Жанр: Боевик
Братки
...я своего
статуса.
- Сергей Владимирович, я не ожидал, что вы так быстро уедете, мне бы
хотелось с вами поговорить.
В этот момент в кармане Потапова зазвонил сотовый телефон. Потапов вынул
трубку из кармана, но активизировать ее не
стал.
- Что вы хотели обсудить? - спросил он Горского.
- Я все по поводу той темы, которую мы затронули недавно у меня в кабинете.
Кое-какие обстоятельства изменились,
поэтому мне бы хотелось поговорить еще раз о предстоящих выборах.
- Извините, - сказал Потапов, - но мне это малоинтересно.
- Напрасно вы так, - произнес Горский, на его лице отразилось огорчение, -
уверяю вас, что это и в ваших интересах.
- Я еще раз вам заявляю, - с раздражением произнес Потапов, - я не
собираюсь поддерживать на выборах ни вас, ни
Дадамяна, ни ваш совместный блок, если, конечно, таковой сегодня состоится. О
чем, как я догадываюсь, вы ведете сегодня
переговоры.
Потапов повернулся, произнеся напоследок:
- Извините, я очень спешу, - и продолжил свой путь.
Телефон опять зазвонил, на сей раз в его руке, Потапов с неохотой нажал на
кнопку связи и поднес трубку к уху.
- Слушаю вас, - произнес он.
- Сергей, это я, Глеб, - послышался в трубке голос Панкратова.
- Что-нибудь случилось? - сразу спросил Потапов.
- Может случиться, - ответил Глеб, - не выходи из бани.
- Почему? - удивился Потапов. - И откуда ты знаешь, что я здесь?
- Обе твои машины стоят перед входом, и перед входом же в машине засел мой
подопечный, ты знаешь, о ком я говорю.
Потапов тем временем уже вышел в вестибюль.
- Так, - задумчиво произнес он, - ты думаешь, это по мою душу?
- Не знаю, - ответил Глеб, - даже думать не хочу. В любом случае надо выйти
не через этот вход. Дай команду своему
шоферу, чтобы он подогнал машину к черному входу.
- Понял тебя, Глеб, - ответил Потапов и жестом подозвал к себе своего
телохранителя.
- Разузнай, есть ли здесь черный вход, - приказал Сергей, - и скажи, чтобы
джип подогнали к нему. Есть информация, что
на центральном входе нас уже поджидают.
Телохранитель быстренько отправился выполнять приказание.
Глеб, следивший за входом в баню, увидел, как один из потаповских джипов,
припаркованный у лестницы, вдруг
тронулся, совершив небольшой маневр на площадке, задним ходом заехал в проулок
между баней и двухэтажным жилым
домом и скрылся из виду.
Джип появился через несколько минут и на большой скорости, вписавшись в
поворот, помчался по улице Лепестковой,
следом за ним устремился другой джип, в котором сидела охрана.
Когда Глеб понял, что Сергей без проблем покинул баню, у него отлегло от
сердца. Он спокойно распаковал чемоданчик с
аппаратурой и, приладив к спинке соседнего кресла антенну, направил ее на
старенький "БМВ", после чего надел наушники.
Через несколько секунд ему удалось услышать голоса людей, среди которых
выделялся знакомый ему голос Монина.
- Вас не так давно менты отпустили? - спросил Монин у своих собеседников.
- Нас-то отпустили, - ответил один из них, - а вот потаповских людей до сих
пор там держат, и думаю, что не скоро
выпустят, Левченко нам это обещал.
- А странно, - произнес Монин, - почему это Крестный вышел не через
центральный вход, а через черный.
- Наверное, потому, что страху на него нагнали, он боится даже своей те ни,
поэтому и перестраховался, сука, - произнес
голос, незнакомый Монину.
- А когда выйдет "папа"? - снова спросил Монин.
- Кто его знает, - ответил ему один из его собеседников, - когда этому
жирному борову надоест свою толстую жопу в
парной греть.
Далее последовала пауза, потом Монин произнес:
- А вот, кажись, и гости разъезжаются.
