Жанр: Боевик
Крылья
...ий". Фред
предложил для съемок площадку на бульваре Сепульведа, откуда открывалась
обширная панорама южных посадочных полос лос-анджелесского международного
аэропорта. О лучшей точке нельзя было и мечтать. Вдобавок Баркер заверил
Дженнифер, что на этом месте никогда не производились кино-и телесъемки.
Потом Дженнифер намеревалась снять Баркера на рабочем месте и вновь пустить
голос Марти за кадром: "После увольнения из ФАВП Фред Баркер неустанно
привлекает внимание общественности к дефектам конструкции самолетов - особенно
N-22 производства компании "Нортон". Баркер предложил для съемки угловое
помещение своей конторы, а сам расположился на фоне книжных полок с толстыми
папками документов ФАВП. Перед ним на столе высилась кипа технических на вид
бумаг, которые он перелистывал под взором камеры.
Следующим в очереди было выступление Баркера - ему предстояло изложить свои
взгляды с подробностями, на которых Марти Рирдон не мог останавливаться из-за
нехватки времени. Баркер и здесь не оплошал. Он знал, где находятся вилки
холодильника, телефонов, выключатели кондиционера и прочих источников шума,
который мог помешать работе. Также у Баркера был наготове видеомагнитофон с
записью происшествия на борту Пятьсот сорок пятого, которую показывали по "СиЭн-Эн".
Студийный монитор "Тринитрон" стоял в темном углу, и можно было снимать
прямо с экрана. Был и видеовыход для непосредственной перезаписи и синхронизации
изображения со звуковым сопровождением. Баркер перевел запись на дюймовую
пленку, и картинка была отличная. У него нашлась даже большая модель N-22 с
движущимися плоскостями крыльев и хвоста, которые он мог поворачивать,
демонстрируя, какие неполадки случились в полете. Сам Баркер оделся
применительно к случаю - рубашка с коротким рукавом и галстук. В его облике было
что-то от инженера, и вместе с тем он выглядел уверенным в себе солидным
общественным деятелем.
Баркер оказался весьма фотогеничен. Он держался раскованно, избегал
специальных терминов, давал короткие ответы. Казалось, он заранее знает, как
Дженнифер будет монтировать запись, и старался не создавать для нее неудобств.
Например, ему и в голову не приходило схватить модель на середине фразы - он
заканчивал ответ, потом говорил: "А сейчас я хотел бы обратиться к модели".
Получив согласие Дженнифер, он повторял предыдущий ответ, одновременно беря
модель в руки. Он говорил и двигался плавно, без суеты и спешки.
Разумеется, Баркер привык к публичным выступлениям, как перед телекамерами,
так и в зале суда. Дженнифер не нравилось лишь, что она не может добиться от
него ярких эмоций - шока, негодования. Наоборот, каждым своим жестом, позой и
мимикой лица Баркер выражал глубокое сожаление. Очень жаль, но катастрофы
избежать не удалось. Очень жаль, но никто не предпринял должных мер к устранению
ее причин. Очень жаль, но все эти годы власти не прислушивались к его словам.
- До сих пор на самолетах этого типа восемь раз возникали неполадки с
предкрылками, - сообщил Баркер. Он поднял модель, приблизил ее к своему лицу и
повернул так, чтобы блики осветителей не попадали в объектив камеры. - Вот
предкрылок, - продолжал он, вытягивая подвижную плоскость из передней кромки
крыла. Он убрал руку и спросил:
- Вы снимете ее вблизи?
- Опоздал, - ответил оператор. - Нельзя ли повторить?
- Пожалуйста. Вы начнете с широкоугольного плана?
- С двукратного увеличения, - сказал оператор. Баркер кивнул. Он сделал
паузу и заговорил вновь:
- До сих пор на самолетах этого типа восемь раз возникали неполадки с
предкрылками. - Он опять приподнял модель, заранее повернув ее так, чтобы
избежать бликов. - Это предкрылок. - Он вытянул плоскость из крыла и вновь
сделал паузу.
- Теперь успел, - сказал оператор.
