Жанр: Боевик
Жиган 1. Жиган
... требование в письменном виде.
- Ладно, начальник, через пару часов встретимся.
Барак четвертого отряда гудел как потревоженный улей. Зеки, наглотавшиеся чифира и
водки, горланили песни. Кто-то выяснял отношения между собой.
Жиган лежал на своей шконке, прислушиваясь к разговорам и крикам.
- А че ты мне своим Артуром в глаза тычешь? Где он, твой Артур? Его никто не
видел! - разорялся зек по кличке Духан.
- Все равно он смотрящий, - возражал ему Вася Рикша.
- Кокан должен быть смотрящим. Он за нас пошел с ментами мазаться.
- Мы и так неплохо жили, на хрена нам с хозяином воевать?
В самый разгар спора в бараке появился Кокан в окружении блатных.
- Тихо! - крикнул один из бойцов. - Смотрящий речь толкать будет.
Зеки кое-как утихли. Кокан вышел на середину барака и громко сказал:
- Менты скоро встанут на колени. С хозяином я уже перетер. Пока мы держимся вместе,
с нами они ничего не сделают.
Половина зеков довольно зашумела, но многие не выразили никакого энтузиазма по
поводу слов, сказанных Коканом. Жиган понял, что первоначальная эйфория скоро пройдет. Те,
кто еще не успел окончательно отпить мозги, начинают соображать: нельзя долго дразнить
гусей.
- Хавла мало!.. - крикнул кто-то из зеков.
- Будет хавло, - пообещал Кокан. - Вечером будет. Индюшку тоже подкину.
В бараке снова воцарился шум, зеки вернулись к прерванным развлечениям: картам и
спорам. Обещания вполне удовлетворили их.
Кокан в окружении нескольких татуированных бойцов направился к Жигану.
- Слышь, пацан... Дело есть, - сказал ему смотрящий.
Жиган насторожился.
- Что за дело?
- Хозяин хочет побазарить с Артуром.
- А я тут при чем?
- Надо сходить к нему в больничку.
- Ну так сам сходи или кого-нибудь из своих торпед пошли.
- Их, - Кокан кивнул в сторону бойцов, - Артур слушать не станет. У меня времени
нет, на мне сейчас вся зона висит.
- А, кроме меня, больше некому?
- Как видишь.
"Ишь ты, - подумал Жиган, - прищемило. Но лучше сходить в больничку с
порядочным человеком побазарить, чем тут среди всей этой голытьбы на шконке париться".
- Ладно. - Он спрыгнул вниз. - О чем с ним говорить-то?
- Расскажи, что в зоне происходит. Если Артур будет с нами, его никто из зеков не
тронет, зуб даю. Откажется - ему хана. Я пацанов сдерживать не буду.
Жиган усмехнулся.
- Может, белый флаг взять?
- Зачем? - не понял Кокан.
- Я же вроде как парламентер.
- А... - Кокан махнул рукой. - Обойдешься. Из больнички по тебе никто стрелять не
станет.
Жиган направился к выходу из барака, по пути перешагивая тела зеков, сидевших в
проходе. Некоторые просто валялись вповалку. Кокан шагал следом, ругаясь вполголоса:
- Вот свиньи, уже успели обкуриться...
- К вечеру уже весь барак таким будет, - вполоборота повернув голову, сказал
Жиган. - С кем ты против ментов идти собираешься?
- Ничего, есть еще люди, - ответил Кокан, но голос его прозвучал неуверенно.
- Ну-ну...
Выйдя из барака, Жиган быстро миновал жилую зону. Здесь царили тот же хаос и
беспорядок, что и в отряде. Очумевшие от водки, "дури" и чифира зеки бесцельно шлялись по
территории жилой зоны, находя развлечение лишь в том, чтобы задираться друг с другом и
орать ругательства в адрес ментов. Это были, по большей части, обычные мужики.
Тише и спокойнее других вели себя, как ни странно, блатные. Они сидели на корточках
группами по нескольку человек, курили, осторожно поглядывали на сетку, ограждавшую
жилую зону.
Проходя мимо блатных, Жиган увидел лежавшие рядом с ними на земле металлические
заточки.
Жигана, шагавшего в сопровождении Кокана и его бойцов, блатные провожали
недобрыми, подозрительными взглядами.
