Жанр: Боевик
Зов Халидона
...ленным, изуродованным трупом на
мостовой и думал, что на этом месте должен был быть он.
Он мчался по Сохо, не отдавая себе отчета, лишь бы убраться как можно дальше от
собравшихся зевак на тротуаре. Сейчас появится полиция, посыплются вопросы... Ктонибудь
мог обратить внимание, что он не случайно оказался рядом с местом
происшествия, а был в каком-то смысле его участником. Он все равно не сумел бы ничего
объяснить, а главное - не мог дозволить себе засветиться в полиции, по крайней мере, до
тех пор, пока сам не получит ответы на некоторые вопросы.
Мертвый негр был тем самым человеком из "Совы", который двинул его в живот и,
заломив руку, кинул в толпу танцующих, в этом он был уверен. Тем самым, кто перекрыл
ему путь в узкий коридор, выходивший мимо "курочек" и "петушков" в темный переулок,
где он мог бы нагнать Холкрофта.
Почему негр остановил его? И зачем он пытался его убить?
И где же Холкрофт?
Необходимо добраться до телефона. Нужно позвонить по номеру Холкрофта и
поговорить с кем-нибудь, кто мог бы хоть что-нибудь объяснить.
Внезапно Алекс сообразил, что прохожие обращают на него внимание. В чем дело?
Ну конечно же. Он бежал, или, во всяком случае, шел слишком быстро. Любой человек,
который так торопится в этот час в туманном Сохо, подозрителен. Так нельзя. Он
замедлил шаги, продолжая свое бесцельное путешествие по незнакомым улицам.
Но на него продолжали оглядываться.
Спокойно, без паники. Что происходит?
Наконец до него дошло. Он почувствовал, что по щеке течет кровь, и тут же
вспомнил, как рука негра, летевшего на мостовую, обожгла его лицо. Наверное, это было
кольцо. Или ноготь. Впрочем, какая разница? Алекс полез в карман за платком и с
удивлением обнаружил, что пиджак разорван.
Он был настолько потрясен, что не заметил ни того, ни другого. Господи, ну и
зрелище! Человек с окровавленным лицом и оторванной полой, убегающий от мертвого
негра в Сохо!
Мертвого? Покойника? Усопшего?
Нет. Убитого.
Погибшего вместо него - ведь это ему предназначался жестокий, точно
рассчитанный по времени толчок на мостовую, прямо под колеса мчащегося автомобиля.
Алекс нашел телефонную будку в середине следующего - какого по счету? -
квартала. Английская телефонная будка, более просторная, чем ее американская сестра.
Он ускорил шаг, доставая мелочь. Внутри было так темно, что он не мог различить цифр
на диске. Боже, ну почему так темно? Он чиркнул своей металлической зажигалкой,
сжимая ее в руке как ключ к спасению. Глубоко вздохнув, он набрал номер.
- Мы знаем, что произошло, мистер Маколиф, - ответил по-английски
бесстрастный голос. - Скажите точно, откуда вы звоните.
- Понятия не имею... Я бежал... Я пересек несколько улиц...
- Нам нужно точно знать, где вы находитесь. Когда вы покинули "Сову", в какую
сторону вы пошли?
- Я побежал, черт побери! Меня же пытались убить!
- В какую сторону вы побежали, мистер Маколиф?
- Направо... Четыре или пять кварталов. Потом повернул еще раз направо, потом,
квартала через два, - налево.
- Очень хорошо. Успокойтесь. Вы у телефона-автомата?
- Да... То есть нет, я в телефонной будке. Ну, в общем, да... Здесь нет никаких
указателей. Я где-то посередине квартала. Ради Бога, объясните же мне, что происходит!
- Успокойтесь, пожалуйста. - Непроницаемая снисходительность англичанина
сводила с ума. - Расскажите, что вам видно из будки.
Маколиф сообщил о тумане и как мог описал темные здания и витрины магазинов.
- О Боже, это все... Я хочу выбраться отсюда. Я попробую поймать такси и добраться
до вас. Скажите, куда мне нужно ехать?