- Предкрылки выпускаются только при взлете и посадке, - продолжал Баркер. -
Во время крейсерского полета они втянуты в крыло. Однако предкрылки N-22 порой
выпускаются сами по себе. Это дефект конструкции. - Еще одна пауза. - Сейчас я
продемонстрирую, что при этом происходит, и было бы нелишне снять самолет
целиком.
- Даю крупный план, - произнес оператор. Баркер терпеливо дождался нужного
момента, потом сказал:
- Вследствие этого дефекта, когда выпускаются предкрылки, самолет задирает
нос - вот так - и грозит зависнуть в воздухе. - Он чуть накренил модель. - В
этом положении машина практически неуправляема. Если пилот пытается вернуть ее в
горизонтальный полет, она по инерции проворачивается дальше и срывается в пике.
Пилот вновь пытается выровнять машину, и она вновь задирает нос. Потом опять
сваливается в пике, потом вновь набирает высоту. Именно это случилось с
самолетом, выполнявшим рейс "Транс-Пасифик" номер 545. Именно поэтому погибли
люди.
Баркер выдержал паузу.
- Модель нам больше не понадобится, - сказал он. - Я откладываю ее.
- Хорошо, - отозвалась Дженнифер. Она следила за ним через монитор,
установленный на полу, и подумала, что будет трудновато смонтировать переход от
крупного плана к кадрам, на которых Баркер убирает модель. Вот если бы он
повторил...
- Самолет сваливается в пике, потом опять набирает высоту и вновь опускает
нос. Именно это случилось с самолетом, выполнявшим рейс "Транс-Пасифик" номер
545. Именно поэтому погибли люди, - произнес Баркер. Бросив в объектив полный
горечи взгляд, он отставил модель в сторону. Он сделал это плавно и неторопливо,
однако сам его жест как бы намекал на катастрофу.
Дженнифер не питала ни малейших иллюзий относительно того, что происходило
у нее на глазах. Это было не интервью, а самый настоящий спектакль. Однако в
последнее время интервьюируемые все чаще появлялись перед объективом во
всеоружии. Они разбирались в ракурсах съемки, знали, как монтируются записи.
Порой гости передачи приходили на съемку полностью загримированными. Поначалу
такой подход к делу озадачивал журналистов, потом они привыкли. Постоянно не
хватало времени; то и дело нужно было мчаться с одной съемочной площадки на
другую, и подготовленный клиент весьма облегчал им жизнь.
Баркер держался столь безупречно и так хорошо разбирался в тонкостях
телевизионного ремесла, что Дженнифер захотелось устроить ему небольшое
испытание.
- Мистер Баркер... - заговорила она.
- Да? - Баркер повернулся к ней.
- Проверь ракурс, - велела Дженнифер оператору.
- Он сидит под острым углом. Тебе следует переместиться к камере.
Дженнифер сдвинула кресло и вплотную приблизилась к объективу. Баркер чуть
повернулся следом.
- Теперь порядок, - сказал оператор.
- Мистер Баркер, - продолжала Дженнифер, - вы бывший сотрудник ФАВП...
- Когда-то я работал в ФАВП, - отозвался Баркер, - но покинул эту
организацию, потому что был против протекционистской политики по отношению к
производителям. N-22 компании "Нортон" и есть результат этой порочной практики.
Баркер вновь демонстрировал свой профессионализм; его ответ вылился в
настоящее заявление.
- Ваша отставка вызвала противоречивые толки, - сказала Дженнифер.
- Я знаком с самыми различными спекуляциями относительно причин моего
увольнения из ФАВП, - ответил Баркер, вновь делая заявление. - На самом же деле
мой уход поставил администрацию в трудное положение. Я подвергал критике образ
действий ФАВП, но руководство отмалчивалось, и я ушел. Я ничуть не удивлен тем,
что они до сих пор пытаются меня дискредитировать.
- ФАВП обвиняет вас в том, что вы допускали утечку информации в прессу, -
продолжала Дженнифер. - Они утверждают, что уволили вас именно за это.
