Братки

сторінка №11

...инета Горского.

---

- ..Я сейчас нахожусь рядом с офисом, но скоро я буду в редакции газеты
"Горожанин", если хочешь, там и увидимся, -
послышался в наушниках голос Потапова, говорящего по сотовому телефону. - Мне
необходимо передать пару статей
главному редактору, к тому же надо с ним переговорить лично. Что-то он
заколебался в последнее время.
Похоже, на него оказывается давление.
Монин слушал Потапова, следуя за его джипом на "девятке", которой управлял
Борян. Сам Монин направил "ухо"
антенны подслушивающего устройства в сторону автомобиля Потапова.
- Ну, что он там базарит? - спросил сидевший рядом с Боряном на переднем
сиденье Леха.
- Редакция газеты "Горожанин", - быстро произнес Монин. - Гони туда.
Он там скоро будет.
- Зачастил по журналюгам Крестный, - произнес Борян и, резко выкрутив руль
машины, свернул на перекрестке на
соседнюю улицу. После чего, утопив педаль газа в пол, ускорил бег вишневой
"девятки".
- Да, у него теперь один маршрут, все дела в одних и тех же точках: банк,
редакция, офис "Корвета" и помещение, где его
партия заседает...
"Девятка" на высокой скорости юркала по сетке городских улиц и через десять
минут остановилась на улице Капитанова,
напротив высокого девятиэтажного здания, один этаж которого арендовала редакция
газеты "Горожанин".
Монин, сняв с себя наушники, протянул их Лехе и, подняв с пола большой
чехол для теннисных ракеток, сказал:
- Ну все, я пошел. Будьте начеку.
Действуем, как договорились.
Он вылез из машины и, пройдя по улице, зашел в подъезд четырехэтажного
дома-"сталинки", расположенного напротив
входа в редакцию.
Поднявшись на самый верхний этаж, он остановился на лестничной клетке, на
которую выходила лишь одна дверь,
ведущая на чердак.
Монин вынул из кармана спортивной куртки небольшую связку отмычек и, взяв
самую универсальную, легко открыл
внутренний замок двери. Дверь тихонько скрипнула, когда Монин проник на чердак.
Чердак был старый, заваленный всяким хламом. Над головой Монина возвышались
деревянные стропила.
Когда-то, видимо, это помещение было жилым или использовалось под
производственные нужды, поскольку виднелись
еще перегородки, разделяющие площадь чердака на отдельные комнаты-клетушки.
Монин, держа сумку на плече, прошел в одну из таких клетушек, в наружной
стене которой располагался узкий оконный
проем. Вынув из кармана куртки резиновые перчатки, Монин быстро надел их, после
чего, поставив теннисный чехол на пол,
ухватился за оконную ручку и резким движением распахнул окно. Затем он нагнулся
к чехлу и расстегнул "молнию" замка.
Внутри чехла находилась завернутая в материю винтовка иностранного образца
марки "Хеклер и Кох". Монин быстрыми,
ловкими движениями пристегнул к основной части винтовки приклад, навинтил на
дуло глушитель, затем на свое место был
прикреплен оптический прицел. Последней деталью, которую Монин прикрепил к
винтовке, был небольшой магазин,
оснащенный пятью патронами.
Передернув затвор и приготовив оружие к бою, Монин выставил в окно винтовку
и оглядел обширную площадку перед
зданием девятиэтажки.
На ней припарковался только что какой-то белый "жигуленок", встав в один
ряд с другими автомашинами. Несколько
человек вышли из здания, направляясь по своим делам.
Монин перевел перекрестье прицела на окна пятого этажа, где находилась
редакция газеты "Горожанин".
Он знал, что кабинет директора выходит на улицу Капитанова и ему
принадлежат два крайних окна в стене, но они были
закрыты жалюзи.
"Нет, - подумал про себя Монин, - ловить Крестного придется на этой
площадке перед зданием. Впрочем, это нетрудная
задача, из-за загруженности площадки припаркованными машинами к входу на джипе
не проедешь.

