Жанр: Детская
Забытые страницы истории
...о их мнению, является то, что в
Федерации Малайзии живут еще <дикие женщины> - так их называют. Один из
представителей администрации объяснил мне, что женщины этих родов не хотят
принимать участие в выборах, ибо считают, что выборы - забава честолюбивых
мужчин, алчущих власти. <Они стремятся получить в свои руки власть, чтобы
навязать всем свой ленивый образ жизни>.
Обычаи, подобные этим, не такое уж исключение в мире. Они мало чем
отличаются от того, что можно видеть сегодня у наиров, живущих в Индии, на
Малабарском береге. Этническая группа эта довольно велика - свыше полутора
миллионов человек.
Деревни наиров представляют собой не совсем привычное зрелище. Обычно
эти поселения состоят из нескольких усадеб, каждая из которых является
чем-то вроде крепости, хорошо защищенной и с трудными подступами. В такой
усадьбе живет одна родственная группа. Возглавляет ее женщина.
Когда девушке наиров приходит время выходить замуж, ей не нужно
дожидаться женихов или гадать, кто остановит на ней свое благосклонное
внимание. Инициатива брака принадлежит ей самой или ее родственницам,
которые выбирают будущего супруга.
Слово <супруг>, впрочем, не совсем точно. И муж и жена продолжают
жить каждый в своей семье. То, что они муж и жена, сводится к тому, что
время от времени муж посещает жену и ночует у нее в доме. Естественно, у
таких супругов не может появиться общего имущества. С детьми отец почти не
встречается. Вообще же проявлять какое-то внимание или интерес к своим
детям со стороны отца считается у наиров чем-то непристойным
Для того чтобы такой брак прервался, достаточно бывает
незначительного повода. Как и в заключении брака, инициатива здесь тоже
принадлежит женщине. В один прекрасный день сама жена или ее родственницы
намекают супругу, что неплохо было бы, если бы он прекратил свои визиты, а
лучше всего - совсем забыл дорогу к их дому. Мужчины-наиры, привыкшие во
всем повиноваться женщинам, покорно внимают этому совету.
В прошлом, когда некоторые группы наиров объединились в княжества,
власть наследовали тоже только по женской линии.
Итак, кое-где женщинам удалось сохранить главенствующие позиции и
сегодня.
Сколь многочисленны подобные острова женского царства сказать трудно.
До сих пор значительные районы земного шара остаются фактически
недоступными для изучения. Прежде всего это отдельные области Южной
Америки, где и сейчас можно предположить существование <амазонских
территорий>. В Бразилии есть территория величиной с Бельгию, где не
ступала еще нога исследователя. Как утверждают некоторые путешественники,
в лесных дебрях вокруг озера Титикака и ныне будто бы обитают амазонки.
Индейцы окрестных племен называют их уру. Предводительница этих уру якобы
сведуща в тайных знаниях и колдовстве.
Пытаться проникнуть в глубь этих районов значит рисковать жизнью.
Например, еще триста лет назад было замечено, что наступление сумерек в
долинах Перуанских Анд несет смерть. Стоит человеку пробыть там несколько
часов как он заболевает тяжелой формой анемии, часто имеющей роковой
исход. Даже если человек и поправляется впоследствии, все тело его
остается покрытым язвами. Оказалось, виновница этого - песчаная муха, не
выносящая солнечного света и вылетающая только в сумерках. Это лишь один
пример того, что подстерегает путешественника, отважившегося углубиться в
неисследованные районы Южной Америки.
Даже в наше время несколько экспедиций, отправившихся в эти районы,
пропало бесследно, как камень, брошенный в лесное озеро. Люди вошли в
джунгли, и зеленые заросли сомкнулись за их спиной навсегда.
Непроходимые джунгли, горы, болота до сих пор, возможно, охраняют
последние прибежища легендарных амазонок Южной Америки.
Как бы ни были экзотичны порой рассказы об амазонках, истоки этих
легенд, по-видимому, надо искать в прозе экономических отношений.
Матриархат был закономерной ступенью развития, но он должен был неизбежно
исчезнуть по мере накопления общественного богатства. И вот почему.