- Эти обвинения ничем не подтверждены. У ФАВП нет никаких, даже самых
незначительных улик, которыми можно было оправдать их негативное отношение к
моей деятельности.
- Правда ли, что вы работаете на Бредли Кинга, частного поверенного?
- Я выступал на многих судебных процессах в качестве эксперта по вопросам
гражданской авиации. Я полагаю, что в подобных случаях очень важно дать слово
компетентному специалисту.
- Бредли Кинг платил вам?
- Каждый эксперт вправе рассчитывать на компенсацию расходов и затраченного
времени. Это обычная практика.
- Правда ли, что вы состоите на жалованье у Бредли Кинга и ваша контора -
все, что находится в этой комнате, все, что мы видим вокруг, - оплачено из его
кармана?
- Мою деятельность финансирует некоммерческая организация, Институт
авиационных исследований в Вашингтоне. Моя цель - способствовать повышению
безопасности полетов. Я делаю все, что в моих силах, чтобы авиапассажиры
чувствовали себя в небе спокойно и уверенно.
- И все же, мистер Баркер, вы - наемный эксперт?
- У меня сложились вполне определенные и хорошо обоснованные взгляды на
вопросы безопасности полетов. Нет ничего странного, что к моим услугам прибегают
люди, разделяющие мою озабоченность.
- Как вы относитесь к ФАВП?
- ФАВП создавалась с самыми благими намерениями, однако этот орган
отправляет две несовместимые функции: контролирует воздушные перевозки и
одновременно способствует расширению их объемов. Она нуждается в коренной
перестройке. Руководство ФАВП чересчур снисходительно к производителям
авиатехники.
- Нельзя ли привести пример? - Дженнифер подбрасывала Баркеру лакомый
кусок; она заранее знала ответ из их предыдущей беседы.
И вновь Баркер сделал заявление:
- Одним из самых наглядных примеров подобного рода покровительственных
отношений является процедура сертификации, принятая в ФАВП. Документы, на
основании которых новый самолет получает путевку в жизнь, хранятся не в ФАВП, а
у компании-производителя. Такой подход ничем нельзя оправдать. Лису приставили
охранять курятник.
- Вы одобряете деятельность ФАВП в целом?
- Боюсь, они не справляются со своими обязанностями. Жизнь наших сограждан
подвергается неоправданному риску. Скажем прямо - в ФАВП пора наводить порядок.
Иначе люди и впредь будут погибать, как, например, на борту самолета компании
"Нортон". - Баркер повел рукой в сторону модели N-22, плавно и неторопливо, так,
чтобы камера поспевала за его движением. - На мой взгляд, - добавил он, - то,
что случилось с этой машиной, - позор для нашей нации.
Интервью закончилось. Пока съемочная группа собирала оборудование, Баркер
подошел к Дженнифер.
- С кем еще вы намерены встретиться? - спросил он.
- Далее в моем списке значится Джек Роджерс.
- Это хороший, честный журналист.
- Вслед за ним - один из руководителей "Нортона". - Дженнифер сверилась со
своими записями. - Некто Джон Мардер.
- Ну-ну.
- На что вы намекаете?
- Видите ли, у Мардера очень хорошо подвешен язык. Он втянет вас в
обсуждение директив о годности к полетам. Вывалит целую кучу технического
жаргона. Но суть дела состоит в том, что именно он возглавлял программу
разработки N-22. Он руководил созданием этой машины и знает, что в ее
конструкции есть недоработки. Он несет за них личную ответственность.
За пределами территории "Нортона"
11:10 утра
После Баркера с его отточенными движениями и изысканной манерой держаться
репортер Джек Роджерс поверг Дженнифер в легкий шок. Он явился в желто-зеленой
спортивной куртке, от которой за милю несло округом Орандж, а его галстук в
шахматную клетку выделялся на экране монитора ярким пятном. Он был похож на
профессионального игрока в гольф, которого пригласили на собеседование для
приема на работу.
Поначалу Дженнифер держала свои мысли при себе. Она поблагодарила
журналиста за то, что тот приехал, и поставила его у сетчатого забора, за
которым раскинулась территория "Нортон Эйркрафт". Потом она задала ему несколько
вопросов; Роджерс отвечал короткими фразами. Он говорил охотно, явно стараясь
понравиться.