Особенно многочисленная группа зеков собралась возле медсанчасти. Нетрудно было
догадаться о причинах их нахождения здесь.
По рукам ходили таблетки и ампулы со шприцами. Добравшись до больнички, зеки
распотрошили все шкафы и завладели медикаментами, обладавшими сколь-нибудь заметным
наркотическим действием.
У двери Жигану преградили дорогу несколько блатных, вооруженных металлическими
прутьями. На груди у каждого были выколоты купола церквей, плечи украшали звезды
отрицаловки.
- Куда?
- Свали, - негромко, но твердо сказал Кокан, выступая из-за спины Жигана.
- Ты же сам сказал, никого не впускать и никого не выпускать.
- Этому можно. Я за него отвечаю. Будет выходить - выпустишь.
Блатные неохотно расступились.
- Давай, пацан, я жду.
Кокан с прощальным напутствием похлопал Жигана по плечу.
- А если не обломится?
- Тогда пеняй на себя.
В голосе Кокана Жиган услышал плохо скрытую угрозу.
Он прошел небольшой приемный покой, где не было ни единого человека, миновал
коридор и повернул направо, на лестницу.
Повсюду виднелись следы недавнего погрома. Под ботинками хрустели стекла битых
ампул, на ступеньках лестницы тускло блестели пятна разлитой жидкости.
У дверей палаты, которая служила прибежищем Артура, сидели на корточках несколько
зеков.
Жиган узнал их - это были бойцы из кентовки Артура. Судя по их внешнему виду, денек
выдался нелегким. У одного из бойцов было перебинтовано запястье, майка другого была
забрызгана подсохшими пятнами крови. Лица украшали синяки и ссадины.
Но, несмотря на это, они решительно преградили путь Жигану. Оружием зекам служили
медицинские инструменты. У одного из них в руках Жиган увидел скальпель с остро
заточенным лезвием.
- Куда прешь? - грубо спросил он. Жиган тут же поднял перед собой руки ладонями
вперед, демонстрируя свои дружелюбные намерения.
- Хочу с Артуром перетереть. Помогло то, что этот зек хорошо знал
Жигана в лицо. Тем не менее он тщательно обыскал его с ног до головы и лишь после
этого впустил в комнату.
Артур с мрачным видом сидел на кровати в окружении своих подельников. Увидев
Жигана, он метнул в его сторону быстрый испытующий взгляд и ровным, бесстрастным
голосом сказал:
- Смотри-ка, у нас гости. - Жиган прошел к окну и выглянул во двор.
Под окнами сидели в своей излюбленной позе на корточках четверо зеков. Они курили, то
и дело поглядывая на верхний этаж.
- Тебя, кажется, стерегут, - произнес
Жиган, не здороваясь.
- Кого же еще... А ты с чем пожаловал, небось Кокан прислал?
- Верно.
- Пацаны, - обратился Артур к своим зекам, - нам тут перетереть надо.
Без лишних слов блатные вышли из палаты, оставив Артура и Жигана наедине.
- Так ты теперь на его стороне? - спросил бывший смотрящий зоны.
- Я сам по себе, а сюда пришел, потому что мне этих ослов жалко.
- С чего бы это?
- Скоро вокруг зоны будет целая конвойная дивизия. Месить будут всех подряд.
- И тебя тоже.
- И меня тоже, - согласился Жиган. -
А здоровье уже не то...
- Так что же ты предлагаешь?
- Предлагаю вместе подумать.
- Думать тут нечего. Зону надо утихомирить. Что тебе Кокан сказал?
- Хозяин тебя хочет видеть.
- Так ведь я здесь больше ничего не решаю. Моих пацанов можно на пальцах двух рук
сосчитать.
- Не все в зоне хотят идти за Коканом.
- Откуда ты знаешь?
- Своими глазами видел. Конечно, хватает баранов, которым бы только кишку хавлом
забить. Но они не в счет. Когда им менты толкучку устроят, быстро протрезвеют.
- Хорошо, хоть ты это понимаешь, - с горечью сказал Артур.
Он вытащил из кармана пачку "Мальборо", сунул в рот сигарету и предложил Жигану.
- Кури.
- Благодарю, у меня свои.