Глеб также со своей позиции наблюдал, как из бани один за другим в
сопровождении охраны выходили гости Дадамяна.
Наконец вышли и Дадамян с Горским. Оба не спеша стали спускаться по
лестнице.
- Ну вот и "папа" пожаловал, - задумчиво произнес незнакомый Глебу голос, -
ну что ж, Никита, пойдем с ним поговорим.
- А мне, Антон, что делать? - спросил Монин.
- Как всегда, бди за клиентом, раньше нашей команды ничего не предпринимай.
Дадамян и Горский попрощались и разошлись каждый к своей машине.
В тот момент, когда Дадамян усаживался на заднее сиденье "Мерседеса", из
"БМВ" вылезли двое парней. Глеб понял, что
это и есть братья Грибановы, поскольку услышал их имена - Никита и Антон.
Они подошли к "Мерседесу" Дадамяна, Антон постучал в окошко, дверь машины
открылась, и он уселся на сиденье, где
уже сидели Дадамян и его помощник Гарик. Никита сел на переднее сиденье рядом с
шофером.
- Здравствуй, "папа", - радостно улыбнувшись, поприветствовал Дадамяна
Антон Грибанов.
Альберт скосил взгляд на сидящего рядом с ним Грибанова, его тонкий нос и
губы дернулись в презрительной усмешке.
- Если бы я был твоим папой, давно уже повесился бы со стыда, - произнес
он.
- Извини, Альберт Григорьевич, - тут же поправился Антон, чуть-чуть
испугавшись резкой реакции Дадамяна, - я это так
сказал, в шутку, из уважения.
- Шутники, - зло усмехнулся Дадамян и, посмотрев на Антона, сказал:
- Слишком много вы стали себе позволять в последнее время.
- Вы о чем? - настороженно спросил Антон, он понял, что Дадамян находится
не в лучшем настроении.
- Вы, похоже, забыли, кто вы такие и зачем я взял вас под свое крыло, -
тихим, почти зловещим тоном произнес Альберт.
Воцарилась тишина. Послышался шум мотора отъезжающей машины Горского.
Братья Грибановы не без страха смотрели на Альберта, таким раздраженным они
его не видели никогда. Как правило,
веселый и слегка надменный, Альберт Дадамян сейчас был просто переполнен
негодованием.
- Ваше дело зачистка, - произнес Альберт, - и ничего больше, вы должны
зачищать все говно вокруг меня, чтобы я не
пачкал свои руки. Вы бригада ассенизаторов, в лучшем случае мясников, а вы себя
возомнили крутыми, развернули за моей
спиной деятельность, которую я вам не разрешал. - с барыг деньги трясете, под
"крышу" их к себе загоняете, на костре
поджаривая.
- Ты же сам говорил, Альберт Григорьевич, что дашь нам возможность
раскрутиться, - напомнил Грибанов-старший.
- Я вам ее дал, но вам этого мало, вы хотите гораздо большего. А кто вы
такие? - Дадамян бросил взгляд сначала на
Антона, потом на Никиту. - Отморозки деревенские, что вы собой представляете,
чтобы хотеть большего?
Учинили в городе беспредел, от которого все скоро на уши встанут. Поссорили
меня с Крестным, одним из моих друзей и
партнеров. Какой мудак дал команду валить Губина в тот момент, когда рядом был
Потапов?
- Это была случайность, - начал оправдываться Никита, - я же тебе говорил.
Ты же сам говорил, что нужно срочно
исполнить этот заказ.
- Да, срочно, - вскричал Дадамян, - но все же надо с умом делать.
Вы же, отморозки безмозглые, работаете хоть и надежно, но топорно.
Дадамян замолчал и, немного успокоившись, добавил:
- Словом, Крестный узнал о вас. Не знаю уж как, но он знает, что это вы
завалили Губина. Поэтому с сегодняшнего дня вы
залезете в нору и будете сидеть там тихо, пока я не скажу вылазить.
Если вы хоть пикнете без моего ведома, я сам привезу Крестному ваши головы
в мешке.
Братья Грибановы были напуганы, Дадамян не бросал слов на ветер, и подобный
разнос обычно заканчивался плачевно
для проштрафившихся.