- Черт возьми, припекает все сильнее, - сказала Дженнифер. - Ты готов,
Джордж? - спросила она, обращаясь к оператору.
- Еще несколько минут.
Дженнифер вновь повернулась к Роджерсу. Звукооператор расстегнул ворот его
рубашки и прикреплял микрофон. По мере того как продолжались приготовления,
Роджерс начинал обливаться потом. Дженнифер попросила гримера промокнуть ему
лицо. Это, по-видимому, принесло Роджерсу некоторое облегчение. Сославшись на
жару, Дженнифер предложила ему снять куртку и повесить ее на плечо, сказав, что
это придаст ему вид репортера, занятого работой. Роджерс с благодарностью
подчинился. Дженнифер попросила его ослабить узел галстука. Роджерс не стал
упрямиться.
Дженнифер повернулась к оператору:
- Что скажешь?
- Без куртки уже лучше. Но этот галстук - сущий кошмар.
Дженнифер улыбнулась Роджерсу.
- Все идет как нельзя лучше, - сказала она, - но не согласитесь ли вы снять
галстук и закатать рукава рубашки?
- Я никогда этого не делаю, - ответил Роджерс. - Я никогда не закатываю
рукава.
- Это придало бы вам уверенный, чуть небрежный вид. Закатанные рукава
словно намекают на готовность к схватке. Журналист, готовый ринуться в бой.
Понимаете мою мысль?
- Я никогда не закатываю рукава. Дженнифер нахмурилась:
- Никогда?
- Никогда.
- Я хочу создать вам определенный имидж. С закатанными рукавами вы будете
выглядеть более сильным, уверенным, напористым.
- Мне очень жаль.
Дженнифер терялась в догадках. Подавляющее большинство людей, оказавшись
перед объективом камер "Ньюслайн", готовы сделать все, что угодно. Если бы их
попросили дать интервью в нижнем белье, они подчинились бы не раздумывая. Кстати
сказать, такие случаи бывали. Кого он из себя корчит, этот убогий газетчик?
Сколько он получает? От силы тридцать тысяч в год - месячные подотчетные суммы
Дженнифер исчислялись куда большими цифрами.
- Видите ли, я не могу показывать свои руки, - объяснил Роджерс. - У меня
э-ээ.., псориаз.
- Это не беда. Гример!
Роджерс отвечал на вопросы, перебросив куртку через плечо, сняв галстук и
закатав рукава. Он говорил путаными фразами по тридцать-сорок секунд за раз.
Стоило Дженнифер повторить вопрос в надежде на короткий ответ, Роджерс начинал
обливаться потом и отвечал еще пространнее.
Время от времени приходилось прерывать работу, чтобы вытереть испарину с
его лица. Дженнифер не уставала повторять, что все идет замечательно, что он
отлично справляется со своей задачей.
Так оно и было, хотя Роджерс даже не догадывался о роли, которая ему была
уготована. По-видимому, он не понимал, что запись будет смонтирована из кусков,
средняя продолжительность которых составит менее трех секунд, что из его
выступления в эфир пойдут лишь отдельные фразы, да и то, возможно, не полностью.
Роджерс очень старался, хотел оказаться полезным, но он заваливал Дженнифер
множеством подробностей, которым она не могла найти применения, то и дело
пускался в отвлеченные рассуждения, которые нимало ее не интересовали.
В конце концов Дженнифер начала опасаться, что не сумеет извлечь какой-либо
пользы из этого интервью и лишь понапрасну потратит с Роджерсом время. Поэтому
она решила пустить в ход прием, к которому неизменно прибегала в подобных
случаях.
- Все просто замечательно, - сказала она. - Мы приближаемся к завершению
эпизода, и нам нужно снять несколько ударных моментов. - Она сжала пальцы в
кулак. - Я задам вам несколько вопросов, и вы ответите на каждый одной
энергичной фразой.
- Хорошо, - отозвался Роджерс.
