несколько часов
назад, и если вы отведете меня к нему, то сами убедитесь, что мое лицо ему
совершенно незнакомо.
- Тогда какие же причины заставляют вас покушаться на его жизнь?
- А нет никаких причин; таково мое желание, вот и все.
- Странное желание, позвольте вам заметить, и более того, я искренне жалею
вас за то, что вам в голову приходят такие кровожадные мысли.
- Ну, тут вы ошибаетесь: не так уж я и зол, и, если бы не этот дурак ФицОлвин,
я в эту минуту спокойно ехал бы к себе домой. Это он толкнул меня
испытать судьбу, поспорив, что я побоюсь вызвать Робин Гуда на поединок. Теперь
задето мое самолюбие, и я должен победить во что бы то ни стало. Да, кстати, -
добавил сэр Гай, - я сказал вам свое имя, звание и планы, теперь ваша очередь
отвечать на вопросы. Кто вы?
- Кто я? - громко повторил Робин Гуд и сурово взглянул на собеседника. -
Ты сейчас это узнаешь: я граф Хантингдон, король леса; я тот, кого ты ищешь: я
Робин Гуд!
Норманн резко отскочил назад.
- Тогда готовься к смерти! - крикнул он и обнажил меч. - Сэр Гай Гисборн
слова на ветер не бросает: он поклялся тебя убить, и ты умрешь! Молись, Робин
Гуд, потому что через несколько минут мой рог сообщит моим товарищам, а они
здесь, неподалеку, что главарь разбойников уже только труп без головы.
- Победитель получит право и обязанность распоряжаться телом противника, -
холодно ответил Робин Гуд. - Ну же, защищайся! Ты поклялся не щадить меня, и,
если Пресвятая Дева дарует мне победу, я тоже поступлю с тобой так, как ты того
заслуживаешь. Значит, пощады ни одному ни другому! Жизнь и смерть стоят друг
против друга!
И они скрестили мечи.
Норманн был не только настоящим Геркулесом, но еще и превосходным
фехтовальщиком. Он так яростно бросился на Робина, что заставил его отступить, и
тот запутался в корнях дуба. Сэр Гай, взгляд которого был также точен, как
быстра его рука, мгновенно заметил, какое преимущество он получил. Он удвоил
усилия, и Робин почувствовал, как меч несколько раз дрогнул под сильным натиском
противника. Положение Робина становилось все опаснее: узловатые корни дерева
стесняли его движения, он цеплялся за них ногами и не мог двинуться ни вперед ни
назад. Тогда он решил сделать прыжок и вырваться из невидимого круга; как
загнанный олень, он выскочил на откос дороги, но, споткнувшись левой ногой о
стелющуюся ветвь, упал прямо в пыль.
Сэр Гай был не тот человек, чтобы упустить подобный случай: он издал
победный клич и бросился на Робина с очевидной целью рассечь ему голову.
Робин увидел опасность; он закрыл глаза и с горячей мольбой прошептал:
- Пресвятая Матерь Божья, приди мне на помощь! Всемилостивая заступница,
не дай погибнуть мне от руки этого презренного норманна!
И не успел он произнести эти слова, которые сэр Гай не посмел прервать,
приняв их за последнее покаяние, как почувствовал, что в тело его вливаются
новые силы; он повернул свой меч острием к врагу, и пока тот искал, как бы
отклонить его, Робин вскочил на ноги; теперь он был свободен в движениях и стоял
на ногах посреди дороги. Битва, прервавшаяся было на мгновение, возобновилась с
новой силой, но победа повернулась лицом к Робину. Сэр Гай выронил из рук оружие
и упал, не вскрикнув: клинок вошел ему в грудь - он был мертв. Возблагодарив
Бога за то, что он послал ему победу, Робин убедился в том, что сэр Гай
действительно испустил последний вздох. Разглядывая лицо норманна, Робин
вспомнил, что этот человек явился сюда не один, а привел с собой целый отряд и
что этот отряд, спрятавшись где-то неподалеку в лесу, ждет сигнала его
охотничьего рога.
"Думаю, будет благоразумно, - сказал себе Робин, - пойти посмотреть, не
солдаты ли барона Фиц-Олвина эти храбрецы, и своими глазами убедиться, получат
ли они удовольствие, узнав о моей смерти. Я надену наряд сэра Гая, отрублю ему
голову и вызову сюда его терпеливых товарищей".
Робин Гуд снял с тела убитого основные части его наряда, не без некоторого
отвращения натянул их на себя и, покрыв плечи лошадиной шкурой, стал неотличимо
похож на сэра Гая.