Согласно материнскому праву происхождение считалось только по женской
линии. Соответственно, имущество наследовалось по материнской линии -
переходило к кровным родственникам со стороны матери. Дети наследовали
имущество матери, но не отца. Пока предметы, составлявшие наследство, были
незначительными, особых проблем, связанных с наследством, не возникало. Но
вот люди начинают приручать животных, дающих молоко и мясо. С развитием
скотоводства главным добывателем пищи становится мужчина. Он же теперь и
собственник нового источника пищи - скота. Наследование по линии матери,
материнское право становится тормозом общественного развития. В конце
концов материнское право отмирает. <Ниспровержение материнского права, -
писал Ф. Энгельс в своей работе <Происхождение семьи, частной
собственности и государства>, - было всемирно-историческим поражением
женского пола. Муж захватил бразды правления и в доме, а жена была лишена
своего почетного положения, закабалена, превращена в рабу его желаний...>
Так выглядит этот процесс в <прозаической> историко-экономической
трактовке. Это не исключает величайшего драматизма самих этих событий для
их современников, тем более что современниками их были сотни поколений -
процесс прихода патриархата на смену матриархату занял многие тысячелетия.
Особенно затянулся этот процесс в племенах, где сохранился первобытный
строй, в племенах, которые оказались отгорожены от остального мира
непроходимыми джунглями, горами или гибельными топями болот. В таких
местах действительно могли остаться отдельные островки матриархата, те
самые <царства амазонок>, поисками которых были заняты столь многие
исследователи, путешественники и искатели приключений.
ТРОПОЙ КЛАДОИСКАТЕЛЕЙ И АЛХИМИКОВ
В поисках Эльдорадо
Едва ли кому в истории выпадала столь редкая честь и такая высокая
привилегия. Те, кто открывал новые земли, объявляли их обычно
собственностью короны. Только Уолтер Рейли (1552 - 1618), поэт и
придворный советник английской королевы Елизаветы, волей ее величества
получил исключительное право - считать все земли, которые он откроет в
Новом Свете, своей личной собственностью. Это было в то время, когда мир,
каким знаем мы его сегодня, не был даже нанесен на географические карты.
Неизвестны были большая часть Америки, Австралии, острова Тихого океана.
Огромный загадочный континент Африки простирался гигантским белым пятном
между двух океанов. Рейли без особого труда мог бы стать основателем
империи, в десятки раз превосходившей по территории Британские острова.
Однако У. Рейли не создал империи. Возможно, сам он был создан не из
того материала, из которого делаются императоры. Единственным итогом его
путешествий явилась книга путевых очерков, вышедшая в 1597 году в Лондоне
и озаглавленная <Открытие обширной, богатой и прекрасной империи Гвианы с
описанием большого города Маноа...>.
Тщетно, однако, стали бы мы искать этот город на картах. Искать его
нужно не там. То был город-призрак, город-мираж. Маноа - призрачная
столица не менее призрачной страны Эльдорадо. Город этот существовал лишь
в умах тех, кто верил в него и его искал. Для них этот город был не менее
реален, чем для нас любая действительность нашего сегодняшнего дня.
Вера в Эльдорадо была столь велика, что нашлись даже очевидцы, сами
якобы посетившие эту страну и этот город. По словам одного из сподвижников
Ф. Писарро, столица Эльдорадо находилась между реками Амазонкой и Ориноко,
на берегу озера Парима. Другой испанец рассказывал, будто провел в этом
городе золота целых семь месяцев. По его словам, каждый день король этой
страны покрывает свое тело каким-то клейким составом, поверх которого его
осыпают пылью из чистого золота, и на целый день король превращается в
живую золотую статую. Когда наступает вечер, позолоту смывают с него и
выбрасывают, чтобы на следующий день осыпать короля новой золотой пылью.
Подобно тому как бессмысленно задаваться вопросом, яйцо ли породило
курицу или курица яйцо, невозможно узнать, возникла ли легенда о золотой
стране Эльдорадо из этого рассказа или, наоборот, рассказ о позолоченном
короле был порожден легендой. Известно только, что само слово <эльдорадо>,
или <эль-дорадо>, по-испански значит именно <позолоченный> и название этой
легендарной страны связано с рассказом о позолоченном короле.