- Мистер Роджерс, могут ли происшествия с N-22 помешать "Нортону" заключить
сделку с Китаем?
- Если учесть, сколько инцидентов произошло за столь короткий промежуток...
- Прошу прощения, - перебила Дженнифер. - Мне нужен простой ответ. Итак,
могут ли происшествия с N-22 помешать "Нортону" заключить сделку с Китаем?
- Несомненно.
- Еще раз прошу прощения, - повторила Дженнифер. - Я жду от вас ответа
вроде: "Происшествия с N-22 могут стоить "Нортону" китайской сделки".
- Ага. Ясно. - Роджерс сглотнул.
- Итак?..
- Да, я вынужден констатировать, что происшествия с этим самолетом могут
сорвать сделку с Китаем.
"О господи", - подумала Дженнифер.
- Джек, я хочу, чтобы в своем ответе вы упомянули о "Нортоне". Иначе
зрители не поймут, о чем идет речь.
- Ага.
- Продолжайте.
- На мой взгляд, происшествия с N-22 могут помешать "Нортону" заключить
сделку с Китаем.
Дженнифер вздохнула. Ответ прозвучал сухо, в нем не ощущалось ярких эмоций.
Таким тоном Роджерс мог говорить о состоянии своего телефонного счета. Однако
времени уже не оставалось.
- Великолепно, - сказала Дженнифер. - Очень хорошо. Теперь следующий
вопрос. Вы согласны с тем, что для "Нортона" наступили трудные времена?
- Еще бы.
- Джек... - Дженнифер вздохнула.
- Ага. Извините. - Он набрал полную грудь воздуха и заговорил:
- На мой взгляд...
- Минутку, - попросила Дженнифер. - Выдвиньте вперед ногу и переместите на
нее вес своего тела. Подайтесь к камере.
- Так? - спросил Роджерс, чуть наклоняясь и поворачиваясь.
- Да, теперь то, что нужно. Продолжайте.
Перебросив куртку через плечо, сняв галстук и закатав рукава рубашки, Джек
Роджерс стоял у сетчатого забора на фоне ангаров "Нортон Эйркрафт".
- На мой взгляд, нет никаких сомнений в том, что для компании "Нортон"
наступили очень тяжелые времена, - изрек он.
Он сделал паузу и посмотрел на Дженнифер.
Дженнифер улыбнулась.
- Огромное вам спасибо, - сказала она. - Вы были великолепны.
Администрация компании "Нортон"
11:55 утра
Кейси вошла в кабинет Мардера за несколько минут до полудня. Мардер
поправлял галстук и манжеты.
- Пожалуй, лучше всего устроиться здесь, - предложил он, указывая на
кофейный столик и кресла в углу кабинета. - Ты все приготовила?
- Кажется, да, - ответила Кейси.
- Я сам начну разговор, - сказал Мардер, - и если потребуется, обращусь к
тебе за поддержкой.
- Хорошо.
Мардер продолжал расхаживать по кабинету:
- Охрана сообщила, что за южным ограждением работает съемочная группа. Они
берут интервью у Роджерса.
- Ага, - отозвалась Кейси.
- Безмозглый тупица. Могу себе представить, что он им наговорит.
- Вы беседовали когда-нибудь с Роджерсом? - спросила Кейси.
Зажужжал интерком.
- Господин Мардер, пришла мисс Мэлоун, - сказала Эйлин.
- Впустите ее, - велел Мардер и торопливо зашагал к двери, готовясь
встретить журналистку.
При виде женщины, вошедшей в кабинет, Кейси едва сумела скрыть изумление.
Перед ней стояла девчонка чуть старше Ричмана. Ей от силы двадцать восемь -
двадцать девять лет, решила Кейси. Мэлоун была блондинка с миловидным лицом, на
котором застыло суровое подозрительное выражение, характерное для обитателя НьюЙорка.
Она стриглась накоротко, словно пытаясь скрыть свою женственность, и
одевалась крайне небрежно. На ней были джинсы, белая футболка и голубой блейзер
с вычурным воротником. Этакий голливудский типаж.