Переодевшись и сделав так, чтобы голову сэра Гая с первого взгляда узнать
было невозможно, Робин Гуд протрубил в рог.
В ответ раздались победные кличи, и Робин Гуд бросился в ту сторону,
откуда доносились радостные голоса.
- Прислушайтесь, прислушайтесь как следует, - воскликнул Фиц-Олвин,
приподнимаясь, - это рог сэра Гая?
- Да, милорд, - ответил один из людей рыцаря, - ошибки тут быть не может,
у рога моего хозяина совсем особенный звук.
- Значит, победа! - воскликнул старый лорд. - Храбрый и достойный сэр Гай
убил Робин Гуда.
- Целая сотня сэров Гаев не смогла бы убить Робин Гуда, сражаясь с ним
честно и один на один, - прорычал бедный Джон, хотя смертельная тревога сжала
ему сердце.
- Замолчите, длинноногий дурак! - грубо приказал барон. - И если у вас
хорошие глаза, взгляните на тот край поляны и вы увидите, что победитель вашего
презренного главаря, доблестный сэр Гай Гисборн, бегом направляется к нам.
Джон приподнялся и, как и говорил барон, увидел йомена, наполовину
скрытого под лошадиной шкурой. Робин так хорошо изображал походку рыцаря, что
Джон узнал в нем того человека, которого он оставил наедине со своим другом.
Крик бессильного бешенства вырвался из его груди.
- Ах, разбойник, ах, нехристь! - в отчаянии воскликнул Джон. - Он убил
Робин Гуда! Он убил самого храброго сакса во всей Англии! Отмщение! Отмщение!
Отмщение! У Робин Гуда есть друзья, и в графстве Ноттингем найдется сотня рук,
чтобы отомстить его убийце!
- Молись, собака! - закричал барон. - И оставь нас в покое; твой главарь
умер, и тебя ждет та же участь. Молись, и постарайся избавить свою душу на том
свете от мук, которые на этом ждут твое тело. Ты что думаешь, мы будем к тебе
милостивее от твоих тщетных угроз благородному рыцарю, очистившему землю от
бесчестного разбойника? Подойди, храбрый сэр Гай, - продолжал лорд Фиц-Олвин,
обращаясь к Робин Гуду, который быстро приближался к ним, - ты заслужил все наши
похвалы и всю нашу признательность: ты остановил разбой на нашей земле, ты убил
человека, которого внушаемый им ужас объявил непобедимым, ты убил знаменитого
Робин Гуда! Проси у меня награду за свою услугу: я согласен пустить для тебя в
ход свое влияние при дворе, обещаю тебе поддержку и вечную дружбу. Проси чего
хочешь, благородный рыцарь, я все готов тебе отдать.
Робин с одного взгляда оценил положение. Свирепые взгляды, которые бросал
на него Джон, еще яснее, чем благодарные речи старого лорда, показывали, что его
узнать было просто невозможно.
- Я не заслуживаю такой благодарности, - ответил Робин, стараясь как можно
точнее подражать голосу рыцаря. - Я убил в честном бою того, кто напал на меня,
и, раз уж вам угодно, дорогой барон, чтобы я сам назвал награду за мою победу, я
прошу вас разрешить мне в благодарность за оказанную нам услугу сразиться с тем
негодяем, которого вы схватили: он так и пожирает меня глазами, и мне это
надоело; а потому я отправлю его на тот свет в общество его милого друга.
- Как вам будет угодно! - ответил лорд Фиц-Олвин, радостно потирая руки. -
Убейте его, если хотите, его жизнь принадлежит вам.
Голос Робин Гуда не мог обмануть Маленького Джона. Страшная тяжесть,
давившая ему на сердце, исчезла, и он спокойно вздохнул.
Робин подошел к Джону, за ним последовал барон.
- Милорд, - со смехом обратился к нему Робин, - оставьте, прошу вас, меня
с этим негодяем одного; я совершенно уверен, что страх постыдной смерти развяжет
ему язык и заставит открыть мне тайну лесного убежища их шайки. Отойдите, и
людей удалите, а то я обойдусь с любопытными так же, как с тем человеком,
которому принадлежит эта голова.
И с этими словами Робин Гуд бросил свою кровавую добычу в руки лорда ФицОлвина.
Старик в ужасе вскрикнул, а обезображенная голова сэра Гая упала на
землю и покатилась в пыль.
Солдаты в страхе поспешили отойти.
