Жанр: Биография
Биография
...епость.
Мы для раненых устраиваем елку. Все целуем. Жена Нина".
Капитан, показывая карандашом на подпись, тихонько говорит:
- Женя, Нина.
И быстро пишет что-то на телеграмме. Лицо его лукаво.
Красноармеец-башкир улыбается чуть хвастливо:
- У меня дома в Уфе тоже жена есть. Она мне тоже смешной писем пишет.
- Врешь, врешь! - говорит второй красноармеец. - Никакой жены у тебя
нету...
- Невеста есть в Стерлитамаке, Лола зовут, - задумчиво и безобидно
отвечает башкир. - Она мне тоже смешной пишет.
Максимов кладет телеграмму в конверт и протягивает его Коле:
- Не забудьте сегодня отправить.
Телефонист, окончивший приемку, молча передает капитану исписанный
лист, подходит к печке, греет руки и, усмехаясь, спрашивает у лыжника:
- A y тебя есть Лола?
- Лолы у меня, я прямо скажу, нету, - отвечает лыжник. - Лола у меня
после войны будет.
- Тебя убьют, потому что ты бегаешь без маскировочного халата, - строго
говорит телефонист.
Лыжник усаживается, расправляет халат, достает иголку и говорит
серьезно:
- Убьют? Тогда, конечно, никакой Лолы не будет...
Капитан Максимов, прочитав телефонограмму, приказывает шоферу:
- Приготовьте машину. Едем в штаб участка.
Коля подтягивается:
- Есть приготовить машину, товарищ капитан!
- Товарищ посыльный, - спрашивает капитан Максимов у лыжника, - по
опушке леса вдоль озера дорога не под обстрелом?
- Я проскочил, было тихо, товарищ капитан... Но я что? Тень...
стрела... заяц...
- Заяц? - усмехается телефонист. - От таких зайцев волки на деревья
скачут!..
x x x
Через лес пробираются два дозорных финских лыжника. Что-то услыхали,
насторожились и направились к дороге, по которой едут в штаб капитан
Максимов и шофер Коля.
Максимов молча смотрит вперед. Коля говорит, не поворачиваясь к нему,
глядя на дорогу:
- Разрешите, товарищ командир, спросить? Почему вам дома картина у Нины
не понравилась?.. А мне понравилась. Люди идут, цветы несут. Ребятишки по
хорошей дороге на палках скачут. Весело... - Коля вертит рулевую баранку,
машина прыгает. - А это разве дорога? Погибель! - говорит он, меняя тон, и
искоса смотрит на озабоченное лицо Максимова. - Вы бы что-нибудь, товарищ
командир, сказали... Очень мрачная вокруг территория.
А вокруг действительно мрачно: угрюмый лес, черный скелет сгоревшей
избы, обломки скал, расщепленное дерево, причудливо-уродливые фигуры из
снега.
- Да, на картине дорога красивая, - задумчиво говорит Максимов. -
Только очень ровная, гладкая, без задержки, без боя...
- Как - без боя?! - восклицает Коля, резко меняясь в лице, дает тормоз
и хватает пулемет.
Взрыв, дым.
Коля в снегу. Ручной пулемет лежит стволом на пне, и, перед тем как
нажать на спуск, Коля кричит:
- Как - без боя?! Нынче без боя дорог не бывает!
Мчатся на лыжах белофинны. Капитан Максимов стреляет. Коля дает очередь
в полдиска.
В небе внезапно появляются два самолета, на крыльях у них красные
звезды. Настороженно смотрит вниз наблюдатель. Вдруг он делает резкое
движение: он увидел, как внизу, на дороге, отряд лыжников окружает крохотную
машину. Стремительно и круто ложатся самолеты на крыло.
Один из финнов бросает ручные гранаты. Коля падает навзничь. Максимов
хватает пулемет и дает по финнам очередь. Потом он смотрит на пустой диск и
стреляет из нагана в затвор пулемета.