А значит, они должны будут идти эти двадцать метров пешком. Никакая охрана
не закроет тебя телами от пули,
выпущенной с этой точки".
Монин отпрянул от окуляра оптического прицела и, вынув дуло ружья из окна,
положил его на плечо.
"Что ж, осталось только ждать, - снова подумал он. - Это самое тяжелое в
моей работе. Ну ничего, я терпеливый, и я
дождусь тебя, Крестный..."
Монин следил за машиной Потапова уже три дня. Приказ на уничтожение
Потапова поступил от Грибанова-старшего. Тот
сказал Илье, что Крестный сумел взять их "на кукан" и грозится "сдать" вместе с
их новым боссом и Левченко в прокуратуру.
Антон сообщил, что по информации, полученной от Левченко, Потапову удалось
записать их разговор с Левченко, при
этом он не исключал, что это не весь компромат на них, собранный людьми
Потапова.
Горский дал команду на отстрел Крестного, так как считал, что с его
устранением он сможет влиять на ситуацию,
оказывая давление на прессу и прокуратуру.
Однако для Монина эти аргументы не имели очень большого значения.
У него были свои счеты с Крестным.
Во-первых, Потапов угрожал самому факту существования Романовской
группировки, а Илья был неотъемлемой частью
этой братвы.
А во-вторых, Монин понял, что это люди Потапова следили за ним и
предупредили своего шефа у Щукинской бани о
возможной опасности, заставив покинуть здание бани с черного входа. Монин
чувствовал, что он тоже был "под колпаком" у
Крестного. Это его страшно нервировало и задевало самолюбие. Он жаждал отомстить
Потапову за это унижение.
Но был еще один момент, который подстегивал Монина в его желании убить
Потапова. Это был его сон, один и тот же
сон, донимавший его из ночи в ночь. Невидимый человек преследовал Илью каждый
раз, когда он выходил на "дело", и
мешал ему выстрелить в клиента. Это сводило его с ума, он просыпался в холодном
поту и не мог заснуть снова.
Монин был уверен, что с ликвидацией Потапова это наваждение прекратится, он
чувствовал это совершенно определенно,
хотя даже сам себе не мог объяснить до конца, почему он так думает.
И сейчас, ожидая Крестного, Илья немного нервничал, для него это был
решающий момент. От одного его выстрела
зависело решение множества проблем, в том числе и касающихся его лично.
Монин не сомневался, что он не промахнется, он никогда не промахивался.
Черного цвета джип "Гранд-Чероки" подъехал к зданию редакции газеты
"Горожанин" и остановился.
Из машины один за другим выпрыгнули три телохранителя и, осмотревшись по
сторонам, дали сигнал своему шефу, что
тот может выходить из джипа.
Монин, молниеносно выставив дуло винтовки в окно, припал к окуляру
оптического прицела. Большой палец правой руки
снял винтовку с предохранителя, а указательный нежно дотронулся до спускового
крючка.
В перекрестье прицела было видно, как только что вышедший из джипа Потапов
в плотном окружении телохранителей
направился к дверям здания.
Монин взял голову Потапова на прицел, но выстрелить не решался, поскольку
периодически Потапова заслонял идущий
сзади него телохранитель.
Монин недоумевал, почему до сих пор не открыли огонь его помощники, которые
автоматным огнем должны были
рассеять телохранителей, предоставив Илье сделать один точный выстрел.
Вдруг, поддавшись какому-то странному необъяснимому порыву, он резким
движением перевел прицел в сторону и чуть
вниз - направив его на вишневую "девятку", в которой сидели два его приятелякиллера.

То, что он увидел там, поразило Монина до глубины души. Сквозь лобовое
стекло ему было видно, что оба киллера лежат
на своих сиденьях в неестественной позе - Борян уткнулся виском в боковое
стекло, Леха сидел, свесив голову на грудь. У
Монина не было ни малейшего сомнения в том, что они мертвы. Видимо, их убили
выстрелами из бокового окна "девятки".
За спиной Монина скрипнула половица.
От этого звука Илью прошиб холодный пот, он резко развернулся, но не увидел
никого. В "клетушке" было пусто. Монин
так до конца и не мог понять, что это было. Было ли это явью или наваждением.