- Ехать вам никуда не нужно, мистер Маколиф! - В голосе англичанина появилась
жесткость. - Оставайтесь на месте. Если в будке горит свет, разбейте лампу. Мы знаем,
где вы. Через пару минут за вами приедут.
Алекс повесил трубку. Никакой лампочки, разумеется, и в помине не было. Местные
жители давно уже нашли ей лучшее применение. Он попытался взять себя в руки.
Ответов он не получил. Одни приказы. Опять приказы!
Полный абсурд. А эти последние полчаса - просто с ума сойти! Что он делает?
Почему он должен торчать здесь, в темной телефонной будке, с окровавленным лицом и в
рваном пиджаке, трясясь от страха и боясь закурить сигарету?
С ума сойти!
Напротив будки остановился мужчина, подбрасывая в руке монетки, переминаясь с
ноги на ногу и изображая нетерпение. По телефону Алексу приказали ждать внутри, но в
таком случае мужчина на тротуаре может поднять шум и привлечет ненужное внимание.
Конечно, можно позвонить кому-нибудь, но кому? Элисон? Нет, только не ей. Вообще с
Элисон лучше не разговаривать до тех пор, пока он хорошенько не обдумает все, что
узнал о ней.
Почему он ведет себя как запуганный ребенок? Почему ищет оправдание каждому
своему шагу? Но он действительно боялся пошевелиться, покинуть эту несчастную будку
и хотя бы дать возможность человеку позвонить. Нет, так нельзя. Надо расслабиться.
Впервые он усвоил этот урок много лет - или столетий? - назад, на холмах
Панмуньянга. Остановиться - значит превратиться в мишень. Нужно довериться
интуиции, инстинктам. Прежде всего - внутренней антенне, которая сама подаст сигнал
тревоги. Самое главное - быть начеку и всегда иметь возможность для маневра.
Господи, он уже готов сравнить задворки Coxo с кровавой бойней в Корее и пытается
заставить вести себя как на поле боя! К черту! Это уже слишком.
Маколиф распахнул дверь своего убежища, прикрывая лицо рукой, пробормотал
извинения человеку с монетками и перешел через дорогу в тень подворотни.
Тот, с кем он общался по телефону, был точен. Алексу не пришлось долго ждать. Он
узнал автомобиль, которым они неоднократно пользовались с Холкрофтом. Машина
остановилась рядом с телефонной будкой, мотор работал на холостых оборотах. Он
покинул укрытие и быстро подошел к ней. Задняя дверца распахнулась, и он скользнул
внутрь.
От увиденного на него вновь напал столбняк.
На заднем сиденье восседал негр. Тот самый, который Должен был валяться
измочаленным трупом на улице перед "Совой"!
- Да, мистер Маколиф, это я, - произнес предполагаемый покойник. - Прошу
прощения, что пришлось вас ударить, но вы могли нам помешать. С вами все в порядке?
- О Господи! - выдохнул Алекс, замерев на краю сиденья. Автомобиль тронулся,
набирая скорость. - Я думал... То есть я хочу сказать - видел.
- Мы едем к Холкрофту. Там все выясните. Садитесь поудобнее и расслабьтесь. За
последний час вам порядком досталось... Поверьте, для нас это полная неожиданность.
- Но я же видел, как вас убили! - выпалил наконец Алекс.
- Вы видели, как убили чернокожего, крупного мужчину, похожего на меня. Нам
уже надоело выслушивать банальности о том, что все мы похожи один на другого. Это
неприятно и к тому же не соответствует действительности. Кстати, меня зовут Таллон.
Маколиф уставился на собеседника.
- Не может быть. Таллон - фамилия хозяина рыбного магазина около парка
Виктории. В Кингстоне.
Тот весело рассмеялся.
- Очень хорошо, мистер Маколиф. Я просто проверял вас. Закурите?
Алекс с благодарностью взял предложенную сигарету. "Таллон" поднес спичку,
Алекс сделал глубокую затяжку, пытаясь привести в порядок свои нервы. Он поймал себя
на жесте, который неприятно поразил его.