Нас не должны удивлять простодушие и легковерие людей, с открытой
душой готовых поверить прекрасной легенде об обетованной земле, о золотой
стране Эльдорадо. Каждая эпоха порождает, очевидно, свои заблуждения и
химеры, наивность которых бывает так уязвима для снисходительного сарказма
тех, кому посчастливилось родиться на несколько столетий позднее.
У. Рейли не был мудр трезвой мудростью последующих веков. Он верил в
реальность Эльдорадо и даже пытался ее найти.
Первая его попытка совершить это окончилась неудачей. Правда,
<неудача> довольно слабое слово для той серии несчастий, которые следовали
за ним буквально по пятам. Вскоре после далеко не триумфального
возвращения Рейли в Англию на престол вместо Елизаветы взошел Яков I.
Теперь мы не видим поэта ни среди блистательных приближенных, ни среди
советников короля, а находим его в глухом застенке. Замешанный в заговоре,
обвиненный в государственной измене, преданный друзьями и выданный
сообщниками, бывший искатель Эльдорадо был приговорен к смертной казни.
В ожидании дня, когда приговор будет приведен в исполнение, он провел
в тюрьме долгих двенадцать лет. Человеку, который мог стать обладателем
целых континентов, принадлежал теперь только вид на кусочек неба из
крохотного зарешеченного окна его камеры.
Возможно, Рейли так и окончил бы свои дни в безвестности, в глухих
казематах королевской тюрьмы, если бы его не вывела на свободу все та же
страстная мечта об Эльдорадо. Он пишет королю об этой стране, об ее
баснословных золотоносных копях, о жителях, которые за неимением другого
металла используют золото для самых обыденных целей. Страну эту вот уже
который год тщетно ищут испанцы, и, если не поспешить, они могут прийти
туда первыми.
Письмо Рейли к королю возымело действие. Однажды на рассвете его
разбудил стук открываемого замка. Тяжелая глухая дверь приоткрылась. За
порогом <государственного преступника> ждали начальник тюрьмы и офицер для
особых поручений. Начальник расплывался в улыбке и кланялся. Офицер был
непроницаем. Рейли спустился по влажным от утреннего тумака ступеням к
ожидавшей его внизу карете.
Минуло всего несколько недель, и небольшая эскадра, выйдя из устья
Темзы, развернулась под ветром и взяла курс к берегам Южной Америки.
Начальник экспедиции, с лица которого не сошла еще тюремная бледность,
подолгу не выходил из своей каюты. Склонившись над картой и своими старыми
записями, он пытался воссоздать в памяти все, что слышал когда-то об этой
стране. Он знал, что человеку выпадает шанс только раз в жизни. Ему этот
шанс выпал дважды. Рейли постарался сделать все, чтобы не упустить его на
этот раз. Он был требователен к офицерам, жесток с матросами и беспощаден
к себе. Но ветры, течения и судьба будто сговорились против него, и они
опять оказались сильнее.
Кораблям так и не удалось войти в устье Ориноко. Ураганный ветер рвал
паруса, относил корабли к скалам, бешеные волны выбрасывали их на мели.
После множества безуспешных попыток, стоивших поломанных мачт и порванных
снастей, когда экипаж был уже на грани бунта, Рейли приказал лечь на
обратный курс.
Конечно, окажись на его месте человек, который бы искал вслепую, он,
возможно, стал бы двигаться на ощупь вдоль побережья, к северу или к югу -
безразлично, пока не наткнулся бы на какие-нибудь неизвестные, может, даже
на изобилующие золотом или серебром земли. Но Рейли искал не вслепую. В
том-то и дело, что он был уверен, он знал, где должна находиться эта
страна Эльдорадо. Именно поэтому он искал ее именно здесь и нигде больше.
Однако Рейли достаточно хорошо знал и короля, чтобы понимать, что
значило вернуться в Англию с пустыми руками. Вот почему он решил
компенсировать казначейству расходы, связанные с экспедицией, если не
золотом Эльдорадо, то хотя бы золотом, захваченным на встречных испанских
кораблях. В конце концов, не все ли равно королевской казне, откуда
золото?
Оказалось, что не все равно. Хотя казначейство и сочло себя вполне
компенсированным за расходы на экспедицию, встал вопрос, как
компенсировать раздраженных испанцев. Поразмыслив, король пришел к выводу,
что дешевле всего будет, пожалуй, казнить Рейли. А почему бы и нет? Кровь
обидчика удовлетворит экспансивных испанцев, очевидно, не меньше, чем
золото, которое можно будет не возвращать. Король предпочитал решать
вопросы с точки зрения государственных интересов...