Он с винтовкой в руках выскочил из комнаты, готовый выстрелить мгновенно по
любому движущемуся существу или
предмету на чердаке.
Его напряжение было так велико, что он не заметил, как за его спиной
бесшумно повис вниз головой, зацепившись ногами
за балку, Глеб Панкратов.
Монин лишь внезапно ощутил, как на его шее затянулась тонкая матерчатая
удавка.
От такой неожиданности Илья растерялся и выронил оружие, которое, впрочем,
в данной ситуации было малоэффективно.
Монин пытался, ухватившись за руки нападавшего, разжать их, но в этот
момент его с силой потянули вверх, и он начал
терять сознание.

---

Монин открыл глаза и затуманенным взглядом посмотрел на сидящего перед ним
на пустом ящике высокого худощавого
мужчину. В руке у того Илья сразу заметил пистолет с накрученным глушителем.
На вид мужчине было лет сорок, у него было морщинистое волевое лицо, его
коротко подстриженные черные волосы
были усеяны сединой. Но больше всего Илью поразили глаза киллера - небольшие,
зеленого цвета, они горели каким-то
странным змеиным огнем.
- Ну что, очухался? - усмехнувшись, спросил Глеб, наблюдая, как Монин,
приподнявшись на локте, потирает свободной
рукой шею, на которой выступил багровый шрам.
- Так это ты меня во сне преследовал? - спросил Монин.
- Все намного хуже, - усмехнувшись, сказал Глеб, - я преследовал тебя
наяву. Правда, я тебя чуть не упустил и этим самым
подверг опасности своего друга. Но, слава богу, все хорошо закончилось.
- Я бы так не сказал, - бросив быстрый взгляд на Глеба, произнес Монин, -
но как вы меня вычислили?
В чем моя ошибка? Ведь я никогда еще не ошибался.
В голосе Монина чувствовались отчаяние и одновременно обида за то, что его
обыграли.
- По почерку, - ответил Глеб, - мы вычислили тебя по почерку убийств.
Это идея Потапова, он знал, что на него готовится покушение и что
исполнителем будешь скорее всего ты. Поэтому он
приготовил для тебя ловушку. Он несколько дней ездил по одному и тому же
маршруту, заранее предупреждая меня о том,
куда он направляется в данный момент и когда будет в точке назначения.
Я ехал туда и ждал не только его, но и вас, работая страховщиком. Мне
известно, что ты всегда выбираешь максимально
выгодную и безопасную позицию для стрельбы. Твой козырь - это меткий выстрел
издалека. Иногда ты пользуешься
прикрытием.
Панкратов недобро улыбнулся и добавил:
- Ты видел своих дружков, сидящих на улице в машине? На сей раз прикрыть
тебя они не смогут. Они потеряли
бдительность, открыв мне боковое стекло машины. Я представился парковочным
служащим и попросил их отогнать машину
на другое место. Они опустили стекло и послали меня... Это были их последние
слова.
- Почему ты не выстрелил мне в спину, ведь я не слышал, как ты подошел ко
мне? - спросил Илья.
- Ты мне нужен был живым, - ответил Глеб и тут же добавил:
- Пока живым... Ты хороший стрелок, Моня, и мне совсем ни к чему устраивать
здесь поединок двух ковбоев. Это не в
правилах нашей с тобой профессии.
Моня плотно сжал челюсти от ненависти, полыхавшей в нем, к своему более
опытному и, как оказалось, более
профессиональному коллеге, победившему его в этой борьбе.
- Одна лишь мысль мне душу греет, - произнес наконец он, - меня замочит
крутой профессионал... Ведь ты меня не
отпустишь живым? - со скрытой надеждой в голосе спросил Илья.
Глеб молча покачал головой. От этого его жеста у Монина в душе словно чтото
оборвалось.
- Ты знаешь наши правила, - произнес Панкратов. - Главная твоя ошибка
заключалась в том, что ты стал известен. Ты
хотел славы, хотел, чтобы о тебе знали и тебя боялись. Но киллер не должен быть
известным. Если это случилось, значит, его
смерть уже близко. Таков закон нашей профессии.
Монин молчал, слушая Панкратова.
Его вдруг охватила нервная дрожь, он хотел, насколько это возможно,
продлить свою жизнь, дорожа каждой последней
минутой.