От одного взгляда на нее Кейси охватывало чувство неловкости. Но Мардер уже
повернулся к ней и говорил:
- Мисс Мэлоун, познакомьтесь с Кейси Синглтон, она представляет отдел
гарантии качества в группе расследования происшествий.
Юная блондинка самодовольно улыбнулась.
Кейси обменялась с ней рукопожатием.
Издеваются они, что ли, подумала Дженнифер Мэлоун. Неужели это и есть
капитан индустрии, этот шустрый дергунчик в плохо сидящем костюме, с
прилизанными черными волосами? А это что за дама из каталога Тэлбота? Синглтон
была выше ее ростом - Дженнифер почувствовала укол самолюбия - и красива той
пышущей здоровьем красотой, которую нередко встретишь на Среднем Западе. У нее
была спортивная фигура, очевидно, она находилась в прекрасной форме, хотя уже
давно перешагнула тот возраст, когда женщине позволительно ограничиваться тем
минимумом косметики, который был сейчас на ее лице. В глазах Синглтон сквозили
тревога и напряжение. Судя по всему, ей было чего бояться.
Дженнифер была разочарована. Она готовилась к этой встрече целый день,
вновь и вновь шлифуя формулировки и аргументы. Она готовилась столкнуться с
достойным противником, но вместо этого как будто вновь попала в колледж и
оказалась в компании заместителя директора и застенчивой библиотекарши. Мелкие
сошки, напрочь лишенные чувства стиля.
А этот кабинет! Тесная конура с серыми стенами и дешевой утилитарной
мебелью. Помещение казалось таким безликим, что Дженнифер не видела смысла
проводить здесь съемки. Эта комната не оставит у зрителя ровным счетом никакого
впечатления. Неужели у президента компании такой же неприглядный кабинет? В
таком случае съемки придется перенести в другое место - на улицу либо в
сборочный цех. Этот кабинет не годится для шоу. Самолет - огромная, могучая
птица. Телезрители нипочем не поверят, что их делают такие вот жалкие серые
людишки, запертые в убогих комнатушках.
Мардер подвел Дженнифер к столику и креслам в углу и предложил садиться
жестом хлебосольного хозяина, словно приглашал ее на банкет. Он не указал, какое
кресло ей занять, поэтому Дженнифер села спиной к окну, чтобы лучи солнца били в
глаза хозяевам. Она достала свои записи и зашуршала страницами.
- Хотите что-нибудь выпить? - спросил Мардер. - Кофе?
- С удовольствием.
- Какой кофе вы предпочитаете?
- Черный, - ответила Дженнифер.
Кейси следила за тем, как Дженнифер перебирает листки.
- Буду откровенна, - заговорила журналистка. - Мы располагаем весьма
серьезными материалами, которые свидетельствуют против N-22, И против вашей
фирмы в целом. Однако у каждой медали есть две стороны, и мы хотим дать вам
возможность оправдаться перед критиками.
Мардер ничего не сказал, лишь кивнул. Он сидел скрестив ноги, держа на
коленях записную книжку.
- Во-первых, мы знаем, что случилось на борту самолета "Транс-Пасифик".
"Неужели? - подумала Кейси. - А мы - нет".
- Во время полета выдвинулись предкрылки - кажется, это называется
"выпущены"? - и самолет потерял управление, то падая, то набирая высоту, и из-за
этого погибли пассажиры. Видеозапись этой трагедии обошла всю страну. Нам
известны имена пассажиров, предъявивших компании судебные иски. Мы знаем также,
что на N-22 и раньше случался выпуск предкрылков, но ни ФАВП, ни "Нортон" не
обращали на это внимания, хотя за последние годы подобные инциденты происходили
девять раз.
Мэлоун на секунду умолкла, потом продолжала:
- Мы знаем, что ФАВП проводит столь снисходительную политику, что даже не
требует предоставления документов, необходимых для сертификации самолетов.
Компания "Нортон" хранит их у себя.
"Господи, - подумала Кейси. - Она совершенно ничего не понимает".