Первым пришел в себя Антон, он вымученно улыбнулся и произнес:
- Извини, Альберт Григорьевич, если что не так. Мы на тебя честно работали,
уверяю тебя, что больше такого не
повторится.
- Я надеюсь, вы меня хорошо поняли, - оборвал Антона Дадамян, - а теперь
пошли отсюда оба, видеть вас больше не хочу.
- Извини, - снова повторил Антон и добавил:
- Ты просил с одного барыги деньги скачать, мы съездили, забрали, отдал все
как миленький.
Антон вытащил из пластикового пакета пачку денег размером с половину
кирпича, закатанную в полиэтилен и туго
перетянутую скотчем.
Дадамян даже не взглянул на пачку денег. Антон положил ее обратно в пакет и
протянул его Гарику - помощнику
Дадамяна, после чего Грибановы, попрощавшись, вылезли из машины.
Когда Грибановы уселись в свой "БМВ", "Мерседес" Дадамяна резко взял со
старта и быстро помчался к перекрестку
улиц Лепестковой и Кирпичной.
- Ты готов? - спросил Антон у Мони.
- Да, - ответил тот, держа в руке телефонную трубку.
- Давай, действуй, - скомандовал Антон.
Моня нажал одну из кнопок на трубке, в следующую секунду, раздирая вечернюю
тишину страшным грохотом, из
дадамяновского "Мерседеса", притормозившего на перекрестке, вырвался огромный
столб пламени.
Машину на ходу слегка подбросило, но некоторое время она продолжала
двигаться по инерции. Окончательно
"Мерседес", охваченный пламенем, остановился, когда выехал на перекресток
Кирпичной и Лепестковой.
Несколько машин, ехавших в это вечернее время, резко затормозили на
перекрестке, шоферы с удивлением глядели на это
жуткое и неожиданное зрелище. Все пассажиры "БМВ" также наблюдали за горящим
"Мерседесом".
На лице Антона отразилась презрительная улыбка. Он завел машину и поехал в
направлении перекрестка. Проезжая мимо
"Мерседеса", он бросил взгляд на едва видневшиеся в пламени обгоревшие трупы.
- Прощай, "папа", - произнес с усмешкой Антон, - ты был слишком крут и
высоко летал, мы помогли подняться тебе еще
выше - на самые небеса...
К счастью для Глеба, "Мерседес" был далеко от него, когда произошел взрыв.
Его "Москвич" чудом не пострадал, сам
Глеб, когда раздался взрыв, рефлекторно бросился на пол машины.
Когда же через несколько секунд он поднялся и удивленно уставился на
взорванный "Мерседес", "БМВ" с киллерами уже
проезжала мимо него, покидая место происшествия.
Глеб решил не преследовать их, в этом не было никакого смысла.
"На сегодня все дела наверняка уже закончены", - подумал Панкратов.
В этот момент внимание Глеба привлекло новое неожиданное обстоятельство. Он
обнаружил, что является не
единственным наблюдателем трагедии.
Из темно-вишневой "шестерки", припаркованной около здания проектного
института, струился дымок сигареты.
Глеб и раньше, как только припарковался у бани, видел эту машину, но не
обратил на нее особого внимания, так как
следил за киллерами. К тому же окна "шестерки" были тонированные, и разглядеть,
кто в ней находится, было невозможно.
Машина стояла, плотно прижавшись к стене здания, и поначалу Глеб воспринял
ее как обычную машину, которую
припарковали здесь на ночь.
Но теперь боковое окно машины было приоткрыто, и пассажиры курили,
пренебрегая некоторыми правилами
конспирации.
Глеб мгновенно перенаправил "ухо" антенны в сторону "шестерки". В этот
момент двигатель "Жигулей" завелся.
Глеб уже приноровился к работе подслушивающей аппаратуры и на этот раз
очень быстро запеленговал разговор сидящих
в машине людей.
- Да-а-а, впечатляющее зрелище, - послышался в наушниках голос,
принадлежащий явно молодому мужчине, - а чисто
работают эти романовские ребята. Интересно, как они Дадамяну машину
заминировали?