Стремительно нарастает рев моторов: низко пролетая над дорогой,
самолеты бьют сверху по финнам. Максимов тянет за плечи Колю. Тот
неподвижен. Капитан становится на колени и, достав из простреленной сумки
индивидуальный пакет, бинтует голову Коли. Закончив перевязку, он встает,
сдергивает шинель с убитого финна, потом другую, третью и закутывает ими
Колю. Потом становится на лыжи и, взглянув на компас, уходит.
Улетели своим путем самолеты. На дороге остались исковерканная машина и
убитые белофинны. Близ дороги, укутанный шинелями, лежит Коля.
А капитан Максимов мчится на лыжах под гору через лес. Внезапно он
спотыкается и со всего размаха летит в снег. Лыжа сломана пополам. Максимов
стоит по пояс в снегу и рассматривает сломанную лыжу. Отбросил ее,
прислонился к дереву и ест снег.
x x x
По дороге идет, покачиваясь, башня с пушкой - бронемашина. Позади еще
три. И на всех на них красные звезды. Водитель первой машины смотрит через
узкую щель бойницы и видит, что на пустынной дороге рядом с убитыми финнами
валяются полузанесенные снегом обломки легковой машины капитана Максимова.
Броневик останавливается, выскакивают красноармейцы.
Коля услышал шум. Он приподнялся, открыл глаза и озирается. Рядом с ним
лежит на снегу перчатка капитана.
x x x
Раздается громкий звонок. Это началась большая перемена. В школе
обычная суматоха. В углу шепчутся две девочки - это Катя и Жени
Александрова.
Женя Максимова поймала за руку и теребит малыша Вовку:
- Ты зачем утром опять в пальто к Саше ввалился? Он болен, к нему
нельзя... Я знаю, я сама санитарка. - Она показывает на значок.
- Да... Но было спешно! Было важно! Было очень срочно нужно!
- "Спешно, срочно, важно, нужно"!.. - скороговоркой передразнивает
Женя. - Я попрошу Юру или Петьку, чтобы они тебя срочно поколотили.
Вдруг, заметив шепчущихся девочек и как бы не веря своим глазам,
изумленная Женя медленно выпускает руку Вовки, который улепетывает прочь. Но
тут же его крепко хватает за руку Тимур.
- Стой прямо! Ногами не дрыгай и гляди мне в глаза! - холодно говорит
он.
- Ну, глянул, - робко отвечает Вовка.
- И что ты там видишь?
- Ну, ничего... Синяк вижу, царапину...
- Не туда смотришь, смотри глубже...
- Ну, круги вижу... Зрачок, дырку...
- Ты видишь в моих глазах гнев! Кто высыпал ведро золы, а вчера бросил
валенок и мерзлую кошку за стены нашей крепости? Ага, молчишь! - Он хочет
дать Вовке щелчка, но раздумал и усмехнулся. - Исчезни! Здесь нейтральная
территория, но смотри не попадись мне на поле боя!
Тимур отпустил руку Вовки. Вовка мчится прочь и тотчас же попадает в
лапы Юры.
- Стой! О чем ты шептался с Тимой Гараевым? - спрашивает Юра. - Ага,
измена! Ты замышляешь предать родной двор и переметнуться к нему на чужбину!
- Нет, он не задумал на чужбину, но он хвастун и он надоедает больному
Саше, - с презрением говорит Женя Максимова. - Юрка! Значит, решено? Устроим
для раненых елку?
Юрка поворачивается к Вовке:
- Ты смотри, пока об этом молчок!
- Я, братцы, никому... Я человек-камень... Человек-могила!..
Женя Максимова подскочила к Кате и дернула ее за руку:
- С кем это ты всю перемену шепталась?
- Это Женя Александрова, одна девочка из шестого "Б". И она мне
рассказывала, какое шьет к елке платье...
- Знаю я эту Александрову. Я стояла, я тебе мигала, моргала, а ты...
Какое у нее платье? Из материи или из бумаги?
- Она не велела говорить... Она говорит, что ты задавала и что ты
вместо нее просунула не в очередь пальто в раздевалке.
Женя остолбенела, потом всплеснула руками и говорит, задыхаясь:
- Я задавала? Я не в очередь? Вот клевета, какой еще не было на свете!