Он курил, пряча в ладонь огонек зажженной сигареты, совсем как в те далекие
времена, когда служил пехотным офицером на холмах Панмуньянга.
Они ехали около двадцати минут. Город постепенно заканчивался. Впрочем,
Маколиф не следил за дорогой: ему было все равно. Его больше волновало другое. В
каком-то смысле это было связано с его руками. Нет, дрожь прошла, но сигарету он попрежнему
прятал в кулаке. От чего? От несуществующего ветра? От снайперов
противника?
Но ведь он же не на войне. Он не солдат. По сути дела, он никогда им и не был. За
этим жестом стояло только одно желание - выжить. И ничего иного. Ни одна война в
мире не была его войной и быть не могла. Включая и ту, которую вел Холкрофт.
- Вот мы и приехали, мистер Маколиф, - произнес его спутник, назвавшийся
Таллоном. - Довольно безлюдное место, правда?
Машина выехала на пустырь, лишенный какой бы то ни было растительности. Скорее
это был просто ровный участок земли, примерно в пять акров, похожий на место для
стройплощадки. За ним виднелась река. Темза, решил Алекс. Поодаль возвышались
темные прямоугольники зданий. Склады. Склады вдоль берега. Он совершенно не
понимал, куда они попали.
Водитель резко свернул влево, машину начало подбрасывать на ухабах. Через
ветровое стекло Алекс различил габаритные огни двух легковых автомобилей, стоявших
впереди примерно в сотне ярдов. В салоне одного из них горел свет. Спустя несколько
секунд они остановились рядом.
Маколиф вылез и в сопровождении "Таллона" подошел к тому, в котором горел свет.
То, что он увидел, смутило его, в каком-то смысле даже разозлило, но главное - еще раз
укрепило в желании бросить к черту всю эту затею.
Холкрофт неподвижно сидел на заднем сиденье; рубашка была расстегнута, пальто
наброшено на плечи. Из-под одежды виднелись широкие белые бинты, туго
перехватившие живот. Полуприкрытые глаза свидетельствовали о нешуточной боли.
Алекс знал, в чем дело, - в той давно прошедшей жизни ему приходилось видеть людей
со штыковыми ранениями.
Холкрофт был в полном сознании.
- Я попросил привезти вас сюда, Маколиф, по двум причинам. И хочу предупредить
- это рискованно, - произнес Холкрофт. - Оставьте нас вдвоем, пожалуйста, -
добавил он, обращаясь к чернокожему спутнику Алекса.
- Но вам же нужно в госпиталь!
- Нет, это не так серьезно.
- Но это же ножевая рана, Холкрофт! Это не пустяк.
- Вы драматизируете. Ничего особенного. Как видите, я вполне живой.
- Вам просто повезло.
- Везение, сэр, здесь ни при чем. Именно в этом я и пытаюсь вас убедить с самого
начала.
- Прекрасно. Вы - капитан Марвел, неминуемое и грозное возмездие.
- Я всего-навсего пятидесятилетний ветеран службы безопасности Ее Величества,
который даже толком не научился играть в футбол, или, как вы говорите, соккер. -
Холкрофт поморщился и слегка наклонился вперед. - Но я вполне мог бы обойтись без
этих чертовски тугих бинтов, если бы вы четко выполнили мои указания и не устроили
сцены на танцплощадке.
- Что?
- Именно ваши действия мне помешали. Из-за этого все и началось. Но когда стало
ясно, что мне грозит опасность, ее источник устранили. Я ничем не рисковал.
- Что вы говорите! А как тогда объяснить эти десять дюймов бинтов у вас на брюхе?
Не надо мне вешать лапшу на уши!
- Рана - результат паники, посеянной вами. Я был в двух шагах от решения
важнейшего вопроса нашей операции, того самого, который избавил бы вас от многих
сюрпризов.
- Халидон?