Жиган достал свою "Приму", чиркнул спичкой.
Артур молча выкурил сигарету, бросил окурок под ноги и растер носком.
- Есть у меня одно предложение, - наконец сказал он. - Только для этого нужен пацан
вроде тебя - честный и отчаянный.
- Говори, если доверяешь.
- Другого бы я даже на порог не пустил, а тебе верю. Ты видишь, что кругом творится,
бардак и беспредел, все стало с ног на уши, воровские законы нарушены, меня самого чуть не
замочили. Хорошо, пацаны отбились. Когда козлов месят, это понятно, а если на бродягу,
законника руку поднимают, дальше такую гнусь терпеть нельзя. Согласен?
- Что ж тут скажешь...
- Вот именно. Братва друг на друга прет. Мужики совсем от рук отбиваются. А с чего все
началось, усекаешь? Рыба ведь гниет с головы.
- Ты про себя?
- Пока я был смотрящим в зоне, все шло путем - мужики пахали, исправно отстегивали
в общак, никого из блатных на промку никто не гонял. А зона, между прочим, считалась серой,
неворовской. Они еще не знали, что такое настоящая неворовская зона.
- Что же, по-твоему, стряслось?
- Непонятки начались, когда Кокан появился. И моя вина в этом есть, каюсь, грешен,
недооценил его. Тут и раньше залетные появлялись, зону пытались мутить, но я им быстро
мозги вправлял.
- А что ты мог сделать?
- Надо было сразу Кокана заглушить, а я с ним все цацкался, думал, он хочет стать
настоящим бродягой, хоть и прибыл сюда сухарем.
- Значит, не захотел...
- Вот от них главное зло в нашем доме.
Ты же это понимаешь? Жиган пожал плечами.
- Меня он не трогал.
- До поры до времени... Кокана надо убрать. А тех, кто за ним пошел, гасить
беспощадно.
- Кто же это сделает?
- Ты, - убежденно сказал Артур. Жиган невесело усмехнулся и покачал головой, как
будто услышал произнесенную не к месту шутку.
- Я? С чего ты взял?
- У тебя нет другого выхода. Кокан не дурак, он знал, что делал. Я действительно
недооценил его. Он прислал тебя сюда, потому что понимал - я никого другого не приму. Но
Кокан мира не хочет.
- Ты думаешь?
- Какой ему резон утихомиривать зону после того, как он ее разморозил? Сейчас он
должен идти до конца, я ему нужен только для торга. Когда ты вернешься отсюда ни с чем,
Кокан спокойно скажет, я, мол, хотел как лучше, делал все для мужиков, а Артуру на это
начхать, он только о своей шкуре заботится. И тебя, и меня они съедят со спокойной
совестью. - Он перехватил взгляд Жигана. - Что, не веришь?
- Не знаю...
- А Малхаза не забыл? Сам Кокан с ним, конечно, связываться не станет - как-никак
петух объявленный. Но кое-кто очень хочет тебе отомстить. Вылетит из толпы заточка или
кусок водопроводной трубы - ты даже икнуть не успеешь.
Прав, ох как прав был Артур. Временами Жиган сам удивлялся, как он до сих пор цел. С
тех пор как в колонии началась заваруха, его могли бы порешить уже не один раз,
возможностей для этого было хоть отбавляй.
Но перед встречей с Артуром Жиган даже в мыслях не мог допустить, что получит такое
предложение. Кокан, конечно, сухарь и гнида порядочная, но вот так просто замочить?..
Артур понял, что его собеседник колеблется, и принялся с жаром убеждать его:
- Послушай, пацан, это твой и мой шанс. Тебе, конечно, придется рискнуть. Но ведь это
игра. Кто не играет, тот не пьет шампанского. Ставка в этой игре - жизнь. Отсидеться может
только какой-нибудь серый мышонок. Логика простая - или ты их, или они тебя. Понимаю,
тебе трудно будет в одиночку, но больше ни на кого надеяться нельзя. Я верю только своим
пацанам, но их с тобой отсюда не выпустят, покромсают на куски прямо на входе. У нас
перемирие только до дверей.
- Тут надо крепко подумать.
- Да некогда сейчас думать, пойми. Еще час, другой, менты подтянут конвойников...