В это время гремит звонок, и Женя меняет голос на обыкновенный:
- Катя, не верь: никуда и ничего я не просовывала.
Она удивленно смотрит и видит, что Женя Александрова подошла и взяла
Тимура за руку. Оба они смеются.
- Подумаешь, принцесса крепостного гарнизона! - говорит Женя с
гримасой. - Саша выздоровеет, крепость возьмет, а их поколотит.
- Что ты, что ты! Какая принцесса? Она дочь броневого командира...
- Я сама дочь артиллерийского капитана, и это я, а не она придумала
устроить для раненых елку.
- Ну, вот ты и задавала! Женька, сознайся, ну чуточку, ну вот столечко,
а все-таки задавалочка.
x x x
В комнате отдыха, в отделении для выздоравливающих прифронтового
лазарета, сидит за столом шофер Коля в халате; с повязкой на голове. Перед
ним скомканная бумага и конверт. На столе стоит оловянный солдатик. Коля
что-то чертит на белом листе бумаги. Обращаясь не то к сидящему напротив с
книгой раненому, не то к солдату, он говорит:
- Когда я закрою глаза, чудная встает передо мной картина... Тепло...
светло. Идут люди, а также ребятишки и красивые девушки. Песни поют... Несут
цветы... Лимоны там, фрукты разные. Весело! А дорога перед ними... - Он
зажмурился. - Дорога... лети, вертись, как круглый шар по бильярду! - Коля
смотрит на лист бумаги, на нем довольно точно воспроизведена по памяти
картина Нины, но человечки нарисованы очень смешные: очень уж широко открыты
их поющие рты, слишком пышны в их руках букеты, и слишком беспечны их
веселые лупоглазые лица. - И вот, когда возникает передо мной эта чудная
картина, то сразу представляется мне еще другая дорога: разбитая "эмка",
дым, пустые обоймы. И на снегу перчатка моего капитана, который укутал меня
шинелями, чтобы я, Башмаков, не сдох и жил для общей, а отчасти и для своей
пользы...
Раненый удивленно поднял от книги глаза на Колю и смотрит, как тот
говорит, обращаясь теперь только к игрушечному солдатику:
- Странно! И что мне эта картина? Картон... Краска... Звук далекой
музыки... Вроде как и ты, смешной солдат, чужая тень, простая оловяшка...
Так почему же, когда я смотрю на вас, сжимается у меня за людей сердце?..
- Потому что ты сидишь с утра за бумагой, - говорит раненый с книгой. -
Сейчас я позову сестру, и она отберет у тебя ручку и чернила.
Коля торопливо принимается писать снова.
Двое раненых играют в шашки; один, сидя в кресле, тренькает на
мандолине и тихонько напевает:
Письмо придет - она узнает.
На щеку скатится слеза...
И горько-горько зарыдают
Ее прекрасные глаза...
Коля отрывается от письма и говорит раненому:
- Прошло всего четыре дня, а мне кажется, что прошло четыре года.
Он задумался. Потом опять заговорил не то с раненым, не то сам с собой:
- Когда я вступал в партию, меня один человек спрашивает: "Чего тебе
впереди надо?" Я отвечаю: "Чего всем людям: счастья..." Он говорит: "Про это
в программе не написано. Наша цель - социализм и далее коммунизм в
развернутом виде. А счастье - понятие неопределенное и ненаучное..." - "Нет,
- говорю я, - для отдельного типа действительно так. Кто его угадает, что
ему в жизни надо? Одному - жена, другому - изба, третий на рояле играть
любит... Но чего всем людям вместе надо, это и научно определить возможно".
Медицинская сестра проходит мимо:
- Товарищ Башмаков, что вы бормочете? Оставьте чернила и бумагу. Идите
гулять или играть в шашки.
- Шашки - пустое развлечение. Это игра не для моего характера...
Сестра, как бы мне получить из цейхгауза вещи? В гимнастерке лежит
неотправленное письмо капитана.
- Вещи и документы вы получите послезавтра, когда пойдете в отпуск.
Сестра уходит, и Коля снова обращается к раненому:
- Доктор сказал: "Странный случай в медицине. Если обыкновенного
человека стукнуть по голове, он дуреет. В вас же швырнули бомбой, ударили
головой о дерево, а вы сидите и рассуждаете, как настоящий философ".