Оставшись вдвоем с Маленьким Джоном, Робин Гуд поспешил перерезать
веревки, которыми тот был связан, вложил ему в руки лук и стрелы сэра Гая, а
потом затрубил в рог.
И не успело его звонкое пение наполнить лесную чащу, как раздались грозные
голоса, ветви деревьев с шумом раздвинулись, пропуская сначала Красного Уилла,
лицо которого в эту минуту было краснее меди, а за ним - отряд лесных братьев с
обнаженными мечами.
Это появление лесных братьев потрясло шерифа подобно грому: ему
показалось, что он спит и видит сон. Он ничего не видел и ничего не слышал, а
жуткий страх сковал все его члены. Целую минуту, показавшуюся ему вечностью, он
ничего не мог понять, потом шагнул к тому, кого принял за норманнского рыцаря, и
оказался лицом к лицу с Робином, который сбросил лошадиную шкуру и, стоя с
обнаженным мечом в руке, держал на почтительном расстоянии от себя солдат,
потрясенных не менее барона.
Лорд Фиц-Олвин, сжав зубы, не произнеся ни слова, круто повернулся и,
забыв отдать приказ своим солдатам, вскочил в седло и унесся во весь опор.
Солдаты, увлеченные столь достойным подражания примером, повторили маневр
барона и галопом умчались вслед за ним.
- Пусть тебя черти когтями раздерут! - разъяренно воскликнул Джон. - И
твоя трусость тебя не спасет: моя стрела летит быстрее!
- Не стреляй, Джон, - сказал Робин, удерживая руку друга, - ты же видишь,
что по естественному закону этому человеку осталось мало жить, зачем укорачивать
на несколько дней жизнь старика? Пусть он живет со своими угрызениями совести, в
тоскливом одиночестве и бессильной ненависти.
- Послушайте, Робин, не могу я так отпустить этого старого разбойника,
позвольте мне дать ему добрый урок; пусть у него останется воспоминание об этой
прогулке в лес; я его не убью, слово даю.
- Пусть будет по-твоему, но тогда стреляй поскорее, потому что он сейчас
скроется за поворотом.
Джон выстрелил, и судя по тому, как барон подпрыгнул в седле и как
поспешно стал вытаскивать стрелу из места, куда она вонзилась, стало ясно, что
благородный лорд еще долго не сможет сидеть верхом и спокойно отдыхать в кресле.
Маленький Джон признательно пожал руки своего спасителя; Уилл попросил
Робина рассказать о его подвигах, и остаток этого памятного дня прошел радостно
и беззаботно.
* XI
Для барона Фиц-Олвина Робин Гуд был кошмаром его жизни, а настойчивое
желание сполна отомстить за все унижения, которые причинил ему этот молодой
человек, ни на минуту не переставало мучить его. Каждый раз враг побеждал его,
что.не мешало барону до нападения и уже после поражения клясться, что он
изничтожит всю шайку проклятых разбойников.
Наконец барон вынужден был признать, что силой он никогда Робина не
возьмет, и решил прибегнуть к хитрости. После долгих размышлений он составил
план, дававший ему надежду найти способ мирным путем заманить Робин Гуда в свои
сети. Не теряя ни минуты, он послал за одним богатым торговцем из Ноттингема и
поверил ему свои замыслы, посоветовав ни в коем случае ни с кем ими не делиться.
Человек этот, от природы нерешительный и слабый, дал легко себя уговорить
и воспылал той же ненавистью, которую барон испытывал к тому, кого он называл
грабителем с большой дороги.
На следующий же день после разговора с лордом Фиц-Олвином торговец, верный
обещанию, которое он дал гневливому старику, собрал у себя дома именитых горожан
и предложил им вместе обратиться к шерифу, дабы тот даровал им милостивое
разрешение устроить состязания стрелков из лука, на которых жители Ноттингемшира
и Йоркшира могли соревноваться в ловкости.
- Поскольку между жителями наших графств существует давнее соперничество,
- добавил торговец, - ради славы нашего города я буду счастлив предоставить
нашим соседям возможность показать свою ловкость, а на самом деле дать случай
отличиться нашим метким стрелкам; с целью же сделать равными возможности
соперников, местом соревнований мы изберем границу между графствами, а наградой
победителю будет стрела с серебряным наконечником и золотым оперением.
Горожане, которых созвал союзник лорда Фиц-Олвина, с готовностью приняли
это предложение и в сопровождении торговца отправились к барону просить
позволения устроить между двумя соперничающими графствами состязание в стрельбе
из лука.