- Очень просто, - ответил мужчина, который, судя по голосу, был старше
своего собеседника, - они назначили ему
"стрелку", чтобы передать деньги, крупную сумму, которую они стрясли с одного из
должников Алика, а на самом деле они
ему подсунули "куклу", только в середине вместо бумаги ихний умелец вмонтировал
пластид с радиоуправляемым
взрывателем.
- Странно, - задумчиво произнес "молодой", - еще месяц назад я не мог
представить, что с Дадо может такое случиться,
настолько он казался крутым и непотопляемым. Он ходил почти без охраны, так как
был уверен, что ему бояться некого. И
вот от него осталась одна черная головешка. У меня такое ощущение, что город и я
вместе с ним почти осиротели.
В голосе "молодого" слышалась явная ирония, однако в следующий момент он
произнес более серьезно:
- Боюсь, что за наследство Дадо большая драка начнется, и вместе с
Альбертом в кровавую баню попадут немало
авторитетов и крутых.
- Ты что, никак жалеешь их - бедных, несчастных? - со злой усмешкой спросил
"пожилой".
- Хорошая шутка, - ответил "молодой", - я тещу свою жалею больше, чем этих
козлов, а с тещей я уже полгода не
разговариваю. По мне, хоть бы их всех в Волге утопить, но только сразу в один
день и без шума. Пальба на городских улицах
и лужи крови нам ни к чему.
- Не волнуйся, - ответил "пожилой", - власть в городе возьмем мы, поэтому
никакой стрельбы не будет и топить никого не
надо, потому что деньги этих бандюков нам пригодятся. Надо лишь урезонить
некоторых, особо крутых авторитетов. Дать
им понять, кто теперь в городе хозяин.
- С помощью Романовской братвы урезонивать будем? - спросил "молодой".
- Если понадобится, то и с помощью них тоже, - последовал ответ "пожилого".
- Не очень-то я доверяю этим отморозкам, - ответил "молодой", - они плохо
управляемы, я бы даже сказал, плохо
вменяемы.
- Ничего страшного, обычные убийцы, - ответил "пожилой", - а управляться
они будут как миленькие, куда они денутся,
мы их плотно за яйца держим... Кстати, давай трогай, через час мы должны
встретиться с этими отморозками у Дворца
культуры "Салют", и к тому же здесь скоро будет столько ментов, что не
продохнешь, поэтому поехали быстрее.
- Успеем, - успокоил "молодой" и, включив передачу, сдвинул машину с места.
"Шестерка" выехала на Лепестковую улицу и поехала к перекрестку,
противоположному тому, у которого догорал
"Мерседес" Дадамяна.
Глеб тут же завел машину и, дождавшись, когда "Жигули" скроются за
поворотом, на большой скорости сорвал
"Москвич" с места.
Он понимал, что для него сейчас главная задача - не упустить из виду этих
людей. В этой кровавой схватке появился еще
один таинственный участник, и Глебу необходимо было выяснить, кто он,
Покинув Щукинскую баню, Потапов не поехал домой, приказав отвезти его в
офис ассоциации "Корвет", расположенный
на улице Затонской.
В приемной его ждала секретарша Вера.
- Что-нибудь слышно о Титове и Пастухове? - спросил Сергей.
- Пока ничего, - пожала плечами девушка, - сами они нигде не объявлялись,
ни в офис охранного агентства, ни сюда
звонков не поступало.
- Адвоката задействовали? - поинтересовался Потапов.
- Да, - сказала Вера, - после вашего звонка я все это сообщила Троицкому.
Он подготовил жалобу в прокуратуру на
действия милиции, но вручить ее сможет только завтра утром, так как сегодня
прокуратура уже не работает.
- Где сейчас Троицкий?
- В милиции, пытается узнать, где держат Титова и Пастухова, и добиться с
ними встречи. Пока это ему не удалось.
- Горчаков звонил? - на всякий случай спросил Потапов.
- Нет, от него звонков не было.
Мне самой ему позвонить? - поинтересовалась Вера.
- Не надо, - хмуро ответил Потапов, - я сам это сделаю.