Сам Рейли, удрученный феерической сменой удач и поражений, надежд и
новых разочарований, отнесся к вести о предстоящей казни без особого
волнения. Уже на эшафоте, увидев отточенный топор, приготовленный для
казни, Рейли позволил себе каламбур. Последний в жизни.
- Это лекарство, - меланхолически заметил он, снадобье острое! Но
врачует от всех болезней.
Какую болезнь имел в виду Рейли? Не ту ли, о которой говорил,
обращаясь к посланцам верховного правителя ацтеков Монтесумы II,
завоеватель Мексики Эрнан Кортес? <Передайте своему владыке, сказал он,
чтобы он прислал нам золото, много-много золота, потому что мои спутники и
я страдаем от болезни сердца, которую не может излечить ничто, кроме
золота>.
Кортес думал, что ловко обманул Монтесуму, солгав ему. Он сам не знал
еще, насколько то, что он говорил, было правдой. Не та ли это болезнь,
получившая название <золотой лихорадки>, которая с новой силой вспыхнула
позднее, века спустя, в Калифорнии и по берегам Клондайка?
У. Рейли не был ни первым, ни последним, кто отправился на поиски
Эльдорадо.
В 1535 году Себастьян де Бельалказар во главе большого отряда
выступил из Кито на поиски и завоевание этой страны. Целых четыре года,
подобно медленному смерчу, двигался отряд по речным долинам и
плоскогорьям, сжигая селения, истребляя жителей, теряя солдат, коней,
амуницию, только для того, чтобы по истечении четырех лет, замкнув круг
небывалых лишений, жестокостей и неудач, снова появиться вблизи Кито.
Заметно поредевший отряд вышел с тяжелой поклажей, которую несли на
себе уцелевшие. Среди добычи, которую конкистадоры так бережно пронесли
сквозь многодневные переходы, голод и кровавые стычки, было немало золотых
вещиц.
Мог ли слух об Эльдорадо получить более веские подтверждения, чем
золото?
Вот почему едва завершилась экспедиция Бельалказара, как буквально по
ее следу отправились другие. Всякий раз поводом для такого похода служило
<бесспорное свидетельство очевидца> или тайна, которую кто-то открыл перед
смертью, или показания индейца, данные им под пыткой. Такой прием давал
свои результаты. Не находилось индейца, который отказался бы в конце
концов ответить на вопросы испанцев. Страна золота? Нет, не здесь, она
лежит дальше, за теми горами, за двумя большими реками, за много-много
дней пути... Когда же эти <много дней пути> были позади, новые пленники
говорили нетерпеливым испанцам, что нужно идти еще дальше. И они снова
отправлялись в путь, спускаясь по болотистым рекам, прорубая узкие тропы
сквозь зеленую стену джунглей.
На смену одной бесследно исчезнувшей экспедиции шли другие
экспедиции. Все с тем же упорством и верой в успех одна за другой они
отправлялись в путь, чтобы никогда не вернуться.
Золото, золото, золото... Ради него люди годами не спали в постели,
не видели крыши над головой. Они умирали от змеиных укусов, от укусов
москитов, которые несли <желтую смерть> - лихорадку. Ядовитые плоды,
ядовитые растения уносили не меньше жизней, чем отравленные стрелы
индейцев.
Призрачное золото Эльдорадо манило к себе тысячи авантюристов и
искателей приключений. Они устремлялись на его зов, подобно бабочкам,
летящим на огонь и гибнущим в его пламени. В чем же была неодолимая,
притягательная сила этого желтого пламени?
Золото человек узнал намного раньше железа, меди и бронзы. Его не
нужно было учиться выплавлять из руд, получать в сплавах. Золото
встречалось в природе в чистом виде. Первые изделия из металла были
изделиями из золота. Археологи обнаружили их в древнейших слоях неолита.
Но тогда золото служило лишь материалом для изделий. Оно не имело еще той
<колдовской силы>, которую обрело позднее. Истоки этой силы вскрыл К.