Старик пришел в восторг от удачного начала претворения своих замыслов, но
постарался скрыть свои чувства и с видом глубочайшего равнодушия дал свое
согласие, добавив, что если его присутствие может сделать праздник более
привлекательным и блестящим, то он почтет своим долгом и удовольствием
руководить играми.
Горожане единодушно заявили, что присутствие их законного сеньора для них
благословение Небес, и выказали такое удовольствие от его обещания прибыть на
состязание, как будто питали к нему самые нежные чувства. Они вышли из замка в
радостном настроении и с невероятным изумлением поведали согражданам о
любезности барона, восторженно жестикулируя и прославляя Фиц-Олвина. Эти добрые
люди совсем не привыкли, чтобы их сеньор-норманн обходился с ними с подобной
вежливостью!
Искусно составленное объявление сообщало, что вскоре состоится состязание
между жителями Ноттингемшира и Йоркшира. Был назначен день состязания, а местом
его проведения выбрана долина между Барнсдейлским лесом и деревней Мансфилд.
Поскольку были приняты все меры к тому, чтобы весть о состязании достигла самых
дальних уголков обоих графств, она дошла и до ушей Робин Гуда. Молодой человек
тотчас же решил принять в них участие и поддержать честь города Ноттингема. До
Робина донеслись также слухи, что сам барон Фиц-Олвин должен руководить этими
играми. Подобная снисходительность так мало согласовывалась с мрачным и
нелюдимым нравом старика, что Робину тут же стали понятны тайные замыслы
благородного лорда.
"Ну что же, - решил наш герой, - пойдем на риск, но примем все необходимые
меры для достойной защиты".
Накануне соревнования Робин собрал всех своих людей и объявил им, что он
намеревается принять участие в играх и получить награду в честь города
Ноттингема.
- Ребята, - добавил Робин, - запомните хорошенько: на состязании будет
присутствовать барон Фиц-Олвин, и у него, несомненно, есть особые причины, по
которым он так хочет понравиться йоменам. Я думаю, что знаю эти причины: это
очередная попытка захватить меня. Так что я возьму с собой сто сорок человек:
шесть из них примут участие в соревновании, а остальные смешаются со зрителями и
в случае предательства будут готовы действовать по первому же зову. Оружие
держите наготове и постарайтесь выдержать борьбу не на жизнь, а на смерть.
Все приказания Робин Гуда были точно выполнены, и в назначенный час его
люди небольшими группками отправились в Мансфилд, куда добрались без всяких
приключений и где уже собралась многочисленная толпа.
В состязаниях должны были принять участие Робин Гуд, Маленький Джон,
Красный Уилл, Мач и еще пять человек. Одеты они все были по-разному и друг с
другом почти не разговаривали, чтобы их не узнали.
Местом, выбранным для соревнований, была большая поляна на краю
Барнсдейлского леса, немного в стороне от большой дороги. Огромные шумные толпы
окрестных жителей теснились в огороженном пространстве, в середине которого
стояли ратные щиты. Напротив стрельбища был воздвигнут помост, ожидавший барона,
на которого была возложена честь судить игры и вручать награды.
Вскоре явился и сам шериф в сопровождении солдат. Еще человек пятьдесят
солдат, принадлежавших ему и переодетых йоменами, смешались с толпой - им было
приказано хватать всех подозрительных и доставлять их самому шерифу.
Приняв эти меры предосторожности, лорд Фиц-Олвин надеялся, что Робин Гуд,
чья страсть к приключениям заставляла его пренебрегать опасностью, явится один,
и лорду, наконец, повезет - ему удастся отомстить разбойнику, чего он так долго
ждал со сверхчеловеческим терпением.
Начались состязания: трое стрелков из Ноттингема снесли щиты, но ни один
не попал в середину. Затем вышли три йоркширских йомена: они стреляли с тем же
исходом. Потом появился Красный Уилл и с необычайной легкостью попал и самую
середину щита.
Зрители прокричали "ура" в честь него, а затем его место занял Маленький
Джон. Молодой человек послал стрелу точно в отверстие, которое проделала в щите
стрела Уильяма; и не успел служитель вытащить стрелу Джона, как выстрелил Робин
Гуд: его стрела расщепила ее и стала на ее место.
Толпа пришла в восторг, зашумела, а ногтингемские горожане стали биться об
заклад на немалые деньги.
Появились три лучших йоркширских стрелка и, твердой рукой пустив стрелу,
попали прямо в глазок щита.
Настала очередь северян кричать от восторга и заключать ставки в спорах.
Барона мало интересовало, какая из сторон возьмет верх, но он внимательно
следил за лучниками. Робин Гуд привлек его внимание, но, поскольку зрение его
давно стало слабым, он не мог на таком расстоянии распознать лицо своего врага.