Если Кокану повезет, он продержится до утра. Под шумок отрицаловка начнет сводить старые
счеты. Даже если Кокан скажет, чтобы нас с тобой не трогали, его все равно никто не
послушает. Мне не поможет мой сан вора, а тебе - твои кулаки. Сюда во второй раз ты больше
не попадешь. Надо решаться сейчас.
- Ну, допустим... До Кокана ведь еще добраться надо. Он один по зоне не ходит.
- В верном направлении мыслишь. Жаль, Резо с нами нет. Такой же отчаянный парняга
был, как ты. С ним бы тебе пришлось полегче, а так придется полагаться только на самого себя.
Но ведь тебя тоже не пальцем делали, верно? Воевал, знаешь, что к чему.
ГЛАВА 12
Выходя из больнички после встречи с Артуром, Жиган почувствовал, что напряженность
в зоне резко возросла. Зеки толпились перед забором локалки, размахивая заточками и
прутьями. Отовсюду доносились крики:
- Эй, хозяин, гони сюда своих ментов!
- Падлы, мало вам нашей крови!
По дороге к своему бараку Жиган едва не задрался с блатными. Один намеренно толкнул
его в плечо. И стоило Жигану замедлить шаг, как вокруг него выросло еще несколько фигур.
- Ты чего, в натуре, ломом опоясанный? Одного из них Жиган узнал. Это был боец из
кентовки Малхаза, который во время замеса в бараке потерял несколько зубов.
Верно говорил Артур - такие никогда ничего не забывают и не прощают, а при удобном
случае воткнут тебе перо меж ребер - и поминай как звали.
Может быть, впервые в своей жизни Жиган так явственно почувствовал дыхание
ненависти. Смерть и раньше размахивала над ним своей ржавой зазубренной косой, но делала
это как-то равнодушно.
А сейчас она злобно щерилась своими гнилыми челюстями, будучи уверенной в том, что
не промахнется.
И все-таки ей пришлось остаться ни с чем. Кажется, Бог заметил на земле Жигана и
послал ему на выручку ангела-хранителя.
Ангел явился в виде Василия-Рикши.
Увидев, как блатные все плотнее обступают Жигана, Рикша бросился на выручку.
- Эй, пацаны!.. Вы че? Вы че?..
- Отвали...
- Меня Кокан послал, - бесстрашно соврал Василий. - Если его тронете, со
смотрящим будете мазаться.
Он схватил ничего не понимающего Жигана за руку, вытащил его из кодлы и, закрывая
собой, стал толкать к бараку.
- Да шевели ты копытами, - ругался он. - Или, может, вернуться хочешь?
Оторопевшие от такой наглости, блатные не успели вымолвить ни единого слова. На их
лицах было явственно написано: ничего, мы до тебя еще доберемся.
Наконец, оказавшись на безопасном расстоянии, Жиган спросил у Рикши:
- Ты откуда взялся?
- Ползал по двору от скуки.
- А к этим зачем полез? Они же тебя запросто могли на куски разорвать.
- Знаешь поговорку "наглость - второе счастье"? - напряженно засмеялся Рикша и
смахнул со лба крупные капли пота.
Похоже, он и сам только сейчас понял, как рисковал.
- Увидел, как тебя обступили, и решил: ну все, сейчас кишки на голову намотают. Не
мог спокойно на это смотреть.
- Ты что, чифира наглотался?
- Есть такое дело, - признался Рикша, похлопав себя по груди. - Мотор колотится как
бешеный. Давай-ка закурим.
Они остановились рядом с бараком и, присев на корточки, выкурили по сигарете.
- Вообще-то я не просто так во дворе оказался, - сказал Рикша, отплевываясь от
табачных крошек, прилипших к языку и губам, - слыхал, как вы с Коканом базарили насчет
Артура.
- Ну и что?
- А то, что потом Кокан вернулся и своим торпедам сказал, чтобы нашли Малхаза. Зачем
это, думаю, обиженный Малхаз понадобился смотрящему? Я, конечно, виду не подал, что меня
это касается, но сам на ус намотал. Потом Кокан слинял, и я из барака вышел.
- Малхаза видел?
- Нет.
- А Кокан где?
- Тоже не знаю. Он до сих пор не возвращался.
- А кто в бараке? Есть кто-нибудь из кокановской кентовки?