Войдя в свой рабочий кабинет, он первым делом набрал номер Горчакова.
Несмотря на поздний час, Виталий был еще на работе.
- Что с Титовым и Пастуховым? - задал вопрос Потапов. - Почему их до сих
пор еще не выпустили?
Было слышно, как Горчаков устало вздохнул.
- Я здесь на работе так поздно именно по этому поводу, - ответил Виталий, -
Левченко обещал это сделать к вечеру.
- Ты с ним лично говорил? - спросил Сергей.
- Ну конечно, лично, - слегка раздраженно ответил Горчаков, - он сказал,
что не имеет особых претензий ни к кому из вас,
но служба заставляет его соблюсти все формальности. К тому же он признался мне
по секрету, что вышестоящее начальство
не поймет его, если после столь серьезных разборок с пальбой все участники этой
свары окажутся на свободе через два часа.
Поэтому он и собирался их продержать до вечера.
- А теперь, видимо, он решил, что им полезно будет там и переночевать.
Так, что ли, получается? - с возмущением переспросил Потапов.
- Черт его знает, - устало произнес Горчаков, - этот Левченко всегда был
немного со сдвигом. Обоповцы у нас в милиции,
как государство в государстве. К ним на сраной козе не подъедешь.
- Дай мне его телефон, я сам ему позвоню, - потребовал Потапов.
- Телефон-то тебе я дам, - ответил Горчаков, - только толку в этом мало, на
рабочем месте его нету. Шляется где-нибудь
по городу, в какой-нибудь пивной сейчас с мафией борется.., как всегда, на
халяву, - добавил с усмешкой в голосе Горчаков.
Затем Горчаков продиктовал Потапову цифры телефона, по которому можно было
найти Левченко.
- В общем, если я тебе понадоблюсь, звони в любое время дня и ночи или
сюда, или домой, - заключил Горчаков разговор
с Потаповым.
На сей раз милицейские связи Потапова, увы, не помогли ему. Это показалось
Потапову странным, во всех прочих
подобных случаях майор Горчаков выручал людей Сергея. В крайнем случае
приходилось внести немалый залог, чтобы
человека отпустили на свободу по подписке о невыезде.
Но здесь ситуация была крайне неординарная. Были арестованы два ближайших
сотрудника Потапова. Люди,
возглавлявшие одно из главных подразделений потаповской структуры - охранное
агентство "Легион".
Звонок в отдел по борьбе с организованной преступностью при городском УВД
не дал никаких результатов для Потапова.
Дежурный офицер, взявший трубку, сообщил, что подполковник Левченко отсутствует.
И, несмотря на то что Сергей представился, назвал свою фамилию и должности,
которые он занимал, - одна из них была
советник вице-губернатора, - офицер ОБОПа отказался назвать местонахождение
Левченко.
Сергей пробыл на работе довольно долго, периодически связываясь то с
Горчаковым, то с ОБОПом. Наконец Потапов,
потеряв терпение, позвонил Селантьеву, решив задействовать один из своих главных
козырей.
Когда Леонид поднял трубку телефона, раздраженный Потапов, что называется,
с места в карьер высказал ему суть
проблемы:
- ..Я, конечно, понимаю, что эти менты любят похорохориться, черт с ними, я
согласен даже на взятку, чтобы он выпустил
их сегодня, потому что для меня это вопрос принципа. Но пусть этот ублюдок хотя
бы лично объяснит мне, что он хочет.
Почему он решил держать моих парней, которые не собираются никуда бежать, за
решеткой и при этом ничего не объясняет.
Леонид терпеливо выслушал Потапова и спокойным голосом произнес:
- Сергей, я тебя прекрасно понимаю, но, к сожалению, помочь тебе сейчас
вряд ли чем могу.
- Почему же это? - еще больше удивился Потапов.
Ситуация начинала выходить из-под контроля Потапова, второй его ближайший
союзник отказывает ему в помощи в этот
вечер.
- Все дело в том, что в городе происходят куда более серьезные события, -
произнес Селантьев.
- Что еще случилось, черт возьми? - насторожился Потапов.