- Скорее всего - да. Но, к сожалению, проверить это не удалось. Пойдемте-ка! -
Болезненно морщась, Холкрофт правой рукой оперся на подлокотник дверцы, левой - на
спинку переднего сиденья и выбрался из машины. Алекс попытался было помочь, но
понял, что это бесполезно. Агент подвел его к другому автомобилю, не без труда достав
из пальто карманный фонарик. Неподалеку стояли еще несколько человек; все они, явно
повинуясь приказу, отошли в сторону. Алекс увидел внутри два безжизненных тела: одно
- обвисшее на руле, другое - распростертое на заднем сиденье. Фонарь Холкрофта по
очереди осветил их. Оба мужчины были черными, лет тридцати пяти, в строгих, хотя и
недорогих костюмах. Алекс удивился: никаких следов насилия, крови, разбитого стекла.
Салон выглядел опрятно, чисто, вполне мирно. Похоже на то, что два молодых
бизнесмена решили немного передохнуть во время деловой поездки. Из замешательства
Алекса вывел Холкрофт.
- Цианид.
- А причина?
- Фанатики, ясное дело. Решили, что их заставят говорить, и предпочли смерть. Они
нас неправильно поняли. И началось это, когда вы так явно кинулись за мной в "Сове".
Тогда они в первый раз всерьез перепугались, и в результате... вот... - Холкрофт
выразительно показал на хвои живот.
Маколиф больше не скрывал своего раздражения.
- А я в результате ваших идиотских шпионских штучек чуть было не отправился на
тот свет!
- Я так и думал. Лучше бы вас сюда не привозить...
- Перестаньте морочить мне голову!
- Да поймите же вы наконец, без нас вам не прожить и нескольких месяцев -
особенно там, куда вы направляетесь.
- Это ваша версия, Холкрофт. Однако в словах агента было куда больше логики, чем
в тот момент мог представить себе Маколиф.
- Зачем человеку кончать с собой, если версия ошибочна? Даже фанатику?
Алекс отвернулся от неприятного зрелища. Машинально он оторвал болтающуюся
подкладку пиджака и прислонился к капоту.
- Уж если вы обвиняете меня во всем, что случилось этой ночью, объясните, по
крайней мере, что же все-таки произошло?
И англичанин рассказал ему, как несколько дней назад агенты МИ-5 вышли на след
второй организации, тоже ведущей наблюдение за действиями "Данстона". Они
зафиксировали три или четыре неопознанных личности. Их сфотографировали, сняли
отпечатки пальцев - с ресторанной посуды, сигаретных пачек и так далее, затем
пропустили всю информацию через компьютеры Нового Скотланд-Ярда и
эмиграционной службы. Они нигде не числились, значит, прибыли в страну нелегально.
Тогда и сообщили Холкрофту: связь казалась вполне очевидной. Становилось ясно, что
они активно копали под "Данстон"; все сомнения отпали после того, как был убит сыщик
"Данстона", севший на хвост одному из них.
- Тогда мы поняли, - сказал Холкрофт, - что вышли на цель. Оставалось наладить
контакт на основе взаимных интересов. Мне даже пришла в голову мысль устроить вам
встречу, познакомить... Например, сегодня утром. И как быстро все изменилось...
Осторожные предварительные беседы были вполне безобидными и
многообещающими: им готовы были предложить все, что угодно. Но они все время
боялись ловушки.
Рандеву назначили на половину третьего утра в "Сове Святого Георга". Этот клуб
отличается ровным отношением к белым и цветным, поэтому атмосфера должна была
благоприятствовать.
Когда Алекс в панике позвонил по номеру Холкрофта, настаивая на немедленной
встрече, тот еще колебался. Но ситуация виделась соблазнительной, и он решился.
Почему бы и не в "Сове"? Позвать американца в Сохо, в клуб. Если возникнут проблемы,
его можно тормознуть прямо там, а если все пойдет как надо - замечательно, все, кто
нужен, под рукой.
- А как же люди Уорфилда? - поинтересовался Маколиф. - Вы же сказали, он
удвоил слежку за мной?
- Я обманул вас. Мне нужно было, чтобы вы оставались на месте. Уорфилд отрядил
за вами всего одного человека. Мы отсекли его. У службы безопасности "Данстона" свои
проблемы - одного из них убили. Вы к этому не имеете отношения.