- Только пара торпед, хавло жрут.
- Где взяли? Кокан ведь вроде все раздал...
- Хрен их знает.
Разговор пришлось на минуту прервать. Из барака вышли несколько зеков, возбужденных
после чифира, и, шумно переговариваясь между собой, направились к соседнему бараку.
- Индюшки мало, - сказал Рикша, проводив их глазами, - пошли у соседей стрелять.
Как мыслишь, Жиган, чем все это закончится?
- Ментовским беспределом.
- Это и слону понятно... Разгонят нас по другим зонам или здесь оставят?
- А что, уезжать не хочешь?
- Привык уже к этой колонии, она мне как дом родной.
- Для зека в любой зоне - дом родной.
- Э, не скажи... Там одни порядки, тут - другие... А мне, между прочим, совсем мало
до откидки осталось.
Жиган, осмотревшись по сторонам и убедившись, что вокруг никого нет, придвинулся к
Василию.
- Слушай, Рикша, - понизив голос, сказал он, - всю эту бучу еще можно остановить.
- Как же ее остановить? Половина зоны ужралась, а другая от страха колотится.
- Если сделать все как надо, то блатные утихомирятся, а мужики вернутся на промку.
- Сделать ничего нельзя - все в руках
Кокана. Он эту кашу заварил, а смотрящие отрядов за ним пошли. Ему чем хуже, тем
лучше. Завтра менты зону гасить начнут, и больше всех пострадают, конечно, мужики, а
Кокану на это накезать. Он свое дело сделал.
- Я разберусь с Коканом, только мне помощь нужна.
Василий не поверил услышанному:
- Что?
Он резко повернулся к Жигану.
- Тихо ты, не дергайся. Я хочу добраться до Кокана, но пока не знаю, как это сделать.
- Да ты понимаешь, что говоришь?.. Если об этом кто-то узнает, тебя наизнанку
вывернут и на мелкие полоски покромсают.
- Не узнают, - прищурившись, проговорил Жиган, - если, конечно, никто не настучит.
- Ты чего, меня за падлу держишь?.. - обиделся Василий.
- Не держу, - успокоил его Жиган. - Поэтому и сказал тебе.
- А чем же я могу помочь? - после некоторого раздумья спросил Рикша. - Боец из
меня никудышный... Ну одного еще свалить могу. Так у Кокана же целая кодла...
- Со всей кодлой мы драться не будем. Тут надо сделать хитрее. Мне надо знать,
пойдешь со мной или нет? Если боишься, скажи сразу.
Василий засопел и принялся усиленно скрести заросшую щетиной физиономию.
- Да, задачку ты мне задал, Жиган... Я в герои не гожусь. У меня откидка не за горами,
досидеть бы надо как-нибудь...
Жиган кивнул.
- Все. Базаров нет.
- Нет! Ты погоди, погоди! - нервно воскликнул Василий. - У тебя вот семья есть?
- Мать и брат, - отстраненно сказал Жиган.
- А у меня жена и двое детей. Две девчонки... Понимаешь? Одной семь лет, другой -
десять. А ну как меня покалечат или, не дай Бог, еще что-нибудь?.. Как же они без меня, кто же
их на ноги поставит? И родни у нас никакой в Муроме нет. Один я у них.
- Ладно, Илья Муромец, - поднимаясь, сказал Жиган. - Сиди дальше, может, чего и
высидишь.
Никакого плана пока не было. Жиган даже не знал, где сейчас находится смотрящий
отряда. Оставалось только одно: сидеть в бараке и ждать его появления, а дальше поступать по
ситуации.
Помнится, это изречение Наполеона когда-то очень любил повторять командир
десантно-штурмового батальона, в который попал молодой боец Панфилов: сначала надо
ввязаться в бой, а потом посмотрим. Да и бессмысленно что-то планировать, когда вокруг
творится такой бардак. Рыскать по зоне, искать Кокана? Зачем?
Оставалось только ждать. Кокан обязательно должен появиться в бараке. Здесь его логово.
Правда, можно и не дождаться - если менты пойдут на штурм неожиданно рано. Что ж,
значит, не судьба...
Жиган лежал на своей шконке, глотая сигаретный дым, когда в бараке появился Василий.