Маркс. <Золото и серебро, - писал он, - по природе своей не деньги, но
деньги по своей природе - золото и серебро>*. В условиях товарного
производства, объяснял Маркс, золото выполняет функцию всеобщего
эквивалента, то есть товара, на который обмениваются все другие товары.
_______________
* Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 13, с. 137.
В обществе, где цель человеческой жизни - обладание, каждый стремился
обрести эквивалент этого обладания товарами и вещами - золото. Средоточием
этих устремлений и стала легендарная страна золота Эльдорадо. Поиски ее
продолжались два с половиной столетия. Впрочем, призрак страны золота
появился задолго до открытия Америки. В свое время еще Плиний писал о
<золотом острове> Хриза, расположенном где-то посреди Индийского океана.
Позднее, придавая этим сведениям более точный характер, Птолемей сообщал
даже географическую широту <золотого острова>...
Со временем <золотой остров> превращается в острова. На одной из карт
IX века можно видеть эти острова, расположенные к югу от Цейлона. <На этих
островах якобы так много золота, - писал известный арабский путешественник
Идриси, - что, по слухам, даже собаки носят там ошейники из червонного
золота>.
Мы никогда не узнаем, наверное, кто были они, эти мечтатели или
безумцы, впервые отправившиеся на поиски страны золота. Попытки найти ее,
очевидно, так же древни, как и первые слухи о легендарной стране. Один из
древнейших письменных источников - Библия упоминает о такой стране золота
- Офир. Туда, если верить записанному в Библии, царь Соломон и царь Тира
Хирам снаряжали корабли за золотом, слоновой костью, эбеновым деревом.
Многие историки пытались определить точное местоположение этой страны.
Немец Б. Мориц искал Офир в Южной Аравии, француз Ж. Оппер в Нубии. Другие
надеялись обнаружить ее следы в Восточной Африке, Индии и даже на
Соломоновых островах. Некоторые помещают страну Офир в районе
Баб-эль-Мандебского пролива.
Но пока это лишь гипотезы, предположения.
Другой древней страной золота можно было бы считать Эю (Колхиду). К
ее берегам, повествует предание, некогда отправились античные герои на
корабле <Арго>. Плывущие на <Арго> - аргонавты - должны были добыть
золотое руно, шкуру золотого барана. Предание об этом плавании, правда или
миф, - воспоминание о греческих поселениях вдоль побережья Кавказа и о
золоте, поступавшем из тех мест.
Легендарную золотую страну в разные века искали в разных концах
земли. В X веке арабский историк Масуди писал о такой стране,
расположенной будто бы в Африке. Позднее Мунго Парк, один из
путешественников, побывавших в Западной Африке, с удивлением и восторгом
сообщал, что южнее Нигера находится страна, изобилующая золотом. Возможно,
он имел в виду Золотой Берег, нынешнюю Гану. Парка поразило, что золото в
тех краях обменивалось на соль, причем в равных количествах. За фунт соли
давали якобы фунт золота. В тех краях соль была такой редкостью и так
ценилась, писал путешественник, что, желая сказать, как человек богат, о
нем говорили: <Он ест соль за каждой едой>.
Когда была открыта Америка, перед искателями Эльдорадо распахнулась
дверь в новый мир. Это был мир, где правда и вымысел шли рука об руку.
<Недавно из Испании появились достоверные сведения, - конфиденциально
сообщал курфюрсту Саксонии его агент, - что обнаружен новый остров Сериф,
на котором ничего нет, кроме самородного золота. Двух пленных царьков
возили повсюду, пытаясь найти кого-нибудь, кто мог бы их понять,
рассчитывая, что от них можно добиться многих сведений об их острове. Но
они вскоре умерли. Позже король снарядил еще три корабля, которые послал
на тот остров, чтобы разузнать, как можно его приобрести или завоевать...
Всех местных жителей король решил уничтожить, так как не хочет оставлять
остров в руках грубого, упрямого и опасного народа>.
Не приходится сомневаться в том, что будь подобный остров
действительно обнаружен, печальная участь его жителей была бы предрешена.
Точно так же, как и в том, что пришельцы сделали бы это, уверяя и веря
сами, что руководствуются самыми возвышенными побуждениями и благородными
мотивами.