Поначалу события развивались без осложнений, как и предполагал Холкрофт. Он
организовал компанию за столиком - "мы знаем всех ваших лондонских друзей и
приятелей, старина!" - и спокойно ждал, когда детали начнут складываться в единое
целое.
И вдруг все посыпалось одно за другим. Сначала Алекс сообщил, что экспедиция
отправляется послезавтра, - резидентура МИ-5 в Кингстоне еще не была готова к
приему; потом - что Уорфилд упомянул "Халидон". Конечно, этого следовало ожидать,
поскольку "Данстон" прилагал огромные усилия, чтобы обнаружить виновников гибели
первой экспедиции. Но опять-таки МИ-5 не думала, что они продвинутся так далеко в
своих поисках. Последним толчком стало появление агента - танцора, дважды
произнесшего "Эдинбург".
- Каждые сутки, - пояснил Холкрофт, - мы меняем пароль, какое-нибудь слово,
упоминание которого означает: "Осторожно, повышенная опасность". Если его
повторяют дважды - это тревога: "Провал. Оружие к бою".
Только тогда Холкрофт понял, какую непростительную ошибку он допустил. Его
люди отсекли хвост от Алекса, но не подумали о тех, кто следит за "Данстоном". И
Маколифа видели беседующим с Уорфилдом в машине! Потом Маколиф приехал в
"Сову", а вслед за ним примчался чернокожий сыщик, чтобы предупредить своих коллег
о ловушке.
Сверкающая сумасшедшими разноцветными огнями и грохочущая музыкой "Сова"
стала ареной схватки.
Холкрофт попытался предотвратить ее финальный этап.
Он нарушил правила. Хотя назначенное время встречи еще не наступило, он понял,
что не имеет права ждать, потому что уже засветился в компании с Маколифом. Ему
нужно было срочно наводить мосты, восстанавливать доверие, пока не поздно, успокоить
их и все объяснить.
И ему почти удалось сделать это, когда один из негров - тот самый, чей труп
остывал теперь на переднем сиденье, - увидел, как Маколиф сорвался со своего места и
кинулся в толпу, расшвыривая людей и явно ища Холкрофта.
Эта картинка повергла их в панику. Холкрофт получил удар ножом и в качестве
живого щита был использован для того, чтобы прикрыть отступление к черному ходу.
Причем двое тащили его, а третий помчался вперед, видимо, подогнать машину.
- Дальше, к сожалению, произошло все так, как и должно было быть. Мой парни не
могли допустить, чтобы я оставался в опасности, поэтому, как только похитители вместе
со мной оказались на улице, их взяли. Мы усадили их в эту машину и увезли, все еще
надеясь восстановить добрые отношения. И специально позволили третьему скрыться,
решив, что они смогут оценить этот жест как знак доверия с нашей стороны.
Команда Холкрофта выбралась на безлюдное место. Вызвали врача. Пока он
занимался своим делом, тех двоих - забрав оружие и вынув ключ зажигания - заперли в
машине в надежде на то, что они обсудят между собой возникшую ситуацию.
- Они, конечно, попытались удрать, - закончил Холкрофт, - но, разумеется, не
смогли. И тогда покончили с собой, приняв яд. Все-таки они нам не поверили.
Маколиф молчал, и Холкрофт не мешал ему.
- А в это время ваш "знак доверия" попытался меня убить, - наконец воскликнул
он.
- Очевидно. Теперь из них остался живым в Англии только один - шофер. И мы
обязаны его найти... Но теперь вы понимаете, что мы не виноваты в случившемся? Вы
нарушили инструкцию и...
- Мы к этому еще вернемся, - прервал его Алекс. - Вы сказали, что привезли меня
сюда, чтобы объяснить две вещи. Одну я понял: ваши люди действуют быстро, личная
безопасность гарантирована, если... не нарушаются инструкции, - язвительно повторил
он слова Холкрофта. - Давайте вторую.
Холкрофт придвинулся к Алексу, и тот в ночном полумраке увидел напряженное
выражение его лица.
- Вторая - это то, что у вас нет иного выбора, кроме как продолжить работу с нами.
Слишком многое уже произошло. Вы уже слишком много знаете.