- Он пошутил. Это он сказал для ободрения духа. - Раненый показывает на
рваную бумагу: - Вот ты уж десять раз письмо рвешь и опять пишешь... Это
разве философия? Это дурь!
- Я пишу семье моего погибшего начальника... Я пишу: "Девушка,
зачеркните на вашей картине цветы. Капитан был прав, и нынче без боя дороги
не бывает!"
Раненый пожимает плечами:
- Доктор определенно пошутил. Случай в медицине самый обыкновенный...
Сестра подходит и говорит твердо:
- Больной Башмаков, оставьте ручку и чернила. Идите гулять. Отдыхайте
или играйте в шашки.
Коля торопливо берет конверт, вкладывает в него исписанный лист бумаги
и пишет адрес: "Ленинград, Красноармейская, 119, Максимовым. Лично для
Нины". Быстро подходит он к стоящему тут же в комнате почтовому ящику. И
мгновение медлит.
Раненый с мандолиной громко запевает!
Письмо придет - она узнает,
На щеку скатится слеза...
Коля рывком бросает письмо в щель почтового ящика.
Играющие в шашки с треском заканчивают партию. Раненый, который читал,
захлопывает книгу. Все они разом, дружно подхватывают:
И гор-р-рько-горько зарыдают
Ее прекрасные глаза...
x x x
Нина сидит на кровати около Саши. Она берет его за руку и говорит:
- Женя в школе, няня в магазине. Я вернусь скоро. Саша, я прошу тебя, к
окну не подходи близко...
- Женька моих голубей не кормит. И там кто-то их к своему окну
переманивает.
- Хорошо, я буду их кормить сама. Ты мне веришь?
- Почему папа не ответил на твою телеграмму?
- Почему? Очень просто: они, вероятно, перешли в наступление, и
телеграмма его не застала на старом месте.
- А где у него было старое место?
- Я не знаю... Ну, где-нибудь в лесу, - Нина улыбается, - под елкой.
Ты, Саша, сам командир и это дело лучше меня знаешь.
- Да, конечно, - благодарно улыбаясь, говорит Саша. - Они перешли в
наступление. И я перейду в наступление тоже. Иди. Я тебя люблю, Нина.
Нина ушла, а Саша подошел к окну, поцарапал по заснеженному стеклу
пальцем и сделал круглую дырочку. Прилетают голуби и усаживаются на карниз
окна.
В это время раздается звонок. Саша выходит в переднюю и видит, как
сквозь щель просовывается письмо. Он поднял его и бежит в свою комнату. На
лице его волнение. Он повертывает письмо. Глядит на свет. Ему очень хочется
вскрыть письмо. Но на конверте надпись: "Лично для Нины".
Саша кладет письмо на подоконник и стоит у окна. Вдруг он замечает, что
к одному из окон в стене высокого дома напротив слетаются на снежный карниз
голуби. Через форточку просовывается рука и сыплет крошки голубям. Голуби
клюют. Тогда Саша в гневе поворачивает рукоятку оконного запора и
распахивает обе рамы. Пар врывается в комнату. Саша высовывается из окна,
шарит по подоконнику и тянет тряпку. А тряпка зацепила и тянет письмо. Тянет
и оловянных солдатиков.
Саша кричит:
- Это кто моих голубей переманивает?
Снизу, со двора, удивленно наблюдает за Сашей Коля Колокольчиков.
Саша швыряет тряпку. Летит вниз письмо, и падают солдатики.
Перегибаясь, с отчаянием смотрит Саша вниз, но письма не видно. Он поднял
голову и замер, потому что в окне напротив он теперь видит изумительной
красоты девочку. У нее белые, падающие кольцами на плечи локоны. Волосы
схвачены обручем, от которого расходятся мерцающие лучи. На ней легкое, как
дымка, усеянное звездами платье, и она пальцем показывает куда-то вниз. Там,
внизу, за уступом, невидимое Саше, лежит письмо.