- Я хочу знать: где можно найти братьев Грибановых? - спокойным тоном
спросил его Глеб.
- Какой смысл мне это говорить? - нервно усмехнулся Монин.
- Ты умрешь без мучений, - так же спокойно ответил Глеб. - К тому же я
гарантирую, что твоя женщина останется в
безопасности и спокойно будет жить на заработанные тобой деньги... но уже без
тебя.
Монин нервно дернулся в сторону Глеба, но тот молниеносно вскинул руку,
держащую пистолет, направив его дуло на
своего пленника. Тот понял, что сопротивление не принесет ничего.
Глеб успеет выстрелить гораздо раньше, чем тот сможет хотя бы приблизиться
к нему.
- Где они? - снова спросил Глеб.
Монин неожиданно для Панкратова расплакался, его лицо исказила гримаса боли
и отчаяния, слезы текли по его щекам,
ямочки на них сильно углубились.
На секунду Глебу показалось, что перед ним сидит не жестокий киллер, на
счету которого немало жертв, к коим он не
испытывал ни малейшей жалости.
Монин выглядел глубоко обиженным ребенком, страдающим от несправедливости
окружающих его взрослых людей.
- Не знаю я, где они, - сквозь слезы пролепетал Илья, - поищите в клубе
"Алмаз", - он громко всхлипнул, растерев
ладонью слезы по лицу, - только не трогайте Надю, я вас очень прошу... Господи,
как не хочется умирать!..
Тут Глеб и нажал на спусковой крючок пистолета. Голова Монина дернулась, и
он, откинувшись назад, распластался по
полу.
Пуля попала Илье в лоб, это был выстрел профессионала, один выстрел - один
мертвец.

---

Вечером этого же дня у входа в ночной клуб "Алмаз" взорвался джип
"Лендровер".
В машине находились три человека - лидеры Романовской группировки братья
Грибановы и их шофер.

---

Костя Титов вел джип, в котором, кроме него, ехали Потапов и Панкратов.
- Чего ты ждешь от этого разговора с губернатором? - спросил Потапова
Титов, на секунду оторвав свой взгляд от дороги
и убедившись, что джип с охраной следует за ними не отставая.
- Честно говоря, не знаю, - ответил Сергей, - я не ждал этого звонка.
Старик позвонил, как всегда, неожиданно.
- Надо рассчитывать на худшее, - произнес молчавший всю дорогу Глеб, - если
он поддержит Горского, что ты будешь
делать в этом случае?
- Продолжать борьбу, - жестко ответил Потапов, - обратной дороги у нас нет.
Дела идут не так плохо. Селантьев по
рейтингам почти не уступает Горскому, и у нас есть еще резервы повысить его
рейтинг и дожать Горского.
Левченко уже вызывали в прокуратуру.
Наши газеты опубликовали разгромные статьи о его связи с бандитами. Будут и
другие публикации... Словом, шансы на
успех у нас есть.
- А если не получится провести своего человека в губернаторы? - снова
спросил Титов. - Если мы проиграем?
- Тогда, наверное, придется уехать из области, оставаться здесь будет
опасно. Необходимо будет перевести капиталы в
другие регионы, надо быть готовым к любым провокациям... В общем, война
продолжится, просто примет другие формы.
Джип въехал на территорию областной администрации и остановился. Потапов
вышел из машины и направился в здание.
Через пять минут он был уже в приемной губернатора.
К его удивлению, он был принят почти сразу же, без обычного ожидания.
Еще раз он был удивлен тем, что в кабинете губернатора, кроме хозяина,
никого не было. При всех предыдущих встречах
Потапова с высшим чиновником области обязательно присутствовал один из его
помощников.
Это еще раз подчеркивало важность и неординарность этой встречи. Губернатор
вышел из-за своего рабочего стола и,
встретив Потапова в середине кабинета, крепко пожал ему руку. Потапов отметил,
что, несмотря на возраст - губернатору
уже исполнилось шестьдесят пять, - старик практически не изменился за последние
годы. Он был по-прежнему энергичен и
деловит. Он пригласил Потапова сесть за небольшой столик в углу кабинета, по
краям которого стояли кресла. Это означало,
что разговор будет скорее неформальным.