- Мне только что сообщили, что час назад убит Дадамян, - произнес Селантьев
и добавил:
- Его взорвали в собственной машине около бани, где он обычно парился.
Потапова настолько ошеломила эта информация, что он несколько секунд
молчал, пораженный услышанным.
- Что, удивлен? - грустно усмехнулся Селантьев. - Так что твой подполковник
скорей всего сейчас там, собирает остатки
Алика.
Потапов по-прежнему молчал, стараясь лихорадочно обдумать варианты
возможных последствий этой трагедии.
- Я общался с ним два часа назад, - растерянно произнес Потапов.
- Ты был вместе с ним в бане? - спросил Селантьев.
- Я заезжал туда поговорить с ним.
- Похоже, теперь тебе не избежать разговора с ментами, - резюмировал
Селантьев, - в городе вообще поднимется большой
кипеш, сейчас даже сложно прогнозировать, каким будет завтрашний день.
- С чего бы он ни начался, я думаю, ничего хорошего от него ждать не стоит,
- произнес в ответ Потапов, - поэтому я хочу,
чтобы мои люди в это непростое время были со мной. В связи с этим, Леонид, я
прошу тебя, сделай все возможное, чтобы
они сегодня были на свободе.
- Хорошо, я сделаю все, что смогу, - ответил Селантьев, - но гарантировать
я ничего тебе не буду. Завтра утром, я думаю,
нам удастся решить эти вопросы легче.
Закончив разговор с Селантьевым, Потапов, несмотря на позднее время, не
поехал домой и, оставшись в кабинете,
продолжал периодически звонить в ОБОП в надежде застать там подполковника
Левченко.
Была уже половина двенадцатого ночи, когда Потапов наконец, отпустив Веру,
которая все это время продолжала
находиться на работе, дал команду готовить машину к отъезду. Сев в машину, он
приказал ехать в городское УВД.
Когда джип "Гранд-Чероки", в котором, кроме Потапова и шофера, сидели еще
два охранника, выехал со двора особняка
на Затонской улице, проехать ему удалось не больше ста метров.
Неожиданно машину остановил милицейский патруль, два милиционера с
опознавательными знаками ГАИ дали сигнал
остановиться.
Как только эта команда была выполнена и джип остановился около милицейского
"уазика", события начали развиваться с
необычайной быстротой.
Из припаркованных недалеко от "уазика" "Жигулей" выскочили четверо, одетых
в штатское, и бросились к джипу.
Охранники Потапова мгновенно схватились за оружие, готовясь дать отпор
неожиданным агрессорам.
Но вскоре стало ясно, что люди в штатском, как и гаишники, представляют
правоохранительные органы. Первый из
штатских людей, подбежавший к джипу, вынул удостоверение сотрудника милиции и
произнес:
- Спокойно, не дергайтесь, мы из отдела борьбы с организованной
преступностью.
Потапов дал команду охране убрать пистолеты и прочитал удостоверение
мужчины в штатском, из которого следовало,
что его владелец - капитан милиции по фамилии Чуриков.
- Что случилось, капитан? - спросил Потапов, возвращая удостоверение
владельцу. - Похоже, я слишком надоел звонками
вашему подразделению и вы решили в личной беседе объяснить мне, что этого больше
делать не стоит?
Если говорить серьезно, то к вам в отдел я и собирался ехать.
- Вот и хорошо, как раз туда мы и собирались вас препроводить, - послышался
знакомый Потапову голос.
Из "уазика" вылез и подошел к джипу подполковник Левченко.
- Всем выйти из машины, - приказал Левченко, - предъявить документы.
- У вас что, подполковник, крыша поехала или вы фильмов про мафию
насмотрелись? Что это за театральная постановка?
- Потапов был ошарашен.
- Я велел всем выйти из машины и предъявить документы, - еще раз твердо
сказал Левченко.
Потапов не стал спорить и, дав знак своим охранникам не сопротивляться,
первым вылез из машины.
- Оружие и наркотики есть? - спросил Левченко.
- Оружие есть у охраны, к нему прилагается лицензия, - ответил Потапов,
которого вместе с тремя его сотрудниками
развернули лицом к джипу, выставив их всех четверых вдоль бортов машины, при
этом руки заставили положить на затылок.