Саша высовывается глубже. Но тут в комнату вбегает Нина, хватает за
плечи Сашу, оттаскивает от окна и закрывает рамы. Саша бросается в переднюю.
У дверей Нина его задерживает.
Саша бормочет:
- Оставь! Пусти!.. Я уронил за окно письмо... Это письмо с фронта, от
Коли, про папу...
- Сашенька... Саша... Мы письмо сейчас найдем. Мы его разыщем.
Саша, сразу ослабев, прижимает голову к груди Нины, глаза его
закрываются, он бормочет:
- Письмо лежит в снегу... там в окне девочка, она звезда... Она вам
покажет... Она его видит...
Нина в недоумении.
А загадочная девочка все еще смотрит через морозное окно. Вдруг она
что-то внизу увидела и всплеснула руками.
x x x
Саша лежит в постели. Снова его томит жар. Температура снова все растет
и растет. Неподвижно стоит в углу комнаты целый полк оловянных солдатиков,
лежит на ковре у дверей котенок. И вдруг четким движением все солдатики
сходят со своих оловянных подставок, маршируют и поют:
Спит, тревожным сном объятый,
Наш начальник до утра.
Оловянные солдаты,
Нам в поход идти пора.
Сон его не потревожа,
Разумеется само,
Отыскать ему поможем
Очень важное письмо.
Тра-та. Тра-та.
Тра-та-та-та.
Снега, сугробы и леса...
Оловянные солдаты
Разошлись на полчаса.
При этих словах все войско разделяется на несколько отрядов, которые
вполоборота расходятся в разные стороны.
x x x
С винтовками наизготовку, по пояс в снегу торчат возле рваного валенка
оловянные солдатики.
Стоит Тимур, рядом с ним - Коля Колокольчиков. В руках у Тимура
распечатанное письмо.
- Оно лежало здесь... - показывает Коля и видит солдатиков. - Смотри,
куда свалились из окна оловянные солдаты. - Он поднимает их.
- Зачем ты письмо распечатал? - спрашивает Тимур.
- Оно намокло и в кармане отклеилось. Я иду - дай, думаю, отнесу. А
потом иду - дай, думаю, прочитаю.
- Это письмо тревожное. Письмо неясное. И я еще не знаю, нужно ли,
чтобы такие письма доходили по адресу...
Тимур быстро прячет письмо в карман, потому что подходит нянька.
- Эй, вояки! Вы здесь ничего не поднимали? - спрашивает она.
- Да, они упали из вашего окна, - говорит Коля и протягивает
солдатиков. - Это ваши солдаты?
- А больше ничего? Письма в снегу не было?
Мальчики молчат.
- Он бормочет: "Голубая звезда, она письмо видела", - задумчиво говорит
нянька. - Бред, температура... Какое письмо? Какие звезды? А может быть... -
Тут нянька пристально смотрит на мальчиков. - Вы глядите, я правду все равно
узнаю!..
x x x
В кровати сидит Саша с книгой "Прорыв танками укрепленной полосы".
Рядом с Сашей - Вовка. Саша читает:
- "После того как тяжелые танки пройдут предполье, старший
артиллерийский начальник должен перенести всю мощь огня в тыл, препятствуя
продвижению вражеских резервов..." - Он бросает книгу. - Нет, это нам никак
не подходит...
- Может быть, подойдет где-нибудь в другом месте... - нерешительно
говорит Вовка и листает книгу.
- Нет, и в другом месте не подойдет тоже... Но крепость должна быть
взята и разрушена! Прикажи Юрке поставить людей на лыжи, запасти лестницы,
щиты, крюки, веревки...
- Да, но ты сначала не хотел этого сам. Кто велел гнать инженерную
роту? Кто сказал, что мы не плотники, не столяры, а казаки?
- "Казаки, казаки"! У казаков разведка, а у нас?.. Неужели нельзя
узнать, что этот комендант нам еще приготовил?!
- Я тебе говорю, он сумасшедший. Часовые сменяются вторые сутки, а за
стенами что-то стучит у них, колотит, - уныло отвечает Вовка; и тут же
радостно вспыхивает: - Есть идея! Молчи и не спрашивай. Я направлю в
крепость свою агентуру.