- То же самое сказал Уорфилд.
- И он прав.
- Допустим, я откажусь? Допустим, просто соберу вещички и уеду?
- Вы окажетесь под подозрением, и не без основания. Вас выследят, и за вашу жизнь
никто не даст и цента. Поверьте мне, я все это уже проходил.
- Замечательное заявление из уст - как вас там? - финансового аналитика.
- Это все чепуха, Маколиф. Бессмыслица.
- Но не для вашей жены.
- Прошу прощения, но... - Холкрофт вдруг осекся, набрал полную грудь воздуха и
шумно, медленно выдохнул. А когда продолжил, то это уже был не вопрос, а простая
констатация факта. - Она вас за мной послала.
- Да.
Теперь настала очередь Холкрофта замолчать. Алекс решил не нарушать тишину. Он
просто наблюдал, как этот пятидесятилетний сотрудник службы безопасности пытается
взять себя в руки.
- Факт остается фактом. Вы нарушили мои инструкции.
- С вами, должно быть, очень приятно общаться.
- Привыкайте, - холодно ответил Холкрофт. - В следующие несколько месяцев
нам придется довольно тесно взаимодействовать. И вы будете делать все так, как я скажу.
Иначе вы - покойник.
Часть вторая
КИНГСТОН
Глава 7
В просвете между темной синевой вечерних облаков ослепительно вспыхнул краснооранжевый
диск солнца. Переливами желтого зажглась кромка нижнего слоя, темн9пурпурным
- верхнего. Скоро этот благословенный уголок Карибского моря мягко
накроет ночь. Когда самолет приземлится в Порт-Роял, будет уже темно.
Сквозь тонированное стекло иллюминатора Маколиф разглядывал линию горизонта.
Рядом с ним в кресле спала Элисон Бут.
Йенсены расположились в том же ряду, через проход. Алекс отметил про себя, что
левацкие взгляды отнюдь не помеха для того, чтобы в полной мере насладиться
комфортом, полагающимся пассажирам первого класса. Естественно, словно занимались
этим всю жизнь, они заказали на ужин лучшее вино, гусиную печенку, утку под
апельсиновым соусом, шарлотку... В душе Алекс сомневался в словах Уорфилда. У всех
леваков, с которыми встречался Алекс за пределами советского блока, напрочь
отсутствовало чувство юмора. Йенсенам юмора было не занимать.
Юный Джеймс Фергюсон в одиночестве сидел впереди. Поначалу рядом с ним
расположился Чарлз Уайтхолл, но как только самолет набрал высоту, он ушел в бар,
обнаружил знакомого из Саванна-ля-Мэр и застрял там. На освободившееся место
Фергюсон пристроил сумку с фотопринадлежностями. И сейчас он, меняя светофильтры,
без устали снимал причудливые картины за бортом.
Маколиф и Элисон ненадолго присоединились к Уайтхоллу и его приятелю в баре.
Белый знакомый Уайтхолла пил не переставая. Он был наследником большого состояния,
сколоченного в стародавние времена на юго-западе Ямайки. Алекс никак не мог понять,
что заставляло Уайтхолла тратить на него свое время; было жалко смотреть, как он с
присущей ему элегантностью отвечает на пьяные, неумные и несмешные сентенции
своего собеседника.
После второй рюмки Элисон слегка коснулась его руки, намекая, что пора вернуться
на свои места. Она вообще пила очень мало. Ему тоже было достаточно.
Элисон.
Последние дни в Лондоне у него было столько дед, что пообщаться с ней толком не
удалось, хотя и очень хотелось. Организационных проблем оставалось выше головы -
покупка и аренда оборудования, оформление паспортов, прививки против инфекционных
заболеваний (к счастью, обошлось), открытие расчетных счетов в Монтего, Кингстоне и
Очо-Риос, составление перечня всего, что могло бы понадобиться в долговременной
экспедиции. "Данстон" держался в стороне, хотя помощь оказалась неоценимой.
Чиновники компании четко информировали его о том, где и с кем встретиться, на какие
кнопки нажать, чтобы запутанные бюрократические коридоры - как государственные,
так и частные - не превратились в непроходимый лабиринт.