Мач и остальные лесные братья, которых Робин выбрал для участия в стрельбе
по мишеням, попали в цель без всякого труда; за ними стреляли четыре йомена,
легко сделавшие то же самое.
Почти все лучники имели такой навык в стрельбе по мишеням, что победа
могла достаться всем и никому; тогда было решено установить прутья и стрелять в
них, а для этой цели отобрать по семь сильнейших стрелков от каждого из
соперничающих графств.
Защищать честь своего графства жители Ноттингема назначили Робин Гуда и
его людей, а йоркширцы выбрали йоменов, показавших себя лучшими стрелками.
Начали йомены; первый расщепил прут, второй его слегка коснулся, а стрела
третьего пролетела совсем рядом: казалось, что соперники не смогут их превзойти
в меткости.
Но вышел Красный Уилл, небрежно вскинул лук, пустил стрелу и расщепил
ивовый прут пополам.
- Ура Ноттингемширу! - закричали горожане Ноттингема, кидая в воздух шапки
и меньше всего думая о том, что найти эти шапки в такой толпе будет невозможно.
Поставили новые прутья; все люди Робина, от Маленького Джона до последнего
лучника, с легкостью расщепили их. Наступила очередь Робина: он пустил одну за
одной три стрелы, причем с такой скоростью, что, если бы люди не видели
расщепленные прутья, они бы ни за что не поверили в подобную ловкость.
Были придуманы и другие испытания, и во всех Робин легко одолевал своих
соперником, хотя они и были умелыми стрелками.
В толпе раздались голоса, что сам Робин Гуд не смог бы бороться с йоменом
в красной куртке (так зрители прознали Робина).
Это предположение, столь опасное для Робина, быстро превратилось в
уверенность, и пробежал слух, что победитель игр и есть сам Робин Гуд.
Йоркширцы, униженные поражением, принялись тут же кричать, что если в
борьбе участвует такой стрелок, как Робин Гуд, то шансы сторон заведомо неравны.
Они жаловались, что чести их стрелков нанесен урон и что они проспорили деньги
(а для них это было самое существенное), и в надежде отобрать их обратно
попытались от слов перейти к драке.
Как только лесные братья поняли, что их соперники питают враждебные
намерения, они, как бы случайно, собрались в одном месте и составили отряд в
восемьдесят шесть человек.
Пока среди спорщиков разгоралась ссора, Робин Гуда под радостные крики
жителей Ноттингема подвели к шерифу.
- Дорогу победителю! Слава меткому стрелку! - кричало две сотни голосов. -
Он выиграл приз!
Робин Гуд, скромно опустив голову, в самой почтительной позе стоял перед
лордом Фиц-Олвином.
Тот во все глаза всматривался в него, пытаясь разглядеть черты его лица.
Что-то в фигуре, а может быть, и в одежде молодого человека заставляло его
заподозрить, что перед ним неуловимый разбойник, но уверенность эта была слаба,
а сомнения велики, и барон не решался на поспешные действия из страха все
испортить. Он протянул Робину стрелу, надеясь узнать его по голосу, но молодой
человек обманул надежды барона: он взял стрелу, вежливо поклонился и заткнул ее
за пояс.
Несколько мгновений оба молчали, потом Робин сделал вид, что собирается
уходить, и в ту минуту, когда отчаявшийся барон решил предпринять какие-то
действия, поднял голову, пристально посмотрел на него и со смехом сказал:
- Милейший друг, нет таких слов, которые бы смогли выразить всю мою
благодарность за дар, который вы сейчас мне поднесли. Вернувшись под зеленую
сень моего уединенного жилища, я бережно сохраню в сердце это драгоценное
свидетельство вашей доброты ко мне. От всей души желаю вам всего самого
хорошего, о благородный сеньор города Ноттингема.
- Арестуйте его! Арестуйте! - прорычал барон. - Солдаты, выполняйте свой
долг. Этот человек - Робин Гуд, хватайте его!
- Подлый трус! - ответил Робин. - Вы же объявили, что игры будут
публичными и открытыми для всех, чтобы любой без всякого исключения мог получить
удовольствие, ничего не опасаясь.
- Изгнанник лишен всех прав, - сказал барон. - Приглашены были честные
граждане, а ты не входишь в их число. Хватайте этого разбойника, солдаты!
- Первого, кто сделает хоть шаг, я убью! - закричал Робин Гуд громовым
голосом и направил свой лук на одного
...Закладка в соц.сетях