- Какая беда, что я болен! Наступайте! Вызовите на помощь мальчишек из
дома тридцать шесть, из сорок четвертого!.. Мы им осенью помогали. Достаньте
рогожи, доски! Нападайте, когда темно, к ночи... Нам стыдно! Их мало, а они
над нами смеются и зовут нас то "Дикой дивизией", то "Большой ордой"... Нет
папы! Был бы папа, он бы подсказал, посоветовал. Вовка, будь другом... -
Саша показывает на окно: - Разыщи, чья там квартира. Там у окна сидела
девочка. Она как звезда, в волосах искры, сама голубая. И кто со снега
письмо про папу взял, она видела.
- Да! Но в этот Дом ход... совсем с другого квартала: надо через парк,
мимо крепости. А как ее, девочку, зовут?
- Ну вот, кабы я знал! А ты спроси: не у вас ли живет вот такая?
Саша пробует показать, как выглядит девочка: делает надменное лицо,
крутит от головы к плечам пальцами, изображая локоны.
- Такая? - Вовка повторяет Сашины движения, потом неуверенно говорит: -
Да, но если я даже найду квартиру и стану спрашивать, не живет ли здесь вот
такая, то жильцы очень просто могут подумать, что я какой-нибудь
ненормальный.
- Ну и пусть подумают. Экое дело!
- Обидно. Кроме того, меня по дороге изловят часовые из крепости.
- Так ты не пойдешь? Для товарища! Ты трус!
- Кто, я? - Вовка смотрит на увешанную деревянным оружием стену. - Дай
мне какую-нибудь саблю! - Снимает одну, гнет, швыряет. - Не та сталь... Вот
эту. Дай пистолет. - Снимает со стены пистолет, важно жмет Саше руку. -
Прощай!
Вовка уходит, но в дверях поворачивается:
- Вот такую? - Он чертит вокруг своей головы звезду и локоны. - Засекай
время! Я тебе приволоку эту звезду сюда... За волосы!
x x x
Через четверть часа Вовка выводит во двор свою маленькую, четырехлетнюю
сестренку. Она похожа на шар. На руках ее большие варежки, а на ногах
неуклюжие валенки.
Вовка вынимает руку из кармана:
- Смотри. Это конфета... - Он вынул вместо конфеты чернильную резинку,
увидел и запнулся. - Гм... Это не конфета. Но здесь будет конфета. Одна,
две... Четыре! Иди вот туда. - Он показывает в сторону крепости. - Видишь
стены, ворота? Иди. Махай прутиком, как будто бы ты гуляешь, а сама пой
песню: "Тра-ля-ляй, тра-ля-ляй..." Они тебя не тронут. А ты смотри, в ворота
заглядывай! Потом все мне расскажешь. А потом я тебе за это дам... ну, там
увидим что... смотря по заслугам. Иди! А мне, - он вздохнул, - звезду искать
надо.
Вовка задирает голову на стену восьмиэтажного дома и считает окна:
- Первое, второе, третье, три уступа, два балкона, окно снизу третье,
сбоку шестнадцатое. Раз, два! Засекаю! - Он взмахивает саблей, оборачивается
и видит перед собой вооруженного Колю Колокольчикова.
- Я дозорный крепости Колокольчиков. Кто ты? - холодно спрашивает Коля.
- Я... Вовка...
- Что у тебя в руке?
- У меня? У меня палочка.
- Врешь, это сабля. Стой и защищайся.
- Очень странно. Вы, кажется, хотели... перемирие...
- Мир для воинов, а не для диверсантов! Ты же ночью забросил к нам в
крепость мерзлую кошку, а кто-то недавно высыпал за стену ведро с золой. За
это мы должны тебя уничтожить!
- Золу не я. Это Юрка.
- Юрка будет уничтожен особо, а ты особо!
Коля вынимает саблю, но тут же растерянно оглядывается, отскакивает и
убегает прочь, потому что с метлой в руке к ним приближается дворник. Он
басовито кричит вдогонку Коле:
- Ты... разведка! Со двора выметайся! Вы меж собой воюйте, сражайтесь,
но у меня чтобы все стекла целы были!