Возвращаясь из походов и экспедиций, искатели Эльдорадо привозили с
собой не только рассказы об удивительных странах, но и золото. Правда, его
было меньше, чем виделось распаленному воображению конкистадоров, но
все-таки это было золото, и каждый грамм его вливался в общий поток,
хлынувший после открытия Америки в Европу.
Согласно некоторым подсчетам, если бы можно было собрать все золотые
монеты, которые находились в обращении во всех странах Европы в тот день,
когда корабли Колумба отправились за океан, это составило бы всего около
90 тонн. После этого проходит примерно сто лет, и количество золота,
находившегося в обращении, возрастает в восемь раз! Рядом с каждой золотой
монетой, что была во времена Колумба, появилось семь новых. И каждый из
привезенных из-за океана кусочков золота имел свою историю, порой сложную
и жестокую. Историю, которой не узнает уже никто.
Первыми получив доступ к золоту за океаном, испанцы, казалось, должны
были бы стать самым богатым, самым процветающим народом Европы. Но этого
не случилось, более того - вышло нечто обратное. Дело в том, что золото
само по себе не строит корабли, не ткет холсты, не отливает пушки. На него
можно только купить то, что произведено другими. Это и происходило в
течение многих десятилетий. В то время как испанцы тратили свое золото,
покупая изделия в Германии, Англии, Франции, в ответ на этот спрос там
развивалась промышленность. Когда же потоки золота начали иссякать, в этих
странах, в отличие от Испании, осталась развитая промышленность,
производящая товары. А. С. Пушкин писал в <Евгении Онегине>, что его
герой, прочитав труды англичанина Адама Смита, <был глубокий эконом, то
есть умел судить о том, как государство богатеет, и чем живет, и почему не
нужно золота ему, когда простой продукт имеет...>.
Последняя экспедиция на поиски Эльдорадо отправилась из Голландии в
1748 году. Но последняя ли? Что знаем мы о других смельчаках или безумцах,
поднимавших парус и отправлявшихся навстречу неведомому? Те, кто ищет эту
страну, не перевелись и в наше время. Несколько лет назад в столице Перу
журналисты буквально осаждали французского врача, побывавшего в одном из
малодоступных районов Амазонки. Он обнаружил там племя индейцев,
обладающих поистине несметным количеством золота. Племя это, по его
словам, последняя ветвь какого-то некогда могущественного древнего народа.
Не они ли наследники и потомки жителей легендарного Эльдорадо?
Подобные сообщения о неизвестных племенах и даже древних городах,
затерянных в джунглях Южной Америки, всякий раз воскрешают забытые было
мечты о золотой стране. Имя Эльдорадо снова замелькало на страницах газет,
когда несколько лет назад у подножия Анд был обнаружен затерянный город
инков. Заросли джунглей подступали к самым его стенам. Английские
исследователи, случайно наткнувшиеся на него, нашли там такое количество
золота, что многие опять заговорили об Эльдорадо.
Из века в век смельчаки отправлялись в свой отчаянный поиск. Следы их
исчезают среди безымянных каньонов, затерянных плато и забытых рек... Но
иногда вдруг вспыхивают знакомым словом на сегодняшней географической
карте: Эльдорадо город в Техасе, Эльдорадо город в штате Арканзас;
Эльдорадо в Иллинойсе, в Канзасе; Эльдорадо в Венесуэле.
Однако, как ни странно, нельзя отыскать ни одного Эльдорадо ни в
Калифорнии, ни в районе Клондайка, то есть там, где, казалось бы,
действительно сбылась наконец мечта тех, кто искал призрачную страну
золота.
Путь на север
Весной 1898 года немногочисленные обитатели Доусона с тревогой
вглядывались в даль Клондайка, освобождавшегося от льдов. Что принесет
городу эта весна? Весть о найденном золоте уже покинула пределы Клондайка.
Поток охотников за самородками давно бы уже захлестнул и город, и его
окрестности, если бы внезапно не упала зима, белым барьером отделившая
Клондайк от остального мира. Но стоило в этой преграде появиться хоть
малейшей трещине, как долго сдерживаемый поток прорвался. В то утро, когда
это произошло, жители Доусона увидели целую армаду лодок, которые, лавируя
между льдинами и ускоряя темп, неслись к городу. Это напоминало гонки.
Множество лодок,
...Закладка в соц.сетях