- Позвольте для начала оспорить ваше последнее утверждение, - сказал
Мардер. - Ни один производитель не держит свою документацию в ФАВП. Ни "Боинг",
ни "Дуглас", ни "Аэробус", ни "Нортон". Откровенно говоря, мы предпочли бы
хранить их в ФАВП. Однако это невозможно, поскольку документы содержат сведения,
составляющие коммерческую тайну. Окажись они в распоряжении ФАВП, наши
конкуренты могли бы получить эти сведения на основании Акта о свободе
распространения информации. Кое-кто из наших соперников только об этом и
мечтает. Самым рьяным сторонником изменения правил ФАВП был "Аэробус" - по
причинам, о которых я только что говорил. Подозреваю, ваши взгляды на
деятельность ФАВП навеяны кем-то из "Аэробуса".
Мэлоун замялась и посмотрела в свои записи. Кейси подумала, что Мардер
оказался прав. Он точно угадал источник, из которого Мэлоун черпала сведения.
Именно "Аэробус" скормил журналистке этот лакомый кусок, вероятно, озвучив его
через свое подразделение по связям с общественностью - Институт авиационных
исследований. Известно ли Мэлоун, что за спиной ИАИ стоит "Аэробус"?
- Но вы не можете не согласиться с тем, - ледяным тоном заявила
журналистка, - что передача документов ФАВП в "Нортон" выглядит несколько
подозрительно.
- Мисс Мэлоун, - отозвался Мардер, - как я уже говорил, мы бы предпочли
оставить их на хранение в ФАВП. Но Акт о свободе распространения информации
написан не нами. Законы издаем не мы. И тем не менее мы считаем, что разработки,
в которые вложены миллиарды долларов, не должны становиться достоянием
конкурентов.
- Иными словами, вы выступаете против Акта о свободе распространения
информации?
- Ни в коем случае. - Мардер шевельнулся в кресле. - Вы упомянули о
самолете, выполнявшем рейс пятьсот сорок пять.
- Да.
- Во-первых, мы не согласны с тем, что инцидент был вызван выпуском
предкрылков.
"Ого, - подумала Кейси. - Мардер подставляет себя под удар. Он сказал не
правду, и это грозит..."
- В настоящий момент мы ведем расследование, - говорил тем временем Мардер,
- и хотя еще рано обсуждать его результаты, я уверен, что вас ввели в
заблуждение. Полагаю, о предкрылках вам рассказал Фред Баркер.
- Я беседовала с мистером Баркером в числе других...
- Вы наводили о нем справки в ФАВП?
- Нам известно о его скандальной репутации...
- И это еще мягко сказано. Мистер Баркер отстаивает точку зрения,
основанную на искажении фактов.
- Это вы так считаете.
- Нет, мисс Мэлоун. Баркер действительно искажает факты, - ворчливым тоном
отозвался Мардер. Он указал на бумаги, которые Дженнифер разложила на столе. - Я
не мог не заметить среди ваших записей сводку происшествий, вызванных выпуском
предкрылков. Вы получили ее от Баркера?
Мэлоун снова на мгновение замялась.
- Да.
- Нельзя ли взглянуть?
- Пожалуйста.
Она подала Мардеру список, и тот просмотрел его.
- Здесь искажены факты, мистер Мардер? - спросила Дженнифер.
- Нет, но в этом списке опущены важные подробности. Он составлен на
основании наших документов, но ему не хватает полноты. Что вы знаете о
директивах о годности к полетам, мисс Мэлоун?
- Директивы о годности к полетам?
Мардер поднялся и подошел к своему столу.
- Каждый раз, когда самолет нашей постройки попадает в аварию, мы тщательно
исследуем происшествие, стремясь выяснить, что произошло и по какой причине.
Если это технический дефект, мы издаем сервисный бюллетень; если ФАВП считает
необходимым придать нашим рекомендациям обязательный характер, они выпускают
директиву о годности к полетам. После того как началась эксплуатация N-22, мы
обнаружили просчет в конструкции предкрылков, и была издана директива,
направленная на его устранение. Американским авиакомпаниям предписано устранить
этот просчет в обязательном порядке, с те
...Закладка в соц.сетях