- В моем же правом кармане вы найдете удостоверение депутата городской Думы, а
также удостоверение советника вицегубернатора
областного правительства. Если вы еще сегодня не видели этих
документов, то обратите на них внимание,
поскольку, как депутат городской Думы, я имею депутатскую неприкосновенность. Вы
не имеете права меня задерживать и
тем более арестовывать. Что же касается наркотиков, то это вопрос вообще
неуместный.
Пока Потапов говорил, Левченко рассматривал вынутые из карманов задержанных
документы.
- Все, что вы сказали, - не истина в последней инстанции, - произнес он
спокойно. Выслушав Сергея, закончил свою речь:
- Подлинность вашей лицензии мы проверим. В свою очередь, закон разрешает
нам проверять машины и документы даже
депутатов. Об аресте же пока речь не идет.
- Спасибо на добром слове, - стоя спиной к Левченко, ответил ему Потапов, -
вы меня обнадежили, подполковник. Теперь
я точно знаю, что от попадания в лапы нашего ОБОПа не застрахованы никто: ни
чиновники, ни политики, ни депутаты.
Очень хочется надеяться, что и бандиты тоже, - с сарказмом закончил свою речь
Потапов.
- Есть, товарищ подполковник, - вдруг неожиданно произнес один из
подручных.
Он, засунув руку в карман, прикрепленный сзади шоферского сиденья, вынул
оттуда небольшой пакетик с белым
порошком.
- Вот и ваша версия насчет наркотиков не подтверждается. Что это, кокаин
или героин?
Пораженный Потапов даже опустил руки и развернулся к Левченко, не обращая
внимания на окрик одного из обоповцев:
- Руки на затылок.
- Ты что, стебанулся, подполковник? - гневно спросил Потапов. - Ты хоть
понимаешь, старый мудило, что ты творишь?
На лице Левченко появилась злобная усмешка, он молча кивнул двум своим
подчиненным, и те с силой поставили
Потапова к машине.
- Ну вот, а вы говорили, что вопрос о наркотиках абсурден, - насмехаясь,
произнес Левченко. - В общем, так, Чуриков,
оформляй протокол, гаишника бери в свидетели, потом всех к нам в отдел, там
будем разбираться.
Через полчаса Потапов, его телохранители и шофер были доставлены в отдел по
борьбе с организованной преступностью.
- В камеру их, - скомандовал Левченко, - допрашивать будем у меня в
кабинете.
Однако допрос Левченко начал спустя лишь четыре часа после прибытия
Потапова в отдел милиции.
Глаза Левченко были слегка покрасневшими и припухшими, похоже, он сумел
поспать за эти четыре часа, которые
Потапов провел в камере.
Это могло быть плохим признаком, поскольку похоже было на то, что Левченко
уверен в том, что он делает, и спокоен за
возможные последствия его затеи. А это могло означать, в свою очередь, что его
кто-то сильно прикрывает.
На сей раз Левченко был более любезен с Потаповым, он предложил ему сесть и
поинтересовался:
- Кофе не желаете?
- Не откажусь, если там нет цианида, - угрюмо огрызнулся Потапов.
За все четыре часа, проведенных в милиции, он не сомкнул глаз.
- Ну что вы, - усмехнулся Левченко, - как вам не стыдно, мы же все-таки
здесь представляем закон.
- Это уж точно, - снова с иронией заявил Потапов, - я, например,
представляю законодательную власть, а вы,
подполковник, чьи законы отстаиваете?
Левченко хмуро усмехнулся и, подняв трубку, велел принести два кофе.
- Теперь я понимаю, - произнес Потапов, - почему не отпускают Титова и
Пастухова.
- Они нарушили закон, - ответил Левченко, - а вы вместе с ними.
- О чем вы говорите, Левченко? - с раздражением поморщился Потапов. - Что
за дурацкая манера работать на публику,
кроме нас, здесь никого нет, а вы говорите так, словно находитесь на милицейской
планерке в присутствии многочисленных
подчиненных.
-
...Поділитися у соцмережах