Усевшись в кресло, губернатор произнес, с улыбкой взглянув на Потапова:
- В городе опять война, и похоже, пик боевых действий еще не прошел.
- Да, - подтвердил Потапов. - И миром она не закончится.
- Пожалуй, это не правильная позиция. Два моих зама схлестнулись в
непримиримой борьбе. Не знал, что мой уход будет
сопровождаться такой схваткой. Все это наводит на неприятные размышления.
- Вы сами в этом виноваты, - жестким тоном произнес Потапов. - Нельзя было
пускать на самотек процесс
преемственности власти. Еще немного, и область расколется на два враждующих
лагеря, победа одного клана будет означать
крах другого.
Потапов впервые так резко говорил с губернатором. Услышав эти слова Сергея,
губернатор на секунду вспыхнул, бросив
на Потапова негодующий взгляд.
Но, увидев, что Потапов искренен, взял себя в руки.
- Власть сделала свой выбор. Преемственность будет, - коротко ответил он.
На сей раз пришел черед Потапова взглянуть в глаза уходящему лидеру
области.
- Вы говорите о Горском? - с напряжением в голосе спросил Потапов.
В ответ губернатор лишь улыбнулся:
- Похоже, это имя вызывает у вас далеко не самые лучшие чувства.
- А какие чувства может вызывать у нормального человека имя отморозка,
рвущегося к власти любыми путями?
В данном случае я лишь защищался, мне ничего не оставалось, как действовать
адекватно... Вы хотите сделать попытку
примирить нас? - В голосе Потапова слышалась легкая ирония.
- Нет, - неожиданно ответил губернатор. - Когда я говорил, что власть
сделала свой выбор, я не имел в виду своего
заместителя Василия Горского.
Как, впрочем, я не имел в виду и вашу кандидатуру - Леонида Селантьева.
Потапов посмотрел на губернатора удивленным взглядом. Он не ожидал такого
хода.
- Кого вы имеете в виду? - спросил Потапов.
- Сегодня я объявлю, что моим преемником, человеком, которого я поддерживаю
в качестве кандидата на пост
губернатора, будет мэр города господин Караганов.
Потапов в недоумении молчал.
- Вы первый человек, кому я сообщил это решение, - продолжил губернатор.
- А почему именно мне?
- Просто я хочу, чтобы вы были моим союзником. И еще потому, что мы,
несмотря на разногласия, все эти годы находили
общий язык.
Губернатор замолчал, выжидательно глядя на Потапова. Тот тоже хранил
молчание, предлагая собеседнику изложить все
аргументы.
- Что же касается Горского, то я пришел к твердому убеждению, что этот
человек не может возглавлять такой сложный и
многополюсный регион. За все годы работы на своем посту я всегда придерживался
одного неизменного принципа:
соблюдать баланс интересов и сил. Это давало возможность области развиваться
нормально.
Губернатор сделал паузу.
- Ну так что, вы принимаете мое предложение? - спросил он Потапова.
Потапов молчал, размышляя о чем-то.
- Если вас смущает то, что мы не проговорили все условия, на которых вы
согласны сотрудничать со мной... - начал было
губернатор.
- Нет, - перебил его Потапов. - Это меня волнует меньше всего. Еще не было
случая за время моей работы с вами, чтобы
вы не сдержали свое слово или ущемили мои интересы.
- Так что же вам мешает сейчас принять решение?
- Меня волнует лишь один вопрос, - ответил Потапов, - если я откажусь, вы
предложите это Горскому?
- Нет, - твердо заявил губернатор. - Такие люди, как он, должны уйти из
политики.
- В таком случае я согласен, - ответил Потапов.
...Как только Потапов закончил свой рассказ, Титов повернулся к нему и не
удержался от вопроса:
- Так ты думаешь, это он специально ушел в тень, давая возможность ребятам
помахаться всласть, а потом, когда страсти
накалились, вышел на авансцену в роли мессии или как минимум миротворца?
- Кто же сейчас с уверенностью может утверждать? - пожал плечами Потапов. -
Впрочем, это на него похоже.
Теперь это уже не имеет серьезного значения. В этой борьбе он выбрал
сильнейшего, то есть нас.