Один вечер он посвятил общей встрече. Отсутствовал лишь Сэм Такер, который
собирался присоединиться к ним прямо в Кингстоне. Ужин "У Симпсона" прошел в
полном согласии. В этой компании истинных профессионалов каждый знал цену себе и
другим; были произнесены все полагающиеся комплименты. Рут Йенсен и Элисон, как и
предполагал Алекс, с самого начала прониклись взаимной симпатией. Питер Йенсен взял
под отеческое покровительство Фергюсона и охотно смеялся, отзываясь на его острые,
подчас соленые шутки. Наибольшее признание снискал, разумеется, Чарлз Уайт-холл,
который обладал изысканными, немного старомодными манерами и держал себя с
большим достоинством подлинно академического ученого.
Все было бы просто отлично, если бы не Элисон.
После всех событий сумасшедшей ночи в "Сове" и на пустыре Алекс все-таки не
отменил обед, который был назначен на следующий день. Его раздирали противоречивые
чувства. С одной стороны, он никак не мог смириться с тем, что Элисон скрывала
характер занятий бывшего мужа; с другой - версия Холкрофта о том, что она могла быть
подсадной уткой Уорфилда, казалась ему вздорной. Элисон очень высоко ценила свою
независимость, не меньше, чем он сам. Согласиться же работать на Уорфилда означало
утратить независимость, - это он знал по собственному опыту. Во всяком случае, так
хорошо скрывать это ей не под силу.
Он неоднократно пытался вызвать ее на разговор о бывшем муже, но она со своим
мягким юмором не менее настойчиво уходила от темы, отделываясь стандартными клише
типа "не сыпь мне соль на рану". Она явно не хотела обсуждать с ним личность Дэвида
Бута.
К делу это отношения не имело.
- Леди и джентльмены! - раздался в динамиках уверенный, властный голос. -
Говорит капитан Томас. Наш самолет приближается к северо-восточному побережью
Ямайки. Через несколько минут мы достигнем Порт-Антонио и начнем снижение для
захода на посадку в аэропорту Палисадос, Порт-Роял. Прошу всех пассажиров занять свои
места. В районе Голубых гор возможна небольшая болтанка. Расчетное время прибытия
- двадцать часов двадцать минут по времени Ямайки. Температура в аэропорту
семьдесят восемь градусов , ясно, видимость хорошая...
Слушая командира корабля, Маколиф подумал о Холкрофте. Ему показалось, что
голоса агента и капитана Томаса очень похожи между собой.
Холкрофт.
Алекс расстался с ним, как тот выразился, ненадолго. И немного поскандалил при
этом. Когда Холкрофт в очередной раз заявил, что Алекс должен беспрекословно
выполнять все указания, Маколиф высказался в том духе, что "Данстон лимитед" какникак
собирается заплатить ему кругленькую сумму в размере шестисот шестидесяти
шести тысяч долларов, и он намерен ее заполучить несмотря ни на что.
Холкрофт просто взорвался. Что толку покойнику даже от миллиона? Алексу
следовало бы еще самому приплатить за все меры предосторожности и охрану, которую
ему обеспечивали. Но в конце концов, взвесив все "за" и "против", Холкрофт признал
необходимость дополнительной стимуляции сотрудничества. Гарантия сохранения
жизни была в этом смысле слишком абстрактной категорией: ее нельзя было "пощупать".
Рано утром новый коридорный отеля "Савой", в котором Алекс узнал человека в
коричневой куртке с Хай-Холборн, принес ему текст соглашения. Там было сказано, что
если в результате выполнения заданий, связанных с условиями настоящего соглашения,
он, Маколиф, потеряет вознаграждение, полагающееся ему по другим соглашениям, то
ему причитается возмещение убытков в сумме шестисот шестидесяти тысяч долларов
США.
Если он останется жив, - а он очень на это надеялся, - потери могут составить
всего шесть тысяч.
С этим он готов примириться. Алекс подписал бумагу и отправи
...Закладка в соц.сетях