Рикша, виновато опустив глаза, подошел к Жигану и сказал:
- Наверно, думаешь, что я гнида?
- Ничего я не думаю, - ответил Жиган. - Думать вообще вредно, особенно на зоне.
Рикша прикусил нижнюю губу и, глянув по сторонам, выпалил:
- Я с тобой.
- Что это на тебя нашло? - с горькой насмешкой поинтересовался Жиган.
- Не могу смотреть на это скотство. Там во дворе блатные одного мужика на пики
поставили.
- За что?
- Просто так. Подножку ему поставили. Хотели "хи-хи" поймать, а он набухался, ему
море по колено, блатному в челюсть задвинул, да так, что тот до сих пор выбитые зубы
пересчитать не может. Ну а дружки его мужику две заточки в плечи вогнали, когда я уходил со
двора, его на дальняк тащили. Наверно, в парашу вместе с Резо кинут. Вот такой глупой смерти
ни за что я боюсь больше, чем...
Он осекся и замолчал, когда понял, что таким образом может выдать Жигана.
- Не будешь задираться, они тебя не тронут. Это и коню понятно.
- А если какому-нибудь чмошнику взбредет в голову надо мной "хи-хи" сделать?
Жиган решил больше не отговаривать Василия, в, конце концов, помощник нужен. Здесь,
среди тысячи пар глаз, рук и ног, нужна хотя бы одна пара своих.
- Добро, - сказал Жиган. - Только смотри потом... Если что...
- Сам знаю, на что иду, - Рикша неожиданно улыбнулся. - Глянь-ка... -
Заговорщицки оглядываясь, Василий достал из кармана куртки небольшой бумажный сверток.
- Это что такое?
- Индюшка, - подмигнул Василий. - Чифирнем?
- Где взял?
- Оторвалось по случаю.
Сейчас чифир был как нельзя кстати, он придает бодрость и энергию, которые могут
понадобиться в любую минуту.
- Давай, - согласился Жиган, - только я в этом деле не спец.
- Обижаешь, парень. Сейчас все организуем. Потерпи немного.
Рикша умел неплохо готовить чифир, хотя в отряде главным специалистом по этому
напитку, любимому среди всех блатных, прежде считался авторитет Косой.
Он мог буквально по нескольким крупинкам определить, где был выращен чайный куст,
насколько вовремя его убрали, на какой фабрике и даже в какую смену произвели расфасовку.
После того как Косой, благополучно отсидев срок, отбыл на волю, настоящих специалистов
чифирного дела в четвертом отряде не осталось.
Кокан, поставленный после Косого смотрящим отряда, предпочитал наркотики. Особенно
он любил таблетки - промедол и теофедрин, которые иногда можно было достать в больничке,
а иногда доставляли в колонию посыльные из числа вольняшек - вольнонаемных сотрудников.
Прямо на полу барака Василий разложил небольшой костер из тряпок, обломков
табуреток и вскипятил воду в большой эмалированной кружке.
Вскоре напиток был готов. Несколько мужиков молча наблюдали за всей процедурой, но
никто не рискнул посягнуть на чифир, готовящийся для Жигана.
Василий попробовал напиток первым.
- А ничего, - довольно протянул он и отдал кружку Жигану.
Они сидели вдвоем на нижней шконке Василия и неспешно отпивали из кружки чифир:
сначала по одному глотку, потом по два.
Рикша рассказывал о своей семье:
- Трудно, конечно, с ними, с женщинами то есть. Их ведь у меня трое, а я один. Бывает,
соберутся в уголке втроем с мамкой и шепчутся о чем-то, только на меня так зыркают и
смеются. Я, конечно, не обижаюсь. А чего мне на них обижаться?
- Кто у тебя жена?
- Супруга у меня женщина хоть куда - справная, работящая, на электромеханическом
заводе она трудится, кладовщица. Но я, конечно, главная опора в семье. Какая у нее там
зарплата, восемьдесят рублей... Разве ж это деньги?
- Ты больше получал?
- Иной раз в месяц по три сотни заколачивал, пока херня вот эта не приключилась... -
Он вздохнул, помолчал. - Я подкалымить поехал на деревню. А тут дедок этот... И
затормозить я не успел. Дедка хоронили, на нем ни одного синяка не было.