- А что теперь будет с Селантьевым? - спросил Глеб.
- Леонид поймет, я думаю, мы договоримся с ним. В любом случае его статус
не понизится, а может быть, даже наоборот.
"Старик" свое слово держит.
- И все же власть не пустила тебя на самый верх, - хмурясь, произнес Глеб,
- в конечном счете заставила тебя принять ее
условия.
- Как посмотреть на этот процесс! - возразил Потапов. - Можно сказать, что
на сей раз власть все-таки решила
договориться. А значит, поражением это назвать нельзя.
- Поживем - увидим, чем все это закончится, - философски заметил Глеб.
- Вот именно, - согласился Потапов. - Главное, что мы в этой войне остались
живы.

---

Потапов подошел к двери квартиры и нажал на кнопку звонка. Валерия уже
ждала его, так как накануне он позвонил ей,
поэтому открыла дверь почти сразу. Несмотря на пережитое ею за последнее время,
она выглядела свежо и даже радостно.
Сказывалось то, что с ее плеч был снят груз тяжелых проблем.
Потапов вошел в квартиру, следуя молчаливому приглашению Стрижаковой.
- Вы задержались, - с улыбкой упрекнула она его.
- Я был в областной администрации, - пояснил Потапов. - На носу день
голосования, наш избирательный блок проводил
очередное собрание. Затем у меня была встреча с действующим губернатором. Сами
понимаете, с таких мероприятий по
своему желанию не уйдешь.
- Рада, что ваши дела пошли в гору.
Говорят, что Горский снял свою кандидатуру.
- Да, он понял, что проиграл. И ему объяснили, что он может потерять еще
больше, если станет упорствовать.
При этих словах Потапова Валерия перевела взгляд на фотографию Дмитрия
Губина, стоящую на комоде.
- Так же, как Дмитрий? - спросила она. - Он в этой борьбе потерял свою
жизнь. До тех пор, пока у нас борьба за власть
будет сопряжена с подобными потерями, в стране вряд ли что изменится к лучшему.
- Вы правы, - согласился Потапов. - Но мы с вами остаемся жить, и у вас
есть возможность продолжить дело Дмитрия.
- О чем вы говорите? - удивилась Валерия.
- Одним из условий моей сделки с властью, - улыбнулся Потапов, - был пункт
о передаче мне немецкого проекта.
Поскольку лучше вас им никто не владеет, я хочу назначить вас исполнительным
директором в этом совместном
предприятии. Детали я и приехал с вами обсудить.
- Прямо сейчас? - удивилась Валерия.
- Нет, - ответил Потапов. - Мы сделаем это чуть позже. Предлагаю встречу
перенести в ресторан. Мне кажется, там нам
будет удобнее.
Валерия удивилась еще больше.
- Как? Вы приглашаете меня в ресторан?
- Что же вас так удивляет? - улыбнулся Потапов. - Почему бы мне не
пригласить красивую женщину отобедать вместе в
ресторане? К тому же она моя деловая партнерша.
- Ну вы же умный человек, Сергей Владимирович, - улыбнулась в ответ
Валерия, - и понимаете, что я еще недостаточно
компетентна, чтобы возглавлять подобный проект. Что же касается ресторана, то, я
думаю, найдется немало юных девочек,
которые с удовольствием составят вам компанию в этом мероприятии.
Потапов рассмеялся.
- Что касается вашей компетентности, то здесь я решительно не согласен.
Я считаю вас вполне достойной кандидатурой на эту должность. Недостаток
опыта - вещь легкоисправимая. К тому же вы
можете рассчитывать на мою поддержку. А насчет девочек... - Потапов замялся. -
Девочки любят веселых и романтичных, а
вы же считаете меня умным. А умные люди редко бывают веселыми и еще реже
романтичными.
- Ну а теперь позвольте мне не согласиться, - улыбаясь, ответила Валерия. -
Впрочем, давайте продолжим наш спор в
ресторане. Я принимаю ваше предложение.
- Пожалуй, это самое приятное соглашение, которое мне удалось достигнуть за
последнее время, - произнес Потапов.

54