Завидев приближающуюся Женю Максимову, Вовка нахохливается и важно сует
саблю за пояс.
- Трус! Так я тебя и испугался! Жаль только, что помешал дворник...
Женя, возьми мою сестренку. Пойдите с ней вон там погуляйте. Очень
интересно. Вон стоит комендант Тимка. Ты подойди к нему и что-нибудь тыр...
быр... тыр. Ну, ты умеешь... А я тихо, как тигр, проскочу мимо крепости.
Женя берет за руку девочку и критически оглядывает Вовку:
- Ты не тигр, а ты просто смешной ушастый кролик.
x x x
На небольшой площадке около парка толпится народ: здесь продают елки.
Меж деревьев, направо от дороги, видна снежная крепость. За нею стена ограды
большого дома. В сторонке стоят Катя и Женя Александрова.
- Ты Женя, и она Женя, - говорит Катя. - Я вас помирю. Она очень
хорошая. Ее отец тоже на фронте... И мы решили устроить для раненых елку. -
Катя оборачивается и резко спрашивает подошедшего к ним вплотную Тимура: -
Тебе что надо?
- Это Тимур, мой товарищ, - говорит Женя и тихо предупреждает Тимура: -
"Большая орда" готовит к штурму лыжи, крюки, палки.
- Знаю.
- Ты всегда все сам знаешь! - слегка обижается Женя и, увидев
приближающуюся к ним Женю Максимову, отворачивается.
- Ты что? - удивляется Тимур.
- Это идет одна девчонка. Ты ее, кажется, тоже знаешь...
- Это идет Женя Максимова. Знаю.
Он тянет Женю Александрову за собой, но она вырывает руку. Тимур
подходит к Жене Максимовой. Они дружески здороваются.
- Тимур определенно помешался, - говорит Женя Александрова Кате. - Он
ведет ее в нашу крепость, а она все расскажет своему брату!..
Тимур подводит Женю Максимову и Вовкину сестренку к прекрасной снежной
крепости с фортами, башнями и зубцами. За ними идет и Катя.
На одной из башен развевается флаг - звезда с лучами. Ниже, в стене
башни, часы - это вправленный в снег будильник. Над часами решетка. У ворот
крепости стоит часовой. Внутри деловито суетится гарнизон. На уступах стен
возвышаются пирамиды снежных снарядов. Между зубьями самодельный зеркальный
перископ. В углу стоит что-то громоздкое, тщательно укутанное рогожей. Горит
костер, над костром котелок. Коля Колокольчиков торопливо пьет из кружки чай
и ест булку. У огня лежит большая собака.
Тимур показывает девочкам какое-то замысловатое орудие. Казенная часть
его - это косой, покрытый льдом лоток, по которому уложены цепочкой круглые
снаряды. Справа колесо с рукояткой. По ободу колеса широкие стальные
пластинки. Это автопушка. Около нее возятся артиллеристы. Знакомя с ними
девочек, Тимур называет номера расчета: замковый, наводящий, подающий,
заряжающий.
- Сколько? - показывая на орудие, спрашивает Тимур.
- Проверял по часам: сто двадцать выстрелов в минуту, - отвечает
замковой. - Была одна задержка - перекос снаряда. Но это вина их, - он
показывает в сторону мальчишек, которые лепят снежки, - а не наша.
Замковой поворачивает круг, стальная пластинка оттягивается. Снаряд
скользит по лотку и становится перед казенной частью. Пластинка с треском
срывается, снаряд вылетает. На его место стал другой, потом третий,
четвертый.
Целая очередь снарядов пролетает над головой Вовки, который осторожно
крадется по тропке через парк. Вовка присел. А замковой в крепости дает еще
несколько выстрелов, к полному восхищению Жени и Кати. Только маленькая
Вовкина сестренка, не обращая ни на что внимания, опасливо смотрит на
большую собаку.
Женя видит сооружение, покрытое рогожей. Хочет его приоткрыть. Но Тимур
быстро задергивает рогожу:
- Простите, но этого нельзя. Это наша военная тайна.
Резкий св
...Закладка в соц.сетях