- От чего ж он умер?
- А Бог его знает... От старости или от страха. Все бы ничего, если бы на своей машине.
А так, колеса казенные, ехал я без путевки, в общем, вклеили мне за это пятилеточку... Теперь
мои женщины без меня там в Муроме. Когда я сел, девчонки еще совсем махонькие были:
одной два, другой пять... Теперь уже невесты поди.
- Красивые?
- Знаешь, ночью перед сном все время пытаюсь лица их вспомнить и не могу, хоть убей.
Что ж за гадость такая, думаю. На фотографию вроде посмотришь: ага, они, красавицы. А глаза
закроешь - хоть ты тресни, лиц не видно, все по отдельности всплывает. У тебя такого
никогда не бывало?
- Нет.
Жиган хорошо помнил лицо матери, она нередко являлась ему во сне. А физиономию
братца ему и вспоминать не хотелось.
Игнат до сих пор не написал ему ни единой строчки. От матери пришло уже два письма,
но она ни единым словом не обмолвилась о том, чем занимается ее младшенький.
Чифир кончился. Сам собой угас и разговор.
Был уже поздний вечер, а Кокан до сих пор не появился в отряде. Лишь иногда в барак
забегали его бойцы, чтобы захватить с собой кого-нибудь из мужиков покрепче.
После очередного такого визита Василий угрюмо сказал:
- Готовятся, наверное.
- Сходи-ка на разведку. А то мы сидим тут как куры на насесте.
Василий без лишних слов покинул барак. Он вернулся минут через десять, выглядел
возбужденным и говорил, активно жестикулируя руками.
- Ментов нагнали видимо-невидимо!..
- Ментов или солдат?
- Да какая разница? Они же все в зеленой форме. Я даже на забор влез, чтобы
посмотреть. Кругом бошки торчат и стволы... Если ночью ничего не случится, то к утру
обязательно пойдут на штурм. Так зеки говорят.
- А что может случиться ночью?
- Не знаю, договорятся как-нибудь. Вроде бы хозяин требует, чтобы Кокан сдался, а
Артура выпустили из больнички. Тогда, мол, все кончится тихо-мирно.
"Все верно, - подумал Жиган, - отступать некуда. Кокан может ночью много дел
наделать".
Да, теперь ситуация напоминала карточную игру, когда на кону стоит жизнь, а карты уже
сданы. Еще совсем недавно игру можно было остановить, но теперь рулетка запущена, шарик
катится, игроки рассматривают свои карты и просчитывают дальнейшие ходы. Кубики падают
на зеленое сукно, пальцы до боли сжимают бильярдный кий перед ударом.
- Кокана видел? Где он?
- Не видел, но мужики из второго отряда сказали, что он на промке.
Жиган решительно встал.
- Пошли.
Барак уже наполовину опустел, те, кто был еще в состоянии двигаться, вывалили наружу,
остальные полегли кто где. Чифир, водка, анаша сделали свое дело.
По жилой зоне бродили возбужденные толпы зеков, среди них то и дело вспыхивали
громкие словесные перепалки, переходящие в ссоры и мочиловки. Кто-то яростно надрывал
глотку у забора, вызывая "поганых ментов" набраться духу и попробовать войти в зону.
Жиган и Василий пролезли через дырку в заборе, отделявшем жилую зону от промки, и
спустя минуту оказались возле столярного цеха.
За сиротливо распахнутыми воротами цеха стояла полная тишина.
- Здесь никого нет, - сказал Василий. - Пошли дальше.
Судя по всему, бастовавшие на промке заключенные уже давно перебрались в жилую
зону.
Неожиданно из-за угла донеслись чьи-то голоса.
- Погоди, - сказал Жиган, останавливая Василия и осторожно выглядывая из-за угла.
Двое зеков сидели на корточках у маленького кирпичного строения, освещенного фонарем с
одинокого столба. Зеки курили, осторожно поглядывая по сторонам и поплевывая на землю.
Жиган узнал их. Это были двое бойцов из кентовки Кокана.
Кирпичное строение было ремонтным участком. За этими стенами стояли несколько
токарных станков, слесарные столы и верстаки. Днем здесь активно шла работа, готовили
заточки, плашки (наладо
...Закладка в соц.сетях
